home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 28

Ново и Бун материализовались в хорошо освещенном переулке последними… и вскоре в дальнем конце показался огромный автомобиль размером с банковский сейф. Это была мобильная операционная Братства, и когда машина остановилась перед ними, Акс понял, что время пришло. Игры закончились.

Брат Бутч, также известный как Дэстроер, вылез с пассажирского сиденья.

— С тренировками мы закончили.

Так точно.

— Это не проба пера и не проверка. — Брат вытащил из машины вещевой мешок размером с человеческое тело. — Нужно заменить ваши патроны. Это пули с тупым концом и специальной начинкой.

Бун — ответственный за поднятую руку во время занятий — разумеется, не смог сдержаться:

— Какой?

— Вода из Святилища Девы-Летописецы. Из бывшего Святилища. — Бутч закрыл дверь, стукнул кулаком по кузову, и скорая отчалила. Когда машина скрылась с глаз, Бутч бросил сумку на асфальт и расстегнул ее.

— Вперед, налетайте.

Бун шел первым по очереди, вытащил две обоймы из своих сороковых и заменил на новые.

— Запаску с ремня тоже давай, — приказал Бутч.

Опять замена. Потом Крэйг. Пэрадайз, Ново… Акс последним из них поменял свои пули и встал в строй рядом с остальными. По близости не было людей — шатающихся или разъезжающих на автомобилях — и было ли дело в празднике с присущими ему леденцами и весельем, или же в обжигающем холоде, Акс не знал. В сущности, ему было плевать.

Но это не значило, что они были одни.

Зэйдист стоял в десяти футах, при виде шрамированного лица и черных глаз даже у Акса съеживались яйца. Рядом с Братом расположился Тормент. Также были Джон Мэтью, Блэйлок и Куин.

Срань Господня, подумал Акс. Они действительно не шутили.

— Мы приближаемся к концу войны, — снова заговорил Бутч. — Это значит, что лессеров становится сложнее находить и легче убивать, потому что попадаются только новообращенные. Во время прошлых учений вы все накосячили, поэтому сейчас работаем в парах — с Братьями или солдатами. Действуя сообща со своим наставником, вы прочешите улицы с запада на восток. Не разделяться, только в случае боя, и то по крайней необходимости. Если завяжется бой, и вы, и ваш наставник должны отправить информацию остальным. Когда все получают сигнал, мы собираемся вместе и расходимся по своим участками только после оценки ситуации. Не буянить. Никакой самодеятельности. Не вздумайте умирать. Есть вопросы? И, хочу напомнить вам, идиотам, что это не тренировка. Самое время сдать назад, если есть желание. После начала патруля шаг влево будет считаться дезертирством и поводом к исключению из группы. Лучше сейчас отстранить вас из патруля, чем вы подгадите нам посреди миссии.

Никто не струсил. Не стал тратить время на тупые вопросы.

Они были готовы настолько, насколько это возможно для новичков.

И каждый из них осознавал, что эта ночь грядет.

— Акс, ты со мной, — сказал Бутч. — Пэрадайз с Тором, Зи с Буном. Крэйг с Джоном Мэтью. Пэйтон, ты с Куином. Блэйлок в этой миссии играет роль разведчика, движется по крышам, опережая всех нас. Держите пушки наготове, глаза — широко раскрытыми, и берегите телефоны.

Народ молча разбивался на пары, и Акс стоял рядом с Бутчем, пока каждой двойке определяли свою улицу. План таков: каждый прочешет свою территорию до более благоприятной части города, примерно в тридцати кварталах отсюда. Потом все сдвинутся на шесть улиц на север, подальше от центра Колди… потому что военные действия всегда велись в стороне от небоскребов из-за наличия в дорогой недвижимости видеонаблюдения и частных охранных фирм.

И то, и другое грозило раскрытием, чего все стремились избежать.

Это единственное правило, которого придерживалось и Братство, и Общество Лессенинг: по возможности никаких взаимодействий с людьми. В противном случае — быстрая уборка за собой.

Аксу с Бутчем достались самые дальние территории, и они вдвоем перешли на бег, потому что, будучи полукровкой, Бутч не мог дематериализовываться… хотя это не играло никакой роли. Происходя из королевского рода, он был силен, как бык, а ноги передвигались весьма быстро, так, что Акс едва успевал за ним.

Когда они добрались до Пятой улицы, Бутч выхватил оба пистолета. Акс повторил за ним.

— Сынок, пойдем по этой стороне, — сказал Бутч с характерным бостонским акцентом. — Держи ухо востро.

Вместе они зашагали по разным сторонам улицы, придерживаясь стен зданий… то есть, они были открытыми мишенями, стреляй-не-хочу. Но Акс просматривал окна на противоположной стороне улицы, прикрывая Бутча, и Брат делал то же самое для него: они высматривали малейшие движения, отблеск света в окнах юридических фирм, социальных служб и благотворительных организаций…

Эти здания — лучшее, что они повстречают на своем пути.

