home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 22

Родина. Наши везде выживут

Звонок. Очередное утро. Вскакиваю и к двери. Открывают их теперь до звонка. Но и на меня зуб затаили воспитатели. Вчера дежурил воспитатель девятой группы. Выгнал всех на улицу, на зарядку и намекнул, что это из-за меня теперь все будут по утрам на холоде торчать, вместо того, чтобы понежится еще в постели. Так что, вчера я узнал о себе много нового. Бить пока не стали, но намеки были. Я в ответ предлагал всем желающим заниматься со мной. Обещал научить чему-то. В шутку, никто все равно добровольно не захочет.

Пробежал первый круг, вижу — из-за угла появляется фигура в спортивном костюме. Интересно. Пристроился за мной. Кажется он из девятой группы. На втором круге еще один, на этот раз семиклассник. Притормаживаю.

— Вы за мной не гонитесь, бегите, как сможете. Иначе быстро сдохнете.

Побежал дальше. Круг они еще держались за мной, потом отстали. И что мне с ними делать? Какой из меня учитель? А впрочем…, дольше, чем на пару дней их не хватит. Нагрузить больше и завтра не выйдут. Закончив бег, приступаю к растяжке.

— Как кого зовут?

Семиклассник оказался Димой, а старший Русланом.

— Повторяйте за мной, но не переусердствуйте — связки порвете.

Стараются. Получается плохо, но достаточно, чтобы завтра всё болело.

— На сегодня хватит. Встретимся в душевой.

— Так вода холодная! — В один голос.

— И что? Будете вонючими до вечера ходить? — Аргументов возразить не нашлось.

Забегаю за полотенцем — все еще дрыхнут. Сегодня дежурит Маргарита, она почти на пенсии и директора не боится. На зарядку забила.

— Народ! Вы завтракать сегодня не будете? — Зашевелились.

Сегодня суббота, но день учебный. Выходной один — воскресенье и то не для всех. В город отпускают только тех, у кого нет за неделю ни одного замечания. А таких очень мало. Я тоже получил крестик. Разумеется от Сильвестра. Заявил, что я специально сломал черенок лопаты. А он и был уже треснувший, специально мне подсунул такой. Спорить с ним не стал — бесполезно.

Первый урок физика. Проходим тему, которую я и так знаю — закон Кулона. Что в нём сложного? Просмотрел весь учебник — всё знакомо. Хорошо, что закачаны учебники для всех классов. Только в конце 11 класса нашел раздел о ядерной физике. Интересно разобраться — чем отец занимался.

— Кому что непонятно? — Спрашивает физик в конце урока. Всем всё ясно, даже двоечникам. Тяну руку.

— Ли? — Удивился физик. Мой уровень для него уже не секрет.

— Почему в учебниках нет ничего о холодном ядерном синтезе? Изобрели его или нет, и что это такое?

— Интересный вопрос. Видишь ли, эту тему и в институтах изучают только в виде общей информации. До сих пор все попытки оказывались провальными или малоэффективными. Был один более успешный эксперимент с дейтерированным титаном, но практическая ценность его оказалась нулевой. Вопрос стоит не именно в холодном ядерном синтезе, а в управляемом. Вот ключевое слово! Сами понимаете, управлять термоядерной реакцией при температуре в десять миллионов градусов несколько затруднительно. Наиболее близок к решению этой проблемы был профессор Серебряков. К сожалению, он погиб, а информация о его работе оказалась утеряна.

Меня бросило в жар. К счастью звонок прервал монолог учителя. Подхожу сдавать книгу.

— Если хочешь, я принесу тебе статьи по этой теме — Предлагает физик.

— Хочу. А вы знали профессора Серебрякова?

— К сожалению, лично нет, хотя учились в одном институте. Я окончил на два года раньше. Видел его, он и тогда уже был популярной личностью, но не общались. Я тоже мечтал совершать открытия, но судьба распорядилась иначе. Меньше всего ожидал, что стану школьным учителем. Причем даже не школьным. Учить физике будущих уголовников…. Извини, тебя я не имею в виду.

— Ничего. А как он погиб? — Несмотря на волнение, продолжаю расспрашивать. Не уловил я в его голосе никакой неприязни к предателю, это меня и заинтересовало.

