home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



9

— Если у тебя есть хоть один волосок на груди, вопрос излишен. — Люк растягивал слова как его работники. — Покрутись и осмотри себя.

Люк казался каким-то расплывчатым пятном. Джей помахала над водой рукой, разгоняя пар, и неожиданно ясно разглядела его. Она замерла, затем глубоко вздохнула. Резкий запах серы вызвал сильный приступ кашля.

Люк поднялся с камней, вода струйками сбегала с залитой лунным светом фигуры, так хорошо знакомой ей.

— Ты в порядке?

— Да, все хорошо. Залезай снова в воду, а то простудишься. — Найдется ли такая простуда, что справится с таким мужчиной! Сколько раз ей надо увидеть его обнаженным, чтобы не реагировать на это, как невинная девушка?

Сдерживая кашель, Джей осторожно, чтобы не поскользнуться на камнях, вошла в воду.

— Если запах серы отнимает у тебя силу, мы не…

— Я же сказала, что все в порядке, — перебила Джей. — Не о том думаешь!

Она старалась как можно быстрее стереть из памяти только что увиденную картину: Люк, небрежно раскинув руки, с блестящими влажными плечами и каплями воды, зависшими в густых волосах на груди, обнаженный сидит на камнях.

А может быть, это пары серы вызвали такую эротическую галлюцинацию?

По влажным, скользким камням она подошла к краю бассейна. Теплая вода приятно поглотила обнаженные ноги, соблазняя зайти поглубже. Небольшие волны разбежались по поверхности, достигнув места, где сидел Люк. Он опустился ниже, вытянулся и почти полностью погрузился в воду. Она доходила до подбородка. Под голову вместо подушки Люк положил камень.

— Через несколько минут ты привыкнешь к запаху и даже перестанешь его замечать.


Джей уже забыла про запах. Кого она старалась не замечать, так это большого, мускулистого мужчину, с которым она делила бассейн.

Джей повертелась на камнях, устраиваясь поудобней. Следуя примеру Люка, она прислонила голову к наклоненному камню. Теплая вода расслабляла тело. Огонь желания, охвативший ее при виде обнаженного Люка, постепенно угасал.

Она приподняла ноги над водой и с преувеличенным вниманием стала их разглядывать, тщетно подыскивая тему для спасительной беседы.

— Ты получила документы по делу Птахи? — Потребовалось больше минуты, чтобы до Джей дошло, что Люк спросил ее о чем-то. Она спустилась на землю.

— Основываясь на показаниях Птахи, местный судья решил приостановить дело. Но я намерена подать петицию окружному прокурору по поводу развода Птахи. Будем добиваться опеки над Джей-Энн.

— Эду вряд ли это понравится.

— Мне абсолютно все равно, понравился ему это или нет.

— Птаха вернется к родителям?

— Нет. У нее есть друг, который заберет ее и ребенка из больницы и отвезет в надежное место. Я звала ее к себе, но она боится, что Эд выследит меня. А там, как она думает, муж ее не найдет. — Джей выписывала ногами круги по воде. — Знаешь, я даже представить себе не могу, что нельзя обратиться за помощью к родителям…

— Я тоже. Мы с отцом видимся редко, но на все смотрим одинаково, но я никогда не сомневаюсь, что он мне надежная опора.

— Он все еще служит?

— Ремингтоны не уходят в отставку до смерти или по крайней мере до глубокой старости. Так служили мой дед, прадед, прапрадед и все Ремингтоны, аж до Гражданской войны. Из меня тоже собирались сделать шестого генерала Ремингтона.

— Теперь ясно, почему ты такой важный. Генерал Ремингтон, сэр! — Джей салютовала фонтаном брызг, хлопнув ладонью по воде.

— Я не важный. У меня просто аллергия на советы, каким я должен быть.

— Как я тебя понимаю! У меня четыре брата, которые очень любили давать советы, но почему-то все эти советы работали на них. И если бы я не воевала с ними за свою независимость, они бы просто вытирали об меня ноги. Золушка — ничто по сравнению со мной. К счастью мама еще в раннем детстве объяснила мне, что время волшебниц-крестных давно прошло и всего надо добиваться самостоятельно. Она заверила меня, что одобрит любые мои действия, если только я буду сама заботиться о себе в любых ситуациях.

