home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



* * *

Подав Кристине руку, Саймон помог ей сесть в экипаж и сам занял место напротив. Кристина была придавлена чувством вины. Губы лорда Рокли превратились в тонкую линию. Некоторое время спустя, морщась от сдерживаемого гнева, он заговорил:

– Так дальше продолжаться не может. Нужно положить этому конец, и как можно скорее. – Он вперил в Кристину серые глаза. – Это дело рук Баклоу. Так или иначе, я его отыщу.

Она взглянула ему в лицо, отмеченное печатью глубокой скорби.

– Да, знаю. Надеюсь, так и будет.

И потупилась. Несколько минут оба молчали. Она невидящим взором смотрела на проплывающий за окном пейзаж, притихшая и отрешенная. Ее терзали угрызения совести за то, что не смогла побороть собственную гордость. Тогда бы ничего не случилось. Ей вдруг стало холодно. Пришло время действовать, она больше не вынесет неопределенности. Хватит притворства. Слишком сильно она напугана.

– Я не слепой, Кристина, и не дурак, – негромко обратился к ней Саймон. Она взглянула на него, в глазах стояла мука. Он ощутил прилив небывалой нежности. – Я уже просил вас довериться мне и говорил серьезно. – Должно быть, взгляд Кристины резко затуманился, он будто прочел ее мысли. – Я знаю, вам страшно, и мне хотелось бы знать почему. Вы слишком молоды, чтобы участвовать в том, во что оказались замешанной.

Отлично понимая, что он имеет в виду, Кристина потупилась и упрямо вздернула подбородок.

– Никак не возьму в толк, о чем вы толкуете. Я в самом деле не имею понятия.

– Оставьте эти игры, Кристина. Послушайте меня. – Он был серьезен и убедителен, и ей вдруг захотелось во всем сознаться. – Я знаю, что Баклоу для вас совершенный незнакомец, и мне совсем не хочется выяснить, что ваш брат каким-то образом замешан в его преступной деятельности. – Видя, что она уже открыла рот, готовясь возражать, он поднял руку, призывая к молчанию. – Сначала выслушайте. Я поведаю вам кое-что о Баклоу, о чем ни вы, ни ваш брат даже не подозреваете.

Повинуясь, Кристина внимательно посмотрела на него, заинтересованная тем, что он намеревался до нее донести.

– И что же это?

– Семья Баклоу – католики. Вам это известно?

– Да, однако многие наши знакомые католического вероисповедания. Разве это имеет какое-то значение?

– Марк Баклоу – якобит.

Сердце Кристины сжала ледяная рука ужаса.

– Понимаю. Но как это связано со всем прочим?

– Вы знаете, кто такие якобиты? О том, что они пришли в движение с тех пор, как был изгнан двор Якова Второго?

– Разумеется, да. Эти люди хотят, чтобы король-католик сменил на троне королеву Анну, потому что она бездетна и не имеет наследника.

– Яков Третий.

– Все это мне известно, я не глупая. Хотите сказать, Марк Баклоу шпион или что-то в этом роде?

– Нет. Он не шпион и не заговорщик, просто слишком рьяный и чрезмерно активный сторонник дела якобитов. Знаете ли вы, что он жил во Франции во времена изгнания двора Якова Второго? Без сомнения, он участвовал в заговоре по водворению Якова обратно на трон, а теперь хочет посадить на престол его сына.

– Вы, как я вижу, хорошо изучили его характер!

– Его характер меня нисколько не интересует. Человека определяют только его действия.

– Если он не шпион и не заговорщик, то кто?

– Деньги, которые он выручает здесь грабежом, переправляются во Францию для финансирования дела якобитов. Для Джеймса Стюарта он на все готов. Ходят слухи о восстании, и, если они правдивы, для этого нужны средства. Следовательно, считая Марка Баклоу своим другом, вы лишь вредите себе.

Глубоко оскорбленная его словами, она чопорно выпрямилась.

– Никакой он мне не друг. Если то, что вы говорите, правда, его осудят и обвинят в измене, когда поймают.

– Это верно. Если ваш брат ведет с ним какие-либо дела, его тоже сочтут сторонником якобитов и подвергнут суровому наказанию. И вы не спасетесь, Кристина. Будете на всю жизнь покрыты позором католицизма и никогда не сможете вырваться из его смертельной хватки. Якобиты стремятся посадить на трон Джеймса, которого считают подлинным монархом, прежде чем будет избран преемник.

– Но это невозможно, я хочу сказать, пока жива королева.

– Именно. Хоть здоровье у королевы Анны и слабое, она может протянуть еще долгие годы. Кто знает? Не думаю, что враги короны готовы ждать.

