home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 9

— Значит так, — сказал, обращаясь к Зоряне и Пьеру, — идем к деревне осторожно. Пьер приготовь свой меч. Зоряна, будь готова утыкать стрелами любого, на кого я тебе покажу.

Зоряна деловито достала из чехла лук, натянула тетиву. Перекинула за спину колчан. Пьер подобрался — щит на левой руке, меч в правой. Мой «Змей» на поясе. Круглый щит за спиной. В руках арбалет. Приближались к деревне. Стали слышны крики. Плакали женщины. Слышался мужской смех и возгласы. Подошли совсем близко. Дома были довольно убогие. Недалеко от нас из-за домов вышли трое мужчин в средневековых одеждах и доспехах. Один из них тащил за волосы девушку, практически девочку. Бросили ее на землю. Раздался треск разрываемой материи.

— Они ее собираются насиловать! — проговорил Пьер, сжимая меч.

— Похоже! И это не кино! Кинооператора с камерой не вижу! И мадамы, которая щелкает деревяшкой и кричит про дубль № 7! Зоряна, бей!

Щелкнула тетива и один из насильников кувыркнулся на землю, так как стрела с бронебойным наконечником попала ему в голову. Опять хлопнула тетива и второй охнув, упал на землю со стрелой в груди. Третий, уже снявший штаны и наклонявшийся над жертвой, получил в бок арбалетный болт и отлетел от девочки. Мы подбежали к ней. Двое насильников были мертвы. Третий с арбалетным болтом в боку еще дергался. Я воткнул в него «Змея». Девочка лежала на земле и закрывала лицо ладошками. Пьер ей что-то начал говорить. Приобнял ее за плечи и поднял. Она испуганно смотрела на него. Он спрашивал у нее что-то, но она молчала. Через некоторое время что-то сказала. Пьер переспросил. Она опять ответила. Наш француз впал в ступор. Девчушка перевела взгляд на меня и на Зоряну. Ее глаза готовы были выскочить из орбит. Она что-то пискнула. Я успел разобрать — «Сарацин». Все правильно. У меня же персидский доспех. Трое дохлых отморозей были больше похожи на грязных бомжей. Но у них были мечи. У двоих коротковатые, а у одного, по длине похожий на меч Пьера. Просмотрел и пощупал все три меча. Железо дрянь. Не сталь. Но все же железо. На одном была старая, в одном месте порванная колючуга. А у двоих кожаные куртки с нашитыми металлическими пластинками. Все трое воняли как протухший мусорный контейнер. От девчушки, кстати, тоже шло амбрэ!

— Пьер, чего завис?

— Гоша! Я ничего не понимаю.

— Поясняй?

— Эта девчонка говорит, что на них напали бургунцы с англичанами.

— Что это значит?

— Но бургундцы с англичанами воевали вместе против Франции в период столетней войны!

— Жесть! Вот так тебе и Французская республика! Из палеолита попасть прямиком в дикое средневековье! Да еще в разгар столетней бойни! Мило!

— Что делать будем Гоша?

— Как что делать? Валить отсюда нужно. День проторчим возле камней, а ночью свалим назад к мамонтам. Что-то мне эта Франция не совсем нравиться. Самое главное на Эйфилевой башне кофе не попьешь и круасанами не закусишь! А вот кусок железа в бочину, получить или на аутодафе поджарится, это сколько угодно!

— Наверное, это будет правильно. Но тут людей убивают и насилуют!

— И что? В героя решил поиграть?

Пьер опустил голову. Зоряну наши проблемы не волновали. Она спокойно вырезала из трупов свои стрелы, а заодно вырезала мой болт. Потом стала вопросительно на меня смотреть! Типа, что дальше, кого еще замочим? И никаких инсинуаций с блевотиной и нервами! Все-таки на самом деле другой менталитет. Что у них в палеолите, что здесь в средневековой Франции, времен столетней войны, жизнь человека стоит меньше медного гроша! И главный постулат — убей чужака, иначе он убьет тебя!

Натянул тетиву на арбалете, наложил болт. Успел вовремя, так как на нас вышло еще пятеро уродов. Хлопнула тетива арбалета и одного из средневековых вояк отбросило к стене ближайшего дома. Тут же хлопнула тетива Зориного лука и второй завалился со стрелой в горле. Остальные трое резко кинулись на нас с обнаженными мечами в руках. Зоряна молодец, моментально отскочила за нас с Пьером. Я после выстрела, арбалет бросил. Обнажил меч и прикрылся щитом. На меня наскочило сразу двое. Пьер скрестил мечи с третьим.

— Зоряна, помоги Пьеру! — Крикнул ей. Так как Пьера его противник начал сразу теснить.

Хлопнула тетива и раздался вой! Я в это время отбивался от двоих. Шустрые они. Пару раз получил по наплечнику. Но нормально, выдержала бронь. И плечо мне не отсушили. Сумел одного из нападавших чиркнуть концом лезвия по лицу. Похоже, перерубил нос. Он отскочил, застонав и бросив меч, схватился за лицо. Сквозь пальцы побежала кровь. Стал наседать на второго. Как я и говорил, железо у них было дрянь и в итоге я перерубил его клинок пополам. Глянув на огрызок у себя в руках, он бросил его и попытался убежать, заорав во все горло. Кричал «Сарацины»! Но убежать не успел. Между его лопаток выросло оперение стрелы.

— Хороший выстрел, солнышко! — Зоряна расплылась в улыбке. Ее глаза поблескивали в отсветах пожара. Ноздри раздувались, на лице кровожадная улыбка. Эта дамочка, похоже, попала в свою стихию. Ничего себе женушку себе подыскал! Оглянулся, девчушка в страхе прижималась к стене дома. Раненного в лицо добил Пьер. Потом проблевался. Я подождал, пока он успокоится.

— Пьер, спроси у нее, сколько их? Ну, этих бургундцев с бриттами?

Пьер начал общаться с юной аборигенкой. Я в это время опять натянул тетиву арбалета и наложил болт. Зоряна вырезала свои стрелы. Блин, как на адской конвейере. Так, минус восемь! А сколько ушлепков еще?

— Пьер ну что там у тебя?

— Она не знает сколько захватчиков. Говорит много!

— Тогда точно нужно сваливать на фиг отсюда. Все отходим.

— Гоша! Мы уже убили восьмерых!