— Неужели твоя мама думала, что ты не сумеешь о себе позаботиться?

— Мама считает, что сделала великое дело, внушив мне это. Только сожалеет о том, что я слишком независимая. — Маме следовало бы посоветовать мне, как позаботиться о себе, когда сексуальнейший в мире ковбой сидит рядом буквально в нескольких сантиметрах и теребит завитки волос за ухом.

— Она права.

— Ты говоришь так потому, что ты мужчина. Мужчины боятся независимых женщин. — Вместо шутки ее слова прозвучали как страстный вызов.

Люк засмеялся.

Любое, даже слабое движение вызывало маленькие волны на поверхности воды. Они плескались о тело Джей, заставляя тенниску легко касаться ее чувствительной кожи.

— Ну как? Все прошло, мышцы больше не болят?

— Все великолепно, — солгала Джей.

— Давай, я посмотрю. — Он подвинулся ближе. — Позволь мне поработать немного над ногами. — Прежде чем Джей догадалась, что он задумал, Люк положил ее ноги себе на колени и начал массировать икры. — Расслабься! Ты жесткая, как доска.

Расслабься! Да он ненормальный! Как она может расслабиться, если его прикосновения разжигают ее?! Что там горячая вода в сравнении с огнем, побежавшим по венам.

— Люк, это не лучшая идея!

— Нет? Тогда прикажи мне остановиться, леди!

— Я не могу, — прошептала она.

— Ну и хорошо, О'Брайен, — медленно произнес Люк.

Запустив руки под тенниску, он поднял Джей и посадил ее к себе на колени. — Боюсь, что не смогу остановиться…

Те немногие детали одежды, которые были на них недавно, плавно опускались на дно бассейна…

— Мне следовало бы догадаться, что ты найдешь способ раздеть меня.

Мягкая вода ласкала тело. Джей почувствовала, как ее охватывает желание. Она стала мягкой как воск, забыла обо всем на свете. В последний раз, подумала она с грустью.

— Я растворяюсь в твоих объятиях, Люк, — шепнула она.

— Я тоже, — ответил он, ища губами ее губы.


Облака низко повисли, обещая снегопад. Джей вышла из здания суда. Изучение документов по делу Птахи заняло гораздо больше времени, чем она предполагала. Люк, должно быть, заждался ее к обеду и без сомнения уже доел последний кусок пирога с банановым кремом, который Сюзан, по-видимому, всегда для него приберегает.

Прошло два дня после купания в термальном бассейне. Всем своим поведением Люк дал понять, что сожалеет о том, что случилось. Он не только не воровал больше ее поцелуи, но и вообще не настаивал на ее постоянном присутствии. Ни днем, ни ночью. Он больше не брал ее кормить коров, кататься верхом. Появлялся только пообедать, а после сразу же запирался в кабинете. Джей подозревала, что он специально придумывает отговорки, чтобы не оставаться с ней наедине.

Он отгородился от всего безликой вежливостью. Джей не могла, да и не хотела навязываться, но последние две ночи она представляла, как пройдет в его спальню и докажет ему, что воздержание не охладило ее страсти.

Однако опасение, что Люк больше не чувствует к ней влечения, сдерживало ее. Что, если он оттолкнет, или, того хуже, из жалости позволит ей остаться?

Джей плотнее запахнула пальто и направилась в кафе. Она не боялась встретиться с Сюзан, хотя намек Люка на возможность этой встречи слегка покоробил ее. Джей замедлила шаги. Она никогда не боялась смотреть правде в лицо. Именно этим она и занимается в последние дни.

Да, она не знает, как это случилось. Это произошло само собой. Она любит человека, который совершенно ей не подходит. У них нет ничего общего. И развод неизбежен.

В голове все смешалось. Она медленно шла к кафе, перечисляя все хорошие качества Люка. Помощь Тони и Сэмми, риск при спасении ее и ребенка из-под копыт взбесившейся лошади на ярмарке, защита Птахи, преданная и глубокая любовь к Зейну. Секс. Удивительные карие глаза, которые постоянно меняют цвет в зависимости от настроения или когда он занимается любовью.

