home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 11

Морияр дышал осенней свежестью. Пламенел в закатном солнце, щедро разливавшим свой свет по тихим улочкам и маленьким площадям. Мимо проплывали, пестрея вывесками, витрины магазинов. Кофейни и рестораны. Роскошные особняки, окружённые цветущими садами.

Казалось, в этой части города время замедляло свой ход или его здесь и вовсе не существовало. Не существовало суеты, страха что-то не успеть или куда-то опоздать. Горожане не спеша прогуливались по широким аллеям, отдыхали на скамейках в зелёных скверах, наслаждались вечерней прохладой. Редко на дорогах показывались экипажи. Везде, куда ни глянь, лица, от которых веяло довольством и благополучием.

Наверное, меня единственной не касалась эта идиллия. Я сидела точно на иголках. Его светлость велел вернуться дотемна, и времени оставалось в обрез.

Вдруг полицейского не окажется на месте? Вдруг он будет занят? Вдруг не сможет меня принять?

Слишком много «вдруг». Страх и сомнения истерзали мне душу. Может, довериться Бастиану Мару – ошибка? И, признавшись ему, я сделаю только хуже. Оливеру. Саре. Себе.

Но если не ему, тогда кому? Сама я ничем помочь подруге не могу. Рассказать обо всём Эшерли? Но, кажется, Грэйва ничего, кроме работы, не интересовало. Да и что он предпримет?

Нет, уж если кому и доверить поиски лучшей подруги, так только человеку сведущему. Не чудаковатому магу, которому на эту самую подругу глубоко наплевать.

Здание, в котором располагалась штаб-квартира полиции, находилось в конце бесконечно длинной улицы. Обласканное последними лучами солнца, оно величественно возвышалось над другими строениям. Четырёхэтажное, из красного кирпича, с двумя округлыми башенками, примыкавшими к фасаду, и белоснежной лепниной, обрамлявшей многочисленные окна.

От одной лишь мысли переступить порог полицейского управления у меня мурашки бежали по коже. Но ничего не поделаешь, не буду же караулить высшего на улице. Времени на засаду, увы, не осталось. Да и не факт, что господин дознаватель сейчас находится на рабочем месте. Если это так, я только зря здесь проторчу и привлеку к себе лишнее внимание.

Расплатившись с кэбменом, вышла из экипажа. Сердце гулко стучало в груди, и чем ближе я подходила к дверям, тем отчаяннее оно колотилось.

Внезапно створки разлетелись в стороны, заставив меня нервно вздрогнуть. Я увидела Бастиана Мара, сбегавшего по ступеням лестницы. Облегчение, что не придётся входить в это логово правосудия, смешалось с радостью и чем-то ещё… Понять, с чем именно, не успела: дознаватель тоже меня заметил, и лицо его, усталое и задумчивое, на миг просветлело.

– Мисс Фелтон, должно быть, я брежу. Вы – прекрасный мираж, созданный моим утомлённым воображением.

Голос у высшего – мягкий, бархатистый, который хотелось слушать снова и снова. Он согревал не хуже чашки ароматного чая, и я, всю дорогу дрожавшая и ругавшая себя за то, что выскочила на улицу без шали, вдруг почувствовала, как холод отступает.

Отступил и страх. А следом за ним ушли и сомнения.

– Я вполне осязаема, – отвечать улыбкой на искреннюю улыбку мага было одно удовольствие. – Можете это проверить. – И как того требовали правила этикета, протянула высшему для поцелуя руку.

Мимолётное прикосновение губ к перчатке, взгляд исподлобья, от которого по телу разливается тепло, а щёки окрашивает румянец. Может, я подхватила простуду, и у меня внезапно поднялась температура? Мгновения приветствия исчезают в водовороте прошлого, Бастиан выпускает мою руку, отступает на шаг.

А мне в голову лезет бредовая мысль: как бы всё сложилось, покинь я вчера приём не с Грэйвом, а с ним? Удалась бы моя авантюра? Или всё закончилось бы, как с герцогом. Сомнительно, что ревнитель закона в таком случае захотел бы продолжить наше знакомство. Ну а если… Тогда грядущий вечер я бы провела не с Эшерли…

Господи, Ива, о чём только думаешь?! На нервной почве совсем крыша поехала? Или всё-таки подскочила температура. Спровоцировавшая помутнение рассудка.

