home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 2

– За завтраком Джон сказал, что не знает, сколько еще ему удастся тянуть с открытием второго тоннеля.

Кэтрин Фортескью посмотрела на свою спутницу, Харриет Фрейзер; они, как и остальные женщины, работали в дробильне, а теперь, во время утреннего перерыва, решили размять ноги и прогуляться по поселку. Кроме того, на прогулке было удобнее общаться. Они могли не слишком понижать голоса, не боясь, что их подслушают.

Капитан Джон Диксон, военный инженер, о котором говорила Харриет, был ее возлюбленным. Он стал первым похищенным жителем Фритауна. Главарь наемников Дюбуа приказал Диксону провести изыскательские работы и начать разработку недавно обнаруженного в джунглях алмазного месторождения в интересах неких неизвестных «гарантов». Услышав отказ, Дюбуа холодно улыбнулся, и спустя несколько дней в тайный поселок доставили Харриет.

Чтобы заставить Диксона подчиниться, Дюбуа угрожал жизни, чести и здоровью Харриет. Его угрозы были чудовищными. И он не шутил. После одного случая щеку Харриет украсил тонкий шрам, на который Диксон поглядывал с горечью и ужасом. Но Харриет гордилась своим шрамом, словно знаком отличия. По ее мнению, которое разделяли остальные пленники, Диксон поступил как надо. Он вынужден был пойти на уступки, чтобы они с Харриет остались в живых.

Другие пленники руководствовались тем же основным принципом: если они погибнут, они не смогут бежать.

Несмотря на внешнее равнодушие и притворное смирение со своей участью, все пленники – мужчины, женщины и дети – держались заодно, и все неуклонно стремились к побегу. Сначала бежать; отомстить можно и потом.

Кэтрин давно привыкла сохранять внешнюю невозмутимость; они с Харриет с бесстрастным и беззаботным видом медленно ходили по кругу, двигаясь по часовой стрелке. Привычный маршрут, который уводил их от хижины, где разместилась дробильня. Туда из недавно открытой шахты доставляли куски породы, из которых женщины осторожно извлекали необработанные алмазы.

Девушки завернули за угол длинного барака, стоящего посреди поселка, где размещались Дюбуа и его подручные. Там наемники спали и отдыхали от дежурства – они охраняли ворота, патрулировали поселок по периметру, наблюдали за пленниками со сторожевой вышки и сопровождали группу пленников за водой к ближайшему озеру.

Приложив руку козырьком ко лбу, Кэтрин посмотрела наверх; на вышке, как всегда, несли вахту два наемника.

– Учитывая, как сокращается наша выработка, – негромко проговорила она, – я… к сожалению… понимаю доводы Джона. – Она покосилась на Харриет. – Давай вечером соберемся и выясним, что думают остальные. Боюсь, мы недолго сумеем отвлекать Дюбуа, не вредя собственному положению.

Под «остальными» она подразумевала нескольких фактических руководителей их маленького сообщества – офицеров, похищенных из колонии. Сама Кэтрин и Харриет тоже играли важную роль в жизни пленников. Кэтрин похитили, потому что она была гувернанткой и умела хорошо управляться с детьми. Кроме того, она была искусной вышивальщицей; Дюбуа быстро отметил остроту ее взгляда и качество ее работы в дробильне; спустя несколько дней он назначил ее главной над женщинами и детьми.

Можно сказать, что Кэтрин руководила женщинами и детьми, а Харриет считалась ее правой рукой. Всего женщин в поселке было шесть; почти всех похитили за их способности к шитью и вышиванию.

Пока они с Харриет прогуливались, придерживая подолы невзрачных, бесформенных платьев, которые им выдали, Кэтрин думала – как наверняка думали все пленники в последние дни – о том, с каким трудом им всем удается поддерживать хрупкое равновесие.

– Жаль, что нет более легкого способа управиться с нашим делом.

Харриет поморщилась – и тут же ее лицо исказилось от тревоги.

– Мы постоянно балансируем на краю пропасти. Я вижу, как тяжело наше положение действует на Джона.