Джей мысленно изводила себя, нарочно повторяя примеры его тупости и упрямства. Она не подходит Люку в жены. Он хочет жену по своим меркам, по которым Джей жить не может. Она много работала, хорошо зарабатывала, планировала будущее. И это все отдать за карие глаза и сексуальную улыбку? Притом что хозяин этих глаз и улыбки показывает абсолютное нежелание дать ей хоть что-нибудь взамен.

Бартон не соглашается прийти к ней, пока кто-то другой есть в ее жизни. Он не хочет, чтобы Джей согласовывала, шла на компромисс, уступала, подчиняла свою жизнь его жизни. Он уважает ее независимость. И ему, пожалуй, не надо знать о ее временном заблуждении.

Так сколько же времени потребуется, чтобы избавиться от любви к человеку, который не любит тебя?

— Так-так, а это не миссис ли Люк Ремингтон, большой городской адвокат, который сует свой нос куда не следует?..

Погрузившись в свои мысли, она совсем не обращала внимания на то, что происходит вокруг. Она обнаружила свою ошибку слишком поздно. Эд Паркер преграждал ей путь, не давая пройти. От него разило алкоголем. Желая избежать публичного скандала, Джей вежливо сказала:

— Добрый день, мистер Паркер. — И попыталась его обойти.

Эд загородил ей дорогу.

— Где моя жена и ребенок?

— Мне ничего неизвестно на этот счет.

— Ты знаешь! Где ты их прячешь? — Он подошел ближе, явно стараясь запугать ее.

— Мой вам совет, мистер Паркер, поговорите со своим адвокатом.

— Запихни свои советы в… Я хочу Птаху и своего ребенка! — Его грязные волосы, небритое лицо и тяжелое дыхание вызывали в ней отвращение.

— Извините, мистер Паркер, но я опаздываю на встречу. — Она двинулась мимо него. Эд схватил ее за руку и больно сжал. — Я задал тебе вопрос! Где моя жена?

Он угрожал ей при ярком свете дня в центре города!

— Я попрошу вас убрать свои руки, мистер Паркер, — сказала она как можно спокойнее. — Таким поведением вы только навредите себе.

Его лицо скривилось в презрительной усмешке.

— Хорошо бы просто пристукнуть тебя, и дело с концом! — Он приблизился к ней почти вплотную, дыша в лицо перегаром. — Как тебе нравится такое дельце? — Паркер больно дернул ее за руку. — Тебе не следовало бы хвастаться всему городу, что ты справилась со мной этими проклятыми рогами.

Колени у Джей подкашивались от страха, но она собрала все свое мужество. Люди, подобные Паркеру, наглеют, видя испуг жертвы.

— Если люди над вами смеются, значит, вам надо пересмотреть свое поведение.

— Заткнись и слушай меня внимательно, — прошипел Паркер. — Только то, что ты миссис Люк Ремингтон, спасает тебя. Я найду Птаху и задам ей урок, чтобы запомнила, как бегать от мужа. А затем я и до тебя доберусь! — Он снова дернул ее за руку. — Такой наглой городской штучке, как ты, неплохо бы знать свое место!

— Угрожая мне, вы ничего не добьетесь.

— Паркер! — Голос Ива Бейли долетел с другой стороны улицы. — Прекрати! Отойди от миссис Ремингтон!

Но Эд Паркер был настолько пьян, что уже ничего не соображал. Его лицо покраснело, зрачки расширились. — Ты, шериф, шел бы к… Мы здесь с миссис Ремингтон так мило беседуем. — Он ущипнул Джей. — Не так ли, миссис?

— Мы уже закончили беседу. — Джей говорила спокойно, но ее сердце учащенно билось. Ей очень не понравилась кривая усмешка на лице Паркера. Люди, собравшиеся на улице, наблюдали эту маленькую драму. Джей хотелось, чтобы они поскорее разошлись. Интуиция подсказывала ей, что Паркер не остановится при народе. Уже раз став посмешищем благодаря ей, он не позволит, чтобы это повторилось.

Услышав у себя за спиной какое-то движение, а затем резкий металлический щелчок, Джей с ужасом поняла, что Паркер вооружен. Ив направлялся к ним, явно ни о чем не подозревая.

— Вы не такой человек, чтобы доказывать свою правоту оружием, мистер Паркер! — почти прокричала она, желая предупредить шерифа об опасности. Ив резко остановился, поняв ее. Паркер дышал в затылок. Джей почувствовала, что он поднимает руку с револьвером. Сердце бешено заколотилось.