У Кристины все еще не укладывалась в голове мысль о том, что Марк Баклоу якобит. Осознав истинный смысл, она в ужасе воззрилась на Рокли:

– Хотите сказать, ее убьют?

Он молча кивнул.

Лицо Кристины посерело, в душе нарастала паника. Все оказалось куда хуже, чем она представляла, не хотелось бы иметь ничего общего с этим. Грабежи Марка приобрели совсем иное значение, и на нее вдруг обрушилось осознание их с Уильямом вовлеченности.

Свергнуть законную королеву с престола, убить ее.

– Мне с трудом верится, что такое возможно. Сознательно Уильям ни за что не впутался бы в подобное.

– Я вам верю. Нужно быть умалишенным, чтобы вообще связаться с Баклоу. Намерения якобитов никогда не осуществятся. У них нет ни людей, ни денег, вне зависимости от того, сколько экипажей ограбит Баклоу. Джеймс никогда не займет английский трон, а богатые якобиты в нашей стране беднеют всякий раз, как выбрасывают очередную порцию денег в Ла-Манш, веря, что их прибьет к берегам Франции и заманит Джеймса в Англию.

– Вы весьма осведомлены в этом вопросе.

– У меня много друзей, занимающих высокие посты, среди них Мальборо, доверенный советник королевы Анны. Не описать словами несчастья, которые падут на вашу семью, если вашего брата заподозрят в измене. Ваши жизни будут разрушены, вы подвергнетесь страшным опасностям. И это в то время как Уильям собрался жениться на мисс Миранде Кершо, отец которой – богатый торговец шерстью в Киренчестере.

– Вы его знаете?

– Достаточно, чтобы понять, что он из тех людей, кто подвергнет самому тщательному изучению семью, с которой собирается породниться.

– Но я вам говорила, все уже решено. Миранда и Уильям должны пожениться в самом скором времени.

– Недостаточно скоро. Когда я схвачу Баклоу, все члены его банды будут разоблачены. Думаю, вы понимаете, что я имею в виду, Кристина.

Она сидела скованная и напряженная. Поймав его взгляд, сознала, что он предупреждает. Но она на свой страх и риск проигнорирует это.

– Если вы знаете укрытие Баклоу, в ваших интересах сообщить мне.

Призвав на помощь все резервы самообладания, Кристина ответила:

– Я этого сделать не могу, советую вам поговорить с Уильямом. Расскажите ему то же, что мне сейчас. Если он сочтет, что может быть вам полезен, сделает это. Зачем вы вообще меня во все это посвящаете?

Долгое время лорд Рокли молча смотрел на нее. Она заметила на его лице новое выражение, которого не видела прежде.

– Из-за того, что случилось с мистером Сеньором. Будьте осмотрительны, Кристина, позвольте мне помочь вам.

Его слова были подобны ушату холодной воды, и она отчаянно пыталась отыскать выход из сложившейся ситуации, из ловушки, в которую угодила.

– В этом нет необходимости. – Она мысленно морщилась от тревоги, понимая, что не смогла убедить лорда Рокли. – Вы ничем не можете мне помочь.

– Значит, вы все еще мне не доверяете.

Их карета как раз прибыла в Оукбридж и остановилась. Том опустил ступеньки. Кристина приподнялась, готовясь выходить.

– Не в этом дело, – обронила она на ходу. – Просто я не могу.

Она не повернула головы в его сторону. Лорд Рокли вышел следом и зашагал к дому. Лишь оказавшись у парадной двери, склонился к самому ее уху и прошептал:

– Я все понимаю, Кристина, и не стану принуждать вас. Чувствую, вы напуганы. Обещайте, что в случае опасности обратитесь ко мне! Я вам помогу, даю слово.

Она посмотрела на него, понимая, что он говорит искренне. Но что можно рассказать, не выдав их всех? Поэтому она просто кивнула:

– Благодарю вас.


Ожидающий их возвращения Уильям приветствовал лорда Рокли почти с раболепным энтузиазмом. Кристина с облегчением отметила, что брат помылся, побрился и воспрянул духом, хотя и гадала, что стало причиной подобной перемены.

– Как прошел визит к миссис Сеньор? Как там дорогая леди?

– Миссис Сеньор пребывает в страшном расстройстве, и есть от чего.

– Мне искренне жаль это слышать. Ужасное дело. Я и сам позже съезжу к ней, чтобы принести соболезнования.

– Уверена, она это оценит.

– Уже почти время обеда. Вы к нам присоединитесь, лорд Рокли?

Кристина нерешительно взглянула на брата.

– Похоже, лорду Рокли пора собираться в дорогу. Не так ли, лорд Рокли?

