home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 7

– Пошла вон! – Женщина с раздражением пнула девушку в голую попку, постаравшись попасть как можно точнее по центру. Девушка взвизгнула, подалась вперед и уткнулась головой в пах мужчине. Тот поморщился, потом усмехнулся, погладил девушку по голове:

– Злая ты, моя дорогая! Зачем обижаешь рыбку? Видишь, плачет! Больно, да? Злая тетенька тебя обидела? Да не так уж больно, не притворяйся! Бывало и больнее, ведь так? Ты умеешь терпеть… Ладно, ладно… сегодня отправлю тебя к молодому, горячему! Ты запомнила, что я тебе сказал?

– Запомнила, господин! Все сделаю! Все!

– Хорошо. Я тебя награжу. Если все сделаешь как надо. А не сделаешь, я тебя рыбам скормлю, моя рыбка! Иди к Риане, скажи ей, чтобы собиралась. И старайтесь, старайтесь хорошо!

– Пшла отсюда! – Женщина снова с наслаждением поддала девушке под зад, но в этот раз по центру не попала, девушка оказалась очень быстрой и увертливой, большой палец босой ноги зацепил только тонкий шнурок трусиков, тот лопнул, и трусики поползли по ногам, оставшись на траве. Девушка не остановилась, так и продолжила бежать как была, совершенно голой. Мужчина проводил ее взглядом молча, потом посмотрел на женщину:

– Ну и что думаешь об этом?

– О чем? – Женщина вроде бы не поняла, и мужчина презрительно фыркнул:

– Сега, ну не придуривайся! Уж точно я спрашиваю не о заднице этой малышки!

– А мне казалось, ты только о задницах малышек и думаешь. Всегда говорила – ты сексуальный мутант! Тебе под сотню лет, а ты все не успокаиваешься!

– Есть такое дело… – довольно усмехнулся мужчина. Для него эти слова жены были больше похвалой, чем упреком. И она это знала.

Он осмотрел свою старшую жену с ног до головы. Ей было уже полсотни лет, но, как большинство жителей Сируса, на свои годы она не выглядела – стройная, хотя и чуть отяжелевшая, чеканно красивая, с совершенными чертами лица и крепкой грудью. Ее смуглые ноги в легких шортах были длинными, гладкими, сильными, что тоже неудивительно. Женщины Сируса не страдали ожирением, у них не было целлюлита, такого, какой бывает у иномирянок. Почти двукратная сила тяжести не позволяла организму таскать на себе лишний вес – это всем известно. Небольшая грудь, практически полное отсутствие жировых отложений и пухлых мышц – вот нормальный облик сирусянки. Даже беременность у сирусянок проходила не так, как проходит у иномирянок, – всего шесть месяцев. Таскать в животе лишний вес – очень трудно. И для этого нужно иметь стальные мышцы живота.

Впрочем, у большинства мужчин Сируса идеал женщины был совсем другим – крупные, с большой грудью, мягкие и широкобедрые. То есть такие, каких на их планете не было. И получить доступ к телам иномирных красоток могли только богатейшие жители Города.

Впрочем, Глава Внешки никогда не мечтал о телах рыхлых белокурых красоток. Ему хватало и здешних девиц. А эта женщина много лет была его верной подругой, советчицей, соратником, единственным человеком, которому он верил на сто процентов. Даже больше, чем себе самому.

Об этом не знал никто, кроме него и этой женщины, законсервировавшей свою молодость, словно картинку видона. Ей, на первый взгляд, можно было дать не более двадцати пяти лет.

– Давай к делу! – посерьезнел Глава. – Видела запись?

– Видела. – Женщина взяла со столика стакан, отпила, промокнула губы салфеткой. – Ты в самом деле решил рискнуть? Впрочем, что я спрашиваю? Точно – решил рискнуть. А ты задумался о последствиях?

– Помнишь, как мы с тобой мечтали улететь к звездам? Как хотели все в нашей жизни изменить?

– Дураки были. Молодые дураки! Вначале ты меня ставил на колени, брал как хотел, потом мы с тобой валялись на спине, смотрели на звезды и мечтали. А потом ты меня снова трахал!

– То есть, чтобы ты снова начала мечтать о звездах, тебя нужно трахнуть? – поднял брови Глава. – Ну что ж, я не против. Снимай шорты!

Женщина расхохоталась, наклонилась к мужчине, чмокнула его в щеку. Откинулась на спинку кресла, закрыла глаза, замерла. И сидела так с минуту, не говоря ни слова.

Но Глава ждал. Он знал, что женщина заговорит. Скоро. И то, что она скажет, будет очень дельным. Проверено годами. За то он ее и ценил. Не только за стройные ноги, крепкую попку и умение заниматься сексом всегда и везде, не испытывая усталости, стыда и брезгливости. Фактически Сега была частью него самого. И мужчина это знал.

– Я ему верю, – медленно проговорила женщина. – Корабль у него есть. Но с этим кораблем что-то не так. Не зря он сказал, что тот будет готов к полетам только через несколько месяцев. Давай рассудим: что это за корабль, который сейчас не летает, а через несколько месяцев сможет. Как ты думаешь?

– Ну… какой-то неисправный, однако имеющий способность к саморемонту, – пожал плечами Глава. – Такие корабли, в общем-то, существуют. Корабельный мозг, несколько ремонтных роботов, и давай ремонтируй! Я видел такие корабли в каталоге. Это обычно крейсера – рейдеры, забирающиеся далеко от баз обеспечения. Он должен уметь ремонтировать сам себя.

– Согласна. И какой из этих рейдеров устроен так, чтобы откликаться только на волю одного пилота? И больше никого?

– Хмм… такого не может быть, – помотал головой мужчина. – Военный крейсер, он на то и крейсер, чтобы у него менялись пилоты – мало ли что случится с прежним пилотом? Они же не на один день рассчитаны! Любой из тех, кто подготовлен для этого, может им управлять. Достаточно только надеть шлем пилота! К чему ты ведешь? Никак не пойму. Какая разница, что за корабль у этого парня? Главное – чтобы он доставил нас на платформы. Там мы уничтожим охрану, захватим мегабластер и станем диктовать свою волю и Городу, и Внешке, и Центральной планете. Это огромные деньги! Запаса металла нам хватит на десятки лет. А за это время мы добьемся открытия планеты. Хватит жить в тюрьме! А я стану Главой Сируса! Диктатором! И мы устроим все так, как мечтали! Хватит отдавать деньги Центральной планете! Пора самим жить достойно!

– Мы не выдержим удара эскадры, – мрачно мотнула головой женщина. – Они сшибут платформы и пройдутся огнем по планете. Город, возможно, и не тронут, а вот Внешку… здесь останется только озеро магмы.

– Сшибить платформы не так-то и просто, – нахмурился мужчина, – и мегабластеры платформ не уступают по силе бластерам линкора. И защита у платформ не хуже, чем у линкора. Не забывай это. Это фактически два линкора, которые висят над планетой. Только двигаться на могут. Я знаю устройство таких станций. На их расконсервацию уходит часа два, и тогда они могут выдать мощность, сравнимую с мощностью любого из линкоров Системы. А управляются всего лишь из рубки – шлем управления, и все дела! И ни один корабль не сможет приблизиться к Сирусу без нашего разрешения. Ни один! Даже линкор. Сдвоенный залп мегабластеров платформ проделает в линкоре класса «Сигвал» дыру размером с рейдер! А у Системы в строю сейчас три «Сигвала», пять крейсеров типа «Храсс», ну и множество всякой мелочи, на которую вообще не стоит обращать внимания. То есть, чтобы нас одолеть, им пришлось бы навалиться всеми линкорами и крейсерами и при этом понести тяжелейший урон. Сравнимый с системной катастрофой. Достаточно поставить на платформах нашу команду, и подступы к планете будут закрыты.