– Мисс Фелтон, вы хотели со мной о чём-то поговорить? – карие глаза мага в сумерках казались почти чёрными.

Не рискуя заглядывать в этот тёмный омут – не хватало, чтобы ещё какая блажь полезла в мою дурную голову, – я предложила:

– Давайте пройдёмся. Обещаю, сэр, много времени я у вас не отниму.

– Всё моё время в вашем распоряжении, – как и подобает истинному джентльмену, вежливо ответил высший, и мы не спеша двинулись вдоль по улице, навстречу редким прохожим.

– Есть новости о Саре?

– Пока никаких, – покачал головой Мар. А потом, видимо, ощутив то, что сейчас испытывала я, поспешил заверить: – Но мы продолжаем искать. Наберитесь терпения, мисс Фелтон. И уповайте на лучшее. Пришлые так просто не исчезают, – на последней фразе уверенности в его голосе заметно поубавилось.

Можно было спросить, что станет с Сарой, когда её найдут, но я страшилась ответа полицейского. К тому же сейчас важнее было её разыскать. А об остальном побеспокоимся после. Когда она будет в безопасности.

– Сегодня утром… я была с вами не до конца откровенна, сэр.

Украдкой посмотрела на высшего. Бастиан никак не отреагировал на моё заявление: не стал хмуриться и совсем не выглядел раздражённым.

Просто спокойно кивнул и попросил:

– Расскажите всё, что знаете.

И я рассказала. Надеялась лишь утаить участие Оливера в нашей задумке. Однако маг не успокоился, пока не получил ответ на каждый свой вопрос. Утром докопаться до истины ему помешал Эшерли. Сейчас же, не имея препятствия в лице Грэйва, высший фрагмент за фрагментом складывал картину минувшей ночи.

Ожидала от него упрёков, заявлений вроде: «Вы сами виноваты в случившемся!», сопровождаемых угрозами: «Я сегодня же доложу обо всём мадам Луари!». Но даже после моего признания дознаватель не потерял душевного равновесия. И отчитывать меня, упрекать в чём-то, как ни странно, не стал.

Только уточнил зачем-то:

– Даже зная, что вы пытались его отравить, Грэйв всё равно не захотел с вами расстаться?

Понуро кивнула:

– Да, теперь я с ним.

– Мисс Фелтон, герцог утверждает, что всю ночь провёл вместе с вами? Так ли это? – пытливо посмотрел на меня Мар.

Не уверена, что конкретно высший имел в виду: со мной в одной постели или возле неё. Точно не первое, потому как предаваться любовным утехам с «трупом» – сомнительное развлечение. Второе тоже мало вероятно. Сложно или, вернее, невозможно представить его светлость в роли сиделки. Скорее, оказав первую помощь, высший оставил меня одну, рассудив так: выживет – хорошо, не выживет – завтра подыщу ей замену.

– Из-за действия артефакта я плохо соображала и едва ли помню, что случилось со мной прошлой ночью.

Бастиан задумчиво кивнул, и какое-то время мы шли, храня молчание, нарушаемое лишь мерными ударами трости о брусчатку. Погружённый в свои мысли, маг, казалось, забыл о моём присутствии. А я, наблюдая за тем, как один за другим вдоль дороги разгораются фонари, разгоняя сгущающиеся сумерки, с тоской думала, что пора возвращаться. В дом, совершенно мне чужой, к совершенно чужому, незнакомому человеку.

Его светлость обещал раз в день баловать рабыню своим вниманием. Значит ли это, что вечером меня ожидает свидание?

Ох, не хотелось бы.

Мысли о Грэйве заставили вспомнить о вскользь обронённой им фразе. Тогда, будучи ослеплённой гневом, я не придала ей значения. А сейчас вдруг почувствовала, как меня снова накрывает паника.

– Правда ли, что кто-то похищает пришлых, а потом их находят мёртвыми?

Надеялась, Бастиан развеет мои опасения. Посмеётся надо мной и спросит, где я наслушалась таких небылиц. Но он даже не улыбнулся.

