home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 16

Вам знакомо расхожее мнение о том, что перед смертью человек видит всю свою прошедшую жизнь? После почти двухтысячелетней жизни подсознанию потребуется время, чтобы собрать разрозненные осколки прошлого, поэтому мне проще представлять этот процесс в виде «вращающихся пляжных мячей смерти» (spinning beach balls of death, вид курсора в MacOS, когда приложение не может обработать поступающие сообщения, запросы; похож на разноцветный мячик или леденец прим.пер.), которые заполоняют экран, если я требую от компьютера слишком многого.

О таких мелочах я подумал во вторую очередь, а первую мою мысль, пока я падал на пол с простреленной грудной клеткой, озвучили бессмертные слова «золотого» протокольного дроида, когда того с характерными спецэффектами прожгли насквозь лазером в шахтерской колонии — «О, нет! Меня подстрелили!»

Пока я ждал, что передо мной сейчас будет проноситься вся моя жизнь — подобно


тем роликам, которые показывают каждый год на Оскаре, — люди в магазине пришли в возбуждение. Все копы, по приказу Джименеса, выхватили пистолеты и направили их на Фэглса, требуя, чтобы тот опустил оружие немедленно. А Оберону хотелось немедленно вцепиться детективу в глотку.

«АТТИКУС!»

«Всё в порядке, дружище, оставайся на месте. Со мной всё будет хорошо».

Бедный Фэглс. Лёжа на спине, я успел заметить, как исчезают, тают чужеродные нити, а к нему возвращается рассудок. Детектив только что осознал себя стоящим над подстреленным человеком, будучи в кольце направленных на него пистолетов, да ещё с дымящейся пушкой.

В тишине раздался голос, тонкий и дрожащий:

— Это не я.

— Брось пистолет, Фэглс! — скомандовал Джименес, но детектив не услышал слов.

— В моём мозгу кто-то был. Он приказывал. Он хотел меч.

— Здесь нет меча, — громко сказал Хал. — Здесь нет никакого меча — только мой безоружный, истекающий кровью клиент.

Спасибо Халу, эти слова вернули меня к действительности, и я ощутил страшную боль. Я уже потерял много крови, а в груди теснились влажные хрипы, какие могло издавать только простреленное лёгкое. Я зачерпнул силы, чтобы исцелиться, но не ничего не ощутил. Немудрено, ведь почти всё я истратил на ментальные пляски с магическими связями Энгуса Ога и на создание маскировки.

Надо срочно выбраться наружу и хотя бы коснуться земли, но Фэглс и компания продолжали давить друг на друга, и ни один полицейский не додумался позвонить в 911. Конечно же. Сначала — вооружённый коп-негодяй, потом — умирающий парень.

— Но я не стрелял в него. Это был не я, — уверял Фэглс. — Вы не понимаете.

— Есть видеозапись с камеры наблюдения, а шестеро свидетелей подтвердят, что ты выстрелил в безоружного человека, который не оказывал сопротивления, — подвёл черту под нытьём детектива Джименес. — Ты понимаешь, что это означает. Брось пистолет, Фэглс.

На дёргающуюся щёку Фэглса покатились слёзы.

— Не понимаю, как такое могло произойти, — прошептал он. — Я бы просто не смог.

— Мы все увидели, что смог, — отрезал Джименес. — Последнее предупреждение. Брось оружие, или нам придётся открыть огонь.

Прямая угроза вырвала Фэглса из склизких лапок самобичевания.

— Вы собираетесь подстрелить меня, не так ли? — глумливо усмехнулся детектив. — Что ж, это лучше, чем тюрьма! И уж точно лучше, чем если ты сделаешь это!

— Фэглс, не…

А потом я утонул в оглушительных звуках: с рёвом раненого зверя Фэглс поднял пистолет, явно стремясь доказать свою непричастность к распластавшемуся на полу телу, но его крик перешёл в жалобный вой — это открыли огонь пятеро полицейских, и грохочущий рокот эхом бился о стены магазинчика. Фэглс со стоном перекатился через порог входной двери и замер. В этой какофонии звуков можно было различить и ругательства копов, которые когда-то думали, что работать они будут исключительно сидя на задницах. День открытий, не иначе.

— Кто-нибудь, вызовите парамедиков и наряд чёрно-белых, чтобы перекрыть улицу, — отдал распоряжения Джименес. — И прихватите видеозапись.

