home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 14. СИБИРСКАЯ БОГЕМА


     Вечером десятого ноября мы с Тришиной, как обычно болтались по нашему микрорайону. Воздух в лучах фонарей искрился радужными чешуйками. Ленка трепалась про своих очередных поклонников, которые посвящают ей вдохновенные симфонии и кантаты, как она их всех посылает потому, что ей надо деньги зарабатывать. И так без перерыва бла-бла-бла, бла-бла-бла и бла-бла-бла…

     Я её не прерываю. Мне просто приятно смотреть на её правильно слепленное лицо: прямой короткий нос, тонкие черные брови, выразительные карие глаза, крупный рот с чуть припухшими губками – красота! Иду и любуюсь.

     - Эй, Борька, ты уснул что-ли на ходу? – Лена дёргает меня за рукав куртки, - совсем не слушаешь, что я тебе говорю?

     - Извини, просто немного залюбовался твоей неземной красотой. А что ты говорила?

     - Тогда прощаю. А для тупых повторяю. Во-первых, тебе надо купить модную оправу «репортёр» или «дипломат», а, во-вторых, у меня день рожденья через неделю. Что бы никаких дел на следующую среду не планировал. Мне надо будет знать твоё мнение по одному вопросу.

     - По какому ещё вопросу?

     - Это пока секрет.

     - Какая ты интриганка! А кто ещё будет?

     - Предки будут, Ритка с третьего этажа, помнишь, я вас летом познакомила? Еще два паренька, но ты их всё равно не знаешь.

     - Рита, это смешливая такая, да? Да, помню. Вот, что тебе подарить? Ты же у нас девушка непростая, а с изысканным вкусом, и высоким интеллектом.

     - Да, я такая! Вот уж не знаю. Что подаришь, то и хорошо. На счет оправы, один мой знакомый как раз продает, тащи 20 рублей и будет тебе счастье, а то когда еще на балку соберешься. Ну, что? Еще кружок пройдём, или по домам?

     Мы делаем ещё одно завершающее кольцо и у дверей её подъезда я прощаюсь, занятый новой проблемой. Купить достойный подарок Лене задача не простая. Тут мне даже опыт Григорича не пригодится.

     …

     Среда наступила внезапно. Сразу после школы рванул на рынок и купил семь роз, на упаковку решил не тратиться, просто попросил завернуть в три газетки, чтобы не заморозить. Цветочки – цветочками, но надо и что-то вещественное. Напротив рынка – галантерейный магазин «Синтетика». Два года, как открылся. Поначалу, для привлечения покупателей немного отличался от остальных подобных. Сейчас уже нет. Выбор, как везде, не велик. Бижутерия, это раз. Она у нас бесхитростная и непритязательная. Мягкая игрушка, тут девушки разделяются на две партии – ярых сторонниц и столь же ярых противниц всех этих мишек-собачек. Леночка, как девушка практичная, относится ко второй. Остаётся тогда только галантерейное что-нибудь. Вот и куплю симпатичный дамский бумажник. Они сейчас грубоваты, но Лена у нас денежки любит, поэтому будет в тему.

     …

     - Классные розы! - Леночка на удивление бурно прореагировала как раз на цветы, - раздевайся и проходи в зал, я пока в вазу их поставлю. Она чмокает меня в щёку и убегает с букетом на кухню.

     В зале, во главе праздничного стола восседает глава семьи Александр Семёнович Тришин. Седовласый мэтр новосибирской живописи рассказывает про то, как в сентябре этого года он с Николаем Грицуком[66] творил в Гурзуфе.

     - Боря, здравствуй, проходи, садись – рукой с зажатой в ней трубкой Тришин указывает мне на место за столом, - что-то ты припозднился. Мы тут уже один тост за здоровье именинницы прослушали. А раз ты опоздал, то теперь с тебя следующий.

     - С огромным удовольствием, Александр Семёнович, только мне в бокал налейте чего-нибудь.

     - Что значит чего-нибудь! Я тебе сейчас налью исключительный напиток. Как раз перед твоим приходом я рассказывал, как мы с Грицуком ездили в винодельни Нового Света и там приобрели по паре бутылок вот этого вина. Называется «Кокур». Он берет бутылку и, покачивая в такт зажатой в ладони трубкой, с пафосом читает надпись на этикетке: - «Вино бледно-соломенного цвета, с ароматами мёда, полевых цветов, мандариновой цедры и лимонной полыни. Вкус яркий, выразительный, с легкой горчинкой и освежающим финалом».

