home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 6

Ник покосился на здоровенную штуковину, лежащую на берегу, и в сомнении помотал головой:

– Нет. Не верю! Эта громадная хреновина сожрала моего Шарика и теперь говорит его голосом!

– А эта штуковина по имени Ник сидела бы в своей норе еще две недели и не то бы увидела! Ха-ха-ха!

– Похоже, что водоросли тебе по вкусу, брат?

– Очень по вкусу. И ты знаешь, братец, у меня на этот счет появилась теория.

– Что за теория?

– Ведь не зря тут оказался корабль-матка. Корабль с инкубатором.

– Хмм… ты думаешь…

– То же, что и ты! Океан, наполненный вкусной едой, на которой можно вырастить сотни, тысячи Шариков! Брат, похоже, что это все было специально сделано для меня. Для таких, как я.

– Да ладно?! Ведь вроде бы писали, что, когда колонисты оказались на планете, океан был чист?

– А ты уверен, что это правда? Ты же знаешь, как люди любят переделывать историю. Переписывать ее под себя.

– Стоп! Если этот корабль оказался на планете подбитым и вне космодрома, куда же он направлялся, кто его подбил?

– Я не уверен, но… у меня есть версия. Планета – это колыбель для таких, как я. А вот корабль… корабль тут оказался уже после того, как люди построили на планете свою базу. Давай представим некий древний корабль, который после долгого блуждания в космосе оказался здесь, в месте назначения. Ну, к примеру, у него вышли из строя маршевые двигатели, и он летел сюда на планетарных, с досветовой скоростью. Только подумай, сколько времени он сюда добирался? Даже от ближайшей звезды? Вот! И он прилетает, не ждет никаких проблем, а тут его поджидает неприятный сюрприз. Люди решают, что он хочет их атаковать, и лупят по нему из мегабластера. Корабль падает. Его грабят. И уже после здесь образуется мусорка, в которой старый корабль не выделяется среди своих собратьев. Возможно такое?

– Возможно! Шарик, да ты не только физически развился! Совсем недавно ты не мог отличить накопитель от мусора и бластер от куска обшивки, а теперь делаешь подобные умозаключения! Эдак ты завтра станешь умнее меня!

– Почему – завтра? Ха-ха-ха…

– Тьфу на тебя! – Ник подобрал с берега увесистый камень и с размаху запустил его в бок Шарику. Камень с глухим стуком ударился о твердый, как сталь, бок и, отрикошетировав, улетел в воду. Шарик заохал:

– Ах… ах… жестокий брат! Ты нанес мне страшную рану! Как я теперь буду жить?!

– Тьфу! – Ник захохотал и, откинувшись на спину, долго не мог успокоиться. – Рану я ему нанес! Шутник! Да тебя и ножом не поцарапать, хитрюга!

– А хочешь, кое-что покажу? – В ментальном голосе Шарика проскользнули нотки удовлетворения. Он явно хотел Ника чем-то удивить. Ник не стал его разочаровывать:

– Давай! Чего там у тебя нового? Неужели член отрастил? Найдем тебе самочку, будешь мне демонстрировать размножение кораблей!

– Теперь тьфу на тебя! – Шарик передал волну веселья и картинку, от которой Ник прыснул со смеху, так, что у него слезы потекли из глаз. – Похабщина! Самая настоящая!

– Корабль-извращенец! – прохохотавшись, констатировал Ник.

– Сам-то?! Кто вчера смотрел похабный фильм, и…

– Шарик! – Ник почувствовал, как краснеет. – Зачем ты подглядывал без разрешения!

– Да ты так расслабился, что я не мог не воспользоваться!

– В таком случае зачем тебе подглядывать за мной во время секса, как ты постоянно требуешь? Если ты и так знаешь, как это происходит?

– Ник… я – корабль. Но одновременно я – это ты. Понимаешь? Нет, не понимаешь. Я хочу чувствовать то, что чувствуешь ты. У меня нет других чувств, кроме тех, что я заимствовал у тебя. А я ведь немного человек. Такой же, как ты. Ты – это я! И я хочу того, чего хочешь ты.

– Так… – Ник слегка озадачился. – То есть что получается – ты хочешь секса?

– Хочешь его – ты. А ты – это я. И я хочу того, чего хочешь ты, – повторил Шарик. – Если ты страдаешь, тебе чего-то не хватает, страдаю и я. Потому, пожалуйста, не заставляй меня страдать!

– Вот как… – Ник теперь был совершенно озадачен. – Как ты это дело представляешь! То есть, если мне плохо, я голоден, я болею, я хочу женщину, все это как будто происходит и с тобой?!

– И да и нет. Когда-нибудь, когда ты научишься долго переносить полный контакт со мной, а то и совсем не будешь его прерывать – в чем я, все-таки, сомневаюсь, – ты меня поймешь. Что бы ты ни делал, как бы ты ни закрывался, я все равно чувствую все, что чувствуешь ты. Я могу не видеть то, что видишь ты, потому что ты закрылся, но чувствую – все. Сейчас у тебя скопились газы, и ты хочешь выпустить их наружу. И ты хочешь выделить из себя лишнюю жидкость. Сделай это, потом опять поговорим. А то мне кажется, это мой мочевой пузырь раздувает живот! Хе-хе-хе… Кстати, можешь продолжать смотреть свои секс-фильмы и заниматься тем, чем ты занимался. Мне нравится!

– М-да… от тебя точно не спрячешься! – Ник давно так не краснел. Почему-то ему было очень стыдно. Как будто его поймали за чем-то неприличным. Хотя… именно поймали, и как раз на неприличном!

Ему стало смешно, и Ник тихонько хихикнул, застегивая клапан комбеза. Можно было делать это прямо в штаны – комбез удалил бы из себя всю ненужную жидкость, но как-то противно мочиться в штанину, неправильно это. Ладно бы в боевых условиях, когда не до стягивания штанов и даже не до отстегивания клапана, но сейчас, на берегу… одно удовольствие журчать, глядя на кольца боевых платформ, освещенных никогда не заходящим в космосе светилом. Красивые, гады! И такие опасные. Тот, кто сидит на платформах, может контролировать весь Сирус! Весь жилой Сирус.

– А! Кстати, чего ты хотел показать? – вспомнил Ник и тут же ругнулся: – Ну перестань, лепеха! Вот же… похабник малолетний! Давай серьезно!

– Насчет малолетнего – это ты явно погорячился, братец. – Шарик явственно хихикнул. – Да я, может быть, старше тебя раз в сто! Ну… не в сто, но старше на много лет!

– Ага. Это если бы сперматозоид, из которого я получился, заморозили три тысячи лет назад, а потом подпустили бы моей маме, мне было бы три тысячи лет? Шарик, ты самый настоящий болтун! Тебе надо исторические статьи писать! Нет б'oльших врунов, чем историки!

– Кстати, я бы запросто! Разобраться бы только, как выходить в сеть…

– Стоп! Ты что, теперь сможешь и в сеть выходить?! – поразился Ник.

– Пока не могу. Но чувствую, что смогу. Я ведь с тобой разговариваю. И похоже, это происходит через сеть подпространственной связи. Только не спрашивай как! Все равно не скажу. А теперь смотри! Возьми камень! Любой! Бросай в меня!

Ник подобрал булыжник размером с кулак, прицелился и со всей дури швырнул его в Шарика, криво усмехаясь уголком рта. Но камень не долетел до цели. Замерцало голубое сияние, и «снаряд» мягко плюхнулся на песок, не достигнув места назначения.

– Оп-па! – Ник тоже плюхнулся на песок, ошеломленно глядя на здоровенный диск Шарика. – Защитное поле! Как так?! Откуда?! Без всяких генераторов?!

– А почему ты решил, что без генераторов? – усмехнулся Шарик. – Если во мне нет здоровенных железяк, значит, у меня нет генераторов? Ты читал про животных с других миров? Что они могут? Да что только не могут! Есть даже те, кто перемещается в подпространстве! И есть те, кто генерирует защитное поле! Читал про драгнустов с планеты Сера? С панцирем такие, ползающие? Так вот, они генерируют защитное антигравитационное поле внутренними органами! И без всяких там генераторов! Там метеориты падают едва не каждую минуту, и если бы драгнусты не научились генерировать поле, то все бы вымерли. Вот так! Все, что якобы придумали люди, уже имеется во Вселенной! И даже без людей!