— Такие сосунки, как Паркер, только так и делают, О'Брайен!

— Я покажу тебе, Ремингтон, какой я сосунок! — Паркер со злостью толкнул Джей. Она упала на тротуар. Люк умышленно привлекал ослепленное пьяным гневом внимание Эда к себе, отвлекая тем самым его от Джей. От страха у нее пропал голос и она не могла выдавить из себя ни звука. Не в силах чем-нибудь помочь Люку, Джей с ужасом наблюдала за Паркером.

Сверкнув в воздухе, револьвер упал на мостовую, а сам Паркер, зажав запястье, с диким воем побежал. Вытащив наручники, Ив бросился за ним. Подъехала полицейская машина, двое копов поспешили ему на помощь. Через минуту Паркера, уже в наручниках, заталкивали в машину.

Люк помог Джей подняться.

— Ты в порядке? — спросил он, тяжело дыша. Джей кивнула. Больше всего ей хотелось, чтобы Люк обнял ее, чтобы хоть на минутку почувствовать себя в полной безопасности в его сильных руках. Она была близка к истерике. Однако надо перебороть себя, так как один коп уже направился к ним. Она отвечала на его вопросы, еще толком не придя в себя. Полицейский внимательно слушал, тщательно записывая ее показания. Изредка говорили другие прохожие. Наконец полицейские уехали, увозя задержанного.

— Молодец! — Ив одобрительно смотрел на Люка. — И я молодец! А ты все такой же быстрый, как и раньше.

— Быстрый, черт побери! Мне показалось, что я пробираюсь через сугробы. Ты почему трешь запястье? — неожиданно он обратился к Джей.

— Я упала на руку, но все в порядке.

Они подошли к пикапу.

— Надо показаться врачу.

— Не надо никакого врача. Все нормально.

Люк припарковал машину у больницы.

— Надо проверить.

— Ты слышишь меня? Я в порядке!

— Нет, не спорь! Я должен успокоиться. — Резкий голос дал понять, что Люк шутить не намерен.

— Почему ты так на меня злишься?

— Потому, что только законченная дура может завести беседу с Паркером. Разве то, что он угрожал Птахе и мне, не показало, какой он непредсказуемый, злобный и жесткий. И не будь Эд сегодня так пьян, неизвестно, скольких бы людей он мог положить. — Люк так сильно сжал руль, что суставы на пальцах побелели. — И не смей говорить, что сама справилась бы с ним!


Джей выпрыгнула из пикапа прежде, чем Люк успел открыть ей дверцу.

— Ну и пусть я законченная дура, способная завязать беседу с ненормальным пьяницей, чтобы пригласить его на чай. — Гордо вскинув голову, она направилась к дверям больницы.

У Джей оказалось небольшое растяжение. Руку тщательно перебинтовали, и они вернулись к машине.

— Ты все еще хочешь пирога?

— Нет! — Ответ был холоднее, чем снег на земле.

— А я, пожалуй, съел бы кусок, — жалобно протянул Люк. — Обыкновенного пирога, но большой кусок. — Он привлек Джей к груди. — Ив и я были в кафе, когда прибежал Джек и рассказал, что Паркер напился и буянит. Джек был почти уверен, что Паркер вооружен. — Голос Люка дрогнул. — Я испугался.

Джей зарылась лицом в меховую куртку Люка.

— Ты только думал, что испугался. Вот я точно окаменела от страха, но, когда услышала твой голос, подумала, что раз ты здесь, значит, все будет хорошо. Но потом снова здорово испугалась, когда поняла, что ты стал мишенью для Паркера вместо меня и Ива… — Джей содрогнулась от ужаса, представив, что могло произойти. Люк прижал ее к себе так крепко, что она почувствовала, как большая пуговица на его куртке врезается ей в щеку. Несколько минут она как бы впитывала силу и утешение, затем подняла голову. — Я тебя даже не поблагодарила. Ты подскочил так быстро. — Слова Ива снова всплыли в памяти. — Что он имел в виду, когда сказал, что ты такой же быстрый, как был раньше?

— Спецназ. — Люк открыл дверцу и помог ей сесть в машину.

— Ты служил в специальных войсках? Когда? — спросила Джей, когда Люк сел за руль.

