home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 35 Белый слон


— Как думаешь, Моллина арестует нас, если ты отвезешь меня домой? — спросила Темпл. Она стояла возле «шевроле», босая, точнее – в порванных на носках и пятках колготках. На правой руке у нее висели возвращенные ей туфли и сумка, а на левом запястье – связка ключей на большом кольце. Мэтт стоял напротив, с его правой руки свисал Черныш Луи.

— Думаю, она нас арестует, если я не отвезу тебя домой, — ответил Мэтт. — Ты выпила куда больше епископского чая, чем я.

— Как и Моллина. Она гораздо приятнее, когда поддатая.

— Она не была поддатой, как, вообще-то, и ты. Ты просто истощена.

— Теперь я точно не такая поддатая, как была раньше, — качнулась в их с Луи сторону Темпл. Без каблуков она доставала только до его подмышки (Мэтта, а не Луи, конечно же). Он удержал ее, чтоб не упала, поставил ровненько, потом положил ее сумку и полусонного Луи на заднее сиденье машины и проводил Темпл до дверцы.

Когда ее, наконец, усадили в машину, она уставилась сквозь ветровое стекло на небо и принялась считать звезды. На самом деле, это были не звезды, а пыльные следы от высохших капель, но в свете проносящихся мимо уличных фонарей они мерцали почти как звезды. То появлялись, то исчезали, с одинаковой периодичностью, когда машина приближалась и удалялась от нового фонаря. Не водить иногда так приятно.

— Говоря о лейтенанте Моллине, — сказала наконец Темпл, — думаешь, эта подлянка когда-нибудь расскажет нам, что произошло на самом деле?

— Я думаю, она собирается спросить об этом нас, когда выветрится чай.

— Плохо, что ты не нашел отца Эрнандеса во время нашей маленькой стрелки с полицией, — добавила Темпл, вздыхая. Она не хотела произносить то, что думала, в чем все ни капли не сомневались. Отец Эрнандес наконец дошел до точки. Но почему? Что довело его до такого сумасшедшего экстрима? И почему Моллина не афиширует личность схваченного на месте преступления? Может, во всей этой истории кроется нечто большее, что она хочет выудить из кого-то из нас?

— Да, очень плохо, что я его не нашел, — мрачно ответил Мэтт, подумав о священнике. — Отцу Рафу приходится выдерживать такое давление, — Мэтт мысленно отбросил все волнения. — Может, его вызвали на срочное проведение обряда? Я не могу поверить в то, что это он сделал все это.

Темпл на это не купилась:

— Кажется, ты знаешь об этих людях больше, чем говоришь. Моллина была права.

— И ты тоже.

— Да.

— Лейтенант Моллина не такая тупая, как тебе хотелось бы думать.

— Не тупая… просто другая. Не могу ее раскусить.

Темпл снова пересчитала капли от звездной пыли на стекле автомобиля. Если подумать, она, скорее, была усталой, чем хоть каплю напуганной.

— Она накопала кое-какую неважную информацию на Макса и вела себя так, словно это Святой Грааль.

— Какую информацию?

Ужас, ведь это было про Макса, а это был Мэтт.

— Ничего важного.

Хоть в чем-то нужно сохранять друг другу преданность. Может, сестра Серафина пыталась делать именно это? И отец Эрнандес тоже, если правда была известна, правда, которую знал Мэтт, но не сказал бы, потому что не может. А кому же теперь была предана Пегги?

— Я устала, — сказала Темпл.

— Еще бы.

— Ты меня уложишь?

— Электра уложит.

— А как насчет Луи?

— Его уложу я.

Темпл разбудили белые солнечные иглы, больно вонзающиеся под ногти ее мини-жалюзи. Казалось, из-за них болело все, особенно голова.

Она лежала там, обессиленная и имеющая на то полное право, созерцала остатки трех обломленных красных ногтей. А ведь если у нее и было что хорошего, так это ногти. Их практически откусили, как будто садовыми ножницами, потому что только хорошо наточенный толстый металл мог переломить ее крепкие ноготки.

Но она вовсе не мечтала поскорее исправить свой красивый маникюр, который она обычно делала дома. Темпл просто лежала и прокручивала в голове события минувшего вечера, ощущая себя полной размазней. Был ли это стресс или чай сестры Розы? Она ведь еще даже не взглянула на часы возле кровати. Хотя по тому, как бил в ее окна свет, сквозь жалюзи, она могла догадаться, что теперь было много позже, чем она изначально думала.