И да, весьма скоро стало очевидно ухудшение финансового благосостояния. Через несколько пяти-шестиэтажных домов без лифта показались первые признаки старения и разложения: сломанные ступени на крыльце, напоминавшие зуб, грозивший вывалиться из челюсти, облупившаяся краска, и, еще дальше, отсутствие окон.

Сейчас Акс шел по слякотной массе из мусора, колпаков, пивных банок и бутылок, запчастей, хрен знает, что там еще валялось. Да плевать. У него были хорошая подошва на военных ботинках, уверенная походка и бритвенно-острые инстинкты, которые сейчас отчаянно ревели. На самом деле, все его тело ревело, кровь бурлила в венах, пальцы подрагивали на курке пистолета.

И все время он не переставал сканировать здания, периодически переключаясь на дорогу впереди, чтобы снова вернуться к крышам и грязным стеклам.

Нельзя было сказать, что в его действиях прослеживался определенный ритм. Ни о каком ритме не могло быть и речи, если в любую секунду ты можешь открыть огонь или схлопотать пулю. Но он определенно попал в зону…

Сначала Акс почувствовал запах.

Он как раз пересекал узкий переулок, когда порыв ветра принес вонючую смесь сбитого три дня назад животного с синтетическим ванильным айсингом и детской присыпкой.

Он знал, что останавливаться нельзя, даже если ноги стремились затормозить. Вместо этого он перепрыгнул проулок и прижался спиной к дальнему углу заброшенного здания. Тихо просвистел, привлекая внимание Бутча… и объяснения не потребовались.

Брат все и так понял, и прошел назад таким образом, чтобы оказаться в другом конце уличного пролета.

Акс чувствовал сумасшедшее биение своего сердца, но намеренно успокаивал дыхание. Если он начнет громко дышать, то снизит остроту слуха, а это вряд ли поможет.

Наконец-то он вступит в бой с врагом.

Дерьмо, — подумал Акс, уловив другой запах в воздухе.

Кровь.

Кровь вампира.

В это мгновенье телефон в рукаве издал сигнал, и он поднял локоть, читая сообщение, просвечивающее сквозь прозрачный карман, пришитый к военной куртке.

Черт, Куин и Пэйтон вступили в бой.

Почти сразу же пришли и другие сигналы.

Тор и Пэрадайз тоже.

Как и Джон Мэтью с Крэйгом.

Абзац.

Осознав, что Рейджа среди них не было, он подумал… гребаный ад, что, если Брат сражался в одиночку?


***


В глубине гардеробной Эллисон, Элиза тщательно перебрала все вещи, оставив после себя аккуратные ряды полок по стандартам витрин в «Мэйси», вся одежда идеально разложена, даже мятая или настолько рваная — очевидно, по замыслу дизайнера — что едва держалась на вешалках. Она также перебрала вещи, валявшиеся на полу, расставила сумки и обувь по стилю и цветовой гамме.

Отходя назад, чтобы оценить проделанную работу, Элиза нахмурилась. В дальнем углу был какой-то сверток, и, опустившись на колени, она вытащила… комок ткани, это был большой мешок или… нет, это черный плащ, от которого пахло…

О, да. Сигаретами, алкоголем и прочими «ароматами».

Элиза свернула плащ на полу и собиралась вернуть его на место, но потом снова наклонилась и заглянула в темный угол.

Там было что-то еще.

Пришлось постараться, чтобы дотянуться до…

— Что за чертовщина? — пробормотала она.

Коробка. Металлическая, прохладная на ощупь.

Она пыталась достать ее, но коробка оказалась слишком тяжелой. Пришлось тянуть двумя руками и приложить усилие.

Как оказалось, это был мини-сейф, с тяжелыми прочными стенками и верхней крышкой. Замок подразумевал использование ключа, и, попытавшись открыть сейф, Элиза не ожидала…

Да только замок открылся. Под давлением крышка чуть отошла вверх, а потом начала подниматься. Элиза не проследила движение своими руками.

Сев на задницу, она поставила коробку между ног, гадая, что, черт возьми, она творит. Там могли храниться личные вещи… которые сначала следует показать родителям Эллисон. Но представив, как приносит тете с дядей вещи их дочери, Элиза поняла, что ничем хорошим это не кончится… и, несмотря на смешанные чувства, она заглянула внутрь.

Просто сверток бумаг формата А4. И все.

Достав бумаги, она расправила их. Договор на аренду жилья… в многоквартирном доме? В центре города, судя по адресу.

Именно там ночевала Эллисон, когда не приходила домой порой по несколько суток?

— Мы снимали квартиру для нее.

Охнув, Элиза резко обернулась.

