home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Людмила Мартова

Обжигающее счастье

Она пристегнула страховочный трос и еще раз проверила, все ли в порядке. Эта привычка — несколько раз убедиться в том, что все сделано по правилам и спуск будет безопасным, — въелась в плоть и кровь. Мозг фиксировал надежность креплений и карабинов автоматически, на это даже отвлекаться не приходилось. Яна и не отвлекалась.

Сейчас она думала о том, что уже весна. Снег практически совсем сошел, оставив грязные, будто изъеденные прожорливым жучком ноздреватые кучки, конфузливо съежившиеся на уже теплом, хотя еще и не обнаглевшем солнце. Листвы еще не было, да и глупо ее ждать в середине апреля-то, но деревья уже были готовы явить ее миру. Почки набухли, как губы женщины на позднем сроке беременности. Вокруг них даже появилась какая-то робкая, больше похожая на фантастическое марево легкая зелень. С высоты крыши Яне было особенно хорошо видно, как она накрывает город тончайшей, заметной только самому внимательному глазу кисеей.

— Готова? — спросил ее Илья.

— Готова. — Она шагнула к краю крыши и легко скользнула вниз по туго натянутой веревке. Илья держал ее на совесть, да и закреплена веревка была прочно, не оборвется.

Тяжесть собственного тела, как всегда в свободном падении, на долю секунды удивила и тут же сменилась всепоглощающим восторгом. Вот только ради этого чувства Яна и занималась роупджампингом. Мама не понимала ее увлечения. Впрочем, мама практически ничего не понимала в ее жизни.

Мимо глаз проскальзывали окна. Они отражались в Яниных зрачках, как сама она отражалась в стеклах. Мимолетно, несерьезно, на миг, не более. Веревка спружинила, и Яна с огорчением поняла, что достигла цели своего короткого путешествия. До земли было не более метра. Можно было подождать, пока Илья потравит веревку, чтобы опустить ее на газон, а можно было отцепить карабины, держащие основной и страховочный тросы, и спрыгнуть вниз самой. Так Яна и сделала, неожиданно оказавшись нос к носу с нелепым мужчиной средних лет, держащим на поводке разлапистого, тоже чуть нелепого щенка.

Щенок при ее появлении с размаху сел на попу, а мужик, наоборот, чуть подпрыгнул, видимо, от неожиданности. На нем была клетчатая красно-зеленая кепка, делающая его похожим на клоуна Олега Попова, замшевая коричневая куртка, застегнутая на все пуговицы, зеленое кашемировое кашне и очки на довольно крупном, чуть вздернутом носу. Из-под кепки во все стороны торчала буйная шевелюра, тоже точь-в-точь как у Олега Попова. Только красных кругляшков на щеках не хватало для завершения образа, да еще клоунского носа на резиночке.

— Вы что? Вы откуда тут? — спросил «Олег Попов» и даже голову задрал, чтобы посмотреть наверх. Там была только нескончаемая синь весеннего неба, с которого, по его разумению, никак не могла появиться странная девица в цветастом непромокаемом комбинезоне и каске на голове. — Вы строитель или домушница? Вы что, из окна выпали?

— Нет, с крыши спрыгнула, — честно призналась Яна. — Мы — роупджамперы, к соревнованиям готовимся.

— Роуп… кто?

— Джамперы. — Яна решила по возможности быть вежливой. Ссориться с жильцами, а судя по собаке, мужик жил именно в этом доме, ей не хотелось. Их право тренироваться именно здесь руководство клуба отстаивало несколько месяцев. Дом был подходящим — высотным, с глухой торцовой стеной, на которой они сделали стальные скобы для подъема и натянули трос. Конечно, via ferrata[4] получилась так себе, очень условная, но тренироваться где-то было надо. Все лучше, чем ничего. — У нашего клуба договор с вашим ТСЖ. Председатель не против, что мы тут тренируемся. У нас соревнования, кстати, скоро, — неизвестно зачем добавила она. Мужик пожал плечами и смешно почесал свой крупный нос.

— Да прыгайте, на здоровье. Кто ж вам мешает, — пробормотал он. — Кто как с ума сходит, Штефан, пойдем.

Щенок вопросительно посмотрел на хозяина, потом на Яну, неохотно поднялся и гордо понес себя к тротуару.

— Я ему его дела сделать не дала, — запоздало поняла Яна. Они для этого на клумбу залезли, а тут я, как снег на голову. — А это какая порода? — спросила она скорее из неудобства, чем из искреннего интереса.

— Акита-ину, — не оборачиваясь, ответил «Олег Попов». — Фильм про Хатико видели?

Фильм про Хатико Яна видела. Обрыдалась вся. Но то, что независимо цокающая лапами уже по асфальту собака ни при каком приближении не может считаться акита-ину, она видела прекрасно.

— А вы уверены? — вырвалось у нее. — Ну, что это акита-ину?

— Конечно, уверен, — мужчина высокомерно пожал плечами. — Я, правда, на выставки ходить не собираюсь, поэтому купил его без родословной. Так гораздо дешевле, но собака, несомненно, породистая. Я видел ее маму, когда ходил забирать Штефана.

— А вы охотой увлекаетесь?

— Почему? — на лице повернувшегося мужика было написано такое изумление, что Яна даже рассмеялась.

— Потому что акита-ину — это охотничья собака. Японцы, которые вывели эту породу, называли таких собак матаги кэн — собака для охоты на крупного зверя. Ну, кабан там, или олень, или медведь.

— Господи боже ты мой, девушка, какой медведь, — мужчина даже засмеялся от такого нелепого предположения. — Ни на какую охоту я не хожу. Я профессор, литературу преподаю в нашем университете. А собака… Порода нынче модная. В квартире содержать можно. Ухода особого не требует. Два раза в неделю вычесал, и все. Вот и выбрал. И правильно сделал. Отличная оказалась собака. Да, Штефан?

Услышав свое имя, пес усиленно завилял хвостом, поднял морду и преданно посмотрел на хозяина.

— Не хочу вас расстраивать, но у вас дворняжка, — мягко сказала Яна. — Вас обманули.

— То есть как? — «Олег Попов» ошарашенно смотрел на нее. — Что вы глупости говорите? Откуда вы можете это знать?

— Янка, ты идешь? — с крыши свесилась голова Ильи, практически неразличимая снизу. — У нас еще три прыжка по плану.

— Иду, — заорала она. — Да просто все, — она снова повернулась к хозяину и его собаке, — я ветеринар. В собаках разбираюсь. А акита-ину моя лучшая подруга разводит, так что про них я знаю вообще все. Для акита-ину допускаются только три окраса: рыжий с белым уражиро, тигровый с белым уражиро и белый без единого пятнышка.

— Что такое уражиро?

— Внутренние поверхности лап, груди и маски морды. У вас пес рыжий, маска у него белая, а грудь и лапы — черные. Такого быть не может, если собака породистая.

— Когда я его брал, у него лапки тоже рыжие были, — сообщил мужчина растерянно. — А потом потемнели. Я думал, такое возможно.

— Возможно. Если вашего щенка перед продажей покрасили. А потом краска смылась. Вы же лапы ему после прогулки моете?

— Как покрасили? — голос мужика вообще упал до шепота.

— Нормально, краской для волос. Так всегда делают мошенники. Вы извините, мне идти нужно. Меня ждут.

— А что же мне теперь делать?

— Не знаю, — Яна пожала плечами и пошла в сторону угла дома. — Надеюсь, выгонять собаку на улицу вы не станете.


Влада Ольховская Галактика со вкусом рома | Он, она и пушистый детектив | * * *







Loading...