home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 29

Кетчуп

Аяко Вакацуки сидела перед стопкой учебников в одном из залов библиотеки Университета Тиба. Это была миловидная полноватая девушка с короткой стрижкой и большими кольцами в ушах. Когда Ивата и Хатанака подошли к ней, она взглянула на них с любопытством, тут же сменившимся беспокойством.

Ивата показал ей полицейский значок.

— Вы — Аяко Вакацуки?

Она переводила взгляд с одного на другого:

— Почему вы спрашиваете?

— К вам никаких претензий. Вы помните Хидео Акаси?

Она оглянулась по сторонам.

— Я предпочла бы поговорить в другом месте.

Аяко Вакацуки повела их из университета в расположенную через несколько кварталов полупустую закусочную. Несмотря на ранний час, Хатанака и Вакацуки заказали по чизбургеру и лимонаду. Ивата ограничился кофе. Покрасневший Хатанака настоял на том, чтобы заплатить по счету. Они сели за угловой столик.

— У нас всего несколько вопросов, — сказал Ива-та. — Вам не о чем беспокоиться, Аяко.

Вакацуки вытерла рот салфеткой.

— Правда?

— Именно так.

— Уже через час после осмотра тела этого полицейского я стала получать угрозы. Мне говорили, что у меня могут быть неприятности. За мной следили: в моей квартире, в учебной аудитории, даже в доме моей матери — днем и ночью. Это были полицейские, и все это лишь потому, что я хорошо сделала свою работу. Вы уж извините, но я до сих пор беспокоюсь по этому поводу.

Ивата поднял руки вверх:

— Да-да, мне хорошо знакомы их методы. Но постарайтесь довериться нам — мы не имеем к ним отношения.

— И кто же вы такие? Хорошие копы?

— Мы расследуем серию убийств и считаем, что смерть Акаси может быть с ними связана. Вот и все. О нашем с вами разговоре никто не узнает, не сомневайтесь. Однако нам нужна ваша помощь. От этого зависят жизни людей. От вас, Аяко.

— Ладно, вроде вы меня убедили. — На лице Вакацуки появилось подобие улыбки. — Я поняла, что вы не из этих, в ту самую секунду, когда спросили насчет Акаси. У тех полицейских не было ко мне никаких вопросов.

— Они просто придурки, — выпалил Хатанака. — У нас совершенно другая задача. И мы не собираемся оказывать на вас давление.

Девушка на мгновение остановила свой взгляд на Хатанаке, а затем вновь посмотрела на Ивату:

— Серия убийств, да? Вы хотите сказать, что речь идет о маньяке?

Он кивнул, а Вакацуки наморщила нос.

— Хорошо. Думаю, в такой ситуации у меня нет выбора.

Ивата достал свидетельство о смерти Акаси.

— Доктор Танигути сказал, что вы обнаружили какие-то нестыковки. — Он развернул страницу. — Но я не вижу здесь ничего необычного.

Вакацуки отпила немного лимонада.

— Это неудивительно. — Она достала из сумки блокнот. — Это мои предварительные записи. Я всегда их делаю, прежде чем готовить официальный документ. То, что вам выдали, написано Танигути уже после того, как я ушла.

Боязливо оглянувшись, она передала свои записи полицейским. Ивата и Хатанака принялись внимательно читать мелкий текст.

Обширные челюстно-лицевые повреждения.

Ивата посмотрел на девушку:

— Насколько обширные?

— Челюсти полностью раздроблены.

— То есть… у него фактически не было лица?

— Именно так.

Хатанака нахмурился:

— То есть Акаси был мертв еще до того, как долетел до воды?

Вакацуки кивнула:

— Это не очень типично для такого рода смерти, но травмы могли возникнуть от столкновения с опорами или железными выступами моста.

— Но как? Между мостом и водой нет никаких препятствий.

— Нет, но он спрыгнул с башни — с самой высокой части моста, — а не с проезжей части. Там больше сотни метров.

— Для полной ясности спрошу, — сказал Ива-та. — Акаси можно было узнать?

Вакацуки достала из сумки ручку и нарисовала на салфетке рожицу. Затем она взяла бутылку кетчупа и начала выдавливать его на салфетку, пока он полностью не покрыл рожицу.

— Это выглядело примерно так.

Она положила ручку обратно в сумку, а затем, заметив каплю кетчупа на пальце, лизнула его.

Хатанака покраснел, но Ивата продолжил чтение.

Небольшие рваные раны на голове.

— Что за раны? — спросил Ивата. — Его покусали морские обитатели?

— Вряд ли. Он провел в воде слишком мало времени. Я бы сказала, что незадолго до случившегося он обрил наголо голову. Причем довольно небрежно.

— Продолжаем играть в адвоката дьявола, — сказал Ивата. — Какие еще нестыковки вы увидели?

Вакацуки выпила немного лимонада через трубочку, а затем кивнула на свои заметки.

— Дочитайте до конца.

Безымянный палец на левой руке сломан. Небольшие, но явные следы кровоизлияний на запястье.

— …Он был к чему-то прикован.

— Судя по форме отметин, я бы сказала, что на нем были наручники, — прошептала Вакацуки.

