home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Историческая справка


В последние годы шестнадцатого столетия произошло выдающееся событие — зародился профессиональный театр. Конечно, и раньше существовали пьесы и актёры, но у этих трупп не было постоянного дома. Они гастролировали по Англии и Европе, выступая в больших домах, на постоялых дворах и в залах для собраний, но в 70-х годах шестнадцатого века в Лондоне впервые построили постоянные театры. Джеймс Бёрбедж, начавший свою карьеру как плотник, а затем стал актёром, построил один из первых театров в Шордиче, рядом с Финсбери-филдс. К 1595 году, когда происходит действие романа, рядом располагался «Занавес», за рекой, в Банксайде, завлекала публику «Роза» и строился «Лебедь». Со временем их будет гораздо больше, самый знаменитый, «Глобус», построили лишь к 1599 году.

Бёрбедж назвал свой новый дом для представлений «Театром», позаимствовав слово из классического греческого, и теперь это название охватывает огромную и волнующую профессию по всему миру. Тем не менее, в 1574 году, когда Бёрбедж арендовал землю и построил театр, он принял на себя значительный финансовый риск. Не все театры процветали. «Красный лев» потерпел неудачу, а «Занавес» разорился в тяжёлые времена, но «Театр» и «Роза» оказались прибыльными.

Они также изменили характер профессиональных трупп. Раньше, когда группы актёров гастролировали по Британии, они могли давать одну и ту же пьесу в разных городах, точно зная, что публика в Уорике не будет той же, что и видевшая пьесу на два-три дня раньше в Кенилворте. Они могли существовать, имея в репертуаре очень мало пьес, но как только театр стал постоянным, они играли для одной и той же публики неделю за неделей. И эта публика хотела чего-то нового, поэтому появился профессиональный драматург.

Из дневника Филипа Хенслоу мы знаем, что «Роза» представляла около тридцати пьес в год, и «Театр» стремился, испытывая такое же давление, играть новый и свежий материал. В 1595 году в Лондоне насчитывалось около двухсот тысяч жителей, это был самый крупный город в Британии. 

Многонаселённый город обеспечивал постоянные театры постоянной публикой. И эти театры были большими. «Роза» и «Театр» вмещали около двух тысяч человек каждый, а новый «Лебедь» играл представления для аудитории в три тысячи человек. Эти цифры сравнимы с крупнейшими современными театрами Лондона и Нью-Йорка! Каждый день значительное число лондонцев ходило в театр, и этим зрителям постоянно требовались новые пьесы. Большая их часть, несомненно, никуда не годилась, но в те самые первые годы появилась удивительно талантливая группа писателей, в числе которых Бен Джонсон, Кристофер Марлоу, Томас Кид и Уильям Шекспир.

Не столь уж странно предположить, что никто из этих драматургов не заработал славы, и мало какие (если вообще такие были) из их пьес стоило сочинять, не говоря уже о том, чтобы играть их, если бы не отчаянная нужда постоянных театров в новых пьесах. Кирпичи и раствор, точнее, древесина и штукатурка стали необходимыми катализаторами для зарождения одного из величайших достижений цивилизации — пьес Шекспира.

Однако, несмотря на успех, действующие труппы были уязвимы. Их ненавидели появляющиеся пуритане, и, как известно, управляемый пуританами Лондон. Поэтому все театры были построены за пределами города. Новые театры были популярны, привлекая восторженную публику, что только усилило попытки пуритан их закрыть. Театры спасло покровительство королевы Елизаветы и дворянства. Самый ревностный пуританин был беспомощен, когда пьесы и актёров одобряла сама королева. Когда в 1603 году Яков VI Шотландский стал королем Англии, королевская поддержка стала ещё более явной, и «слуги лорда-камергера» стали «слугами короля». Мир должен благодарить монархию Англии и аристократию, потому что без них театр мог бы задохнуться при рождении, и у нас не было бы Шекспира.

Но существовавшим в то время театрам мальчиков по причуде закона разрешалось выступать в Лондоне. Одна такая школа располагалась в Блэкфрайерсе, хотя в 1595 году она не действовала. Мальчики исполняли пьесы для взрослых и, выступая в помещении, не зависели от погоды. В 1596 году Джеймс Бёрбедж, осознающий достоинства театра под крышей, купил помещение в Блэкфрайерсе, которое после многих правовых споров стало игровым пространством для труппы.