Ее тетя стояла в дверях в гардеробную, и, милостивый Боже… женщина словно побывала в автокатастрофе… или, скорее всего, в аварии с участием мотоцикла, причем в роли мотоциклиста выступала она сама: ее волосы, всегда причёсанные и спускавшиеся волнами по плечам, представляли собой воронье гнездо, отросшие корни были на два тона темнее популярного в Глимере калифорнийского блонда. И вместо модного костюма от «Эскада» и «Сэнт-Джон» с жемчужной ниткой на шее и капельками — в ушах, она была одета в грязную, помятую сорочку, когда-то шелковую, сейчас же тряпка напоминала смятую салфетку.

В ее широко раскрытых глазах плескалось безумие.

Но она не смотрела на Элизу. Женщина не сводила глаз с упорядоченной одежды.

— Это сделала ты? — спросила она с дрожью в голосе.

Женщина шагнула вперед такими же нетвердыми шагами.

— Простите. — Элиза судорожно сложила бумаги в коробку и захлопнула крышку. — Я просто… не знала, чем помочь.

И да, она подслушивала — очень похвальное занятие.

— Ее вещи… — Изящная рука прикоснулась к одежде, которую развесила Элиза. — Боже, как я ненавидела ее одежду.

Элиза вернула сейф на место и поднялась с пола.

— Не стоило мне приходить сюда…

— Нет, все нормально. Ты… ты хорошо постаралась.

— Я лезу не в свое дело…

— Мы сняли для нее квартиру, потому что не могли наблюдать, как она возвращается домой после ночи. Растрепанная. Пьяная. Под наркотиками. Воняя сексом.

В голове Элизы зазвенело «SOS, SOS, помогите!». А также фраза «бойтесь своих желаний».

Она не ожидала, что они станут говорить о таком.

Костлявая рука ее тети сжала одну из мини-юбок.

— Отец считал, что изгнание станет правильной реакцией на ее своеволие. Что она поживет там, осознает свои грехи и завяжет с таким поведением. — Ее смех олицетворял сумасшествие. — Но вместо этого она пустилась во все тяжкие. Я не могла достучаться до нее. Он и вовсе не пытался. И со временем становилось лишь хуже. Ей нравилось мучить нас.

— Тетушка, может, тебе следует поговорить с дядей…

— Я ненавидела ее. — Женщина сдернула юбку с вешалки и бросила на ковер. — А после смерти стала ненавидеть только сильнее.

— Ты же не думаешь так, на самом…

— О, нет. Это я и чувствую. Она всегда была грязной шлюхой. Она получила по заслугам…

— Вы же ее мама, — выпалила Элиза. — Как вы можете говорить такое?

Ее тетя опустила руку и схватила одну из блузок, срывая, и вешалка, срикошетив, полетела ей в лицо. Но женщина не обратила на это внимание.

— Посмотри, что она сотворила с нами! Сначала мы потеряли сына, сейчас убили нашу дочь! Ее нашли всю в крови и полумертвую, на пороге убежища для жертв домашнего насилия! Как она посмела опозорить нас таким образом!

Элизе оставалось лишь смотреть на пепельно-бледное, изможденное лицо, когда ее тетя начала срывать одежду с вешалок.

Вот, откуда беспорядок… Эллисон тут не при чем. Это ее тетя раскидала вещи… и сделает это снова, прямо сейчас.

Элиза почувствовала внезапное желание расплакаться. Казалось невообразимой мысль, что социальные ожидания полностью разрушили родственные узы между матерью и дочерью.

И Элиза даже не догадывалась о расколе. До убийства Эллисон, все держалось в тайне, тетя с дядей присутствовали на всех мероприятиях, являясь в прекрасных нарядах, улыбались, создавали впечатление идеальной пары… а в это время их дочь после смерти своего брата ступила на путь саморазрушения, дюйм за дюймом, ярд за ярдом… пока разлад в семье не стал очевиден для всех домочадцев.

Для всего общества.

— Нас больше не хотят видеть, — выдавила ее тетя, скидывая все больше вешалок, бросая одежду на пол, топчась по ней голыми ногами. — Нас больше никуда не приглашают! Мы стали изгоями, и все по ее вине!

Проглотив ком, Элиза посмотрела в сторону спасительного выхода.

Она чувствовала, что ее сейчас стошнит.

— Милая, я шокировала тебя? — усмехнулась ее тетя. — Ты словно увидела призрака.

— Нет, — прошептала Элиза. — Не призрака. Я смотрю на воплощение истинного зла, которое никогда не ожидала встретить в своей семье.

Она проскочила к выходу, отталкивая ходячий труп ее тети с дороги, и бросилась прочь из комнаты Эллисон, прочь из особняка.

Оказавшись на лужайке перед домом, Элиза уперлась руками в колени… ею завладели рвотные позывы.

А потом она побежала вперед, по дорожке, не заботясь о том, что ей некуда податься.


Глава 27 | Клятва Крови | Глава 29