– А тебе это надо? – Женщина посмотрела на мужа, и в глазах ее мелькнула грусть. – Если этот парень на самом деле обладает кораблем, который может летать между звездами, не проще ли просто улететь отсюда навсегда? На курортную планету, где можно жить спокойно и не думать о том, что тебе могут выстрелить в спину твои же охранники? Не думать о том, как бы тебя не подсидели твои же коллеги из Совета? Зачем тебе это все? Денег у нас – столько не потратить за всю нашу жизнь!

– А может, мне хочется что-то изменить на моей родине? – медленно, после долгой паузы, ответил мужчина. – Может, мне хочется, чтобы Сирус стал не поганой дырой, мусоркой, вонючей тюрьмой, а красивой, процветающей планетой? Может, мне хочется оставить после себя назабываемый и достойный след?!

– Романтик! – Женщина грустно улыбнулась и недоверчиво помотала головой. – Стареешь, Железный Вик? Думаешь о том, что после тебя останется? А тебе не все равно? Ладно. Пусть будет так. А о детях ты подумал? Что с ними будет, если ты проиграешь?

– Я и так слишком много о них думаю! – Мужчина зло оскалился. – Мы с тобой выживали в других условиях! И выжили! А эти… этим только развлекаться! Только тратить папины деньги!

Он выдохнул и успокоился:

– Выделю им по пять миллионов. И отправлю завещание в банк. Все деньги перейдут тебе. За исключением тех, что я дам им сразу. Так что еще поживешь! Сделаешь себе гарем из молодых мальчиков и будешь развлекаться! Хе-хе…

– Глупец! – Женщина была серьезна, глаза ее строги, даже колючи. – Меня уничтожат вместе с тобой! И никакие деньги не спасут! Детей, возможно, и не тронут, но меня точно убьют. Ты думаешь, никто не знает, как мы с тобой близки? И что я твоя советница? Поэтому лучше помолчи. Вот что я тебе скажу, дорогой, с этим кораблем не все так просто. Тебе известно, что у этого парня? Что он нашел? Не догадываешься? Какой корабль может ремонтировать сам себя?

– Да ладно! – Мужчина недоверчиво помотал головой. – Не может быть! Откуда здесь? Они ведь обитают в центре Империи!

– Понял! – удовлетворенно кивнула женщина. – Меня не обмануть! Мы с тобой вместе уже тридцать пять лет! И я знаю, когда ты прикидываешься, а когда нет. У него шаргион. Вот почему корабль не будет слушаться никого иного! Кроме своего пилота! И не надо изображать, будто ты не знал этого с самого начала. Лучше скажи мне вот что: хорошо, посадил ты на платформы своих людей. А где гарантия, что они тебя самого не возьмут на прицел? Ты это обдумал?

– Мы им промоем мозги, – пожал плечами мужчина. – Всем дежурным. Зря я, что ли, покупал лабораторию! Она стоила мне таких денег, что… в общем, накачаем их как надо, вставим датчики, если что, я разнесу им головы сигналом.

– А что будем делать с Городом? Не забыл про его мегабластер? Он в рабочем состоянии. И сбить им платформу – вполне возможно.

– Жаль городской мегабластер! – Глава поморщился. – Хотелось бы его сохранить. Это еще один наш козырь в противостоянии с Центральной планетой. Без него Город беззащитен. И Внешка тоже. Нужно задействовать агентов в Городе.

– А что с городским Главой? Не хочешь переговорить с ним? Есть ведь шанс, что он согласится на сотрудничество. Если ему откроется возможность летать к звездам, он может пойти на участие в заговоре.

– Нет. Он струсит. Сдаст нас. И мы дождемся зачистки десантом, прежде чем захватим платформы. После захвата нанесем удар по мегабластеру – обоими бластерами платформ. База не выдержит.

– Ты представляешь, какие будут жертвы? И тут же полетят звонки на Центральную планету о том, что здесь происходит! Транслятор стоит на Мегере, ты его отсюда не возьмешь!

Мужчина усмехнулся и поднял брови в притворном удивлении:

– Ты что, не помнишь, у нас будет корабль? Найдем транслятор и уничтожим. А потом полетим разбираться с платформами.

– Авантюра! Дичайшая авантюра! – вздохнула женщина. – Но я с тобой. И разве могло было случиться по-другому? Кстати, девок ты к нему засылаешь, так?

– Так. Пусть подслушивают, подглядывают – в постели мужчины разговорчивы. Рассказывают женщинам такое, чего не выложат никому!

– Знаю, знаю… – усмехнулась женщина. – Куда его поселил? В пятый коттедж? Тот, что готовил для Авага?

– Да. Пусть будет там. Удачно вышло – не пришлось его запирать, сам вызвался жить у нас. Под надзором оно как-то спокойнее. А пойдет куда-то – можно будет и проследить.

– Ну-ну… – вздохнула женщина, – ты удачливый, у тебя получится, знаю.

Она поцеловала мужчину в щеку, но он даже не дрогнул лицом. Он был уже там, вверху, на платформе, взирая на мир с высоты, недоступной никому из жителей этой планеты. Пока – недоступной!

…Девушка сползла с Ника, и он облегченно вздохнул – хватит! Хорошего понемножку! Похлопал по спине девушку справа от себя – она даже не пошевелилась. Спит, словно убитая. А эта, которая только что с него сползла, тоже задрыхла, мгновенно, будто ее шарахнули по голове. Устала!

Немного полежал, соображая, не отправиться ли в душ. Вообще-то не очень вспотел, сирусяне почти не потеют – тело сухое, воды мало. Таскать в себе лишние литры – дополнительная нагрузка на ткани организма, придавливаемые к планете усиленной гравитацией.

Все-таки заставил себя встать. Отмыться, а то все-таки неприятно, когда кожу стягивает подсыхающая корка любовных соков. Гигиена прежде всего!

Интересно, что сказала бы мама, узнав, что Ник спит сразу с двумя девицами? Посмеялась бы, наверное. Жаль, теперь он даже могилки ее не найдет. Удар мегабластера превратил их дом-корабль во вплавленную в камень металлическую башню, перекрыв вход и заплавив мамину могилу. Но, может, и к лучшему, никто теперь ее не побеспокоит…

Два месяца прошли с тех пор, как по милости Главы Совета Ник обосновался в этом доме. Огромном, с десятком комнат, с бассейном и садиком. И даже прудик был. Маленький такой, заросший красивыми водорослями. Купаться в нем нельзя, а вот рыбкам… настоящим рыбкам в нем было привольно.

Что же касается двух других «рыбок», они появились в доме Ника сразу же после его вселения. Две похожие одна на другую девчонки – красивые, стройные веселушки. Они вечно хихикали и всегда были готовы к сексу – любому, без ограничений. Похоже, чем секс был причудливее, тем большее наслаждение они получали. Даже от боли. Одна все время просила ее шлепать во время «процесса» как можно сильнее, после чего ее аккуратная заднюшка была красной, будто ошпаренная кипятком.

Вторая (как выяснилось, ее сестра-погодок), была не менее неприхотливой, и не было для нее никаких ограничений в сексе – вообще никаких. О чем она заявила в первую же встречу с новым «хозяином». Впрочем, именно хозяином, без всяких ограничений и кавычек.

Ник слышал, что богатые люди фактически владеют рабами, покупая людей на определенный срок по контракту, заверенному Советом, но, честно сказать, не обращал на эти разговоры никакого внимания. Что ему до каких-то там секс-рабынь, когда главной задачей, стоящей перед ним в ближайшем будущем, была обычная добыча пропитания.

