home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 36

Наша система подготовки войск уже позволяла быстро переучивать новобранцев под нашу тактику. Система заключалась в том, что в первый месяц солдат учил только то, что от него требовалось непосредственно на поле боя. Требуется например от наводчика миномета быстро и точно менять настройки прицела — он и занимается только этим по командам командира целыми днями, так что уже на третью неделю может это делать с закрытыми глазами. Или — от заряжающего требуется поместить мину в жерло миномета — только это он и тренирует по восемь-десять часов в день. Конечно, от технических войск требуется еще и умение работы с техникой — прежде всего быстро занять огневую позицию, быстро отстреляться и еще быстрее с нее свалить — мы постоянно учили всех, что противник знает о вас после первого же выстрела. Поэтому те же минометные расчеты много тренировались в приведении миномета в боевое и походное положение. Зато такая интенсивная учеба уже через месяц давала воинов, отлично заточенных под выполнение своих основных задач. А пострелять из винтовок минометчики могут и потом. Или та же пехота. В окопах от нее требуется быстро перемещаться по узким ходам, метко стрелять из амбразур, а в атаке — быстро перемещаться перекатами от укрытия к укрытию, следить за обстановкой перед собой и по бокам и быстро давить огнем оживающие точки противника. Поэтому их и учили уметь выбирать укрытия, резким стартам и падениям на землю, владением балансом тела, ну и меньше — стрельбе и метанию гранат. И это все — в бронежилетах, которые становились штатным снаряжением практически для всей пехоты — на остальных пока не хватало. Они ходили в брониках и днем и ночью, чтобы срослись с ними, стали ощущать их своей второй кожей. Они и сами в шутку стали называть себя пикейными бронежилетами, просить поплакаться другу в его бронежилет и так далее — мы не препятствовали такому народному творчеству и даже наоборот — дали задание подразделениям пропаганды постоянно придумывать шутки, поговорки, анекдоты, слоганы и речевки, в которых была бы показана доблесть, смелость, бесшабашность наших войск и уверенность в победе над врагом — многим это стало помогать в бою и учебе, когда приходилось особенно трудно. В голове всплывала какая-нибудь вбитая постоянным повторением шутка или речевка — и сразу становилось легче. Хорошая замена молитвам — в них спасения ждут от внешних сил, а тут — спокойствие и спасение приходит изнутри самого человека, его товарищей, и он начинает больше верить в себя. Хотя — одно другому не мешает и мы не препятствовали отправлению культовых православных обрядов, хотя к другим относились не очень хорошо — не наше это.

Танкисты тренировались танковому бою. Цель тренировок — увидеть борт противника и не подставить свой. Основной инструмент — рация. Основная цель — координация перемещений в группе танков. Тренировки шли в основном на макетах местности — насыпали из песка разные местности на основе карты и затем командиры отдавали команды, а механики двигали танки с учетом скорости поворота, движения. На местности делали пробные заезды — там усложнялось тем, что не было вида сверху — в основном была тренировка командиров по поиску противника и составлению плана совместных перемещений группы танков, и наводчиков — по наведению на цель. Заряжающие тренировались правильно получать команды и выбирать тип снаряда. Снаряды были учебными — по весу совпадали с боевыми но были сделаны так, чтобы можно было вытащить из орудия — не врезались в нарезы ствола и в дне была утоплена рукоятка.

Летчики тренировались тактике также, только показывали свои самолеты ладонями. А тренировочные воздушные бои также составляли десятую часть всех тренировок. Тренировали прежде всего вертикальный маневр и подставление противника под удар напарников. И понемногу летчики отходили от своей тактики горизонтального маневра, разрабатывали новые схемы — ту же косичку, когда два самолета в противофазе двигались вверх-вниз — соответственно верхний подлавливал противника, когда тот атаковал нижнего. А сбоку вторая пара их страховала или добивала фрица, если он смог выйти из-под атаки. Учились предугадывать — куда может повернуть противник в каждый момент времени.

Обслуживание в воинских частях максимально возложили на женщин — уборка помещений и территории, стирка, готовка — чтобы военным максимально освободить время для практических тренировок и теоретических занятий и для отдыха.


