home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



11 глава

Аннабэл вернулась к себе в комнату и принялась собирать свои вещи, которых у нее было очень немного. Так что, она справилась с этим за несколько минут. После чего, полностью удовлетворенная, села на стул, дожидаясь, когда же ее, наконец, соизволят отвезти домой. Встреча с Лореттой ее немного позабавила, но только потому, что и она, и сам Беннет изо всех сил старались сделать вид, будто они и в самом деле родственники. Но Аннабэл не была настолько глупа, чтобы не понимать, кто такая эта Лоретта. Впрочем, ее это особенно не волновало. Она была достаточно трезвомыслящей для того, чтобы знать, что такие особы существуют и иногда с ними даже можно встретиться, хотя Аннабэл не горела желанием это делать.

Посидев немного на стуле, девушка встала и подошла к окну. Выглянула из него, насколько позволяли доски, и успела заметить, что кабриолет, в котором сидела миссис Фергюсон, отъезжает. Что ж, это было хорошо хотя бы потому, что Беннет, наконец, освободился и теперь сможет выполнить свои обязательства по отношению к ней.

В этом Аннабэл была права, так как не прошло и пяти минут, как в комнату вошел Грэм и сообщил:

— Экипаж готов, мисс Бэнши. Хозяин просил вас спускаться вниз.

— Хорошо, спасибо, — повернулась к нему девушка.

Она прихватила со стола свою сумочку и сделала несколько шагов к двери.

— Неужели, вы уезжаете, мисс? — грустно произнес Грэм.

— Да, к вашему счастью, — подтвердила она, — теперь вы обретете возможность отдохнуть от меня.

— Да что вы, мисс! Мы будем очень скучать без вас, — возразил слуга с неподдельной искренностью в голосе.

Аннабэл фыркнула.

— Забавно, — заметила она, — а я думала, что я вас утомляю.

— Нет, нисколько. Напротив, мисс. Теперь вы уедете, и в доме снова воцарится мертвая скука, — и он вздохнул.

— Не огорчайтесь, — ободряюще улыбнулась ему девушка, — возможно, ваш хозяин надумает похитить кого-нибудь еще.

Грэм взглянул на нее таким взглядом, что без слов стало ясно, что лично он в это совершенно не верит.

— Даже если такое и случится, — проговорил он, — в чем я сильно сомневаюсь, это будете уже не вы, что не может не огорчать.

— Полагаю, таких как я, в Англии немного, — захихикала Аннабэл, — но кто знает, вдруг вам повезет.

— Вы все шутите, мисс, — слуга покачал головой, — а я говорю серьезно. И очень надеюсь, что случится так, что вы сюда вернетесь.

— О-о, — протянула девушка, — нет-нет, этого не будет. Я никогда больше не позволю себя похитить.

— Никто и не говорил о похищении, мисс.

Аннабэл не успела спросить, что это он имеет в виду, как на лестнице послышался голос Терри.

— Грэм, что ты там застрял? Мисс Бэнши нужно спускаться вниз!

— Да-да, — спохватился Грэм и пошире растворил перед девушкой дверь, — прошу вас, мисс. Всего хорошего.

— До свидания. Мне здесь понравилось, — ехидно заключила она и направилась к лестнице.

Аннабэл вышла во двор как раз вовремя, чтобы увидеть приготовленный экипаж и готового Беннета, который заметив ее, сказал:

— Вы так долго собираетесь, что создается впечатление, будто вам тяжело покидать это место.

— О да, — хмыкнула девушка, — непередаваемо. Вы как всегда правы, сэр.

Он хмыкнул и помог ей сесть. Оказавшись внутри, Аннабэл с любопытством оглянулась и заметила:

— Я его смутно помню. Ведь это в нем меня доставили сюда?

— Совершенно верно, — подтвердил Беннет, взявшись за вожжи, — или вы предпочитаете каждый раз разъезжать на другом экипаже?

— Ну что вы, я не столь привередлива, — отказалась Аннабэл от этой великой чести, — меня это вполне устроит.

— Это хорошо.

— А вы знаете, где я живу?

— Понятия не имею.

— Понятно. А мне показалось, что уж это вы должны знать.

— Не знаю, почему вам так показалось. Но я этого не знаю.

— Ладно — ладно, не надо злиться. Я вам объясню.

— Что-то вы сегодня слишком добрая.

— Почему нет? Почему я должна злиться сейчас?

— Ясно. Бережете запасы злости для папочки.

— Перестаньте его так называть! — поморщилась Аннабэл, — он вам никакой не папочка! Называйте его как полагается.

— Он вам папочка, — уточнил Беннет.

— Да. И что?

Он в ответ только пожал плечами.