– Хмм… а может, тогда и тебя не люди придумали? – задумался Ник. – Может, ты существо с какой-нибудь планеты?

– Все может быть. Хотя и сомневаюсь. Скорее всего, я вообще не с планеты. Скорее всего, где-то в космосе есть колония таких, как я. Свободно путешествующие по Вселенной, быстрые, как мысль, они пронизывают Вселенную из края в край! Словно ангелы!

– Бла-бла-бла! Ты что, стишков начитался? – хихикнул Ник. – Романтических фильмов насмотрелся? Это же фраза из фильма «Корабли Вселенной»! Ну та, где герой отправляется на край Вселенной в живом корабле!

Молчание. Потом Ник робко, с замиранием в сердце спросил:

– Ты что, намекаешь…

– Ничего я не намекаю! Я тебе впрямую говорю! – Шарик хохотнул, успокоился, продолжил: – Да, скорее всего, я сродни шаргионам. Только пока ничего по этому поводу сказать не могу. Пока не вырасту.

– Не вырасту?! – охнул Ник. – Да ты уже вырос просто… просто до невозможности! Скоро не сможешь спрятаться в случае опасности.

– Смогу. Глубина океана достигает пятнадцати километров. Может, и больше. Я путешествовал, ты же знаешь. И ты со мной был, смотрел через меня.

– Да чего там смотреть… вода и вода. Ни одного живого существа! И камни на дне.

– Какая разница? Речь ведь не о том. Я могу скрываться под поверхностью океана сколько угодно. И сколько угодно поедать водоросли, впитывать минералы из воды и лопать ил, который тоже содержит много полезных веществ. Я теперь только и делаю, что ем! И строю себя. Сам не знаю, что строю, но чувствую, мне еще строить и строить! Мои… малютки мне очень сильно в этом помогают!

– Какие такие малютки? – не понял Ник, Шарик пустил волну веселья, и тут же в его боку открылся самый настоящий люк! Люк такого размера, что в него мог пролезть Ник! А еще произошло то, что потрясло Ника до глубины души, – из люка вдруг посыпались самые настоящие пауки. Небольшие, с кулак, они выглядели совершенно отвратительно: десятиногие – восемь ног по бокам и две длинные ноги впереди. Эти можно было бы назвать не ногами – щупальцами, потому что их длина превышала длину тела пауков.

Ник непроизвольно взвыл и отбежал подальше, с отвращением и опаской глядя на шевелящуюся массу насекомых у отверстия в корабле.

– Это еще что за гадость?! Паразиты, что ли?! Ты чего там такого нажрался, что они у тебя завелись?! Ффффууу… мерзость какая! Я их боюсь! Слушай, брат, я не знаю, что с ними делать, как можно их искоренить!

– Ничего не надо с ними делать! – хохотнул Шарик. – Это мои малютки. Они строят меня! У тебя в теле есть всякие штуки вроде фагоцитов, лимфоцитов, эритроцитов. Знаешь, да? Ну вот, это мои и эритроциты, и фагоциты. Попробуй кто-нибудь влезть в меня без моего разрешения – загрызут! Но они еще и строят меня, а еще будут залечивать мои раны, если такие появятся. Понимаешь? Малютки – часть меня! Я читал про шаргионов – у них все точно так же! И ты почитай.

– Шарик… а ты уже можешь лететь к звездам?

Ник все не решался задать этот вопрос, напрашивающийся сам собой, и наконец все-таки сподобился. Он и страшился услышать ответ, и мечтал его услышать.

– Нет, не могу!

Сердце Ника ухнуло в пятки, а голова закружилась от разочарования. Он даже не представлял, как сильно надеялся и мечтал. И вот…

Шарик усмехнулся, пустил волну смеха и лукавства:

– Пока не могу! Без тебя не могу. Мне нужно еще вырасти, и тогда у меня появятся каюты, появятся органы, вырабатывающие кислород и поглощающие углекислый газ. А самое главное – созреют основные накопители и маршевые двигатели. Все, что я сейчас могу, – это летать над планетой и выходить в межпланетное пространство – совсем ненадолго. И опять же, без тебя я и этого не могу. Я ЗНАЮ, что мне нужен ты, чтобы путешествовать в межзвездном пространстве.

– Как думаешь… до какого размера ты будешь расти?

– Если я такой же, как шаргионы, то вырасту еще раз в сто. А возможно, еще больше. Точного размера я не знаю. Могу ориентироваться только по информации из сети. Но и там она слишком скудная.

Ник замолчал, пытаясь осмыслить услышанное, потом собрался с духом и пошел к Шарику, осторожно ступая, чтобы не наступить на одного из пауков. Те вдруг зашевелились, мгновенно выстроились в квадрат, а потом случилось совершенно неожиданное: пауки приподнялись, оставшись стоять на двух парах задних лап, и затанцевали – все сразу, раскачиваясь в такт маршевой музыке, которая зазвучала в голове Ника. Их щупальца начали склоняться из стороны в сторону, как человеческие руки, и это было так смешно, так забавно, что Ник невольно расхохотался – вместе с Шариком, радостно управлявшим армией своих «фагоцитов». У Ника мгновенно исчезли страх и отвращение к паучкам. Он подхватил одного из них и посадил на плечо. Паук вцепился в ткань комбеза своими лапками, а щупальца добрались до ноздрей Ника и стали щекотать, от чего Ник расчихался, расхохотался и, весело ругаясь, снял паука с плеча.

А потом Ник сидел рядом с Шариком, и они разговаривали обо всем, начиная с жизни во Внешке и заканчивая звездными путешествиями. Сошлись на том, что надо выбираться из этой помойки сразу же, как только Шарик закончит преобразование тела. Но еще нужно было найти и загрузить в память Шарика звездные карты. Без них путешествие к звездам невозможно. Вернее, возможно, но только куда? В пустоту? В неизвестность? Чтобы потеряться во вселенной?

Нужны координаты обитаемых миров. И не только координаты, нужно еще и описание этих самых миров. Очень уж не хочется попасть под удар тяжелого крейсера либо линкора, приблизившись к запретному миру.

Нет уж. Нику по сердцу какая-нибудь курортная планетка или обычный аграрный мир, где убийство – это событие, которое обсуждают во всех новостях, а убийцу будет искать целое подразделение полиции, пока не найдет и не накажет. В общем, не такая планета, как проклятый всеми богами Сирус.

Долго сидели. Вокруг суетились паучки, которые то забегали в корпус Шарика, то выбегали из него, затаскивая внутрь какие-то камешки и крошки. Ползали по его панцирю, то ли полируя, то ли наращивая и так уже непробиваемую броню. Впрочем, разве непробиваемую? Стальные борта кораблей не выдерживают удара мегабластера, так разве может выдержать такое живая, пусть даже и очень крепкая плоть?

Ник порывался забраться внутрь Шарика и посмотреть, что у него там происходит, но Шарик не позволил, объясняя это тем, что коридоры еще не готовы, и вообще, пахнет там сейчас очень дурно, и брату просто нечем будет дышать. Всему свое время! Ник от него и отстал.

А потом полетел домой, невольно улыбаясь и щурясь от бьющего в глаза ветра. Ник был счастлив.

Впрочем, кто скажет, что такое счастье? Это такое растяжимое понятие! Ник несколько раз в своей жизни ощущал это чувство. Впервые – когда мама сказала, что теперь не будет уходить из дома, оставляя его одного, и что они вместе пойдут на мусорку. И теперь будут вместе навсегда.

Это был такой восторг, такая радость, что у маленького Ника слезы потекли из глаз. Мама прижимала его к себе, смотрела куда-то в пространство, и по щекам ее тоже текли слезы. Что она тогда думала, Ник никогда не узнал.

Второй раз он испытал это чувство, когда они с мамой накопили на антигравитационный рюкзак. Ник был горд! Ведь если бы не он, не его способность пролезать в самые узкие щели, в самые маленькие отверстия в броне кораблей – возможно, они бы не смогли столько заработать. Мама так ему это и сказала. И снова плакала, гладя его по голове. Мама вообще-то редко плакала, и почему-то именно тогда, когда им было хорошо.

