home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



11


— Ах ты, дрянная девчонка! Ты хоть понимаешь, что поставила под удар весь наш план?

Хорас сильно злится, пока я сижу на кровати и смотрю на океан. Пристально, почти не моргая, будто созерцание стихии важнейшее из всех дел. Я пытаюсь отвлечься. Так много бранных слов, хочется заткнуть уши. Ну или снять серёжки. Но не решаюсь. Не следует ссориться с леварцем сильнее.

— Он позволил остаться. Сказал, что не гонит.

Вот, пожалуй, и все оправдания.

— Только попробуй хоть раз снять серёжки! — лютует Хорас. — Или будешь наказана.

— Какая разница будет наказание или нет? — безразлично спрашиваю.

Всё равно меня убьёт зейрат, или останусь уродкой. Какова вероятность, что после задания Ашиль сдержит слово, исцелит и отпустит? Ведь до сих пор нет никакого инструмента влияния на Хораса и навряд ли появится. Хотя в глубине души я надеюсь.

— … предупредил. Лучше подумай, как вскрыть базу данных. Сегодня ночью попробуем ещё раз.

Но во дворце Шелем! Мысль мелькнула и растворилась, рык в ушах прекратился. Дрон завис под потолком недвижимо, а затем вылетел в коридор.

Соскочив с кровати, обхватила себя руками, пытаясь сдержать холодную дрожь. Бездна Ашиля сожри! У меня нет идей, чтобы вскрыть интеллектуальный замок! Его хозяин слишком странный леварец, не похожий ни на кого.

Так. Ещё раз. Необходимо вспомнить всё, что я знаю о нём. Есть же какие-то мелочи. Что-то я могла упустить. В памяти всплывает вечер на базе Хораса, вопросы учителям во время подготовки к заданию:

— Чем же Анитара ценна?

— Никто не знает наверняка.

— Если Шелем как кость в горле, тогда почему его до сих пор не убьют? Это ведь очень просто. Нет леварца, нет проблемы.

— Ты ошибаешься, девочка, — отвечает Диарис Лива. — Шелем Аллард из древнего леварского рода. Он потомок императора. Его убийство вызовет пристальное внимание со стороны империи. Будет расследование. Ищейки энергий, медиумы и опытные следопыты перевернут Теру вверх дном. Место Шелема займёт его отец или сын.

— Но может с ними получится договориться?

— Нет. Если Анитара до сих пор не разделена, не распродана, значит континент гораздо ценнее других. Династия это поймёт. Тут нужна хитрость.

Стою возле окна, погружённая в шум океана. Ещё несколько дней назад сделала проницаемость окон ниже, чтобы слышать прибой. Вода успокаивает, упорядочивает мысли, снимает тревожность. Даже тело, кажется, не болит.

А Шелем Аллард не так прост, как может показаться вначале.

Он не боится погибнуть, но понимает, что его смерть ничего не решит. Не боится потерять информацию, потому что уверен в собственном праве. Деньги, власть тоже не имеют значения для правителя Анитары и Арики. Он владеет самым маленьким материком, хотя мог бы управлять всей Терой сразу.

А вот Ашиль, выходит, трус. На его базе просто кишит солдатами, еду Хораса проверяют на яды. Боится потерять всё, что имеет, стремится усилить влияние, хочет захватить лакомый кусок Анитары. Догадывается о важности материка. Чем же Анитара ценна?

Но сильнее всего удручает, что я попалась, как муха в сеть лживого опасного паука. Не разбираясь в мужчинах, я доверилась, позволила себя выучить, завербовать. Если бы прикинулась дурочкой, то максимум меня вышвырнули обратно на улицу. Могла бы сделать так, чтобы Ашиль побрезговал мной. Он и брезговал до поры, пока не понял, что из меня выйдет толк.

Ха! Может плюнуть на всё? Сдохнуть? Будет знать!

Пальцы будто сами собой сжимаются в крепкий кулак.

А как он со мной обращался? Разве так ведут себя мужчины с любимыми женщинами?

«Покажи мне, Лима, что значат для тебя мои чувства», — подкидывает услужливо память.

Во рту скапливается слюна. От отвращения хочется сплюнуть, но сдерживаюсь. Прошлого не вернуть. Уроки усвоены. Благодаря им я стала хитрее, злее.

Да, Аллард ведёт себя иначе, но знаю я мало. Хорас поначалу тоже был замечательным. И к чему всё меня привело? Разве можно верить мужчинам? Они все играют чувствами женщин. Шелем такой же! Такой же!