Аннабэл отвернулась к окну, чтобы увидеть, наконец, дорогу, по которой они проезжали. Сначала она казалась ей знакомой, особенно тот отрезок, который девушка прошла, опираясь на лопату. У нее создалось впечатление, что здесь ей знаком каждый камень. Но потом появились те места, каких Аннабэл еще не приходилось видеть. Она с интересом разглядывала окрестности и при этом отмечала, что если б ей вздумалось идти пешком, то это расстояние она не осилила бы и за сутки.

Вот впереди показались первые строения. Деревенька, мимо которой они проехали, оказалась маленькой и неказистой.

— Ой, — вдруг спохватилась Аннабэл, — я совсем забыла!

— Что? — осведомился Беннет.

— Я так и не сказала вам, куда ехать.

— Здесь одна дорога.

— Да, я знаю. Но потом их будет куда больше.

И девушка, наконец, объяснила ему, как проехать к ее дому, стараясь делать это как можно подробнее. Не хотелось, чтобы ее небрежность послужила поводом для накладок.

— Все ясно, — подытожил Беннет, — думаю, к вечеру будем на месте.

— К вечеру? — переспросила Аннабэл, — а я думала, что это не так долго.

— Еще бы, вы ведь хотели пройти это расстояние пешком.

— Вовсе не пешком, — фыркнула она, — делать мне больше нечего. Я собиралась дойти до деревни и попросить кого-нибудь, чтобы меня довезли.

— Я чрезвычайно рад, что вы этого не успели сделать, — очень серьезно отозвался он, — представляю, что бы вы наговорили этим людям обо мне. Да на меня бы всю оставшуюся жизнь смотрели косо и плевались вслед.

Аннабэл захихикала, представив себе это. Хотя в чем-то он был, конечно, прав, поскольку ничего хорошего она не собиралась о нем говорить.

— Так что, мне вчера очень повезло, что я застал вас внизу. Иначе вы бы потащились пешком до деревни, а когда все же дошли бы до нее, если, конечно, дошли бы, то сказали бы такое..!

— А я вовсе не собиралась вчера идти пешком, — Аннабэл пожала плечами, — я собиралась взять лошадь у вас в конюшне.

— Замечательно.

— И не надо так на меня смотреть. Потом вам бы ее вернули.

— После того, как ваш папочка спустил бы с меня шкуру, мне бы эта лошадь не понадобилась.

— Понадобилась, — фыркнула Аннабэл, — чтобы отвезти домой то, что от вас осталось.

И она рассмеялась, довольная собственной шуткой.

Впрочем, дальнейший путь они проделали молча. Аннабэл разглядывала окрестности, а Беннет просто молчал, не имея желания продолжать столь глубокомысленную беседу. Они остановились ненадолго отдохнуть в одной из придорожных гостиниц. Там они пообедали и выпили чаю. Хозяйка гостиницы, дородная пожилая женщина при виде Аннабэл преисполнилась материнскими чувствами и захлопотала так, что в скором времени девушка почувствовала себя куда более утомленной, чем сначала.

— Я велю приготовить для вас комнату, мисс, — сказала хозяйка очень твердо, — вам необходимо отдохнуть после столь утомительного путешествия.

— Нет-нет, спасибо, — запротестовала Аннабэл, — я совсем не устала.

Но хозяйка была неумолима. Она отправилась отдавать необходимые распоряжения прислуге, невзирая на протесты посетительницы. Аннабэл умоляюще взглянула на Беннета.

— Пожалуйста, скажите ей, что я совсем не хочу там отдыхать.

— Она не понимает, — покачал головой тот, — не понимает, что для того, чтобы утомить вас, нужно как следует потрудиться.

— Так объясните это ей.

— Не могу. Она мне не поверит, — и злорадно хихикая, он подтолкнул ее к двери, — идите, поспите часок-другой.

— Да ну вас, — рассердилась Аннабэл и топнув ногой, направилась за хозяйкой, чтобы популярно объяснить ей, что она не нуждается в каком бы то ни было отдыхе.

Результатом ее объяснений явилось то, что Аннабэл все-таки оказалась в комнате, чрезвычайно сердитая и досадующая на непредвиденную задержку. Впрочем, особенно долго она там не задержалась. Просидев на кровати ровно полчаса и изнывая от безделья, девушка спустилась вниз и объявила миссис Доббс, что она чудесно отдохнула и в данный момент полна бодрости, льющейся через край. После чего ей еще пришлось выпить очередную чашку чая и съесть пару пирожных, пока ее, наконец, не отпустили.

— С ума сойти, — проворчала Аннабэл, когда оказалась в экипаже, — что за манера вести себя так, словно она больше всех все знает!

— Она просто посмотрела на вас, мисс Гарднер, и решила, что вы вот-вот отдадите Богу душу, — фыркнул Беннет, — я бы полдня убеждал ее, что это ошибочное впечатление. Так что, куда дешевле было позволить ей считать так, как она считает.