– Кстати, он справляется чудесно – мы давно потеряли бы последнюю надежду, если бы не он. – Кэтрин положила руку на плечо Харриет. – Все прекрасно понимают, что поставлено на карту. Мы должны и дальше поставлять Дюбуа достаточно алмазов, чтобы его хозяева, кем бы эти подлецы ни были, остались довольны. В то же время нам нужно тянуть время. Когда месторождение будет исчерпано, хозяева прикажут прекратить разработки и закрыть рудник…

Ни одна из них не питала ни малейших иллюзий по поводу того, что случится, как только рудник будет закрыт. Их убьют. В лучшем случае выстроят в ряд и расстреляют. О худшем не хотелось даже думать…

Многие пленники собственными глазами видели, что Дюбуа и его подручные сотворили с одной молодой девушкой в первые дни существования поселка. А судя по угрозам, какие время от времени изрыгал Дюбуа, когда хотел с помощью кого-то из женщин или детей укрепить свою власть над похищенными мужчинами, «худшее» в данном случае означало нечто чудовищное.

Вот еще одна причина, почему Дюбуа приказал похитить в колонии женщин и детей. Помимо их необходимого вклада в работу, они были идеальными пешками, с помощью которых главарь наемников добивался покорности мужчин.

Из-за местонахождения рудника «гаранты» поставили условие: все пленники должны быть европейцами. Учитывая, что рабочую силу поставляли из Фритауна, пленники в основном были англичанами. Дюбуа понимал, что ему понадобятся действенные рычаги давления, чтобы управлять такими рабами. Главной целью Дюбуа была бесперебойная разработка алмазного месторождения. Он был хладнокровным, безжалостным; судя по всему, в его огромной, мощной туше не было ни капли совести или нормальных человеческих чувств.

Из-за того что месторождение находилось на земле, принадлежащей одному из местных вождей, Дюбуа и его хозяева похищать туземцев не смели. Зато судьба европейцев туземного вождя нисколько не волновала; он считал, что белые сами разберутся между собой. Поэтому на руднике работали англичане из Фритауна. Вдобавок вскоре выяснилось, что похищать англичан выгоднее – почти все обладали полезными навыками, нужными для работы на руднике.

Капитана Джона Диксона выбрали потому, что он был опытным военным инженером – он имел большой опыт в прокладывании тоннелей. Помимо него, в плен попали несколько хороших плотников и землекопов, которые отлично управлялись с кирками и лопатами. У всех женщин имелся тот или иной талант, который сочли полезным Дюбуа или его хозяева. От детей же требовалось одно: не слишком расти, сохранять проворство и остроту зрения. Их быстрые ноги, хорошее зрение и маленькие пальцы позволяли им работать в самых узких местах шахты.

Кроме того, из Фритауна похитили нескольких человек, обладавших навыками врачевания и ухода за больными; они лечили раненых. Разработка алмазов – занятие небезопасное, часто происходили несчастные случаи. Вот почему одну хижину в поселке отвели под лазарет. Что касается оснащенности лекарствами и перевязочными материалами, лазарету при руднике могла бы позавидовать фритаунская больница.

Кэтрин нехотя отдавала должное Дюбуа. Хотя главарь наемников и был жестоким тираном, которому никто не смел перечить, он требовал от пленников результата – и потому хотел, чтобы рабы были здоровыми и крепкими. Они должны были исправно служить ему и его хозяевам.

Дюбуа получал хорошее жалованье за то, что на руднике велась разработка алмазов, и необработанные камни тайно доставлялись в Амстердам, где их ждала огранка. Основную прибыль, конечно, получали таинственные хозяева – «гаранты», как их называл Дюбуа.

Кто они такие, пока не удалось выяснить. Однако, хотя сам Дюбуа, скорее всего, был французом, а среди наемников встречались уроженцы всех уголков мира, все пленники сходились на том, что мерзавцы, которые за всем стоят, – англичане.

Кэтрин тяжело вздохнула и отогнала прочь неприятные мысли. После побега у нее будет достаточно времени разобраться в том, кто во всем виноват. Они с Харриет обогнули основание вышки и прошли мимо склада – строения, в котором хранилось оборудование и все необходимое. За складом находилась большая открытая кухня под широким навесом, крытым пальмовыми листьями. Там вырыли три небольшие костровые ямы; над огнем висели котлы, за которыми следил великан-повар. Такого сварливого типа Кэтрин в жизни не встречала; повар вечно был недоволен всеми – даже самим Дюбуа.

Они по-прежнему ходили вокруг барака наемников. Слева от него стояло длинное строение, в котором спали все женщины и дети. За ним шли двойные ворота, их охраняли двое часовых, по одному с каждой стороны.

Поселок, устроенный в форме круга, был огражден грубым, но надежным дощатым палисадом. Доски соединялись толстыми лианами и проволокой. Местами внешняя ограда казалась довольно непрочной; через нее вполне можно было бы прорваться, но… Даже если им удастся бежать, куда они пойдут?