— Ну и что? А если их сотня? Да нас тут в капусту изрубят.

— Но у тебя есть пистолет!

— Правда? А сколько патронов? У меня явно не сотня! Хорошо, что среди этой гопоты лучников не оказалось или арбалетчиков. Сейчас бы точно болт или стрелу кто-нибудь из нас словил. Все Пьер, уходим!

— Я не пойду! Это моя родина, Гоша!

— Да ты задрал меня, Гаврош долбанный! Пошли отсюда, идиот!

Но Пьер, не слушая меня, забежал за дом. Да твою дивизию!!! И что уходить без него? Плюнул.

— Зоряна приготовься. Стоишь за мной, вперед не лезешь. Все пошли.

Выскочили вслед на обезбашенным французом и оказались на центральной улице деревни. Пьер стоял по середине. Напротив него, метрах в пятидесяти находилось чуть больше десятка грязных отморозей с топорами, мечами и пиками. Заметил арбалетчика он поднимал свой арбалет, нацеливаясь на Пьера. Но увидев меня, изменил наводку. Я выстрелил в него практически не целясь. Меня тряхнуло, я еле удержался, чуть не сел на задницу. Больно, сука! Болт попал мне в стальную пластину в правую часть груди. Пластина выдержала. Наконечник у арбалета оказался из совсем дрянного железа. Но это я выяснил позже. Я тоже не промахнулся и мой соперник уже валялся на земле, скрючившись. Болт попал ему в живот.

«Сарацины» — завопили средневековые гопники и ломанулись в нашу сторону. Не, махаться железом я с этой ордой не собирался. Бросил арбалет на землю. Приподнял бронеюбку и вытащил «Орла пустыни». Удерживая оружие двумя руками, открыл огонь. Отстрелял весь магазин, все семь патронов. На ногах осталось трое. Семерых положил я, троих положила Зоряна. Итого, гопников было тринадцать! Чертова дюжина! Оставшиеся в живых, бросились бежать. Один вскоре споткнулся и, упав, остался лежать на земле. Из его спины торчало древко стрелы.

Сменил магазин. Это был запасной. Последние семь патронов. Больше нет! Засунул пистолет назад в кобуру. Подобрал арбалет. Натянул тетиву и наложил болт. Посмотрел на Пьера:

— Что стоим, кого ждем, Гаврош? Вперед на баррикады! Ты же этого хотел.

Двинулись вдоль улицы. Неожиданно нам навстречу выскочили два всадника. Реальные рыцари! Как на картинке. Один из них, что-то заорал.

— Чего хочет этот железный дровосек?

— Вызывает на бой сарацинского колдуна!

— Серьезно? Пошли его! Пусть лучше слазит и снимает с себя все железо. Нам оно больше пригодиться!

Пьер заорал ответ рыцарям. Те воткнули шпоры в своих скакунов и понеслись на нас. Нехорошее это чувство, когда на тебя несутся две металлические башни! Поднял арбалет и выстрелил оратору в правую часть тела. Так как он держал в правой руке огромное копье. Раздался металлический грохот и рыцарь остался лежать в деревенской грязи. Второму всаднику Зоряна вогнала стрелу в тыковку. Стальной бронебойный наконечник пробил глухой шлем.

Больше никого не наблюдалось. Даже те двое, которые сначала убежали, но потом возвратились с рыцарями и то исчезли. По домам не пошли. Мало ли, там возможность получить под ребро или по тыковке гораздо больше, чем здесь на улице.

— Ну что Пьер. Ты доволен? Долг Родине отдал. Нам пора сваливать. Нужно только телегу найти.

— Зачем? — Недоуменно спросил француз.

— Как зачем? Я что тут, просто так смертоубийством промышлял? Добыча, Пьер! Хабар, трофеи. Вон сколько железа! Там перекую. Нам оно не лишнее! Так что нужно будет старосту найти или кто тут у них. Спроси девчушку. Вон она стоит.

Девочка, что удивительно, не убежала, а вышла вслед за нами на улицу. Только жалась к стене дома.

— Так, Зоряна, наблюдай, солнышко! Сейчас будем трофеи собирать. — Женушка послушно кивнула и застыла с наложенной стрелой и решительным выражением на лице. Подошел Пьер.

— Гоша! Она сказала, что старосту убили. Почти всех мужчин убили. Но у захватчиков была телега. В начале улицы стоит.

— Отлично! Пошли. — Прошли мимо валявшихся рыцарей. Нашли одного раненного гопника. Оказался бургундцем. Через Пьера допросил его. Оказалось, что весь отряд насчитывал двадцать четыре человека. По сути, это была банда дезертиров и мародеров. В ней были и англичане и бургунцы и французы и даже пара итальянцев затесалась. Возглавлял отряд рыцарь — француз, которого я успокоил арбалетным болтом. Раненного добил. Нечего оставлять в тылу недобитков. Я человеколюбием страдаю избранно. И не в этот раз. В конце деревни нашли телегу, в которую были запряжены пара лошадей. Просто праздник какой-то. В телеге было какое-то барахло. И продукты. Несколько кувшинов с пойлом, которое аборигены считали за вино. Кувшины выкинул. Выбросил и приличный кусок окорока, так как от него не эстетично воняло. Наверное, начал тухнуть. А вот пару караваев хлеба оставил. Хлеб был свежий. Правда на вкус немного пресный и отруби попадались, ну и фиг с этим. Головки лука и чеснока оставил. Как и мешочек соли. Там еще были отрезы тканей, три штуки. Какие-то побрякушки серебряные кадило, Три пары сапог, не новые. Их тоже оставил. Нам все сгодиться! Начали с Пьером собирать колюще- режуще-ударно-дробящий инструмент. Мечи, топоры, ножи, тесаки, пару моргенштернов. Один был прямой, на длинной рукоятке, а второй цепной, как Славкина звездочка. У копий просто обрубали наконечники. Древки и сами можем сделать. Снимали кожаные куртки с нашитыми пластинами. Приватизировали три кольчуги в разной степени пригодности. Металлические шлемы. Если обувь была нормальной, снимали и ее. Забрал арбалет. Он был довольно громоздкий. Ну и что, пригодиться. Все болты забрал, какие нашел у дохлого арбалетчика. Ободрали обоих рыцарей. Ибо нечего. Одним словом загрузились не слабо! Я был доволен! Рытье болота пока откладывалось!

— Гоша, знаешь, как зовут девочку?

