home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 4

Восхищаясь характером Кристины, Саймон рассмеялся и поскакал вдогонку, не желая проигрывать. Он знал: его жеребец с яростным темпераментом и умением развивать головокружительную скорость обойдет маленькую гнедую кобылку.

Вырвавшаяся вперед Кристина что было мочи гнала лошадь к деревьям, охваченная восторгом быстрой скачки. Она слышала топот копыт коня лорда Рокли, но, прилагая усилия, удерживала лидирующую позицию. Дорогу преграждал поваленный ствол дерева. Менее опытный наездник объехал бы его, но она, зная силы своей лошади, заставила ту перепрыгнуть через препятствие. Победа была уже близка, как вдруг мимо пронесся жеребец лорда Рокли, быстрый, как молния, до сих пор сдерживаемый хозяином, желавшим как следует полюбоваться мастерством Кристины. Его губы растянулись в широкую улыбку, когда к месту назначения он прибыл первым.

Кристина пустила кобылку шагом, с трудом дыша, щеки раскраснелись.

– Впечатляет, лорд Рокли. Вы выиграли. Правда, я и не надеялась вас обойти. Где уж моей кобылке соперничать с вашим восхитительным скакуном.

– Да, жеребец великолепен и не раз спасал меня из разных передряг, но сейчас я охотно уступаю право первенства столь прекрасному сопернику, как вы.

Восхищение в его голосе заставило сердце Кристины забиться быстрее.

– Вы очень любезны, сэр, тем не менее выиграли вы. Едем к дому! Обещаю накормить вас сытным завтраком.

Они поскакали по извилистой тропе, обозревая поля, на одном из которых пасся скот, а на другом созревала кукуруза. Некоторое время они ехали в свое удовольствие и, миновав небольшую рощицу, остановились у росшего на пригорке большого дуба, у корней которого протекал ручей. Раскидистая крона давала обильную тень.

– Давайте немного пройдемся, – предложил Саймон, спешиваясь.

Кристина последовала его примеру, и они зашагали по дорожке, извивающейся среди деревьев по опушке леса, соседствующего с большой долиной, широкой рекой и заливными лугами, ведя лошадей на поводу. Даже знакомая с пейзажем Кристина остановилась полюбоваться. Полной грудью, вдыхая ароматы леса, она отчетливо осознавала, что не одна в этом уединенном месте. Бледные стволы ясеней, буков и дубов тянули ветви высоко в небо, подобно часовым, охраняя дороги, лежащие у их корней.

Саймон тоже восхитился представшим его глазам зрелищем.

– Какая прекрасная местность в Оукбридже. Трудно поверить, чтобы вам когда-нибудь захотелось уехать отсюда.

– Да, здесь очень красиво, – согласилась Кристина, глядя на манящие вековой тайной деревья, влекущие под свою шепчущую сень. – Мне ненавистна мысль об отъезде, но я не могу остаться навсегда.

– Оукбридж бесконечно отличен от Лондона, где я провел несколько недель.

– Верно, только если вас не пугают слухи о разбойниках с большой дороги. Люди все время жалуются на грабителей, вламывающихся к ним в дома и обирающих богатых. Как бы магистрат ни пытался успокоить жителей, обещая отловить нарушителей, все без толку.

– Мне показалось, мы договорились не касаться этой темы.

– Верно. Но это было вчера, да и вы, если память мне не изменяет, вели себя как настоящий инквизитор.

– Приходится им быть, если хочу отдать негодяев в руки правосудия.

– Что же вы рассчитываете найти в Оукбридже, сэр? – Она явно бросала ему вызов. – Разбойников, которые прячутся за портьерами и под каждой кроватью?

– Честно говоря, не знаю, чего я ожидал, но уж точно не этого. – Он усмехнулся, бросив на нее косой взгляд. – Это было бы слишком просто.

