home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



6

В мягкой темноте ночи раздавалась мелодия, которую играла Исида на большой, обтянутой зеленой кожей арфе. В ней была двадцать одна струна, инструмент позволял сплетать их звуки в удивительные мелодии и прекрасно звучал, а юная наставница жриц Абидоса великолепно использовала все преимущества обеих октав.

Икер всей душой отдался во власть очарования супруги. Зачем беспокоиться, что его счастье исчезнет? Ведь его жена и он сам усердно заботились о его поддержании, и день ото дня оно становилось все прочнее, а они преисполнялись все большей благодарностью за ниспосланный им богами бесценный дар любви. И в каждое мгновение своей совместной жизни они старались осмыслить всю глубину посланного им счастья. Они делились друг с другом каждой мыслью, каждым ощущением и чрезвычайно остро чувствовали радость любовной близости.

Земной рай нашел свое воплощение в небольшом жилище Исиды. И хотя Безволосый считал, что оно недостойно Царского сына и дочери Сесостриса, влюбленные супруги не желали иного дома. Конечно, когда-нибудь, рано или поздно, им придется покинуть эти стены. И сейчас они стремились в полной мере насладиться общением здесь, где они соединились в супружеских объятиях.

Икеру нравились белые стены, резной известняк вокруг входной двери, теплая окраска внутреннего убранства, простая мебель. Порой юный супруг хотел даже верить в то, что он и Исида — обычные супруги, что они и дальше будут жить жизнью жрецов — ритуальных служителей.

И все же важность и сложность его миссии быстро возвращали Икера к реальности. Его успокаивала и одновременно беспокоила стремительность собственной карьеры. Казалось, она должна была кончиться чем-то нехорошим. Но внешне все было спокойно. Ничто не давало повода считать, что у Провозвестника имеется здесь, в царстве вечного Осириса, заговорщик. Но, может быть, это только он не может его заметить? Не в состоянии его выявить?

Серия переливов от самых высоких нот до самых низких завершила мелодию. Оставив свою арфу, Исида подошла к супругу и обняла его, положив свою очаровательную головку на его сильное плечо.

— Ты выглядишь озабоченным, — заметила она.

— Меня беспокоит какое-то странное чувство. Словно меня сознательно обманули. Я обязан был все увидеть, но словно ослеп!

Юная жрица не стала возражать. Ее тоже тревожило сходное чувство. Словно над Абидосом дул какой-то зловредный ветер, и волны отрицательной энергии смущали покой мирных будней.

— Интересно, здесь действует один или несколько помощников Провозвестника? — вслух задал себе вопрос Икер. — Но как бы там ни было, они ничем себя так и не выдали… Видишь, Исида, ни ты, ни Безволосый тоже не можете заметить хоть малейшего нарушения установленного порядка. Нет ни одного недоразумения и со стороны временных жрецов. И все же я все больше утверждаюсь во мнении, что на эту землю проник враг. Что же предпринять? Снова начать опрос жрецов? Это ни к чему не приведет. Нужно, видимо, дождаться, чтобы враг стал действовать. Но это опасно, чрезвычайно опасно для Великой земли! Знаешь, моя дорогая, я все чаще вижу себя на том острове КА рядом со змеем, хозяином Пунта. Словно слышу, как он говорит мне: «Я не сумел предотвратить конец этого мира. Сумеешь ли ты спасти свой?» И я чувствую, что не способен сделать это, Исида!

— Но ты ведь сейчас не терпишь кораблекрушение, Икер, а остров справедливых не тонет в морских водах…

— Я думаю о своем старом учителе, писце из Медамуда, моей родной деревни… Помнишь, в своем предсмертном письме он написал мне: «Какими бы ни были уготованные тебе испытания, я…»

— «Я всегда буду рядом с тобой, — подхватила Исида, — чтобы помочь тебе исполнить твое предназначение, о котором ты еще ничего не знаешь!»

Икер изумленно взглянул на супругу.

— Фараон и ты… Откуда вам известны эти слова?