— Спасибо, — язвительно поблагодарила его девушка, — из-за нее мы потеряли почти час.

— О да, целый час длинных гневных нотаций, прочитанных вашему папочке. Как много он потерял!

Аннабэл гневно фыркнула, но потом чувство юмора пересилило, и она рассмеялась.

— Если вы не против, я останусь послушать, — заметил Беннет, когда ее веселье немного поутихло.

— А я думала, вы уже наслушались.

— Совершенно верно. Но так приятно, когда вы кричите не на меня.

Она снова захихикала.

Так что, нельзя сказать, что путешествие вышло особенно скучным. Во всяком случае, когда Аннабэл начала узнавать окрестности, она подумала, что они приехали слишком скоро. Но вокруг уже сгущались сумерки, и это говорило о том, что вечер давно наступил.

Увидев знакомый дом, Аннабэл высунулась из окна и заявила:

— Почти приехали. Надеюсь, папочка дома.

— А где он может быть? — Беннет приподнял брови.

— В покер играет, например. С мистером Хартом, нашим соседом.

— Я смотрю, мало таких людей, с которыми ваш папочка хоть один раз не сыграл бы во что-нибудь.

— Вы, — отозвалась девушка, — с вами он еще не играл.

— Почему «еще»? Я не собираюсь играть с ним в какие бы то ни было игры.

— Это вы сейчас так говорите. Хотя, кто знает. Не буду спорить.

— Почему это вы вдруг не хотите спорить? — удивился тот, — ведь это ваше самое любимое занятие.

— Я должна настроиться, — серьезно объяснила Аннабэл.

— Настроиться на что?

— На разговор с папочкой, конечно.

— Тогда зря вы не хотите спорить. Давайте я вас еще немного разозлю, для пущего эффекта.

— Это я и сама умею.

Аннабэл сдержала свое слово. До самого дома она сохраняла напряженное молчание, явно готовясь встретить генерала Гарднера во всеоружии. Беннет не стал ей мешать, хотя изредка поглядывал на нее со сдерживаемой усмешкой.

А когда она вышла из экипажа и решительно направилась к двери, вид у нее был настолько внушительный, что никто бы уже не стал сомневаться, что она в достаточной мере сердита.

Приготовившись метать громы и молнии, Аннабэл позвонила в дверь и выпрямилась во весь свой небольшой рост, дожидаясь, пока ей, наконец, откроют.

И вот, дверь отворилась. На пороге возник слуга, вглядываясь в приехавших с едва заметным недоумением.

— Мисс Аннабэл? — произнес он, — вы, так поздно?

— Да, — и девушка вошла вовнутрь.

Пройдя несколько шагов вперед, она остановилась и развернулась к нему. Слуга как раз впускал в дом Беннета, взирая на него с куда большим удивлением, но молча.

— Папа дома, Стивенс?

— Да, мисс. Он у себя в кабинете.

— Он один?

— Да, мисс.

— Очень хорошо, — заключила Аннабэл весьма внушительно.

Слуга тут же посмотрел на нее с некоторой опаской. Он служил в этом доме достаточно давно и уже успел ознакомиться со всеми прелестями характера хозяйской дочери.

— Пойдемте, — сказала девушка Беннету.

— А ваши вещи, мисс? — осведомился слуга осторожно.

— Мои вещи со мной, — она указала на свою сумочку.

— Доложить генералу о вашем приезде, мисс? — снова задал вопрос Стивенс, словно ступая между волчьими капканами.

— Не стоит. Она все равно сам об этом узнает через пять минут.

Беннет едва заметно усмехнулся и направился за Аннабэл по коридору. Идти им не пришлось слишком долго. Кабинет генерала Гарднера находился недалеко. Аннабэл решительно отворила дверь и на мгновение застыла на пороге, давая понять своему отцу, кто именно нарушил его покой.

Генерал подскочил на стуле.

— Бэнши! — вскричал он, кидаясь к ней, — девочка моя, тебе это все-таки удалось!

Его лицо сияло от радости и гордости за собственную дочурку. Он широко распахнул руки, намереваясь заключить ее в объятия, но Аннабэл ловко увернулась.

— Что мне удалось, папа? — осведомилась она тоном, который не предвещал ничего хорошего.

Улыбка исчезла с лица генерала очень скоро. Он слегка нахмурился, раздумывая, чем это он уже успел обидеть любимую доченьку.

— Ну как же…, - осторожно начал он, быстро соображая, как вывернуться из этой ситуации, но вскоре его лицо прояснилось, — я имею в виду, хорошо, что ты вернулась, Бэнши.

— Да ты что! — восхитилась она, — а ты не хочешь спросить, где я была, папочка?

— Да, дорогая, именно это я и хотел… как раз… только что… вот-вот…

— Ну — ну, — подбодрила она его.

— Бэнши, я не понимаю, ты сердишься?