— Видишь ли, история довольно темная и странная. Сначала он работал в Сарове, нашем ядерном центре. Сделал несколько открытий, которые позволили сделать атомные станции практически безопасными. Получил за это Нобелевскую премию. Потом переключился на работу над холодным ядерным синтезом. Говорят — все шло к величайшему открытию. И неожиданно он уезжает в США. Заявил, что в России ему препятствовали в работе, опасаясь последствий открытия. У нас поспешили объявить его предателем, хотя научный мир этого решения не поддержал. Слишком близки были его слова к правде. В США он работал больше года, секретность была полная, но по некоторым признакам до открытия оставались считанные месяцы. Это было заметно по поведению нефтяных магнатов связанных с США и всех кто работал на энерго рынке. США полностью прекратило все работы по разведке новых месторождений, строительство объектов связанных с ними заморозили. Все ограничения по добыче сняли, стоимость барреля упала до небывалой суммы в 9 долларов! А вот закупки радиоактивных элементов выросли в несколько раз. И тут как гром с неба — Серебрякова взорвали в его авто. США обвинило сразу Россию, наши перевели стрелки на арабов. И вдруг затишье! Никаких санкций, высылок дипломатов. Обе страны замолчали, словно ничего не случилось. Цена нефти поползла вверх и быстро вернулась к начальной. Был небольшой шум по поводу пропавшего сына Серебрякова, потом его нашли мертвым. И всё опять затихло. У нас его перестали хаять, даже упоминают в некоторых учебниках. Один журналист проводил расследование, заявлял — у него есть доказательства, что это совместная акция олигархов России и США. Действительно, многие разорились во время падения цен, а некоторые очень хорошо наварились. Но журналист загадочно погиб в аварии, не успев ничего опубликовать.

Звонок. Пора на следующий урок. В голове хаос. Я оказывается погиб! Вот почему меня не было в списках. Местонахождение Дениса Серебрякова известно — в могиле! Если я сейчас объявлюсь — скажут самозванец. И отца, оказывается, не особо считают предателем. Немного начинаю разбираться в реалиях современной России. Большой разрыв между олигархами и обычными людьми, разница в уровне жизни. Патриотизм, как понятие теряет смысл. Кого волнует, что доходы олигархов упадут в результате бегства на запад какого-то ученого? А как изменилась бы жизнь россиян, если он сделал открытие в России? Скорее всего, никак. Кто-то на этом заработал бы, кто-то разорился. Люди привыкли надеяться только на себя. Как я. Печально. Возможно, я чего-то не понимаю, всего лишь малолетний пацан. Мне еще учиться и учиться. Но нужно кому то верить. Отец сказал мне в последний день — доверяй только двоим. Второй названный — дядя Юра. О первом имени лучше не будем. Чену я рассказал далеко не всё. Есть причина, почему я хочу найти крестного. После столько лет, скорее всего это не имеет смысла, но…..

— Лиен! Ты почему не на занятиях? — Завуч. Смотрю по сторонам. Я так задумался, что оказался на втором этаже у кабинета химии. Хотя должен быть на географии.

— Извините. Я задумался.

— С тобой всё в порядке?

— Ирина Борисовна, а вы замужем?

— Ты не перестаешь меня удивлять! Зачем это тебе? Надеюсь, ты не собираешься предложить мне руку и сердце?

— Я бы с удовольствием. Вы привлекательная женщина! — Господи! Что я несу? Меня сейчас к директору потащат! — Но я всего лишь хотел узнать, есть ли у вас дети?

— Ну Лиен, ты… — Завучу не хватило слов — Да, у меня есть дочь. Одиннадцать лет.

— Вы могли бы бросить вашего ребенка, ради мужчины?

— Я нет. Ты имеешь в виду кого-то конкретного? — Ирина Борисовна приблизилась вплотную, мои глаза опять утонули в глубоком вырезе — Ты что-то вспомнил?

— Возможно. Извините, мне на урок нужно — Завуч смотрит мне вслед. Неплохая женщина и явно мне симпатизирует.