— Какую? — Я сначала даже не понял, о чем мне Пьер говорит.

— Которую мы спасли.

— И как?

— Жанна!

— И что?

— Как что? Деревня, знаешь, как называется?

— Как?

— Домреми!

— Я должен расплакаться?

— Гоша ты не понимаешь? Эта девочка, будущая спасительница Франции — Жанна д Арк, Орлеанская Дева! Сейчас год 1425 от рождества Христова, все правильно, ей сейчас 13 лет! Через три года, она первый раз попытается, поступить на службу к дофину Франции, но ее отправят подальше! Через год, когда ей исполнится 17, она добьется своего! Предсказав поражение французов под Орлеаном, когда те попытаются снять осаду. Эту попытку еще назовут «селедочной битвой».

— Получается, что мы спасли девственность Орлеанской Деве, а возможно и саму ее жизнь?

— Именно! Я в шоке, Гоша!

— Да ладно, расслабься! Посмотри лучше, сколько мы железа набрали!

— Гоша! Как ты можешь?

— Извини! Я все понял. Сейчас будем уходить.

— Почему уходить? Поможем Жанне! И возможно, предотвратим ее пленение и смерть на костре!

— Пьер, пойми. Мы не просто так тут оказались. Мы уже помогли ей, понимаешь? Если бы не мы, то Орлеанской Девы не было бы. А сейчас будет. Мы уже изменили историю. Все. Наша миссия выполнена. Если останемся тут, можем сделать только хуже. Знаешь такую пословицу — слишком хорошо, тоже не хорошо! Пьер, мы должны уходить. Где гарантия, если мы или даже ты, оставшись здесь, не погубишь ее раньше, чем она умрет на костре?

Пьер задумался.

— Пьер, ты можешь еще кое-что для нее сделать.

— Что?

— Скажи ей, что именно она должна спасти Францию. Пусть пойдет к дофину и попросит у него армию.

— Сначала она пойдет к капитану города Вокулёр Роберу де Бодрикуру. Но первый раз он ее пошлет лесом, посмеявшись. Ей тогда будет 16. Через год она повторит попытку, расскажет о поражении под Орлеаном и только тогда ей выделят людей в сопровождение к дофину.

— Вот и скажи ей про это. Ну что она должна попросить помощи у этого капитана. Расскажи ей о «селедочной битве». Понимаешь? Скажи что ее миссия — спасение Франции и возведение на трон дофина! Понял?

— Гоша, это эпохальное событие! Разве я могу? Кто я такой?

— Не, ты меня реально достал! А кто если не ты? Я что ли? Она вообще держит меня за сарацина! Кроме того, она меня, банально, не поймет. Я же не знаю французского.

— Я сам с трудом понимаю. Это старофранцузский. За сотни лет он сильно изменился.

— Тем более. Давай иди!

Пьер подошел к девчушке. Стал ей втирать. А я тем временем попытался поймать рыцарских коней. Коня рыцаря, которого грохнула моя жена, поймать удалось. Тем более, сильно-то так, он и не убегал. А вот коня того рыцаря, которого я убил, поймать не удалось. Он кусался, лягался и убегал. Ну и хрен с ним. Очень нужно! Привязал повод коня к телеге. Пусть идет за нами. Из деревни ушли, когда практически расцвело. Жанна долго смотрела нам вслед.

Кое-как перекантовались день. С трудом дождались ночи. Я все ожидал, что появятся дружки тех, кого мы порешили. Но все обошлось. Накапал крови и, когда переход открылся, шагнули за пелену, таща за собой троих коней и телегу, набитую железом и прочим барахлом.

Рядом с камнями горел костер. Славка нас ждал. Увидев лошадей с телегой, выпал в осадок.

— Гоша, не понял? Что за вестерн? Где вы коней надыбали?

— Ты лучше посмотри, что в повозке!

Славка глянул, подсвечивая фонарем.

— Что за на х..?

— Трофеи, законные!

— Завязывай гнать пургу. Объясняй!

— Короче, мы попали не в 21 век во Французскую республику, в начало 15, во Французское королевство! И там в самом разгаре столетняя война. Схлестнулись там с одной бандой отморозей. Положили их на хрен! Хабар собрали и ноги в руки. Целую обойму отстрелять пришлось! Но самое главное, спасли одну мадемуазель. Знаешь кого?

— И кого?

— Жанну!

— Это которая д Арк что ли?

— Ее! Быстро соображаешь!

— Не хами, заморыш! Жанну, насколько я помню, сожгли. Вы что, целый город на гоп-стоп взяли втроем?

— Не. Мы попали в то время, когда ей было всего 13 лет! Ее трое ушлепков изнасиловать хотели и потом, наверное, прирезать. Пришлось ушлепков кончать. Вот так!

— Весело! Ну, ты даешь Гоша! Эх, зря я с вами не пошел! В следующий раз я пойду.

— Не знаю Славян. Но следующего раза может и не быть!

— Почему?

— А кто знает, куда попадем? Может в эпоху Наполеона или наоборот — в Древний Египет! И сможем ли так быстро вернуться и куда? Так что, ты пока не выездной!

— Ты мне по командуй тут! Тоже мне спаситель, спасительниц нашелся! Как ребятишки себя показали?

— Хорошо! Зоряна отстрелялась на пять с плюсом. Я даже сейчас затрудняюсь сказать, скольких она положила. Причем, ни каких эмоций, ну там по блевать, по переживать! Все по барабану! Наоборот азарта полные штаны! Как будто в родную стихию попала! Пьер хорошо держался. Одного лично прирезал. Потом, правда, сблевал весь ужин. Но быстро пришел в норму. Мало того, по сути мы из-за него в драку ввязались. Я то после первой стычки хотел сваливать в темпе, а он настоял остаться и дальше из себя героев корчить. Видишь ли — это его Родина, Франция, которая в опасности! Патриот хренов! Но, слава богу, хорошо все то, что хорошо заканчивается. Слава, давай так сделаем. Вы с Пьером на лошадях попрете, а я с Зоряной на яхте.

— Не вопрос. Кони, это вообще хорошо. Даже мечтать о таких не мог. Тут-то все дикие. Мелковатые. Породы еще не выведены. Даже вот эти две, в повозку запряженные. Далеко не породистые, но по сравнению с нынешними — как аристократия.