Осознание того, что они понятия не имеют, где находятся и сколько может быть пути до любого надежного убежища, а также неизбежность страшной мести, какую Дюбуа обрушит на головы оставшихся, – все это вело к тому, что пленники по-прежнему притворялись покорными и смиренными. По характеру все они были разными, однако обстоятельства и Дюбуа вынуждали их быть прагматиками. Им нельзя бежать, пока они не придумают, как освободиться всем одновременно, и пока не узнают, в каком направлении двигаться и сколько времени требуется для того, чтобы добраться до ближайшего убежища.

Обойдя центральную площадку – круг из бревен вокруг большого костра, – Кэтрин и Харриет поравнялись еще с одной длинной хижиной, в которой спали мужчины, выстроенной близ зияющего жерла рудника. Если только их не отправляли на другое задание, все пленники-мужчины трудились в забое. Они уже продолбили кирками ствол длиной более пятидесяти ярдов прямо в склоне крутого холма. Холм этот возвышался над непроходимыми джунглями, как будто вынесенный на поверхность силой природы. Склон над входом был почти отвесным.

Проходя мимо рудника, обе девушки невольно заглянули внутрь. Хотя в тусклом свете ламп высвечивались грубо вытесанные стены, никого из мужчин не было видно; наверное, они перешли дальше и разрабатывают остатки коренного месторождения, а может быть, вместе с Диксоном осматривают вторую алмазоносную трубку, которую Диксон, хвала Небесам, обнаружил справа от первой.

Не разведай он вовремя вторую трубку, рудник сейчас доживал бы последние дни, а всех пленников ждала неминуемая смерть. Вторая трубка словно вдохнула в них новые силы; она продлевала им жизнь и позволяла придумать, как бежать из джунглей.

Теперь уже все понимали, что спасение зависит от них самих. Вначале многие замкнулись, стараясь просто остаться в живых. Пленники надеялись, что из Фритауна на поиски вышлют отряд, который их спасет. Казалось немыслимым, чтобы можно было похитить из одного места столько взрослых людей, женщин и мужчин – причем многие из мужчин занимали видное положение и располагали связями в обществе, – не говоря уже о маленькой армии детей, и не вызвать погоню. Но шли недели, месяцы, а спасения все не было. Гасли их надежды; многие пленники пали духом и дошли до отчаяния. И все же они были англичанами. Они объединились. И все больше укреплялись в решении выжить и рано или поздно бежать.

Кэтрин не позволяла себе даже думать о неудаче. Отказаться от побега – значит признать, что надежды нет не только для нее самой, но и для детей, которые теперь находились на ее попечении.

Вскоре она увидела своих подопечных. Некоторые из них, в основном девочки постарше, сидели на корточках вокруг груды руды, принесенной из штрека мальчиками и маленькими девочками. Да, на руднике работали даже совсем маленькие дети. Они должны были подбирать отколотые мужчинами куски породы и выносить их из шахты в плетеных корзинах. Они разгружали свою ношу во дворе, после чего порода поступала в распоряжение старших девочек.

Девочки расположились под грубым навесом – Кэтрин убедила Дюбуа его соорудить – и сосредоточенно разбирали лежащую перед ними кучу камней. Они внимательно осматривали каждый кусок отколотой породы, выискивая признаки, которые им показали, – признаки, свидетельствовавшие о том, что внутри может находиться алмаз. Сначала простукивали каждый кусок, поднося его к уху и слушая звук; затем рассматривали куски на свет, ища характерные грани. В конце концов девочки передавали «перспективные» куски породы в дробильню, где женщины осторожно обкалывали каждый кусок, вооружившись молоточком и долотом. Они осторожно отделяли пустую породу и извлекали необработанные алмазы, пригодные для огранки.

Пленники слышали, что очищенные камни пересылают в Амстердам на судах, которые заходят во фритаунский порт.

Камни, забракованные девочками, попадали в отвал. Довольно высокие горы отвала в углу поселка свидетельствовали о том, что мужчины трудились не покладая рук.

Кэтрин и Харриет остановились рядом с девочками; некоторые из них подняли головы, и они ответили им ободряющими улыбками.

– Зайдете еще? – спросила у Кэтрин одна из девочек постарше, светловолосая, с белой кожей. Она показала на большую груду отбракованной руды: – Сегодня мы потрудились на славу.