     - Вот поэтому я скажу тост как раз на эту тему. Говорят, что в Грузии есть древняя песня со словами «чтобы в жизни было всё, кроме трёх вещей – бедности, одиночества и пустого бокала». Так выпьем же за то, чтобы у Леночки всегда водились деньги, чтобы её не забывали друзья, и чтобы они всегда пили прекрасное вино за её здоровье!

     Мне даже самому понравилось, как я витиевато выступил. Немного пошло, но я помню, что Ленкин папа любит и сам краснобайствовать, и ценит чужие цветастые выступления.

     - Это сейчас в школе такому красноречию учить начали? – довольным тоном замечает глава стола и доливает свою стопку чем-то темно-янтарным, скорее всего, коньяком.

     Остальные присутствующие поощрительно хлопают в ладоши. Среди тех, про кого мне Ленка рассказала, вижу за столом ещё пару незнакомых парней явно из мажоров. Один – лет двадцати двух, высокий, с усами «тракер»[67] в светло-сером пиджаке и пёстрым платком вместо галстука. Второй - постарше, в джинсовой рубашке, без усов, но с голубыми глазками и рыжими локонами до плеч.

     Ага, похоже, я догадался, с какой целью Ленка пригласила меня на этот сабантуй. Скорее всего, она не может выбрать, с кем из этой парочки ей встречаться. Парни, судя по всему, здесь впервые и пока чувствуют себя не уверенно.

     - Алексей, может быть, вы нам что-нибудь сыграете в честь именинницы? – слышен голос Тришина. Понятно, усатого зовут Лёшкой.

     - Александр Семёнович, я не совсем готов, да и как-то мои опусы не соответствуют праздничной атмосфере. – Начинает ломаться парень. То ли цену набивает, то ли, в самом деле, слишком стеснительный.

     - Лёша, ну сыграй вот ту небольшую вещицу, что ты мне неделю назад показывал, - это Ленка поддержала папашу. Неужели Лёша и тут откажется?

     - Ну, хорошо, я попробую, но прошу не судить слишком строго – он направляется к пианино. Инструмент - настоящий «Циммерман»[68] - страшно дорогой по нынешним временам, зато с отличным звуком.

     Лёша усаживается на вращающуюся табуретку, на мгновение замирает в задумчивости, вскидывает руки над клавишами и выдаёт действительно нечто джазово-импровизационное. Если это действительно его продукт, то надо знакомиться и тянуть его в банду. Композитор-аранжировщик для самодеятельного коллектива это будет очень круто. Вот только чем его заинтересовать? Надо будет подумать.

     - Лена, - Александра Семёновича вдруг осеняет идея, - а слабо вам с Алексеем исполнить что-нибудь популярное в четыре руки. Регтайм Цфасмана,[69] помнится, у тебя очень хорошо получался. Помнишь, - Тебя просил я быть на свиданье, мечтал о встрече, как всегда... ла-ла-ла.

     - Ну, пап, ну ты скажешь тоже, - Ленка пытается увильнуть, - мы же вместе не играли ни разу, а фортепьянный дуэт штука сложная, предполагает сыгранность.

     - Ничего, дочка, мы не на международном конкурсе. Здесь профессионалов кроме вас нет, поэтому лажу, никто не просечет.

     Смотри, под твою ответственность, - она несёт из кухни еще одну табуретку и садится за инструмент. – Лёш, я примо, ты секондо. Поехали!

     Веселая мелодия знаменитого регтайма 30-х годов разливается по тесной советской квартирке. У ребят получается просто замечательно. Ноги так и просятся в пляс.

     Рядом со мной сидит Рита, весёлая подвижная рыженькая девочка на год младше меня. На правах старой знакомой толкает меня локтем в бок и знаками показывает, что мол, пора, мол, танцы надо начинать.

     Я согласен, правда «танцпол» маловат и музыканты занимают добрую его половину. И, пока мы двигали свои стулья, перемещаясь из-за стола и примериваясь, музыка уже закончилась.

     Мне остаётся только рассказать смешной, но пристойный анекдот:

     - Вовочка пришел в музыкалку. Открыл футляр своей скрипочки, учитель в изумлении: — Вова, но ведь это же не скрипка! Это автомат Калашникова!