— Вот и будем улучшать породу! И будет, тогда, нам счастье! — Оба рассмеялись.

— Гоша, я вот только не пойму, почему вы оказались в 15 веке? А не в 21? Ведь Пьер пришел из нашего времени. Ты ходил сюда, потом вернулся благополучно. Затем опять попер. И сейчас что за ерунда?

— А я знаю? Я то впервые по этому коридору пошел. Может из-за этого? Или может, что с нами Зоряна пошла? Она-то ведь явно не из 21 века!

— Да и даже не из 15!

— Все может быть Слава. Нам остается, пока что, гадать на кофейной гуще. Мы не знаем принцип работы этих переходов.

— А дед знает?

— Думаю, знает. Вопрос только — где его найти?

Вернулись назад к берегу. Все шмутье, какое было, кроме оружия, притопили в воде на часик. Ну там блохи разные и прочая гадость. Так сказать дезинфекция. Свое тоже притопили и помылись. Зоряна сидела в шезлонге на яхте, укутанная в одеяло. Мы с Пьером сидели на берегу голые. Хорошо, тепло здесь. Все мокрое трофейное барахло, перетащили на яхту, свалили на палубе. Как и трофейное оружие и амуницию. Славка влез на рыцарского коня. Пьер на повозку. Они должны были идти налегке. Мне было проще. Я, да Зоряна на яхте вообще могли голыми ходить, а вот Пьеру пришлось влезать в мокрую одежду. Ничего высохнет. Было жарко.

Мы добрались до форта первыми. А там была полная засада! Когда зашли на территорию форта, там царствовало полное уныние. Бабуся плакала. Аборигены были растеряны. По Ваньке тоже было заметно, что совсем недавно ревел.

— Что случилось? — У меня самого начиналась паника.

— Машу со Светланой похитили, Сойку ранили и Ветра, а одного парня из росомах убили.

— Кто? — У меня даже потемнело в глазах.

— Это люди соленой воды! — ответил Ваня.

— Когда?

— В тот день, когда вы ушли, дядя.

— Значит у них два дня форы! Как они ушли?

— По воде, на лодках. Мы гнались за ними, но… — Ваня замолчал.

— Как это произошло?

— Мама со Светланой и Сойкой пошли травки пособирать, вон в тот лесок. С ними пошел Ветер и еще двое мужчин. Там на них напали. Схватили маму, Светлану, Сойка пыталась убежать, в нее кинули копье. Ветра ранили и еще одного парня, а одного убили. Мы побежали на помощь, а они в лодки сели и уплыли.

— Значит они давно караулили. Наблюдали. И как мы их проворонили? Почему не обнаружили?

Вот это засадище! Что Славке скажу? Пьеру?

— Как Сойка?

— Крови потеряла много, но вроде ее состояние стабилизировалось. — Ответила баба Настя.

— А парни?

— Эти тоже вне опасности. Но пока не воины. Это еще не все Игорь. — Настороженно посмотрел на бабусю. — Пришли люди от Серый Цапель.

— Зачем?

— У нас была договоренность, что мы научим их делать одежду не из шкур, выращивать еду и многое другое.

— Нам сейчас не до этого. Ты же сама баб Настя понимаешь.

— Да, понимаю. И они предложили помощь. Но не это главное.

— Что еще что-то есть?

Они сказали, что появился какой-то народ, вернее племена. Они идут с северо-востока от Камня.

— От какого Камня?

— Насколько я понимаю от Уральских гор. Они захватывают племена. Кто сопротивляется, убивают.

— Этого еще не хватало! И много их?

— Много. Серые Цапли сказали много. Они почти всем племенем переселились на этот берег Большой реки.

— Ладно, баб Настя. Это потерпит. Сейчас главное отбить Машку со Светкой.

— Боюсь, не потерпит. Они уже вышли к реке и стали, со слов Цапель, строить лодки, которые даже больше чем у людей соленой воды. Не сегодня-завтра они появятся здесь!

Твою бога душу! И что делать? Бросимся сейчас за Марией, сто пудов нарвемся на лодки. Но даже если проскочим. Сколько этих папуасов, укравших девчонок и где они. А что делать с фортом? Всех мы забрать не сможем. Значит оставлять их здесь на заклание. Реально с огнестрелом работать можем только мы трое, я, Славка и Пьер. Если разделимся, огневая мощь резко упадет. Этих уродов с соленой воды тоже много, скорее всего. Будем исходить из худшего. Если с ними сейчас схлестнемся, то тыл оголен, нас зажмут. С одной стороны уроды с соленой воды, с другой эти, не пойми кто.

— Кто они такие?

— Они называют себя ариями!

— Чего? Арийцы! Этого еще не хватало. — Я сплюнул.

— Игорь! И у них оружие, похожее на наше.

— В смысле, похожее? Железо?

— Цапли говорят, да.

Все. Трындец! Если бы здесь была Маша со Светой, тогда схватили бы их в охапку и ноги делать. А так?

— Игорь, а где Слава с Пьером? — спросила бабуся.

— Скоро подойдут. Они лошадей гонят с повозкой.

Бабка замолчала. Задавать вопросы не стала.

Нужно принимать решение! Убегать, как только появиться Славка, бросив все или драться. Давая возможность ушлепкам все дальше увезти Машу со Светланой. Или рвануть за ними на все наплевав. Опять же бросив всех.

— Так слушать меня всем внимательно! Сейчас идем к яхте, там мы привезли оружие. берем только оружие. все остальное оставить. Начинаем таскать воду. Заполняем ей все, что можно! — Колодец, черт возьми, мы не успели пробить до водоносного слоя. Это совсем плохо. Но делать нечего. — Готовимся к осаде. Баб Настя, а где эти Цапли?

— Там за стеной. Я их пока не стала пускать внутрь. Да они и сами не рвались сюда.

— Вань, позови их вождя. — Племяш кивнул и унесся за стену.

Мужчины и парни, под руководством Зоряны пошли к яхте. Ее назначил руководить переносом взятого на меч железа. Сам прошел в кузню. Разжег горн. Нужно начинать работать. Многое переделать нужно, пока есть возможность.

Ко мне подошел мужик в шкурах. Узнал его, это был один из выживших вождей после бойни на месте Большого Схода. Вместе с ним подошла баба Настя.

— Скажи вождь, с чем ты пришел к нам?

— С миром.

— Тебе можно верить? Ведь ты хотел убить нас и присвоить себе наше имущество!