— … покинул кабинет, — в ушах раздаётся голос Ашиля. — Пора.

— А если вернётся?

— Придумаешь что-нибудь, — безразлично отвечает мучитель. — Ловушек больше поставь.

Вздыхаю. Миссия продолжается. Я обязана выполнить новый приказ. Выпиваю стакан воды вместе с таблеткой и иду к мерцающему голубому порталу. Во дворце полумрак, тишина. На стенах тускло горят светильники, вспыхивающие при приближении ярче.

Вот и заветная дверь. Позади «жучки», отслеживающие чужие перемещения. Они услышат любого, кто зайдёт за периметр, сообщат. Мне останется спрятаться.

В кабинете темно. Но темнота не мешает. После небольшой операции я ночью вижу как днём. Желание Ашиля сделать из меня универсального солдата исполнилось. Подхожу к тетраэдру. Его видно, если находиться в специальных линзах. Но я могла обойтись и без них. Знаю эти поля. Сколько раз я стояла в злосчастном квадрате? Сколько от них настрадалась...

Встаю на нужную точку, прислушиваюсь к еле слышному теплу. Раз, два, три...

— Система откройся.

— Какую предпочитаете тему?

На миг замираю. Решаюсь рискнуть и проверить своего «внутреннего зверя» на чувства.

— Любовь.

— Хорошо. Тогда первый вопрос. Что будет, если останется свет?

— Мир погрузится во тьму.

— Сколько ещё будут петь о любви?

— Пока любить не разучатся.

— Три ки и четыре оси будет...

— Девять переходов до Лисы.

— Кто больше любит? Мать или дочь?

— Та, что никогда не забудет.

Молилась бы, если могла. Но времени нет, вопросы идут за вопросами. О чести, достоинстве, правильности выбора и благородстве. О смелости, страхе, о жизни.

— Что значит смерть?

— Переход в неизвестность.

— Ты боишься упасть в пропасть?

— Если полюблю всей душой, то нет.

Лёгкий щелчок, второй, третий и вдруг... Хлынул поток информации. Неужели? А через мгновение вижу в тетраэдре по плоскостям струятся цифры и знаки. Пальцы касаются нужных. Анитара. Шелем. Аллард. Зены. Хорас. Идёт сортировка. Самое время подключить носитель, чтобы скачать информацию. Разложу всё по полочкам позже. Активирую браслет на руке и жду. Минута, другая, третья... Какое-то время потребуется.

— Что у тебя происходит? — лениво спрашивает Ашиль.

Он за всем наблюдает. Хотя... Странный вопрос. Видимо пропустил что-то, отвлёкся.

— Система открылась.

— Да, неужели? — проявилось жгучее нетерпение. — И что же там?

— Что-то есть. Некогда разбираться. Посмотрим позже.

— Отлично, — заключает Ашиль, и раздаётся звон.

Сигнал опасности, однако поздно. Кабинет заливает светом как по волшебству. Всё, что успела, выскочить из тетраэдра. Неуловимой тенью отлетела к стене и встала за креслом. Положила руки на прохладную жёсткую кожу. От напряжения натянулась струной. Сердце зашлось в ненормальном ритме от страха так, что строгий резкий вопрос показался ударом хлыста:

— Лиама? Ты что здесь делаешь?

Вздрогнула, приподняла плечи и закрыла руками лицо. Мне бы время собраться с мыслями, но его нет. Как же он прошёл сквозь расставленные ловушки? Почему я ничего не услышала? Что он видел, что понял? Молчу, жду приговора. Впору схватить меня и выкинуть вон к дознавателям.

Тяжёлые шаги приближаются, и вот запястья в сильных мужских руках. В них, как в огненных оковах, заставляющих поддаться давлению.

— Открой глаза, Лима.

Подчиняюсь тихому приказу, чтобы встретиться с тёмным взглядом.

— Лима, — мягко говорит Аллард. — Ты что здесь делаешь?

— Простите меня, господин.

— За что?

— Я не должна была сюда заходить.

— Ты не ответила на вопрос.

— Я не первый раз здесь.

— Вот как? — вкрадчиво звучит низкий голос, обволакивая волю и мысли. — И что же здесь интересного?

Дыхание перехватывает. Ведь его глаза очень близко, и лицо, рассечённое шрамом. Отчётливо вижу мелкие морщинки, суровую складку губ, твёрдый волевой подбородок. Знакомый, будоражащий запах мужчины приятен.

— Вы, — выдыхаю и закрываю глаза.