— Сто лет назад. — Взглянув на Джей, он понял, что она ждет более полного ответа. — Я поступил на военную службу после колледжа и закончил ее в специальных войсках. Если бы не ранчо, я мог сделать неплохую карьеру в армии. Затем я вернулся на ранчо. Зейн посоветовал как следует все изучить, чтобы хозяйствовать по науке, и я закончил университет. — Он мельком взглянул на нее. — Как твое запястье?

Джей вспомнила, как Эд Паркер стонал на середине улицы.

— Гораздо лучше, чем у Паркера.

— Мне хотелось переломать ему все кости, — зло сказал Люк.

Усевшись поудобнее, Джей с удовольствием вспоминала реакцию Люка на угрозу его жене. Даже если она была его женой и очень недолго.


Высокие свечи, короткие свечи, толстые свечи, тонкие свечи, круглые свечи, квадратные свечи, — свечи всех цветов стояли в чашках, бокалах, подсвечниках. Казалось, она собрала все свечи в доме, не пропустив ни одной.

Свечи ярко освещали гостиную. Свет лился и из камина. За окном снова шел сильный снег. Некоторое время назад прозвучали шаги. Кто-то прошел наверх.

Неожиданно шаги раздались уже внизу. Люк остановился на границе света и темноты.

— Что это значит?

Джей зажгла две небольшие свечи на маленьком игральном столике и села возле камина на коврик из воловьей кожи.

— Мы что-то празднуем? — Люк подошел поближе, чтобы лучше рассмотреть покрытый льняной скатертью стол, на котором стоял лучший, какой только Джей смогла отыскать в доме, китайский фарфор.

— Вроде как. То, что это происшествие в городе не закончилось трагедией.

— Так ведь подобные вещи случаются на улицах Денвера каждый день.

— Не со мной, — возразила Джей. — Я не думаю, что Паркер имел намерение зайти так далеко, но, похоже, он играл на публику! Он мог пристрелить меня или Ива, а может и обоих. Да кто знает, скольких еще. Ты предотвратил бойню! Спасибо!

Люк посмотрел на нее долгим немигающим взглядом.

— Позволь мне угадать. Когда ты бросилась спасать меня от того же Паркера, я должным образом не поблагодарил тебя. Так это что? Способ продемонстрировать, насколько твой класс выше? Потому что мы оба отлично знаем, что Джессика-Джулия О'Брайен не ценит мужчин, приходящих к ней на помощь.

Джей глубоко вздохнула и осторожно начала:

— Я отлично пониманию, что совершенно не подхожу под твои требования, и поэтому предпочитаю твердо стоять на ногах, вместо того чтобы надеяться на мужчину.

— Я не сомневаюсь, что ты уже рассчитала, как захватить Паркера, сберечь город и спасти все человечество от гибели.

Джей ухватилась за спинку ближайшего к ней кресла, чтобы сдержаться и не запустить чем-нибудь в Люка.

— Предлагаю тебе выбор. — Она сжала подлокотники кресла. — Или ты вежливо принимаешь мою благодарность, или увидишь, как я вышвырну ростбиф в помойное ведро!

Саркастическая улыбка приветствовала ее слова.

— Я не хочу, чтобы ростбиф пропал впустую. Тем более что он так восхитительно пахнет. — Он обошел вокруг стола и отодвинул стул. — Ты не обязана меня благодарить. Ив вызвал полицию из кафе, но мы знали, что потребуется несколько минут, чтобы они доехали. Мы надеялись, что, увидев Ива, Паркер одумается. Однако мы ошиблись. — Люк поежился и сел напротив Джей.

— И Суперсерж рискнул, — закончила Джей. — Это потому дядя звал тебя Сержем? Потому, что ты служил в армии? Ты был сержантом?

— Да. — Люк принялся наполнять тарелку. — Обед выглядит и пахнет чудесно.

— Для этого случая было бы уместно что-нибудь более изысканное, но ростбиф — лучшее, что я умею готовить.

— Я люблю ростбиф, — сказал Люк, накалывая на вилку мясо. — Мне не нужны никакие выкрутасы. А ты придаешь слишком много значения случившемуся. Не такое уж большое дело.

— Спасти меня — маленькое дело, по-твоему? А по-моему, это огромное дело. Я уверена, что и Марго скажет то же самое, когда узнает, что ты спас жизнь Иву.