— Папочка, ты думаешь, я дура? Ты так думаешь?

— Ну что ты, Бэнши! Мне и в голову такое не приходило. Я просто рад, что ты вернулась, вот и все. И, конечно, очень хочу знать, где ты была.

— Там, куда ты меня засунул, папочка!

— Я… э-э-э… засунул? О чем ты, детка?

— Ну, не надо делать вида, словно ты не знаешь. Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Это отвратительно! Возмутительно, гадко, ужасно! Как ты мог, папа, так поступить со мной? У меня это просто в голове не укладывается!

— Что я сделал? — он посмотрел на дочь широко раскрытыми глазами.

— Пари!

— Пари? — переспросил он, — ну да, пари. А что, пари?

— А то! Ты заключил пари!

— Но детка, как ты узнала?

— Ах, как я узнала?! — накалилась Аннабэл до предела, — как я узнала! Ты заключаешь свои отвратительные пари направо и налево и тебе все мало, да? Ты все никак не наиграешься, папа! Это что, так забавно?

— Нет — нет, — поспешно замотал он головой.

— Ах, нет! Тогда зачем же ты тогда это делаешь, скажи на милость?

— Ну, я просто… просто…

— Что значит, ты «просто»? Что просто?

— Ну, Бэнши, что ты, в самом деле! Все кругом заключают пари. В этом нет ничего особенного.

— Неужели? Но не все заключают их насчет собственных дочерей, папа! Остальным хватает других, менее забавных вещей!

— Да о чем ты, не пойму! Какие еще забавные вещи?

— Такие! Так забавно заключить пари насчет меня! Ты просто ужасен, вот, что я тебе скажу, папочка!

— Ну, не так уж я и ужасен, Бэнши, — попытался ее утихомирить генерал, протягивая руку и собираясь ободряюще похлопать ее по плечу, — конечно, это было не совсем красиво, в этом ты права, дорогая, целиком и полностью. Но ведь все уладилось в нашу пользу, не так ли?

— Нет, — отрезала Аннабэл, отскакивая в сторону, чтобы увернуться от его руки, — ничего подобного.

— Как это? — генерал приподнял брови, — но ведь ты сбежала?

— Нет.

— Но ты здесь, Бэнши. Срок еще не вышел, а ты здесь. Стало быть, пари выиграно.

Она покачала головой, злорадно усмехаясь.

— Тогда как ты здесь оказалась?

Беннет понял, что настал его выход. Он выступил вперед и сказал:

— Это я ее привез, сэр.

Генерал перевел на него взгляд, впервые заметив, что он находится в его кабинете, а главное, слышит каждое слово, сказанное его строптивой дочерью.

— Я не понимаю, — проговорил он, — вы-то кто такой и как оказались в моем доме?

— Папочка, ты хорошо слышишь? — не смолчала Аннабэл, — он ведь уже сказал, что привез меня сюда. Именно так он и оказался в этом доме.

— Бэнши, — перевел генерал взгляд на девушку, — я не спрашиваю, как он сюда вошел. Я…

— Но ты спросил.

— Я не это имел в виду, — он тяжело вздохнул, начиная тяготиться набирающей обороты ссорой.

— Очень интересно, что ты имел в виду, когда спросил, как он здесь оказался?

— Наверное, генерал Гарднер хотел узнать, что я здесь делаю, — сдерживая смех, пояснил Беннет сдавленным голосом.

— Вот именно, — генерал бросил на него признательный взгляд, — именно это я и хотел узнать.

— Но ты должен знать, кто он, ведь тебе известны подробности пари, папочка. Именно он держал меня взаперти для того, чтобы я не сумела сбежать. Ты ведь сам этого хотел, не так ли?

— Ничего я не хотел! — взорвался тот, — Бэнши, прекрати говорить со мной так, будто это я во всем виноват!

— А кто? Кто виноват? Разве я не твоя дочь? Разве это не ты заключил пари? Ты что же, думал, что меня в тюрьму засунут, что ли?

— Бэнши! — рявкнул генерал, перекрывая все звуки в кабинете.

Однако, это не дало ему какого-либо преимущества.

— Что?! — тут же рявкнула в ответ дочь, причем намного громче.

— Хватит! Я могу, по крайней мере, узнать, как его зовут, черт возьми!

— Мое имя — Мэттью Беннет, — представился тот, найдя небольшую паузу в воплях, которые издавала семейка Гарднеров.

— Наконец-то, — проворчал генерал, — сколько шума из-за безобидного вопроса, Бэнши.

Он отошел к столу и, придвинув к себе стакан, налил в него виски и выпил почти залпом. Видимо, все это его порядком утомило. Аннабэл наблюдала за этим, сдвинув брови и давая понять, что ничего еще не закончено. Напротив, все только начинается.