– Иногда до нас доходят слухи, что злодеев видели то тут, то там, но самым большим достижением объединенных сил Уильяма и магистрата на данный момент является поимка браконьера, промышляющего ловлей кроликов на наших землях. – Она серьезно посмотрела на Саймона. – Умно ли было открыто объявлять о себе и своей миссии? Разве шпионы не должны действовать под прикрытием? Мне кажется, я выбрала правильное слово?

– Я не шпион.

– Нет, конечно нет. Но неужели вы не боитесь, что разбойники залягут на дно, терпеливо пережидая, когда вы сдадитесь и уберетесь восвояси, сочтя свою миссию проваленной?

– Я в самом деле об этом думал, но, к несчастью, у вашего магистрата очень длинный язык, и слухи о моем решении принять предложение лорда-наместника опередили меня. Однако беспокоиться не о чем. Марк Баклоу столь самоуверен, что из-за меня не поменяет привычки. Любопытно, похоже, никто не знает об этом человеке ничего конкретного, например, какие места он посещает днем. Хотя возможен и другой вариант: люди, которым что-то известно, не желают разглашать из страха понести наказание. Без сомнения, существует некое удобное убежище, где он скрывается до наступления темноты.

– Вам вообще хоть что-то о нем известно? – отважилась поинтересоваться Кристина, гадая, что бы он сделал, объяви она, что знает об «удобном убежище» Марка.

– Ну, он успешный делец, быстро и прибыльно сбывающий награбленное. Отвозит в Лондон и сдает своему посреднику. Он известный забияка и не раздумывая пустит в ход кулаки, пистолет или шпагу. Имеет большое влияние и пользуется уважением, поэтому мало кто отважится связываться с ним. Я полагаю, карьера его завершится весьма предсказуемым образом – на виселице.

– Хорошенькую игру вы ведете, лорд Рокли. Неужели не боитесь действовать в одиночку? Можете ведь пасть его жертвой.

– Я привык к опасности, мисс Эфертон, и отлично умею справляться. Ставки мои высоки, но и выигрыш тоже, а работать я всегда предпочитаю один.

Кристина улыбнулась помимо воли.

– Меня восхищает ваша уверенность в себе, даже если и ведет к опасным последствиям. Сложившаяся ситуация вам, по-видимому, нравится, а что бы вы почувствовали, если бы риска никакого не было?

– Полагаете, я ввязался в это дело ради собственного удовольствия? – вспылил он, но быстро успокоился и улыбнулся. – Вы, подозреваю, вознамерились заставить меня увидеть худшие мои черты.

– Ничего подобного. Просто предупреждаю об опасности.

– Благодарю за беспокойство, если это так, хотя и не могу внять вашему предупреждению. Должен признаться, временами мне действительно нравится то, что я делаю. Но на этот раз у меня личный интерес, я намерен преуспеть в поимке преступников и заставить их ответить по всей строгости закона. Если они уже знают, что я за ними охочусь, тем лучше – пусть понервничают. Тогда они начнут совершать ошибки, и, можете быть уверены, я гляжу в оба.

Посмотрев на собеседницу, Саймон улыбнулся, очарованный ее раскрасневшимися от ходьбы щечками и сияющими голубыми глазами. Он не собирался снова заводить разговор о разбойниках, но в деле имелся иной аспект. Как оказалось, его необычайно влекло к Кристине Эфертон, и не хотелось, чтобы она пострадала от того, что может случиться, а это весьма вероятно, если она каким-то образом связана с Марком Баклоу. Он искренне надеялся, что это не так. Подобная ситуация будет очень болезненной для молодой мягкосердечной женщины.

Кристина искоса посмотрела на рослого спутника, остро ощущая его близость и красоту. Суровая действительность подобна удару кинжала в сердце. Он здесь по одной-единственной причине – найти Марка и его приспешников. Уильям – один из них, следовательно, его жизнь в опасности.

Должно быть, ее взгляд затуманился, а лицо побледнело. Саймон остановился.

– Мисс Эфертон, если вас что-то тревожит, хочу, чтобы вы знали: мне вы можете доверять.

Он был настойчив и убедителен. Кристина посмотрела на него через завесу шелковистых ресниц и загадочно улыбнулась:

– По-вашему, лорд Рокли, мне грозит опасность?