Она все еще не двинулась, затерявшись где-то на сладком пробуждении, когда мысли водят полубредовые хороводы, а над тобой все еще висит мягкое белое облако сна, готовое пролиться на тебя и снова унести с собою прочь.

Но вдруг неожиданное, грозное шипение из гостиной заставило ее резко сесть в кровати, в голове у нее начала пульсировать кровь, прямо над шеей, в затылке.

Шипение! Она раздраженно зашипела в ответ и выпрыгнула из кровати быстрее, чем сама того желала. Кошачьи бои в разгаре! И на ее совести было разнять драчунов. Мэтт должен был вчера высвободить Икру из заключения… О, нет! Она замерла на мгновение, неожиданно обрадовавшись дерущимся кошкам. Святые коты! Теперь она поняла, кто был сумасшедшим на телефоне, а может, и тем, кто устраивал шуточки в церкви, поджигателем-недотепой и даже, наверное, распявший кота. А тем временем у нее были домашние дела по примирению котов в соседней комнате.

Два черных кота с взъерошенными, точно две наэлектризованные щетки, хвостами, намертво сцепились на ее чудесном диване. Луи выглядел громадным, как чау-чау, а Икра была хоть и поменьше, но сумела распушиться, как высушенный в сушилке шпиц, явно опасный с точки зрения электропроводимости. Явно никаких ритуалов по спариванию тут не наблюдалось. Темпл похлопала в ладоши:

— Ну-ну! Котятки! Милые пушистики должны жить дружно.

Но никто из них даже не взглянул на нее. Темпл потянулась осторожно взять Икру, а потом аккуратно опустила ее на пол. Икра медленно начала отступать окольными путями, выгибая спину и распуша хвост и ни на секунду не спуская глаз с Луи.

Луи зевнул и вытянулся во всю длину, занимая большую часть дивана. С самодовольным видом он смотрел на Темпл. Такое ощущение, что он говорил: «Мой диван. Мое место. Моя хозяйка».

Темпл налила себе чашку крепкого кофе, посмотрела на висящие на стене неоново-розовые часы и поспешно вернулась в спальню.

Полдень в разгаре. Электра, должно быть, проснулась.

Через пятнадцать минут Темпл была уже двумя этажами выше, возле двери хозяйки заведения, и отчаянно звонила в звонок, который, может, вообще не работал.

— Привет, милочка, — поприветствовала ее Электра. На ней были кислотно-лимонные леггинсы и безвкусная яркая футболка слишком большого размера, а седые волосы были оттенены желто-зеленым спреем. — Мэтт рассказал, что ты опять встретилась с каким-то негодяем. Только в этот раз, он говорит, ты победила. Однако ты выглядишь немного помятой, если ты позволишь мне так сказать.

Темпл посмотрела на свои усеянные синяками ноги и вздрогнула:

— Скажу только, что вам было бы интересно на него взглянуть, хотя никто из нас так его и не увидел. Моллина строит из себя прямо-таки мамочку в отношении этого котоненавистника и обидчика монахинь, который пытался поджечь дом Бландины Тайлер.

— Я не очень понимаю, — сконфуженно ответила Электра, потому как не была в курсе происходящего. — Но все же, ты выглядишь так, словно кто-то потрепал твою челочку.

— Если честно, весь вред, нанесенный вчера ночью, в основном исходил от маленькой пожилой монахини.

— Да, ты уж берегись нас стариков, — согласилась, смеясь, Электра.

— Электра. Не могли бы вы оказать мне услугу?

— Что угодно, дорогая моя. Что нужно? Маскировка для прикрытия? Может, в этот раз в образе монашки? Настоящая одежда и прочее… — Электра уже пришла в восторг. — Это была бы очень пикантная перемена после стриптизерши. А я могла бы быть… веселой сестрой Мэйбеллин.

— Нет, Электра, не это. Мне нужен новый дом для миленькой славной кошечки, которую я спасла от газовой камеры. Ее зовут Икра, она…

— О, нет, дорогая. Я совершенно точно не могу…

— Но она такая чудесная. Я оплачу ее стерилизацию. Похоже, что Луи не очень-то рад тому, что кто-то покушается на его территорию, и…

— Нет, обычно кошки так не делают…

— Вы тоже говорили об этом с Мэттом? — подозрительно спросила Темпл.