Кусаю губу, лишь бы поверил. Поверь мне, пожалуйста! Умоляю!

— Я?!

— Здесь повсюду вы. Ваш запах, ваша энергия в воздухе. Здесь словно пропитано безопасностью. Мне хорошо здесь. Не так одиноко. Тут я могу хоть немного мечтать. Обо всём, что никогда не станет моим...

— Ли-ма?

Имя, произнесённое по слогам, приобретает нежный вкус и аромат неги, ощущаемый на уровне каждой клеточки.

Руки Алларда касаются лица, захватывают в тёплый, надёжный плен. Приподнимаю ресницы и вижу тьму и звёзды в ней, хищный разлёт бровей. Чуть всхлипываю, когда спина прижимается к креслу под давлением крепкого тела.

Волнующие чувства, так отличающиеся от испытанных в прошлом, непохожие ни на что... Ноги становятся ватными, откликаюсь вся на объятья. Это пугает, но воском таю в кольце сильных рук, от литых мышц скрытых рубашкой. Губы жёсткие накрывают мои, но лишь на миг, на мгновенье, потому что в следующее — холод одиночества возвращается с надменностью Ашиля.

— Умница, девка! Он наш!

Аллард отступает на шаг, смотрит на меня жгучим проницательным взглядом. Он угрюмо молчит, лишь желваки играют на его суровом лице. Ждёт ещё объяснений? Но нечего добавить к сказанному, кроме того, что он уже слышал.

— Простите... Больше не повторится. Я не буду сюда приходить.

— Тебе никто не запрещал, — глухо произносит Шелем. — Иди спать, Лиама.

Делаю шаг к дверям, разворачиваюсь.

— Я не знаю, что происходит со мной.

Приходится врать. Ничего не поделаешь. Впрочем, так ли уж врать? Я достаточно искренняя сейчас. Внутри странная мешанина эмоций. Будто всё, что наговорила леварцу самая настоящая правда. О, Небеса! Но я уже мечтала о сказке! И чем всё закончилось?

— Иди, Лима, — немного устало просит Аллард.

Ничего не остаётся, кроме как выполнить волю леварца. В душе теплится надежда, что мне всё-таки повезло, и бесстыдная ложь показалась правдивой.

По дороге в комнаты, тереблю браслет. Интересно, сколько информации я успела скачать? Будет ли полезной мне, поможет ли избавиться от Хораса? А если получится отомстить? Было бы забавно видеть Ашиля на полу, молящим о прощении. Но сомневаюсь, что мечты осуществятся. Вон, как мерзавец ликует!

— Он заинтересовался тобой! Очевидно! Я не ошибся в себе! Знал, что у тебя получится разбередить в нём чувства!

Он в себе не ошибся! Ублюдок! Злость берёт от слов Ашиля, но стараюсь не терять самоконтроль. Импульсивность ничего хорошего не приносит. Наверняка, из-за неё мне вкололи зейрат. Если бы не кинулась на Хораса с истерикой, а схитрила, то, возможно, сумела ввести в заблуждение. Всегда и во всём выгоднее холодная голова. Только так останется шанс на спасение.

— Странно всё, — скептично заявляю. — Ваолена утонченная, красивая, преданна Шелему.

— Шелем очень любит бедных несчастных овечек. Он считает себя их спасителем. Когда-то вытащил Рэй, теперь настала и твоя очередь. Питает слабость к маленьким замухрышкам.

М-да. Три раза. Слышать объяснения Хораса неприятно. Получается, все чувства из жалости. Отмыл, обогрел, накормил. Неприятно быть средством для потехи чужого великодушия. На самом деле, даже радуюсь, что слышу сейчас откровения. Не хватало нацепить новые «розовые очки» и довериться.

— Ты должна быть весьма осторожной, — назидательный тон Хораса вырывает из дум. — Не хочу тебя потерять.

— С чего вдруг?

— Слишком много вложил.

Не удивляюсь признанию. Скорее наоборот, подтверждаю догадки. Он меня не отпустит. Даже если получит желаемое и добьётся успеха, найдёт своей кукле занятие. Кому-нибудь ещё подложит или подороже продаст.

Сама виновата. Формально обмана не было, признаний в любви тоже. Сама придумала чувства, сама поверила, нарвалась на проблемы. Хорас же изначально знал, для чего я нужна. Мне бы тогда осторожности и трезвомыслия, увидеть, что за маской любезности скрывается расчётливый, жестокий гадёныш... Мне бы ещё тогда осознать, что леварцев и людей надо судить по поступкам, а не верить им на слово. Кто знает, скольких проблем я могла избежать?