— Многие изменяются под воздействием событий жизни, другие же сами отвечают на вызов судьбы, разгадывая действительный смысл своего существования. Призвание таких людей состоит в том, чтобы пройти через тайны этого мира и, не предав их, передать непередаваемое. В храме Осириса твой старый учитель научился различать и определять людей, открывать им внутреннее зрение на себя самих. Такую власть ему дали иероглифы.

И вдруг потрясенный Икер понял, что в череде его испытаний нет ничего случайного.

— Кто же убил его?

— Провозвестник, — просто ответила Исида. — Он искал и твоей смерти. Если бы тебя принесли в жертву морскому богу, это бы усилило его власть. Злые существа питаются энергией своих жертв, но это никогда их не насыщает.

— Мой старый учитель-писец, фараон и ты… Ведь вы мной руководили, защищали меня!

— Иногда ты недостаточно разбирался в том, что происходило, блуждая во тьме, но ты всегда искал путь к свету. И ты постоянно работал над собой, не щадя сил!

— Но теперь, когда я держу тебя в своих объятьях, разве моя судьба не исполнилась? Чего же еще желать?!

— Наша любовь станет непоколебимой основой, на которой ты выстроишь себя, и ничто не сможет тебя сломить! А скажи, ты считаешь, что прошел сквозь все врата Абидоса?

Ласковая и одновременно лукавая улыбка Исиды мгновенно растопила печали Икера.

— Ты прощаешь мне мое несовершенство?

— Раз у нас нет выбора… Но перед нами открыты все пути, Икер! Главное — оставаться вместе с Маат.

— Помоги мне, дорогая, идти вперед и совершенствоваться. Фараон открыл передо мной двери Дома жизни в Саккаре, а теперь я мечтаю поработать в библиотеке Абидоса!

— Ты прав, этой библиотеке нет равных!

— Ты думаешь, что я не достоин попасть туда?

— Это решит хранительница ее врат. Готов ли ты к встрече с ней?

— Если ты пойдешь со мной, могу ли я страшиться!

Икер отправился вслед за супругой. Ни одна женщина не двигалась с такой легкой грацией и изяществом. Едва касаясь земли, Исида словно плыла над миром смертных.

Высокие стены Дома жизни поразили Икера. Очень узкий вход позволял войти только одному человеку.

— Вот то самое место, где рождается слово радости, где царят правило и закон, где сердце читает мысль, расчленяя ее на слова.

На жертвенный стол, расположенный прямо у входа, Исида возложила круглый хлеб.

— Напиши слова: «Собратья Сета», — сказала Исида Царскому сыну.

Окунув тонкую кисточку в красные чернила, Икер написал заклинание.

— А теперь попробуй войти, оставив свой страх.

Едва Икер переступил через порог, он застыл на месте. Угрожающий вой заледенил ему сердце.

Повернув голову, он увидел готовившуюся к прыжку пантеру — воплощение богини Мадхет.

Икер протянул ей хлеб, посвященный врагам Осириса.

Какое-то мгновение хищница помедлила, потом вонзила свои клыки в предложенный хлеб и исчезла.

Проход был свободен… Писец отправился по коридору, в конце которого располагался обширный зал, освещенный множеством масляных светильников, и ни один ничуть не дымил.

От одного только вида бесчисленных папирусов, тщательно уложенных в ящики, у Икера закружилась голова.

Опьяненный своим счастьем, Икер взял самый большой. В нем повествовалось о тайнах неба, земли и промежуточного мира… Потом стал читать труд, который мог бы дать средство спасти священную ладью… Потом углубился в еще один, посвященный искусству ваять статуи.

Перед ними витали неведомые образы, манили вдаль пути неизреченного знания… Когда Исида положила ему руку на плечо, он вздрогнул… Проведя в Доме жизни долгие часы, он едва прикоснулся к хранящемуся здесь сокровищу.

— Скоро рассветет, пойдем к Древу Жизни! Там Безволосый посвятит тебя в таинство ритуала…

Икер сосредоточенно подал своей супруге и верховному жрецу сосуды с водой и молоком. Они возлили эти жидкости к подножию акации… Древо выглядело вполне здоровым.

