home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 2

Заснеженные улицы проплывали внизу. Стандартное фонарное освещение ближе к центру города сменила праздничная иллюминация. Конечно, до столицы далеко, но иллюзорные еловые ветви, разноцветные звезды и шары на фоне искрящегося снега выглядели весьма привлекательно. Маги постарались на славу.

В чем в чем, а в иллюзиях Натан разбирался. А как иначе? Ведь стихии пробудили в нем повелителя разума. До уровня отца его силы недотягивали, чем раздражали оного, однако Александра-младшего все устраивало. Ведь быть специалистом широкого профиля иногда намного выгодней, чем иметь максимум силы в одном узком направлении. Сильный маг иллюзий не может уловить мечтания человека. А способный повелитель снов вряд ли создаст иллюзию. О тех, кто направляет мечты, вообще говорить нечего. Они увидят путь, помогут его изменить, но в остальном абсолютно бесполезны.

Натан довольно улыбнулся, вспоминая Вивьен. Если бы мечта отца о могуществе наследника сбылась, он вряд ли заинтересовался бы юной мисс. Девушка удивила Натана. Обычно симпатичные особы, случайно оказавшиеся на его пути, не мечтали поскорее с этого пути убраться и очутиться как можно дальше. А услышав имя, старались выяснить, не забыл ли он добавить к нему слово «лорд».

Натан «забывал», эта простая уловка позволяла избавиться от назойливых поклонниц, грезящих о выгодном замужестве. Впрочем, уловка была не одна. Натан часто представлялся неполным именем, оставив фамилию матери и второе имя. Дед получил титул за заслуги перед отечеством, его фамилия была распространенной, а заслуга предка — не столь важной, чтобы о пожалованном дворянстве кричали в газетах. В лицо Натана знали немногие, знакомые, которые были вхожи в дом или попали на его представление королю, так уж вышло. Этим он и пользовался при каждом удобном случае. Все же титул и полное имя сразу заставляли собеседника вести себя иначе, не позволяли узнать истинное лицо человека, отгораживая невидимой стеной условностей.

Натан увлекся размышлениями о том, что высшая аристократия обречена видеть искусные маски вместо настоящих лиц, а потом снова вспомнил маленькую мисс. Вивьен не стала строить глазки и уточнять, не забыл ли он сообщить о титуле. Натан не считал себя ловеласом и то, что юной леди он не понравился, принял, но стало любопытно.

Девушка его всерьез испугалась, заметив знак стихий на шее (в экипаже было жарко, и Натан сам не понял, как ослабил шейный платок слишком сильно). Простые люди обычно завидовали магам, ведьмам и колдунам, считали несправедливым, что в них стихии пробудили дар. Иногда опасались. Только в совсем бедных кварталах бродили нелепые слухи о злобных магах.

Но Натан был уверен, что девушка родом из благополучной семьи, не из аристократии, но состоятельная. Это заметно по манерам, тому, как она себя держала. Хотя белоснежная шубка из меха роанской крысы… он красивый, легкий, ноский и… дешевый. Возможно, юная мисс сбежала из дома, решив доказать семье, что вполне способна обеспечивать себя сама.

Добавили интриги мечты Вивьен. Убегая от него, девушка грезила о кресле-качалке и книге. В канун зимних праздников? Юная симпатичная мисс? Да сейчас даже старушки из нищих кварталов мечтают об обновках и гуляниях.

Загадки Натан любил.

Первым делом узнал, что Вивьен забыла в доме лорда Шалона. У хозяйки дома, естественно. Провел наискучнейший вечер, слушая восторги владельца особняка безупречным вкусом жены, руководившей созданием ледяной статуи в саду. И исподтишка потешался над дочерьми лорда. Девы согласно инструкциям отца, грезившего о Натане в качестве зятя, бросали на гостя томные взгляды и вздыхали.

Забавно, но с появлением в жизни Натана Деллы ничего не изменилось, разве что Александр-старший стал более довольным. Девицы, науськанные отцами, все так же строили глазки младшему. Щетина и слегка помятое пальто их не смущали. Леди так страстно мечтали увидеть его большой… банковский счет, что маг пришел к выводу: не зря не стал озабочиваться своим внешним видом. Выглядел он вполне пристойно, будто и не приходилось лазать по обнаруженным под новым предприятием катакомбам почти сутки.

На следующий день Натан навестил контору, специализирующуюся на сомнительной ледяной архитектуре, больше напоминающей бред больного мозговой горячкой. Не удержался и немного развлекся за счет прижимистого начальника Вивьен. Мистер Девен упрямо называл поистине астрономическую сумму за «личные данные любимой сотрудницы, о которой он, как порядочный начальник, обязан заботиться и не допускать сомнительных господ с непонятными интересами к юному дарованию». Полноценные кошмары у Натана не выходили, но и не нужно было. Он уловил мечты мистера Девена и изменил их с точностью до наоборот. Пару дней хозяину праздничного агентства снилось, что налоговая служба изымает его имущество в пользу тещи. Дураком Девен не был. Рассказал все, что знал, да еще и извинился за свою плохую память, помешавшую вспомнить, куда он положил папку с личным делом Вивьен.

Жизнь Вивьен была проста и тяжела. Дочь рабочих из бедного квартала, сирота. Девушка в поиске лучшей участи устроилась в контору, занимающуюся праздниками. Бралась за любую работу, так как ни образования, ни дара не имела. Откуда у нее манеры и привычка держать себя, осталось для Мерла загадкой.

Мистер Девен намекал на некоего тайного покровителя Вивьен, благодаря коему у девушки появились манеры и ей, по словам начальника, удалось снять жилье, правда, не в престижном районе — там находится завод, специализирующийся на магической продукции. Узнав адрес опасного, с точки зрения горожан, учреждения, Натан спрятал улыбку. Воистину, пути стихий неисповедимы.

В то, что у девушки есть покровитель, он вначале поверил. Мисс была слишком симпатичной, чтобы оставаться одной. И тогда становится понятно, почему неизвестный мистер, имени которого начальник Вивьен не знал, озаботился ее образованием.

Потом Натан вспомнил про ненормированный график работы девушки, ее неправильные мечты и пришел к выводу: либо мистер Девен в отместку за кошмары наврал и вопреки внешности Вивьен одна, либо речь идет не о покровителе. Любовник? Или любимый? Натану захотелось это выяснить. А еще узнать, чем живет девушка, мечтающая о книгах. Причина для визита у него была.

Когда кеб подлетал к небольшому симпатичному домику, Натан услышал пронзительный женский крик, потом еще один. Выбив плечом хлипкую дверь, меньше всего ожидал увидеть Вивьен, вооруженную метлой, на чердачной лестнице. И рысь, с обидой глядящую на нее снизу.

Разговор и дальнейшие события были верхом абсурда. В итоге Натану предложили забрать весьма агрессивного и, судя по беспорядку в доме, вредного кота, а потом пришлось чинить замок. Хорошо, что в юности Натан в стремлении быть независимым от отца перепробовал множество профессий.

