home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



XIII

На улице Катина в час вечерней прогулки Торраль встретил Мевиля, который шел пешком, размахивая руками. Он выразил насмешливое изумление:

— Где твой экипаж? Чего ты путаешься здесь, когда все женщины в аллее?

— Не знаю.

Мевиль выглядел усталым и апатичным. Торраль взял его под руку.

— А что делает Фьерс? Вот уже неделя, как я его не вижу. В последний раз, — это было здесь, вечером, — он бежал, как жеребенок. Я его приглашаю на ночь — он кричит, что не может, что он устал — и убегает со всех ног. После этого он точно провалился.

— Я его видел вчера в коляске Мале.

— Он бывает там?

Торраль даже остановился от изумления.

— Да. О нем часто говорят в этом доме и в других тоже.

— Я не думал, что он так глуп. Они шли рядом.

— Мале, — рассказывал Торраль, — собирается нажить огромную сумму на афере с рисом. Налог был ему сдан на откуп всего в сумме четыре миллиона, потому что губернатор не решался повысить этот налог сам. Мале решился: он завербовал две тысячи головорезов, вооруженных винчестерами. И налог дает восемь миллионов, — но у нас будет восстание.

Мевиль сделал равнодушный жест.

— Восстание — это скверная штука, — продолжал Торраль. — Нас могут мобилизовать.

Он был офицером запаса и в случае мобилизации должен был командовать батареей на мысе Св. Иакова. Мевиль не слушал его. Он шел, опустив глаза в землю.

— Что с тобой? — внезапно спросил инженер. Доктор медленно пожал плечами.

— …Скучно.

Он говорил нехотя.

— Скучно. Я хочу обладать женщиной, которая меня, не хочет. Двумя женщинами…

— Какими?

— Мале, Абель.

— Абель матерью?

— Нет, Мартой.

— Этой малюткой? Ведь ты находил, что она слишком худа.

— Да. Но когда я на нее смотрю, у меня делается головокружение. Ты помнишь — тогда, в театре? Я чуть не упал в обморок. Она меня ослепила, как электрическая лампа. Я перерыл все мои книги и не нашел такой болезни. Я не знаю, как лечить себя. Он внезапно остановился.

— Я женюсь на ней, — заключил он.

— Ты с ума сошел, — сказал Торраль.

— Очень возможно. Торраль размышлял:

— Две женщины, которые не хотят… Это слишком для Сайгона. Ты все испробовал?

— Я не пробовал ничего: я наткнулся на стену. Марта внушает мне страх и парализует меня. Другой внушаю страх я сам, и она запирает передо мной свои двери.

— Стало быть, она тебя любит.

— Спасибо за такой аванс!

Они закурили. Мевиль не заметил, как его папироса погасла.

— Есть и другие женщины, — дал совет инженер. — Там или здесь, спазм всегда одинаков.

Мевиль покачал головой.

— Я не могу. Черт возьми, есть только две женщины! Больше я не хочу никого, не могу хотеть никого. Сейчас, в эту минуту, меня ожидают в Шолоне. И если я пешком, это значит, что для этого свидания мне нельзя воспользоваться коляской. Это — тайное свидание: одна молодая девушка…

— Это меня не касается. Ну, и дальше?

— Ну, и я ее не хочу. Ни ее, ни других.

— Берегись, — сказал Торраль. — Если ты дошел до такого предела, это опасно.

Они пришли к собору и остановились перед входом.

— Помнишь, — сказал Торраль, — кошку, которую однажды вечером я швырнул в эту каменную громаду? Это был день приезда Фьерса, дурака Фьерса, — мы были пьяны, и мы искали один веселый квартал с доброй славой. В этой истории есть нечто философское и медицинское также. Алкоголь и объятия: вот отчего все твои головокружения прекратятся.

— Нет, — сказал доктор, — и я делал опыты: когда мною овладевает влечение к женщине, ничто не может рассеять меня. Я слишком привык покоряться этим влечениям, я — их раб. И на этот раз нужно, чтоб я покорился, или…

Они проходили по шоссе, посыпанному красным песком. Виктория проехала совсем близко. Мевиль остался на месте. Ось колеса коснулась его ноги.

— Осторожно! — закричал инженер, отскакивая назад. Мевиль посмотрел на него с удивлением, потом махнул рукой.

— Нет никакой опасности, — пробормотал он. Они перешли улицу.

— Так вот, — резюмировал доктор.

— Еще ничего не потеряно, — сказал Торраль. — Мале тебя любит, ухаживай за ней. Используй Фьерса, этого идиота, раз он там бывает. Встречайся с ней, все равно где, подстерегай ее, обходи кругом, — словом, охоться за нею. Что касается другой, — черт возьми! ты ее не любишь: головокружение — это еще не желание.

— Если я не буду обладать Мартой Абель, — повторил упрямо Мевиль, — этим головокружениям не будет конца, и я пропаду.

— Все кончается, — возразил Торраль. — До вечера в клубе.

Он ушел, потом вернулся.

— Пожалуйста, остерегайся экипажей. Служить касательной к траектории колес — вещь опасная. Это посерьезнее, чем временные головокружения!


предыдущая глава | Последняя богиня. Цвет цивилизации | cледующая глава