Третий раз… а третьего раза Ник не вспомнил. Именно этот раз стал третьим. Когда Ник узнал, что теперь он не привязан к Сирусу и может отсюда улететь!

Дорога домой прошла без приключений. Никто не пытался на Ника напасть возле Отстойника, никто не поджидал его в засаде около дома. Никто не замышлял ворваться в дом на его плечах (и такое бывало во Внешке – тут нужно постоянно держаться настороже!).

Ник добрался до душа, встал под струи горячей воды и долго стоял, чувствуя, как расслабляется тело и на мозг наплывает волна блаженного забытья. Только дома Ник позволял себе расслабиться. Только под защитой стен, выдерживающих удар стационарного полевого бластера. Где бы он ни был за пределами дома, Ник всегда был настороже. Даже рядом с Шариком.

И, кстати, рядом с Шариком он был настороже вдвойне, потому что понимал – от случайностей никто не застрахован. Кто-нибудь может случайно увидеть Ника рядом со странным объектом, подойдет поближе, попробует захватить или просто убить. Так, на всякий случай.

А проклятые орбитальные платформы? Вдруг они решат, что объект, который передвигается по Сирусу, словно огромный глайдер, опасен для Базы? Для Города?

Впрочем, что значит – решат? Они обязательно решат! Если его заметят. А они заметят. Если что-то привлечет их внимание. Если платформы будут активированы, как прошлый раз, во время бойни.

От случайностей никто не может уберечься, это Ник знал точно. И всегда оставлял шанс на то, что дела могут пойти кувырком.

Ник поужинал. Впрочем, скорее это был уже не ужин, а завтрак. Светило уже показало краешек красного диска из-за зеленой пустыни океана, озарив стену Периметра и кубы стоящих ровными рядами домов.

Ник мог сделать так, чтобы стен вообще как бы не было, внешние видеодатчики и встроенные в стены трансляторы могут создать эффект полной прозрачности, и ты будешь сидеть будто на площадке, не укрытый стенами и потолком. Но Ник не хотел этого делать. Открытое пространство было ему неприятно. А потому он сделал на все стороны по окошку, через которые можно смотреть на улицу, и улегся на кровать, чтобы обдумать то, что открылось ему сегодня. А подумать было о чем.

Ну вот, например, он хочет улететь к звездам. А куда именно? Ну да, он может отправиться к планетам здешней системы. Их тут три, вместе с Сирусом. Две – безвоздушные, обожженные светилом каменюки. И что там делать?

В таком случае куда? Куда глаза глядят? Видишь звезду и к ней летишь? Ээээ… нет уж! Только в самом крайнем случае! Так можно залететь, что и врагу не пожелаешь! Распылят их с Шариком и даже имени не спросят! И никакие защитные поля не спасут! (Шарик грустно подтвердил, уловив мысль: «От мегабластера не спасут! Я еще слишком слабый!»)

То есть надо знать, куда лететь. Нужно иметь базу астронавигации. Маршруты прыжков, наименования звезд, планет. Нужно производить сложные расчеты, чтобы, к примеру, после выхода из подпространственного прыжка не оказаться внутри какой-нибудь звезды. Или планеты.

И тогда возникает вопрос: где раздобыть астронавигационную базу?

Первая мысль – отыскать в каком-нибудь корабле, оказавшемся на мусорке. Но, если хорошенько подумать, это чушь и бред. Живой мозг в таком корабле давно умер (если его не выдрали раньше), позитронный мозг, который как раз и занимается расчетами прыжков, слишком большая ценность, чтобы его оставили на месте. И что тогда делать? Где можно найти эту базу?

Ник ломал голову еще минут двадцать, прикидывая все возможные варианты, и, не придя ни к какому выводу, лег спать, выбросив из головы все мучавшие его мысли. И на всякий случай заблокировав Шарику доступ к своему мозгу. Оказывается, мерзавец ухитряется подсматривать и его сны! А в снах Ник иногда творит такое непотребство, какое только может творить молодой парень, лишенный общения с женским полом и от скуки (и не только!) время от времени просматривающий специальные фильмы для любителей… в общем, любителей!

Шарик обиделся (Ник почувствовал волну недовольства), но потом хихикнул, и последней мыслью корабля, посланной Нику, было: «Да никуда ты от меня не денешься!»

Что означала эта мысль, Ник так и не понял, потому что уже сладко спал. А Шарик осторожно вошел в мозг Ника и очень-очень аккуратно активировал кое-какие участки мозга, направив сон своего брата в нужное русло. А потом, одновременно с восхитительным поеданием вкусных водорослей, стал наслаждаться тем, как Ник получал удовольствие от того, что происходит с ним во сне. И Шарик в этом сне был Ником, а Ник – Шариком. И было много пышноволосых белокожих девушек, много сверкающего моря и чистейшего песка, и много секса – всякого, разного и в высшей степени нескромного. Шарику было приятно доставлять удовольствие своему брату, а фактически – самому себе. Ведь Ник был Шариком, а Шарик – Ником.

Само собой, проснулся Ник поздно, за полдень, проспав семь часов подряд. Куда ему торопиться? По сведениям Шарика (если они были верными!), строить свое тело кораблю предстояло еще не один месяц. И это даже при том, что строительству помогали сотни роботов-паучков. Ведь, как сказал Шарик, должны созреть органы-накопители, выдающие и запасающие энергию.

Без этого нельзя даже думать о космических полетах! Маршевые двигатели отнимают столько энергии, что только самые мощные крейсеры могут совершать несколько прыжков, и даже несколько десятков прыжков подряд без срочной подзарядки. Поэтому чем объемистей накопители, тем больше автономность и мобильность корабля. А ведь еще нужно поддерживать защитные поля! А без них в космосе гарантированная гибель! Любой, даже самый маленький метеорит, летящий с космической скоростью, нанесет панцирю корабля такой ущерб, что это будет означать полную гибель звездолета. А возможно, корабль мгновенно превратится в облачко газа. В космосе попадаются очень опасные метеориты, и лишь недежная защита может уберечь от неминуемой гибели.

Итак, остается только ждать, пока Шарик заявит, что он сыт по горло строительством своего тела и может отправляться туда, куда захочет. А пока нужно почитать о… как Шарик сказал? Шаргионы?

Если честно, Ник никогда не встречал такого названия. Ни в каталогах, ни в статьях. И непонятно, откуда Шарик узнал о них?

И Шарик тут же ответил:

– Загляни в записи о Создателях и об Императоре. Шаргионы – это его личный флот. Кстати, если хочешь, я вложу тебе в голову информацию о шаргионах. Хочешь? Я могу!

Ник опешил, помолчал секунд десять, обдумывая предложение, потом спросил:

– А я после этого не сойду с ума? Ты уверен, что это возможно?

– Я прочитал множество статей о людях, я знаю о твоем теле в тысячи раз больше, чем ты сам! Я могу отремонтировать тебя лучше всякой аптечки! Так что даже не сомневайся: нужна информация – я тебе ее вложу!

Ник еще немного подумал, а потом согласился. Зачем терять время на поиск информации, когда ты можешь получить ее сразу и без малейших усилий? Лень еще никто не отменял.

Но вообще-то немножко жутко. Допустить кого-то, пусть даже «брата-близнеца» в свой мозг?! А вдруг что-то случится и Ник станет идиотом?! Остаться на идиотской планете будучи еще и идиотом – что может быть ужаснее?

– Ничего страшного! – хихикнул Шарик – Я буду кормить тебя пережеванными водорослями и вытирать тебе попку! Ты проживешь долго и счастливо! И мы умрем в один день!

– Что это значит?! – Ник даже закашлялся. – Как это – умрем в один день?!

– А что тут такого? – не удивился Шарик. – Если умрешь ты – умру и я. Я покончу с собой. Разгонюсь до звездных скоростей и врежусь куда-нибудь. Я жить без тебя не смогу. Ведь ты часть меня! Я – это ты, ты – это я! Не забыл?