А Саймон с готовностью принял приглашение Уильяма. Кристина внимательно посмотрела на него, догадавшись, что он вообще не собирается уезжать, спешно придумывая новую стратегию.

– Я с радостью пообедаю с вами перед долгой дорогой.

– Прекрасно, – просиял Уильям. – Мы вас не задержим.

Сидя за накрытым белоснежной скатертью столом, сервированным сверкающими тарелками и приборами, Кристина наблюдала за мужчинами, с аппетитом поглощающими холодное мясо, оставшееся от вчерашнего приема. Говорила она очень мало, так как Уильям для разнообразия решил сыграть роль хозяина дома и сам развлекал лорда Рокли. Беседовали они главным образом о лошадях и местных новостях.

Покончив с едой, Кристина, извинившись, оставила их наедине, давая Рокли возможность рассказать Уильяму то же, что и ей. Узнав, что Марк Баклоу – якобит, замышляющий свергнуть королеву Анну с престола и посадить на ее место католика Якова III, Уильям наконец осознает весь ужас своего положения и задумается о том, чтобы заявить властям.


Позже Кристина вышла в холл, чтобы попрощаться с лордом Рокли. Перемена настроения брата сразу бросилась ей в глаза. Взгляд у него был затравленный, встревоженный, будто он не знал, что делать дальше. Следовательно, лорд Рокли все ему рассказал.

Кристина подошла к гостю, который натягивал перчатки, стоя у открытой двери. Генри ждал у крыльца, держа лошадей под уздцы.

– Вы ведь направляетесь в дом брата, лорд Рокли, не так ли?

– Пока еще не решил. Я пообещал нанести визит сэру Джону Крукшэнку. Нам нужно многое обсудить.

– Что бы вы ни решили, желаю приятного путешествия.

Вопросительно изогнув бровь, он посмотрел на нее своими серебристо-серыми глазами:

– Хотите, чтобы я уехал?

– Думаю, вам пора.

Она заставила себя посмотреть ему в глаза, давая тем самым понять, что именно это имеет в виду. Частично она страшилась того, что он может обнаружить, если задержится в Оукбридже на более продолжительное время, частично боялась хаоса, порожденного им в ее сердце. Уж слишком он соблазнительный, и, даже когда уедет, будет невозможно изгнать его образ из мыслей. У зарождающихся между ними отношений нет будущего.

Лорд Рокли пристально смотрел на нее, лаская взглядом, проникая к ней в мозг.

– Я все прекрасно понимаю. Наше с камердинером присутствие было вам навязано и потому стесняет. Похоже, я провел на военной службе так много времени, что позабыл, как вести себя в цивилизованном обществе.

Кристина смутилась оттого, что он подумал, будто она хочет от него избавиться.

– Прошу вас, не считайте себя обузой. Это совсем не так, просто…

Он заставил ее замолчать.

– Не утруждайтесь объяснениями, в этом нет необходимости. Я понимаю, мой визит затянулся. – Неожиданно он взял ее за руку и привлек к себе, внимательно всматриваясь в бледное лицо. Она избегала его взгляда, гадая, что он видит и думает.

Саймон вздохнул:

– Мне бы хотелось стереть из ваших глаз страх, Кристина. Почему вы не хотите довериться мне, чтобы я смог помочь вам?

Он ей поможет? Похоже на то, как если бы теплый, мягкий свет разогнал одиночество, грозившее поглотить ее целиком. На глаза навернулись слезы, возникло желание расплакаться.

– Как вы мне поможете? – хриплым от сдерживаемых эмоций голосом спросила она. – Я ведь уже говорила, вы ничего не можете для меня сделать.

Саймон наклонился так близко, что она почувствовала на лице его теплое дыхание.

– Я вам не верю, Кристина. Вы не должны отвечать за проблемы, которые были вам навязаны.

Ей очень хотелось, чтобы так и было. Но ведь он совсем ее не знает. Она вздохнула.

– В Оукбридже сейчас непростая ситуация. Вы своими глазами видели, что дом постепенно ветшает. Все совсем не так, как было при жизни нашего отца. Когда он умер, я поняла, что должна быть сильной ради брата и себя самой.

Глаза их встретились, но взгляд лорда Рокли оставался непроницаем. Должно быть, догадался, что до упадка их довела любовь Уильяма к азартным играм в Лондоне.

– Знаете, Кристина, вы буквально сотканы из противоречий.

– Что вы имеете в виду?

– На первый взгляд вы кажетесь хрупкой, слабой и очень уязвимой, но на самом деле сильная, решительная и весьма упрямая.

Она чуть заметно улыбнулась:

– О боже мой! Неужели это так плохо, лорд Рокли?