Девчонки оказались довольно умненькими, несмотря на свои, пожалуй, излишне красивые мордочки. Это стало для Ника настоящим откровением, ведь во всех видоновских фильмах зрителю вдалбливали мысль о том, что красивые представительницы слабого пола обязательно глупы. Нет, девчонки не блистали интеллектом ученых, но сказать, что они тупые и ничего не смыслят в этой жизни, было бы несправедливо. Да, образования у них не хватало, никто не собирался делать из них техников-ремонтников, программистов или операторов полуавтоматического завода, но при этом они давали четкие и справедливые оценки окружающей действительности и людей, с которыми сталкивались в своей недолгой и не такой уж яркой жизни. Воздерживаясь только от характеристики тех, кто направил их к Нику. То есть Главы и его семьи. Когда Ник спрашивал их о том, как живет Глава, его жены, его дети, девушки просто не отвечали, спокойно и даже как-то отрешенно глядя в глаза собеседнику.

А в остальном говорили о чем угодно совершенно свободно, не испытывая ни малейшего стыда. И кое-что совершенно обескураживало. Например, они не видели ничего плохого в том, что родители продали их фактически в рабство, сделав секс-рабынями Главы Внешки.

С точки зрения Ника, это было неправильно. Ну как так можно? А если бы мама взяла и продала его какому-нибудь извращенцу? Или извращенке. И обслуживал бы он старых негодяев! Прыгая из постели в постель…

А вот с точки зрения девчонок, все было очень хорошо. Родители получили за них кругленькую сумму, а каждую неделю на счет девушкам падала очень хорошая зарплата! А еще содержание, отличное питание. Лечение, если такое понадобится. И за это всего лишь нужно выполнять работу, которая и самим им нравится! Работу, которая приносит удовольствие! Даже оргазм!

Ник не смотрел на проблему с этой стороны и, честно сказать, был немного удивлен. Оказывается, все в этом мире относительно.

Все эти месяцы его практически не донимали вопросами: «Где же твой корабль?!» Ник сказал, что корабль есть – значит, он есть. А если его не будет больше чем через полгода, с Ника живьем сдерут кожу. И заставят жить так – живым трупом, мечтающим о смерти. Именно это Глава Нику и пообещал.

Девчонок Ник просчитал с первых же разговоров. Хоть эти пятнадцатилетние красотки и были довольно умненькими для своих лет, но Ник был гораздо умнее (не без помощи информации, закачанной Шариком!). Потому, как только пошли разговоры о том, что они очень хотят узнать о корабле – какой он, как выглядит и трудно ли было с ним договориться, – Ник тут же все понял. Красоток приставили к нему специально, тут не было никаких сомнений. Да и глупо было бы оставить его без присмотра, особенно когда Глава Совета уже бросил на счет Ника пять миллионов кредитов. Кстати, именно поэтому Глава так легко согласился предоставить Нику домик в пределах своего поселка. Удобно! Всегда под боком, и никуда не может уйти без ведома хозяев.

К Шарику Ник больше не ходил. Разговаривал с ним, стараясь делать это так, чтобы никто не заметил постоянного контакта с живым кораблем. Скрываться было трудно – девчонки не отходили от него ни на минуту, заполняя все его время и отставая только в туалете. Правда, порывались влезть и туда, предлагая свою помощь во всех начинаниях Ника. Хорошо, что туалет имел внутреннюю задвижку.

А Шарик был очень доволен тем, что наконец-то познал радости настоящего секса. Через Ника он чувствовал все, что чувствует его человеческая половинка, и так увлекся этим делом, что требовал от Ника заниматься сексом как можно более часто. А еще предлагал сделать некоторые изменения в организме Ника, чтобы тот мог заниматься сексом поактивнее. И хотя Ник чувствовал, как Шарик радостно хихикает, предлагая сомнительные модификации, но при всем при том ощущал некоторую оторопь, ведь Шарик и в самом деле мог сотворить нечто подобное. Внедриться в мозг Ника, изменить его тело так, как сам Ник и не мечтал.

По крайней мере, со слов того же Шарика. Ник нигде не смог найти упоминание о том, что шаргионы могут изменять тела своих пилотов.

Возможно, что на такое способен только Шарик. Теоретически. Потому что проверять его возможности на практике Ник не собирался. Свое тело Ника вполне устраивало. И не только Ника: девчонки были в восторге от тела своего партнера и в частности от некоторых его интимных частей.

Со слов Шарика, к концу второго месяца добровольного заточения Ника в поселке богатеев корабль был почти готов к полетам. Почти – потому что там не было ничего необходимого для путешествия людей. Например, конвертора с запасом рабочего порошка. Еда нужна? Одежда нужна? Даже постельное белье, и то необходимо!

Кажется, что все это мелочи. Но нет, совсем нет! Не в рюкзаке же таскать еду? А вот такой вопрос – туалет. Как с этим делом? Шарик может создать необходимые помещения, но ему нужно подсказать их количество, размер, оборудование. Без того, чтобы в это время находиться в корабле, подобное невозможно. Это следует проектировать на месте – по крайней мере так сказал Шарик.

Кстати, он так и не ответил, насколько вырос с тех пор, как брат видел его на берегу океана. Ник только знал, что Шарик вырастил целую кучу пауков-строителей вдобавок к тем, что у него уже были, и начал перерабатывать не только водоросли и морскую воду, но и морское дно. В принципе Шарик с самого начала «ел» морской ил, богатый минеральными и органическими добавками, но теперь он обнаружил целое месторождение железо-марганцевых конкреций, которые очень сгодились для постройки энергетических накопителей и всего того, для чего требовалось большое количество металлов. Шарик явно перешел на другой уровень строительства, и, с его слов, изменилась в лучшую сторону даже внешняя броня.

Само собой, на поверхность океана Шарик не показывался, чтобы не попасть под случайный взгляд космического наблюдателя, в глубине океана случайно заметить его нельзя. А специально смотреть незачем. Наверное.

«Гость» пришел в дом Ника слегка за полдень, когда он после легкого обеда разминался, заставляя двух голых девиц нападать на него с различными ударно-дробящими орудиями – палками, стульями – и всем, что попадется под руку. Обычно это заканчивалось великолепной оргией, но только после того, как Ник выполнит специальные упражнения на растяжку и бой с одним или двумя противниками. Раньше он исполнял «бой с тенью», но, если у него появились две шустрые и довольно ловкие помощницы, почему бы не использовать представившийся случай? Девчонки умненькие, схватывали все на лету, уже через неделю занятий они пусть и нечетко, но начали повторять упражнения, которые им давал Ник. И, кстати, были очень довольны, что он их этому учит. Что ни говори, а кроме видона и секса, у них не было никаких развлечений. Если только не считать болтовни – перемывания костей конкуренткам (которых было в доме Главы еще с десяток) и построения радужных планов о жизни после того, как закончится их контракт. Они и при Нике частенько обсуждали, как заживут, накопив приличную сумму. Выйдут замуж. Заведут детей. И муж у них будет богатым человеком – это без всякого сомнения. Потому что у таких сексуальных красавиц не может быть другого мужа.

Вопросом, почему богатые возьмут замуж бывших секс-рабынь, девушки особо не заморачивались. Возьмут, да и все тут! А когда Ник спросил их напрямую: почему будет именно так, они только недоуменно вытаращили глаза – а разве может быть иначе? Ведь они умные, красивые, знают, как можно ублажить в постели, так разве их не заметят? Не полюбят?!

И Ник решил не углубляться в проблему. Считают, что будет именно так – да пусть себе. Скорее всего, они станут наложницами какого-нибудь богатея, а когда годочков прибавится и с ними больше не заключат подобный контракт, окажутся в Клубе в качестве стриптизерш или проституток. Пристрастятся к наркотикам, и… жизнь пойдет под откос. Но пока пусть верят, что впереди только радость, только веселье, только секс и развлечения.