– Нет уж… мой МАЛЕНЬКИЙ БРАТ… (хи-хи!) – живи! Мало ли что со мной может случиться? И что тогда? Ты должен жить!

– Если я кому-то и должен, то лишь тебе. И жить без тебя не собираюсь. Зачем? Ну представь – ты умираешь, а перед этим говоришь своей ноге – живи! Ты должна топтать почву и вляпываться в дерьмо Отстойника! Будет жить нога?

– Это неправильное, некорректное сравнение! Ты, мелкий шаришка, хитромудрый кораблишко, специально меня пугаешь! Хочешь, чтобы я был осторожнее! Вот и все!

– А ты загляни в меня. Чего боишься? Загляни. Пугаю я тебя? Да, немножко пугаю. Но только потому, что тоже погибну, если погибнешь ты. У меня такой же инстинкт самосохранения, как твой. Но чуть сильнее – инстинкт, требующий сохранять и тебя. Жить вместе с тобой. Быть частью тебя. Понимаешь? Нет, ты все-таки не понимаешь, хотя я и пытался тебе объяснить. Все люди такие индивидуалисты, вы все одиночки, даже если живете с кем-то. Прости, что напоминаю, я знаю, какое это для тебя горе, но… мама умерла, а ты ведь живешь. Для тебя мало что изменилось. А уж ближе вас и придумать трудно! Ты часть ее тела! Ну и что? Нет мамы, а ты жив и здоров. Иногда даже весел. А я другой. Я – часть тебя, а ты…

– Часть тебя! – закончил Ник, немало озадаченный открывшейся ему истиной. Он и правда не представлял, как на самом деле обстоит дело. Для него Шарик был чем-то наподобие младшего брата, друга и одновременно… разумного существа с другой планеты. А он ведь действительно что-то вроде дополнительного органа Ника, он часть Ника! И не дай бог с Ником что-то случится, ведь и Шарик тогда погибнет! У Ника даже мурашки по коже побежали.

– То-то и оно, – пустил волну усмешки Шарик. – А ты думал… ничего, еще поймешь. Знаешь что, а давай я закачаю тебе в мозг все, что я сумел узнать, вычитать, увидеть за эти недели? Не бойся – я осторожно. Ты будешь знать столько же, сколько я. А я возьму информацию у тебя. Я могу! И тогда у нас будет запас – вдруг что-то случится с моей памятью, – я смогу позаимствовать у тебя! А если ты потеряешь память, я тебе ее закачаю!

– А как же ты закачаешь себе, если потеряешь свою информацию? – хмыкнул Ник, и Шарик откликнулся смешком:

– Хех! Правда… я что-то не подумал. Как-нибудь сумею! Сдублирую где-нибудь способ перекачки информации через подпространство! Кстати, ты знаешь, что настоящие шаргионы этого делать не умеют? А я умею! Я умнее их! Мне кажется, я более поздняя модификация шаргиона, какая-то… хмм… возможно, боевая модель.

– Ох ты! – не выдержал Ник. – А с чего ты решил, что боевая?!

– Я так чувствую… – туманно заметил Шарик и тут же перевел разговор на прежнюю тему: – Ну что, ты дашь мне информацию? Закачиваем, откачиваем?

– Смотри, шаришка самонадеянный! Если ты сведешь меня с ума, я отплачу тебе тем же.

– Я чувствую, что ты боишься, брат. Не нужно бояться. Я скорее умру, чем нанесу тебе вред. Я так… хмм… создан. Ты знаешь, что шаргионы могут умереть, если гибнет их пилот? Ах, ты ведь многого не знаешь… ну, сейчас узнаешь. Ложись на кровать!

Ник вздохнул и обреченно, без всякого желания, растянулся на ложе, ожидая начала сеанса. Но ожидать ничего не пришлось. Едва его голова коснулась подушки, он тут же выключился.

Проснулся Ник отдохнувшим, выспавшимся, как если бы проспал целую неделю. Но спал он всего часа три. Три с небольшим, если быть точным. И тут же начал копаться в памяти, определяя, получилось или нет.

– Все получилось, братец! – Волна веселья пришла от Шарика, и он тут же добавил: – Совсем – все! Немного подожди, информация должна улежаться, осесть в ячейках мозга, и тогда будешь все сразу же получать.

– Да я уже получаю… – задумчиво ответил Ник. – Слушай, а ты ведь можешь стрелять, как бластер?!

– Могу. И всегда мог. С тех пор, как себя осознал.

– А почему никогда об этом не говорил?

– А ты меня спрашивал?

– А там, когда на нас напали, почему ты не расстрелял их из бластера? Зачем ты их только таранил?

– А ты сам подумай. Что произошло после того, как эти дураки начали стрелять? Платформа ожила и всех сожгла. Я знал, что так может случиться. Притом, я ведь пока маленький. А тогда был совсем маленьким. Какой у меня запас энергии? Где мне взять столько энергии, чтобы выпускать импульсы, как бластер? Ты что, не помнишь? Шаргионы не стреляют из бластеров. Они сами бластеры! Они плюются энергией! А откуда эта энергия? Из накопителей. И чтобы создать мощный импульс, который способен убить врача, нужно много энергии. А если просто плюнуть искоркой – что будет? Смех один.

– Ясно, – вздохнул Ник и, встав с постели, направился к конвертору. – Я сейчас пообедаю и пойду к скупщику. Нам нужна астронавигационная база данных. И где ее взять? Может быть, найдется у него.

– У нас два пути, – тут же откликнулся Шарик. – Купить файлы. Или купить позитронный мозг, в котором есть эти файлы.

– И третий путь, – тут же откликнулся Ник. – А если захватить или уничтожить звездный корабль?

– Ты стал слишком легко относиться к убийству, братец… – Ментальный голос Шарика был наполнен грустью. – Ты хочешь стать плохим? Помнишь, что бывает с пиратами?

– Мы только один раз! – Ник вдруг почувствовал, что краснеет, и поэтому разозлился: – Ты что, совесть, что ли?! Меня заперли на этой планете! Мне не дают улететь с нее! Почему я должен жалеть своих тюремщиков?!

– Не знаю… – после затянувшейся паузы ответил Шарик, и тон его был теперь чуть растерянным. – Мне кажется, что было бы правильно не убивать. Если нам не угрожают. А может быть, просто взять и улететь куда глаза глядят? Поставишь в меня конвертор, нагрузишь кучу порошка, чтобы тебе хватило на годы вперед, и полетим! Да черт с ней, с этой астробазой! Найдем какую-нибудь обитаемую планету, там купим астробазу! И… да знаю, знаю все! Риск! Ладно, давай мы так решим: если не сможешь найти астробазу здесь, попробуем добраться до ближайшей обитаемой планеты и купим там. Хорошо? Если мы захватим какой-то корабль и нас на этом деле поймают, тогда мы не сможем никуда прилететь. Ни на какую цивилизованную планету. Не забывай – сеть подпространственной связи опутала всю цивилизованную часть Вселенной! Миллионы планет! Везде маяки подсвязи! Информация о нас мигом растечется по всем планетам. И тогда… тогда нам остается только прятаться. Всю нашу жизнь. Тебе это надо?

– Я не подумал! – буркнул Ник, недовольный собой. – Ты прав, а я не прав. Доволен?

– Нет, не доволен. Не сердись, я не хотел тебя обидеть. Ты – это я!

– А я – это ты! – закончил Ник, устыдившись своей вспышки. Впрочем, сердился он на самого себя. Потому что прекрасно понимал: Шарик был прав на сто десять процентов.

– Оооо… привет, привет! Ма… хмм… Ник! Тут о тебе такие легенды ходят! Якобы ты нашел корабль с товаром, разбогател! Давно тебя не видал! Думал, ты уже того… отправился в вечный полет! А ты вот он – красавец такой! В дорогом комбезе! Жив, здоров!

– Так умер или разбогател? – Ник пристально посмотрел на скупщика, и тот вдруг поежился под взглядом парня. Изменился Ник, точно изменился! Вроде бы и повыше стал, и в плечах покрепче… или это взгляд у него другой? Будто целится в собеседника. Решает, то ли руки-ноги ему оторвать, то ли башку.

– Ну… говорили, что разбогател. Потом – что умер. Потом говорят – вроде бы жив. Я уж и не знал, чему верить. Но я рад, что ты жив!