Этот зал, или, скорее, большие залы судебных иннов, где впервые были исполнены многие пьесы Шекспира, является истинным предком большинства современных театров. «Глобус» справедливо знаменит, хотя следует помнить, что многие из лучших пьес Шекспира впервые были поставлены в «Театре», но Блэкфрайерс, «закрытый театр», изменил профессию. В театре под открытым небом вроде «Глобуса» актёры в

Актёрам приходилось играть для всей аудитории, половина которой находилась за их спинами. Это было похоже на современную авангардную пьесу, а закрытый театр размещал всю публику перед сценой, как это происходит сегодня в большинстве театров. Публика была защищена от погодных условий, что увеличивало прибыль, при этом из-за дороговизны свечей аудитория могла сидеть в относительной темноте, в то время как актёры были освещены. В театре под открытым небом не могло быть «четвёртой стены», и есть много доказательств, что публике почти не запрещалось разговаривать с актёрами. Поведение в закрытом театре стало более пристойным. В театральных залах могло разместиться меньше людей, но, к неудовольствию лондонских подмастерьев, входная цена была выше.

Пьеса неизвестного драматурга (совершенно определённо не вымышленного преподобного Уильяма Венейблса) под названием «Эстер и Ксеркс», в которой Ричард выступает в роли королевы Астинь, была исполнена «слугами лорда-камергера» в 1590-х годах. Цитируемые строки не из пьесы, чей текст утрачен, а либо из спектакля в честь Эсфирь, который был исполнен для королевы Елизаветы в городе Норидж, или же из пьесы 1561 года «Добродетельная и благочестивая королева Эстер», тоже неизвестного автора.

У нас есть текст пьесы «Прекрасная Эм, или дочь мельника», полное название которой «Приятная комедия о прекрасной Эм, дочери мельника из Манчестера. С любовью к Вильгельму Завоевателю». В двух сохранившихся с XVI века изданиях имя автора не указано. Предполагали, что пьеса — ранняя работа Уильяма Шекспира, но это кажется маловероятным. Нет и никаких доказательств, что труппа лорда-камергера исполняла пьесу, но, безусловно, это возможно.

Учёные единодушно полагают, что «Ромео и Джульетта» написана после «Сна в летнюю ночь». Две пьесы, конечно, были написаны почти в одно время, где-то в середине 1590-х годов, и я подозреваю, что интерлюдия «Пирам и Фисба» во «Сне», которая заканчивается гротескным самоубийством двух любовников — это озорная пародия Шекспира на его собственную пьесу «Ромео и Джульетта». Версия начального сонета из «Ромео и Джульетты», знаменитое вступление о «двух семействах», которое Ричард цитирует в девятой главе, не ошибка, а скорее версия, напечатанная в первом ин-кварто [12] 1597 года, и, как я подозреваю, была версией, впервые услышанной на сцене до того, как Шекспир переработал текст в более знакомую форму.

Джига «Иеремия и молочная корова» — полностью вымысел, но за всеми пьесами следовала джига, которая, по сути, была небольшой непристойной пьеской, добавленной к основной. У нас есть тексты нескольких таких джиг, состоящих из простой истории, обычно о сексе, парочки импровизированных шуток и танцев всей труппой. На представлениях перед королевой джиги не показывали. Выстраивались ли актеры и делали ли поклон, как я предположил в первой главе, неизвестно. Такой поклон, безусловно, зафиксирован после Реставрации 1660 года, когда джиги вышли из моды, но вполне вероятно, что он развился из более чопорного показа пьес в аристократических особняках и королевских дворцах. Стихотворение, которое декламирует Уилл Кемп после представления «Прекрасной Эм, или дочери мельника» — «Сплю одна», найдено в книге «Реликвии древнеанглийской поэзии», написанной в восемнадцатом веке епископом Томасом Перси.