Иногда Ник им даже завидовал – живут как зверьки, не задумываясь о будущем, наслаждаясь каждым днем прожитой жизни. А у него от дум голова распухает! И еще от знаний, которые Ник упорно закачивал в мозг с помощью Шарика. Кстати сказать, его брат-друг уже научился перехватывать передачи видона и забираться во Всемирную сеть.

И первое, что сделал Шарик, – попытался найти в сети астронавигационную базу. Ведь кто-то, в конце концов, мог ее там выложить! Но, увы, оказалось, что местная сеть в этом отрезке звездного скопления блокирует любую информацию об астробазе. Вначале Ник и Шарик не могли понять, почему такое происходит, но потом все встало на свои места. Информация для Сируса блокируется – частично. Сирус – военная база, плюс лагерь заключенных. А значит, доступа ко многим информационным блокам у него нет. И кстати сказать, блокируется даже упоминание о блокировке. Узнать об этом оказалось возможным только после внимательного процеживания косвенной информации, например исторических хроник. Как ты ни старайся, но всю информацию уничтожить трудно, особенно если уничтожением занимаются люди, не очень-то в этом заинтересованные. Вояки, одним словом.

В общем, альтернативы сотрудничеству с Главой не было. Увы. Хотя Нику очень не хотелось иметь с ним дело. Мутный человек, очень мутный! Ник общался с ним за это время несколько раз, практически каждую неделю. И вот во время этих самых разговоров выяснил: все банды, которые бесчинствовали на мусорке, фактически работали на Главу. И на Совет.

Само собой, Ник не стал рассказывать, как именно были убиты бандиты, оставшиеся в живых после перестрелки. Хотя и не стал скрывать – каким образом у него оказались деньги Сегвара. Как не стал скрывать, куда подевались два «гостя», один из которых представился именем Главы. Только пояснил, что эти двое начали первыми. И что ему пришлось защищаться. Глава вроде бы ему поверил, в чем Ник очень сомневался.

В разговорах выяснился еще один вопрос, мучивший Ника последнее время. Нет, не то, зачем Главе контроль над боевыми платформами – это ясно как солнечный день. Власть над всей планетой. Непонятно было, как Глава собирается этот самый контроль поддерживать! Ведь не могут же его люди вечно сидеть на платформах? Нет, не так – сидеть там они могут и вечно, пока не помрут от старости. Но толку-то от сидения, когда их начальник на планете, а они – там!

Во-первых, эти люди могут решить, что никакой начальник им не нужен и что они сами могут выстраивать свою судьбу, да и не только свою, но и всей планеты. Тот, кто владеет платформами, владеет всей системой. Значит, нужно как-то держать их в повиновении!

Во-вторых, а как вообще этим людям спускаться на поверхность планеты и снова взлетать на платформу? Без космических кораблей! Ник-то улетит! Его корабля тут не будет!

Оказалось, что на платформах имеются спасательные боты, которые, по сути, еще и межпланетные истребители-бомбардировщики, вооруженные бластерами, способными бить и по звездным кораблям, и по Сирусу. Ну и еще пара ядерных торпед, и с десяток обычных старинных химических торпед высокой мощности, оборудованных системой самонаведения по заранее установленным в их памяти мишеням.

Скорее всего, на платформах осталось максимум один-два бота, но для целей Главы этого вполне хватало. Наверное, хватало.

Гостем оказался сам Глава в сопровождении женщины, довольно красивой и моложавой, при виде которой девчонки испуганно прыснули в другую комнату, словно несчастные мышки из детского фильма. Женщина проводила их сумрачным взглядом огромных темных глаз и молча уселась в кресло. Глава ее не представил, он тоже уселся в кресло, сцепил руки в замок, уложив их перед собой, и бесстрастно, глядя Нику в глаза, заявил:

– Я готов к началу нашей операции. И хочу узнать, когда увижу твой корабль и когда ты будешь готов к тому, о чем мы с тобой говорили. Корабль я намерен увидеть в ближайшее время. Начало операции обсуждаемо. Итак?

– Шарик, ты как? – мгновенно связался с другом Ник и тут же получил ответ, подкрепленный явственно слышным смешком:

– В принципе я тоже готов. Правда, я еще буду расти, но теперь для этого океан не так уж необходим. Теперь мне понадобятся металлы, и я смогу добывать их напрямую из почвы планеты. Так что можешь приводить этого придурка – пусть смотрит. Хоть сейчас.

– Я хочу совместить это с…

– Никаких проблем, – перебил его Шарик. – Доставишь конвертор, порошок – положим в трюм. Я сам установлю все, что нужно.

– Понял!

– Что ты молчишь? – нахмурился Глава и вдруг сообразил: – Ты разговаривал с кораблем?

– Да, я разговаривал с кораблем… – кивнул Ник. – Корабль практически готов. Он еще будет расти, но вырос уже достаточно, чтобы соответствовать нашим запросам. Проще говоря, он теперь может перемещаться между звездами. Показать его можно хоть сейчас. Но… я бы хотел получить…

– Получить что? – на этот раз Ника нетерпеливо перебил Глава.

– Мне нужен самый мощный домашний конвертор, какой можно купить за деньги. А еще заправочный порошок в количестве, достаточном для использования в течение как минимум года десятком людей. Как все это доставить на корабль? И как быстро можно это найти?

– В течение часа доставят и конвертор, и порошок, – ничуть не удивился Глава, – вычту из твоего гонорара. Что еще?

– Оружие. Станнеры, ручные бластеры – я хочу, чтобы у меня в корабле был небольшой арсенал.

– Может, тебе еще ядерных торпед доставить? – усмехнулся Глава.

– Это было бы неплохо, но только с торпедными аппаратами, – серьезно парировал Ник, – с современными аппаратами. Старье мне не нужно. Нет таких?

– Ты что, думаешь, тут тебе рынок оружия? – произнес Глава. – Дам станнеры, несколько ручных бластеров и игловиков. Тоже вычту из гонорара.

– Кстати, о гонораре: как только покажу вам корабль, вы заплатите остаток.

– Разогнался! Вот когда возьмем платформу, тогда и заплачу! – бросил Глава с раздражением, думая о чем-то своем, и Ник тут же парировал:

– Нет. Когда войдете с вашей абордажной группой на борт корабля. Перед самым вылетом. Расплатитесь полностью. Напоминаю: первое, что мы сделаем, – разобьем башню-ретранслятор подпространственной связи. И как тогда вы сможете перекинуть с вашего счета на мой? Без связи? Нет уж, уважаемый, деньги вперед!

Глава зыркнул на Ника так, будто решил посмотреть, что это там за насекомое посмело ему противоречить, хотел что-то сказать, но передумал. Помолчал минуту, кивнул:

– Я сейчас отдам распоряжение подготовить то, что ты запросил, и кроме того, аппаратуру, необходимую для того, чтобы проникнуть в системы платформы. Скорее всего, там имеется и позитронный мозг, причем живой. В любом случае нам придется пробраться в систему. Дело муторное, сложное, и без специальной аппаратуры ничего не получится. В общем, ты готов к тому, чтобы лететь на платформы в любой момент? Так я понял? Верно?

– В любой момент! – подвердил Ник и, чуть замявшись, добавил: – А я могу взять с собой обеих девчонок?

Глава чуть улыбнулся, и Ник заметил, что взгляд мужчины встретился со взглядом женщины, которая с ним пришла. Они будто передали друг другу информацию, сцепившись этими взглядами.

– У них контракт на десять лет. У меня пробыли год. Я могу переоформить контракт на тебя, и они будут служить только тебе. Согласен?

– Согласен! – Ник почему-то ужасно обрадовался, как если бы ему подарили игрушку, о которой он мечтал много лет. Глупо, наверное, но он привязался к этим двум шлюшкам за прошедшие месяцы. Нет, ни о какой любви тут и речи быть не могло. Хотя… человек ведь любит домашних животных? Так почему не любить двух великолепных, сексуальных самочек человеческого рода? Ему с ними удобно, легко, хорошо. Они исполняют его желания, и не только в постели. К хорошему быстро привыкаешь, и Ник вдруг обнаружил, что иметь служанок очень даже удобно! И лучше всего – удобно иметь.