– Самая страшная! – Провокационно улыбаясь, он скользнул взглядом по ее нежным губам.

– От сил зла?

– От чего же еще?

– А какие еще здесь опасности?

– Я, например. – Он придвинулся ближе и, взяв ее руку, поднес к губам и стал целовать белые пальчики, пристально глядя в ее расширившиеся голубые глаза, отражающие мириады эмоций.

Ее обычное спокойствие сменилось нервозностью.

– Что вы делаете? – воскликнула она, когда он притянул ее к себе.

– Хочу поцеловать вас.

Кристина замерла, стараясь осмыслить происходящее. Лорд Рокли очень самоуверен, и подход у него правильный. Но они наедине в лесу, что делает ее чрезвычайно уязвимой и подвластной любому его капризу. Она остро ощущала крепкие руки у себя на плечах и твердый широкий торс, к которому прижималась грудью. Когда он обнял ее, она попыталась высвободиться, чувствуя давление его бедер и характерную твердость между ног. Его объятия вдруг показались тисками.

– Но ведь вы не серьезно.

– Я очень серьезен.

– Каким хитрым способом вы добиваетесь того, чего хотите, лорд Рокли!

– Я сама изощренность, когда дело касается вас, мисс Эфертон.

– Вы уверены, что хотите этого?

Он молча кивнул.

– Вы, должно быть, оказывались в подобных ситуациях неоднократно, а для меня все в новинку.

– Я так и думал. И все же намерен вас поцеловать, чтобы убедиться, что ваши губы такие сладкие, как я запомнил.

Кристина поняла, что, несмотря на поддразнивания, он настроен решительно. Она попыталась совладать со смятенными чувствами, но он продолжал ее обнимать, нависая и закрывая обзор широкими плечами.

– Нет, нет и нет, – запротестовала она. – Какая безумная идея!

Он засмеялся:

– Мне нравится быть безумцем.

В его низком гипнотическом голосе звучала неколебимая твердость. Мысль о том, чтобы поцеловать его, открыться перед ним эмоционально и физически, повергла Кристину в панику.

– Прошу вас, не делайте этого, – с болью в голосе просила она. – Не нужно. Мы совсем чужие друг другу.

– Нет лучшего способа узнать друг друга ближе.

– Я не хочу, чтобы меня целовал кто попало.

Кристина отстранилась, но крепкие руки не дали ей высвободиться.

– Прошу вас объясниться, в противном случае не приму ваши слова всерьез.

– Поцелуй ничего не изменит. Наши отношения останутся прежними.

– Такой ответ не годится. Придумайте что-нибудь еще.

Пойманная в ловушку и трепеща всем телом, Кристина опустила ресницы, гадая, неужели ее томление так заметно.

– Мне не понравится.

Неубедительно.

– А в прошлый раз вы ничуть не возражали. Да и откуда вам знать, понравится или нет, если не попробовать?

От страха и беспомощного ожидания Кристина подняла глаза и встретила его твердый взгляд.

– Просто знаю, и все.

– А я думаю, поцелуй очень даже придется вам по душе.

Его сильная, почти животная мужественность подавляла ее волю. В какой-то момент она поняла: невозможно бояться его и его действий. Ей вдруг показалось, что они одни в нереальном, лишенном границ мире. Защитная броня, которой она себя окружила, треснула, и в образовавшееся пространство хлынула действительность, принесшая с собой некую чуждую субстанцию. Улыбаясь про себя, она позволила чувствам взять верх над разумом и сдалась на милость победителя, который по-прежнему жаждал ее поцеловать. Она с удивлением поняла, что и сама этого хочет. Очень-очень сильно.

Заметив в ее глазах особый блеск, а на щеках румянец смущения, Саймон понял, что выиграл.

– Вы ужасно самоуверенны, – заметила она.

Вскинув брови, он высокомерно заметил:

– Так и есть.

– И наверняка считаете, что в искусстве целоваться вам нет равных.

