home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 23

— О… Боже… какая утонченная красота…

Закрыв заднюю дверь коттеджа, Акс стиснул зубы. Стоило завести Элизу через парадный вход, чтобы она не увидела кухню в лунном свете.

Поздно. И, очевидно, Элиза не удовлетвориться беглым осмотром помещения.

Не-а. Вместо того чтобы проследовать за ним к арке, Элиза прошла вдоль окон, окаймленных вырезанными листьями, пробежала пальчиками по дереву, которое отец долгими часами выстрагивал, натирал и полировал.

— Кто сделал это? — выдохнула Элиза. — Невероятная работа… я никогда не видела ничего подобного.

Ее волосы в серебряно-голубом свете луны сияли подобно ауре, словно она была ангелом, спустившимся на Землю.

Об одном жаль: всему, что Акс хотел сделать с ней, место в учебном пособии для демонов.

И, черт, он чувствовал свою кровь в ней… и ему это охренеть как нравилось.

Элиза, задрожав, обняла себя руками, и Акс хрипло сказал:

— С отоплением неполадки. Починю на следующей неделе. Пройдем к камину.

Но Элиза все равно не пошла за ним.

— Серьезно, кто занимался резьбой по дереву?

Она подошла к деревянному столу с сосновыми стульями, декорированными листьями плюща.

— Мой отец.

— Правда? Все это сделал твой отец? О, боже, он был художником.

— Пройдем сюда.

Повернувшись, она подошла к шкафчикам.

— Сколько он трудился над этим?

— Ты замерзла. Я затоплю для нас камин.

Выйдя из кухни, он стянул кожаную куртку и бросил на первое попавшееся кресло. И да, его угнетала окружающая разруха… и тот факт, что в коттедже отсутствовало отопление, свет и еда. Его дом не просто ни шел ни в какое сравнение с ее дворцом… этот сарай даже не стоял на одном уровне с типичным домом среднестатистического гражданского.

Сев возле камина, Акс взял кочергу и сдвинул угли в сторону. Потом закинул газеты и палки, которые собрал на заднем дворике прошлой ночью, а сверху положил единственное полено из твердой древесины.

Осенью он продал на «иБэй» одну из резных фигурок отца за четыреста баксов и потратил деньги на корд[59]из древесины твердых пород, которого должно хватить на всю зиму. И да, может, следовало продать еще пару резных животных или птиц из подвала, чтобы оплатить электричество, но он не смог расстаться с ними.

Хоть и ненавидел все до единой.

Он держал коробку спичек в металлическом контейнере, и, сняв крышку, поджёг одну спичку.

Газета сперва скукожилась, убегая от пламени, потом загорелась, испуская бледноватый дым в дымоход.

Акс почувствовал, когда Элиза зашла в комнату.

— Здесь…

— Бардак, я в курсе.

— Нет, я хотела сказать «уютно».

Когда он рассмеялся, Элиза прошлась по комнате, касаясь мягких кресел и дивана, и Акс поморщился при виде выцветшей ткани.

— Может, здесь не помешало бы убрать пыль, но в целом твой дом очень уютный. Удивительно.

Он вернулся к растапливанию камина, неспешно пробуждая огонь.

Тем же самым он займется с ее лоном через считанные минуты.

— Ненавижу это место.

Акс поднялся, его колени хрустнули, а эрекция рвалась из тесных штанов. Он не стал поправлять член. Он хотел, чтобы это сделала Элиза.

О, да… свет от камина смотрелся на ней еще лучше, чем лунный.

Элиза нахмурилась, посмотрев на тюфяк перед камином.

— Нет, — сказал он. — Я не планировал приводить тебя сюда. Я сплю здесь, чтобы не замерзнуть.

Ее лицо расслабилось.

— Ты должен починить отопление, чтобы вернуться в кровать.

— Да. — Акс указал на пол перед собой. — Иди сюда.

Она пересекла тесное пространство, как мечта во плоти, ее красота в оранжевом подрагивающем свете камина казалась загадочной и недосягаемой.

Элиза подошла к нему так близко, что он мог сосчитать реснички на ее глазах.

Протянув руку, Акс смахнул ее волосы назад, наклоняя ее голову… и накрыл ее губы своими. Лаская ее языком, Акс скользнул рукой по плечу и вниз, на поясницу… а потом рывком прижал к себе.

Жадный, он был чертовски жадным… и он планировал действовать медленно.

Но все благие намерения полетели в окно.

Не успел он сообразить, как уже стягивал ее пальто, выдергивал блузку из юбки, стремясь добраться до теплой кожи талии. Он становился грубым, вспоминая ее с человеческим мужчиной, но Элиза, казалось, совсем не возражала.

Она так же крепко цеплялась за него, запуская руки в его волосы, вжималась в его тело, царапала затылок.

