home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Майнц. С гравюры 1493 г.

Правильной оценке пропагандистской мощи типографского станка помогла и угроза извне. В Европе еще жива была память о нашествии гуннов. Знали здесь и о монголо-татарском иге, которое в течение многих столетий давило на Русь. Страх перед «опасностью с Востока» пробудился с новой силой, после того как в 1453 г. турки заняли Константинополь. Новое искусство — книгопечатание — сразу же было поставлено на службу антитурецкой пропаганде. Среди первых произведений типографского станка — антитурецкие буллы римских пап, листовки, индульгенции, средства от продажи которых шли на организацию военного отпора туркам.

Книгопечатание — детище городской культуры. Город, с которым связаны его первые уверенные шаги, лежал на левом берегу Рейна, напротив места, где в него впадает Майн. По реке он и был назван Майнцем. Люди здесь начали селиться еще в эпоху неолита. В V в. до н. э. неподалеку от устья Майнца было кельтское поселение, три столетия спустя — стан древних германцев. В начале нашей эры римляне основали здесь вооруженный лагерь, ставший административным центром провинции Германия. С 746 г. Майнц — резиденция архиепископов.

Жизнь города во многом определялась судоходством по Рейну — «главной улице» германских земель, которая вела из Швейцарии в Нидерланды. В 1257 г. Арнольд дем Вальподеи провозгласил в Майнце Союз прирейнских городов, ставший бастионом борьбы против феодальных междоусобиц.

«Городской воздух делает свободным», — гласит немецкая поговорка. Крепостной крестьянин, бежавший в город и сумевший прожить здесь один год и еще один день, становился вольным человеком. Городское ремесло не испытывало недостатка в рабочей силе. Это важное обстоятельство способствовало развитию книгопечатания.

В 1244 г. Майнц получил самоуправление, стал «свободным» городом. Утерял он свободу в 1462 г. при драматических обстоятельствах, во многом изменивших жизнь Иоганна Гутенберга.

В XV в. Майнц не был большим поселением; здесь насчитывалось не более 6 тыс. жителей. Жизнь каждого была на виду у всех. Почти все горожане хорошо знали друг друга. Самым крупным германским городом в ту пору считался Кёльн, население которого превысило 35 тыс. человек. В Любеке, Магдебурге, Нюрнберге и Ульме насчитывалось до 20 тыс. жителей. Городов же с населением от 2 до 10 тыс. было не менее 200.

Население Майнца и других немецких городов в ту пору не было однородным. Между различными социальными группами шла жестокая борьба. Большую часть жителей составляли ремесленники, трудом которых из десятилетия в десятилетие и из столетия в столетие ковались слава и мощь немецкого города. Еще в XI в. ремесленники начали объединяться в цехи, позволявшие им отстаивать свои интересы и совместно решать актуальные проблемы. «Необходимость объединиться против объединенного разбойничьего дворянства, — писали К. Маркс и Ф. Энгельс, — потребность в общих рыночных помещениях в период, когда промышленник был одновременно и купцом, рост конкуренции со стороны беглых крепостных, которые стекались в расцветавшие города, феодальная структура всей страны — все это породило цехи…» [71] Цехи сыграли определяющую роль в борьбе за освобождение городов от так называемой сеньериальной — княжеской или епископской власти и достижении ими относительной самостоятельности.

Городское население расслаивалось, и из него выделился привилегированный слой, который первоначально называли «лучшими бюргерами», а затем патрициатом [72]. Капитал, сколоченный патрицианскими родами на протяжении нескольких поколений, дал им возможность перейти к крупным торговым операциям. Не брезговали они и ростовщичеством, хотя это категорически запрещалось, давали деньги в рост. Первоначальная связь с производством была постепенно утеряна. Патриции захватили власть во многих городах и стали использовать ее в интересах своей прослойки.

В соответствии с декретом архиепископа Зигфрида III, предоставившего в 1244 г. Майнцу самоуправление, горожане избирали магистрат из 24 человек. Входили в него первоначально одни патриции. Архиепископ сохранил за собой право назначать городской суд, чеканить монету, получать определенный налог с имущества горожан. Рыцари, жившие в городе, и евреи не подчинялись магистрату; они подлежали юрисдикции архиепископа.

Патрициям были предоставлены определенные преимущества — так называемые «три права»: право на службу, позволявшее им получать имения и должности от императора, архиепископа и других сюзеренов; исключительное право на торговлю сукном и шерстью; право на размен монеты и поставку серебра для ее чеканки. Патриции были свободны и от цеховых установлений.