Хал присел возле меня на корточки.

— Мне нужно наружу, взять силу, — прошептал я. — Кровь затекла в лёгкое, — добавил я и, точно в подтверждение сказанного, схаркнул алый сгусток.

— Как он? — спросил Джименес, заглядывая через плечо оборотня.

— Помогите мне перенести его. Ему нужен воздух, — уверенно сказал Хал, но детектив отшатнулся.

— Э нет, надо дождаться парамедиков. Нельзя трогать раненого.

— Отлично. Сделаю это сам, — с этими словами Хал Хок просунул одну руку под мои плечи, а другую — под колени и, точно экскаваторный ковш, поднял меня.

Глупый коп. Тем, у кого в слугах ходят оборотни, помощники не нужны.

— Эй, если он умрёт, то его смерть будет на твоей совести.

— Если он умрёт, то подаст на меня в суд, — откликнулся Хал. — С дороги!

Оборотень боком прошёл через порог, переступил через неподвижное тело детектива Фэглса и опустил меня на газон. Я немедленно начал пить силу из земли, но от такого напряжения чуть не задохнулся. Осторожно вставляя слова между мгновениями кровавого кашля, я тихо говорил с Халом — так, чтобы никто не мог услышать, и начал затягивать раны.

— Мне нужен меч. Он невидим, но ты почувствуешь его на полке. Принеси его мне. И приберись тут. Счисть всю мою кровь, вылижи весь дом, чтобы ни капли не осталось. И свою одежду тоже.

Хал недоумевающее оглядел себя и, видимо, только сейчас заметил густо-красные пятна.

— Этот костюм стоит три сотни долларов.

— Да я вообще красавец. И проследи, чтобы дверь поставили на место. За Обероном тоже надо присмотреть.

— Да, я учуял его, — ответил Хал.

Я кивнул и продолжил:

— Он в магазине. Спрятан под тем же покровом, что и меч. Скажу ему, чтобы запрыгнул к тебе в машину.

— Хорошо. Тогда я открою дверь. Только предупреди его, чтобы не пачкал кожаные сидения.

— Сибарит (праздный, избалованный роскошью человек прим.пер.), — усмехнулся я.

— Аскет, — возразил Хал и исчез из моего поля зрения; пошёл открывать машину.

Сирены выли как баньши. Вложив в исцеление себя, любимого, столько сил, сколько мог вместить, я связался с Обероном.

«Ладно, Оберон. Подлечиться я смог, но меня в любом случае заберут ненадолго в госпиталь, а ты должен пойти с Халом. Вернусь завтра».

«Почему всё так сложно?»

«В лёгких и плевральной полости осталась жидкость, которая не рассосётся сама собой. Хал открыл дверь машины, специально для тебя. Постарайся выйти из магазина так тихо, как только сможешь и не наследи кровяными следами на асфальте. На выходе лежит труп, так что осторожнее».

«Тут много людей шастает».

«Скоро их будет ещё больше. Чем дольше ты ждёшь, тем больше будет полицейских. Я лежу снаружи, справа».

«Подожди».

«Что не так?»

«Вот эта малюсенькая игрушечная машинка принадлежит Халу?»

«Вот эта малюсенькая игрушечная машинка стоит больше, чем твой разобранный на органы хозяин. Поаккуратней с кожаными сидениями».

«Итак, я, словно ниндзя, должен прокрасться мимо копов, пройти по битому стеклу — ты же помнишь об осколках, не так ли? — избегая луж крови, и бесшумно запрыгнуть в эту крошечную машину, не цепляясь когтями за обивку? Так?»

«Прекрасный вывод. А теперь делай это, и быстро».

«Не гони. Пообещай, что устроишь мне свидание с французской пуделихой».

«Серьёзно? Ты решил поторговаться из-за очередной сучки именно сейчас, когда я валяюсь с простреленной грудью и харкаю кровью?»

«Оу, прости. Но же заслужил одну, и ты знаешь об этом. Я же был послушной собачкой».

Именно в этот момент вернулся Перри, который часом ранее ретировался под взглядом огненно-алых глаз Морриган.

— Вот дерьмо, босс! — заорал парнишка. — Это всё та чёртова птица, да?!



Глава 15 | Преследуемый | Глава 17