home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глеб Елисеев

Прозаические формулы

В фантастику люди приходят откуда угодно. И очень редко — из литинститута. Большинство писателей-фантастов и у нас, и на Западе начинают создавать научно-фантастические тексты, уже имея за плечами довольно основательное образование и значительный опыт работы по какой-нибудь специальности. И этот опыт неизбежно оказывает влияние на дальнейшее творчество фантаста. Уйти от него невозможно. Да и не нужно. Ведь из этого «дописательского» опыта и возникают обычно самые оригинальные идеи и самые неожиданные образы. Вот и в книгах американского математика и популяризатора науки Рудольфа фон Биттер-Рюкера, в 1980 году «превратившегося» в фантаста Руди Рюкера, хорошо заметно влияние бывшей профессии — в безупречной логике мышления, провоцирующей на самые непредсказуемые фантазии. Харлан Эллисон говорил, что не будь «Новой волны», он бы все равно писал рассказы в подобном стиле. Вот и Рюкер писал бы свои романы точно так же, даже не будь в истории НФ никаких следов киберпанка. Его книги, хотя и причисляются критиками к киберпанку, в действительности далеки от канона подобного рода литературы. Хотя бы потому, что в них нет Главного Супергероя киберпанка. Того, которого У.Гибсон называл «всеобщей матрицей», а его последователи — «киберспейсом».

По большему же счету, Рюкер — один из немногих реальных продолжателей дела Филипа Дика. То есть писатель, осмеливающийся задумываться над самыми сложными метафизическими проблемами. Уже первый его роман «Пространственно-временные бублики» (1981) продемонстрировал главные темы в творчестве Руди Рюкера — интерес к проблеме развития искусственного интеллекта (что и заставило читателей воспринимать его как участника «киберпанковского движения») и пристальное внимание к любым парадоксальным и невероятным научным теориям. В еще большей степени эти интересы проявились в тетралогии о роботах, написанной словно в пику благостным сочинениям о вечном господстве человека над искусственными созданиями. Тетралогия была начата в 1982 году. Уже первой книге «Software» сопутствовал успех — выйдя в свет в 1982-м, она получила в следующем году мемориальную премию имени Филипа Дика. Вторую часть тетралогии ожидала не меньшая удача — в 1988 году роману «Wetware» также была присуждена премия имени Филипа Дика. Именно эти две первые книги и выпустило издательство «АСТ» в серии «New Wave».

Собственно, вся тетралогия вырастает из одного романного события: в 2001 году роботы, разрабатывавшие месторождения на Луне, обрели разум во всей его полноте со свободой воли и способностью не подчиняться человеку. Началось долгое противостояние Земли и Луны, искусственного и естественного разумов. Однако книги Рюкера не являются очередной попыткой эксплуатации заезженного «синдрома Франкенштейна», этого набора извечных страхов создателя перед делом рук своих, присущего литературе о роботах. Фантаст выводит повествование на уровень метафизических рассуждений о том вызове, который бросает человеку Вселенная, будто бы постоянно испытывающая род людской на прочность. С авторами киберпанка его роднит стойкая уверенность в том, что человек способен выжить в самых нечеловеческих условиях. Вера в то, что люди способны обжить любой духовный и интеллектуальный ад. И двигаться дальше, подталкиваемые инстинктом, который так понятен Рюкеру — неистребимым любопытством.

Но, в отличие от Гибсона и Стерлинга, Рюкер силен не столько своим художественным, сколько научным воображением. Его главные герои — Стен Муни и Кобб Андерсон — выглядят психологически не слишком убедительно. Рюкер — мастер научно-фантастического вымысла. Да, на страницах его романов иногда мелькают сложные и запоминающиеся образы, вроде описания города Диски — обиталища разумных роботов-бопперов на Луне. Но эти картины — не главное. В книгах фантаста читателя завораживает жесткое сцепление и последовательное развитие фантастических идей. Он создает свои книги, словно стараясь преодолеть давление подсознания (не случайно в его романах так силен автобиографический мотив). Образы, порожденные бессознательным, он стремится облечь во внутренне жестко упорядоченный, формализированный текст. Поэтому в столь рационалистичном, «алгебраически» выверенном стиле преподносятся им даже такие «босхианские» картины, как описание воздействия на человеческое тело придуманного Рюкером наркотика «слив». Наблюдать за развитием идей в его романах столь же увлекательно, как следить за изящным решением математической задачи или за логикой философского рассуждения.

Нельзя пересказывать сюжет книг Рюкера — подобная попытка напоминала бы неожиданное объявление конечных результатов расчетов, сделанных гениальным ученым, в то время как сами расчеты оказались бы спрятаны от читателей. Переводить романы Рюкера непросто, но переводчики с честью вышли из многих трудных ситуаций. Тем обиднее читать российский эквивалент названия книг: «Софтуха. ехе» и «Мокруха. ехе», предложенный издательством. Боюсь, подобные заголовки способны отпугнуть читателей от умных и интересных книг талантливого писателя. Кроме того, невозможно представить, как в подобном стиле перевести названия оставшихся двух романов «Freeware» и «Realware». Что-нибудь вроде «Свободуха. ехе» и «Реалюха. ехе»?! Иногда стилистический «пуризм» лучше натужного «осовременивания».

Глеб ЕЛИСЕЕВ


Аллен Стил Хронокосмос | Журнал "Если", 2003 № 04 | Дмитрий Янковский, Александра Сашнева На границе тучи ходят…