В субботу хоз. работ нет, больше свободного времени. Играем с Богданом в шахматы. Меня Чен научил, я довольно неплохо играл. Но с этим чертовым Мойшей! Ни разу не смог у него выиграть! Пацаны посмеиваются, они ожидали такого результата. Заходят двое старшаков.

— Ниндзя! С тобой говорить хотят. Пойдем.

— Куда?

— Тебе пригласительный выписать?

Раздумываю недолго. Лучше решить вопрос, чем избегать его. Поднимаюсь. Тимка встает следом.

— А ты куда? Тебя не приглашали! Живи пока!

— Я его наставник и отвечаю за него!

Ничё себе! Недооценил я парнишку.

— Ну давай, раз готов ответить — Отправляемся на четвертый этаж. Там десятая и одиннадцатая группа. Мог Тимку и оставить, но пусть. Свидетель будет. Тронуть его я не дам, даже в самом худшем случае им не до него будет. Заходим в угловую комнату, как и у нас это хозяйственная. Погладить одежду, пришить пуговицу. За маленьким столиком сидят четверо. Мне их показывали, издали. Так называемые авторитеты. Негласно управляют в интернате, насколько им позволяет это директор. И по слухам, она поддерживает их. На занятия не ходят, на работы тем более. В столовой тоже не появляются. На столике кружки, хлеб, нарезка сыра и колбасы.

— Шима! А второго зачем приволок? — Бизон, второй по значимости авторитет. Фигура борца, внешность азиата.

— Он сам пришел. Говорит — отвечает за Ниндзю!

— Ниндзю? А оно склоняется? Слышь, твоя кликуха склоняется? — Уставился на меня. Глаза мутные, или пьют или курят.

— Меня что, на литературный диспут пригласили?

— А ты что с порога грубишь? — Повернулся лицом второй, Хасан. Хотя на лицо типично русская рожа.

— Я никого не оскорблял. Только поинтересовался целью визита — Говорю спокойно, без выражения.

— А знаешь, можешь идти — У Хасана взгляд наоборот ясный, чистый — Раз Коряга за тебя подписался, он и ответит.

Я и не знал что у Тимки такая кличка.

— За себя сам отвечу, мне стыдится нечего — Эх, не хватает мне знаний сленга.

— Смелый? Мы серьёзно спросим. Да бро? — Повернулся Хасан к Мамеду, чеченцу который считался тут самым крутым перцем. Тот до сих пор молчал. Но изучал меня пристально.

— Ты говорят, с Китая через забор нырнул? — Голос у Мамеда неожиданно высокий и тонкий. Как у девушки.

— Да.

— Зачем? Наследил там?

— И это тоже — Допрашивает как в полиции. Но пока спрашивает о том, что ни от кого не скрываю.

— Кто по жизни? Поручиться за тебя кто может?

— Поручителями здесь пока не обзавелся. Сюда прямо с дурки, до этого в одиночке держали.

— На дурке часто правильные братки бывают. Так кем жить собираешься? А то слух прошел, что ты в дятлы к Наполеону записался — Уставился немигающим взглядом. Думает, что это страшно. Наполеоном директоршу кличут, я думаю, правильно.

— Стучать не обучен. Я по жизни бродяга. А жить мне придется мирно и незаметно. Если отсюда вылечу, то только обратно за забор. А там путь один — за решетку.

— Жалуются на тебя — Вмешался Хасан — Не уважаешь братву. Грубишь, традиции нарушаешь.

— Я грублю? Да я слова плохого никому не сказал — Изумляюсь весьма правдоподобно — А традиции в Китае другие. Я уважаю старших, но приказать мне может только один человек. Лаоши — наставник.

— Ты не в Китае. У нас другие порядки — Помолчали, переглянулись. Хасан поднялся, подошел ближе. Потрогал у меня бицепсы. Угрозы пока не чувствую.

— Что ты умеешь? Рисуешься много, а в деле пока тебя не видели. Карате? Киксбоксинг?

— Скорее бой без правил. Но я не рисуюсь, оцениваю себя как бойца средне.

— Вот мы и посмотрим. В городе проводят бои. На последнем Арти неудачно приземлился, нам некого выставить. Потянешь?