– Никто никогда не жаловался.

Воспринимая низкий, хриплый голос как чувственную ласку, Кристина посмотрела на губы Саймона.

– Поверить не могу, что этот разговор происходит на самом деле.

Ему тоже с трудом верилось, но, по крайней мере, Кристина настроилась на нужный лад.

– Честно признаться, я шокирована.

– Будь вы способны прочесть мои мысли, мисс Эфертон, шокировались бы вдвойне.

На ее щеках появились ямочки.

– Вижу, лорд Рокли, ваши мысли не нуждаются в дополнительном стимулировании.

– Лишь до тех пор, пока я держу вас в объятиях. Все, что мне нужно, – смотреть на вас, а мои желания и все остальное сразу проявляет себя.

Бросив на него стыдливый взгляд, Кристина изобразила задумчивость.

– Все остальное?

Черные брови задвигались, в серебристо-серых глазах вспыхнуло пламя.

– Вы дразните меня, мисс Эфертон! Интересно, с какой целью? Подозреваю, добиваетесь частной демонстрации.

Не добавив больше ни слова, он теснее прижал ее к себе и потянулся губами к ее губам. При первом соприкосновении Кристина замерла, задержав дыхание. Саймон не понял, парализовал ли ее страх, или это было удивление. Впрочем, все равно. Единственным его стремлением было обнимать ее, наслаждаться переполняющими все существо приятными ощущениями и делиться ими с ней.

– Ответь же на мой поцелуй, – настаивал он, напоминая себе, что не нужно ее подталкивать и заставлять. – Поцелуй меня, Кристина. – Он впервые назвал ее по имени.

Его теплое дыхание щекотало ей губы, рот был крепким, но нежным и настойчивым. Он побуждал Кристину ответить, открыться, и она, загипнотизированная страстным взглядом, тая всем телом, повиновалась. Прильнула к нему приоткрытыми губами. Лорд Рокли громко застонал от наслаждения, медленно прикасаясь к ее губам, исследуя их. Очень скоро вспыхнувший в теле Кристины внутренний огонь разгорелся в жаркое пламя. Разум мешался, подчиняясь страсти, о существовании которой она и не подозревала. Она негромко застонала и теснее прильнула к Саймону.

Прижав спиной к первому попавшемуся дереву, он целовал ее все более настойчиво, дразня языком, поглаживая ей руки, спускаясь ниже, к талии. Ее тело сделалось податливым, когда он нащупал соски под мягкой тканью амазонки и, пощипывая их, заставил напрячься, превратиться в плотные бутончики. Сильнее вжимаясь всем телом в Кристину, он продолжал терзать поцелуем ее рот.

Казалось, она попала в кокон опасной чувственности, лишившись всякого контроля над ситуацией. И над собой тоже. Руки помимо воли обхватили его за шею, пальцы вплелись в волосы. Стараясь притянуть его ближе к себе, она застонала и скорее почувствовала, чем увидела ответную улыбку.

– Именно это я и хотел услышать. Наслаждайся, милая.

– Мне кажется, нужно прекратить, – задыхаясь, прошептала она.

– Ш-ш-ш! Тише.

Покорившись властному голосу, она замерла. У нее не осталось ни сил, ни желания сопротивляться. Тем временем лорд Рокли возобновил собственнический эротический поцелуй. Тело Кристины стрелой пронзило удовольствие. Затуманенным взором она смотрела ему в лицо. Угасающее сознание повелевало оттолкнуть его, немедленно прекратить это безумие, но с каждым прикосновением, с каждым новым поцелуем решимость таяла. Окружающий мир растворился, оставив лишь его и ее, заключенных в зачарованный круг, куда не было доступа скучной реальности.