— Ложись, — простонал он. — Женщина, ложись…

Подняв ее на руки, он опустил Элизу на импровизированное ложе.

Очень плохо, что кроме этого матраса он не мог предложить ничего больше.

Выгнувшись всем телом — от чего он едва не кончил — Элиза закинула руки за голову, когда он оседлал ее бедра. Он расстегнул ее пуговицы одну за другой.

Казалось чистым преступлением рвать такую красоту.

— Из чего они сделаны? — спросил Акс хриплым, едва слышным голосом.

— Перламутр, — выдохнула она.

Пуговицы не могли сравниться с ее сияющей кожей.

Когда он медленно разделил два куска ткани, все резко замедлилось, и Акс, зашипев, стиснул зубы при виде открывшейся красоты. Ее груди скрывались под белым кружевом, сочетание невинности и сексуальности в идеальных пропорциях казалось в разы горячей всего анонимного, жесткого секса, которым он занимался последние годы.

— Можно? — спросил он.

Странно, но он испытывал религиозный трепет, нависая над ней: казалось непростительным входить в храм без разрешения.

— Давай я, — ответила Элиза.

Дрожащими руками она потянулась за спину… а потом чашечки выпустили из плена затвердевшие соски.

— О… черт.

Это он сказал? Акс не понимал. Он лишился остатков разума.

— Элиза…

К слову о пытке. Он наблюдал, как она снимает сначала одну лямку, потом другую, удерживая чашечки на месте, и пульсация в члене становилась все отчаянней.

А потом она отбросила преграду в сторону.

Она была идеальна. Просто… идеальна.

Опустив голову, он скользнул языком по соскам, а потом втянул горошины в рот, одну за другой. Это было офигенно правильно — нависать над ней вот так, почитать ее своим ртом, он едва сохранял контроль над телом, а кровь бурлила в венах.

Акс чувствовал себя таким живым, но не в том маниакальном смысле, как всегда бывало во время привычного секса.

Лаская ее груди, Акс был вынужден поправить член в штанах… либо так, либо он завоет на высоких нотах. А потом он потянулся к молнии на ее юбке, и Элиза помогла ему, повернув бедра на бок. Да, он хотел сорвать тряпку с ее бедер, преимущественно зубами, но этому не бывать… и не только потому, что ей в чем-то возвращаться домой.

Терпение вознаграждается по достоинству.

Не прекращая ласкать ее, он стянул по этим невообразимо длинным ногам ее юбку, колготки и трусики разом.

А потом просто сел.

Под его жарким взглядом она снова закинула руки за голову, выгибаясь ему навстречу, потягиваясь, изгибаясь, огонь от камина накрывал ее сияющую кожу светом, словно тысячей рук. О, и наяву ее плоть была прекрасней, чем во сне: ее груди с напряженными сосками, плоский живот, обнаженное лоно, кремовые бедра — все подчистую смывало ту фантазию, что выплюнуло его подсознание день назад.

Скользя руками от ее ключиц к бедрам, лаская ее тело… Акс повторил свой путь губами… замирая напротив пупка.

Посмотрев вверх, мимо ее изумительных грудей, на ее лицо, он увидел ее приоткрытые губы, она, задыхаясь, смотрела на него, изумительные глаза были широко распахнуты, словно она никогда не испытывала ничего подобного.

В голове зазвучал голос Пэйтона: «Поэтому нет, ты поимеешь ее, а потом бросишь с разбитым сердцем».

Акс вытолкал из головы слова и голос, намереваясь ласкать Элизу своим языком до умопомрачения, показывая ей, насколько она прекрасна. А потом он…

Нет, ничего он не сделает. Он не доведет все до конца. Он не кончит в нее.

Он просто доставит ей удовольствие своим ртом и языком, а потом…

Черт.

Дерьмо.

Акс сел, хотя оторваться от нее было смерти подобно.

— Что такое? — прошептала она. А потом улыбнулась. — Я увижу тебя?

Когда Акс не ответил, она нахмурилась и села.

Боже, как покачнулись ее груди, налитые и возбужденные для него… им почти удалось отвлечь его и заставить вернуться к начатому.

Почти.

— Аксвелл?

Он потер лицо.

— Можешь сделать мне одолжение?

— Конечно.

— Можешь… э-э, не называть меня Аксвеллом.

— Хорошо.

— Так меня называла только мать. Ненавижу это имя.

— Понимаю, почему ты не хочешь вспоминать о своей мамэн в такой ситуации.

Улыбка исчезла с ее губ, когда он никак не ответил. И потом она свела полы блузки на груди.

— Кажется, я знаю, что тебя беспокоит, — сказала она резко.

— Разве?

Она уверенно и смело встретила его взгляд.

— Не волнуйся. Я не девственница.


Глава 22 | Клятва Крови | Глава 24