Неожиданно. Вот почему особо не наезжают. Арти, четвертый участник разговора. Невысокий, жилистый, в нем чувствуется сжатая пружина. Видел его в движении, опасный соперник из него. Сейчас сидит, с подвязанной к шее бинтом, рукой.

— Что за бои? Правила, участники? — Сразу так и не пойму что мне делать. Лучше отказаться, но нужно сделать это аргументированно.

— Бои без правил, две возрастные категории — до 16 и после. Бой идет, пока один не сможет встать. Или не сдастся сам. Ставки ставят высокие. Если выиграешь — можешь срубить нормально. Тебя никто не знает и выглядишь хило. Ставить будут против тебя. А мы за тебя. Но если проиграем — будешь отрабатывать. Так что? Готов постоять за честь коллектива или ссышь? Мельницу лопатой и я покрутить могу.

В принципе понятно. На мою победу никто из них не рассчитывает, ставить или вообще не будут или поставят против меня. Потом на счетчик и отрабатывай.

— Я не могу сейчас дать ответ. Мне нужно посмотреть на бои — Потяну пока время, дальше видно будет.

— Завтра посмотришь. После отбоя не спи. А пока иди, тренируйся. И это…., повежливей веди себя.

Назад идём без сопровождения. Тимка молчит. Он вообще такой, молчаливый, а я на него обижался.

— Ты слышал за эти бои?

— Ага. Не соглашайся. Там и убить могут. В прошлом году нашему позвоночник сломали, а он накачанный был, не то, что ты.

— Да я и не соглашался.

Но посмотреть будет интересно. Отказаться всегда успею, обвинений в трусости не боюсь. Чен научил, как себя контролировать. На слабо не возьмёшь!

Перед отбоем как обычно воспитатель осматривает нас. Задержался возле Богдана. У того на плече синее.

— Что это?

— Упал на физкультуре.

— А это? — Ткнул пальцем в бок, Богдан ойкает.

— Ты точно ничего не хочешь сказать? Ладно, завтра сходишь в медпункт, проверят. Потом разберемся. По койкам!

Выключает свет. Из коридора только пробивается узенький лучик.

— Лиен, расскажи что-нибудь!

— Сейчас. Богдан, а когда ты падал?

Молчит. Вместо него отвечает Костя.

— Его Хасан обработал.

И эти уроды хотят, чтобы я им деньги зарабатывал? Да пошли они!

В воскресенье сигнал на час позже и зарядки нет. Но не для меня. В шесть вскакиваю и к двери. Закрыто! Дежурный решил поспать подольше. Шет! В окно нельзя, с Наполеоном шутки плохи. Постучал ногой, дежурка на втором этаже — должен услышать. Минут десять пришлось тарахтеть. Появился. Сегодня завхоз дежурит — Керим. Татарин. Как много в России национальностей оказывается!

— Чего тебе не спится? Другой бы радовался что выходной, поваляться можно — Беззлобно бурчит Керим. Он неплохой мужик, добрый. Но жадный. Придешь просить носки или наволочку — пошлёт по-доброму.

— Нельзя. Один раз себя пожалеешь, потом с ленью не справишься.

Бегаю один. Учеников, как и предполагал — нет. Оно и к лучшему. А вот спарринг-партнёр мне не помешал бы. Да где его взять? Хасана попросить найти для тренировки перед боем? Блин! Каким боем? Я же решил, что не буду драться!

Сегодня занимаюсь дольше, возвращаюсь — в спальне все встали. После завтрака трое едут в город. Остальные не заработали. Даю Игорю деньги на сим-карту. Они по паспорту, но можно с рук купить б/у. Мне нужно для интернета. Кроме мобильного тут, увы, только на занятиях по информатике. Пару раз мне дали попользоваться, с телефона, отправил сообщения заждавшимся друзьям. Денег только мне надолго не хватит, а заработать негде. Если только на боях… Шет!! Опять я!

— Лиен, а ты вступительный думаешь ставить? — Староста, Кирилл.

Чешу в затылке. Прописка это серьёзно, не откажешься.

— Игорёк, держи еще пятерку, затаришься на вечер. Хватит? А то я цен не знаю.

— Смотря, что брать — Начал подсчитывать Игорь.