– Боюсь, что да. Кстати, меня зовут Саймон.

– Но мы едва знакомы.

Он покачал головой, лаская ее пальцы, от чего по всему ее телу разбегались волны жара.

– А вот тут вы ошибаетесь. Мне достаточно один раз посмотреть в ваши глаза, чтобы узнать о вас все, что нужно. Я знаю вашу красоту, вашу боль, вашу силу и ваше мужество.

Опасаясь вот-вот расплакаться, Кристина склонила голову. Когда она рядом с ним, безопасность выглядит вполне материальной субстанцией. В глубине души нарастала потребность высказаться.

– Вы не можете этого знать, ибо не представляете, какая у меня жизнь.

– Напротив, я знаю даже больше, чем вам кажется.

В его голосе звучали ласковые нотки. Кристина почувствовала, как по позвоночнику прошла дрожь, будто внутри ее всколыхнулось что-то, разбуженное поцелуем лорда Рокли. Ей никогда не хотелось близости с мужчиной, но сейчас переполняло именно это желание, порабощающее разум, весьма опасное, особенно в нынешней ситуации.

Выражение лица Саймона сделалось очень серьезным, когда он поднес ее руку к губам и легонько поцеловал пальцы.

– Берегите себя, Кристина. Я скоро приеду навестить вас, так и знайте.

Уильям встал рядом с сестрой, вместе они проводили глазами лорда Рокли и его камердинера. Когда те скрылись из вида, брат с сестрой переместились в столовую.

– Он обещал вернуться. Уверена, так и будет. Ты удивил меня, пригласив его остаться на обед. Что стало тому причиной? Я думала, ты хочешь быстрее от него отделаться.

У Уильяма задрожали губы, на глаза навернулись слезы.

– Нынче утром я получил письмо от Миранды. Она пишет, что покидает Лондон. Очень скоро мы с ней увидимся.

Вот, значит, что вызвало перемену.

– Понимаю. Если отец привезет ее в Оукбридж, будет трудно скрыть от них то, что здесь случилось, если только мы не положим этому конец до их возвращения. Лорд Рокли рассказал тебе о Марке, не правда ли?

Всем своим видом выказывая, как сильно встревожен, Уильям кивнул.

– Боже всемогущий, Кристина, я и понятия не имел, даже не помышлял, что Марк якобит. Можешь мне верить.

– Я-то верю, но ему позарез нужно было устроить в Оукбридже свое логово, так что разницы никакой.

– Я всегда подозревал неладное, но чтобы такое! Невероятно! Мне и в голову не могло прийти, что он католик.

– Марк обманул нас обоих. Ты ведь ничего не рассказал лорду Рокли?

– Нет, но очень хотелось.

Сгущающиеся послеполуденные сумерки отлично гармонировали с мрачностью Уильяма, но Кристина не обратила на это внимания. Всхлипывая, точно наказанный ребенок, брат направился к графину, чтобы налить себе порцию бренди.

– Это самое худшее, Кристина. Самое-самое худшее, – причитал он, заливая горе янтарной жидкостью. – Мне претит самая мысль о том, что он и его приятели задумали убить королеву, чтобы добиться желаемого.

Осознание этого вспороло сердце Кристины с точностью хирургического скальпеля. Будто впервые, она четко сознала, во что они ввязались, ей стало очень стыдно. Если для того, чтобы спастись, придется бросить вызов Марку, значит, так тому и быть. Она поделилась соображениями с братом, тот поразился ее ледяной решимости.

– Согласна с тобой. Вот почему нам нужно заявить Марку, что не хотим больше иметь с ним ничего общего.

– Я не могу! – в панике вскричал Уильям, энергично тряся головой и наливая себе еще выпить. – Не могу, Кристина. Ты отлично знаешь, он меня убьет.

Она вздохнула, понимая, что ему недостает мужества выступить против Баклоу. Ей и самой хотелось укрыться в каком-нибудь укромном уголке, куда не проникнет терзающий ужас. Вот бы кто-нибудь снял с плеч бремя, которое она несет так долго, указал путь, как некогда делали родители, а потом Уильям. Теперь брат ждет решительных действий от нее.

– В таком случае ты не оставляешь мне иного выбора, кроме как самой все ему рассказать.

Уильям сверкнул глазами.

– Нет, Кристина, я запрещаю тебе это.

– Ну, так сделай это сам, – резко возразила она, потому что в глубине души сильно беспокоилась о безопасности брата. Для нее его жизнь превыше всего, а вот Марк легко найдет ему замену.

Уильям отвел глаза и тупо покачал головой. Руки у него дрожали, потому что он еще выпил.