– А почему – рад? – Ник снова, пристально посмотрел в глаза Сагала. – Могу нового барахла тебе принести? Дать заработать?

– Ну… и это тоже! – пробормотал скупщик, чувствовавший себя совершенно отвратительно. Ему хотелось, чтобы Ник и на самом деле был мертв. А вдруг парень узнает, что именно отсюда пошла информация о том, что Ник нашел клад? А она ведь отсюда пошла. Больше неоткуда. Что он сделает? Вот возьмет и грохнет!

Скупщик незаметно потрогал игловик, прикрепленный под крышкой стола, – предохранитель был снят, осталось только нажать на курок. А может, и правда, нажать, и нет Ника!

Тьфу! Он же в боевом комбезе! Игловик не возьмет! Только в голову! А если в голову – надо еще достать пистолет из-под стола, а пока будешь доставать, мусорщик дважды успеет свернуть ему голову! Вон как зыркает, а парень и впрямь – зверь зверем! Говорят, он и драться горазд! Быстрый, как молния! Ну… так говорят. Может, и врут. Сделали из него какого-то терминатора!

Убрал руку от игловика, изобразил радушную улыбку:

– Ну и что тебя привело ко мне? Хочешь что-то продать?

– Хочу купить!

Скупщика сразу отпустило. Кодовое слово «купить» все ставило на свои места.

– Ты присядь, чего стоишь-то? – засуетился Сагал. – Хочешь чего-нибудь попить? Принести тебе? Я сейчас девку позову, пусть тебе псевдокофе сделает. Хочешь?

– Нет. Не хочу. – Ник сел на стул напротив стола, расслабленный, но готовый к любой неожиданности. Вроде бы и знакомый скупщик, но что-то с ним не так. Суетится, глаза виноватые… ооо… а не он ли запустил легенду о том, что Ник нашел корабль, полный добычи? А ведь точно – он! Кто же еще?! То-то глазками водит – туда-сюда, туда-сюда…

– А что ты хочешь купить? – Скупщик наконец-то посмотрел прямо, и страх явно исчез.

– Мне нужна база данных астронавигации или позитронный мозг с базой – исправный корабельный мозг.

Глаза скупщика вытаращились так, будто он вдруг увидел перед собой разумную гусеницу или женщину-мотылька с планеты Яхх. Молчал Сагал около минуты, потом медленно, четко выговаривая каждое слово, переспросил:

– То есть… если я правильно тебя понял… тебе нужна база данных астронавигации, с помощью которой можно совершать межзвездные прыжки?

– Именно так, – бесстрастно подтвердил Ник, думая о том, во что это все выльется. Если его частые приходы с добычей дали почву для рождения легенды о кладе, то что будет теперь, он мог только догадываться. И догадки эти были не очень хорошими.

– Ты вообще в курсе, что продажа и покупка базы данных астронавигации запрещена? Что за это можно лишиться жизни?

Ник этого не знал. И эта информация на самом деле была для него откровением. Однако виду он не подал.

– Мало ли чего запрещено? И оружие запрещено. Однако ты мне говорил, что можешь достать любое. Хватит впустую перемалывать воздух! Ты можешь мне продать астробазу или позитронный мозг с астробазой? Если не можешь, посоветуй, куда мне пойти, где можно отыскать этот товар?

– Да ты заматерел… – Скупщик усмехнулся и, как показалось Нику, посмотрел на него со странным выражением, вроде бы даже с долей восхищения. – За все время, что я работаю на скупке, еще никто не обращался ко мне с таким запросом. Никто и никогда. Насколько мне известно, к другим скупщикам тоже. Потому… я даже и не знаю, что тебе сказать. Честно и откровенно. Можно вопрос?

– Можно. Но ответить не обещаю! – тут же откликнулся Ник, зная, о чем спросит собеседник. И не ошибся.

– Ты нашел… исправный корабль? – Голос скупщика дрогнул и едва не сорвался в визг. Мужчина откашлялся, вытер глаза тыльной стороной ладони, снова воззрился на Ника. – Точно нашел?

– А тебе какая разница? – хмуро ответил Ник, раздумывая, как вести себя дальше. И правда, если он ищет астробазу, что это означает? Только одно – у него появился корабль! И не просто корабль, а такой, который может совершать прыжки! А это значит… это значит, что он сейчас один из самых (если не самый!) богатых людей Сируса. И теперь, когда он выпустил эту информацию из рук, ему грозит большая опасность. Такая большая, что прежняя, из-за которой он едва не погиб, кажется детской сказкой. И почему он не подумал об этом раньше?

– Не бойся! – неожиданно вмешался Шарик. – Если придется бежать, ты сможешь укрыться во мне, а я – в океане. Там они нас не достанут. А когда дострою тело, мы все равно улетим. Первое время внутри меня тебе будет тесновато и дышать трудно, но жить можно. А питаться… питаться можно и мной. Я невкусный, но питательный! Хе-хе-хе… Нет, правда, чего сразу такое неприятие?! Неприятно есть брата? Так ведь недолго, пока улетим! Опять же – можно прихватить твой ящик с порошком! Как-нибудь приспособим, чего уж… Так что делай свое дело и не бойся!

Сагал вышел из ступора и заговорил:

– Ты ведь знаешь, что самая большая мечта жителей Внешки – это попасть в Город. И жить там. Но и у жителей Города есть мечта – это мечта улететь с осточертевшего Сируса насовсем. Понимаешь? Мы, внешники, о таком даже не мечтаем. Почти не мечтаем. За все годы, что существует база на Сирусе, ни один из тех, кто тут родился, не покинул планету. Мы тут все в заключении. Без всякой надежды на освобождение. Над нами – боевые платформы, которые контролируют все пространство Сируса. Над этими платформами – автоматические боевые станции, в свою очередь, контролирующие пространство между платформами и Центральной планетой Системы. А еще боевые корабли. Они барражируют в межпланетном пространстве и не позволяют неопознанным или вражеским объектам приблизиться и к Системе, и к тому же Сирусу. Ты все это знаешь, и я напоминаю тебе это так… на всякий случай. Вдруг ты позабыл. Космодром, на который садятся инопланетники, контролируется охраной с Центральной планеты, и каждый, кто занимается его обслуживанием – из местного населения, или из инопланетников, – на строгом контроле. Перед вылетом загруженные корабли проверяют всеми доступными методами, а потом еще им делают продувку, убивая местные микробы и… нас, если мы заберемся в трюм и попытаемся сбежать. Опять же, ты это должен знать, потому что твоя мать была раньше жительницей Города.

Ник напрягся, ожидая, что Сагал сейчас ляпнет что-нибудь вроде: «Какая она была сладкая!», его скулы окаменели, но скупщик ничего такого не сказал, а только продолжил свой неспешный рассказ. И Ник уже знал, к чему тот его подводит.

– И вот представь – приходит некий человек и говорит: «Мне нужна астробаза!» А когда его спрашивают: «Зачем?» – не отвечает.

Сагал замолчал, испытующе посмотрел в лицо Ника:

– Должен тебе покаяться… это я, совершенно случайно, стал источником твоих неприятностей. Ведь ты догадался, да? Догадался, вижу. Я высказал предположение, что ты, возможно, нашел какой-то запас товаров в одном корабле. Ну мало ли, какое чудо бывает… Мой помощник кому-то сболтнул, и пошла гулять информация по всей Внешке. И во что это вылилось? Тебя ловила вся Внешка. Я хотел тебя предупредить, но… не успел. Сам вначале не знал, какая истерия началась, а потом уже было поздно. И это только после того, как ты стал приносить больше добычи, чем обычно. А теперь подумай, что будет, когда информация о том, что ты ищешь астробазу, выплывет во Внешку! А из Внешки она определенно попадет в Город. Ведь по большому счету все мы работаем на Город.

Скупщик замолчал. И, видя, что Ник не реагирует на его слова, вздохнул:

– У меня, само собой, астробазы быть не может. Это не уровень скупщика. Позитронного мозга у меня тоже никогда не бывало. Позитронный мозг можно найти только в Городе. Там же и астробазу. Но кто тебе ее продаст? Тебя попытаются соблазнить посулами, купить, чтобы ты показал свой корабль. А когда ты его покажешь, тебя убьют. Или, если он слушается только тебя, захватят и заставят служить им – управлять кораблем так, как им понадобится.