— Мой разум тогда помутился. Я виноват, я знаю. И я знаю, что у вас случилось. Люди соленой воды похитили Дарующую жизнь и Светлую. Мы готовы помочь вам и наказать этих крыс. Мы не предадим. Дарующая жизнь, не позволила уйти мне в долину предков. Я обязан вернуть ей долг.

Я смотрел ему в глаза. Он в мои. Не отвернул свой взгляд и не опустил его. Рядом с наковальней у меня лежал сделанный, перед самым отплытием, топор. Уже готовый, наточенный и с рукояткой. Я взял его и протянул вождю.

— Возьми. Он лучше, чем тот, который у тебя. Будем драться вместе, плечом к плечу.

Руки мужика дрогнули. Он взял секиру. Посмотрел потрясенно на меня. Я кивнул.

— Мы обязательно накажем этих крыс и отобьем Дарующую жизнь и Светлую. — Я понял, что он так назвал Машу и Светлану. — Сейчас вождь, ты и все твои люди идут к реке и моются, потом вам всем состригут волосы. Так нужно. Все ваши одежды по возможности промоют и почистят. Вы сами это сделаете под руководством наших женщин. Они знают как. Все понятно?

— Да. Мы все сделаем.

Вождь ушел. Баба Настя пошла помогать, приводить Цапель в порядок. К кузне приковылял ветер. Вся его грудь была забинтована.

— Я хочу тебе помочь!

— Сядь вон туда и не отсвечивай, помощник. На себя посмотри! Ты еле ходишь.

— Прости нас, И-горь! Я не уберег Ладу.

— Кого не уберег?

— Ладу. Жену Славяна.

— Ее зовут Маша!

— Да, Маша-Лада. — Он что, тупой? Сидит, смотрит на меня открытым взглядом.

— Ветер, ее зовут Маша, Мария!

Он опять кивнул: — Я и говорю Маша-Лада. А что?

Не, парень явно не догонял. Такое ощущение, что Маша и Лада для него одно и тоже. В голове мелькнула мысль. Нужно проверить, может это у него одного такая хрень. Увидел Ваську, нашего найденыша.

— Васька, — он оглянулся, — иди сюда!

Пацан подбежал.

— Как зовут жену Вячеслава? — Василий удивленно на меня посмотрел. — Чего тормозишь?

— Лада! — продолжал на меня странно смотреть.

— Ладно, свободен. Угля принеси. — Мальчик кивнул и схватив ведро из старой шкуры, исчез.

В форт потянулись мужики, носившие железяки с яхты. Через некоторое время появилась моя ненаглядная. Подозвал ее.

— Зоряна, как зовут жену моего брата?

— И-горь. Что с тобой? Ты забыл.

— Я не забыл, так как ее зовут?

— Лада! — Смотрит на меня встревожено. Я завис. Это что получается? Так, как назвал вождь Цапель Машку — Дарующая жизнь! А кто у нас Лада — Ладо, Ладушка, Рожаница! Богиня любви и красоты у древних славян. Покровительница семейных уз их крепости и согласия супругов, защитница детей. Небесная мать всех богов! Дарующая Жизнь! Машка у нас в богиню превращается? Жесть! А кто у Лады муж? Сварог! Небесный кузнец! Отец всех богов! А какой он кузнец? Не, он в кузню ко мне приходил и долбил молотом, будь здоров. У него это лучше всех получается… когда мы с ним работали, к нам все аборигены сбегались смотреть. Е-ма Е! Ладно, не будем себе голову забивать сейчас. У нас другие проблемы!

К вечеру подтянулись Вячеслав с Пьером. Встречать их вышли я с бабой Настей, Ваней и Зоряной.

— Привет славяне! — Крикнул брат. — Наконец-то добрались! Гош, а я по дороге клыкастого кошака грохнул и оленя! А чего вы такие смурные?

— Слава, — начал я, — у нас проблемы! Серьезные.

— Что случилось?.. Где Маша?

— Нет ее.

— Не понял, Игорь? Как это нет?

— Здесь ее нет. Как и Светланы. Похитили их. Два дня назад. Черти с соленой воды, с моря. Сойку ранили. Ранили Ветра и еще одного парня, а одного убили.

Славка покачнулся. Побледнел. Пьер рванул в форт.

— Как это могло случиться?

Баба Настя с Ваней ему рассказали. Глаза брата налились кровью. Бешено посмотрел на меня.

— Чего стоишь Игорь? Давай яхту, мы их догоним.

— У нас еще одна проблема, Слава!

— Что? — крикнул он. — Какая, на хрен, еще может быть проблема кроме этой?

— К берегам Большой вышли какие-то толи племена, толи народ. Пришел с северо-востока от Урала. Вышли южнее нас, ниже по течению. И у них есть лодки. Они захватывают племена. Всех кто сопротивляется, уничтожают. Остальных ассимилируют.

— Ну и что?

— Они рядом с нами, Слава. И у них железное оружие! И я не уверен, что они уже не перекрыли реку. Серые Цапли успели перебежать на плотах. Остальных, похоже, уже захватили. Ты уверен, что мы прорвемся вниз, за ушлепками? Но даже если прорвемся, всех мы не сможем взять на борт. Значит, большая часть останется здесь, на заклание.

В это время раздался крик наблюдателя со сторожевой башни. Он указывал на реку. Я посмотрел в бинокль. Сверху по течению двигались лодки. Насчитал пятнадцать штук. Сначала подумал, что идут самые натуральные дракары, как у викингов. Но потом понял, нет. Похожи. Тоже с головами чудищь на носу, но гораздо меньше. В лодках сидели воины со щитами. Часть лодок повернула к берегу. остальные продолжали медленно двигаться по течению.

— Ну вот, теперь и с севера нас зажали.

— Гоша, но там Маша, Света! — В голосе брата была боль.

— Славян, я уверен, с Машей и Светкой пока ничего страшного не случиться. Света еще слишком мала, а Маша беременна. То есть для соленых ушлепков это дополнительный бонус. Повторяю, их до поры до времени не тронут. У нас есть время. Нам сейчас с этой проблемой разобраться нужно. И чем быстрее разберемся, тем быстрее займемся вызволением нашей Лады и Лели!

— Ты о чем, Гоша?

— Так твою жену и дочь называют аборигены! Я сам только сейчас узнал. Зорян, — обратился к жене, — как зовут Славкину жену?