– Он убьет нас, я знаю. Нам никогда от него не освободиться.

– Нет, если будет сидеть сложа руки.

– Все равно ничего нельзя поделать, и ему это отлично известно.

– Я подкуплю его деньгами, лишь бы оставил нас в покое.

– Но у нас нет денег.

– В этом доме еще остались некоторые стоящие вещи. Продадим их и выручим немного денег. Если Марк в отчаянном положении, может, и послушает меня. Давай пожертвуем моими украшениями, или несколькими картинами, или даже некоторыми твоими драгоценными лошадьми, – сухо предложила Кристина, думая о великолепном скакуне, которого Марк подарил Уильяму на заре знакомства, чтобы заручиться его преданностью до того, как брат, испугавшись связи с преступником, попытался выйти из игры, а Марк пригрозил ему расправой. – Уверена, мы сумеем выручить солидную сумму.

– Нет, Кристина, только не лошадей. – Уильям был удручен таким поворотом событий. – Ты ведь знаешь, как много они для меня значат.

– Нужно быть готовым пойти на жертвы, если хочешь собрать выкуп Марку.

Подавленная невыполнимой задачей, Кристина развернулась и понуро побрела к двери. Ее убежденность была порождена инстинктом самозащиты, пустившим глубокие корни в сердце. Она верила: если Марк Баклоу прежде не застрелит Уильяма, его повесят. Такой исход событий был ей ненавистен, поэтому на раздумья времени не оставалось. План действий предельно ясен.

– Как я понимаю, сделать в данной ситуации можно только одно. И это зависит от меня.

– Кристина, ты не можешь так поступить. Только подумай, что ты говоришь!

– Не хочу я ни о чем думать. Кто много думает, тот мало делает. Я уже все решила. Хватит жить так, как мы! Пора тайн и молчания миновала. Пришло время превратить слова в действия. У нас не осталось иного выбора, кроме как бросить Марку вызов. Ну а если не сработает, я все расскажу Рокли.

Саймон Рокли представлялся мощным лучом надежды, освещающим непроглядную тьму ее жизни. Уильям побледнел и недоверчиво уставился на сестру. На некоторое время между ними повисло напряженное молчание.

– Ты с ума, что ли, сошла? Это верный способ отправить меня на виселицу, ведь никто не поверит, что я Марку не сообщник.

– Мы должны пойти на этот риск.

Отголоски слов испуганного Уильяма все еще звучали в голове, пока она шагала прочь, не дав брату возможности протестовать дальше. Обычно в подобных ситуациях она придумывала для него слова утешения, но на этот раз блестящий ум отказывался функционировать, а язык словно прирос к нёбу. Ей было страшно не меньше Уильяма. Приняв решение, она обычно действовала без промедлений, не взвешивая плюсы и минусы. Сейчас все зависит от нее. Она не уверена, что справится с задачей, но попытаться определенно стоит. Она единственная, кто может противостоять чудовищу Баклоу.


Скача прочь от Оукбриджа, Саймон продолжал думать о Кристине. С тех пор как впервые увидел эту красивую молодую женщину и взглянул в ее голубые глаза в обрамлении черных ресниц, он понял, что без нее его жизнь никогда не будет полной. Эмоции пребывали в страшном смятении.

Разделенные ими интимные моменты научили его смотреть не только на привлекательную внешнюю оболочку, но проникать в самую суть натуры. Он с удивлением понял, что, невзирая на удовольствие, полученное от страстной интерлюдии, в сердце укоренилось иное, более глубокое и сильное чувство. Хотя он и не имел представления, что это такое, испытывал удовлетворение от того, что эмоциональная реакция Кристины схожа с его собственной. В душе расцветали надежды на светлое будущее, омрачаемые страхом, похожим на бездонный колодец.

Уильям Эфертон вел себя очень уклончиво, когда Саймон сообщил те же сведения, что ранее Кристине. При упоминании Баклоу молодой человек полностью замкнулся в себе, ни словом, ни делом не выдав собственного участия, но не сумел скрыть страх, когда Саймон заявил, что Марк Баклоу – ярый якобит. Рокли не сомневался, что Эфертон каким-то образом связан с Баклоу, но предстояло выяснить, где он познакомился с этим безжалостным бандитом и как втянул еще и сестру.

Саймон решил во что бы то ни стало спасти Кристину от Баклоу, даже против ее воли. Даже при собственном физическом отсутствии в Оукбридже.


Отъехав от дома на некоторое расстояние, он доверился инстинкту, велевшему остановиться и подождать, спрятавшись в густых зеленых зарослях. Совпадение ли или счастливая случайность, но мимо галопом проскакали Кристина и ее грум.