– Кому – им? – не выдержал Ник.

– Им? Тем, кто правит на Сирусе! – пожал плечами скупщик. – Сильные этого мира. Они сильные только на Сирусе, но им тоже хочется отсюда улететь. Или стать еще более сильными. И богатыми. А корабля у них нет. Корабль есть у тебя. Ведь есть, Ник?

Ник помолчал, глядя в пространство над головой скупщика, потом медленно кивнул головой:

– Есть.

Скупщик громко выдохнул и часто-часто задышал, будто сдерживал дыхание не менее получаса:

– Я так и знал! Я знал! Когда-нибудь это должно было случиться!

Сагал порывисто вскочил с места и заходил по комнате, далеко не отходя от своего «вооруженного» стола. Он буквально не мог усидеть, будто кресло под ним было раскалено до красного свечения. Вот это новость так новость! Только непонятно: а что с ней делать?

– Ты уверен, что у тебя есть корабль? – Скупщик вдруг остановился, потом подошел к столу, оперся на него руками и словно навис над Ником. – Может, тебе кажется, что он у тебя есть? Ну… ты думаешь, что он есть… хмм… что он может летать в пространстве! Совершать межзвездные перелеты. А на самом деле этот корабль мертв! Как ты мог определить, что он летает? Если не летал?

– Он летает. Он может летать. Он будет летать! – монотонно, не повышая голоса, произнес Ник. – Так что с моей заявкой? Это исполнимо?

– Да подожди ты! Это большой корабль?! Какого класса?! Боевой? Транспортный? Сколько человек он может унести? Сколько груза?

– Я-могу-купить-астробазу-или-нет?! – Ник подчеркнул голосом каждое слово, не обращая внимания на вопросы скупщика, и тот заставил себя успокоиться, опустился в кресло, скрестил ноги, сцепил пальцы в замок. Ему хотелось бежать, что-то скорее делать, а что делать, Сагал пока и сам не знал. Он лихорадочно прокручивал варианты, но все сводилось только к одному – с Ником надо быть поласковее, держать его на поводке – с тем, чтобы использовать в своих интересах. Такого шанса не выпадало никогда и, возможно, не выпадет.

– Я так понимаю, что ты не расскажешь мне, где этот корабль и что это за корабль? Но ты уверен, что он летает? Полностью исправен?

– Ну сколько можно об этом спрашивать? – Ник начал сердиться. – Я же сказал! Все сказал! Все, что хотел! Мне нужно купить астробазу! Если ты не можешь ее предложить, я пойду к кому-нибудь другому!

– Ладно, ладно, верю! – Скупщик выставил ладони вперед, словно защищаясь от посетителя. – Я просто хотел уточнить! Ну ты представляешь, если я выйду на «сильных» и окажется, что у тебя ничего нет? Что корабль – это только твои выдумки? Ты понимаешь, что это верная гибель для тебя?! И для меня, если быть честным. Мне тоже не простят. Ты можешь показать мне корабль в действии?

– Я ухожу. – Ник встал, пошел к двери. – Выпусти меня.

– Да подожди ты! – Сагал бросился следом, протянул руку, чтобы ухватить Ника за рукав, но тут же передумал. Уж больно физиономия «Маленького Ника» была эдакой… людоедской. Схватит, крутнет руку – и останешься инвалидом на всю жизнь! И никакая аптечка не поможет!

– Не спеши! – Скупщик примирительно улыбнулся. – Присядь. Давай составим с тобой план действий. Да, да, чего ты так смотришь? План действий! Кто работает без плана? Это слишком серьезное дело, чтобы пустить его на самотек! Садись, садись! Давай, давай, Ник! Ну что ты… как маленький!

Так не стоило говорить, и скупщик тут же это понял. Ник изменился в лице, рука его сжалась в кулак, и Сагал обреченно прикрыл глаза – убьет! Сейчас убьет! И пистолет далеко!

Но Ник не ударил. Он постоял, обдумывая слова собеседника, подошел к креслу и сел, застыв, будто каменная статуя.

– Ну вот и правильно! – облегченно вздохнул скупщик. – Итак, давай-ка подумаем, как нужно поступить…


Скупщик поправил кобуру под мышкой, проверил заряд игловика, снял его с предохранителя, снова сунул в кобуру. Без оружия он уже давно не выходил на улицу. Даже с сопровождением. Скупщик – обеспеченный человек, и ему нужно опасаться нищебродов. Мало ли кто решит поправить свои дела за счет богатея? Возьмут в плен, приставят нож к горлу, и быстренько переведешь все деньги на счет похитителя. А потом глотку-то и перережут.

В принципе у каждого богатого человека не один видон, и каждый привязан к своему счету. Выходишь из дома – с собой тот видон, на котором имеется только небольшая сумма, достаточная, чтобы неплохо развлечься в Клубе, но не более того.

В крайнем случае, если что, у всех известных людей в том же Клубе неограниченный кредит. Таскать с собой видон, на котором миллионы кредитов, – это занятие для идиотов. Ни один скупщик идиотом не был. На такое место идиота не сажают. Тут соображать надо!

Что именно соображать? Вернее, насчет чего? Да вот, например, насчет того же Ника! Как поиметь выгоду из ситуации? Глупый человек сейчас бы попробовал сделать все в одиночку и, скорее всего, прогорел бы, провалив всю операцию. Но Сагал дураком не был.

С собой взял помощника, чтобы прикрывал спину. Зачем идет, не сообщил, помня, в какое дерьмо тот втравил его в прошлый раз. Растрепал язычищем, идиот! Хоть башку ему снимай, дебилу!

Впрочем, все закончилось не так уж плохо. Хотя что закончилось? Еще ничего не закончилось! Еще неясно, как Глава Совета отреагирует на услышанное от Сагала.

Глава сидел в своем саду. Один из немногих во Внешке, он имел свой садик, в котором был даже прудик с цветными рыбами, высовывающимися из воды и чмокающими толстыми губами. Скупщик почему-то не любил этих рыб. Не нравились они ему. Тупые морды, напоминавшие своего хозяина, узколицего и толстогубого.

Как было известно скупщику, у Главы имелись три жены и еще с десяток наложниц – молоденьких девиц, которым тот выплачивал неплохие деньги (помимо содержания), требуя от них беспрекословного повиновения, вплоть до абсолютно животных, с точки зрения даже привычного ко всему скупщика, унизительных поступков. Например, Глава мог во время беседы с посетителем приказать девушке вылизывать ему кое-что или лечь перед ним на пол, чтобы он мог положить ноги ей на спину. Или на живот. Или на лицо. Это был довольно неприятный тип, но при этом умнейший, хитрейший и, как следствие, богатейший.

Сколько у него было миллионов, никто не знал. Кроме самого Главы. Поговаривали, что скоро он переселится в Город, заплатив за это кругленькую сумму – за себя, за трех жен и пятерых детей, старший из которых был вдвое взрослее Ника. Кстати сказать, детишки Главы были ему под стать – заносчивые, наглые, чувствовавшие за собой силу папы.

Но надо отдать должное нынешнему Главе, при нем во Внешке резко сократилось число разбоев, грабежей, просто хулиганства (если не считать хулиганством выходки его детей и детей членов Совета). Виновных в необоснованном убийстве и в грабежах просто убивали на месте. Глава Совета был и законом, и судьей в одном лице. На то он, в общем-то, и Глава.

Сагала он если не уважал, то по крайней мере не обижал. Семья скупщика уже давно числилась в благонадежных и доказывала свою лояльность не раз и не два. Даже во время разборок между членами Совета, которые случались тоже не раз и не два на протяжении долгих лет. Когда доходило до настоящей войны с десятками и сотнями трупов со всех сторон. Этот Глава держал Внешку так, как сильный зверь держит в повиновении свою стаю – острейшими зубами и не менее острым умом.