Кристина немного побаивалась мощного напора обрушившейся на нее страсти. Никогда прежде ей не хотелось близости. Заключенная в кольцо рук, прижатая к крепкой груди, она трепетала всем телом. Бронзовая кожа лорда Рокли была влажна от пота, дышал он с трудом. Поцелуй, казалось, длится уже целую вечность, доводя ее до умопомрачения. Кристина всецело отдалась во власть лорда Рокли и не понимала, что он с ней делает. Лишь когда он расшнуровал корсаж амазонки и зарылся головой в ложбинку между теплыми грудями, сообразила, что находится в его объятиях наполовину обнаженной. При виде розовеющей в солнечных лучах плоти Кристина нисколько не смутилась и вдруг поняла, что создана для него одного, чтобы дарить наслаждение и счастье.

Лорд Рокли действовал с небывалым напором. Быстрые умелые ласки выдавали человека военного, знающего цену каждому мгновению. Но даже в его натиске Кристина ощущала небывалую нежность. За несколько секунд она, принимавшая авансы местных молодых людей с холодным самообладанием и безразличием, превратилась в страстную женщину, для которой восхищение мужчины внезапно сделалось смыслом существования.

Наконец Саймон оторвался от ее губ и слегка отстранился. Все еще держа ладонь на ее груди, чувствовал, как успокаивается ее сердцебиение. Она купалась в блаженной неге удовольствия, глаза туманило желание. Некоторое время все было тихо, потом сердце Кристины екнуло и забилось быстрее, тело напряглось. Это нахлынули воспоминания о произошедшем. Вместе с ними пришло осознание.

Ужасаясь тому, что случилось, она поспешно зашнуровала корсаж амазонки.

«Что я наделала?»

Какое безумие ею овладело и толкнуло на поступок столь дикий и противоестественный? Как можно вести себя так глупо? Собственная развязность больно била по самосознанию. Неужели знакомство с Марком Баклоу ничему ее не научило? До сих пор ей удавалось ускользать от него. Оставаться свободной. По крайней мере, именно это она твердила себе снова и снова, пока сама почти не поверила. Пока не встретила лорда Рокли.

Что в этом мужчине такого, что с ним она становится податливой, точно воск? Он красив, спору нет, хотя больше импонирует его неоспоримая мужественность. И она не задумываясь упала в его объятия. Он для нее незнакомец, а она позволила касаться себя и целовать, хуже того, ей это понравилось! Все прочее не имеет значения. Никогда в жизни она не испытывала подобных чувств. Тело сделалось таким живым и требовательным. Произошедшее между ними сильно все осложнило. Не глядя на Рокли, она мягко оттолкнула его прочь. Грудь сжалась от боли, но она попыталась сохранить остатки самообладания.

– Мы не должны были допускать подобное. И вообще, пора возвращаться. – Он открыл рот, собираясь что-то сказать. Кристина взглянула на него так, будто опасалась, как бы он не набросился на нее и не стал срывать одежду. – Прошу вас, не будем обсуждать случившееся. Никакая я вам не милая, поэтому впредь прошу никогда меня так больше не называть. Без сомнения, своими чарами вы не одну женщину сбили с пути истинного. Надеюсь, не замышляете против меня какой-нибудь коварный заговор.

– Тебе не о чем беспокоиться. Я не намерен играть с твоим сердцем.

Нарочито медленно Саймон коснулся щеки встревоженной Кристины, радуясь тому, что она не отпрянула. Ее кожа была теплой и нежной. Ему немедленно захотелось большего. Но она этого не позволит, а он не позволит себе принуждать ее. Такое самопожертвование было и горьким, и сладким одновременно. Нечасто он отказывался от женщины.

– Ты боишься меня, Кристина? – Он снова обратился к ней по имени, решив, что поцелуй дает право фамильярничать.

– Нет, конечно. Похоже, вы забыли, что гостите в Оукбридже? Позволяете себе слишком много вольностей, лорд Рокли. – Кристина пыталась скрыть смущение и эмоции, грозящие выйти из-под контроля. – Мне вообще не следовало находиться наедине с вами, как, впрочем, и допускать подобную ситуацию. Нужно все позабыть, оставить в прошлом и больше никогда не поднимать эту тему.

– Хорошо, так и сделаем, если таково твое желание. Станем вести себя так, будто никакого поцелуя не было вовсе. Но с твоей стороны глупо полагать, будто удастся стереть этот эпизод из памяти.