Мы также обязаны этому доброму епископу за текст «Панче», это и есть «песенка-перделка», которую не смог завершить Кемп. Он был известен как комический актёр, возможно, для лондонской публики даже известнее Шекспира. Ник Основа стал замечательной ролью для Кемпа, и возможно, он приукрасил роль с помощью импровизированного диалога, практика, которую осуждал Шекспир: «А тем, кто у вас играет шутов, давайте говорить не больше, чем им полагается», — писал он в обращении Гамлета к актёрам. Клоуны, добавляющие отсебятину, являются «пошлыми», писал Шекспир, и проявляют «прискорбное тщеславие», и я подозреваю, что выражая подобное осуждение, он вспоминал Уилла Кемпа. Уилл Кемп узнаваем в издании ин-кварто «Ромео и Джульетты», как актёр, сыгравший слугу Питера, очень маленькую роль для такого выдающегося актёра, но Кемп, несомненно, доминировал в джиге после трагедии. Кемп покинул труппу «слуг лорда-камергера» в 1599 году.

Книга «Рассуждение о следующем преемнике короны Англии» была опубликована в 1594 году и действительно разгневала Елизавету I. Под псевдонимом Р. Доулман почти наверняка скрывается Роберт Персонс (иногда Парсонс), священник-иезуит, считавший своей миссией обращение Англии обратно в католицизм. Он был умным, тонким человеком, и его книгу запретили в Англии. Стареющая королева ненавидела любое обсуждение преемственности. Конечно, у неё не было прямого наследника, и большинство людей в 1590-х годах предполагали, что её преемником станет протестант Яков VI Шотландский (он был правнуком Генриха VII и действительно унаследовал трон Елизаветы), но королева упрямо отказывалась назвать наследником его или кого-то другого. Стоило только ей назвать наследника, как власть начала бы утекать из её рук, поскольку придворные станут искать одобрение и покровительство следующего монарха.

Орфография в списке исполнителей (Ипполита, Лизандр и т. д.) отличается от привычного сегодняшнего написания, имена представлены как в изданиях ин-кварто и фолио. Я использовал более современные версии, кроме случаев, когда роман цитирует текст эпохи Уильяма Шекспира, или, как он когда-то писал своё имя, Шакспира. Существуют шесть сохранившихся подписей Уильяма Шекспира, все они отличаются друг от друга, и ни одна из них не произносится как Шекспир!

Предположение, что Шекспир написал интерлюдию под названием «Дидона и Акербант» — полностью выдумка, но упоминание, что Шекспир работал школьным учителем до переезда в Лондон не лишено оснований. Джон Обри, антиквар и сплетник семнадцатого века, которого обычно считают столь же ненадёжным, как и забавным, написал в своей книге «Краткие биографии», что Шекспир «в молодые годы был сельским учителем», а на полях манускрипта пометил, что получил эти сведения от мистера Бистона. Мистер Бистон — это Уильям Бистон, человек с несколько сомнительной репутацией, владелец театра и сын Кристофера Бистона, который вместе с Шекспиром был актёром в труппе «слуг лорда-камергера». Период между 1585 и 1592 годами часто называют «потерянными годами», потому что у нас нет записей о деятельности Шекспира в это время, но ссылка Обри на мистера Бистона открывает заманчивую перспективу, что, возможно, воспоминания вполне точные.

Некоторые читатели могут возразить против изображения Уильяма Шекспира как человека, с готовностью применяющего насилие, но через год после вымышленных событий романа «Безумен род людской», судьями графства Суррей ему было предписано сохранять мир. Эпизод окутан тайной, но в ноябре 1596 года человек по имени Уильям Уэйт получил приказ о наложении ареста (аналогично судебному запрету), выпущенный против Уильяма Шекспира, Фрэнсиса Лэнгли (из театра «Лебедь») и двух женщин, Дороти Соер и Энн Ли. Уэйт утверждал, что он подвергся нападению и боялся за свою жизнь. Уэйт, судя по другим сохранившимся документам, тоже не святой, но подобное таинственное событие напоминает о том, что театры эпохи Тюдоров и якобинского Лондона лежали очень близко к миру преступников и борделям.

Разговор Сильвии о рыцаре-крестоносце и драконе — это отсылка к крупной, незавершённой эпической поэме Эдмунда Спенсера «Королева фей». Спенсер был отдалённо связан с Элизабет Спенсер, баронессой Хансдон, которая была замужем за сэром Джорджем Кэри, сыном лорда-камергера и матерью Элизабет Кэри, невесты. Элизабет Спенсер была известной покровительницей искусств, и не исключено, что она с энтузиазмом восприняла первую постановку пьесы «Сон в летнюю ночь». Эмилия, кратко упомянутая в главе одиннадцать, это Эмилия Ланье, которая долгое время была любовницей лорда Хансдона.