Ковыряясь в замке, он постоянно ловил отрывочные мечты девушки, весьма странные и сбивчивые. В кои-то веки пожалел, что его силы не позволяют видеть мечты человека полностью. Направление мыслей Вивьен постоянно менялось. Уловить связь не выходило.

Все же люди почти всегда мечтают о чем-то одном. Например, женщина хочет модную вещичку. А значит, мечтает о деньгах, а деньги — это муж, скорее вернувшийся с работы, или любовник, который сделает подарок к празднику. А Вивьен то мечтала, чтобы в доме был порядок, то хотела, чтобы Натан починил замок, потом желала, чтобы ушел.

В одном окончательно заинтригованный маг убедился точно: мистер Девен безбожно наврал о покровителе. Если в жизни девушки и есть кто-то, то их связывают не близкие отношения. В мечтах влюбленных, да что там, любовников, постоянно мелькает объект интереса. Натан так ничего и не узнал, зато понял, что ему нравится общество юной мисс.

Выйдя из домика Вивьен, Натан посмотрел на небо и усмехнулся своим мыслям, занятым тем, что было бы неплохо снова навестить новоявленную хозяйку рыси. И причина визита уже есть: она совершенно не знает, что делать с питомцем, а если этот повод покажется слишком нарочитым, всегда можно представиться сотрудником завода, у которого стоит домик Вивьен. К слову, не помешало бы нанести туда визит. Натану не давал покоя сбой в магической составляющей оборудования, случившийся на днях. Никаких поломок или проблем с графиком выработки продукции он не принес, но причину так и не установили. А если вспомнить про катакомбы под одной из фабрик… Проверить, да.

Подлетая к своему дому, вполне соответствующему статусу успешного нерядового сотрудника завода, Натан усмехнулся, вспомнив, как был недоволен, когда пришлось ехать в Дартфорд перед зимними торжествами. Поездка стала намного интересней благодаря любопытному рабочему, сунувшему нож в трещину фабричной стены и чуть не провалившемуся в узкую штольню, и одной синеглазой мисс, измеряющей прочность метел в баллах.


К дому тетушки Доротеи я спешила как на пожар. Ведьма запиралась на ночь так, что пробиться внутрь можно было, только имея отряд королевских солдат под рукой. И то не факт, что гвардейцы победили бы: ведьма была очень старой и прекрасно пользовалась этим, чтобы оправдать некоторые не совсем адекватные поступки. Однажды коммивояжер, сразу не понявший, что престарелая миссис не желает обзавестись новомодным гребнем, сам стукнулся лбом о чугунный бок тяжелого ведьминского котелка. Ведьма же в силу почтенного возраста именно в этот момент задремала. Да, стоя. Да, у двери.

На ходу застегивая шубу, я молилась, чтобы она не успела забаррикадироваться. Наглый кот трусил рядом, с интересом поглядывал по сторонам. Почти не увязал в сугробах в отличие от меня.

Район у нас хороший, но непрестижный, дворники чистили лишь полосу посередине дороги для наземных экипажей, летучие прекрасно планировали над улицей. В общем, дорога чистилась чисто номинально. Жители, работники мастерских и завода откапывались сами. Или не откапывались.

Старая ведьма, например, запасалась на зиму провизией, как бурундук, и вообще из дома не выходила. А узкие, едва заметные тропки проложили ее посетители.

Добравшись до заснеженного крылечка, я с облегчением вздохнула. Стеклянное окошко на двери не было закрыто изнутри деревянной ставней. Тетушка Доротея еще не забаррикадировалась! Успела!

В ответ на звон дверного колокольчика из недр дома донеслись забористая ругань, потом — быстрый топот (старушка была весьма шустрой особой) и лишь затем по ту сторону покрытого узорами инея стекла появилось морщинистое лицо ведьмы.

— А, Вийка! — Тетушка Доротея скривилась, но дверь отперла, цепочку, однако, не сняла. — Чего тебе?

— У меня проблема! — Кот толкнул меня под колено, так, что чуть не села в сугроб.

— Это не проблема, это кошак! Накорми его, и будет как собака бегать! — отмахнулась от меня ведьма, собираясь закрыть дверь.

— Это не он проблема, а… — Я осеклась, заметив за спиной старухи движение.

Секунда, и возмущенно забурчавшую старушку отодвинули.

Вначале я узрела широкую смуглую, явно мужскую грудь, старательно прикрываемую тонкой, наспех надетой и наполовину застегнутой батистовой рубашкой. Повязанный на, так сказать, обнаженную, весьма мощную шею платок, надежно скрывший, как мне показалось, метку стихии. И лишь потом сообразила, что обладатель всего перечисленного очень высок.

Вот так встреча!

Глядя на страшно довольную физиономию рыжего лорда, которому пришлось пригнуться, чтобы выглянуть наружу — и как он за маленьким столиком в булочной сложился-то? — я поспешно заверила:

— Вы правы, тетушка, ничего срочного! Я завтра приду!

Резко развернулась.

А потом был сугроб. Не учла, что один кот боевой породы решит выскочить вперед и случайно снесет меня с ног.

— А ну кыш, усатый! Только попробуй цапнуть, вмиг усы обстригу! — насмешливо хмыкнуло над головой, и меня выдернули из снега. — Что ж вы так, мисс? Не ушиблись? — Рыжий лорд заботливо отряхнул снег с моей одежды. Вблизи он оказался еще выше. — Только попробуй, хвост откручу! — грозно пообещал он, покосившись на кота.

Ага, так его и послушали!

— Стой! — Я вцепилась в пушистый загривок.

Помогло слабо. Кот мне достался крупный, упитанный и упрямый как осел. Не обращая внимания на меня, он целенаправленно двигался в сторону ноги лорда, оскалив клыки и выпустив когти. То, что может и мне прилететь, старалась не думать. Мне только нападения на лорда не хватало!

— Кыш, брысь! Место! Да чтоб тебя! Откуда ты такой на мою голову взялся?!

— Сидеть! — неожиданно рявкнул на всю улицу лорд.

Мы и сели. Я и ведьма. Я — в сугроб. Тетушка Доротея — на подставку для обуви. А кот с радостным рыком вцепился в штанину рыжего. Она ему, видимо, не понравилась, потому что не успела я моргнуть, как лорд покатился по снегу, пытаясь сбросить с себя рысь.

«Мисс Брукс показалось мало темного ритуала, и она решила напасть на проходившего мимо лорда в переулке! Естественно, темном!» — промелькнула перед глазами выдержка из будущего рапорта полицейского.

Я поспешно расстегнула пуговицы шубы. Скорей-скорей! Пока кот не откусил лорду что-нибудь важное! Замахнулась шубой, собираясь накрыть голову рыси и оттащить от рыжего, и не успела. Кот с диким мяуканьем отлетел на пару ярдов и утонул в большом сугробе, а на меня глянул огромный зверь, на золотой шерсти которого серебрились снежинки. Голова орла, тело и лапы льва, распахнутые крылья, перья шириной в полторы мои ладони. Грифон.