— Не отказывай себе ни в чём, в пределах этой суммы. Только парни, сразу предупреждаю — я пить не буду. Чтобы без обид.

— А, ну тогда хватит! Так тебе сока взять или напитка?

— Возьми чая пачку лучше.

Итого у меня осталось четыре тысячи рублей. И никаких перспектив заработать. Стипендия нам не положена — полное государственное обеспечение. На мне еще и долг висит, за вертолёт и поврежденную сигналку. Хорошо не стал брать порошок от собак. За Байка меня бы точно пристрелили. Он у них там за всю электронику работает.

После обеда занялся учебой. Решил изучить литературу, хотя бы пролистать и знать, кто что написал. Краткого описания произведения достаточно, чтобы я мог сочинить на этой основе целый роман. Пролистывания не получилось, застрял на Лермонтове. Прочитал «Мцыри», потом «Герой нашего времени» Не, чувак хорошо пишет! Писал. Вот сегодня есть, что рассказать после отбоя. Более чем уверен — никто из моих одноклассников его не читал. Пойдём дальше. На Достоевском долго не задержался. Слишком умно и скучно.

— Ли! На ужин идёшь?

Ого! Вот это я зачитался!

К девяти вечера возвратились из города отпускники. Принесённые Игорем припасы пока спрятали, а сим-карту ставлю сразу. Богдан помог настроить мне интернет, сделал нужные ярлыки. Мобильный интернет дорогой, но что делать? Только хотел пообщаться с Санчо — заходит Вадим Дмитриевич.

— Я домой, смотрите, чтобы порядок был. Лиен и Тимофей завтра дежурите по этажу.

Дежурные освобождались от занятий и работ. Но нужно трижды в день драить полы, мыть туалет, выносить мусор. Я лучше учился бы, но не поспоришь.

— Всё пацаны, начинаем! — Предлагает Кирилл — Дежурит Анютка, она не придёт.

Анюткой называют новенькую воспитательницу. Она еще не привыкла и боится вечером одна заходить в спальни. Закрывается у себя на этаже и дрожит всю ночь. Потому что Мамед оказывает ей знаки внимания и пообещал всем, что трахнет её.

— Ого! Три бутылки водки? Не много вам будет? — Я водку никогда не пробовал, и желания такого не возникало.

— В самый раз! Еще и мало будет — Уверяет Игорь.

Тимка и Богдан тоже водку не стали, пьют со мной чай. Закуски много взял Игорек, останется и на завтра. Помидоры, сыр, колбаса, консервы. Даже торт к чаю купил. Не мешало бы наладить питание за деньги, а то столовского не хватает. Постоянно голодный.

— Давай братан! За тебя! — Подняли пластиковые стаканчики. Эх, завтра не спалили бы их с перегаром.

— Спасибо парни! Тимоха, ты давай ешь, не стесняйся — ребра торчат как у дистрофика — Подкладываю Тимке колбасу.

— Это он еще откормился, ты его год назад не видел! — Смеются пацаны.

— Вы тоже закусывайте. А то завтра спалитесь. Парни, мне на следующее воскресенье нужно в город выбраться, на экскурсию. Как сделать, чтобы не залететь нигде?

— Не выходи из спальни! На больничку лечь! — Посыпались советы.

В дверь постучали. Сильно, кажется ногой. Мы заперлись на ножку стула.

— Кто?

— Хер в пальто! Открывайте! — Знакомый голос.

Первым вошел Хасан, следом Арти.

— Расслабляетесь?

— Ли выставляется. Выпьете с нами? — Пригласил Кирилл.

— За хорошего человека, почему не выпить. Насыпай! — Ребята посунулись, уступая место на койке. Игорь наполнил посуду.

— А ты что? Спортсмен? — Отреагировал Арти на мой стакан с чаем — Правильно, вдруг сегодня надумаешь выйти на бой.

Я промолчал. Зачем спорить бес толку.

— Давай Ниндзя, чтобы был правильным пацаном! — Провозгласил тост Хасан.

Засиживаться они не стали, после второй ушли, предупредив меня через час быть готовым. А жаль, нашим бы пить меньше осталось. Попадутся — придется мне признаваться, что моя водка была.