Рост самосознания ремесленников породил цеховые восстания, направленные против патрициата. В XIV–XV вв. такие восстания прокатились по всем германским государствам. Во многих городах цехи одержали победу и пришли к власти. В 1368 г. такой переворот произошел в Аугсбурге, в 1396 г. — в Кёльне. Брожение цехов сотрясало и Майнц. Здесь цехам удалось добиться успеха в 1332 г. Произошло это при таких обстоятельствах. Горожане враждовали с расположенными неподалеку монастырями. Во время вылазки за городские стены они разграбили и разрушили одну обитель. Монахи обратились с жалобой к императору; тот наложил на Майнц большой штраф и обязал горожан восстановить монастырь. Когда магистрат попросил цехи впести долю в расходы, ремесленники поставили условием свое участие в управлении. Патриции на первых порах категорически возражали, 129 из них покинули юрод. Эта была своеобразная форма давления. Выступая против господства патрициев, цехи, однако, были заинтересованы в развитии торговли, которая находилась в руках богатейших бюргеров. Налоги, уплачиваемые патрициями, служили щедрым источником пополнения городской кассы.

В 1332 г. патриции уступили. В Майнце были созданы как бы два магистрата, пользовавшиеся равными правами. В одном из них заседали 29 патрициев, в другом — 29 представителей цехов. Так продолжалось до 1411 г., когда перемирие между цехами и зажиточными бюргерами было нарушено. События эти, как мы узнаем позже, существенно повлияли на судьбу Иоганна Гутенберга.

В городах Германии, да и других стран Европы, складывается культурная жизнь, оппозиционная церковно-феодальной и рыцарской культуре. Ее центрами становятся университеты. Старейшие из них — Болонский и Парижский — существовали уже в XII в. В 1347 г. Карл IV основал университет в Праге — первый в пределах Священной Римской империи германской нации. Во времена Гутенберга здесь учились 15 тыс. студентов, к концу столетия их число достигло 30 тыс. Высшие школы появляются в 1386 г. в Гейдельберге, в 1388 г. в Кёльне, в 1392 г. в Эрфурте. Эрфуртский университет стал альма матер для многих типографов XV в. Недавно была выдвинута гипотеза о том, что здесь учился и Иоганн Гутенберг. В годы жизни великого изобретателя были основаны университеты в Вюрцбурге (1402 г.), Лейпциге (1409 г.), Ростоке (1419 г.), Лёвене (1426 г.), Фрайбурге (1457 г.), Грейфсвальде (1459 г.). Университет в Майнце появился уже после смерти Гутенберга — в 1476 г. Любопытно, что расположен он был в зданиях, в которых, как утверждали, родился и умер изобретатель книгопечатания.

Кроме высшей школы в ту пору существовали и начальные, работавшие при монастырях и церковных общинах. Основывали их и городские магистраты. В школах учили читать, писать, считать, петь. Школяры осваивали здесь основы латыни — общепризнанного языка науки, на котором велось преподавание в университетах.

Много сделало для распространения просвещения Братство общей жизни, основанное проповедником Геерхардом де Грооте в 1383 г. в Девентере (Нидерланды). Отделения Братства вскоре возникли во многих городах Германии. «Братья» одинаково одевались, вели общее хозяйство, переписывали книги. В их общинах существовали и школы.

Для школ и университетов нужны были книги, учебные пособия. Тогда еще никто не задумывался об их «стабильности». Но какое-то единообразие все же требовалось. Дать его могло только механическое репродуцирование текстов. Спрос на учебную литературу увеличивался с каждым годом, и рукописные мастерские не могли удовлетворить его. Этот спрос и стал одной из побудительных причин возникновения книгопечатания. Иогаин Гутенберг, да и многие другие типографы, начинали свою деятельность изданием учебных пособий по классической латинской грамматике — Донатов.

Книгопечатание во многих отношениях было детищем того явления культурной и общественной жизни, которое известно под названием Ренессанса, или Возрождения. Возникнув в Италии на рубеже XIII и XIV вв., оно вскоре распространилось и на другие страны Европы. В противовес феодальному аскетизму деятели эпохи Возрождения заявляли о своем интересе к человеку, провозглашали веру в его безграничное могущество. Их и называли гуманистами — от латинского слова «humanus», что значит «человеческий».

Иоганн Гутенберг, человек, создавший книгопечатание, конечно же, не был полуграмотным ремесленником. Веяния эпохи были известны, близки и понятны ему. Он, как и мы сегодня, восхищался лирикой Франческо Петрарки (1304–1374), с благоговением воспринимал эпическую мощь «Божественной комедии» Данте Алигьери (1265–1321), следил за хитросплетениями сюжетов новелл Джованни Боккаччо (1313–1375). Немецкая литература его времени еще мало могла предложить гуманистическому складу ума. Изящная поэзия миннезингеров, и прежде всего Вальтера фон дер Фогельвейде (ок. 1170–1230), при всей своей привлекательности для немца и патриота своей отчизны все же была делом прошлого. Рифмованные хроники, шванки, фастнахшпили, «народные» романы типа «Прекрасной Me Лузины» были рассчитаны на непритязательного читателя, а нам хочется верить, что Гутенберг таким не был.