И пилотам уже было на чем летать — в декабре мы вышли на уровень производства в пять истребителей в день. Эти значительно мутировавшие И-16 с новыми материалами значительно убавили в весе, и мы потратили часть этого выигрыша на дополнительное бронирование. Защитили двигатель обтекаемыми каплевидными телами — воздух обтекал их и набегал на пластины радиатора цилиндров. Скорость упала километров на десять, но с учетом ее поднятия на сотню только за счет более мощного мотора выигрыш был очень велик — летчики абсолютно перестали бояться идти в лобовую на немецкие истребители и пулеметы бомбардировщиков. Нарастили и бронеспинку — добавили три миллиметра стали. Баки также частично защитили трехмиллиметровым листом, он же, с наваренными ребрами, добавлял жесткости крылу, которое уменьшилось в размерах и испытывало увеличенные нагрузки от нового мотора, брони и оружия.

На самолет мы начали ставить 23-мм зенитные автоматические пушки — у оружейников наконец стали получаться зенитные стволы, хотя пока и недлинные, в один метр — более длинные имели сильный уход при сверлении, который пока не могли выправить, у метровых же уход ствола был в пределах полусантиметра, а разностенность не превышала двух миллиметров — для начала очень прилично. Но для самолета этого хватит, да и для наземных зениток будет нормально. С пушкой спаривали пристрелочный 7,62 с трассирующими пулями, сделанными под баллистику основного оружия на расстояниях до полукилометра, далее траектории начинали сильно расходиться — так мы экономили пока еще дефицитные 23-мм снаряды.


Помимо истребителей, росло производство и на базе планера У-2. Естественно, дорвавшиеся до новых технологий авиаторы, значительно его перекроили. Часть машин становилась уже, поджарее, обрастала броней, навешивала на себя пушки и становилась штурмовиками. И такие аппараты начинали играть значительную роль не только в обстреле колонн и позиций, но прежде всего — в контрбатарейной борьбе. Обстрел артиллерией — самое неприятное, что только могло случиться на поле боя — стволов и грамотных артиллеристов у немцев было много, поэтому они могли нанести нам существенный урон. Да и бойцы начинали нервничать, когда по ним начинало сыпать крупнокалиберными снарядами. Как говорится, пуля — дура, штык — молодец, снаряд — летающий… эээ… конец в общем. Поэтому мы уделяли ее уничтожению первейшее внимание — солдатам и без того хватало волнений на поле боя. Другая же часть экс-У-2, наоборот — полнела, увеличивала крылья и становилась транспортниками наподобие Ан-2, которыми было удобно забрасывать грузы диверсионным группам или мобильным батальонам.


Мобильные батальоны выработали свою оптимальную для нас и нашей тактики налетов структуру и численность — 20 танков, 20 ЗСУ, порядка 50ти машин и наливняков, 10 минометов 80-82мм, 150 стрелков-штурмовиков и 10 мотоциклов разведки — всего около 500 человек, все — на колесах. Этими группами мы могли громить колонны на марше, захватывать склады, населенные пункты. Вокруг них роились РДГ, которые выполняли функции разведки и бокового охранения. Информацию для мобильных батальонов поставляли РДГ, самолеты-разведчики, служба внешней разведки со своей агентурой. Всего в конце декабря действовало 8 таких батальонов полного комплекта и еще 30 были в процессе формирования. Похоже, мы нащупали идеальную на тот момент организацию боевой работы, когда размер боевых групп, сосредоточенных под одним командиром, еще позволял ему не выпускать ситуацию из-под контроля, а набор вооружения делал такую группу мощным инструментом по уничтожению фашистов. Более крупные формирования мы пока решили не создавать — и так уперлись в проблемы роста — не хватало опытных командиров, которые не теряются в сложной обстановке при управлении большими массами людей и техники. Поэтому, несмотря на то, что народа-то хватало, остальные так и оставались в ротно-тактических группах и ДРГ — пусть пока учатся на таких небольших подразделениях.

Этими-то группами мы и продолжали не только бить немцев, но и втягивать на свою территорию все трофеи и припасы, до которых только могли дотянуться. Но вот к Минску старались не соваться, чтобы не спугнуть фрица раньше времени.


Глава 35 | Начало | Глава 37