— Лада! Ты у меня уже спрашивал об этом И-горь!

— Видал! А Светку светлой зовут. А кто у нас светлая и юная? Леля — богиня весны и юности! Дочь Лады и Сварога.

— А кто Сварог?

— Ты! Небесный кузнец!

— Совсем уже с катушек слетел? Мне не до смеха! — Брат замолчал. Думал.

— Славка! Мы, конечно, можем сейчас прорваться. Но десять к одному, что в итоге окажемся между молотом и наковальней. Надо решать проблемы сначала здесь, а потом там. По поводу Маши и Светы, время есть. А вот с этими, времени почти нет. Слишком шустро шевелятся. И знаешь, как они себя называют?

— Как?

— Арии!

— Что? Арии?

— Да!

— То есть истинные арийцы, характер нордический, имеют правильный череп и пользуются уважением у камрадов по партии?

— Не знаю, но возможно, что и так.

— Хорошо Игорь. Давай решать проблему с арийцами здесь.

Коней завели внутрь форта. Расседлали. Привязали у одной из стен. Овса не было. Кинули сена. Налили воды в деревянные колоды. Тележку так же затащили в форт. На присутствие Серых Цапель в форте, Славка только махнул рукой.

— Не во время все это. — Вздохнул брат. — Колодец закончить не успели. Воды для длительной осады нет. И что самое поганое, поджечь могут, а тушить нечем.

— Да. Это полный попадос! — Согласился я.

— Что с яхтой делать будем, Гоша?

— Оставим ее так, как есть. У нас имеются винтовки с оптикой — «немец» и СВДК. Отсюда яхта как на ладони. Сунуться, постреляем на хрен.

— Патронов хватит?

— Хватит. Сколько их? Две три сотни. Не думаю, что больше. Где столько еды на такую ораву найдешь. А для большего количества людей, земледелие нужно. Охота и собирательство не катят в принципе. А сколько у нас патронов, я имею ввиду, всех калибров? Вот то-то. Это наш козырь в споре с этими ариями. Нас меньше, но мы более кусачи. Чай не дикари пещерные. Всю ночь дежурили со славкой по переменке. Смотрели в ПНВ, за периметром и за яхтой. Все было спокойно. Славка сильно изменился. Осунулся. Глаза как у больного лихорадкой. Когда я его менял, он не уходил спать. Оставался со мной рядом. Я старался сначала его заговорить, что бы хотя бы как-то отвлечь его от похищения жены. Но потом он посоветовал мне заткнуться. Сидели молча. Вот так и прошла тревожная ночь. Утром к нам пришел Пьер. Он не дежурил. Освободили его. Был все время рядом с Сойкой.

— Ну как там она?

— Тяжело. Почти все время спит или без сознания, я даже понять не могу. Но баба Настя говорит, что ее состояние стабильное. — У него на скулах играли желваки. — Главное, что бы поправилась. А этих тварей, — парень помолчал, подбирая слова, — всех убить. — Потом разразился целой.

Утром началось движение. Сначала у входа в залив появились лодки. Три штуки. Остановились. Люди в них с интересом рассматривали мою яхту. Все одеты в кожаные куртки и штаны. В руках короткие копья, щиты. На головах кожаные шлемы. Все это рассматривал в бинокль. Наконец одна лодка двинулась к яхте.

— Слава, людей пока не трогай, — сказал я брату, — прострели им борт.

— Не учи ученого! — Слава приник к оптическому прицелу. Грохнул выстрел. От борта у самой воды, полетели щепки. Аборигены стали разворачиваться и вскоре отвалили назад к выходу из залива. Две другие лодки сделали это еще раньше. — Какие понятливые люди!

— Ага, — поддержал брата, продолжая смотреть в бинокль, — культурные, можно так сказать.

Несколько часов никого видно не было. В полдень они появились с десяток лодок, полные вооруженных мужиков встали около входа в гавань. В бинокль я рассмотрел, что в основном у ариев были медные и бронзовые топоры, но у некоторых были железные. Насколько хорош был металл, мне оставалось только догадываться. Но в любом случае, оптимизма это не добавляло. Так же с севера по земле подошло порядка пяти десятков воинов. И с юга, то есть с низа по течению реки.

— Что-то много их! — процедил Славка. — Ничего, если пулями не успокоим, у меня две трубы РПО есть. А вот это им, навряд ли понравиться.

Я кивнул, соглашаясь с братом. Все наши мужчины, за исключением болящих, и часть Цапель стояли на стенах. Ветер тоже рвался на стену. Но я пообещал оторвать ему мужское хозяйство, если увижу его там. Как то не верилось, что нас тут укатают. Все, кому успели сделать хоть какую-то бронь, одели ее. Я был в своем тяжелом персидском доспехе. Рядом со мной Зоряна в кожаном, с нашитыми металлическими пластинами. Славка в своем бехтереце. Пьер, одел бронь, снятую с первого, который вызывал меня на бой, рыцаря.

Арии остановились в трехстах метрах от стен. Стояли не толпой, а четкими, ровными рядами, образующие колоны. У них были лестницы.

— В штурмовые колоны выстроились, уроды! Это кто же их так научил? — Опять зло процедил сквозь зубы Слава.

— Как ты думаешь Слав, первый штурм отобьем?

— Должны! Но вот если к ним еще столько же подойдет и последует еще один, а потом еще один. Задавят. Смотри у них и лучники есть. Огнестрел, конечно, серьезный аргумент, но это если напугаем их до диареи. А если нет? Придется РПО применять. А им стрелять по скоплению нужно иначе, это как из пушки по воробьям.

— Вот, в такую колону, и шмальнешь.

— Ну, да. Интересно, они хоть разговаривать с нами попытаются или будут действовать по принципу — меньше слов, больше дела.

— Ага, слово — серебро, молчание — золото.

От тех, кто подошел с юга отделился один человек. Шел с копьем в левой руке, на конце которого был белый кусок тряпки. В правой, у него был железный топор-секира.

— Смотри, даже знак переговоров понимают. Точно ходок у них, типа нас с тобой Славян! — Сказал, глядя на переговорщика.

— Чем?

— Значит с тактикой взятия укрепленных пунктов они, явно, знакомы.

— Посмотрим, что они нам предложат!

— Известно что, рус сдавайся! Жизнь гарантируем!