— Двуликий! Обманул, паразит! — «обрадованно» взвизгнула ведьма. — Чуяла: что-то неладно! Надо было деньги вперед брать! — погрозила кулаком грифону старуха и захлопнула дверь.

Изнутри донеслось злое бурчание, скрип запираемых замков, стук ставен.

Оборотней тетушка Доротея на дух не переносит. В молодости была у нее любовь с одним двуликим, но не сложилось. Его род не захотел принять скромную ведьмочку.

— Мисс? Не одолжите вашу шубу?

Пока я следила за ведьмой, грифон обернулся человеком и, обнаружив, что одежда превратилась в гору лоскутов, укрылся за высоким сугробом.

Я молча протянула шубу, недовольно глянула на отряхивающегося от снега кота, занявшего позицию между мной и рыжим и, приглашая, махнула грифону рукой:

— Пойдемте! Я живу тут недалеко. Может, найду вам что-нибудь из одежды.

— Был бы премного благодарен! — церемонно отозвался грифон.

И мы зашагали по узкой тропинке. Я, зябко ежась. Рядом — рысь, с подозрением поглядывающая на грифона. И чуть поодаль — лорд, обернувший мою шубу вокруг бедер.

Насчет метки стихий я не ошиблась. Она имелась. Правда, не успела разглядеть, что там было изображено. Некогда рисунки изучать. Меня синяки и ссадины рыжего занимали.

К счастью, рыси не удалось навредить лорду. Конечно, несколько ушибов выглядели неприятно, особенно тот, что на плече. Но рыжий — оборотень, а у них отличная регенерация, по крайней мере, так все считают. Угораздило же меня! Мало того что оборотень, еще и маг!

— Вот скажи, зачем ты на него напал? — сквозь зубы прошептала я, зарываясь пальцами в теплый мех рыси, старательно льнущей к моему боку.

Кот тихо рыкнул в ответ.

— Он понял, что я оборотень. Ваша ведьма нас не жалует, пришлось воспользоваться амулетом. — Грифон громко хмыкнул. — Даже одежду на простую сменил, чтобы она не поняла. А ваш защитник все равно разобрался, кто я. — Он неожиданно похвалил: — Молодец! Зовут-то его как?

— Его не зовут, сам приходит! — усмехнулась я, глядя, как кот гордо задрал голову и короткий хвост. — Я еще не придумала ему кличку.

— Чад! — подсказал грифон. — Защитник.

Рыси кличка понравилась, морда стала довольной, и кот больше на грифона не косился, прицеливаясь к голому колену.

Чад так Чад.

Когда светит обвинение в нападении на лорда, кличка рыси становится последним, что тебя будет волновать. Как и то, зачем грифон маскировался под человека.


В дом Чад проскользнул первым, и когда мы с одетым в мою шубу лордом вошли в теплое помещение, уже носился по комнатам, к чему-то прислушиваясь.

Лорд забавно склонил голову набок, прищурился, а потом экспертно сообщил:

— Мышкует!

Хорошо, что я стояла вполоборота, размышляя, куда лучше отвести гостя: на разгромленную кухню или в спальню, где кот не успел сильно нахулиганить. Чудом удалось скрыть удивление.

Мыши? У меня? Только если они устойчивы к магии. Защита от грызунов и прочих напастей мне тоже досталась от бывших хозяев. И, судя по ровному свету артефакта на стене, она работала. Вспомнилась ползучая роза, появилось желание как можно быстрее выпроводить лорда.

— Проходите! — Я показала на дверь кухни.

Там хоть и бардак, зато никаких неправильных мыслей в голове гостя не возникнет. Лучше я буду неряхой, чем девицей, решившей загладить вину кота в спальне.

Пока грифон топтался на пороге, разглядывая погром, устроенный рысью, я отправилась во вторую спальню. В комнате было прохладно. Когда поняла, что это помещение будет нежилым, попросила Дамиана, нашего штатного мага, перенастроить систему отопления на минимум. Я сложила сюда те вещи хозяев дома, которые было жаль отправлять на чердак.

Потирая замерзшие на морозе ладони, пробралась к шкафу, где висели личные вещи. Судя по ним, тут доживал свой век старик. Конечно, на плечистого и высокого грифона его рубашку и штаны будет сложно натянуть, но это лучше, чем идти в женской шубе вместо набедренной повязки. Сложив одежду в узел, я оглядела полупустой шкаф. Потом — комнату. Давно сюда не заходила. Сейчас даже и не вспомню, что и где укрыто старыми простынями.

Раньше тут было больше вещей. Что-то пожертвовала храму в честь праздников, что-то — забравшимся в дом бродягам, что-то продала, чтобы оплатить взнос за дом, когда мистер Девен задержал жалованье на полтора месяца.

Хорошо, что я не последовала совету коллег и не отвезла лишнее имущество перекупщикам. После фокуса родителей с Золотой Мадам мне было очень плохо. Потребовалось время, чтобы хоть немного успокоиться. Вещи же создавали ощущение семьи, несколько месяцев я представляла, что со мной живет дедушка. Настоящий, добрый, участливый. Потом поняла, что это было глупостью. Но ведь глупость помогла?

— Мяу? — Чад потерся головой о мою руку.

Что это я раскисла? Мне надо грифона одевать, а потом извиняться.

На кухне я застала весьма забавную картинку. Грифон, оставив мою шубу на спинке стула, соорудил из нескольких кухонных полотенец нечто вроде юбки. Вооружившись еще одним и лопаточкой, что-то деловито помешивал в кастрюле. Вид он имел крайне неодетый. Хорошо хоть я любила большие кухонные полотенца и не падала в обморок от господ самого неприличного облика.

В одной из деревень, где мы жили, стоял гарнизон солдат. Командир любил устраивать пробежки по извилистым тропкам, серпантином поднимавшимся на вершину горы. Чтобы не допустить порчи обмундирования в случае падения, спринтеры раздевались до подштанников. Надо ли говорить, что их порицали, обзывали развратниками? Однако в зарослях у начала тропы случался ежедневный аншлаг. Женская половина деревеньки с удовольствием глазела на солдат. Мне было четырнадцать, меня как раз начали интересовать мальчики, и я тоже бегала к тропе.

Но по сравнению с грифоном мускулистые служаки выглядели тощими хлюпиками.

Только вот вместо восторженных ахов в моей голове крутились откровенно бредовые вопросы. Сколько ткани ему на рубашку нужно? А как он в экипаже ездит, наверное, неудобно? Хотя посмотреть тут определенно было на что…

— Ты не против? — Маг перешел на «ты». В нашей ситуации это было естественно. Хотя я вначале предпочла бы узнать имя того, кто тут довольно щурит зеленые глаза над моей кашей. — Я тут кашу нашел. И масло, — продолжая колдовать над плитой, через плечо пояснил он.