— Хорошо, — снова вздохнул генерал Гарднер, — хорошо — хорошо. Я признаю, что все это было не совсем… м-м-м… правильно, но…

— Не совсем?

— Ладно, совсем нехорошо. Не заводись, Бэнши.

— Отвратительно!

— Да-да, отвратительно. Ты совершенно права. Но все-таки, что мистер Беннет делает здесь? Он приехал, чтобы забрать тебя назад?

— Господи, папа, я не знаю, как ты слушаешь! Тебе ясно сказали, что он привез меня сюда!

— Но зачем?

— А затем, чтобы твое гадкое пари не состоялось! — и Аннабэл топнула ногой.

Генерал высоко вскинул брови, повернулся посмотреть на Беннета, потом на дочь и снова на Беннета. И спросил:

— Но разве вы не должны были ее охранять, чтобы она не сбежала, сэр?

— Я ничего не должен! — повысил голос тот, — и я не собираюсь в этом участвовать.

— Ты проиграл пари, папочка, — припечатала Аннабэл.

— Нет-нет, — генерал начал проявлять признаки беспокойства, — как бы то ни было, но ты здесь и, стало быть, пари выиграно. Ведь срок еще не вышел, так?

— Не так. Меня привезли сюда, но я не сбегала. Мне не чинили препятствий. Подумай, папа, я не сбежала, а мистер Беннет не стал меня задерживать. О чем это говорит?

— О том, что Булберри выиграл! — простонал генерал, — ну черт меня возьми! Бэнши, ты могла бы помочь собственному отцу выиграть пари.

— Я не собираюсь тебе помогать выигрывать пари, которые ты заключаешь относительно меня. Но и твой Булберри не выиграл, может это тебя немного утешит.

— Как это?

— По условиям договора я должен был задерживать мисс Бэнши, то есть, простите, мисс Гарднер сроком две недели. Я не выполнил это условие, — вмешался Беннет.

— Но кто тогда проиграл? — недоумевал генерал.

— Никто, — вставила Аннабэл, — пари не состоялось, папочка.

— Господи, да вы сговорились!

— Вот именно.

— Бэнши, но как ты могла!

— Что я могла? Ты хочешь сказать, что твой отвратительный поступок ничто по сравнению с тем, что сделала я?!

— Но на кону стояла очень крупная сумма денег.

— Ничего страшного, ты еще наверстаешь упущенное, насколько я тебя знаю.

— Перестань, Бэнши! Да, я заключил пари насчет тебя, и я глубоко раскаиваюсь, поверь. Но…

— Неужели, папочка? Ты раскаиваешься? Думаешь, я тебе поверю? Ты просто жалеешь, что оно не состоялось, вот и все. Ненавижу твою отвратительную привычку заключать пари. И если б ты еще ограничивался посторонними людьми. Но нет, сперва бабушка, потом я. И как это называется, папа? Это просто гадость! Все-таки, надо было сделать так, чтобы ты проиграл. Может, тогда ты бы задумался о том, как все это выглядит со стороны.

— Хватит, Бэнши! — в голосе генерала появились стальные нотки, — ты забываешься! Хватит кричать, здесь посторонний человек.

— Да ну? Если ты думаешь, что это его удивит, то ты сильно заблуждаешься, папочка.

Генерал посмотрел на Беннета, помолчал несколько секунд, а потом снова повернулся к дочери:

— Но я надеюсь, ты хорошо себя вела, детка?

Она весьма красноречиво промолчала. Он покачал головой и вздохнул так тяжело, как никогда раньше.

— Господи, Бэнши, неужели, ты до сих пор не можешь запомнить, как следует себя вести в гостях?

Пожалуй, этого ему говорить не стоило, и он сам это понял секунду спустя. Но было поздно.

— Где? — переспросила девушка свистящим шепотом, — в гостях? В гостях!? Ты полагаешь, я просто была в гостях? Да меня похитили! Никто ничего мне не объяснил! И что я должна была делать, по-твоему? Да чтоб тебя так же в мешок засунули!

— В какой еще мешок? — глаза генерала полезли на лоб.

— В пыльный! — рявкнула Аннабэл.

— Прекрати вопить, черт возьми!

— Черта с два!

Вне себя генерал схватил со стола стакан и запустил в нее, но не попал, так как она ловко увернулась. В ответ Аннабэл швырнула в него сумочкой, которая, в отличие от отца, попала точно по назначению, прямо в лоб. От удара она отлетела назад и упала на пол, рассыпав все содержимое по ковру.

Беннет на всякий случай отступил назад, чтобы ему не попало случайно, если метание всевозможных вещей друг в друга зайдет слишком далеко. Но генерал ограничился стаканом. Он потер лоб и тяжело дыша, воззрился на Аннабэл, которая просто пылала от злости.

— Ладно, все, — заключил генерал, наконец, — ты попала, а я промахнулся. Ты выиграла.