В одиннадцать прибегает посыльный от Хасана.

— Ниндзя! Спускайся вниз, там ждут. Да порезче!

— А двери открыты?

— Ключи у меня! Анютка отдала Мамеду, чтобы к ней не ломился.

Сбегаю по ступенькам, в фойе стоят шестеро. Четверка «элиты» и двое приближенных — Камиль и Шрек. Камиль из каких-то кавказских народностей, а Шрек русский. И что интересно вполне симпатичный на лицо, непонятно почему такое прозвище.

— Двигаем — Мамед открывает ключом входную дверь. Доходим до проходной. Постучав к дежурному, Мамед заходит. Через минуту открывает.

— Давайте в темпе! — Проходим через вертушку. У входа стоит такси. Восьмиместное, Рено. Интернат на окраине, едем минут двадцать в сторону центра. Остановились у отдельного здания.

— Это спортклуб — Поясняет мне Камиль — Мы на соревнования сюда ездим.

У входа припарковано десятка три дорогих машин. На дверях дежурит широкоплечий тип с бандитской рожей. В фильме видел похожую, про русского боксера. Наших он знает, поздоровались и проходим внутрь. Пройдя по темному коридору, выходим в большой зал. По центру хорошо освещенный боксерский ринг, вокруг больше сотни народа, разного возраста. В основном мужчины за тридцать. Один направляется к нам.

— Вас с каждым разом всё больше! Мы же договаривались. Или ты бойцов столько привел? — Здоровается за руку с Мамедом, остальных удостаивает легким кивком. Похож на китайца, только слишком высок для него. Хотя встречал и в Китае высоких.

— Боец есть один, но сегодня пока посмотрит только — Мамед указывает на меня.

— Надеюсь, ты шутишь? Что за детский сад? — Окидывает меня недоуменным взглядом.

— Джен! Он с Китая, там учился в монастыре драться! — Голос Мамеда непривычно заискивающий.

— Я еще не давал согласия драться — Говорю на китайском. Раз Джен, значит точно китаец.

— В каком монастыре ты учился? — Точно китаец! Но диалект какой-то другой, немного отличается.

Называю ему монастырь. Отмечаю легкое удивление.

— Чен? Твой лаоши Чен?

— Да. Вы его знаете?

— Он во Владивостоке занял первое место восемь лет назад. До того как в монастырь ушел. И сколько ты у него занимался?

— Мало. Полтора года.

— Да, маловато — И перешел на русский — Задержитесь после окончания, обсудим.

— О чём вы говорили? — Шепотом спрашивает Хасан, когда Джен отходит.

— Так, нашлись общие знакомые — Отвечаю уклончиво. Замечаю задумчивый взгляд Мамеда на мне.

На помост тем временем поднимается мужчина в белом костюме.

— Дамы и господа! — Насчет дам не знаю, но несколько девушек с внешностью проституток присутствуют — Рад вас приветствовать в нашем элитном клубе! Сегодня вас ожидает потрясающее зрелище! Нашему чемпиону, Дракуле, осмелился бросить вызов неоднократный призёр соревнований по вольной борьбе и армрестлингу, чемпион Бурятии по боям без правил, всем нам известный Анзад, по кличке Медведь!

Последовали одобрительные ленивые аплодисменты. Ведущий продолжает.

— Но сначала предлагаем посмотреть наших юных будущих чемпионов. На ринг выйдут Северный ветер и Вальтер! Представлять их не нужно, всем они хорошо знакомы. Предлагаю делать ставки, бой начнется через двадцать минут.

— Я пошел — Мамед дернулся и остановился. Развернулся ко мне — Может, ты тоже хочешь поставить? Филки есть?

— Увидеть бы их. Вы на кого ставите?

— Не ссы, не проиграешь. Это спектакль для лохов, я в доле. Только помело держи, а то укоротим мигом — Приглушенным голосом, чтобы никто из соседей не услышал, растолковал Мамед.

— Ладно — Достал последние четыре тысячи — Вот, всё что есть.