– Я все позабуду. Я должна, – прошептала она с яростной решимостью, которой в действительности не ощущала. – Я пока не готова к подобному.

Взяв за подбородок, Саймон заставил ее поднять голову и посмотреть себе в глаза, а сам принялся поглаживать пальцами ее шею.

– Я хочу тебя, Кристина, – хриплым шепотом признался он.

Пульсирующая у его виска жилка свидетельствовала о крайней нужде. На лице Кристины отразилось замешательство. Она отрицательно покачала головой, безмолвно моля о пощаде. Саймон привлек ее к себе. Оставалось лишь беспомощно всматриваться в его пламенеющие глаза. Приоткрытые губы снова накрыли ее рот.

Бессвязно бормоча слова страсти, Саймон покрывал лихорадочными поцелуями ее шею, щеку, легонько коснулся закрытых век; они затрепетали в ответ. Еще раз, отыскав губы, он поцеловал их глубоким страстным поцелуем, после чего отстранился.

Глаза их встретились, отражая общие воспоминания. Кристина лгала, утверждая, что не готова к тому, что произошло, им обоим это было известно. Она отлично понимала, как одиноко ей станет, когда уедет лорд Рокли. Невозможно не признать, что он очаровал ее с тех самых пор, как она впервые его увидела. Невозможно отрицать мужскую притягательность, хотя ради собственного блага и она стремилась держать его на расстоянии. Эта близость волновала ее, как и сулимый им комфорт, хотелось купаться во внимании, ощущать себя под защитой.

Ей никогда не забыть его поцелуев, первых в жизни. Кристине отчаянно хотелось, чтобы он поцеловал ее снова, лаская обнаженное тело. Печально, что ему тоже об этом известно. Она резко отвернулась, отрицая правду, и сжала поводья лошади. Положив руки на талию, лорд Рокли легко поднял Кристину и усадил в седло, после чего запрыгнул на своего скакуна.

Она собралась тронуться, но он положил руку ей на колено, останавливая. Она посмотрела ему в глаза, дожидаясь, когда он заговорит.

– Я имел в виду свои слова. Хочу, чтобы вы знали: можете мне доверять. Я чертовски серьезен.

В его серьезности не могло быть сомнений. Кристину вдруг затопило чувство благодарности за его доброту. После того, что между ними случилось, подобное предложение прозвучало неожиданно. Тон его голоса был столь располагающим, что ей захотелось все рассказать, сбросить тяжкое бремя, ввериться ему. Само его присутствие дарило ощущение безопасности и защищенности. Тем не менее это иллюзия. Он таит в себе угрозу, хотя и иного рода, чем Марк Баклоу. Умом она это понимала, но сердце упрямо стояло на своем.

Марк повергал ее в ужас, Рокли внушал чувство защищенности. Ей отчаянно хотелось рассказать ему, что Марк Баклоу угрожает Уильяму, да и им обоим. О том, как тот их затерроризировал, обещая убить за неподчинение. Но это очень страшно.

Вскинув голову, она посмотрела перед собой и выпрямилась в седле.

– Очень любезно с вашей стороны беспокоиться обо мне, но уверяю, лорд Рокли: если что-то случится – а у нас, спешу заверить, все в порядке, – за помощью я обращусь к брату. Кроме того, вы скоро покинете Оукбридж, маловероятно, что мы еще когда-нибудь встретимся.

Прищурившись, он покачал головой:

– Даже не рассчитывайте. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы снова вас увидеть.

Пустив лошадь галопом, Кристина мысленно устроила себе взбучку. Она вела себя как полная дурочка, льнула к нему, возведя в ранг романтического героя потому лишь, что он высок ростом и красив. Она просто бесхребетная идиотка, которую неотвратимо влечет к нему. Чем скорее он уедет, тем лучше. В противном случае слабая воля и хрупкие моральные принципы падут под натиском его очарования.


Глава 3 | Дерзкий незнакомец | * * *