     Вовочка заглянул в футляр и весело заржал.

     - Ну и что же тут смешного? — спрашивает педагог.

     – Ну как! Интересно, что папаша сейчас делает со скрипкой в банке?

     - Дима, а ты что сидишь, как не родной, может, сыграешь что-нибудь веселое? Ты ж для этого гитару притащил. – Ленка обращается к рыжему.

     - Хорошо, я думаю, что фламенко Пако де Лусия будет вполне к месту. Знойная испанская мелодия, озорная и в тоже время острая как дага[70], очень похожа на нашу именинницу. Позвольте только перед тем, как я начну, сказать небольшой тост в её честь. У всех в бокалах есть вино? Тогда внимание! - Леночка, ты молода и прекрасна как мелодия исполняемая виртуозом! Желаю тебе звучать без сбоев и фальши ещё много-много лет!

     - Молодец, хорошо сказал! – довольно ворчит Александр Сёменович, ведь это и в его честь тост.

     - Дима, хватит болтать! К инструменту! – командует именинница.

     С этими словами она выбирается из-за пианино и пытается исполнить что-то наподобие фламенко. Так яростно размахивает подолом юбки, что становится больше похоже на канкан. Здесь не выдерживает мама, молчавшая до этого.

     - Лена, прекрати дурачиться, это уже некрасиво! – пытается она притормозить дочку. – Мальчики глаза сломают, пожалей их немножко.

     Дима, заложив ногу на ногу и устремив гриф в потолок, ловко перебирает пальцами струны. Заканчивает с первой композицией и собирается объявить следующий номер, но Тришин делает ему знак подождать.

     - Дмитрий, а можете ли Вы сыграть танго «Потерявший голову»? кажется, Гарнделя[71]. Мы с Леной тоже подготовили номер для сегодняшнего праздника.

     - С удовольствием, мне оно тоже нравится.

     Стол сдвинут к балкону, стулья вынесены, гости уплотнились на диване. Мы наблюдаем замечательный спектакль. Променад, вращение, стрелки, зацепки, резкие повороты головы. Видно, что папа гордится и любуется дочкой. К тому же аккомпанемент очень даже на высоте. Дмитрий играет замечательно. Надо будет с ним тоже переговорить.

     Танец закончен, усталые партнёры усаживаются в кресло. Ленка сидит на коленях отца. Тришин немного запыхался и пьёт минералку. Все дружно аплодируют. Именинница, не вставая, отвешивает всем шутливые поклоны. Внезапно, словно вспомнив о чём-то, вскакивает и выпархивает из комнаты. Через минуту она уже снова с нами, но в руках у нее блюдо с праздничным пирогом.

     Стол снова водружен на место. В центр ставится пирог, в середину которого втыкается свечка. Вокруг появляются чайные приборы. Похоже, что вечер близится к концу. Я подхожу к парням.

     - Мужики, - говорю, - а можете мне написать ваши контакты? Мне страшно понравилось, как вы сегодня тут виртуозно играли. Хочу переговорить с вами на тему музыкального клуба. Ленка у нас уже участвует, в качестве музыкального критика. Есть мысль развить и исполнительскую часть. Ваша выгода – популярность, слава, гонорары.

     - Гонорары это прекрасно, но… ладно, пиши, - Алексей диктует свой телефон. За ним тоже самое проделывает Дмитрий. Моя коллекция пополняется очень полезной находкой. Тут Тришин внезапно присаживается рядом со мной.

     - Боря, слушай, а правду Лена рассказывает, что у тебя какие-то способности к ясновиденью проснулись?

     - Да, как Вам сказать. Если одним словом, то да, есть такое дело. Я бы с удовольствием с Вами на эту тему поговорил, но не сейчас.

     - Понятно, что не сегодня. Давай, может быть, в пятницу?

     - В пятницу не получится, я вечером встречаюсь с ребятами из райкома комсомола. Представляете, Александр Семёнович, какой крутой у нас музыкальный клуб получится на базе ресурсов района! Как вам вечером в воскресенье?

     - Давай, вечером в воскресенье, подходи, поговорим.

     На выходе, Ленуся мне на ухо прошептала:

     - Подумай и потом скажешь, какой из этих двух мальчиков больше мне подходит?

     - Лен, сама давай уж со своими мужиками решай, а меня в эти тонкие материи не впутывай, а то я потом и крайним окажусь.