— Ив может постоять за себя и сам. Черт возьми, О'Брайен! Ешь!

Джей прекратила спор, заметив красные пятна на щеках Люка. Видимо, роль героя ему претила. Джей вспомнила вспышку раздражения после того, как она разоружила Паркера на кухне, и решила разрядить обстановку, поддразнив его.

— Это напоминает известную историю, как один техасский рейнджер приехал в город и спас его. Ты можешь сделать еще одну зарубку на своем кольте, ковбой!

Люк отложил прибор и мрачно посмотрел на Джей.

— Ты отлично знаешь, что я не герой. Ив и я постоянно тренируемся, поэтому и сохранили форму. А я оказался быстрее только потому, что y него нога больная. И давай сменим тему, пока обед еще не совсем испорчен.

Джей попросила рассказать о времени, проведенном в армии, и очень скоро она уже хохотала над его байками из жизни на военных базах.

— Ну а как насчет тебя? Держу пари, что ты можешь много рассказать о своей семье.

— Ошибаешься. Мой отец получил дом в штате Айова от родителей. Огромный, обвитый плющом, полуразрушенный, в викторианском стиле. У отца были грандиозные планы по его переустройству в свободное время. — Джей скорчила рожицу. — Будто у врача с пятью детьми есть свободнее время. Семейный отпуск состоял из коротких визитов к родственникам. Родители отца жили в нескольких кварталах от нашего дома, но родители мамы жили в Амесе. Вся Айова — наша родня. Я страстно хотела путешествовать. Самым светлым воспоминанием моей юности была поездка в Канзас-Сити. Вот кто много путешествовал, так это мои предки. А я родилась в Айове, несколько раз съездила в Канзас и Небраску, а сейчас живу в Колорадо и никогда не видела океана.

— Ты можешь настоять на том, чтобы Александр взял тебя в Европу. Возможно, там ты проведешь свой медовый месяц. Или на Гавайях. Когда приблизительно закончится наш развод?

Джей разрезала ростбиф на тонкие кусочки.

— Сначала мы подадим заявление в суд. Может быть, сразу назовут дату последнего слушания. Так как я юрист, дело может несколько осложниться, даже несмотря на то что у нас нет детей и никто не против развода. Суд, возможно, захочет, чтобы у тебя был адвокат, представляющий твои интересы. Минимальный срок процесса — девяносто дней, но если повезет, то последнее слушание может состояться через два с половиной месяца.

— Ты сможешь станцевать хулу на Гавайях летом. Или ты уже решила, где проведешь медовый месяц?

— Нет.

— Мама говорила, что я был зачат на пустынном берегу острова Кауаи. Хочешь, я уточню, где именно, и ты сможешь там же продолжить род Александра.

— Продолжение рода Александра — Керри.

— Я говорю о ваших детях.

Когда жена Бартона Каролина заболела, доктор запретил ей иметь детей. Решив, что страданий жене и так достаточно, он сам принял все меры, согласившись на операцию. Джей знала об этом, так как он предложил ей в будущем усыновить ребенка. Но все это абсолютно не касается Люка.

— Я не собираюсь иметь детей. Они отнимают слишком много времени и энергии. Я же хочу всерьез заняться карьерой.

— Понятно. — В голосе Люка слышалось презрение. — Дети определенно будут обузой для преуспевающего адвоката. — Он помолчал. — Ты права в одном. У нас нет ничего общего. Я хочу семью. И жену, которая бы разделяла мое желание.

Сжав руки в кулаки так, что ногти вонзились в ладони, Джей прошептала:

— Я никогда не смогу быть такой женой, как твоя мама. Извини, если ты думал иначе и поэтому женился на мне.

— Ну что ж, по крайней мере, секс был хорош, — вульгарно протянул Люк.

Джей аккуратно собрала грязную посуду.

— Кстати, — она встала, — я нашла в морозилке яблочный пирог. Тебе разогреть?

— Нет. — Люк отошел от стола. — Я сыт.


Сыт обедом, сыт браком, сыт Джей. Он не любит ее. Он любит образ идеальной жены.

Ее планы соблазнить Люка ночью рухнули в одночасье.

— Я позвоню Бартону, — сказала она. — Завтра суббота. Он приедет за мной. — Она довела до конца то, на что Люк надеялся. Он не может больше видеть ее. Она потушила все свечи.