Контракт они подписали прямо сейчас, без проволочек – сделать это было очень легко, с помощью видона и девушек, идентифицированных видеодатчиком аппарата. Пара слов, отпечаток пальца, сканирование сетчатки глаза – и вот уже контракт передан Нику, и теперь девять лет девушки будут в его распоряжении. И что интересно – контракт этот был общеимперской формы. То есть, если девицы вдруг откажутся на него работать, сбегут, их можно будет привлечь к ответственности в любом из имперских судов по всей обозримой Вселенной, находящейся под властью Императора Славы Первого. Эта система работала четко и уже не первый десяток, и даже не одну сотню лет.

М-даа… к хорошему быстро привыкаешь. Отвыкать трудно. И надо ли отвыкать? Зачем?

Девчонки были совсем не против оказаться под опекой Ника. Они даже взвизгнули, когда он им об этом рассказал. Но когда начал расспрашивать о Главе и женщине, что с ним приходила, тут же как воды в рот набрали. И он их понимал: пока насовсем не улетят с планеты, они полностью во власти Главы. Ника в случае чего может быть, и не тронут, а вот им головы оторвать – запросто.

Зарплата, кстати сказать, у них была не такая уж великая – по тысяче в месяц, если не считать обеспечения питанием и одеждой. Ну и гигиеническими средствами. И медициной. Ник даже удивился: как мало им платят. И хотел добавить, но… передумал. Зачем платить больше, если их все устраивает? Во всяком случае, они знали, на что идут. И довольны своим существованием. Так пусть все остается таким, как есть.

Не стал он их терзать и по поводу доносительства – все равно не скажут, только нервы ему потреплют. Начнут хныкать, закатывать глаза, врать – он разозлится, и… нет, бить не будет, но настроение испортится. А зачем его портить?

Договорились, что отправятся к кораблю следующей ночью. Почему ночью? Потому, что ночью ходить и ездить во Внешке не принято, а значит, привлекут меньше всего внимания. Для наблюдателя из космоса, вооруженного специальными приборами, что ночь, что день – все равно. Так что эта предосторожность только для жителей Внешки – среди них точно имеются агенты Города, если еще забыть про городских патрульных, разъезжающих и по Внешке, и вокруг нее круглые сутки. Вернее, они обязаны разъезжать, однако ночью, по всегдашней своей привычке пристраиваются где-нибудь в укромном местечке и дрыхнут сном праведников. Или занимаются сексом с одной из местных шлюх, которые выгодно отличаются от городских девушек меньшими запросами и отсутствием мозгогрызения. Заплатил – сделал дело – и ушел. Благо, что болезней, передаваемых половым путем, здесь мало, практически вовсе нет. Если не считать какую-нибудь экзотическую лихорадку, занесенную с одного из мусорных кораблей. Но на случай болезни есть аптечка – у каждого из экипажей патруля…

…Конечно, имеется риск, что патруль все-таки их заметит и заинтересуется, куда это спешит колонна глайдеров с гравиплатформами, но на то и существуют деньги, чтобы закрыть любую прореху в хрупком плане заговорщиков. Большие деньги могут все. А на крайний случай патрульных можно и завалить. Они тоже из плоти и крови, а ставки в этой игре слишком высоки, чтобы не осмелиться рискнуть.

Весь следующий день Ник был, как на иголках – места себе не находил. До изнеможения тренировался в единоборствах, отвлекаясь от мыслей о Шарике и о предстоящем визите, занимался сексом, если можно назвать занятием сексом предоставление своего тела разнузданным секс-маньячкам, неутомимо и умело выжимающим из него все соки.

После полудня лег спать, настрого приказав служанкам-наложницам не шуметь – под страхом немедленной и жестокой расправы. Девчонки тут же притихли – нет, они не боялись, что Ник их скормит рыбам, но то, что он отхлещет их до синяков во время занятий единоборствами, это запросто. А кто не боится боли?

Когда солнце начало погружаться в океан, Ник поднялся, принял душ, оделся и стал дожидаться Главу.

Тот появился, когда солнце совсем уже скрылось за горизонтом и небо вызвездилось мириадами звезд. Ник обожал звездное небо и любил после заката сидеть, смотреть туда, куда он скоро отправится. И не раз горько жалел, что рядом с ним нет мамы.

Иногда, в детстве, Ник думал о том, как хорошо было бы найти свою родню, оставшуюся в Городе, и каждый раз представлял, как приходит к этим незнакомым людям, входит в дом и говорит: «Я такой-то!» И каждый раз картинка была разной. Вначале ему казалось, что родители мамы встретят своего потерянного внука радостно, обнимут, заплачут, расспросят о том, как эти годы жила мама, как жил он. И предложат ему остаться с ними жить.

Когда стал старше, осознал, что в Городе он никому не нужен. И если они так спокойно позволили выгнать свою единственную дочь, то на кой черт им сдался какой-то там внук, век бы его не видать!

Нет, не нужен ему Город. И планета эта не нужна. Хотя и ужасно хотелось насолить Городу, испортить эту такую беззаботную, сытную жизнь, нарушить покой мерзавцев, выгнавших за периметр молоденькую женщину с маленьким ребенком! Выгнать, заведомо зная, что, скорее всего, она там погибнет! И плевать на законы! Если законы позволяют подобное, это плохие законы! Потому Ника ничуть не гложет совесть из-за того, что он собрался совершить вместе с Главой Внешки.

Хотя… не только поэтому. Как гласила старая пословица: «Свой комбез ближе к телу!» Система давным-давно научила Ника думать в первую очередь о себе и своих близких. И только потом – обо всех остальных. То есть практически никогда. Что ему эти люди? Кто из них сделал для него хоть что-то хорошее, не потребовав за это плату? Никто. А значит, никого не жаль. Есть он, Ник, и есть Шарик. И думать нужно только о них двоих…

…Караван состоял из пяти глайдеров-тягачей и пяти гравиплатформ, способных подниматься над поверхностью почвы максимум на метр-полтора. Чисто технически они могли бы подниматься гораздо выше, вплоть до стратосферы, если понадобится, но на них стояли ограничители. Можно было бы попытаться снять ограничители, и, скорее всего, это бы удалось, но тут уже существовал риск попасть под удар бластера со стены Периметра. А кроме того, поговаривали, что датчики ограничения неизвлекаемы. Мины. Начнешь убирать этот датчик – и подорвешься.

Но и без транспорта нельзя, будь ты в Городе или во Внешке. Поэтому грузовые платформы и глайдеры-тягачи разрешены. Все, что имеется во Внешке, получено из Города. А как товары развозить по Внешке, если у тебя нет грузовиков? Строить дома? Обеспечивать их энергией и водой?

Ник и Глава сидели на средней платформе, переделанной для перевозки людей. С ними десяток охранников, они же грузчики. Все вооружены ручными бластерами, игловиками, на каждом боевой комбез, поверх комбеза – экзоскелет, увеличивающий силу во много раз. С помощью такого экзоскелета можно переносить и двигать грузы, превышающие вес человека в пять, а то и в десять раз (зависит от модели экзоскелета). Модель высшего уровня обладала еще и встроенными бластерами. Но тут ее не было – только грузовые механизмы.

Все охранники, как на подбор, крепкие, молчаливые мужчины с непроницаемыми, каменными лицами. По тому, как держали они оружие, было видно, стрелять умеют и делали это неоднократно. Ходили слухи о разборках между сильными этого мира с применением полевого оружия, но, само собой, Ник при этом не присутствовал. И вот теперь видел, что не все слухи вранье. Эти люди точно могут разобраться со своими конкурентами.