— Эй, — крикнул переговорщик. Был он довольно высокого роста, не ниже меня и моего брата. Белокожий и бородатый. Возраст, примерно как у нашего с братом отца. Но здоровый. Неужели он ходок? Мы с братом одновременно посмотрели друг на друга. Он тоже подумал об этом. — Где ваш вождь? Пусть выйдет. Поговорим! — говорил на древнем языке, на котором говорили все племена ойкумены!

У меня возникла одна мысль:

— Славян, ответь ему на русском. Посмотрим!

Он кивнул и ответил:

— Чего надо?

Переговорщик, на некоторое время замолчал. С интересом нас со Славкой разглядывал.

— По-русски говоришь?

Я удовлетворенно кивнул и ухмыльнулся.

— Говорю. Я, вижу, ты тоже без акцента чешешь! Землячок?

— Почти!

— Что значит, почти?

— Я здесь родился. Это мой мир. А вот вы, чего сюда приперлись?

— У тебя забыли спросить! И с чего это ты решил, что это твой мир? Ты его купил? Или здесь где табличка висит, что этот мир, твоя собственность? Что-то мы не видели такой. А если купил, так чек покажи!

— Какой, такой чек? — Недоуменно спросил переговорщик.

— Документ, подтверждающий, что ты заплатил за этот мир и владеешь им на законных основаниях.

— Я, смотрю ты шутник? — Усмехнулся арий. Потом поднял правую руку, в которой он держал топор. — Вот мой чек!

— Ну, — крикнул Славка, — у нас тоже такие чеки имеются. Еще может, даже, и получше, чем у тебя!

— Давай проверим?

— Давай! А что в итоге?

— Поединок! Если я выиграю, то вы покоритесь. Если ты, то мы уйдем.

— Ты предлагаешь божий суд?

— Да!

— Но из нас двоих с поля уйдет только один.

— Возможно!

— А если я тебя убью, твоя свора так просто и уйдет? Сомневаюсь.

— Не сомневайся. Уйдут. Я всегда держу свое слово.

— Как ты его будешь держать, если умрешь? — Славка засмеялся.

— Даже мертвый, я буду держать свое слово. Итак?

— Хорошо!

Я взял брата за руку.

— Извини Славян, но на поединок пойду я.

— Это почему? Он меня вызвал. Хочешь, что бы меня трусом назвали? Мол, за младшего спрятался?

— Никто не скажет. Я твой брат. Суд богов допускает замену. Тебе нужно будет еще о Маше подумать и Светлане. Вытаскивать их, если что.

— А ты разве не позаботишься?

— Кто Марии муж? Я или ты? Кто Светлане отец? Я или ты? В этом нет бесчестия, брат. Тем более у него секира. И у меня секира. А я ей работаю лучше тебя.

— Прям так и лучше?

— Лучше Слава. Не намного, но лучше. Так что пойду я.

Славка молчал, смотрел на меня. Я улыбнулся. Кивнул ему.

— Все хорошо! Я его урою. Я не знаю какой он боец, а он не знает какой я. Но нас учил драться дед! И еще, — я помолчал немного оглянулся на всех кто был в форте. — Если он будет драться за захват новых земель, я буду драться за свою семью. За вас всех, кто здесь, сейчас в нашей крепости.

— Ладно, иди! Я только предупрежу этого. — Брат повернулся к переговорщику. — С тобой будет биться мой брат. Родной брат. Я посмотрю как ты с ним справишься.

— Хорошо! — Крикнул арий. — Но на условия это не повлияет!

— Да! — Подтвердил Славка. Потом мы спустились к воротам. Обнялись с братом. Зоряна смотрела на меня тревожно. Заметил, как она кусала губы. Прижалась ко мне.

— Не вздумай реветь, солнце мое. — Улыбаясь, сказал ей. Она опустила голову. Взял ее лицо в ладони, поднял и поцеловал. — Все будет хорошо. Поняла меня?

Она опять кивнула и обняв за шею приникла к моим губам. Потом ко мне подошла бабуся. Взяла мою голову в руки, нагнула ее и поцеловала меня в лоб.

— Удачи тебе, сынок!

— Спасибо, баб Настя!

Пожали друг другу руки с Пьером. — Замочи козла! — пожелал он.

— Обязательно!

Они все стояли и смотрели на меня, бывшие росомахи и пока еще действующие Серые Цапли. Я поднял правую руку вверх со сжатым кулаком. Они ответили мне таким же жестом.

Вышел за ворота. На поясе с лева, у меня висел «Змей». С право — боевой нож. Щит за спиной. В руках моя секира. Я сам ее ковал, под присмотром деда, и был в ней полностью уверен.

Подошел к арию. Остановился в пяти шагах от него. Поудобней перехватил топор.

— Ну что, бородатый, не передумал? Может, свалишь отсюда? Мы даже виры за топтание нашей земли с вас не возьмем?

— А может, это ты сдашься? Я тебя и убивать не буду. Мне такие воины нужны.

— Можно начинать прыгать от радости?

— Значит, не пойдешь?

— Нет!

— У тебя жена есть? Дети?

— Жена есть. Детей нет, пока. А что так?

— Когда ты умрешь, я возьму твою жену к себе. Ей будет хорошо!

Я усмехнулся:

— Не думаю, что ей понравиться такое предложение от вонючего дикаря. Скорее всего в ответ, она вколотит тебе бронебойную стрелу, куда-нибудь в яйца! И это в лучшем случае.

Арий сузил глаза. Ага, задел я его. Он напружинился. Но я был уже готов.

Заметил, как от толпы отделился, еще один воин. Этот был в хорошем железном доспехе. На его голове был конический шлем. Лицо закрывала полуличина, до самых губ. Что-то очень знакомое было в облике этого воина. Даже походка. Я сделал шаг назад.

— Чего пятишься? Аль испугался, храбрец?

— Да нет, просто примериваюсь, как вас двоих, сподручнее, рубить буду.

Арий оглянулся.

— Что отец?

— Я вижу, у вас интересный разговор! — Я вздрогнул. Подходивший к нам воин, говорил голосом моего деда. Я опустил топор. Подойдя, он поднял полуличину, открыв лицо.

— Дед?

— Ну, а кого ты, оболтус, хотел здесь увидеть?

— Дед! — Закричал я и, шагнув вперед, обнял его. Он обнял меня.

— Здравствуй Игорек, внук мой! — Дед улыбался!