— Нет, не против. — Я пододвинула свободный стул и положила одежду. — Будет мало, но лучше так, чем… — развела руками, разглядывая грудь грифона. Красавец, но меня больше интересовала метка стихий.

— Огонь, — лукаво подмигнул грифон. — Могу разжечь костер, могу поле спалить.

Забавно, двуликий не хвастался, а констатировал факт.

— Так, держи, помешивай медленно. — Мне вручили лопаточку и, аккуратно взяв за плечи, передвинули к кастрюле.

Переодеваться грифон отправился за дверь.

— Эрик! — представился он, шурша тканью. — Если точнее — лорд Эрик Дарнелл.

Я усмехнулась. Что-то не то творится в мире! Лорд кашеварит на моей кухне, маг чинит замки.

— Можешь звать меня Эриком, и без всех этих «мой лорд».

Судя по всему, заявление в полицию грифон писать не будет. Хорошо. Надеюсь, на свидание мне с ним за это идти не придется? Нет, лорд весьма привлекательный двуликий, но у меня и без него проблем выше крыши. Одно дело — неделю повторять Дамиану, что за настройку отопления я заплатила ему деньгами и не собираюсь благодарить еще и иным способом. Другое — Эрик. Это сейчас он сделал вид, что все нормально. А вдруг потом вспомнит? Вот этого мне не нужно.

— Как скажешь, Эрик, — согласно кивнула я своим мыслям, помешала кашу. Перехватила голодный взгляд Чада, забравшегося на стул и растопырившего усы от вкусного аромата почти готовой перловки. — Ты уже ел! — ответила я наглому коту. — Вначале гости, потом рыси.

Вспомнила, что так и не представилась, и исправила свой промах:

— Вивьен Брукс. Можно Вивьен… Кхм…

Эрик, пригнувшись, вошел в комнату. Как он натянул вещи, осталось для меня загадкой. Но больше было интересно, почему они еще не расползлись по швам.

— Я их немного зачаровал, получилось, скажем так, не очень, я ведь не колдун, а оборотень все-таки, — пояснил грифон, пытаясь натянуть рукава рубашки ниже локтя. — Но, к сожалению, в длину вещи не тянутся. Вызовешь мне кеб?

Взяв тарелки, грифон начал раскладывать кашу. Себе, мне и Чаду, так и не слезшему со стула.

— Сейчас схожу.

— Погоди! У тебя нет зеркала?

Я пожала плечами.

Эрик отложил ложку, отставил кастрюлю, задумчиво почесал пальцем кончик носа.

— Садись, я сам схожу. Куда идти?

— Мне несложно. К тому же я виновата, — кивком указала на уткнувшегося в одну из тарелок Чада. Лучше сразу разобраться, чем потом гадать, не решит ли грифон вспомнить о происшествии у дома ведьмы. — Скажи сразу, сколько я тебе должна за испорченную одежду и… моральный ущерб.

— Ущерб? Моральный? — Зеленые глаза грифона превратились в две ехидно поблескивающие щелочки.

Злится? Почему?

— Мне? Ущерб? — повторил он уже спокойнее.

Я согласно закивала.

— Гм… — Меня смерили задумчивым взглядом.

Я приготовилась объяснять, что свидания в компенсацию не входят. Вот такая я неправильная мисс. Не иду простым путем: хлопать ресницами не люблю, как и делать вид, что безумно рада провести несколько скучных часов в обществе выгодного мистера, пусть и весьма обаятельного.

— Вот это за одежду! — Грифон демонстративно воткнул ложку в густую кашу, его явно забавляла ситуация. — А что касается морального ущерба, пообещай, что никому не расскажешь, как я в снегу с твоим котом кувыркался. Меня же засмеют! Не смог отбиться от обычной рыси! Я же двуликий, демон меня побери! Грифон! А тут обычная рысь на лопатки уложила!

Чад оторвал от тарелки испачканную кашей морду и оскалился. Дескать, он не обычная, а очень боевая рысь!

Меня условия Эрика устраивали. Довольно заулыбавшись, собралась предложить ему добавки, как грифон объявил, старательно собирая ложкой остатки каши:

— Ну не на свидание же тебя приглашать? — а затем добавил: — Потом обязательно приглашу! Днем, в своей одежде и без котов.

Шутка вроде, а смотрит хитро.

— Я не хожу на свидания, — пояснила я.

— У? Да? — Эрик забрал кастрюлю и разделил остатки каши между собой и Чадом. Тот даже забыл, что рычал на него, поддерживая мое возмущение. — Это ты меня плохо знаешь.

На редкость самоуверенный тип. Увы! Тот самый случай, когда первое впечатление верно.

— И, Вивьен, я не хожу на свидания с девушками в оплату долгов. — Грифон отставил тарелку. — Куда идти? У кого есть зеркало?

Я добавила к наряду Эрика плащ, тоже оказавшийся коротким, и домашние тапочки без задников. Маг заверил, что огонь в его крови поможет не отморозить ступни. Надела шубу, и мы пошли в швейную мастерскую. Эрик рвался навестить дам без меня, не хотел отпускать обратно одну. Утверждал, что работницы совершенно не удивятся, увидев на пороге мужчину в одежде с чужого плеча и тапках на босу ногу. То, что сейчас почти полночь, его ничуть не смущало. Объевшийся кот лениво трусил следом.

В мастерской случился небольшой переполох. Швеи младше сорока под разными предлогами заглядывали в кабинет, где было зеркало. Старшая смены, почтенная, глубоко замужняя матрона, вначале отнеслась к такому любопытству с пониманием, потом не выдержала и заявила, что следующий, кто забыл в кабинете начальника подушечку для булавок, сошьет новые для всей мастерской!

Я была ей благодарна. Откровенно раздражали полные зависти взгляды и ехидные смешки.

Эрик не обращал на них никакого внимания. Зеркало барахлило, и маг пытался настроить его вначале как полагается, потом народным методом: постучав о стол.

Чаду вообще не было дела до перешептываний в коридоре. Кот занял хозяйский диван в углу и дремал.

— Вот же хлам! — Грифон продемонстрировал нам с главной мастерицей тускло мерцающую белым светом поверхность. — Мисс Брукс.

На людях маг обращался ко мне официально, за что ему спасибо. И так вон швеи все кости уже перемыли!

— У кого тут еще есть зеркало? — отложив бесполезный артефакт, спросил Эрик.

Я беспомощно развела руками. Соседей знаю плохо, все время занимает работа, а выходных у меня не бывало. Потому и удивилась, что мистер Девен разрешил взять отпуск.

С надеждой повернулась к мастерице.

— До утра не найти. Спят все уже, — сочувствуя, покачала она головой.

И нас поспешно выпроводили из мастерской.

Снаружи оказалось мокро, холодно и скользко. Видимо, у кого-то из богов было совсем отвратительное настроение, потому что на город обрушился самый настоящий ливень!