В спальне, не теряя времени, закрываю двери и сканирую комнаты на чужое присутствие. Убедившись, что вокруг спокойно, активирую браслет. В темноте разгораются голографические картинки и появляются карты. На них континенты Земли, странно выглядит Анитара, исчерченная красным, зелёным. На выделенных отрезках размечены жёлтые флажки. Маленькие, большие, они распределены не по всей поверхности, но исключительно в зелёных квадратах.

— Что это? — удивлённо спрашивает Ашиль. — Приблизь материк.

Делаю, как он приказывает, управляя изображением. Маленький дрон висит напротив картинки. Изучение продолжается. Судя по мычанию Ашиля, понимаю, что нашла нечто важное.

— Ну, наконец-то тайна Анитары раскрыта...

Задумчивой реплики леварца достаточно. Пальцем тянусь к браслету и нажимаю на камушек. Картинка схлопывается, в ушах гремит разочарованный вопль:

— Верни карту сейчас же!

— Что на ней?

— Сейчас же включи голограмму! — требует Хорас. — Я ещё не всё рассмотрел!

— Карта в единственном экземпляре, да?

Гробовое молчание и тишина в ответ вызывают полуулыбку. Прячу её от дрона, Хорасу её видеть не нужно. Догадка несказанно радует. Нужно цепляться за любую возможность, чтобы вернуть свободу. Сейчас Ашиль зависит от меня, наживка заброшена. Поймаю ли его на крючок? Тяжёлое дыхание выдаёт злобу Хораса, но терять нечего. Страх неизвестности убивает сильнее, чем реальная угроза.

— Ты забыла, девка, что работаешь на меня?

— Жёлтые флажки. Похоже на месторождения...

— Лиама, — вкрадчиво звучит голос Хораса. — Ты играешь с огнём.

— Эти карты станут вашими, мой господин, — мягко отвечаю ему. — Но с условием.

— Ты будешь ставить условия? Мне?

— Это вынужденная мера, — ласково его уговариваю. — У меня нет другого выхода... Ты первый не поверил мне, когда вколол тот проклятый зейрат... Думаешь, легко жить с постоянной болью и на таблетках?

Поток бранных слов невыносим. Снимаю серьги и жду. Могу представить, что происходит на базе. Кручу в руках браслет, перебираю камушки, затем ложусь на кровать. Ультиматум серьёзен, я сильно рискую, но надеюсь, что трезвый ум Хораса победит.

Крохотный дрон врезается прямо в лоб и отскакивает. Хорошо, закрыла руками лицо. Шарю в поисках серёжек, не открывая глаз, снова их надеваю.

— Ну и чего ты хочешь? — сквозь зубы спрашивает мучитель.

— Противоядие от зейрата и компонентов уродства. И обещание.

— Какое?

— Вы вернёте мне обещание «принадлежать вам» и не станете преследовать.

Озвучиваю самое важное. Его согласие подарит долгожданную свободу. Ведь любое судебное разбирательство признает права Хораса и мою вину. Незавидное положение дурочки следует изменить, пока есть возможность. Хотя бы надо попробовать.

— Выполнишь задание, отпущу.

Ответ предсказуем. Я могла лишь мечтать, что Хорас поведётся, исполнив желание. Не дурак. Ему нужна Анитара, а не только виртуальные карты.

— Дайте гарантии.

— Гарантии? Тебе?

Хорас презрительно фыркнул. Наступила краткая пауза. Он обдумывал.

— Ну... Хорошо, Лима. Утром жди почтового дрона. Заменишь инъекцию с противоядием на браслет. Это будет началом наших новых доверительных отношений. Поняла?

— Да.

— Не советую шутить, — голос Хораса звучит жёстче. — Обманешь, доберусь до тебя и на Арике. Никто не сможет тебя защитить.

Связь прервалась.

Первым делом сохраняю копию всех карт на брелок. Странно. Почему-то Хорас просит браслет. Есть ли в этом подвох? Я могу отправить файлы по налаженному каналу связи. Может, Ашиль опасается, что по носителю информации легко вычислить настоящего владельца? Проявляет осторожность, аккуратно заметает следы. Объяснимо, но всё равно странно.

Не спеша готовлюсь ко сну. Таблетки, серьги на столик, душ. Ложусь в постель. Мне не спится. Созерцаю потолок, в голове крутятся неприятные мысли.