Аннабэл засопела, глядя на него исподлобья. Пару минут в кабинете стояла напряженная тишина. А потом девушка вдруг громко расхохоталась. Ее отец, недолго думая присоединился к ней, невзирая на то, что в доме посторонние, поскольку это его внезапно перестало волновать. Несколько минут они просто покатывались со смеху. Беннет сперва не знал, что и думать, его насмешило то, что он увидел, потом он посочувствовал генералу, который вынужден терпеть такое. Но потом понял, что и сам генерал частенько ведет себя не лучшим образом. Так что, Аннабэл было с кого брать пример.

— Хорошо, — наконец сказал генерал Гарднер, — мы славно поскандалили, детка. Но теперь надо выяснить еще один вопрос.

— Какой вопрос? — поинтересовалась девушка.

— Относительно твоего пребывания в доме мистера Беннета. Я не собираюсь читать тебе нотации, — поспешно добавил он, заметив, как Аннабэл нахмурилась, — но если бы я знал, что ты все это время будешь находиться в доме совершенно постороннего человека, я бы…

— Что, папочка? А ты думал, где меня будут держать?

— Не знаю, — он пожал плечами.

— Тебя это совершенно не волновало.

— Нет, я думал, ты у Булберри.

— Ну конечно, там я была бы в большей безопасности, — съязвила она.

— Я не…, - тут генерал глубоко задумался.

Казалось, ему только сейчас пришло в голову, что история с похищением выглядит очень некрасиво и что последствия от нее ему придется разгребать очень долго.

— Господи, — вдруг вырвалось у него.

Аннабэл фыркнула.

— Ну конечно, теперь ты, наконец, это понял, — заметила она.

— Боже мой, я только что подумал об одной вещи! — вскричал он, — вас кто-нибудь видел вместе?

Аннабэл захлопала в ладоши.

— Браво, папочка! Не прошло и двух недель, как ты, наконец, сообразил. Ну конечно, нас видели вместе! И что?

— Но твоя репутация!

— А об этом надо было думать до того, как заключать это отвратительное пари.

И девушка скорчила одну из своих излюбленных гримас. Казалось, генерал Гарднер сейчас вцепится в свои волосы, но он пересилил этот порыв. Несколько мгновений он смотрел перед собой, а потом взглянул на Беннета.

— Это просто ужасно, — пробормотал он себе под нос, — это просто ужасно.

— Точно, — вставила Аннабэл, хотя ее никто об этом не просил.

— Я просто не знаю, — генерал, казалось, ее не слышал, — вы ведь понимаете, сэр, как все это будет выглядеть.

— Сам виноват, — снова вмешалась любимая дочурка.

— Погоди, Бэнши.

— Понимаю, — подтвердил Беннет, глядя на него с интересом.

— А раз вы понимаете, то в таком случае, вы не могли бы… Это единственный выход из создавшейся ситуации.

И он с надеждой взглянул на него.

— Мог бы, — подтвердил тот спокойно.

— О, слава богу! — воскликнул генерал с огромным облегчением, — и я благодарю вас за это!

— Что он мог бы? — подозрительно спросила Аннабэл, — что ты опять затеваешь, папочка?

— Дорогая, я просто забочусь о твоей репутации.

— Спасибо, папочка. Очень вовремя.

— Нет, но почему ты постоянно споришь? Ты мне и слова не даешь сказать!

— Я бы с удовольствием, но это мне не под силу.

— Ну, хватит, Бэнши. Достаточно на сегодня. У меня уже голова болит от твоих постоянных споров.

— Кстати о спорах, папочка, — вспомнила Аннабэл, — я проиграла тысячу фунтов.

— Что?!

— Тысячу фунтов, папочка.

— Ты проиграла?! Кому?

— Мистеру Беннету.

— Что-о?! Ты с ним играла?!

— Я спорила.

— Спорила? На что ты спорила, господи?

— Я заключила с ним пари, — злорадно уточнила Аннабэл, — и проиграла. Так что, будь добр, заплати ему, пожалуйста.

— Тысячу фунтов? Ты с ума сошла!

— Но ты ведь споришь. Кстати, на какую сумму ты поспорил со своим Булберри?

— Это совершенно другое дело.

— Наверняка, она во много раз превышала тысячу фунтов.

— Это не имеет никакого значения. На что ты спорила?

— На то, что я доведу тебя до белого каления.

— Отлично, — тяжело дыша, заключил генерал, — если только за этим дело стало, то ты выиграла, детка. Ты довела меня до белого каления. Довольна?

— Разве?

— Да, да! ДА!!!

От этого вопля наверняка проснулись все, кто спал в соседнем поместье. Аннабэл некоторое время промолчала, но не потому, что опасалась за собственную жизнь, а просто чтобы не упустить ни малейшего нюанса в крике любимого папочки. Когда смолкло последнее эхо, она спокойно сказала:

— Ясно.