Все вокруг моментально покрылось толстой ледяной коркой. Сугробы превратились в сверкающие гладкие горки. Фонари обзавелись причудливыми гирляндами из сосулек. И света было почти не видно — стекла тоже затянуло льдом. Как и шерсть Чада, волосы и плечи Эрика и капюшон моей шубы. Толстая подошва зимних сапог не спасала, ноги разъезжались. Сюда бы терки из дома!

В нашем северном городке гололеды случались регулярно, а чистили от наледи в первую очередь главные улицы и богатые кварталы. Остальные приспосабливали подручные средства. Привязанные к обуви терки были одним из самых простых и верных. У меня тоже водилась парочка старых и погнутых.

Однако глядя на творящееся вокруг погодное безобразие, я начинала сомневаться, что терки тут помогут. Здесь настоящие коньки нужны!

— Приютишь до утра? — Грифон подхватил меня под локоть, не дав растянуться на ступеньках.

— Конечно.

Оставить мага на улице не позволяла совесть. В такую погоду никакие крылья не помогут, да и магия, я так подозреваю. Жаль, сразу не вспомнила, что у моего нового знакомого они есть. Столько всего навалилось. Только вот вопрос: почему сам грифон забыл о крыльях и сразу не улетел?

И тут я обнаружила, что скважина замка заледенела и ключ попросту некуда вставлять.

— Давай помогу.

Эрик приложил ладонь к замку. Пальцы слабо засветились, по коже рыжего побежали маленькие алые огоньки. Потом ярко полыхнуло и запахло горелым деревом. Грифон тихо выругался.

— Завтра приглашу мастера! — поспешно пообещал он, пока я, глядя на прожженную в двери дыру в форме ладони, подбирала приличные слова, чтобы не получить обвинения в оскорблении одного переусердствовавшего с магией лорда. — Побочное действие амулета. Извини, забыл.

Я медленно выдохнула… вдохнула. Я спокойна! Просто теперь вид моей двери соответствует царящему внутри бардаку. Потянула на себя Чада, в обледеневший загривок которого успела вцепиться, не дав возмущенному порчей имущества коту покусать косорукого мага.

— Какие-то еще побочные эффекты имеются? Лучше скажи сразу, пока мы не вошли в дом, — почти спокойно уточнила я.

— Летать сейчас не могу, с обонянием проблемы. — Эрик открыл дверь, галантно пропустил меня вперед. — Обещаю не пытаться летать по дому и никого не нюхать, — шутливо закончил он.

Мы с Чадом дружно фыркнули.

Отряхнувшись ото льда и оставив верхнюю одежду на вешалке, мы с грифоном отправились на кухню. Чад остался портить метлу, очень ему понравилось грызть ее ручку.

Поставив на плиту чайник, я озадачилась размещением нежданного гостя. Было всего два варианта: отдать Эрику спальню или отыскать в хозяйских вещах софу и оставить его на кухне. И все равно выходило, что на кухне сплю я. Потому что софа была… небольшой, и вообще, прежде чем селить сюда кого-то, надо прибраться. Вспомнилась ползучая роза из спальни. Хочется верить, что, пока Эрик там будет, ничего подобного не появится.

Налив гостю чая, я отправилась инспектировать спальню на предмет магических аномалий. Ничего такого не нашла. Убрала пакет из-под пирожков, поправила торшер, перестелила постель, забрала свою пижаму и домашний халат.

Эрик попытался отказаться от чести спать в девичьей опочивальне. Рвался обосноваться в гостиной. Пришлось соврать, что там у меня бесконечный ремонт. Но так просто сдаваться грифон не привык. Он решил ночевать на кухне!

— Беспорядок? Ну и что? Сейчас уберем! — на редкость упрямый лорд!

В уборке Эрик и Чад принимали самое активное участие. Вначале грифон бодро осваивал искусство махать веником, потом — основы расстановки по полкам банок с крупами. По его словам, это было сложнее, чем научиться владеть магией. Кот же учился не путаться под ногами и не лезть, куда не просят. Пара оттоптанных мной и Эриком лап, один обваренный горячей водой любопытный кошачий нос, и Чад скромно сидит в углу, внимательно следя за нами. Спокойно сидеть ему скучно, поэтому каждое наше действие сопровождается мяуканьем или фырканьем.

— Еще немного — и он заговорит! — усмехнулся Эрик, старательно протирая вымытую тарелку полотенцем.

— Было бы неплохо! Тогда я хотя бы узнала, откуда он взялся.

— А ты не знаешь?

— Нет, приблудился… — поняв, что случайно проговорилась, я исправилась: — Сидел на крыльце. Натан… знакомый маг… сказал: на нем нет меток и следов от ошейника.

— Подарок от поклонника? — сверкнув глазами, предположил грифон. — Я его понимаю, ты живешь одна, а Чад хоть и безобразник, но охраняет хорошо. Молодой пока, хулиганистый, а подрастет — будет отличный защитник.

— Вряд ли от поклонника, — сухо ответила я. — Я не принимаю подарков, они обязывают.

Эрик прав, Чад вполне может оказаться подарком. Хоть бы это было не так! За полдня я успела привыкнуть к рыси и даже смирилась с тем, что меня будут объедать. А если он чей-то дар, придется вернуть или возместить стоимость кота. Вексель на оплату отпуска лежал в моей сумочке. Вместе с небольшими сбережениями должно хватить и на погашение части кредита, и на рысь. Я надеюсь.

— А если подарок сделан от чистого сердца? Просто так? — Грифон вытер руки и задумчиво склонил голову набок.

— А разве так бывает? — Улыбка должна была быть веселой, но вышла немного грустной.

— О! Еще как бывает! — заверил Эрик.

Не стала его переубеждать. Он ведь вырос в особняке, а не в рабочем квартале.

Дружными усилиями мы привели кухню и затоптанную полицейскими парадную в божеский вид. Софа нашлась в дальнем углу закрытой комнаты. Когда-то она стояла у камина, рядом с креслом. Убрала, потому что разросшаяся роза не давала нормально поставить кресло-качалку.

— А ничего пошире нет? — с сомнением разглядывая узкое и короткое спальное место, спросил Эрик.

Диван. Но он в гостиной, а там вроде как преступление совершилось.

— Нет. Поэтому я предложила тебе лечь в спальне.

— А может, вместе?

— Вместе что? — Хитринка во взгляде грифона мне не понравилась. — Вместе в спальне? Во-первых, это неприлично. Во-вторых, у меня не настолько широкая кровать.

Эрик под сердитое рычание Чада громко хмыкнул. Выдвинул софу на середину кухни и попытался улечься. Даже сложившись пополам, он не помещался. Свалившись на пол под радостное мяуканье кота, грифон неохотно согласился:

— Хорошо! Иду в спальню!

Перед тем как туда отправиться, грифон решил посетить уборную. Попросил комплект полотенец и что-то вроде халата. Как он протискивался в низкую узкую дверь — отдельная история.

— Прибил бы того гнома, что это делал! — бурчал он, закрывая дверь.