Как бы потушить ту боль, что на миллион кусочков разрывает ее сердце!


— Господи, Джей, а я и не знала, что вы замужем, пока папа не сообщил мне сегодня, — сказала Керри, когда они выехали с ранчо. — Держать замужество в секрете — это так романтично!

Меньше всего ей хотелось, чтобы история с ее первым замужеством выглядела в глазах дочери Бартона этакой огромной, значительной любовной историей.

Она повернулась к девушке, сидевшей на заднем сиденье.

— Ты читала роман, который можно было бы определить как рыцарское героическое приключение? — И когда Керри утвердительно кивнула, Джей продолжила: — Однажды, когда я зашла навестить твою маму после того, как у нее выпали все волосы от химиотерапии, она смастерила парики для тебя и твоего отца, играла и смеялась с вами. Она держалась очень стойко, так как любила вас и не хотела, чтобы вы огорчались. Вот мое представление о романтике.

Слезы блеснули в глазах Керри.

— Так вы считаете, что моя мама была героем? Я тоже, — тихо добавила она.

— Мы с Керри выехали сегодня очень рано, — вступил в разговор Бартон. — Может быть, перекусим по дороге?

Зная, что Бартон любит пироги, Джей предложила заехать к Сюзан Куртис, в тайне надеюсь, что Люка там нет.

Сюзан сидела у свободной стойки и читала книгу.

Привет! — Поставив чашку перед Джей, Сюзан налила в нее кофе, затем посмотрела через плечо. — Где Люк?

— Работает, — ответила Джей. — Я привезла друзей отведать твоих пирогов. Бартон Александр и его дочь Керри. Бартон, Керри, это Сюзан Куртис. Я очень рекомендую ее яблочный пирог.

Бартон читал меню.

— Пожалуйста, мне пирог с банановым кремом. Я не ел его сто лет. И кофе без кофеина.

— Извините, но осталось только два кусочка, один для Джей, а другой уже заказан. — Сюзан поставила тарелку с пирогом перед Джей. — Спасибо, что помогли Птахе с жильем. Большинство людей укажут ее мужу другое место.

Не найдя объяснения ни тому, что делала Сюзан, ни тому, что она сказала, Джей пожала плечами.

— Помещение страховой конторы, что дальше по улице, освобождается в следующем месяце. Тед закрывает ее, говорит, что забросит свои старые кости в Аризону Я могу позвонить ему и попросить, чтобы он показал ее вам. — Помолчав секунду, Сюзан добавила: — Конечно, это не совсем то, к чему вы привыкли, но лучшего помещения под адвокатскую контору вы во всем округе не найдете.

Джей поперхнулась горячим кофе.

— Воды, — выдохнула она.

Джей пила холодную воду, в то время как Сюзан подошла к Бартону и Керри…

— Барт, если позволите вас так называть…

— Нет, — перебил он ее. Я отзываюсь на «Бартон».

— Ах, городской мальчик. — Сюзан подняла бровь.

— Нет, городской мужчина.

— Достаточно уверенный в себе, не так ли? — Сюзан оперлась локтем о стойку. — Полагаю, и богатый?

Бартон бросил на нее вызывающий взгляд.

— Я могу и купить и продать тебя.

Джей безрезультатно пыталась понять, что происходит у нее на глазах. Бартон и Сюзан ухитрялись придавать каждому слову, каждому взгляду, каждому жесту сексуальный оттенок. Джей не могла вспомнить, чтобы Бартон раньше так смотрел на какую-нибудь женщину, кроме Каролины.

Сюзан, не отрывая взгляда от Бартона, долила в стакан Джей воды.

— Женат?

Бартон откусил кусочек пирога.

— Моя жена умерла от рака два года назад.

Сюзан нежно дотронулась до его руки.

— Извините. — Она повернулась к Керри. — Еще молока?


В машине Бартон заговорил о Сюзан.

— Приятная женщина. Хотелось бы узнать о ней побольше.

— Пьяный шофер сбил ее мужа и двух малышей пять лет назад. Три года назад она переехала в Северный Парк.

— Ей кажется, что ты остаешься с Ремингтоном?

— Она ошибается.


предыдущая глава | Последний романтик | cледующая глава