home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 18

За всю историю Нибелграна был только один случай, когда дракона изгнали из страны — это когда дракон полюбил человеческую женщину и объявил ее своей парой. Как и где он умудрился найти ее — никто не знал, просто однажды вернулся в дом не один.

Человечка никак не могла стать истинной, поскольку не имела второй ипостаси, но влюбленного это не остановило. Он привез женщину в свой дом, поселил в смежных покоях, назвал ньярой и велел обращаться к ней «сьерра». Драконы возмутились — ладно, взял человечку в постельные игрушки. Ладно, поселил в смежные покои, а не на женскую половину. Даже ньяру можно было с натяжкой простить, но сьерра? Это уже ни в какие ворота! Так обращаться можно только к чистокровным драконам!

Спешно созванный Совет единодушно осудил поступок и, поскольку дракон наотрез отказался переселить человечку в гарем и относиться к ней, как к наложнице, а не сьерре, то вынес решение об изгнании.

И вот спустя триста лет снова изгнание — два дракона, но не за любовь к человеческим женщинам, а совсем наоборот — потому что отказались видеть в своих беременных наложницах что-то большее, чем просто сосуды для семени.

Всего триста лет и как изменилось отношение к человеческим женщинам! Дракон любит и ценит только своих соплеменников, все остальные — люди, гноумы, эльфилли и перевертыши — стоят намного ниже и годны только в слуги или игрушки. Так было всегда, но почему же теперь сам Наместник велит нежить и ласкать человечек? Ради получения потомства? Да, это серьезная причина, но плохо верится, что всего из-за поцелуев и объятий наложницы смогут вынашивать и рожать. Что-то в этом не то, какой-то подвох и пока они не разберутся, опускаться на уровень людей не станут.

Оба происходили из древнего рода и являлись двоюродными братьями и оба искренне считали, что нежничать и расшаркиваться перед человечками — недостойно. Помирают без этого? Да и скатертью дорога! Люди плодовиты и легко восполняют потери, вот еще, обнимать и целовать! Наместник рехнулся, не иначе, раз издает такие приказы.

Изгнания они не ожидали, и когда это случилось, были ошарашены, кинулись к одному, к другому, но отвернулись все, даже ближайшие родственники.

— Сатрранг, ты же понимаешь, что это не справедливо! — пытался достучаться до бывшего друга Арришгс. — Из-за какой-то наложницы меня изгоняют, лишают всего!

— Это ты не понимаешь, поморщился Сатрранг. — Мы все хотим иметь детей и когда, наконец, спустя столько лет, был найден способ, благодаря которому наложницы не умирают и продолжают вынашивать, никому в голову не пришло отказаться от этого способа. Приезжала Искрящая и именно она велела поступать так, а не иначе. Только ты и Крригхар решили, что возможность иметь ребенка не стоит того, чтобы проводить с беременной женщиной больше времени и обнимать ее. Ты сам ослушался приказа Наместника и повеление Искрящей, что теперь от меня хочешь?

— Вы могли бы заступиться за нас с Гхаром на Совете! Но все, все промолчали и теперь нам приказано убираться из Нибелграна. Куда, скажи на милость, мы пойдем, если наш дом здесь? Жить в одиночестве среди людей?

— Повторяю, вы сами сделали выбор. Ты знал, что приказы Наместника не обсуждаются и если не хотел детей, зачем оплодотворял наложницу? Прости, у меня много дел и мое время вышло.

Арришгс проводил взглядом бывшего друга и повернулся к Крригхару.

— Что ж, мы сделали последнюю попытку, видимо, больше ничего нельзя сделать, придется улетать. Куда вот только?

— В какую-нибудь большую человеческую страну, — проговорил Гхар. — Там легче устроиться. Мы не нищие, проживем. А насчет «больше ничего нельзя сделать» — увидим, куда вывезет. Я не забуду, что нас изгнали, и не прощу. Жизнь длинная, посмотрим.

— Собираешься мстить? — хмуро уточнил Арришгс. — Кому? Всем подряд?

— Ты хочешь, чтобы мы одни страдали?

— Я вообще страдать не собираюсь. Ну, да, изгнали, но ведь не голыми и босыми, а со средствами и среди людей можно жить. Куплю большой дом, заведу слуг и гарем и плевать мне на Нибелгран. Люди слабые и трусливые, нам у них ничего не грозит. На рожон лезть зачем? Сам посуди, все драконы высказались за изгнание, всем отомстить нашей жизни не хватит, так зачем ее на это тратить?

— Я на рожон лезть не стану, но ушки на макушке держать буду и рано или поздно найду слабое место у всех Глав Родов. Ты прав — каждого дракона мы наказать не сможем, но кого смогу достать — я не пощажу.