Лишь ответил уклончиво:

– Не думайте об этом, мисс Фелтон. Теперь, когда мне известно, куда мисс Лин отправилась, я смогу отследить её маршрут. Не может быть, чтобы её никто не видел. Найдутся свидетели…

«Главное, чтобы не было слишком поздно», – добавила я про себя.

– Как только появится новая информация, сразу дам вам знать, – пообещал напоследок высший и, явно предчувствуя мою реакцию, мягко, но твёрдо закончил: – Мне также придётся переговорить с мистером Китом.

Делать нечего, пришлось выдать ему местонахождение учителя.

Мало того что сердце болело за Сару, так теперь ещё и стало гадко на душе из-за того, что я раскрыла друга.

– Господин Мар, Оливер ни в чём не виноват. – Судя по отмороженному взгляду высшего, попытка разжалобить его с треском провалилась. – Если его арестуют…

– Это по вине мистера Кита мисс Лин оказалась ночью одна и пропала, – безжалостно высказался полицейский.

– Если бы не Оливер, Сара бы и вовсе не дожила до вчерашнего дня! – запальчиво воскликнула я. Вот ведь, ещё один чурбан бесчувственный на мою голову. – Нашла бы способ наложить на себя руки ещё в пансионе. Оливер единственный дал ей надежду на будущее. Будет жестоко и несправедливо, если пострадает человек, который всего лишь хотел спасти от рабства любимую.

Спорить со мной дознаватель не стал, но и соглашаться с моими доводами тоже. Поймав для меня экипаж, в сотый раз попросил сохранять спокойствие и надеяться на лучшее. А я в сотый раз напомнила ему, чтобы держал меня в курсе.

– Доброго вам вечера, мисс Фелтон, – маг ухватился за тулью и приподнял шляпу в прощальном жесте.

Грустно улыбнувшись ему, откинулась на спинку сиденья, зажмурилась. По щекам текли слёзы.

Уже тогда я знала, что больше никогда не увижу Сару.


Домой к герцогу возвращалась в растрёпанных чувствах. С одной стороны, очень хотелось верить Мару и, несмотря ни на что, продолжать уповать на чудо. С другой – понимала, что пустые надежды ничего не изменят. Без Сары жизнь в этом гадком мире станет невыносимой.

Если бы они с Оливером сбежали, у меня бы оставался хоть какой-то повод для радости. Но теперь радоваться было нечему.

В таком подавленном состоянии меня и застал Эшерли. Он как раз выходил из кабинета, когда я угрюмой тенью скользнула в холл. Увидев меня, высший остановился, как обычно, прощупал взглядом, проверяя состояние своего приобретения, и вынес неутешительный для себя вердикт:

– Видать, сладкое не помогло. – Вздохнул печально, а потом, приободрившись, подозрительно дружелюбным тоном сказал: – Ну что ж, мисс Фелтон, приводите себя скорее в порядок и спускайтесь ужинать. Будем как-то поднимать вам настроение.

Я вымученно улыбнулась в ответ на такое заявление и направилась к лестнице, а Грэйв помчался на кухню строить миссис Кук.

Рабские апартаменты встречали сумраком, разбавленным мерцанием бра; теплом каминов. Оставив на кровати перчатки и шляпку, заглянула в ванную. Сполоснула лицо, пригладила растрепавшиеся во время поездки в открытой коляске волосы. От слёз глаза покраснели, стали тусклыми, как будто неживыми. Снова попробовала улыбнуться, на сей раз своему отражению, – на лице проступила страдальческая гримаса.

А ведь Грэйв, продолжи я и дальше демонстрировать ему свою кислую физиономию, вполне может разорвать наш договор и сбагрить меня, если не мадам Луари, так первому встречному. Чего-чего, а этого бы мне не хотелось. Вот только как заставить себя испытывать счастье, когда рыдать хочется? Закутаться в одеяло, уткнуться лицом в подушку, спрятаться от целого мира и скулить, как побитая собачонка.

Но нельзя. Нужно взять себя в руки и, как бы ни было сложно совладать со своими эмоциями, дать высшему то, чего он так хочет. Ночью вволю наревусь, а сейчас… Сейчас буду улыбаться и внушать себе, что всё отлично.