Глава был расслаблен, время от времени на его лице блуждала тень довольной улыбки. От него просто веяло довольством и уверенностью в своих силах, чего не скажешь о Нике. Ник чувствовал себя не в своей тарелке. Ему не хотелось вести всю эту шайку в родной корабль. А вдруг они Шарику чем-то навредят? Хотя Шарик и уверен в обратном, мол, эти жалкие червячки ничего ему не смогут сделать, но… кто знает? Червяк – он такой… червяк! Прогрызет дыру, и сгниет фрукт! Ведь все они вооружены! Серьезные парни, не какие-то там… жители Отстойника!

Но делать нечего. Начал дело, вошел в колею – терпи. И думай, как поступить, чтобы тебя не обманули.

Ник тоже был в боевом комбезе. Так… на всякий случай. Станнер взял, но толку от него, если что? Все охранники не только в боевых комбезах, но еще и в шлемах высшей защиты. Никакой станнер не возьмет. И ручной бластер не достанет, не то что станнер. Нет, Ник не собирался с ними воевать, но жизнь приучила заранее оценивать предположительного противника. А каждый, кто не Шарик, сейчас потенциальный противник. Чужие люди. Враги.

До места добрались довольно быстро, всего за полчаса. Глайдеры неслись со скоростью не менее ста пятидесяти километров. Так быстро, что и разговаривать было нельзя: ветер относил слова, выдергивая их изо рта. Координаты места Ник назвал заранее, перед началом движения – их ему передал Шарик.

Это было примечательное место – вдающаяся в материк бухта, составляющая практически половину окружности, ровную, будто вырезанную специальным инструментом. Что это за инструмент, Ник примерно представлял. Как сказал Шарик, глубина бухты в этом месте и практически до самого берега была километра полтора-два – в разных местах больше-меньше. Меньше – само собой, по краям воронки. Да, именно воронки – следа удара какого-то мощного мегабластера, испарившего и воду, и почву, и оставившего после себя бухту, идеально приспособленную для обитания живого корабля. Можно лечь на дно и нормально питаться донными отложениями или заслать толпу пауков, которые как следует проредят зеленую поросль на поверхности воды. И никто, ни один прибор, не сможет засечь тушу корабля, укрывшуюся в искусственной бухте. Идеальный причал для родича шаргионов!

Шарик был тут, под водой, невидимый и неслышимый для всего мира. Кроме, разумеется, Ника.

Когда глайдеры остановились на берегу, возвышающемуся метра на полтора над поверхностью океана, Глава сошел с платформы, приблизился к острому, будто вырезанному ножом, краю скалы и задумчиво произнес, не глядя на Ника:

– Если бы кто-нибудь мне сказал, что я буду стоять на берегу океана и ждать, что сейчас из глубины поднимется живой корабль, я бы ему плюнул в глаза и счел бы идиотом. Надеюсь, ты, парень, не идиот!

Он хотел добавить что-то еще, но не успел: зеленая ровная поверхность океана вдруг вспучилась, забурлила, полились потоки воды, смешанные с рваными водорослями, а взгляду людей предстало нечто невообразимое.

Это был диск, даже в темноте сияющий белизной гладкого панциря. В центре диска имелось что-то вроде небольшого бугорка. И больше на диске ничего не было. Ни портов, закрытых или открытых, ни мембран грузового шлюза – ничего, что указывало бы на принадлежность этого диска к славному племени звездолетов. Просто морское чудовище километрового диаметра.

Именно так – километрового! А возможно, и больше! Шарик был огромен, он был невероятен в своем размере, так, что даже Ник никак не мог поверить своим глазам. Что же говорить о его спутниках, которые просто окаменели при виде чуда, настоящего чуда, о котором можно рассказывать бесконечно, и никто никогда тебе не поверит!

Этого просто не могло быть! Потому что не могло быть – никогда! Что там жалкие корабли мусорки, каждый из которых был едва ли больше двухсот – трехсот метров длиной? Шарик был великолепен и страшен, как может быть страшным существо подобного размера, весящее многие тысячи тонн!

Теперь Ник понял, почему большие звездолеты никогда не садятся на поверхность планеты и тем более не стартуют с нее на маршевых двигателях. Переход в подпространство подобного объекта вызовет такие планетарные катаклизмы, что рядом с местом старта не останется не то что домов или других кораблей, но даже обычных пригорков, выступающих из почвы более чем на метр. Ник читал об этом, но одно дело читать, и другое – видеть самому.

А еще Ник читал, что шаргионы достигают в диаметре пяти и даже десяти километров, но ему казалось, что это досужие вымыслы! Не может существовать существо такого размера! Ну не может, и все тут! И вот – Шарик! Это уже не Шарик… Шарище!

– Как я тебе, братец? – Ментальный голос Шарика был таким, что казалось, он сейчас заурчит от удовольствия.

– Ну ты и разъелся! – пришел в себя Ник. – А чего молчал-то?!

– Разъелся! Ха-ха-ха… тебя удивить хотел! Скажи ведь – забавно? Ты удивлен?

– Еще как забавно! – выдохнул Ник и тут же сосредоточился на своих спутниках, так и стоявших, разинув рот:

– Ну что, теперь поверили?

– Пока не попаду внутрь этой штуки – не поверю! – хрипло выдохнул Глава, сделавшийся красным, даже багровым. Может, потому, что перестал дышать, завороженный великолепным зрелищем. А может, от волнения. Но в любом случае ясно – он потрясен!

Шарик медленно причалил к скале, возвышаясь над ней, как многоэтажный дом, постоял, будто обдумывая, что ему делать, и в его боку вдруг открылся люк, в который легко мог бы влететь глайдер с платформой. К берегу протянулось что-то вроде трапа – Шарик не мог подлететь ближе, не сохранив при посадке горизонтальное положение. Чего проще – сделать из своей плоти что-то вроде мостика и перекинуть его на берег.

– Приготовьте деньги к перечислению! – предложил-приказал Ник и шагнул к «мостику», кажущемуся хрупким на фоне гигантского корабля. Однако его поверхность была непрогибаемо твердой, и Ник легко дошагал до входа в шлюз, высоченного, под стать звездолету.

Полость шлюза была огромной. Сюда свободно вошел бы корабль вроде легкого крейсера или эсминца, а истребителей можно было бы разместить десятки. Шарик с гордостью сообщил, что у него имеется не один такой шлюз. И что при желании он может увеличить это помещение. Что запросто можно проделать за считаные минуты.

Глайдеры вошли в трюм и словно потерялись в зале, освещенном слабым светом, идущим непонятно откуда. Свет исходил из полупрозрачных стен звездолета, внутри которых прослеживались какие-то трубы, трубочки, трубки – наверное, что-то вроде сосудов, по которым подводилась питательная жидкость. Кровь корабля, без которой плоть звездолета просто умрет.

Ник ожидал увидеть биороботов-пауков, но их нигде не было. Шарик уловил мысли своего пилота и, не дожидаясь вопроса, пояснил:

– Я не хочу пугать этих людей. И к тому же пускай они думают, что внутри меня нет никакого оружия. А ведь мои «фагоциты» – самое настоящее оружие. И если я почувствую, что тебе угрожает опасность, – этим людям конец!

Ник вдруг почувствовал, что им снова овладевает уверенность в собственных силах. Честно сказать, в последнее время, все эти два месяца, он не был до конца уверен, что все будет хорошо. Что Шарик вырастет в настоящий корабль, способный летать среди звезд, что он станет таким большим, что… вот таким большим! Нет, он мечтал об этом, он хотел этого, но все-таки до конца не верил. И теперь, когда понял, что все идет так, как надо, поверил. Полностью, навсегда поверил!

– Куда ставить оборудование? – спросил у Ника один из людей, прибывших с Главой, почему-то понизив голос. – Тут его оставить?