– Куда, по-твоему, она так торопится, а, Генри?

Тот пожал плечами:

– Куда бы она ни направлялась, дело, похоже, срочное.

– Давай-ка последуем за ней. Как интересно развиваются события! Подозреваю, мисс Эфертон выведет нас прямиком к Баклоу.


Кристина скакала во весь опор, переполняемая страхом, смешанным с решимостью. Она держала путь в трактир «Черный лебедь» в Уэйкеме в надежде найти Марка. Если его там нет, придется возвращаться в Оукбридж и ждать, когда он объявится сам.

Не подозревая, что лорд Рокли следует за ними по пятам, Кристина и Том скакали пару миль по дороге, извивающейся вдоль берега реки. Потом начался подъем, и дорога превратилась в узкую тропинку, теряющуюся в глухом лесу. Некоторое время они двигались по ней, не повстречав ни одной живой души. Наконец за очередным поворотом появился «Черный лебедь».

Этот трактир был идеальным разбойничьим притоном. Ни один констебль не рискнул бы сюда сунуться. Вечерело, во дворе не было ни души, за исключением одинокой собаки. Кристина объявила, что пойдет в трактир одна в надежде застать там Марка, велела Тому смотреть в оба и, спешившись, не обращая внимания на протесты, передала ему поводья.

Толкнув дверь, она вступила в прокуренный и окутанный парами алкоголя общий зал и огляделась по сторонам. По сравнению с другими подобными заведениями трактир был невелик и запущен, но сомнительного вида завсегдатаи ничуть не возражали. Потолок был низким, комната довольно просторной, заставленной разномастными, грубо сколоченными столами, покрытыми жирными пятнами, со скамьями. За несколькими столами группками расположились мужчины. Кристина никого не знала. Двое, опершись о барную стойку, вели разговор с бородатым хозяином.

При виде Кристины трактирщик так изумился, что позабыл о делах. Эта благородная на вид дама не из тех женщин, кто бывает в «Черном лебеде».

Из расположенного за баром помещения доносился стук горшков. Кристина решила, что там кухня, и обвела взглядом устремленные на нее лица мужчин. Все как один бандиты, никто не отвел глаз. Стараясь не показывать своей нервозности, она зашагала к бару и, набравшись мужества, спросила о Марке Баклоу.

– Если он здесь, мне нужно поговорить с ним, – заявила она, в упор глядя на хозяина.

– А вы, значит, в курсе, что он сюда захаживает? – ворчливо отозвался тот.

Кристина расправила плечи, не собираясь выказывать слабости.

– Мне говорили, его можно найти здесь. Это так?

– Может быть.

Окинув ее скептическим взглядом, хозяин велел подождать, пока проверит, не занят ли джентльмен и готов ли ее принять.

Пытаясь оградиться от множества устремленных на нее внимательных глаз, Кристина вслушивалась в топот шагов хозяина, поднимающегося по деревянным ступеням на второй этаж.

– Не желает ли леди выпить, чтобы скрасить ожидание? – предложил один из мужчин, сидящих у бара.

Посмотрев на него, Кристина засомневалась. После скачки ей было жарко и хотелось пить, но не терпелось поскорее покончить дело с Марком и вернуться домой. Минуту спустя вновь появился хозяин.

– Он вас примет. Поднимайтесь наверх.

– Ах. – Она едва сдерживала облегчение от осознания того, что Марк в «Черном лебеде». – Разве он не выйдет сюда?

– Говорит, чтобы вы сами к нему шли. Его комната в самом конце коридора.

Его комната! Значит, он живет в трактире. Не имея иного выбора, Кристина стала осторожно карабкаться по лестнице. Напугать ее непросто, однако требовалось мужество, чтобы сознательно явиться прямо в логово льва. Дверь в комнату была приоткрыта. Заглянув в образовавшуюся щелку, Кристина увидела, что Марк, голый по пояс, бреется, стоя над тазом с водой и смотрясь в висящее на стене щербатое зеркало. Щеки покрыты густым слоем пены, через плечо переброшено полотенце. Увидев ее отражение в зеркале, он оставил свое занятие и стер полотенцем пену.

– Входи, Кристина. Ты, как видишь, застала меня врасплох.

Сердце ее трепетало, так как в памяти еще было свежо воспоминание о проникновении в ее спальню. Распахнув дверь шире, она переступила порог комнаты. Волосы Марка всклокочены, будто он только что встал с постели и не успел причесаться.

– Какой сюрприз. Откуда ты узнала, где меня искать? Мало кому известно, что иногда я провожу время в этом трактире.

В его голосе звучала издевка, от которой Кристина всегда содрогалась.

– Порасспросила людей.