     …

     Вечером в воскресенье, как договаривались, отправился к Тришину. Подумал, что рассказывать про перемещения во времени я не буду, а то он меня точно в сумасшедшие запишет, но сыграть в ясновидца попробую. Александр Семёнович - человек искусства, ему эмоциональная версия ближе. Для этого достаточно будет рассказать несколько фактов из ближайшего будущего. Например, как сыграет «Сибирь» на паре ближайших матчей, какие фильмы выйдут на экраны в конце года, что состоится первый полёт Ту-144.

     Вечером в воскресенье втроём сидим на кухне. Я излагаю сначала то, что уже произошло, и что мне удалось «предсказать». После чего перехожу к ближайшему будущему.

     - Сегодня у нас 24 ноября. Завтра Голландия объявит о предоставлении независимости Нидерландской Гвиане. Это в Южной Америке. Называться новая страна будет Республика Суринам. Из-за 12 часов разницы во времени у нас объявят, наверное, послезавтра.

     - 27 ноября в Колумбии полиция захватит самую до этого момента крупную партию кокаина целых 600 килограмм.

     - 10 декабря в Москве состоится свадьба Родниной и Зайцева. Будет такая шумиха и ажиотаж, что одна старушка даже выпадет из окна. Приедет американское телевидение. Жуткое дело!

     Наша «Сибирь» больше не выиграет ни одного матча.

     В самом начале следующего года выйдут два прекрасных телефильма «Здравствуйте, я ваша тётя» Титова и новый новогодний фильм Рязанова «Ирония судьбы или с лёгким паром».

     - Достаточно? Для того чтобы удостовериться в реальности предсказаний, мне кажется, вполне. Теперь жду ваших вопросов.

     Ленка сидит, молча, внимательно смотрит на отца, уступая инициативу ему. Тришин медленно раскуривает трубку, потом затягивается, выпускает облако ароматного дыма и держит паузу. Что он там думает мне пока не понятно.

     - Знаешь, Борис, - наконец пауза заканчивается, - судя по тому с какой уверенностью ты обо всех этих событиях говоришь, ты, наверное, и в самом деле что-то знаешь. Я не поклонник научной фантастики, мистика мне тоже чужда, но считаю, что мир настолько превосходит возможности нашего разума, что возможно очень многое. Всё-таки интересно, а как ты сам объясняешь себе своё новое умение?

     - Александр Семёнович, я долго ломал голову, но так и не смог ничего придумать. Так с этим и живу. Понял, что знаю не только на день вперёд, но и лет на сорок. При этом знаю не всё, и не много, но некоторые вещи вообще удивительны. Особенно те, что касаются меня и знакомых мне людей. Почему и откуда взялось такое знание понятия не имею. Первое, что я проверил, был результат матча ЦСКА – «Сибирь».

     - Борька, тогда рассказывай быстрее, когда и за кого я замуж выйду. – Ленка нетерпеливо трясет меня за рукав. – Давай, не мучай меня, рассказывай.

     - Лен, я думаю, что если я тебе сейчас расскажу, то скорее всего ничего из этого уже не получится. Дело в том, что будущее многовариантно. Так, например, моё будущее уже не такое, каким я его знал, потому что я начал действовать не так, и оно поменялось. Теперь минимум уже два варианта. Так и с тобой будет. Я тебе расскажу. Ты будешь ждать в названный мной срок, а когда человека увидишь, будешь его более пристально оценивать. В результате наступит разочарование. И прогноз не сбудется, и ты на бобах останешься. Вот Александру Семёновичу, как человеку уже устоявшемуся с определенными достижениями я могу рассказать без риска, что не случится…

     - Ну, давай, расскажи, что меня ждёт по твоей версии – Тришин опять затягивается своей трубкой и аккуратно выпускает дым из ноздрей. – Хотя гораздо интереснее мне как будет развиваться искусство в эти годы.

     - Я, конечно, много знать не могу, но что-то всё-таки рассказать попробую. Во-первых, в 1977 году в городской картинной галерее будет проведена большая юбилейная выставка в честь Вашего пятидесятилетия. Вам вручат какой-то странный орден «Золотое сечение» и издадут альбом-каталог. Тиража не знаю, но знаю, что печать будет очень качественная, на глянцевой бумаге. В 1980 Вас пошлют в творческую командировку в Италию, где вы познакомитесь с искусствоведом и меценатом Алиной Беллини. Она напишет про вас большую статью, которую у нас перепечатают в журнале «Художник». Самое смешное, она в этой статье будет утверждать, что «Тришин» это групповой псевдоним, под которым работает четыре человека, причем один из них – женщина.