Она была дочерью придворного музыканта из Италии и на сорок пять лет моложе лорда-камергера.

Забеременев от лорда Хансдона, она получила щедрое вознаграждение и вышла замуж за своего двоюродного брата. Некоторые учёные считают, что Эмилия Ланье и есть та «смуглая дама» из сонетов Шекспира.

В 1577 году, вскоре после постройки «Театра», было опубликовано послание преподобного Иоанна Нортбрука, «Трактат против игры в кости, танцев, пьес, интерлюдий и другого праздного времяпровождения», и это одна из самых ранних атак пуритан на театры.

Выдержки, которые я цитирую в главе восьмой, были отредактированы и укорочены, но показывают сущность успешной кампании по закрытию лондонских театров. Х.Л. Менкен дал такое определение пуританам: это те, «кого преследует страх, что кто-то где-то может быть счастлив», и чем больше счастья давали театры, тем более опасными становились атаки пуританских проповедников. Как объявил с кафедры преподобный Нортбрук «причина чумы — это грех... а причина греха — это пьесы, поэтому причиной чумы являются пьесы». В 1594 году лорд-мэр Лондона Джон Спенсер попытался убедить Тайный совет закрыть все театры, описывая их как «развращенные и нечестивые», не содержащие ничего, кроме «нечистых басней, распутных выдумок... и тому подобного».

Он описывает театры как «места встречи всех бродяг и бесхарактерных людей, шатающихся по городу, воров, конокрадов, блудников, мошенников, жуликов, изменников и других праздных и опасных людей». Победа парламента в гражданской войне в Англии принесла успех этой неустанной кампании, и, к восторгу пуритан, в 1642 году лондонские театры принудительно закрыли, и они оставались закрытыми на протяжении всего периода междуцарствия. Они вновь открылись в 1660 году вместе с восстановлением монархии и, к счастью, с тех пор процветают.

Велись некоторые споры относительно существования режиссёра в театральных труппах конца XVI века. Конечно, тогда его так не называли, слово не стало общеупотребительным до девятнадцатого века, но доказательства, что руководил актёрами и постановкой пьесы один человек, содержатся в тексте «Сон в летнюю ночь».

Питер Пигва репетирует с мастеровыми «Пирама и Фисбу», пьесу внутри пьесы, и ведёт себя как современный режиссёр. Он распределяет роли между актёрами, составляет список реквизита, намечает репетиции, и в акте III, сцене 1, мы видим одну из таких репетиций. Он рассказывает актёрам, когда выходить или уходить, куда двигаться, что говорить и когда. «Да только это ещё рано говорить: это ты отвечаешь Пираму. А ты хочешь всю роль сразу отбарабанить! Пирам, ну что же ты! Ты реплику прозевал; твоя реплик, что решительно говорит о том, что в качестве режиссёра выступал один из главных актеров. Я приписал большую часть руководства вымышленному Алану Расту, но Шекспир, как автор лучших пьес «Театра», часто брал эту роль на себя, особенно в собственных пьесах.

Мы в неоплатном долгу перед Джоном Хемингсом и Генри Конделлом, потому что семь лет спустя после смерти Уильяма Шекспира они выпустили известную книгу, знакомую нам сегодня как «первое фолио» [13]. Многие из пьес Шекспира уже были опубликованы в ин-кварто (название относится к размерам книг — представьте ин-кварто как размер книги форматом в четвёртую часть листа в мягкой обложке, а фолио — скорее как энциклопедию), но если бы у нас не было «первого фолио», то не было бы восемнадцати шекспировских пьес: «Макбет», «Буря», «Юлий Цезарь», «Два веронца, «Мера за меру», «Комедия ошибок», «Как вам это понравится», «Укрощение строптивой», «Король Иоанн», «Всё хорошо, что хорошо кончается», «Двенадцатая ночь», «Зимняя сказка», Часть первая «Генриха VI», «Генрих VIII», «Кориолан», «Цимбелин», «Тимон Афинский» и «Антоний и Клеопатра».