Кэтрин кивнула; в числе прочих обязанностей Дюбуа поручил ей проверять отбракованные камни – возможно, девочки пропустили алмазы.

– Я вернусь ближе к вечеру.

Услышав шаги, Кэтрин и Харриет обернулись. Кто там? Со стороны лазарета к ним приближался долговязый, рыжеволосый Хиллсайт; его сопровождал плотник Джед Метерс. Хиллсайт был джентльменом и, несмотря на то что сейчас, как и прочие, ходил в обносках, принадлежал к числу руководителей их маленького сообщества. Кроме того, он обладал некоторыми познаниями в медицине. Очевидно, он делал Джеду перевязку – рука у плотника была забинтована.

Когда они поравнялись с Кэтрин и Харриет, Хиллсайт замедлил шаг и кивнул Джеду;

– Побереги руку по крайней мере до конца дня. Возьми себе в помощь кого-нибудь из мальчиков.

– Так и сделаю. – Джед поклонился и зашагал к шахте.

Хиллсайт задержался возле девушек. Глядя Джеду вслед, он негромко произнес:

– Скоро нам придется углубиться во второй тоннель. От первого месторождения мало что осталось.

Кэтрин нахмурилась:

– Значит, главный вопрос заключается в том, как нам удастся регулировать добычу из второй трубки, как только Диксон откроет ее для разработки?

Хиллсайт склонил голову – и в знак согласия и прощаясь.

– До вечера! Как обычно, встретимся после ужина.

Кэтрин и Харриет смотрели вслед Хиллсайту. Диксон был единственным офицером, которого Дюбуа и его хозяева планировали схватить изначально. Диксон был им необходим благодаря его познаниям в горном деле. Однако злодеи не учли, что Диксона будут искать. Сначала следом за ним пришел лейтенант королевского флота Уильям Хопкинс, за ним последовал лейтенант королевского флота Томас Фэншоу и, наконец, Хиллсайт – у него не было никакого звания, он не служил ни в армии, ни во флоте, однако, судя по всему, проходил кое-какую военную подготовку.

Вначале Дюбуа не слишком обрадовался тому, что среди его пленников оказалось несколько офицеров; он был совсем не дурак и прекрасно понимал, откуда можно ждать опасность. И все же прибытие Хопкинса, первого офицера, посланного за Диксоном, оказалось для Дюбуа настоящим подарком судьбы. Разобщенные до того пленники-мужчины, в основном моряки или землекопы, похищенные в порту, тут же подчинились авторитету Уилла Хопкинса. Он был прирожденным командиром. Хотя ему не было еще и тридцати лет, Уилл превосходно умел подчинять себе других – причем другие нисколько не сопротивлялись.

Кроме того, Уиллу хватило ума понять, что поначалу можно подыграть Дюбуа, лишь бы все шло гладко. Такое поведение шло пленникам только на пользу – во всяком случае, в краткосрочной перспективе. Так начался фарс, в котором принимали участие все пленники. Кэтрин и другие старались не думать о том, насколько Дюбуа разгадал их тщательно создаваемую видимость покорности и смирения; но им казалось, что главарь наемников готов оставить их в покое – лишь бы дела на руднике шли гладко и его хозяева не проявляли недовольства.

Под руководством Диксона, Хопкинса и Фэншоу пленники-мужчины объединились и образовали сплоченную команду; они разделялись на четыре бригады под руководством трех офицеров и Хиллсайта. Хиллсайт, помимо всего прочего, выступал в роли стратега. Именно он, сообразив, что нужно Дюбуа, первым забил тревогу, когда месторождение начало истощаться, и предложил Диксону провести изыскания. Возможно, рядом залегает еще одна трубка. Если бы не предвидение Хиллсайта, пленники уже сейчас оказались бы в крайне опасном положении.

Позже, когда Диксону удалось разведать еще одну трубку и все вздохнули с облегчением, Хиллсайт увидел еще одну удачную возможность и – с согласия остальных пленников – предложил, чтобы Диксон постепенно становился все «полезнее» для Дюбуа во всех вопросах, связанных с рудником. По мнению Хиллсайта, Дюбуа с легкостью мог поверить, что Диксон, инженер, страстно преданный своей работе, способен забыть обо всем и со свойственным ему рвением разрабатывать вторую, предположительно еще более богатую алмазоносную жилу.