– Пусть следуют по световой дорожке! – скомандовал Шарик, и дорожка тут же загорелась – узкая, желтого цвета, она уходила по широкому тоннелю и терялась вдали. Стены тоннеля тоже начали светиться – неярко, но достаточно, чтобы различать самые мелкие детали интерьера.

Впрочем, и деталей никаких особо не было. К тому же большинство присутствующих обладали зрением, если и чуть похуже, чем у Ника, для которого что день, что ночь – все едино, то все-таки превосходили в этом любого из иномирян. Такое освещение было для них сродни свету солнечного полдня.

– По светящейся дорожке! – повторил команду Шарика Ник, забираясь на гравиплатформу и, увидев неуверенные лица водителей и остальной сопутствующей братии, чуть раздраженно бросил: – Какого черта раздумываете? Тут нет опасности! По крайней мере пока я с вами.

Ник не заметил задумчивого взгляда, который бросил на него Глава. А поехали глайдеры только после их хозяина, повелительно махнувшего рукой:

– Вперед! По дорожке!

Закончился путь после десятиминутной «пробежки». Глайдеры летели медленно, опасаясь наткнуться на непредвиденное препятствие, да и просто боялись чиркнуть бортом по стене тоннеля. Вдруг поцарапаешь? Потом, небось, неприятностей не оберешься!

Перед ними был огромный зал. Его стены походили на внешнюю броню корабля. Скорее всего, это и была она. Само собой, стены живого звездолета должны обладать твердостью и прочностью лучших сортов стали. А еще вся его конструкция должна напоминать соты, иначе такая громадина просто развалится на части. Костяк шаргиона обязан обладать невероятной прочностью, а при этом гибкостью и способностью восстанавливать повреждения. Как любой живой организм. Но организм, летающий в космосе, – особенно.

– Пусть выгрузят здесь! – скомандовал Шарик, и его команду передал Ник. Тут же люди засуетились, забегали, и через полчаса весь груз был выложен на пол.

– А устанавливать? Подключать? – спросил Глава, которому явно хотелось знать, кто и как будет подключать оборудование к энергосистеме. Подключать вообще-то нужно было только конвертор. Что в остальных ящиках, Глава особо не распространялся, сказав лишь, что это оборудование для работы с терминалами платформы и позитронным мозгом. А если на платформе имеется живой мозг, тогда и с ним. Живой можно переносить только в специальном оборудовании – с питанием и обеспечением кислородом. Вполне вероятно, что на платформах как раз живой мозг – раньше было модно вставлять в корабли и другие сложные системы именно такие мозги, заимствуя их у преступников или рабов, на свою беду оказавшихся не в том месте и не в то время.

– Я бы хотел осмотреть рубку управления! – Глава взглянул на Ника, и Шарик тут же откликнулся:

– Скажи ему, пусть идет за тобой. А ты шагай по красной дорожке. Остальные остаются здесь и ждут.

Ник передал слова Шарика, Глава едва заметно поморщился, но кивнул и зашагал вслед за пилотом.

Коридор пошел вверх, и через пять минут Ник и его сопровождающий попали в абсолютно круглый зал диаметром примерно в сто метров. Пустой, если не считать стоящего посреди него кресла. Обычного противоперегрузочного кресла, ничем не отличающегося от тех, что устанавливаются в стальных кораблях.

Вообще-то противоперегрузочное кресло на корабле, в котором сила тяжести поддерживается антигравитационными генераторами, смотрится архаично, но… в полете всякое бывает! А если антигравы выйдут из строя? Или придется отключить их для помещений звездолета, используя все мощности для планетарных двигателей? А такое бывало, и не раз – накопители при издыхании, и остатки энергии направляются в двигатели, чтобы совершить мягкую посадку.

Тогда противоперегрузочное кресло – это спасение. Ёмкость, в которой плавает капсула, удерживающая пилота в подвешенном состоянии. Шарик, видимо, взял описание конструкции этих кресел из Всемирной сети и сделал механизм по образу и подобию.

– Да, ты угадал, мой прозорливый брат! – хихикнул Шарик. – Ты отличаешься великим умом! Так сразу понять – не каждый сможет!

– Прекрати! – ухмыльнулся Ник, и Глава недоуменно на него покосился. Чего, мол, улыбаешься? Но Ник ничего не сказал. Он подошел к креслу и неловко улегся в подавшееся под его тяжестью устройство. Обшивка сиденья – она же плоть Шарика – мягко охватила Ника с боков, как вторая кожа, а сверху его прикрыл прозрачный колпак, отрезавший от всего мира.

– Как тебе? Удобно? – заботливо поинтересовался Шарик, но Ник лишь счастливо вздохнул:

– Ты – мечта! Я не верю, что ты есть! Такого не может быть!

И тут же вздрогнул от электрического импульса, кольнувшего его в пятую точку. В голове раздалось хихиканье Шарика, и ехидный ментальный голос поинтересовался:

– А теперь веришь?

– Теперь – верю! Лепеха-переросток! Вот вылезу и тебя в стену попинаю! Хулиган!

– Да пинай сколько влезет! – Волна веселья вновь прокатилась в голове Ника. – Мои стены попрочнее стали! Не веришь? Поверь, поверь… Я такие штуки умею делать – стальные корабли просто мусор рядом со мной! Но да ладно. Прокатимся?

– Куда? – опешил Ник – Ты чего?! Стоит нам подняться, и нас тут же засекут! Ты ведь вон… туша какая! Такие объекты заметят откуда угодно!

– А зачем нам подниматься? Мы можем пока и под водой полетать!

– Под водой? – Ник был не уверен. Ему ужасно хотелось попробовать управлять кораблем, но одновременно он боялся – километровая громадина! Разве он справится?

– Ну что ты боишься? – Волна веселья. – У меня ведь антигравы! Я могу мгновенно останавливаться и мгновенно трогаться с места! А если ты попытаешься куда-то врезаться, я тебя подстрахую. Не дам совершиться самоубийству! Так что давай, решайся! Когда-то ведь надо начинать?!

– Когда-то надо, – вздохнул Ник. – Давай! Пробуем!

– Ну тогда смотри через меня! И представляй, что ты намерен сделать!

Ник секунды три собирался с духом, а потом… ррраз! И подключился к Шарику.

И тут же мир вспыхнул! Разлился огнями! Стал ярким, красивым, как в радостном детском сне!

Вода исчезла – казалось, что огромный диск корабля висит в воздухе над гигантской воронкой. Здесь было метров восемьсот глубины, не меньше – как раз для причаливания подобного корабля. Настоящая колыбель шаргионов!

Ник представил, что двигается – вниз и вперед. И тут же поплыл, полетел над светящейся поверхностью, в которой с трудом можно было узнать морское дно. Он едва сдержался, чтобы не закричать от восторга, от счастья, которое его захлестнуло, и опомнился только минут через пять, услышав голос Главы:

– Ну что? Все нормально? А когда будем пробовать корабль? Может, он еще и не летает?

– Шарик, можешь вывести изображение на стены рубки? И включить наружные прожекторы, если они у тебя есть.

– Я сам – прожектор! – рассмеялся корабль, и тут же стены рубки исчезли. Исчез и пол. Изображение было везде – вверху – поверхность океана. Внизу – дно. Справа и слева выступающие из дна скалы и ровная поверхность, затянутая серым илом. Ничего интересного, но… корабль на самом деле был огромным прожектором, светившимся вниз и в стороны, как мощнейший прожектор тяжелого крейсера или линкора. Его броня служила не только для защиты экипажа и механизмов, она была и датчиком изображения, звука, она была и прожектором, она была и поглотителем рассеянной в пространстве энергии. Создатели корабля воистину были гениальны.