Исида доверила Царскому сыну зеркало из толстого полированного серебряного диска с яшмовой рукояткой, украшенной ликом Хатхор.

— Направь его на солнце, и пусть его сияние осветит ствол Древа Жизни.

Ритуальное действо было кратким, но эмоционально насыщенным.

— Сегодня ночью и этим утром, — сказала Исида, — ты прошел несколько этапов посвящения. Прикоснувшись к ручке зеркала богини, ты стал служителем света.

— Но этого мало, — заметил Безволосый. — Вечером я жду тебя в храме Сесостриса…


Провозвестник посмотрел, как медленно удаляются Исида, Икер и Безволосый. С помощью Бега и благодаря административной ошибке ему удалось наконец попасть в Храм миллионов лет Сесостриса. Ему поручили уход за вазами и кубками богов и ритуальных служителей, что ввело его в самое сердце мира Абидоса.

Ему было позволено спать в служебной комнате, и теперь у Провозвестника была великолепная база, с которой он начнет уничтожать защитные барьеры Осириса.


Хищный взгляд Провозвестника не замедлил отметить четыре юных деревца, посаженные вокруг акации на четырех основных направлениях сторон света. К его великому изумлению за местом не наблюдали ни сторожа, ни жрецы, ни ритуальные служители. Значит, он сможет действовать в полной безопасности и ни одно живое существо не сможет обвинить его в злодеянии.

Подойдя ближе, Провозвестник увидел ковчег, охраняемый четырьмя львами, прижавшимися спиной друг к другу. В центре — столб джед, на вершине которого находился тайник, скрытый от глаз покровом и двумя страусовыми перьями, символами Маат.

Провозвестник сел в позу писца, что способствовало размышлению. Египтяне умели заставлять мысль работать и знали, какие телесные движения способствуют ее развитию. Следуя такому пути, любой профан почувствовал бы тягу к священному. Но он, Провозвестник, не почувствовал ни малейшего движения в сердце. Ему не от кого было ждать вдохновения. Только он, единственный владетель божественного откровения, обратит против своего противника его собственное оружие.

Итак, ковчег со львами и четыре акации — вот что станет символическим полем битвы! Именно эту защиту нужно преодолеть!

Но чтобы справиться с ней, нужны были вполне определенные заклинания. Провозвестник их не знал…

Где же найти нужные указания, если не внутри храма? Конечно, тексты, продиктованные Сесострисом и выбитые на стенах, дадут ему требуемые сведения. И тогда, во всеоружии, Провозвестник даст бой Древу Жизни!

Он снова вернулся к святилищу, которое так и притягивало его к себе… Потом отправился к своему месту службы и получил приказания своего начальника. С готовностью вызвался заменить на ночном дежурстве заболевшего напарника.

Ночь будет способствовать снятию покровов и поиску всесильных заклинаний…

Провозвестник дождался момента, когда остался в одиночестве. Теперь можно начинать изыскания. Он захватил с собой две алебастровые вазы: если его увидят, то объяснение готово — он очищает драгоценные ритуальные предметы, чтобы потом возложить их на алтарь.

Напряжение духовной жизни, разлитое в самом воздухе этого острова, раздражало Провозвестника. Каждый иероглиф словно отталкивал его, каждая звезда, нарисованная на плафоне, враждебно светила на его. Его предчувствия оправдались: не доверяя людям, мудрые жрецы поручили охрану здания символам.

Обычный маг уже давно обратился бы в бегство. Но Провозвестник боролся, выставив свои соколиные когти и клюв. И магия символов стекала вдоль его хищного тела, не обжигая его.

Осторожно прислушиваясь, Провозвестник внимательно изучал изображенные на стенах сцены, вчитываясь в слова богов и фараонов.