— Славка! — Закричал я, — Давай сюда! Это наш дед! — Оглянулся к форту. Но ворота были уже открыты и к нам бежал мой брат.

Я успел разжать объятия, как деда сгреб Славка. Все же, он был повыше старика.

— Здорово Славик! Ну все, отпусти меня, задавишь, буйвол! — Оглянулся на моего поединщика. — Вот, Владимир, твои племенники, рОдные! Игорь и Вячеслав.

Мы с братом недоуменно смотрели на бородатого мужика. Он усмехался. В смысле племянники? Он нам что, дядька?

— Да, — ответил дед, на наш немой вопрос, — он вам дядька. Младший брат вашего отца. А где Роман?

Наши с братом счастливые улыбки поблекли.

— Что? — Дед напрягся.

— Нет его деда. — Ответил Славка. — Умер, два года назад. Там еще. Мы одни пришли, без него. Вернее не совсем одни. Я женился дед, тоже там еще. — Лицо брата совсем помрачнело. С женой пришел, с ее бабушкой. А еще с Ваней и Светланой. Ты их знаешь. Они сиротами остались и мы с Машей их усыновили.

— Эх, Рома, Рома. Как же ты так. Почему папку своего не послушал. — Он помолчал. — Оля сына хотела увидеть. Да не судьба.

— Какая Оля? — Спросил я. — Бабушка Оля? Она здесь? Жива?

— Жива! Вон, идет сюда.

И точно, к нам шла пожилая женщина. Как баба Настя. Только одета была в кожаную куртку, штаны из ткани и сапогах. Голова ее была вся седая. Но лицо, несмотря на морщины, все же еще хранило следы былой красоты. Она смотрела на меня и Славку.

— Ванечка, это наши мальчики?

— Да Оля, это наши внуки.

Женщина подошла ко мне и Славке. Посмотрела на моего брата:

— Ты Вячеслав, старший! — Сказала, глядя снизу вверх.

— Да, бабушка. — Баба Оля протянула к нему свои ладошки. Слава наклонился. Она взяла его голову в руки и поцеловала его в лоб. Прижалась к нему. Славка обнял ее осторожно.

— Какой большой, сильный и красивый.

Потом посмотрела на меня. Отстранилась от Славки.

— Ты Игорь, младший! — Я наклонился к ней, она, так же как и Вячеслава, взяла мою голову в свои ладони, поцеловала меня в лоб. — И ты большой и сильный. Как я долго ждала этой встречи. Плакала тихо, чтобы никто не увидел. Думала, что не увижу вас никогда. Но господь милосерден. А где ваш отец? Мой сынок?

— Его нет, Оля! — Сказал дед.

— Он не захотел идти?

— Его нет больше. Он умер, два года назад. Ушел за своей Анютой.

Баба Оля, уткнулась мне в грудь и тихо заплакала. Я обнимал ее и гладил по седым волосам. Что я ей мог сказать в утешение? Как позже узнал, у них с дедом, кроме моего отца и Владимира, было еще двое мальчиков, с которыми она рассталась, когда те были еще совсем маленькими детьми. И каждого она выносила и родила. Но так и не увидела, как они росли и мужали, хотя жаждала этого всей своей душой и сердцем. Но такова была плата, за то, что пошла со своим мужчиной в неизвестное. К линии его горизонта. Делай, что должен и будь, что будет!

— Ванечка! Оля! — раздался позади меня, голос бабы Насти.

Я оглянулся. Бабуся стояла и смотрела на моего деда и на бабушку. По ее щекам текли слезы.

— Настя! — Дед смотрел на нее, широко раскрыв глаза.

— Настенька?! — произнесла баба Оля. Отстранилась от меня и подошла к ней. Они обнялись. К ним подошел дед. Обнял их обоих. Поцеловал Анастасию Николаевну в макушку. Они втроем стояли и смотрели друг на друга.

— Сколько лет прошло, Настя? — Сказал дед.

— Да, целая жизнь! — поддержала баба Оля. — Когда-то мы расстались совсем еще юными. А встретились на закате жизни. Как ты жила, Настенька?

— По разному. Мужа схоронила, потом дочку с зятем. Внучка осталась.

— Помнишь, Настя, я тебе сказал, что мы обязательно встретимся?

— Помню, Ваня.

— Внучка у тебя. Подожди, это не она ли жена моего оболтуса, старшего?

— Зачем ты так, Ваня. Твои внуки уже выросли. Стали настоящими мужчинами. Они давно уже не оболтусы. Хотя иногда, ведут себя как мальчишки. Но это даже хорошо. Ты ее знаешь Иван. Это Маша, с которой Игорь учился в музыкальной школе.

— Так вот оно что! — протянул дед. — А я почему-то был уверен, что у них с Игорем что-то получиться.

— Нет, Ваня. Они с Игорем были только друзья. А полюбила она Вячеслава.

— И где наша невестка?

— Горе у нас Ванечка.

— Что случилось? — Встревожено спросила баба Оля.

— Похитили Машеньку нашу и Светланку.

— Кто? — одновременно спросили и дед и бабушка.

— Люди, живущие на берегу моря. Три дня назад.

— Знаем мы о таких. Вячеслав, Игорь! Как вы могли такое допустить? — требовательно посмотрела на нас баба Оля.

— Нас не было. Мы с Игорем на болото отправились. А там еще и переход есть. Игорь туда с Зоряной и Пьером ходил. Я их ждал. — Ответил Славка.

— Почему в догон не пошли? У вас яхта, быстрее, чем их лодки? — Спросил дед.

— Хотели идти, да тут вы появились. Мы только вчера пришли в форт. И дед, Маша беременна. Мы три года ждали этого.

— Тогда чего стоим? Грузимся и идем к морю.

— Ты знаешь, где они конкретно обитают? — спросил Славка.

— У нас есть один из них. Он покажет.

— Значит, они украли мою правнучку и моего, еще не родившегося правнука? — Спросила баба Оля.

— Да, бабушка. — Ответил я.

— Они пожалеют об этом. Очень сильно пожалеют. — Ее лицо приобрело жесткость, а в глазах сверкнул отблеск стали и зарева пожарищ. В воздухе ощутимо запахло железом, кровью и гарью.

Ничего себе бабушка, я потрясенно смотрел на нее!


Глава 8 | Земля вечной охоты | Эпилог







Loading...