home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


I

– И каковы теперь ставки на вашего фаворита, Братец Лис? – спросил Аллейн, когда за Карлайл закрылась дверь.

– Надо же, – отозвался Фокс, – вы всегда твердите нам: чем больше в деле об убийстве причуд и странностей, тем меньше проблем оно создает. Еще держитесь своей теории, сэр?

– Очень удивлюсь, если нынешнее станет исключением, но, должен признаться, пока к тому и идет. Но последнее открытие хотя бы бросает еще лучик света на вашего товарища по играм. Помните, как старый хитрец перевернул револьвер, когда мы в первый раз его дали ему посмотреть в «Метрономе»? Помните, как он прищурился через лупу на рукоять? А помните, как я рассказывал, как позволил ему еще раз осмотреть его в кабинете и он зашелся сухим смешком, а когда я спросил, что он ожидал увидеть, имел адскую наглость ответить: «Надувательство»… Да, «надувательство».

– А!

– Он, конечно, с самого начала понял, что это не то оружие, которое он зарядил в кабинете и повез в «Метроном». Да, – добавил Аллейн, когда Фокс открыл было рот, – и не забывайте, что за несколько минут до выстрела он показывал оружие Скелтону. Мисс Уэйн говорила, что он и в инициалы Скелтону ткнул.

– Вот это само по себе подозрительно, – тут же нашелся Фокс. – Зачем трудиться показывать инициалы двум людям. Он чего-то добивался, что-то себе устраивал. Чтобы потом заявить: «Это не та пушка, из которой я стрелял».

– Тогда почему он не сказал этого сразу?

– Бог ведает.

– Если хотите знать мое мнение, он посиживает себе, наблюдая, как мы выставляем себя круглыми идиотами.

Фокс ткнул пальцем в револьвер:

– Если это не изначальное оружие, то где, черт побери, настоящее? А ведь как раз из этого выстрелили снарядом-стрелкой, или чем там еще, потому что в дуле у него царапины. То есть кто-то заранее зарядил второй револьвер дурацким снарядом и подменил им изначальный. Вот! А в отчете что, мистер Аллейн?

Аллейн читал отчет.

– Энтуистл, – сказал он, – устроил с ним баллистическую оргию. Царапины могли остаться от бриллиантов в застежке зонта. По его мнению, так оно и было. В подтверждение он прилагает микрофотографии. Он выстрелил стрелкой – давайте называть ее так, ладно? – из другого оружия с идентичным диаметром ствола, и оно «отчасти сходно поцарапано», – жутковатая фразочка, а? Он указывает, что волнистые, зазубренные царапины были оставлены стрелкой, когда ее заталкивали в дуло. Когда стрелку вставляли, то прижали большим пальцем, а после, уже внутри дула, застежка распрямилась, тем самым удерживая снаряд на месте. В момент заталкивания стрелку несколько перекосило, и застежка все еще упиралась в ствол, когда из револьвера выстрелили. По мнению нашего эксперта, отметины в револьвере, который ему передали, не заходят так далеко в дуло, как те, которые проделал болт, которым он стрелял из собственного револьвера, но он полагает, что они произведены при одной и той же процедуре и одним и тем же предметом. С расстояния четырех футов снаряд более или менее попадает в цель. С увеличением расстояния налицо «прогрессирующее отклонение», вызванное перекашивающим весом застежки или сопротивлением воздуха. Энтуистл пишет, что он очень озадачен порчей ствола, непохожей на что-либо, что он видел раньше. Он извлек его и отправил на анализ. Аналитики установили, что загрязнение состоит из частиц угля и различных углеводородов, включая разного рода парафины, очевидно, сконденсировавшиеся от испарений.

– Забавно.

– Это все.

– Хорошо, – тяжело процедил Фокс. – Хорошо. Выглядит довольно просто. Стрелка, которой прошили Риверу, действительно была выпущена из этого оружия. Лежащий перед нами пистолет – не тот, который его светлость показывал мисс Уэйн и Сиду Скелтону. Но если оставить в стороне мысль, что кто-то в то же самое время стрелял в Риверу из любого другого оружия, убит покойный был именно этим. Принимаете, сэр?

– Как рабочую гипотезу. С оговорками и памятуя о нашем утреннем разговоре в машине.

– Хорошо. После того как Скелтон осмотрел револьвер с инициалами, у его светлости был шанс подменить револьверы и выстрелить вот из этого? Он мог с самого начала держать его при себе?

– В непосредственном соседстве с дюжиной или около того людей, которые все время толклись рядом? Я бы сказал, определенно нет. И он не знал, что Скелтон попросит посмотреть револьвер. И что он сделал со вторым револьвером потом? Мы ведь его обыскали.

– Выбросил куда-то? Так или иначе, где он?

– Если мы взяли верный след, то где-то в «Метрономе», а «Метроном» мы обыскали. Но продолжайте.

– Так вот, сэр, если револьвер подменил не его светлость, то кто?

– Могла бы его падчерица. Или еще кто-то из их компании. Они, как вы помните, находились рядом с сомбреро. Они вставали потанцевать и расхаживали между столом и краем сцены. В какой-то момент леди Пастерн находилась за столом одна. Я не видел, чтобы она двигалась, но, разумеется, я к ней не присматривался. У всех дам были сравнительно большие вечерние сумочки. Подвох в этой теории, Братец Лис, в том, что они не знали, что окажутся рядом с сомбреро, и, скорее всего, даже не знали, что он намерен затолкать под него свой треклятый револьвер.

Фокс прикусил короткий седоватый ус и, уперев ладони в колени, словно бы впал в своего рода транс. Потом так же внезапно вышел из него и пробормотал:

– Теперь Скелтон. Сид Скелтон. Мог Сид Скелтон произвести подмену? Вы мне сейчас напомните, что все там за ним наблюдали, но так ли уж пристально? Сид Скелтон.