Подношения, подношения и подношения…

И постоянно повторяемое общение между потусторонним миром и царем. Обещание миллионов лет и бесконечного праздника воскресения…

Нет, принесший новую веру разобьет эти обещания! В его раю найдут приют только воины, способные отдать жизнь за утверждение своей веры. Пусть даже ценой тысяч жертв! Боги навсегда оставят Абидос и землю Египта. Вместо них придет единый бог, бог-мститель, желания которого станут для всех законом.

Но нужно было помешать Осирису воскреснуть, а для этого убить Древо Жизни!

Своим острым зрением Провозвестник искал и все не мог найти в письменах средство для того, чтобы пробить магическую защиту акации!

Но он был упорен и продолжал искать…

Вот он замер перед колоссами, изображающими фараона в виде Осириса. Скрещенные на груди руки, скипетры власти… Провозвестник улыбнулся.

Вот оно что! Почему же он сразу об этом не подумал?! Здесь все дышало духом Осириса, все исходило от Бога и к Нему возвращалось.

Наконец-то в его руках есть заветный ключ!

Его встревожил чей-то надтреснутый голос.

Спрятавшись за полуприкрытой дверью боковой часовни, Провозвестник увидел, как во двор с ассирийскими колоннами вошли Икер и Безволосый. Если они заметят его, исход борьбы будет сомнительный. Сейчас человек-сокол был ослаблен иероглифами и не имел сверхъестественной силы.

Но ночные посетители, стоя спиной к часовне, созерцали одну из статуй фараона, изображенного в виде Осириса.

Икер, вырванный в конце своего тяжелого дня из обычной обстановки, не мог уклониться от приглашения Безволосого.

— Похоже, сегодня, — произнес жрец, — общение с мастерами было для тебя неприятным.

— Это самое подходящее определение, — легко согласился Икер. — И тем не менее они близки к цели. Это вы посоветовали им вредить мне?

— Бесполезное занятие. Им известны правила, а тебе — нет.

— Но я намерен постичь его и использовать.

— Кажется, Мемфис — приятный город, и в нем юноши твоего возраста могут найти максимум развлечений. Ты не жалеешь о том, что оставил?

— Вы и в самом деле надеялись, что я отвечу утвердительно?

Безволосый что-то про себя проворчал.

— Тебе не удастся исполнить твою миссию, если ты не войдешь в еще одни врата таинств. И нашим мастерам это известно, поэтому они и отторгают тебя.

— Я и не требую от них снисхождения.

— Взгляни на эту статую Осириса. Кто, как ты думаешь, ее создал?

— Полагаю, что это были скульпторы из Абидоса.

— Это верно, но не совсем, Икер! Ты, Царский сын, должен знать, что не всем была доверена высокая честь. Здешние мастера — искусные ремесленники, и все же большая часть из них не получила допуск в Дом золота. В нем совершилась тайная работа, приведшая к появлению на свет статуи, обработка исходного материала — дерева, камня и металла, — превратившегося в живое творение. Истинных создателей этого шедевра, ставших Служителями Бога, считанные единицы. Им известны действенные заклинания, магические действия и чудодейственные ритуалы. С их помощью они создали творение вечное, не доступное никакому огню. Поэтому они либо примут тебя, либо навсегда отвергнут. Но в этом случае тебе придется покинуть Абидос.

Икер не стал возмущаться, ведь его миссия не зависела от этого испытания. Но одна мысль о том, что ему суждено узнать еще одну сторону жизни Абидоса, наполняла его сердце радостью.

— То золото, что использовано в этом жилище, тоже принадлежит Золотому кругу?

— Во время Великого таинства только оно в силах воскресить Осириса. Поэтому даже в то время, когда ты еще ничего не знал, все твое существование было подчинено его поискам. Доставив этот металл на Абидос, ты дал обет продолжать избранный тобой путь. Осирис открывает своим служителям богатства поднебесных гор и подземного мира. Он указывает им сокровища, спрятанные под слоем породы, и учит их обрабатывать металлы. Со всем пониманием относись к главной реальности жизни: Осирис — это совершенное воплощение золота.[4]


предыдущая глава | Великое таинство | cледующая глава