На следующее утро два больших дракона взмыли в небо и медленно полетели в сторону человеческих земель. Никто не вышел их проводить, никто им не пожелал удачи или доброго пути, но пока изгои летели над Нибелграном, из окон каждого дома их провожали глаза соплеменников.

Неслыханное наказание, незавидная участь, не было бы беды!

Продолжение следует

Поговорить с матерью все же пришлось, но Анри подсказал взять с собой на встречу Рика, и баронесса вела себяпочти безупречно.

— Мама, как ты могла подвергнуть Аннет опасностям и трудностям такого пути? Я не понимаю — ты же мать! — возмущенно накинулась Демиана.

— Твой муж запретил пускать меня в портал, — парировала родительница. — Что мне было делать, если я даже внука увидеть не могу?

— Ты могла написать вестник, и мы бы все устроили.

— Поздно уже, я тут.

— Вижу. И что ты намерена теперь делать? С Рионом повидалась, как тебе внук?

— Очень бойкий, скажу я тебе и собака. Зачем вам во дворце это чудовище? Он же проглотит и не заметит!

— Рик не чудовище, а самый верный друг! И разговор не уводи — что ты собираешься делать?

— Хочу увидеться с Борисом. Ты помнишь, что твой брат вынужден прозябать в должности адъютанта, в то время, как он достоин занять должность при дворе и блистать в обществе?

— Мама, — поморщилась Демиана. — Мы и хотели, но Борис предложил надеть на Вариона ограничивающие браслеты — двухлетнему малышу! И вообще вел себя, будто мы ему всем обязаны.

— Но он твой брат!

— И что? Он мужчина, никто не мешает ему строить карьеру и добиваться повышения упорным и честным трудом.

— Демиана, но ты Искрящая и мать будущего императора, ты могла бы просто приказать, и Борис получил бы любую должность!

— Я не занимаюсь кадровыми назначениями, это не в моей компетенции. И, потом, каждый должен занимать такую должность, где он может принести пользу, а не просто отбывать часы. Я слышала, что со своими обязанностями в Арестане Борис не очень-то справляется и не потому, что не умеет, а потому, что ничего делать не хочет.

— Ты всегда была к нему несправедлива.

— Это все, что ты хотела мне сказать? Если да, то я пойду.

— Стой, погоди, — мать схватила герцогиню за руку. — Не сердись, я не хотела тебя расстраивать. Что ты решила насчет меня?

— А что с тобой?

— Я переживаю за Бориса, и у нас совсем нет денег! Твой отец все до копейки вкладывает в поля и скот, а мне даже ночную рубашку не на что купить, — баронесса промокнула глаза подолом.

Демиана поморщилась.

— Хорошо, я пришлю денег, но взамен хочу оставить при себе Аннет. Она уже большая девочка, ей надо учиться, я сомневаюсь, что ты наймешь ей учителей, а здесь я присмотрю за тем, чтобы она получила достойное образование.

— Но откуда у нас хорошие учителя? — всплеснула руками баронесса. — Кто поедет в наш медвежий угол? Конечно, пусть Ани остается, я не возражаю.

— Тогда договорились. Когда ты собираешься домой?

— Не думала, хотела купить себе новые платья, — родительница выжидательно уставилась на дочь.

Герцогиня встала, вышла в соседнюю комнату и вернулась с мешочком, полным денег.

— Вот, этого, надеюсь, хватит?

— Смотря на что, — баронесса схватила мешочек и заглянула внутрь.

— На хозяйство я перешлю прямо отцу, — ответила Деми. — Когда соберешься домой, просто пришли слугу и Тамиль распорядится, чтобы тебя пустили в портал.

— Постой! А Борис?

— Что еще? Мама, я же объяснила, что не распоряжаюсь назначениями!

— Просто повидаться! Попроси мужа, пусть брата вызовут в столицу, пока я здесь. Не уеду, пока не увижусь с сыном!

— Хорошо, я попрошу Его Светлость. Рик, проводи, пожалуйста, нашу гостью.

— Нет-нет! Я прекрасно помню дорогу и замечательно выйду сама, — баронесса торопливо чмокнула воздух возле щеки дочери и вымелась за дверь.

— Вот так, Рик, — грустно констатировала Деми. — И это моя мама… Ладно, пошли к детям.

Тамиль просьбе не обрадовался, но, посоветовавшись с Анрионом, решил, что одним махом можно будет убить двух зайцев.

— Мы избавим барона Андолини от такого адъютанта, он давно просит отозвать Бориса. И отправим его вместе с баронессой восвояси. Потом заблокируешь им доступ к порталам, и, даст Всесветлая, мы о них еще лет пять не услышим.

На том и порешили.


Глава 17 | Искра на Счастье | * * *