— Нет. Я и так это знаю. Кошку я взять не смогу. Абсолютно точно, — по тону Электры Темпл поняла, что в таком случае, как минимум, небо упадет на землю. — Оставишь ли ты обоих или нет, мне все равно, но нет, я ее взять не могу.

— Луи, очевидно, не все равно. Но почему нет, Электра? У вас ведь есть место. Вы прямо как Луи.

— У меня, эммм, аллергия на кошек, — произнося это, она даже не смотрела Темпл в глаза. — Не могу нормально дышать, когда долго нахожусь рядом с ними. Прости, Темпл, но это не обсуждается.

У Темпл была великолепная интуиция. Она всегда чувствовала, когда ее пытаются водить за нос, неся всякий вздор. И этот как раз был такой «носооттягивающий» случай. Какие бы реальные причины ни крылись за перевоплощением Электры из мировой гостеприимной хозяюшки в противницу кошек, Темпл ничего такого от нее никогда не слышала.

— Может быть, Мэтт… — рассуждала Темпл.

— Да, спроси Мэтта, — быстро ответила Электра и резко закрыла перед ее носом дверь. Темпл даже пикнуть не успела, так и осталась стоять, глядя на панели из красного дерева.

Полдень. Бедняга, наверное, уже встал.

Ну, хотя бы ему не надо было ехать на работу. Темпл потащилась к дальней лестнице, а потом спустилась на этаж ниже. Она уже пожалела, что обула расшитые блестками теннисные туфли. Сегодня ей не доставляло удовольствия чувствовать себя коротышкой. Но она была слишком утомлена, чтобы напяливать каблуки и взбираться на свою обычную высоту.

Мэтт открыл ей дверь на первый же звонок. На нем был его «джи» и солнечная улыбка:

— Вот и ты. Выглядишь так, словно тебе немедленно требуется огромная доза кофеина.

Темпл кивнула. Его приветствие очень ободрило ее:

— При том, что тебе не давали спать и нормально работать последнее время – и чаще всего по моей вине – я очень рада видеть, что ты так подвижен.

— Ми кульпа – ответил он. Когда Темпл удивленно посмотрела на него, он трижды ударил себя в грудь кулаком со словами: – «Ми кульпа, Ми кульпа, Ми кульпа». Католические бредни. «Моя вина, моя величайшая вина», только на латыни. В церкви нас постоянно пытаются душить какой-то несуществующей виной. Позже отпускает, конечно. Но нет смысла цепляться за эту устаревшую модель поведения.

— Вину нельзя причислить к какой-то категории, — отвечала Темпл, садясь на составленные ящики и беря из рук Мэтта кружку, — и она никогда не выходит из моды, — она немножко отпила и вдруг приподняла брови в легком удивлении, как делают женщины в рекламе кофе: – Очень вкусно.

— Настоящий, я тоже выпил порцию перед тем, как спускался к бассейну и занимался там тай-чи. Как тебе: западная бодрость и восточное успокоение?

— Противоречия тоже не выходят из моды, — улыбнулась Темпл. — Скажи, Мэтт, я тут думала. Твоему жилищу не помешал бы кое-какой уют.

— Аминь. Ты тоже занимаешься декорированием помещений?

— Нет… я как бы сваха.

В этот раз он глотнул и как бы невзначай приподнял свои белые брови, точно мужчина из рекламы кофе. Боже, как они были хороши в таком вот положении.

— Как бы тебе понравилась невзыскательная компания?

Мэтт выжидал:

— Насколько невзыскательная? И какого рода компания?

— Икра, — застенчиво ответила Темпл.

— Луи ни в какую, да?

— Она гораздо меньше, и это нечестно – оставлять ее на милость того, кто готов вышибить ее оттуда в мгновение ока.

Мэтт, улыбаясь, покачал головой:

— Неужели прошлая ночь не подтвердила, что во время схватки размер не имеет значения? Все дело в духе и в том, что восточные мастера называют духовностью.

— Когда дело касается котов с выпущенными когтями, то вся их духовность заключается в большом количестве слюны и шипении. Кроме того, я не знаю настоящих размеров напавшего на меня. А лейтенант С. Р. Моллина, мисс Сара Расскажи Моллина, не скажет нам, кто это был.