Потренировавшись перед зеркалом ещё с минуту и таки сумев навесить на лицо некое подобие радостного выражения, поспешила вниз. Не стоит заставлять его светлость ждать. Я и так ему сегодня все нервы вытрепала.

Впрочем, как и он мне.

Столовая – немалых размеров комната, в центре которой красовался длинный обеденный стол, тоже была объята сумраком. Лишь несколько газовых светильников, заключённых в расписные плафоны, излучали приглушённое свечение. Да пламя, мягко потрескивая в камине, с горем пополам рассеивало темноту.

Которую его светлость явно предпочитал свету.

Вот и сейчас он сидел во главе стола на другом конце комнаты, укрывшись в полумраке, как за спасительной завесой. Зато выражение моего лица сумел разглядеть в считанные секунды, стоило мне переступить порог.

– Мисс Фелтон, у вас что, скулы свело? – простодушно поинтересовался высший.

«Улыбка» сползла с моего лица.

Не теряя времени, маг поднялся, широким шагом, точно маршируя, пересёк столовую. То ли так торопился, потому что был голоден, то ли по-другому просто не умел ходить. Отодвинув стул, жестом пригласил меня устраиваться за столом.

– Выглядите очаровательно, – стоило мне опуститься на предложенное место, зачем-то наградил комплиментом.

И даже (Господи, что это с ним?!) подал салфетку, чтобы я ненароком во время трапезы не заляпала себе юбку. Спасибо, хоть сам не полез проявлять заботу и расправлять ажурный лоскут у меня на коленях. Не уверена, что сумела бы устоять перед искушением и не прорешетить руки высшего при помощи вилки.

Вскоре миссис Кук принесла горячее. Следом за экономкой, выполнявшей обязанности и кухарки, семенила Маэжи. Грэйв предложил девушке составить нам компанию. Но миссис Кук… не разрешила.

– Не будем мешать его светлости знакомиться с мисс Ивой. Хорошо, дорогая?

Странно, но высший и словом не возразил прислуге. Да и Маэжи упираться не стала. Кажется, она даже не услышала ни герцогского приглашения, ни обращения к ней пожилой дамы. Поставив на стол откупоренную бутылку вина, развернулась и проплыла мимо меня по направлению к выходу.

Ну прямо фантом какой-то.

– Приятного аппетита, – пожелала нам экономка, после чего скрылась в холле, не забыв притворить за собой дверь.

А его светлость снова подхватился, на сей раз, чтобы наполнить наши бокалы рубиновым напитком. Мне ливанул от души, аж до самой золотой кромки, обрамлявшей невесомый хрусталь. Себе же плеснул немного.

– Может, снимите с меня это ваше чудо-украшение? – попросила, наблюдая за тем, как высший исполняет роль заботливого хозяина. – Раз уж я… дома.

– В ближайшие месяцы больше не планируете выходить на улицу? – невинно полюбопытствовал Эшерли.

Гневно зыркнув в его сторону, сосредоточилась на распиливании антрекота, мысленно убеждая себя не нервничать и быть паинькой.

Поначалу ели в тишине. Я не знала, о чём говорить с высшим, а Грэйва, похоже, не смущала царившая в столовой атмосфера неловкости. Мне же словно канцелярских кнопок подложили под одно место: я не переставала ёрзать и через силу, толком и не жуя, глотала мясо, даже не ощущая его вкус.

– Как вам променад? Понравился? – очевидно вспомнив, что я – не предмет интерьера, нарушил молчание высший.

– Не то слово. Даже не хотелось возвращаться, – промокнув губы салфеткой, бесхитростно призналась я. Эшерли негромко хмыкнул, правильно поняв намёк, а я примирительно продолжила: – Морияр – очень красивый город.

– Некоторые его районы, – не преминул поправить меня высший. – Этот, кстати, один из самых спокойных. И безопасных. А вот сразу за городской управой, что находится неподалёку от собора Триады – его купола видны из окон вашей спальни, начинается настоящий дурдом. Иствер-пик – сумасшедший район. Политический и административный центр Морияра. Стараюсь бывать там как можно реже. И вам не советую туда соваться. Пейте вино, мисс Фелтон. Поможет расслабиться.