Почти сразу внутри загрохотало, кажется, шкафчик уже не висит на стене, а лежит в небольшой медной лохани, установленной вместо ванны.

— Я приведу мастера! — донеслось из-за двери, последовал звук удара. — Я сейчас все выровняю!

Лишь бы после дождя, превратившего город в каток, не начался буран! Оказывается, не только рысь в доме — то еще удовольствие, с ролью разрушителя вполне может справиться высокий крепкий мужчина, привыкший к простору особняка! Радует, что дом у меня старый, один из тех, что построили первые поселенцы, потолки высокие, наружные стены толстые, каменные, так просто не разрушишь. А что касается дверных косяков, внутренних перегородок, полок и прочего — их можно починить. Жаль, обещанных лордом мастеров я не могу пустить даже на порог — вдруг заметят то, что осталось после ритуала.

Кстати, надо бы еще раз осмотреть все, пока Эрик разносит уборную. И в дыру во входной двери затолкать что-нибудь дополнительное: лоскута, что запихнул грифон, явно недостаточно — по ногам сквозняком тянет.

Перехватив вопросительный взгляд Чада, я показала на дверь уборной:

— Стереги.

Должна же быть хоть какая-то польза от кота?

Первым делом нашла старый шерстяной платок и затолкала его в дыру, чтобы из двери не дуло. Проверила стул, которым мы ее подперли. Конечно, у меня тут целый грифон и боевая рысь в наличии, но предосторожность лишней не будет.

Повторный беглый осмотр комнат никаких результатов не дал. Ни в спальне, ни на кухне, ни в прихожей никакой подозрительной темной субстанции я не нашла. Впрочем, как и ползучих роз. Осторожно заглянула в гостиную. Но там все было по-прежнему: разгром, затертая пентаграмма на полу, похорошевшая роза, тянущая колючие ветки к окну и камину, топлива в котором хватит еще на пару дней. Потом придется опять надевать пакеты или портить место преступления новыми следами. Казалось, кавардак в гостиной — чья-то злая шутка и никакого ритуала не было. Однако шевелящаяся из стороны в сторону кошачья попа утверждала обратное.

А на кого это там он прыгать собрался?

— Чад, фу! Нельзя! Стой! — запоздало выкрикнула я.

— Не поймал! Что, усатый, не достанешь?

Закрыв дверь в гостиную, я облегченно вздохнула. Грифон, закутанный в простыню, дразнил кота зажатой в руке тапочкой. Чад грозно топорщил усы, припадал к полу и довольно подпрыгивал, стараясь выхватить добычу из поднятой руки Эрика. Не знала, что рыси — настолько прыгучие существа!

Отправив гостя спать, я посетила уборную. Ополоснулась в погнутой и выровненной кулаком лохани. Лежа на софе, пожалела, что не взяла из спальни книги. Время за полночь, а сна — ни в одном глазу. Еще бы! Почти сутки проспала!

Повернувшись на бок, я задумчиво окинула взглядом посапывающего Чада, устроившегося на кухонном столе. Обычная рысь. Точно. Натан подтвердил. Да и оборотень наверняка бы почуял двуликого. Или нет? Эрик говорил про какие-то проблемы с обонянием. Может, оно и хорошо, что грифон застрял в моем доме? По крайней мере, наверняка выясню, оборотень Чад или нет?

— И все-таки как же ты попал в дом?

Кот, естественно, не ответил. Открыл один глаз, зажмурился, аппетитно зевнул и растянулся почти на весь стол. Такое чувство, что он заметно подрос. И шерсть стала светлей. Плохо разглядела? Скорее всего. Вначале испугалась, потом вышла из себя от наглости кота. Не до размеров усатой проблемы было. А цвет шерсти? Грязный был, а пока гулял по снегу и дождю, отмылся?

— Ты купаться любишь? — хмыкнула я, следя за довольно прищурившимся Чадом.

От немедленной помывки кота спас грифон — побоялась его разбудить. То, что в процессе мытья будет очень шумно, я не сомневалась.

Добавив к мысленному списку дел на завтра, где первыми пунктами были выпроводить Эрика и повторно сходить к тетушке Доротее, вымыть рысь, я незаметно для себя задремала. Точнее, погрузилась в странное состояние, нечто среднее между сном и явью.

Кухня, освещенная тусклым светом остывающей пластины плиты, кружилась и расплывалась перед глазами. Очертания предметов исчезали, уступая место новому, незнакомому виду…

Огромная луна заливала голубым холодным светом крытую каменную галерею. Заставляла серебриться иней и снег на резных арках, в которых почему-то не было стекол, зато имелись живые розы, оплетавшие арки от пола до потолка. Плотно закрытые алые бутоны, колючие ветви, присыпанные снегом листья. Толстые стебли исчезали в клубящемся над полом темном тумане, в котором то и дело вспыхивали белые искры.

Красиво и жутко.

Оторвавшись от созерцания странного явления над подернутым ледком полом, я выглянула наружу. И задохнулась от восторга. Заснеженные горные пики завораживали. Казалось, место, где я очутилась, висит над извилистым хребтом, напоминающим дракона.

Я несколько лет не была в горах. Со времен, когда мы с родителями колесили по стране. Дартфорд находится в стороне от оживленных дорог, но все равно до зимних курортов рукой подать. Бери и поезжай. А зачем? Далекие горные вершины я из родного города вижу. Не понимала восторженных воплей коллег, каждую зиму ездивших посмотреть на пейзажи. Теперь знала, что приводит их в восторг.

Я бы очень хотела оказаться в горах на самом деле. Впрочем, сон меня тоже устраивал: красиво и никаких затрат, да и опасностей куда меньше.

Словно услышав мои мысли, один из бутонов отломился от стебля и, подхваченный вихрем, скользнул вдоль руки, оцарапав пальцы. Больно не было, только стало немного зябко. А распустившаяся роза закружилась у моего лица, оставляя шлейф алых лепестков. Казалось, она приглашала протянуть руку и взять ее.

Вспомнив о странной тьме в спальне, я отдернула пальцы, удивленно отметив, что они вначале вспыхнули белыми огоньками, а потом будто прозрачная темная перчатка появилась. И исчезла.

В тот же миг я очнулась сидящей на софе. Алым огоньком тлела остывающая пластина печки. Мерцали глаза Чада. Что это было? Сон? Видение? Я поспешно дотронулась до руки, уколотой розой. Никаких царапин не обнаружила. Огляделась по сторонам, но темнота вокруг была самой обычной. Она не шевелилась и белыми искрами не вспыхивала. Чад вопросительно фыркнул и мотнул головой в сторону подушки. Я тихо ругнулась. На белой ткани темным пятном выделялась роза!

Первым желанием было отскочить подальше, но я его поборола и решила мыслить здраво. Роза. Лежит. На моей подушке. Не светится, не летает. Выглядит обычным цветком. Осторожно дотронулась пальцем. Не только выглядит. Это и есть обычный цветок. Вопрос: как она могла сюда попасть? Не сама же приползла из гостиной? Чад сладко потянулся, громко зевнул и подтолкнул мою руку в сторону цветка.