Отдам карты, пути обратно не будет. Аллард не простит предательства. Да и откуда мне знать, как он поступит, если выяснится, что я — засланец врага? Жалость быстро исчезнет из-за желания сохранить безопасность. Буду действовать согласно плана, появится шанс на спасение, на спокойную жизнь. Хорас вернёт слово, я стану свободной.

Не отдам карты — сдохну в мучениях. Даже если Аллард простит и найдёт противоядие от зейрата, мне придётся вернуться к Хорасу по первому требованию. Ведь я дала ему слово. А там... Ашиль будет вправе сделать со мной всё, что захочет.

Закрываю глаза. Мне снится Аллард. Он находится рядом. Мы стоим на террасе и смотрим на бушующий океан. Шелем меня обнимает. В его тёмном взгляде нежность и доброта. «Ейль рихим дарис», — раздаются слова, чувствую губы Алларда и... просыпаюсь.

В спальне светло. Я одна. Аллард меня целовал. Тогда не хватило сил, чтобы осмыслить случившееся. Шелем настолько проникся ложью, что не смог совладать с собой? Настолько я нравлюсь? Как же... Угу. Вспоминаю слова Хораса ночью. Скорее, пожалел замухрышку.

Касаюсь лица, прижимаю ладонь к губам. Я должна выкинуть мысли из головы о правителе Арики. Он не мой мужчина и никогда не станет моим.

Надоедливый дрон рисует круги. Наверняка он разбудил, раз слишком активный. Быстро собираюсь, надеваю злосчастные серьги.

— Наконец-то! Поторопись. Дрона встретишь на пляже.

Интересно, Ашиль спал? Может всю ночь сидел, ждал рассвета?

Спешу к порталу. Серебристое свечение, коридор, широкая лестница вниз. Спустя несколько минут выхожу во двор и неспешным шагом покидаю пределы дворца. Я часто гуляю по пляжу. Навряд ли моя прогулка кого-нибудь насторожит. Лицо обжигает утренний бриз. Он освежает, приносит капельку счастья и отвлекает от дум.

— Браслет не забыла? — нетерпеливо спрашивает Ашиль.

— Нет.

— Дрон ждёт тебя за косой.

Быстрым шагом иду по песку, он чуть влажный, пружинит. Обхожу скалу, за ней на плоском камне на расстоянии вытянутой руки сидит крупный металлический жук. Он похож на живого, разница только в размерах. Нажимаю на брюшко, и спинка откидывается. Внутри жука полость, в ней лежит небольшой шприц, заполненный фосфоресцирующей жидкостью.

— Противоядие. Я умею держать слово, Лиама.

Ашиля почти не слышу. Моё внимание приковало лекарство. На глазах появляются слёзы. Радуюсь так. Ещё немного и всё изменится. Исчезнет боль, яд перестанет разрушать моё тело. Вынимаю шприц, борюсь с искушением тут же вколоть содержимое.

— Браслет, Лиама. Выполняй свою часть нашей сделки.

Глухой приказ Хораса возвращает на пляж. Кладу носитель внутрь жука, а затем слежу, как дрон растворяется в небе.

— Умница, девочка, — довольно произносит мучитель. — Возвращайся к Шелему. Жди.

— Мерзавец...

— Что ты сказала?

— Ничего, — говорю с лёгкой усмешкой. — Браслет пуст.

— Что ты сказала?

— Браслет пуст. Я удалила всё вечером.

— Ах ты... Дрянь!

Хорас зверствует, а мне в радость. На самом деле карты отправить пришлось. Пусть этот ублюдок помучается, пока получит в руки носитель. Теперь, когда угроза погибнуть не висит надо мной острым мечом, можно чуть-чуть расслабиться, показать Ашилю когти и зубы. Дурная шалость, но как приятно!

Подношу к шее шприц, ввожу лекарство под кожу, а спустя секунды приходит острая жгучая боль. Такая жгучая, разливающаяся вместо крови, что хочется выть и кричать. Падаю на песок с глухим стоном. Дышать тяжело, я царапаю горло.

— Это-о что-о...

— Мой подарок, — шипит где-то Ашиль. — Новая доза зейрата. Теперь твой срок стал вдвое короче.

— Бездна... — хриплю. — За что...

Врать и шутить расхотелось. Мысли рассыпались, остался лишь панический страх.

— Я же отправила карты. Я пошутила...

— Зато я никогда не шучу. Будешь знать, как ставить условия.

Самодовольный злой голос — последнее, что слышу перед тем, как провалиться во тьму.




предыдущая глава | Консумация | cледующая глава