К чести Главы, он не упал в обморок, не вздрогнул и не преклонил колени. Он только побледнел и широко раскрыл глаза, когда обнаружил, что вместе с Ником, заключенным в кресло пилота, несется сквозь толщу воды, рассекая ее так же легко, как если бы корабль прорывался сквозь глубокий космос. Уже через минуту он совершенно успокоился и с интересом смотрел на простирающиеся внизу и по сторонам виды ночного океана.

Странное было зрелище. Бескрайние равнины, освещенные ярким прожектором, напоминали сушу, но только мертвую, покрытую серым вулканическим пеплом. Когда корабль спустился километров на десять, что он смог сделать практически сразу, в километре от материка, вода стала совершенно прозрачной (хотя и раньше была прозрачна, но Шарик ее слегка взбаламутил), и поэтому создавалось ощущение того, что корабль несется над материком. Когда подсознательно ожидаешь, что сейчас появится какой-нибудь город или вообще что-то, созданное руками (или щупальцами!) разумных существ.

Но ничего подобного не было. Совсем ничего. Унылые равнины с такими же унылыми горными грядами. Ничего живого. И ничего живого, что стало мертвым. Только камень, только ил и толстенная прозрачная крыша над головой, придававшая воде зеленоватый оттенок.

– Хватит! – Глава с трудом оторвал взгляд от завораживающей картины и обернулся к Нику: – Надеюсь, что он так же легко полетит и в космосе.

– Хватит так хватит… – не сразу откликнулся Ник, слившийся с кораблем до полной потери ощущения собственного тела. Он впервые полностью был Шариком, и наслаждение от соединения с кораблем было таким сильным, что это можно было бы сравнить с оргазмом, если бы только сравнивать не было так глупо. Разве какой-то там инстинктивный процесс, откликающийся в центре удовольствия мозга, сравнится с ЭТИМ?! Слияние с кораблем, увеличение возможностей тела – это все равно как безногому вдруг обрести могучие ноги, способные нести его туда, куда он захочет!

Это как подбитой птице обрести здоровые, сильные крылья, уносящие ее в небо!

Понять Ника смог бы только пилот звездолета, управляющий кораблем через шлем мыслесвязи.

И то – не до конца бы его понял. Потому что такого единения пилота и звездолета можно добиться только в живом корабле, когда две души, две половинки целого сливаются воедино, чтобы стать ЗВЕЗДОЛЁТОМ!

Ник попросил Шарика вернуться туда, откуда они прибыли, мысленно приказал креслу открыться и через несколько секунд спрыгнул на пол. Глава так и стоял, глядя под ноги на расстилающуюся картину, а когда Ник оказался рядом, бесцветным голосом произнес:

– Надо предупреждать. Больше так не делай. Человек с некрепкими нервами может сойти с ума.

– Извини, это корабль развлекается, – сказал Ник и тут же ругнул себя за то, что сболтнул лишнего. Зачем Главе Совета знать, что корабль имеет собственную волю? Что он разумен не меньше, а возможно, даже и больше, чем человек? Пусть думает, что это просто такой корабль, управлять которым может только один-единственный пилот. И что без него корабль – просто гора странной полуживой плоти. Так как-то спокойнее!

Глава вроде бы не обратил внимания на слова Ника и зашагал туда, откуда они с ним недавно пришли. Шарик тут же отключил изображение, и пол снова стал желтовато-белым, похожим на выбеленную ветрами кость. Или на пожелтевший пластик.

Спутники Главы были там, где их оставили. Одни из них лежали, другие стояли, а в воздухе витал омерзительный запах.

– Ты им включил изображение?! – сердито передал Ник, и Шарик тут же откликнулся:

– Ну да? А что такого?! Посмотрели наружу…

– Шарик, когда ты повзрослеешь, а? Они ведь обделались! Ты понимаешь, что эти люди никогда не поднимались в воздух выше метра над землей?! И тем более не видели глубин океана?! Зачем ты это сделал?! Только не говори, что случайно!

– И не говорю! – хихикнул корабль. – Весело же! Обгадились!

– Тьфу! Вот теперь сам убирай за ними.

– Уберу, чего ты переживаешь? Делов-то! Хе-хе-хе…

Глава снова неодобрительно посмотрел на Ника, ничего не сказал и только жестом приказал всем вокруг грузиться на глайдеры и платформы. А еще через пять минут «благоухающая нечистотами» процессия двинулась на выход.

Дома они оказались минут через сорок, когда светило еще не собиралось выходить из-за горизонта. Быстренько умывшись, Ник забрался в постель, выгнав оттуда одну из девчонок, которая сегодня должна была спать с ним, – они менялись через день. А между «дежурством» напрыгивали на Ника сразу обе. Но сегодня было не до них, Ник хотел отдохнуть. Завтра вечером все свершится. И он не мог думать больше ни о чем, даже о сексе. Потому что слаще полета на своем корабле нет ничего на свете. Это Ник знал уже точно. Наверняка.

– Я уверена – ты совершаешь ошибку. – Голос женщины был ровным, спокойным и холодным, как лед. – Я чувствую это!

– Мало ли что ты чувствуешь! – Мужчина тоже был холоден, но в душе его закипала злость. – Мне лучше знать! Этот случай упускать нельзя! Больше никогда такой шанс не представится!

– Повторяюсь – брось эту затею! Разве я когда-нибудь ошибалась? Не забывай – я твой советник уже много, очень много лет. И мои советы всегда шли тебе на пользу. И сейчас я точно чувствую – это ошибка! Так делать нельзя!

– А я тебе говорю: отстань и больше со мной об этом не заговаривай!

Теперь мужчина был зол, так зол, что у него подергивалась щека. Что эта женщина о себе возомнила?! Он ее из грязи поднял! Шлюхой была в Клубе! Ее драли все, кто хотел! Кто имел на счету жалких двести кредитов! А теперь она лучше него знает, что делать?! Дура! Настоящая дура! Не понимает, что упустить такой случай нельзя! Ну как это можно не понимать?!

– Все. Хватит. Завтра ты сидишь дома и прикрываешь меня отсюда, из Внешки. Тебе придаются отряды Шекра и Арага. Полное вооружение. Пусть готовятся к штурму Периметра. До тех пор, пока не будут уничтожены бластеры на башнях, никуда не соваться. В первую очередь уничтожаете патрули. Иначе они ударят в спину. Все ясно?

– Ясно. – Женщина встала, пошла в дом, всем своим видом показывая, насколько она недовольна.

Глава досадливо поморщился: ну надо же, сумела внести в его мысли раздор! Теперь и ему кажется, что план не такой уж основательный! Что так делать нельзя! Что все выльется в огромные неприятности! Но, помотав головой, отогнал предательские мысли. Все так, как должно быть, и никак иначе. Все продумано! И назад дороги нет! Только вперед, к светлому, очень светлому будущему!

Глава встал и тоже пошел в дом. После размолвки с женой – первой за последние тридцать лет – его ничего не радовало. Даже во рту какой-то неприятный привкус. Может, это воспоминания о бравых вояках, с которыми он летал на корабле? Вернее, не летал, а опускался на дно морское. Герои, твою мать! Было желание вообще их пристрелить, но одумался, решил пустить в штурмовом отряде, подставить под бластеры охраны платформ. Пусть хоть сдохнут с пользой! Засранцы!

С такими «человеколюбивыми» мыслями Глава дошел до своей комнаты и бросился на кровать. Он устал. Что ни говори, а ему уже десятый десяток! По нынешним временам, не такой уж великий возраст, можно сказать, зрелость. Но все-таки не двадцать лет, как этому… Нику. Или сколько там ему? И двадцати нет?

Глава вздохнул. Если кому-то он в своей жизни завидовал больше, чем сейчас Нику, он этого уже не помнил. Глава все бы отдал, чтобы оказаться на месте пилота живого корабля. Все на свете бы отдал! Кроме власти.


Глава 6 | Мусорщик. Мечта | Глава 8