     - Гы-гы-гы, - Александр Семёнович от смеха давится дымом, - что так и напишет, одна из четырех – женщина?

     - Ну, голову на отсечение не дам, но вот такая у меня информация. Хотите – верьте, хотите – нет. Продолжаю описание вашего предстоящего жизненного пути. В том же 1980 году вас выберут председателем новосибирского союза художников.

     - Вот про выставку я даже не сомневаюсь, Коля Никольский уже подходил, говорил, что надо готовиться. Моих же работ мало в Новосибирске. Как-то надо будет из Москвы, из Костромы, из Ярославля их сюда доставлять. Целая морока, но почётно.

     Личные достижения это интересно, но всё-таки, что там с развитием живописи? Тут же как древние говорили: - арс лонга – вита брэвис, что по нашему: - искусство вечно, а жизнь коротка.

     - К сожалению, случиться может. Начиная с того, что развалится СССР, и заканчивая тем, что развитие техники сделает живопись, графику и их разновидности интересными только для коллекционеров. Никаких новых стилей уже не будет. Всё объединится в акционизме. Сейчас на Западе он тоже присутствует, но пока в виде контемпорери арт из разных перфомансов и хепенингов. С развитием компьютеров, живописью в современном понимании сможет заниматься любой желающий даже без специальной подготовки.

     - Вот тут, позволь уж мне, старику, тебе не поверить. Этого не может быть! Ведь живопись это не только краски, кисти и бумага, не только пропись, подмалёвок и лессировка[72] это прежде всего душа художника, концентрат его жизни, опыта, преломленного через призму размышлений, эмоций и так далее и тому подобное. Никакие программы этому научить не могут.

     - Душа есть у всех, опыт тоже у каждого свой имеется, поэтому каждому из нас есть что демонстрировать другим. А программы станут просто ещё одним инструментом, причём очень доступным, заменяющим и холст, и кисть, и краски.

     Да! Вот что касается музыки! Здесь будет получше, возникнут новые инструменты, новые принципы оркестрирования. Уклон будет всё равно в сторону синтетического шоу. Что-то вроде нынешних американских мюзиклов, только с более развитой визуальной компонентой. Так называемая классика тоже уйдёт на обочину. Не исчезнет совсем, но общей звуковой культуре будет занимать процентов десять. Как-то так.

     - Что ты там говорил про развал СССР? Неужели всё-таки будет война?

     - К счастью, большой войны не будет, по крайней мере, ближайшие сорок лет. Страна наша распадётся без прямого внешнего воздействия. Даже каких-то серьёзных беспорядков удастся избежать. Коммунисты так всех достанут, что ни один человек в их защиту не выступит…

     Я очень сжато излагаю основную канву событий предстоящих смутных времён.

     - В России появится относительно толстый слой нуворишей, которые будут вкладываться в покупку произведений искусства. Художников будет тоже много, конкуренция будет большая, но ваше творчество, подкреплённое премиями, грамотами и мнением известных коллекционеров, будет даже более востребовано, чем сейчас.

     - Да-а-а-а, - тянет в задумчивости мэтр новосибирского импрессионизма. его трубка давно погасла, но он этого не заметил. – Невероятная история, поверить в такое просто невозможно. Как бы не разболтать, а то ведь не только в председатели не выберут, но и в каталажку упрячут за клевету на советскую власть. Боря, как ты считаешь, можно мне своему гебешному куратору рассказать или не стоит? Ты сам уже рассказывал кому-нибудь про свои пророчества?

     - Академику Аганбегяну рассказал. Ещё в сентябре. Что интересно, он в своих исследованиях тоже пришёл к выводу, что страна на пороге кризиса. Но публиковать что-то он не будет. Дело непростое, что тут можно придумать непонятно, хотя время ещё есть. Куратору наверное, лучше ничего не рассказывать.

     А сейчас я - домой. Завтра мне с утра пораньше снова за лопату, снега всё больше, работать всё труднее.






ГЛАВА 14. ПЕРВЫЕ ИТОГИ | Сунул Грека руку в реку | ГЛАВА 15. ЗИМНИЙ КОМСОМОЛЕЦ