— Но подождите-ка, почему только на одном запястье? — спросил Хатанака. — Акаси был довольно крупным, поэтому если бы кто-то хотел его удержать…

Ивата прервал коллегу:

— Потому Акаси приковали к чему-то.

Они молчали, пока мимо них проходила семья с заставленными едой подносами.

— Тогда вы, Ивата, были правы. Акаси не покончил с собой. Ему помогли умереть.

— Кто опознавал тело? — спросил ее Ивата.

— Это был полицейский по фамилии… — Вакацуки закрыла один глаз в попытке вспомнить. — Судзуки? Да, думаю, его звали Судзуки.

Ивата нахмурился:

— Судзуки? Полицейский?

— Да, я уверена, что его звали именно так. Я слышала, что он был кем-то вроде напарника Акаси. Бывшего напарника. Правда, совершено не похожим на полицейского.

— Почему?

— Алкаш какой-то, еле стоял на ногах. Честно говоря, он производил впечатление бродяги. В любом случае у доктора Танигути должен быть его адрес.

Вакацуки сверилась с часами.

— Вы можете взять себе эти записи. Но у меня через сорок минут начинаются занятия.

— Последний вопрос, Аяко. Как вы думаете, что там случилось?

Она мрачно ухмыльнулась:

— Сломанный палец, разбитое лицо, кровоподтеки… Инспектор, если вы спрашиваете меня, был ли убит Хидео Акаси, то мой ответ — да. Я не сомневаюсь в том, что раны на его теле вполне согласуются с тем, что его приковали, пытали, а затем, скорее всего после смерти, сбросили с Радужного моста с целью имитации самоубийства.

Она на секунду закусила губу, а затем продолжила:

— И дело совсем не в том, что я тут за вас пытаюсь сделать вашу работу, ребята, а в том, что мне до сих пор непонятно, почему ваши коллеги-полицейские так настойчиво отказывались от версии убийства.

— Спасибо, что уделили нам время, госпожа Вакацуки.

— Удачи со всей этой неразберихой, — сказала она, а затем повернулась к Хатанаке: — И спасибо за обед.

После того как она вышла из кафе, Ивата повернулся к Хатанаке, который продолжал смотреть ей вслед. Ивата щелкнул пальцами:

— Слушай меня, Ромео. Я хочу, чтобы ты отправился на Радужный мост и связался с портовыми службами. Мне нужны данные с камер наблюдения в день смерти Акаси. А еще лучше, если ты сможешь добыть записи и за другие дни.

— Понял.

Они покинули кафе и направились обратно в сторону парковки больницы Тиба.

— Послушайте, Ивата, у меня вопрос. Если Черное Солнце убил и Акаси, то почему он вообще заморачивался с тем, чтобы представить это как самоубийство? Я имею в виду, что с другими жертвами он так не церемонится, верно?

Ивата улыбнулся и потрепал Хатанаку по щеке:

— Да, это вопрос из вопросов…

Хатанака пожал плечами, пытаясь не рассмеяться.

— А что, если это вообще никак не связано с Черным Солнцем?

Ивата заговорщицки улыбнулся:

— Уж не хочешь ли ты сказать, что это кто-то из полицейского управления?

— Нет. — Хатанака пнул камешек, и тот полетел в кусты. — Я этого не говорил.

— Тогда ты не так глуп, как кажешься. И скажи мне, почему бы тебе не пригласить Вакацуки на свидание?

Хатанака уставился на него:

— Ну конечно… Если вы отпустите меня после обеда, я встречу ее после занятий!

— Я говорю серьезно.

Молодой человек фыркнул:

— Ивата, я не…

— Что, тебе не нравятся женщины?

— Мне нравятся женщины, просто я не…

— Что?

— Я сам не нравлюсь женщинам, ясно?

Ивата закатил глаза ухмыльнувшись.

— Ну да, рад, что вы находите это смешным! Может, я и не нравлюсь женщинам, но, как минимум, я счастлив оттого, что у меня такой крутой и понимающий начальник.

Ивата взял его за руку:

— Да не смеюсь я над тобой, приятель. Просто хочу сказать одну важную вещь. Единственная причина, по которой ты им не нравишься, — это то, что ты не нравишься сам себе. Так что соберись с духом. Пригласи девушку на свидание. Если она скажет «да» — отлично! А если она скажет «нет», то что это изменит?

— Слушайте, я так не могу. «Привет, я расследую убийство, ты такая симпатичная, может, сходим в кино?» Забудьте. Что между нами общего?

— Для начала — трупы. Она ответила на наши вопросы, и ей было интересно. Черт побери, Хатанака, ты уже купил ей бургер. А теперь пригласи ее на пиво.

Они подошли к машине.

— Знаете что, Ивата? Под вашей личиной тихого и задумчивого засранца таится настоящий ублюдок, сующий нос не в свои дела.

— Вот почему я так хорош в своем деле.

— Ну конечно! И куда вы теперь?

— Я найду этого Судзуки. А ты поедешь в портовую администрацию.

— Да, я понял.

Ивата завел машину и уехал. Хатанака проводил глазами черный «исудзу» и представил себе Вакацуки, облизывающую палец.


* * * | Голубые огни Йокогамы | * * *







Loading...