— Твой хозяева, что, не только завтрак в постель тебя носить учили?

Кот громко фыркнул. Подставил голову под пальцы, требуя похвалы и ласки за цветок. То, что он испортил своими следами место преступления, его не волновало. Что с него возьмешь? Кот ведь? Или нет?

— А как ты дверь гостиной открыл?

Чад забрался на софу, потерся носом о плечо.

Придется идти смотреть.

Я откинула одеяло. С опаской опустила ноги на пол. Никаких темных субстанций не появилось. Ничего страшного или необычного не произошло. Нащупала домашние туфли. Накинув халат, потянулась за розой. Роза и роза. Отломлена близко к бутону, на коротком черенке никаких колючек. Обычный цветок. Один из тех, что растут у меня в соседней комнате. Держа розу в руке, направилась к стене, чтобы включить бра.

— Тоже бессонница? — На пороге кухни появился Эрик, которому пришлось пригнуться, чтобы не выровнять головой дверной косяк.

— А, да! — Я быстро спрятала розу в карман.

— Может, чаю? — Глаза грифона светились в темноте, и сейчас они хитро сузились. — Я такого вкусного травяного чаю, как у тебя, никогда не пил!

Еще бы, вряд ли в богатых домах подают настой из выращенных в собственном саду трав.

— Можно и чаю. — Лучше я выпью лишнюю кружку чаю, чем грифон, страдающий бессонницей, начнет бродить по дому и случайно заглянет в гостиную.

Пока кипятила воду и заваривала травяной настой, Эрик, почесывая Чада за ухом, болтал без умолку. Я узнала, что он из рода двуликих из Ранделла. Я плохо разбиралась в географии. Тиарнак, где родители подписали договор, находился по ту сторону гор, фактически на их склонах, маленькое независимое княжество с сильными ледяными магами. В остальном я смутно представляла расположение соседних стран. Мне было достаточно того, что мы со всеми живем в мире.

Грифон просветил, что Ранделл — это наши ближайшие западные соседи. У Вэйланда с ними дружеские отношения уже много столетий. Правит одна из кошачьих семей двуликих.

Перебрался Эрик в наше королевство недавно. До двадцати одного года обитал в разных учреждениях для детей военных. Отец погиб при исполнении, был офицером. Мать умерла через несколько месяцев. Сироту отдали на попечение короны.

Окончив военную академию, Эрик получил наследство, продал, что можно было, и отправился в бессрочное путешествие по горам. Всегда мечтал о них. Любовь, однако, быстро прошла. Нагулявшись по живописным перевалам и налетавшись по долинам, он открыл свое дело. Пару недель назад приобрел дом в столице Вэйланда, но в Клиффорде грифона вряд ли часто будут видеть. Специфика работы. А занимается Эрик решением чужих проблем.

Я чуть не поперхнулась чаем, пришлось отставить чашку и сделать вид, что напилась. Мало мне лорда Вернона и полиции, так еще и специалиста по особым поручениям умудрилась в знакомые заполучить!

— Так что будут проблемы, обращайся, — подмигнул мне Эрик. — Сделаю все в лучшем виде. Бесплатно, — и заметив, что я поморщилась, вспомнив о сыре в мышеловке, продолжил: — Не веришь, что кто-то может просто так помочь?

Я отрицательно покачала головой.

— Значит, тебе просто не везло в жизни.

Я была не согласна. Мне как раз везло. Иначе сейчас улыбалась бы клиентам Золотой Мадам или сидела в съемной квартире в ожидании лорда, которому была нужна уж точно не в качестве горничной.

Зябко передернув плечами, я натолкнулась на серьезный взгляд Эрика.

— Не хочешь рассказать о себе?

— Нет. — Я долила себе чаю и демонстративно уткнулась в чашку.

Грифон лукаво улыбнулся, побарабанил пальцами по столешнице.

— А давай я угадаю?

— Не стоит, — погладила положившего мне на колено голову Чада.

Со своим прошлым я разобралась, и беспокоить его из-за простого любопытства случайного знакомого не собиралась.

— Мм, а это вызов! — не пожелал отступать Эрик.

Ну и ладно, пусть развлекается, отвечать я ему не собираюсь, чай допью.

Грифон задумчиво покрутил головой.

— Ты… сирота.

Я сделала глоток приятно пахнущего травами напитка, равнодушно пожала плечами.

— Ты выросла с дедом… в этом доме… после его смерти пошла работать, так как, кроме дома, он ничего тебе не оставил. Замуж не вышла, потому что…

Я насмешливо приподняла бровь. Не знаю, какой из Эрика специалист по особым поручениям, но угадывает он из рук вон плохо.

— Потому что был нахальный поклонник, от которого ты смогла избавиться, только подав жалобу в полицию.

Ни одного попадания. Если он так же разбирается с деликатными поручениями, то удивительно, что он что-то зарабатывает!

— Кажется, дождь закончился! — радостно сообщил Эрик, забавно дернув ухом.

Чад тоже прислушался и громко фыркнул.

— О, побочные эффекты от амулета исчезли. — Грифон потрогал пальцем кончик носа. Ноздри затрепетали, он покосился на Чада, нахмурился, потом озорно посмотрел на меня. — Твой знакомый маг прав, на рыси нет чужих запахов, только твой, и меток нет. Так что твой поклонник на самом деле беспокоится о твоей безопасности. Я тебя знаю два часа, но и то уже понял, что ты при первом же намеке на дарителя вернешь пушистый подарок. А тебе охрана не повредит. Одна совсем. И защиты на доме почти никакой.

Опять он о тайном поклоннике! Кто просил напоминать? Только удалось себя убедить, что Чад не подарок, а каким-то чудом выросшая в городе рысь!

— Ага, я прав. Не хмурься. Думаю, его бывший владелец никогда не появится. А если и появится, то не скажет, что это он подарил. А Чад его не выдаст. Да, усатый?

Кот согласно заурчал.

— Ну, спасибо за чай и крышу над головой, мне пора! — поднимаясь из-за стола, сообщил Эрик.

Я запахнула халат и встала со стула.

Когда проходили мимо двери гостиной, обнаружилось, что ее исцарапали и не то выгрызли, не то выдавили замок.

— И не стыдно тебе? — Я обернулась к пытающемуся слиться со стеной Чаду.

— М-да, двери у тебя хлипкие, — оценил проделку кота Эрик. Сунул палец в одну из щелей и присвистнул: — И дюйма нет! Да ее пальцем проткнуть можно!

— Мне хватало, — ответила я и мысленно добавила, что до появления всяких усатых двери никто на прочность когтями не проверял. Пальцами тыкать — тем более не пробовал.

Пока грифон ничего не сказал и опять не пообещал пригласить мастеров, я отодвинула стул и открыла дверь. Выглядело не слишком вежливо, но двуликий и так злоупотребил моим гостеприимством.