— У нас нет достаточно оснований, чтобы знать, — Мэтт сам выглядел так, словно не хочет знать.

— У меня есть! — воскликнула Темпл. — Луи чуть не прикрепили к стене, как постер. Не говоря уже о том, что это чудовище устроило пожар и подожгло винтажный туалетный столик.

— Не думаю, что у Моллины есть реальные мотивы преступления, и она не знает наверняка, была ли убита мисс Тайлер или нет. А даже если и так, то кто, по ее подозрению, может быть настолько безумным, что его надо преследовать по закону?

— Несмотря на этот мрачный сценарий и наши невысказанные подозрения, ты выглядишь сегодня утром довольно веселым.

В ответ он тепло улыбнулся:

— Почему нет? Ведь это и моя победа – новобранец должен пройти через полевые испытания и одержать победу. — Мэтт посмотрел на ее пальцы, которыми Темпл вцепились в кружку, а потом добавил: – За исключением трещинок в ее маникюре. И… миссия, ради которой мне позвонила сестра Серафина, окончена, и неважно, что без хэппи-энда. К тому же, я сильно сомневаюсь, что хотя бы один раз сестре Марии-Монике кто-нибудь позвонит с прежними претензиями.

— Ну, что ж, — ответила Темпл, — если все чудесно, за исключением обычных человеческих трагедий, как насчет того, чтобы отпраздновать это включением нового милого дружка в свою жизнь?

— У меня уже есть новый милый дружок в моей жизни.

Вся важность последнего заявления заставила Темпл моментально забыть о своей миссии – найти ее киске новый дом. Она улыбнулась из-за своей чашки с кофе и ничего не отвечала целых пять секунд.

— Нужно делиться своей удачей с менее удачливыми, — вежливо сказала она.

— Опять виновен?

— Всегда, — пожала плечами Темпл. — Это срабатывает. Они все еще улыбались друг другу.

Зазвонил телефон, и они виновато вскочили. Мэтт подбежал к кухонной столешнице, чтобы схватить белую телефонную трубку, а Темпл разрешила себе осмотреться. Она не обнаружила никакой цветовой схемы. В общем, Икра впишется чудесно, что бы там Мэтт ни сделал.

Мэтт, прижав к уху трубку, словно компресс, развернулся к Темпл с очень серьезным видом.

— В два часа, — сказал он, — в центре. Темпл попыталась изобразить на лице вопрос.

— Нет… она здесь, — продолжал Мэтт. Снова пауза. Кто это звонил? Электра?

— Уверен, она придет… Верно. До свидания, — он повесил трубку и посмотрел на Темпл.

— В два часа в центре, в полицейском участке. Кажется, лейтенант Моллина готова вывернуться наизнанку или, по крайней мере, вывернуть нас.

— В центре! — Темпл была напугана. Ведь это звучало так официально. — Ты и я? Почему мы?

— Не уверен, что это только мы. Полагаю, это вся церковь Девы Марии Гваделупской в полном составе. Моллина звучала очень загадочно, точно Чарли Чен. Полагаю, это будут все из гостевой комнаты монастыря, кто под подозрением.

— Но мы не под подозрением. Она уже поймала преступника.

— Может быть.

Темпл допила остатки своего прекрасно сваренного кофе и поднялась:

— Что Моллина сказала тебе, когда ты сказал ей, что я там?

— Ничего. В течение десяти секунд, — ухмыльнулся Мэтт. — Теперь, когда она знает о моем прошлом, я вижу, что она копает довольно глубоко. Ты права, довольно забавно озадачивать лейтенанта Моллину. Особенно, когда она не права.

— Ну, мне, наверное, стоит получше подготовиться к официальной запарке меня же. Хотя нас обоих могут легко отправить на костер. Я могу тут быстренько бросить кошку, когда еще не ушла?

— Я зайду за тобой, — решительно произнес он. — И почему ты не хочешь дать Чернышу Луи шанс проявить теплоту к Икре?

— Я всегда за проявление теплоты, — парировала Темпл, выскальзывая за дверь и уверенно выбрасывая вперед свою ступню, в стиле бурлеск-шоу. Не хватало только барабанной дроби.



Глава 34 Чай для епископа | Кошачье шоу | Глава 36 Луи уклоняется от пули