Диксон согласился не сразу; он долго думал, но его уговорили сыграть роль. Понимая, как он поможет остальным, он согласился попробовать. Под руководством Хиллсайта Диксон постарался стать «полезным» для Дюбуа и в других вопросах, которые для пленников не имели значения.

Судя по всему, игра Диксона оказалась убедительной. Во всяком случае, Дюбуа безоговорочно верил всему, что инженер рассказывал ему о руднике. Его игра очень пригодилась, когда речь зашла о строительстве второго тоннеля. Диксон пока не знал, насколько богато второе месторождение. Пленники решили тянуть разработку первой трубки как можно дольше – пока из нее можно было извлекать достаточно алмазов, чтобы хозяева Дюбуа были довольны. Лишь после того, как первое месторождение будет окончательно исчерпано, можно будет перейти ко второму.

Диксон подарил товарищам по несчастью много времени: он заявил, что, прежде чем приступать к разработке второго месторождения, необходимо провести тщательную разведку. Им предстояло проникнуть глубже в недра горы; очень важно избежать ненужного риска. В результате поспешных действий, заявил он, есть опасность повредить саму трубку или обрушить всю гору. Согласившись с его доводами, Дюбуа дал согласие на отсрочку.

И вот первое месторождение почти истощилось. Значит, придется приступать ко второму. Пленники понимали: Дюбуа и его хозяева не обрадуются, если поток алмазов значительно сократится. Они не имели права рисковать. Таинственные «гаранты» вполне могли приказать Дюбуа сократить количество рабов на руднике. Все прекрасно понимали: Дюбуа, не моргнув глазом, выполнит приказ и устранит «лишних» в прямом смысле слова.

Характерно, что, даже когда остальные утратили надежду на спасение, Хиллсайт по-прежнему тешил себя надеждой, что кто-нибудь когда-нибудь явится за ними – помощь придет. Он никак не объяснял свою уверенность, а в последнее время редко заговаривал о спасении, однако Кэтрин по-прежнему чувствовала в нем спокойную, непоколебимую уверенность.

Ей оставалось лишь гадать, о чем умолчал Хиллсайт. В первую очередь, он так и не объяснил, кто отправил его в джунгли за Фэншоу.

После того как Хиллсайт скрылся в шахте, послышались чьи-то торопливые шаги. Обернувшись, Кэтрин увидела, что со стороны кухни к ней вприпрыжку бежит маленький мальчик.

– Дикон! – Она приветливо улыбнулась. Когда мальчик подбежал к ней, она ласково взъерошила его густые светло-золотистые волосы. – Значит, тебя отпустили?

– Да. – Дикон показал ей плетеную корзину, которую держал в руке. – Я должен вернуться до заката.

Кэтрин по-прежнему улыбалась, хотя ее встревожила тень, мелькнувшая в голубых глазах Дикона.

– Ты обязательно успеешь. Ну, иди!

Они с Харриет стояли и смотрели мальчику вслед. В последний раз улыбнувшись им, Дикон со всех ног побежал к воротам. Он был довольно рослым для своих семи лет, хотя и очень тощим. Его привели сюда вместе с группой других детей, похищенных во фритаунских трущобах. Оказалось, что мальчик совершенно не выносит пыли. На руднике у него начинались страшные приступы кашля. Его здоровье стремительно ухудшалось.

Поняв, что Дюбуа собирается убить мальчика, которого считал бесполезным бременем, Кэтрин пошла к нему и отважно заявила, что Дикон может пригодиться, несмотря на то что ему нельзя находиться в штольне. Дюбуа нужно, чтобы пленники работали в полную силу и не болели? Отлично! И детям, и взрослым полезны фрукты – а в окруживших поселок джунглях фруктов в избытке. Дикон может их собирать. Дюбуа согласился отпускать мальчика за фруктами и ягодами каждый день, поставив условие: он должен возвращаться в поселок до заката.

Дюбуа смерил мальчика угрожающим взглядом и пригрозил убить двух его лучших друзей, если тот не вернется вовремя.

Вот почему грустил мальчик. Ему нравилось бродить в зарослях; он научился ловко собирать фрукты, ягоды и орехи, но все время боялся, что его что-нибудь задержит, помешает вернуться вовремя, и тогда из-за него погибнут друзья.

Вполне в духе Дюбуа – подвесить дамоклов меч над головой впечатлительного мальчика! Ни один человек в здравом уме и представить не мог, что Дикон, которого ни в коем случае нельзя было упрекнуть в недостатке сообразительности, попытается сбежать. Да и куда бежать? Если он не вернется в поселок, он умрет в джунглях.