Снаружи царили лед и мороз. Дождь заковал улицы в прозрачные доспехи, которые в тусклом свете фонарей сверкали, точно отполированные. Пришлось напомнить себе, что Эрику подвластна магия огня и он ничего не отморозит, пока долетит до съемного флигеля в центре.

Попрощавшись, грифон осторожно спустился по ступенькам, помахал мне рукой и взмыл в темное небо уже золотым зверем.

Наверняка ему не составит труда долететь до гор… Вот бы увидеть то место из сна…

Я сердито тряхнула волосами, отгоняя непрошеные мысли. Какие горы?! Мне почти предъявили обвинение в использовании запрещенной маги! В моем доме творится что-то непонятное! А я о горах думаю!

Чад ткнулся головой в ладонь, для этого ему пришлось припасть на передние лапы. Мой кот определенно подрос и посветлел.

— Мыться будешь? — все равно я не усну.

Чад зарычал, отпрыгнул назад. Войдя внутрь, я обнаружила его на верхней ступеньке лестницы, ведущей на чердак. Судя по воинственному виду, лезть в воду без боя кот не собирался.

— Грязного в спальню не пущу! — Чад громко фыркнул. — На кухню — тоже! Не хочешь мыться, сиди в прихожей. Старый коврик с чердака принесу.

Кот попытался улечься на ступеньке. Не поместился и кубарем скатился к моим ногам.

— Это — да? — усмехнулась я.

Чад обиженно пофыркал на лестницу и, гордо задрав голову, промаршировал в угол. И попытался стащить с вешалки мою шубу!

— Эй! Не наглей! У меня нет другой шубы! На крыльцо выселю!

Кот вопросительно покосился на меня, выпустил когти и поднял лапу.

— Только попробуй!


Грифон неторопливо набирал высоту. У маскировочного амулета, кроме указанных в инструкции, оказалось несколько пренеприятнейших дополнительных побочных эффектов. После полного отсутствия обоняния ноздри щекотало от обилия запахов. Магия ощущалась как нечто чужеродное. А крылья неприятно ныли, словно были связаны веревками, а теперь вырвались из плена. Вот что значит взять поделку чужого артефактора! Как же не вовремя его подчиненные решили съездить в горы покататься на лыжах. В итоге остался и без артефактора, и без колдуна. Мало того, эти двое умудрились забраться туда, где с их зеркалами нет связи!

Пришлось импровизировать. Импровизация не удалась. Ведьма поняла, что он двуликий, и отказалась помогать. А тетушка Доротея, надо заметить, — самая сильная в этом городке. Придется искать другой подход к старушке. Ибо сфера, в которой она разбирается, очень специфична.

Конечно, в городке имеются и другие ведьмы. Однако более-менее сильные работают на корону, а остальные — с крупицей дара, их и ведьмами назвать сложно. Неудивительно, что тетушка Доротея весьма широко известная в узких кругах Дартфорда личность. На дух не переносящая двуликих.

Придется искать подход.

Не лететь же в горы разыскивать лыжников-любителей, проверяя один курорт за другим? Зная подчиненных, Эрик не сомневался, что колдун наверняка уговорил артефактора отклониться от выбранного туристической фирмой маршрута. Проехаться дикарями по горным поселкам. Посмотреть на жизнь гор зимой изнутри. За эту теорию были факты.

В отеле сказали, что постояльцы выписались, арендовали сани, работающие с помощью магии, и укатили. Искать их до конца выторгованных у грифона отгулов нет смысла. Да и тратить время на полеты Эрик не мог. До зимних торжеств — всего ничего. А в праздники найти нужных людей станет еще сложнее. Все будут славить богов-покровителей, приносить дары им и стихиям. Проще говоря — пить, гулять и развлекаться.

Заказчик и так нервничает. Требует результат. Не хочет понимать, что в их случае отсутствие оного — уже хорошо. Впрочем, кое-что уже есть, но знать лорду-заказчику об этом не стоит. Надо самому вначале разобраться.

Эрик расправил крылья, наслаждаясь ветром. От холода защищала магия. Грифон вспомнил о случайно прожженной в двери дома Вивьен дыре. Нужно быстро найти мастера и починить, как обещал, а то девушка и так не верит никому. Воздвигает невидимые стены и держит дистанцию.

«Кто же тебя так обидел, девочка? — размышлял он. — Кто-то из близких».

Играя в угадайку с Вивьен, Эрик специально рассказал самую явную версию. Как он и предполагал, она среагировала на два пункта — родные и поклонник. С обоими у девушки были связаны не самые радужные воспоминания, и грифону хотелось узнать, что именно случилось. Узнать и доказать Вивьен: не нужно закрываться от всех.

Грифон приземлился во дворе дома, где снимал флигель у смешливой вдовушки с полными руками и потрясающей грудью. Войдя внутрь, Эрик сразу почувствовал терпкий запах ее духов и сдобный аромат пышного тела. Он никогда не отказывался от удовольствий, особенно если вторая сторона понимала, что он никому ничего не обещает.

Амалия была умной женщиной. Она прекрасно знала, что крылатый постоялец подарит много ласки и страсти, но не более, однако сегодня осталась и без того и без другого. Появившийся на пороге мужчина, от одного вида которого не обделенная вниманием противоположного пола вдовица была готова покраснеть как девочка, мимоходом улыбнулся, подхватил со стула халат и зарылся в бумаги. Амалия было сунулась размять ему уставшие плечи, но, оказавшись рядом, уловила тонкий, едва уловимый аромат розы. Досадливо поджав губы, она пожелала Эрику спокойной ночи. Грифон не остановил.

Амалия была умной женщиной. Она быстро сопоставила явно недешевые духи, пахнущие розой, задумчивый вид постояльца и то особое выражение, которое мелькает в глазах мужчин, когда в их жизни появляется та, что задевает не только тело…

Амалия это знала, ее муж был таким. Позавидовав неизвестной девушке, она решила порадовать себя сладостями и забыть грифона. А Эрик, зарывшись в бумаги, старательно сопоставлял факты. Простое дело по поиску пропавшего неожиданно обросло новыми деталями. Стало напоминать мозаику, собрать которую ой как непросто, но безумно интересно.

Грифон вспомнил про второе, неожиданно свалившееся на голову синеглазое дело, начать раскручивать которое его толкнуло звериное чутье, оно же запутало хозяина, подкинув нечто странное, требующее проверки.

Вивьен… Отвлекшись на бумаги, Эрик улыбнулся. В Вивьен каким-то невероятным образом сочетались доброта, отзывчивость и закрытость, настороженность. Она охотно помогала другим и при этом будто ждала удара, не верила, что кто-то может поступить как она сама: просто помочь, без задней мысли или далеко идущих целей. А это было неправильно.

Девушки должны улыбаться, радоваться жизни, с надеждой смотреть в будущее, а не зябко пожимать плечами, вцепившись пальцами в шерсть рыси и вспоминая прошлое.


ГЛАВА 1 | Мечта светлой тьмы | ГЛАВА 3