Он кивнул и хитро заулыбался.

– Я всегда знал, что ты умнее брата. Ты пришла одна, я надеюсь? – с подозрением спросил он, быстро подскакивая к распахнутому настежь окну и выглядывая во двор. – Тебя никто не видел?

– Не думаю. Меня сопровождает один из грумов. Он ждет внизу.

Марк зашагал обратно к ней, неприятно ухмыляясь.

– Должно быть, важная причина побудила тебя приехать в такое место, как это. Это честь для меня!

Было что-то унизительное и мерзкое во взгляде его черных глаз, открыто скользящем по ее фигуре, оценивающе разглядывающем очертания груди. Кристина порадовалась весьма скромному отделанному кружевами квадратному вырезу своего платья, иначе непременно покраснела бы. Аналогичное повышенное внимание со стороны лорда Рокли пробудило в ней чувственное желание, которое невозможно игнорировать, а поведение Марка вызывало лишь негодование. Для нее он олицетворение всего самого мерзкого. Совершенно не хотелось вступать с ним в схватку, особенно когда из защиты у нее лишь престарелый грум.

– Не обольщайтесь. Я приехала, чтобы еще раз, последний, просить вас покинуть Оукбридж. Поищите другое хранилище для награбленных богатств.

– И это все? Я-то уж было решил, что тебя влекут мои неотразимые чары.

По своему обыкновению, он насмехался над ней.

– Я ясно дала понять, каковы мои чувства к вам! А сюда приехала, чтобы обговорить пути отступления для себя и Уильяма. Больше ничего.

Марк посмотрел на нее со смесью веселья и раздражения:

– Думаешь, со вчерашней ночи я смягчился? Ну, так ты заблуждаешься, если полагаешь, будто я соберу вещички и исчезну. Я ясно выразился? Никуда не поеду! Прежде твой дражайший братец отправится на тот свет и прямиком в преисподнюю!

– Умоляю вас! Уильям не из тех глупых простачков, которых вы завлекаете в свои безумные, опасные предприятия. Этот якобитский заговор может окончиться только смертью. И ради кого? Ради короля, которого вы даже никогда не видели.

– Ты ничего не смыслишь в наших делах, – яростно рявкнул Марк. Выражение его лица сделалось уродливым. – Я не сдвинусь с места, пока моя миссия не будет завершена.

– То есть пока не будет свергнута королева Анна, а на трон посажен Джеймс?

Марк усмехнулся, глаза его почернели.

– Значит, ты все же кое-что понимаешь. Но это не имеет значения. Откуда ты узнала, что я якобит? Откуда, Кристина?

– Мне сказал лорд Рокли. Мы с братом не желаем в этом участвовать, слышите? Особенно после случившегося с мистером Сеньором, когда прошлой ночью его карету остановили вы или другие разбойники. Его в буквальном смысле напугали до смерти.

Поднимающийся в Кристине праведный гнев позабавил Марка, которого нисколько не волновала кончина одной из жертв.

– Несчастный случай, уверяю. Он ведь и без того был очень старым. Едва ли его уход в мир иной кого-то огорчил.

– Подумайте о жене этого несчастного, вы, чудовище! Настоящее чудовище. Уильям рискует всем, позволяя вам использовать Оукбридж для вашей предательской деятельности. Так не может продолжаться.

Марк бросил на нее мрачный взгляд.

– Предательской? Осторожнее с этим словом, Кристина! Плохо придется человеку, который осмелится выступить против нас. Даже если это женщина.

– Вам безразлично, сколько людей пострадает или умрет, пока вы стремитесь к своей цели?

Марк пожал плечами. Разговор начинал его утомлять.

– Цель оправдывает средства, как говорится.

– И вы намерены грабить вечно?

– Только по необходимости, пока не получу то, что мне нужно. Для достижения цели нужна чертова туча денег, которых честным путем никак не заработать. Вот я и стал вором, верно, но граблю только богатых аристократов, отнимая побрякушки у пустоголовых дамочек, которых эта утрата ничуть не огорчит. Некоторые украшения действительно стоящие, но ценность разительно сокращается, когда я отвожу их к скупщикам краденого, самым лучшим в Лондоне, смею заметить! Еще немного поработаю и отойду от дел, во Францию поеду.

Замолчав, Марк снова принялся рассматривать красивую женщину. Она всегда держалась с ним очень холодно, за что он прозвал ее ледяной девой. Временами ему хотелось разбить окружающий ее барьер и от души позабавиться. Он планировал пожинать плоды своей терпеливости в скором будущем, а с другой стороны, зачем ждать? Кристина явилась по собственной воле. Она одна и не может не понимать, чем рискует.