Беннет отвернулся в сторону, поскольку счел, что его смех не позабавит генерала Гарднера. В данный момент он не мог злиться на Аннабэл, потому что ему было ужасно смешно. Хотя она, как обычно, говорила ужасные, возмутительные вещи. Оказывается, если абстрагироваться, ничего особенного в них не увидишь. Просто обычная болтовня девушки, которая не всегда понимает, что именно несет ее болтливый язык. Правда, реакция генерала Беннета немного удивила, поскольку он думал, что за такой огромный срок тот должен был уже и привыкнуть к выкрутасам дочери.

— Ты все это выдумала, — наконец пришел в себя генерал Гарднер, — выдумала, чтобы меня позлить, так?

— Нет, не выдумала. Спроси у мистера Беннета.

Тот лишь сокрушенно покачал головой. И у нее еще хватает нахальства припутывать к этому его. Но генерал уже повернулся к нему, и Беннету пришлось поспешить с ответом.

— Не совсем так, — сказал он медленно, — мы, конечно, поспорили, но не на это.

— Значит, вы все-таки спорили! — вскричал генерал, — ну, знаете ли, от вас я никак не ожидал такого!

— Когда все кругом спорят, это становится заразительным. К тому же, у меня просто не было выбора.

— Все ясно, — Гарднер перевел глаза на дочь, которая состроила чрезвычайно невинный и ничего не понимающий вид, — я так и знал. Бэнши.

— Да, папочка?

— Не надо хлопать глазками, я все знаю. Ты опять вынуждаешь людей делать то, что им совсем не нравится. Мне только интересно, какие методы ты для этого применяла.

— А что, они всегда разные? — с интересом спросил Беннет.

— Конечно, ведь она очень изобретательна, девочка моя. Полагаю, вы успели это заметить, когда ее сторожили.

Тот совершенно невольно вздохнул. Он прекрасно помнил все эти попытки. Трудно забыть такое. Аннабэл презрительно фыркнула.

— Мне очень хотелось найти ей мужа, который умел бы держать ее в узде, — мечтательно продолжал разглагольствовать генерал, — но как оказалось, это очень трудно. Во всяком случае, я такого человека до сих пор не обнаружил. Так что, приходится пользоваться тем, что имеешь.

— Что ты говоришь, папочка? — спросила Аннабэл.

— Ничего, ничего, дорогая. Если ты выяснила все, что могла, то не пора ли тебе отправляться в свою комнату и ложиться спать?

— Нет, не пора, — она покачала головой, — во-первых, я еще не ужинала, а во-вторых, я совершенно не собираюсь здесь ночевать.

Оба мужчины повернулись и посмотрели на нее широко раскрытыми глазами.

— Что ты имеешь в виду, дорогая? — озабоченно поинтересовался генерал, — а где ты собираешься ночевать?

— У бабушки, конечно, — отозвалась Аннабэл, словно это было самим собой разумеющееся.

— Где? Нет-нет, уже поздно, ты туда не поедешь.

— Нет, поеду.

— Нет, Бэнши, я вовсе не хочу сносить головомойку еще и от моей дражайшей матушки.

— Она пошла бы тебе на пользу, — съехидничала она, — но нет, не беспокойся, я не буду ей ничего рассказывать. Мне ее жаль. Когда она узнает, что ты заключал пари и насчет нее, она очень расстроится.

— «Расстроится», — пробурчал генерал себе под нос, — ну, конечно! Она будет в ярости. Лучше бы меня пожалела.

— Ты ведь никого не пожалел, когда заключал свои отвратительные пари.

— О Господи! Ну, хорошо, хорошо, отправляйся к бабушке, отправляйся, куда хочешь. Но воля твоя, Бэнши, одна ты никуда не поедешь.

— Кто-нибудь из слуг… — начала девушка, но отец ее перебил.

— Нет, конечно. Я уверен, что мистер Беннет не откажется тебя проводить.

Аннабэл вытаращила глаза.

— Папочка, помилуй! Уже поздно. И где он будет ночевать, по-твоему?

— Как-нибудь устроюсь, — пробормотал Беннет, немало пораженный тем фактом, что Аннабэл начали интересовать такие мелочи.

— Какая глупость! — воскликнул генерал, взмахнув рукой, — это все можно легко уладить. Сейчас я напишу бабушке и попрошу ее приютить мистера Беннета на одну ночь.

— Папочка, а ты хорошенько подумал об ее репутации? — серьезно спросила Аннабэл сквозь стиснутые зубы. Она изо всех сил сдерживала смех.

Генерал сперва недоуменно на нее воззрился, а потом рассмеялся.

— Шутница, — отмахнулся он, — ладно, иди собирайся, а я пока займусь делом.

— Хорошо, — она пожала плечами и направилась к двери.