Глядя вслед удаляющейся фигурке, Харриет вздохнула:

– Чего бы я сейчас не отдала за то, чтобы иногда проводить денек в джунглях!

Кэтрин задумчиво нахмурилась:

– Может, мне попросить об этом его высочество?

– Неужели думаешь, что он согласится? – с удивлением спросила Харриет.

– Может, и согласится, если я правильно изложу просьбу. – Помолчав, Кэтрин пояснила: – Я заметила, что он особенно любит те большие орехи, которые приносит Дикон. Дюбуа всегда оставляет их себе.

Девушки развернулись и зашагали к дробильне. Настало время возобновить труды. Подойдя к крыльцу, Кэтрин решительно тряхнула головой:

– Наверное, я пойду к нему. Предложу, чтобы каждый день Дикона сопровождала одна из нас. Пообещаю, что остальные будут работать лишние полчаса… чтобы наверстать упущенное.

– Как замечательно! – Харриет просияла. – И ведь Дюбуа наверняка понимает, что мы не настолько безрассудны, чтобы бежать.

– Мы даже не знаем, в какую сторону идти. – Кэтрин тяжело вздохнула.

Они вошли и взгромоздились на высокие табуреты, стоящие по обе стороны длинного стола, занимавшего середину помещения.

Мэри Уилсон оторвала взгляд от алмаза, с которого она осторожно откалывала запекшуюся рудную корку. Широко улыбнувшись Кэтрин и Харриет, она возобновила работу. Всего женщин было шесть, все сейчас сидели в дробильне. Они держались вместе, сплоченной группой, с первых дней сообразив, что иначе нельзя. Хотя Кэтрин была самой уверенной из всех и не боялась иметь дело с Дюбуа, остальным довольно часто приходилось ее поддерживать. Все они происходили из разных классов и социальных слоев. До того как попасть в поселок при руднике, Кэтрин служила гувернанткой. Харриет, молодая женщина из хорошей семьи, приехала во Фритаун следом за Диксоном и искала работу. Мэри была продавщицей и совладелицей лавки, Эллен Маккензи недавно приехала в колонию в поисках места экономки. Ну, а искусные швеи Энни Меллоуз и Джемма Холлидей выросли в трущобах. Несмотря на такое разное происхождение, все пленницы очень сдружились. Они привыкли во всем полагаться друг на друга.

За пятнадцать минут до того, как Кэтрин и Харриет вышли на прогулку, в дробильню вошел надсмотрщик. Пленницам разрешалось выходить на прогулку по двое; все остальные, кроме Кэтрин и Харриет, уже погуляли. Надсмотрщик стоял, прислонившись к стене, и бросал на пленниц равнодушные, скучающие взгляды.

Через десять минут – все шесть женщин усердно работали – надсмотрщик потянулся и направился к выходу.

– До скорого, дамы! – врастяжку произнес он и вышел, со стуком захлопнув за собой дверь.

Все шесть пленниц тут же подняли головы. Мэри встретилась взглядом с Кэтрин. Через миг Кэтрин, которая усиленно прислушивалась, кивнула. Мэри соскользнула с табурета, подкралась к двери, осторожно приоткрыла и выглянула наружу.

– Он возвращается в барак! – сообщила она, усмехнувшись.

Пленницы никогда не знали, когда к ним нагрянет очередной надсмотрщик, – и всегда вели себя осторожно на тот случай, если, выйдя, тот станет подслушивать, надеясь услышать что-то крамольное и донести на них Дюбуа. Правда, подслушивали их редко. Вот и сейчас надсмотрщик не стал задерживаться у дверей.

Закрыв дверь, Мэри вернулась на свое место и снова уселась на табурет.

– Новости есть? – спросила она, глядя на Кэтрин.

– Я решила попросить Дюбуа, чтобы он позволил нам – по одной, но каждый день – сопровождать Дикона в его экспедициях. Нам всем не вредно немного развеяться.

– О-ох! – мечтательно вздохнула Джемма. – Я бы не против!

Они начали прикидывать все за и против, обсуждать, как лучше изложить просьбу Дюбуа. Кэтрин покосилась на Харриет, но Харриет, судя по всему, решила пока не упоминать об открытии второго тоннеля.

У них хватит времени, чтобы поговорить об этом потом, после вечернего «общего сбора». Тогда все и узнают плохую новость.


Глава 1 | Ловушка для капитана | * * *