Иначе обстояло дело в изобразительном искусстве и особенно в архитектуре. Величественные, устремленные к небу соборы, строгие ратуши, подавлявшие своей грандиозностью замки воздвигались по всей Германии. Более 12 лет Гутенберг, прожил в Страсбурге. Изо дня в день он мог наблюдать, как поднималась башня собора. Это знаменитое сооружение, казалось, строилось и перестраивалось целую вечность. Для завершения строительства в 1399 г. призвали архитектора Ульриха фон Энзипгена, который незадолго перед тем возвел собор в Ульме. Знаменитый мастер решил увенчать Страсбургский собор высокой восьмиугольной башней. В 1419 г. ои умер; заканчивал работу Иоганн Гюльтц из Кёльна. В 1439 г. башня наконец-то освободилась от лесов, взметнувшись вверх на 142 м. Вплоть до XIX в. Страсбургский собор был самым высоким церковным зданием Европы.

Круг творческой интеллигенции в Страсбурге тех лет был достаточно узким. Поэтому вряд ли будет ошибкой сказать, что Иоганн Гутенберг был знаком с Иоганном Гюльтцем и, конечно же, присутствовал на празднествах, посвященных завершению строительства собора.

С первых же шагов гуманизм был неразрывно связан с книгой. Новые веяния проникают во дворцы сильных мира сего. Полновластный правитель Флоренции Козимо Медичи (1389–1464) приобрел около 800 рукописей, собранных гуманистом Никколо деи Никколи (1364–1437), и в 1441 г. основал при доминиканском монастыре св. Марка крупную публичную библиотеку, в которую вошли и другие собрания (среди них книги Д. Боккаччо). Над упорядочением этой библиотеки по просьбе Медичи работал гуманист Томмазо Парентучелли (1397–1445). Его собственное собрание книг, включающее 1200 томов, легло в основу другой знаменитой библиотеки — Ватиканской. Когда она была открыта, Томмазо знали уже под другим именем — папы Николая V. Так было на южных границах Священной Римской империи германской нации, а на восточных — колоссальную по тем временам библиотеку создал Матьяш Хуиьяди (1443–1490) — король Венгрии Матвей Корвин [73].

Книжные собрания были и в Германии. Среди библиофилов гутенберговской эпохи назовем сына мозельского рыбака Николая Кребса (1401–1464), которого по его родному селению именовали Кузанским. Первичное образование он получил в Девентере, в школе Братства общей жизни, в которую 70 лет спустя пришел Эразм Роттердамский. Затем Николай Кузанский учился в Гейдельбергском и Падуанском университетах, а в 1424 г., получив степень доктора канонического права, вернулся на родину. По некоторым сведениям, юридическая карьера его начиналась в Майнце. Тогда-то он, как считает новейший историк и художник Альберт Капр, и познакомился с Иоганном Гутенбергом [74]. В дальнейшем в качестве папского легата, а с 1448 г. и кардинала Николай Кузанский неоднократно посещал Майнц. Его пребывание в этом рейнском городе зарегистрировано в период с 11 ноября 1444 г. по 6 января 1445 г., с 5 июня по 4 сентября 1446 г. и с 14 ноября по 10 декабря 1451 г. Как раз в эту пору в Майнце активно работала типография Иоганна Гутенберга. Ставший в последние годы жизни ближайшим советником папы Пия II, Николай Кузанский активно способствовал началу книгопечатания в Италии.

В библиотеке Николая Кузанского были труды по всем отраслям знания. Будучи по образованию юристом, а по «профессии» теологом, он интересовался математикой, медициной, географией, астрономией. Обаяние его личности не угасло и 100 лет спустя. «Кто в те времена мог сравниться с Альбертом Великим? — спрашивал Джордано Бруно (1548–1600). — Кто был равен Кузанцу — тем менее доступному, чем более великому? Если бы священническое одеяние не скрывало иногда его гения, я признал бы, что он не только равен Пифагору, но выше его…» [75]

В XV в. книга входила в быт, становилась обыденной и привычной, доступной более широким кругам обеспеченного населения. Больше того, она перестала считаться дорогостоящей редкостью. Небольшие частные библиотеки появились в домах профессоров, ученых, писателей. Увеличение спроса на книгу повысило требования к ее качеству. Едва ли не на первое место выдвигается проблема унификации и идентификации текстов. Переписка книг от руки была первоосновой и первопричиной искажения текстов, их субъективного толкования. Бороться с этим могло только книгопечатание. Текст, размноженный в сотнях и тысячах совершенно идентичных экземпляров, становился нормой.

Иоганн Гутенберг


Жизнь и деятельность | Иоганн Гутенберг | Николай Кузанский. С портрета XV в.