– Мы вам заплатим, если согласитесь уехать! – в отчаянии воскликнула она, делая шаг к нему.

Он окинул ее презрительным взглядом.

– Заплатите? Чем же? Насколько мне известно, у твоего брата нет за душой ни гроша.

– Мы подумываем о продаже земель.

– Земель? – Запрокинув голову, он рассмеялся, будто ее слова были самым нелепым предложением на свете. – Не думаю, Кристина. Продавай, что хочешь, отдай мне все деньги, но убраться отсюда ни за что не заставишь.

Внезапно он приблизился и склонил к ней свое ненавистное цветущее лицо, жадно пожирая ее глазами. Губы скривились в мерзкой усмешке. Кристина содрогнулась от отвращения. Марк презрительно расхохотался, наслаждаясь ее страхом.

– Ты знаешь, чего я хочу, Кристина. Да, есть способ для Уильяма освободиться от меня. Его сестре нужно всего лишь быть со мной поласковее.

– Нет! – Она задохнулась от ужаса, отступая. – Вы меня никогда не получите! Никогда!

Марк зловеще рассмеялся. Кристина метнулась к двери, но он успел схватить ее за талию и прижать к голому торсу, заплывшему жиром от сытой жизни. Она пиналась и брыкалась, пыталась царапаться, но он держал ее, точно в тисках, сковывая движения.

– Пустите меня! – шипела обезумевшая от отвращения и страха Кристина.

– Зубки, значит, показываем, моя красавица? Неужели не хочешь немножко повеселиться со мной? У меня столько идей на этот счет! Я все равно тебя заполучу, так что бросай сопротивляться. Я человек сильный и не гнушаюсь использовать силу, хотя покладистость нравится мне куда больше.

Он склонился над ней. Кристину пронзил ужас от осознания того, что она наделала. Не следовало приезжать сюда. Она проклинала себя за неспособность высвободиться из ловушки, в которую угодила по собственной глупости. Марк снова рассмеялся. Она попыталась отвернуть лицо, но он впился пальцами ей в подбородок и проник языком ей в рот. Одной рукой удерживая за талию, другой он рванул корсаж ее платья.


Не подозревая, что за ними наблюдает спрятавшийся в кустах Том, Саймон и Генри обозревали трактир «Черный лебедь», в котором скрылась Кристина.

– Что будете делать? – спросил Генри, глядя в мрачное лицо хозяина. – Думаете, Баклоу там?

– Готов побиться о заклад, что да. – Саймон понимал, что они имеют дело с опасным человеком. – Я видел его выглядывающим из окна второго этажа. Действовать нужно очень осмотрительно. – Услышав поблизости негромкое лошадиное ржание, он поскакал к зарослям кустов, но Том сам вышел ему навстречу, ведя под уздцы кобылу Кристины.

– Где ваша хозяйка? Она одна пошла в трактир?

Том кивнул.

– Я хотел идти с ней, но она велела ждать здесь.

– Не ошибусь ли я, предположив, что она приехала повидаться с Марком Баклоу? – Том непонимающе затряс головой. Саймон нетерпеливо рявкнул: – Отвечайте же мне, черт подери! Мы зря теряем время.

Склоняясь перед авторитетом лорда Рокли, Том снова кивнул:

– Она хотела встретиться с ним, хотя я ее и отговаривал. Но его может там и не быть.

– Он точно внутри. И нам неизвестно, сколько при нем сообщников.

– Не позвать ли больше людей? – предложил Генри.

– Крукшэнк заверил, что даст подкрепление по первому требованию, – откликнулся Саймон. – Вы знаете, где он живет, Генри. К счастью, это не далеко отсюда. Скачите во весь опор и велите ему немедленно ехать сюда.

Генри скрылся из вида. Саймон еще раз окинул взглядом трактир. Обратив внимание на то, как взволнован Том, и сочтя, что Кристина может быть в опасности, он решил не дожидаться возвращения слуги и зашагал к дверям. Том поспешал следом.

Быстро окинув взглядом сидящих за столами людей, Саймон заметил хозяина и потребовал отвести его к Марку Баклоу. Поначалу хозяин пытался юлить, но Саймон открыл, кто он такой и какова его миссия. Упомянул и о людях, отправленных магистратом на подмогу, которые вот-вот прибудут в трактир. Хозяин неохотно указал на лестницу.

Окружающая обстановка отошла на задний план, растворилась в тенях, когда Саймон стал подниматься по ступеням. Кожа покрылась мурашками, душу заполнил леденящий холод. Ему пришлось остановиться и встряхнуться, прежде чем продолжить восхождение.


* * * | Дерзкий незнакомец | Глава 6