Не зря я весь вечер убеждала себя слушаться и стараться лишний раз не раздражать мага. Самовнушение помогло. Не успел Грэйв напомнить о тосковавшем передо мной бокале, как я тут же схватила его и сделала небольшой глоток. За ним другой. Напиток оказался приятным на вкус. Совсем не терпким, немного сладковатым. Лёгкое вино, как и люблю, некреплёное.

Правда, спустя минут пять я уже так не думала…

Эшерли словно подменили. Его светлость теперь не замолкал ни на секунду, болтал о городе, его обитателях, местах, в которых любил бывать, и тех, которые предпочитал избегать. Даже рассказал парочку курьёзных случаев из повседневной жизни, что-то про миссис Кук. Каюсь, я ничегошеньки не запомнила, но хохотала в голос. До слёз. Почему-то было сложно держать себя в руках.

В какой-то момент маг перестал казаться странным и пугающим. Я даже поймала себя на том, что сижу, подперев кулачками подбородок, и внаглую его рассматриваю, улыбаюсь, как какая-нибудь влюблённая дурочка, с восторгом ловя каждое его слово.

Что я там сегодня говорила? У Мара приятный голос? Да ничего особенного! Вот кого готова слушать хоть до рассвета – так это его блондинистую светлость. Ловить улыбку, столь редкую на губах высшего, тонуть в серых глазах, в которых сейчас отражалось пламя одинокой свечи, догоравшей в своём изящном подсвечнике, рядом с нетронутым десертом.

И чего это Грэйв так далеко меня посадил? Нет бы к себе поближе.

Выразить вслух свои претензии не успела. Словно прочитав мои мысли, маг нарисовался рядом, как я и желала; галантно отодвинул стул. Мягко подхватив меня под локоток, повёл куда-то.

Куда – неважно. Сейчас я готова была бежать за ним хоть на край света. Вспорхнуть и полететь на крыльях счастья. Закружиться в беззаботном танце. Смеяться и улыбаться, наслаждаясь каждым мгновением, что дарила мне жизнь.

К сожалению, не я закружилась с высшим в вальсе, а окружающая обстановка завертелась перед глазами. Поплыла. Я нечаянно оступилась, и его светлость крепче обнял меня за талию. Скрипнула дверь, а потом и пол у нас под ногами. Повеяло холодом.

Легко приподняв над полом, словно куклу, Эшерли усадил меня куда-то. Почему-то в замутнённом сознании тут же возник операционный стол, не хватало только слепящей лампы под потолком.

Не успела так подумать, как глаза резануло пронзительным светом. От неожиданности я зажмурилась и вдруг почувствовала себя только что вылупившимся цыплёнком: такой же беспомощной и слепой.

Воображение продолжало играть со мной в непонятные игры. В какой-то момент свет снова померк, и теперь всё вокруг утопало в конфетно-розовом тумане. Я видела только Эшерли, стоявшего передо мной. Близко-близко, так, что слышала его дыхание. Знакомый аромат с горчинкой дразнил обоняние. Не знаю, откуда взялось столько смелости: я протянула руку, желая прикоснуться к высшему, убрать упавшую на высокий лоб светлую прядь.

Маг тут же накрыл мою ладонь, не позволив себя коснуться, и на запястье щёлкнул браслет. Потом то же самое проделали и с левой моей рукой.

– Опять волшебные побрякушки, – хихикнула я, тщетно пытаясь дотянуться до злосчастной прядки, которую так хотелось заправить за ухо, и, если повезёт, всё-таки дотронуться до лица мага. Сейчас не выражавшего ничего.

Грэйв снова уклонился и тихо проронил:

– Будьте умницей, мисс Фелтон. И скоро я вас отпущу.

Зря подала идею про рабский ошейник. На шее вдруг тоже что-то щёлкнуло. Металл неприятно холодил кожу. Высший надавил мне на плечи, явно намереваясь распластать подопытного кролика, то бишь меня, на столе.

Наверное, следовало рассердиться ещё на этапе цепляния «ошейника». Ну или хотя бы испугаться. Но ничего подобного мне и в голову не пришло.

Было по-прежнему весело и интересно. И ни капельки не страшно.

Высший продолжал суетиться вокруг меня. То что-то цеплял, то отцеплял. Было слышно, как в стороне, спрятанный в густом полумраке, урчит какой-то механизм. Время от времени он вспыхивал холодным голубоватым светом, и мне снова приходилось жмуриться.