Садик был небольшим, но очень уютным. Здесь, за высоченным забором, был создан кусочек городского парка. Зеленая травка, кусты, деревья, ползучие лианы, расцветающие остро пахнущими цветами, цветы на клумбах – пышные, яркие. Их названий скупщик не знал, впрочем, и не стремился узнать. Его денег не хватит на сад, так зачем ему названия каких-то там цветов? Нужно жить по доходам и не думать о несбыточном. По крайней мере до тех пор, пока не подвернется шанс. Вот как сейчас.

Глава принял скупщика бесстрастно, без внешнего удивления. Хотя опытный посетитель без всякого сомнения узрел в глазах многоопытного интригана искорку любопытства. Не так уж и часто один из тех, на ком, собственно, зиждется благополучие Главы, приходит в неурочное время и без вызова. Значит, случилось нечто экстраординарное.

В саду больше никого не было. Только Глава, сидевший в беседке возле пруда и меланхолично бросавший в воду кусочки хлеба. Скупщик остановился напротив, не садясь в кресло, стоявшее рядом. Глава не любил наглых посетителей, сесть без его приглашения – это неуважение к хозяину. Об этом знали все приближенные.

– И что тебя привело ко мне? Почему такая срочность? Ежемесячное собрание через две недели. Хотел повидаться со мной? Соскучился?

Глава улыбнулся. Но глаза его остались холодными, напоминая Сигалу проклятых рыб. Страшный человек! Уничтожить любого ниже себя положением – для него как плюнуть и растереть! Впрочем, только такой зверь и может держать в повиновении всю Внешку. Мягкого, доброго тут же бы сожрали.

– У меня важное сообщение, – начал скупщик, но Глава его тут же прервал:

– Присаживайся. Что же ты стоишь на солнцепеке! Сюда, в тень. Пить что-то будешь? Натуральный сок, не из конвертора.

От сока скупщик, конечно, не отказался, хотя, честно сказать, он не видел в нем ничего такого, что отличало бы его от сока из конвертора. Возможно, это был вовсе не натуральный сок. Глава мог просто развлекаться.

– Есть исправный корабль, который может летать в подпространстве. Ко мне пришел клиент, который ищет астронавигационную базу.

Глава сразу построжел, напрягся, отставил стакан:

– Ты уверен? Это правда?

Скупщик задумался. Правда ли? А если все-таки нет?

– С большой вероятностью. Клиент – тот самый Ник, о котором ты, вероятно, уже наслышан.

– Наслышан… – с непонятной интонацией бросил Глава, и глаза его чуть прищурились. – Тот самый Ник… Так и что хочет этот самый Ник?

– Купить астронавигационную базу или позитронный мозг с такой базой. Он утверждает, что у него имеется исправный корабль, способный летать среди звезд. Но показать его отказался.

– Еще бы он не отказался! – фыркнул Глава. – Насколько мне докладывали, не такой уж он и дурак! Решительный малый. Даже… слишком решительный.

Скупщику вдруг показалось, что Глава знает больше и на что-то намекает. Но не понял, на что именно, и на всякий случай подтвердил:

– Точно. Решительный. Я его с детства знаю. Еще с тех пор, как спал с его матерью. Она шлюхой работала, в Клубе. В стриптизе выступала, ну и клиентов обслуживала. А когда он подрос, бросила Клуб, ушла в мусорщики. Никто не верил, что она соскочит с наркоты, а девка взяла да и соскочила. Сильная воля! И девка красивая… была. Парень вырос здоровый, высоченный, как тот инопланетник, от которого девка и залетела. Взгляд словно у профессионального убийцы! Даже страшно делается. Опасный парнишка.

– Мусорщик же… там рохля не выживет… – проронил Глава. – Опасный, да. Я к нему двух парней подослал, прощупать. Исчезли парни. Вошли к нему в дом и не вышли. Думаю, уже и не выйдут. Парни не очень умные, так что их не жалко, но… хотел с ним поговорить на эту тему. А теперь вон что… Ты вообще-то в курсе, что он Сегвара развел на деньги? Три миллиона с него снял.

– Три миллиона?! – Скупщик даже охнул. – Вот это да! Молодец! И что, этот идиот таскал такие деньги на видоне?

– Идиот потому что. Я ему говорил: надо слить на второй счет, а он… вот теперь попробуй, выдерни их у твоего… опасного! Еще раз спрошу: у него в самом деле есть корабль? Как твои ощущения? Ты тертый парень, видал виды, должен чуять!

– Чую. Есть. Только к Нику так просто не подойдешь. И трогать его нельзя: а если корабль настроен на него? Если без него не полетит?

– Что-то не верится, – недовольно помотал головой Глава. – Кстати, если есть корабль, то как простой мусорщик смог его активировать без позитронного мозга? На мозг-то все как раз и завязано! Вся система корабля! И жизнеобеспечение, и двигатели, и защита! А мозга этого нет! Иначе там была бы база! И парень бы к тебе не пришел.

– А я откуда знаю? – скривился скупщик. – Значит, как-то сумел. Может, мозг остался, да поврежден? Может, у него память стерли? Всякое может быть. Гадать можно долго, но абсолютно бесполезно.

– Это точно. Это точно… Но ладно. Иди. Свободен. Я думать буду! И – да, я не забуду о твоей услуге, не сомневайся.

Скупщик коротко попрощался. Глава не ответил. Он сидел неподвижно, задумавшись, как будто впал в спячку. Да, ему было о чем подумать. Лет сорок назад, когда он был еще бодр, полон планов, амбиций и радужных мечтаний, уцепился бы за этот шанс без малейших сомнений. Но теперь, когда ему шел десятый десяток, когда у него было все, о чем может мечтать не только житель Внешки, но и горожанин, ему было о чем подумать.

Надо ли? Что он обретет, получив звезды? И что потеряет?

Вся его жизнь прошла в мечтах когда-нибудь побывать в иных мирах, вырваться с проклятого Сируса! В начале своего пути Глава был таким же, как этот Ник, – сильным, опасным зверенышем, знающим, чего хочет. Теперь – матерый зверь, гораздо более опасный, но… уже ни о чем не мечтающий. Все, чего хотел, он получил. Кроме звезд.

Денег не прожить за всю жизнь. Сотни миллионов. А потратить их, собственно, некуда. Когда умрет – а он ведь не вечен! – достанутся идиотам-детям. И те безусловно спустят их в канализацию. Все то, что он зарабатывал десятки лет, шагая буквально по трупам.

А может, все-таки рискнуть? Может, получится?! Или доживать отпущенный судьбой срок, сидя в этом убогом дворике? Отгородившись от той пакости, что снаружи, пятиметровым забором?

Думать. Нужно думать! Риск очень велик. Но и куш огромен. Если, конечно, все это правда – насчет корабля!


Ник только один раз был в этой части Внешки. Здесь жили те, кого никто никогда не видел и кто не появляется в таких местах, как мерзкий Отстойник и уж тем более мусорка.

Нет, возможно, что в молодости местные жители и бывали на мусорке, прохаживались по улицам Внешки – без сомнения! Но потом, когда эти люди вошли в силу, обрели «щупальца» в виде своих многочисленных помощников, выходить во Внешку им стало практически незачем. Если только не считать выходом нечастое посещение Клуба, который находился рядом, сразу за стеной поселения, или же на улицу самого поселения, отделенного от остальной части Внешки высоченной стеной.

Это место во Внешке называли «Заповедник». То ли потому, что его охраняли так, как заповедники для особо ценных животных на других планетах, то ли потому, что этих «животных» было очень мало и они слишком ценны.

А был Ник тут тогда, когда искал аптечку для лечения мамы. Стучался во все двери. Кричал. Плакал. Просил. Ему даже не открыли…

А сейчас Ник не успел поднести видон к экрану на воротах, они распахнулись, и его молча пропустили внутрь Заповедника. Охранник, вооруженный станнером (по крайней мере был виден только станнер, может было и еще что-то из ручного оружия), так же молча, бросив только фразу: «Шагай за мной!» – проводил Ника к одному из домов, скрывавшихся за безликими металлопластовыми воротами в трехстах метрах от входа в Заповедник. В воротах и в стене забора не было ничего удивительного, отличающего жилище Главы от других, кроме высоты. Таких высоких заборов Ник не видел нигде во Внешке – только главный Периметр. Но тот был еще выше.