– Продолжайте, Фокс.

– Сид Скелтон сам по себе, так сказать. Он ушел из комнаты оркестрантов до того, как его светлость вышел на сцену. Что, если он подменил револьвер с инициалами? Что, если он сразу вышел и выбросил оружие в первый же водосток, какой ему попался? Сид знал, что шанс у него будет, верно?

– Как, когда и где он смастерил снаряд из трубки от зонта и шильца и затолкал его в дуло второго револьвера? Откуда он взял, так сказать, амуницию? И как к нему попал револьвер? Он-то на Дьюкс-Гейт не обедал.

– Да, – тяжеловесно согласился Фокс, – закавыка. Интересно, удастся ли вам ее обойти. Ладно, пока оставим Скелтона. Кто еще у нас есть? Морри. С точки зрения подмены Морри как-нибудь вписывается?

– Согласно заявлениям обоих, он не оказывался рядом с Пастерном с того момента, когда Скелтон осматривал револьвер, до того момента, когда Ривера был убит. Они были наедине в комнате оркестрантов, перед тем как Морри вышел на сцену, но Пастерн с обычным его страстным старанием обелить других утверждает, что Морри к нему не подходил. А ведь пистолет был у Пастерна в кармане.

Фокс вернулся к своему трансу.

– Думаю, – сказал Аллейн, – это будет одно из тех дел, где, когда мы устраним невозможное, останется только невероятное, которое придется принять faute de mieux[45], если можно так выразиться. И пока, Фокс, я считаю, что то самое невероятное мы пока не нашли. По крайней мере у него есть то достоинство, что оно объяснит все чудачества и странности.

– Боюсь, если ответ окажется таков, нам никогда не завершить расследование.

– И тем более мы его не завершим, если арестуем его светлость по обвинению, основанному на том, что он подменил этот револьвер другим, который зарядил и из которого, как утверждает, стрелял. Защита выставит Скелтона и будет клясться и божиться, что он осматривал оружие по собственной просьбе и видел инициалы и что это не то оружие. Адвокат будет упирать на то, что через три минуты лорд Пастерн вышел на сцену.

Фокс тихонько рыкнул себе под нос, потом у него вырвалось:

– Мы называем эту чертову штуковину стрелкой. Будь проклят, если скоро не начнем называть ее гвоздем в наш гроб. Будь я проклят… а ведь у меня, кажется, появляется сомнение… А действительно ли этой штуковиной выстрелили? Вдруг ее бросили с близкого расстояния? В конце-то концов, тут нет ничего невозможного.

– И кто это сделал? Морри?

– Нет, – протянул Фокс. – Нет. Не Морри. Его светлость заранее обелил Морри, обыскав его. Вы могли бы поклясться, что Морри после выхода на сцену ничего ниоткуда не подбирал?

– Думаю, да. Он быстро вышел через открытую дверь и прошел по проходу между музыкантами. Он стоял в свете прожектора в добрых шести или более того футов от любого столика или подставки и дирижировал, точно огромная подергивающаяся медуза. Согласно показаниям, он ничего не мог бы взять после того, как Пастерн его обыскал, и в любом случае я готов поклясться, что он не подносил рук к карманам, и что до того момента, как Ривера упал, он дирижировал обеими руками, и что ничего в его экстраординарной клоунаде на метание дротика не походило. Сама клоунада меня, пожалуй, даже увлекла. И если вам надо больше, Братец Фокс, Ривера, когда начал падать, стоял спиной к Морри.

– Хорошо. Тогда его светлость. Его светлость находился лицом к Ривере. Близко к нему. Черт побери. Если только он не владеет одинаково хорошо обеими руками, как он мог за долю секунды и выстрелить, и бросить стрелку? Опять мы зашли в тупик. Кто еще?

– Как вам леди Пастерн на роль метательницы?

Фокс хмыкнул.

– Тот был бы денек, сэр. Но как насчет мистера Мэнкса? Для Мэнкса у нас имеется мотив. У Риверы были доказательства, что Мэнкс пописывал душещипательную галиматью для «Гармонии». Мэнкс не хочет, чтобы это стало известно. Шантаж – веский мотив, – без особой убежденности добавил он.

– Друг мой Фокс, – сказал Аллейн, – положим конец пустым спекуляциям. Могу я напомнить, что до момента своего падения Ривера извлекал адские звуки из своего аккордеона?

После долгой паузы Фокс сказал:

– А знаете, мне это дело даже нравится. В нем что-то есть. Да. А могу я напомнить вам, сэр, что ему не полагалось упасть? Никто не думал, что он упадет. Следовательно, он упал потому, что перед тем, как он упал, кто-то воткнул ему в сердце маленькое стальное приспособление для вышивания, вставленное в трубку зонта. И куда, простите такой вопрос, мистер Аллейн, нам от этого деваться?

– Думаю, – весело отозвался Аллейн, – вам надо распорядиться, чтобы заново искали пропавшее оружие, а я, пожалуй, нанесу визит мисс Петронелле Ксантиппе Хендерсон. – Встав, он потянулся за шляпой. – Более того, я полагаю, – добавил он, – что в этом деле мы сами не раз выставили себя парой круглых идиотов.

– В связи со стрелкой? – вскинулся Фокс. – Или с револьвером?

– В связи с «Гармонией». Обмозгуйте это, пока я буду навещать мисс Хендерсон, потом расскажете, к каким выводам пришли.

Пять минут спустя он ушел, оставив Фокса погруженным в сосредоточенный транс.


Глава 10 Револьвер, шильце и его светлость | Убийство под аккомпанемент. Маэстро, вы – убийца! | cледующая глава







Loading...