Через двадцать минут на ринг выходят двое. Оба в спортивных трусах и босиком. Первый с коротким ежиком, жилистый, невысокий. На вид лет 16. Второй выделяется мускулатурой, но менее подвижен. Хотя возможно это обманчивое впечатление. Волосы выстрижены полосами, как у енота. Возраст трудно сказать, от 16 до 18. Говорили, что до 16 возрастная категория. На руках легкие перчатки с отрезанными пальцами.

— На кого бы ты поставил? — На ухо спрашивает Хасан.

— Трудно сказать. В синих трусах, стриженный кто?

— Вальтер. Он выиграет — Совсем шепотом.

Судья дает отмашку, понеслась. Вальтер сразу бросается вперед. Обмен ударами, оба удачно уклоняются. Да, Северный ветер довольно быстрый. Подтверждает это, встретив противника прямым в лицо, тут же добавляет ногой, сбивает с ног и падает эффектно сверху. Но Вальтер успевает извернуться. Короткая борьба на полу, несильные взаимные удары по печени. Да, это просто шоу. Я после такого пропущенного удара мог и не встать, а восстановиться вот так сразу нереально. Как минимум нарушение координации. Но выглядело по-настоящему.

Бойцы сумели перейти в вертикальное положение. Вальтер изображает усталость, отступает. Северный ветер издает победный клич, проводит серию, прижимает Вальтера к канатам. И отлетает, получив удар прямо в нос. Мне показалось, даже слышно как хрустнул хрящ. Невольно представилось, как мне ломают нос. Для шоу красиво конечно — вид измазанного кровью лица. Бой не останавливают — Вальтер переходит в контратаку, подсечка, жесткий удар пяткой в тот же многострадальный нос. Второй, в живот, был уже лишним. Судья останавливает бой. Всего пара минут. Проигравшего поднимают, вдвоем уносят под руки. Аплодисменты победителю довольно вялые. Им мало крови?

Перерыв и ставки на второй бой. Мамед ушел, вернулся без денег.

— Я все поставил на Дракулу. Выиграли мало, ставили плохо.

— А второй бой тоже…. — Не договариваю.

— Нет, второй будет без подставы.

Первым выходит Дракула. Приземистый темноволосый парень с очень рельефными мышцами. Его оживленно приветствуют возгласами и аплодисментами. Соперник появляется через минуту. Действительно медведь. Выше Дракулы на голову и в плечах значительно шире. Кулак чуть меньше моей головы. Плакали наши денежки. Наверное, то же подумали и мои спутники, загрустили. Аплодисментов не меньше, команда поддержки приехала.

Бой начался. Некоторое время ходьба по кругу с обманными выпадами. Потом Дракула пошёл вперед. Скорость у него выше и движения точнее. Пожалуй, поторопился я прощаться с деньгами. Удары у Медведя мощные, если попадет — убьет. Дракула изворачивается, как может. Несколько попаданий по корпусу Медведя ничего не изменили. Тот пытается сделать захват, перевести бой в борьбу. Тут бы Дракуле и крышка. Но он выворачивается, падает и бьет в колено с подсечкой второй ногой. Грохот падения как у шкафа! Всё? Нет, Медведь ухитрился вцепится за ногу Дракулы. Свободной ногой тот пробивает в лицо, раз, другой. Вырвался. Медведь тоже поднимается, но с трудом. Как бы не перелом, вижу, что опирается на одну ногу. Дракула делает несколько коротких налётов, Медведь отбивается вяло, с места не сходит. Но удар его по-прежнему смертелен. Дракула пошел по кругу, Медведь не успевает крутиться, пропускает удар в области печени, второй. Шет! Зазевался Дракула, кулак просвистел возле уха. Нет, не возле! Держится за щеку, из разорванного уха кровь. Но улыбается! Бросок! Я словно стал им, знаю, что произойдет дальше. Для меня всё идёт как-бы замедленно. Дракула имитирует удар в лицо, руки Медведя поднимаются вверх, поворот на правой ноге и удар левой ногой в правый бок. Локти Медведя инстинктивно идут вниз. Удар правой в лицо. Падение. Аут!

Свист, крики, закладывает уши. Хасан с Мамедом обнимаются, Арти подпрыгивает в восторге. А я стою, отхожу, словно сам провел бой.

Около часа прошло пока все разошлись. Мамед принёс деньги. Отсчитал мне десять тысяч.