Ворота тут же открылись. Вернее, небольшая калитка в этих воротах мягко скользнула в стену, и Ник оказался… в раю.

Большой одноэтажный дом, будто сошедший с картинки видона, – белый и якобы построенный из камня. Что было, само собой, полной иллюзией. Никто не строит дома из камня, если есть возможность выстроить их из металлопласта. И дорого, и хлопотно, и защиты никакой. Металлопласт определенной толщины выдерживает удар стационарного бластера и даже небольшой ядерный взрыв, чего нельзя сказать о каком-то там камне. А если поставить в дом генераторы защитного поля, поглощающие и отражающие энергетические и кинетические удары, то дом превращается в практически неприступную крепость. Каковой этот дом, скорее всего, и являлся.

Вокруг дома – пышная растительность! Зеленая трава, клумбы, в отдалении виден небольшой прудик, возле которого выстроена беседка в старинном стиле – тоже будто сошедшая с экрана видона. Живи и радуйся! И зачем в таком случае владельцу поместья выходить за пределы участка?! Разве только для того, чтобы по контрасту ощутить, насколько удалась его собственная жизнь. И насколько крут, если так замечательно живет.

Ник непроизвольно, глубоко и с наслаждением вдохнул сладкий запах цветущих кустов, напоминавший аромат хорошей косметики, и, повинуясь знаку охранника, вынырнувшего откуда-то из-за спины (уже другой охранник, не тот, что встречал Ника), прошел по узкой каменной дорожке к той самой беседке, где в шезлонге сидел незнакомый человек.

Ему на вид можно было дать и сорок, и сто лет: крепкий, сухощавый, с узким лицом и пухлыми губами, с глазами чуть навыкате и задумчивым выражением некрасивого умного лица, он не создавал впечатления могущества или опасности. И только когда этот человек воззрился на стоявшего перед ним Ника, тот невольно поежился: от хозяина поместья буквально веяло силой и полным, беспредельным могуществом жестокости. Захочет – и прикажет порубить Ника на куски, а сам будет так же задумчиво смотреть на умирающего гостя, бросая кусочки его плоти толстогубым рыбам в своем тихом пруду. И даже выражение лица у него никак не изменится. Скучное такое, невеселое.

Молчание. Ник не стал здороваться и сделал такую же скучную физиономию. Он не боялся. Если что, Шарик от этого поместья камня на камне не оставит. Шарик обещал. Странно себя чувствовать сильным, практически всемогущим, но ведь так оно и есть. Единственное, что может грозить Шарику, – это мегабластер. Но чтобы тот задействовать, надо сильно постараться. Это не игловик снять с предохранителя! Однако мегабластера здесь не наблюдается. Только человек непонятного возраста со скучным рыбообразным лицом.

А еще три голые девушки, которых Ник сразу почему-то не заметил. Молоденькие – лет шестнадцать, не больше. Из одежды – только узенькие трусики, не скрывающие почти ничего, за исключением маленького треугольника на лобке.

Ник смутился. Одно дело – охранники-убийцы, всемогущий Глава, который может устроить тебе пакость, к которой ты, в общем-то, готов. И другое – живые голенькие девчушки, хитро поглядывающие на тебя блестящими глазками.

Две сидели у ног хозяина поместья, растирая ему ступни и, видимо, втирая в них какой-то крем. Третья стояла на четвереньках, изображая из себя что-то вроде столика, но ничуть не стеснялась подобной позы и улыбалась Нику белозубой улыбкой, щуря бесстыжие влажные глазки. М-даа… хорошо живут сильные этого мира!

Поймал взгляд хозяина поместья – тот явно забавлялся смущением гостя, следя за ним из-под полуопущенных век. Ник тут же напрягся, выбрасывая из головы красоток, а Глава легонько махнул рукой:

– Свободны, девочки. Кыш!

Девчонки тут же вскочили, хихикая, пошли к дому, нарочито – как показалось Нику – виляя бедрами. Сзади они казались совершенно нагими, ниточка трусов скрылась между ягодицами, а та, что на поясе, телесного цвета и совсем не видна.

– Ну что же, приветствую тебя, новая легенда Внешки! – чуть улыбнулся хозяин дома. – Садись, угощайся.

Ник сел, но ни к чему не притронулся, всем своим видом изображая терпеливое ожидание. И правда, чего зря болтать? Что, у Ника дел других нет, кроме как сидеть на лужайке у пруда и пялиться на голые задницы?! Надо же и на кровати дома поваляться, и видон посмотреть, и за окно глянуть на грязную улицу, по которой ветер перегоняет пустой пластиковый стаканчик. Куча дел!

– Чего ты хочешь? – Глава смотрел серьезно, жестко, от «добряка в окружении красоток» не осталось и следа. Хищник, готовый прыгнуть и перегрызть горло в мгновение ока.

– Не понял! – удивленно поднял брови Ник. – Ты о чем?

– Все ты прекрасно понял! – сердито бросил Глава. – Чего тебе нужно? Улететь с планеты? На что ты готов, чтобы пойти на это?

– На все! – не раздумывая ответил Ник. – На все…

– А если придется убивать?

– Я готов, – повторил Ник, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

– Хорошо… – кивнул Глава и замолчал, уйдя в свои мысли. Подумав минуты две, спросил: – А если ради этого придется устроить большой шум? Что-то вроде революции?

– Я же сказал – на все! – упрямо повторил Ник. – А что именно ты имеешь в виду? Зачем эта революция? Что я от нее получу?

– О! Хороший вопрос! – Глава неожиданно широко улыбнулся. – Не доверяю бессребреникам! Они больше всех воруют. Человек должен осознавать свою выгоду, работать ради нее. На голой идее не проживешь. Впрочем, деньги – это тоже идея.

– Так ты не сказал, что за революция, – напомнил Ник. – И зачем она мне. Мне всего лишь нужна астронавигационная база. И я готов за нее заплатить.

– О чем идет речь? – усмехнулся Глава. – Разве ты не понял, что речь идет именно о плате? Деньги? Денег у меня хватает. Твои жалкие три миллиона для меня пустяк!

– Тогда что я должен сделать? – недоуменно спросил Ник, жалея, что начал эту всю суету насчет астробазы. Что он, не мог и так улететь? На кой черт ему эта база? Революция какая-то… что за глупость!

– Астробаза есть только на платформах! – коротко пояснил Глава. – Ты помогаешь мне попасть на платформы, я даю тебе астробазу. Возможно, вместе с позитронным мозгом. На каждой платформе такой есть.

– Зачем тебе платформа? – Ошеломленный Ник вытаращил глаза и тут же догадался: – Ты хочешь диктовать свою волю Городу?

– Я хочу уничтожить Город! – оскалился Глава. – Хватит им навязывать нам жесточайшие условия! Хватит держать нас на привязи! Я хочу стать императором, и ты мне в этом поможешь! Ведь поможешь?

– А у меня есть выбор? – спросил Ник и тут же понял – выбор есть всегда. А еще понял, что рано он начал суету с астробазой. Нужно было дождаться, когда Шарик созреет, и только потом попробовать ее отыскать. Но как вышло, так вышло. Что теперь поделаешь?

– Как ты себе представляешь захват платформы? – вздохнул Ник и добавил: – Я смогу поднять корабль только через несколько месяцев. Объяснять причину не буду, почему так. – Не ваше дело. Но то, что смогу, гарантирую. И еще, кроме астробазы, хочу получить десять миллионов кредитов. Сразу. Перед тем, как полечу. Лучше – сегодня. Как ты сказал, я не бессребреник. И вот еще что – у вас тут случайно нет подходящего домика, похожего на этот? С садиком… Я бы хотел жить в нем до того, как полечу к звездам. Садик можно и поменьше, я не гордый!

Взгляды мужчин встретились, и Глава широко улыбнулся:

– Ты мне нравишься. Думаю, найдем тебе домик. И рыбок найдем. Не хуже, чем мои!

Ник вначале не понял, о чем он, но, проследив за взглядом, увидел двух девушек, идущих от дома к беседке. И неожиданно для себя вдруг покраснел.


Глава 5 | Мусорщик. Мечта | Глава 7