Пробормотав что-то неразборчивое, герцог склонился надо мной. Казалось, секунда-две, и он меня поцелует. Только непонятно, зачем тогда так хмурится? Зачем с таким пристальным вниманием вглядывается в моё лицо, сейчас излучающее блаженство?

– Мадам Луари сказала, что купила вас у траппера полгода назад.

– Угу, – игриво отозвалась я, борясь с желанием схватить мага за грудки и притянуть к себе.

Если б не эти тяжеленные «кандалы»…

– Хм, странно… Ива, вы помните, как попали в Эльмандин? Когда это было?

И не надоело ему супиться? Настоящий бука.

– Кажется, уже в прошлой жизни.

– Ива, пожалуйста, постарайтесь сосредоточиться и ответьте мне серьёзно.

– А вы, наоборот, постарайтесь не быть таким серьёзным! Это скучно! – приподнявшись на локтях, высказалась я.

Меня тут же заставили опуститься обратно.

– Такой мощный блок… – услышала бурчание этого зануды, но понять, что он имел в виду, так и не смогла. А его светлость не удосужился ответить на мой вопрос. Или я его просто не задала…

Не скажу точно, когда с меня сняли странные наручники и ошейник и сколько времени мы провели в той комнате. Помню только, как высший потянул меня за руку, заставляя поменять позу трупа на позу сидячей куклы. Таковой я сейчас себя ощущала. Меня то укладывали, то садили, а потом и вовсе подхватили на руки и куда-то понесли.

Может, в свою опочивальню?

А вот этот вопрос я уже задала вслух, потому как высший не замедлил с ответом:

– В вашу. Вам пора отдыхать.

– Хотите со мной? – слова сорвались с губ прежде, чем я успела их осмыслить. Впрочем, даже осмыслив, как ни странно, совсем не пожалела, что их произнесла.

– Только когда вы мне это разрешите.

– Разрешаю, – тоном королевы, пожаловавшей воину звание рыцаря, ответила я.

– Вы сейчас не в том состоянии, чтобы принимать подобные решения.

Тёмный коридор, в тишине которого раздаётся лишь тяжёлая поступь. А ещё безумно громко колотится моё сердце, от волнения и предвкушения. Знакомый будуар и спальня, такая любимая. С не менее любимой большой кроватью, спрятанной под балдахином.

Спать совсем не хочется, но и вальсировать всю ночь напролёт уже не тянет. Весёлое возбуждение постепенно сходит на нет, и, наверное, будет лучше, если я ненадолго прилягу. Подумаю о чём-то, что совсем недавно не давало мне покоя, казалось бесконечно важным, а сейчас и вспомнить об этом важном никак не получается.

Все мысли сосредоточены на Эшерли.

– Вы будете меня раздевать? – игриво прохожусь пальчиками по его рубашке. Верхняя пуговица уже расстёгнута, с остальными придётся повозиться – пальцы ни в какую не хотят слушаться.

– Придётся, – без особого энтузиазма отзывается этот сухарь.

Опускает меня на кровать. Говорит, чтобы повернулась. Нехотя отворачиваюсь, и его светлость начинает расстёгивать крючки на платье, но снимать его с меня, увы, не торопится. Потом наступает черёд корсета. Маг расшнуровывает его до обидного быстро, словно спешит куда-то. И тех редких мгновений, когда его пальцы касаются тонкой сорочки, опаляя кожу, кажется до обидного мало.

Я сижу, надув губы, и мне уже совсем не весело. Наоборот, хочется злиться и ругаться на высшего. То ли потому что ему так не терпится от меня сбежать. То ли потому что пересёк границы, им же самим установленные.

Мы ведь о чём-то таком договаривались сегодня, ведь так? Но память снова меня подводит.

Предаёт и тело. Которое вдруг становится легче пёрышка. Краски смешиваются, словно кто-то мазнул кистью по картине, написанной маслом. Стирается и образ высшего, растворяются в сонном мареве его прикосновения.

Чувствую, как меня накрывают пуховым одеялом, и я тут же, блаженно улыбнувшись, проваливаюсь в сон.


ГЛАВА 10 | Повелитель тлена | ГЛАВА 12