Учёные подсчитали, что между 1570 годом и закрытием театров в 1642 году лондонские театры отыграли около трёх тысяч пьес, и из этих трёх тысяч мы имеем тексты лишь двухсот тридцати, так что просто чудо, что какие-то дожили до наших дней, и ещё большее чудо, что тридцать восемь из них — пьесы Шекспира. Упоминание в главе шестой пьесы «Плодотворные усилия любви» — не ошибка. Вполне возможно, что пьеса с таким названием существовала, и если так, то наряду с «Карденио» она является одной из двух потерянных пьес Уильяма Шекспира. «Плодотворные усилия любви» впервые упоминается в 1598 году, и может быть либо потерянной пьесой, либо альтернативным названием для другой пьесы, возможно, «Всё хорошо, что хорошо кончается» или «Много шума из ничего».

Сокращались ли пьесы? Шекспировские пьесы, если их играть целиком, зачастую очень длинные, продолжительность в три или даже четыре часа не является чем-то необычным. Тем не менее, в «Ромео и Джульетте» сам Шекспир описывает «двухчасовую продолжительность нашей постановки», и я считаю, что пьесы на репетиции сокращали, чтобы действие длилось чуть больше двух часов. В «Театре» не делали антракт, но в зале со свечным освещением делали перерывы, чтобы подрезать фитили.

Традиционалисты утверждают, что пьеса должна быть представлена полностью, какой бы длинной она ни была, каким бы трудным ни казался язык шестнадцатого-семнадцатого столетий, и невзирая на испытания, которые это налагает на публику. Тем не менее, есть убедительные доказательства, что опубликованные пьесы — это не вполне то же самое, что первоначально исполненные на сцене. Это свидетельство исходит от современника Шекспира, Бена Джонсона, который на титульном листе своей пьесы «Всяк в своём настроении», опубликованной в 1600 году, подчеркивает, что «текст напечатан в том виде, как он был впервые написан автором, и содержит больше, чем было сыграно на публике». На репетициях несомненно потребуется сократить пьесу, как происходит и до сих пор.

Некоторые читатели могут быть разочарованы отсутствием моих предположений, что Уильям Шекспир не являлся автором приписываемых ему пьес. В некоторых кругах закрепилась мысль, что он недостаточно образован для написания пьес, и разгорелся спор на тему «кем был настоящий Шекспир». Спорить глупо. У нас есть масса доказательств, что Уильям Шекспир из Стратфорда был Уильямом Шекспиром, драматургом. Любого читателя, который захочет изучить как доказательства, так и аргументы в этом споре, я хотел бы отослать к превосходной книге Джеймса Шапиро, «Оспоренное завещание, кто писал за Шекспира?» (Саймон и Шустер, Нью-Йорк, 2010). Жаль, что пришлось написать такую книгу, но, как говорит, Пак: «Безумен род людской!»

Я очень благодарен Аманде Мур, собравшей массу исследований по миру Шекспира и театральных трупп 90-х годов шестнадцатого века. Она имеет полное право огорчиться, что так мало из этих исследований появляется в романе, но тем не менее они дополняют всю историю и оказались бесценны. Все ошибки полностью на моей совести.

Я также обязан Терри Лайману, который, играя Ника Основу, придумал, как Пирам забывает последнее слово в реплике «Несчастный, умирай! Ай-ай-ай...» Получилось чудесно!

В одной из ранних комедий «Как вам это понравится» Шекспир сказал: «Тот не любил, кто сразу не влюбился». По правде говоря, он украл строчку из пьесы Кристофера Марлоу «Геро и Леандр», а это лишь сложный способ сообщить, что хотя «Безумен род людской» посвящен актерам театра «Мономой» в Чатеме, штат Массачусетс, сделавшим моё лето таким восхитительным (и ужасающим), я уверен, что никто из них не будет против разделить его с моей женой Джуди, которая делает возможным многое. Спасибо всем, и особенно Джуди.



Понравилась книга? Поблагодарите переводчиков:

Яндекс Деньги 410011291967296


WebMoney

рубли – R142755149665

доллары – Z309821822002

евро – E103339877377

PayPal [email protected]


VISA, MASTERCARD и др.:

https://vk.com/translators_historicalnovel?w=app5727453_-76316199



Эпилог | Безумен род людской | Примечания