— Вот, а ты боялся! Дружи с нами и всё будет чики-пики!

Пачка у него приличная. Больше сотни тысяч точно.

А вот и Джен. Довольный, тоже с прибылью.

— Сейчас проверим вашего бойца.

— Э, мы так не договаривались! — Протестую я.

— Да не бойся. Калечить тебя никто не будет. Легкий спарринг, покажешь, на что способен. Потом подберем тебе соперника по силам.

— Не ссы, Ниндзя — Поддерживает его Мамед — Вон глянь на покойника!

К нам подходит Северный ветер, которого час назад уносили с ринга. Да, по нему не скажешь, что он был полутруп. Нос только чуть распухший, а так улыбается.

— У него, наверное, череп титановый. А мне если так врежут, я точно сдохну — Бурчу я, внутренне уже согласившись. Джен так и понял.

— Вот с ним и сразишься. Раздевайся.

Стягиваю одежду, размышляя. Чтобы так играть как парни, нужно хорошее мастерство. Ударить так, чтобы все поверили и при этом не навредить.

— Давайте скорее, времени уже много — Торопит Джен.

Забираюсь на ринг. Северный ветер дружелюбно улыбается.

— Ты только в нос не бей, пожалуйста!

— Хорошо, не буду.

— Валера, по твоему носу битой можно лупить, ничего ему не будет — Еще один участник, мужчина возрастом как Джен, только русский.

— Батя, не выдавай мои секреты!

Валера значит. А тот его отец? И Вальтер из их компании?

— В лицо и ниже пояса не бить. Бой идёт до явного преимущества. Всё ясно? Начали! — Взмахнул рукой Джен.

Перемещаюсь, слегка подпрыгивая, сохраняю дистанцию. Итак, нужно поймать волну противника, настроить подсознание. Бросок вижу, увы, не заранее, но успеваю уйти и переместиться за спину Валеры. Тот не сразу даже понял, куда я делся. Одобрительные возгласы. Всё. Я настроился. Мне не нужно думать, планировать. Это как с мячами. Но проще, мячей было двенадцать (мой рекорд), а у Валеры только две руки и две ноги. Траектории известны. Стою под градом ударов, легко уклоняясь, отпрыгиваю, когда противник пытается перейти к борьбе. Он уже устал.

— Ниндзя, активнее! Покажи, как ты умеешь бить! — Требует Джен.

Бить я умею. Но не люблю. Какое-то внутреннее сопротивление, когда нужно ударить человека. Особенно по лицу. Но сейчас по лицу и нельзя. Провожу несильный удар ребром ладони в области шеи. Ветер падает как подкошенный.

— Ты что, убил его?! — Опомнившись секунд через пять, Джен бросается к Валере, не подающему признаков жизни.

— Нет, через минуту очнется — Удар был не по точке, а рядом. Иначе мог и убить.

Помогаю привести в чувство бойца. Нажимаю нужные точки на ушах, открываются растерянные глаза. Сейчас у него в глазах двоится и тошнит, но скоро пройдет. По себе знаю — пришлось испытать.

— Что это было? — На ринге уже все, смотрят на меня.

— Удар в нужную точку. Но не просите научить, вы убьете, если не туда попадете.

— Вот Джен, а ты говорил детский сад!

— Пойдет. Выставим против Малыша. Он неповоротливый, как Медведь. Только учти, Ниндзя. Как тебя, кстати, зовут?

— Лиен. Но я еще не согласился!

— Да брось! Выиграешь, получишь 50 кусков. Только учти, зрителям нужен экстрим. Эффектные удары, кровь. Прыгать вокруг противника долго не нужно. И одним ударом вырубать не нужно. Короче, тренируйся, через неделю жду заранее, к девяти, чтобы были.

— Подождите! — Останавливаю уже уходящего Джена — Хрен с…, то есть я согласен. Но в договорных боях не участвую! Хоть убейте!

— Договорились — Криво усмехнулся Джен — Кто же будет убивать золотую курочку?


Глава 21 Родина. Еще немного, еще чуть-чуть | Долгая дорога домой | Глава 23 Родина. Еще шаг







Loading...