Когда за ней закрылась дверь, Гарднер перевел извиняющийся взгляд на гостя.

— Ужасный характер, — сказал он, — вся в мою мать. Никогда не мог переспорить их обеих. А уж если они собираются вместе, то это просто кошмар.

Он поспешно закусил губу, посчитав, что этого уж во всяком случае говорить не следовало.

— То есть, я имею в виду, что… Нет, я их конечно, люблю и все такое, но вот…

— Я вас прекрасно понимаю, сэр, — согласно кивнул Беннет, хотя ему очень хотелось расхохотаться на всю комнату, — я очень хорошо понимаю, что именно меня ожидает. Но если уж на то пошло, я давно к этому готов. К тому же, у меня уже есть кое-какая практика.

— Ну что ж, если вы так настроены, тогда конечно.

Несколько минут генерал был занят тем, что мучился составлением записки для миссис Гарднер и его ничего больше не волновало. Но, наконец, он с этим справился, сложил ее в несколько раз и положил рядом с собой на стол.

— Надо будет не забыть отдать ее Бэнши, — проговорил он в раздумье, — о нет, только не Бэнши. Тогда… ну конечно. Сэр, — он торжественно вручил записку Беннету, — не сочтите за труд передать ее моей матери.

— А почему не мисс Гарднер?

— Моя дочь постоянно читает все то, что я пишу, а потом полгода над этим потешается. И умоляю вас, не давайте ей прочесть, как бы она не настаивала.

— Хорошо, сэр, — Беннет принял записку и убрал ее в карман, размышляя при этом, не слишком ли веселой станет его жизнь после того, как он принял столь важное для него решение.

Одна Аннабэл чего стоила. А ведь есть еще и сам генерал Гарднер с его манией постоянно заключать пари и громко спорить. Во всяком случае, теперь стало понятно, от кого у Аннабэл привычка швырять в своего собеседника всем, что под руку попадет. Да, и ни в коем случае не следует сбрасывать со счетов миссис Гарднер. Веселенькая перспектива, ничего не скажешь.

— Я надеюсь, что вы, сэр, о ней позаботитесь, — снова заговорил Гарднер.

— Не беспокойтесь. Разумеется.

— Да, и о том, что мы решили… Думаю, ей нужно будет как-нибудь осторожно об этом сказать.

— Об этом тоже не беспокойтесь, сэр. Все будет в порядке.

— Да, конечно, — генерал вздохнул.

Вернулась Аннабэл с и порога сообщила:

— Я готова.

— Прекрасно, дорогая, прекрасно, — потер руки генерал, — замечательно.

— Чему это ты так радуешься? — она приподняла брови.

— Я радуюсь, что ты, наконец, собралась, а то мы уже заждались, — удачно вывернулся он, — ну что ж, передавай бабушке привет от меня.

— Ладно, передам. А где записка?

— Записка? Какая записка? Ах, записка! Я уже отдал ее мистеру Беннету, не волнуйся об этом.

Аннабэл перевела взгляд на последнего и приподняла брови.

— Хорошо, — произнесла она, наконец, — ну тогда я поехала. До свиданья, папочка.

Генерал напоследок обнял дочь и что-то прошептал ей на ухо. Она фыркнула, но более веского протеста предъявлять не стала.

Помахав отцу рукой у самого порога, Аннабэл вышла за дверь и направилась по коридору. Она шла молча до самого экипажа, но когда оказалась внутри, повернулась к садящемуся Беннету и сказала:

— Дайте мне записку, пожалуйста.

— Зачем?

— Хочу прочитать, что он там написал насчет меня.

— Но она предназначена не вам, а вашей бабушке.

— Но это моя бабушка. Ну, дайте же, мне очень интересно.

— Увы, рад бы, но не могу, — Беннет развел руками, — я обещал вашему отцу, что не сделаю этого.

— Ну, папочка, — пробурчала Аннабэл себе под нос.

— Почему вы читаете его записки? — спросил Беннет, поскольку его это очень интересовало.

— Потому что более разных людей, чем мой папочка в натуре и на бумаге представить себе невозможно. Если вы сами это прочитаете, то сможете убедиться, — коварно добавила девушка, искоса взглядывая на него.

— Нет.

— А я думала, вы смелее.

— Ну, уж нет, на эту удочку вы меня больше не поймаете. Сказал, что не буду этого делать, значит, не буду.

— Ну и не надо, — и Аннабэл отвернулась к окну, — я и так знаю, что он там написал. То, что обычно пишет.

— Полагаю, на сей раз это не совсем обычная записка.

— Почему? Что в ней такого особенного?

— Думаю, ему было очень сложно объяснить вашей бабушке, кто я такой и почему она должна позволить мне переночевать в ее доме.

— Бабушка очень гостеприимна, — возразила Аннабэл, — думаю, она сама бы вам это предложила. И потом, она обожает поболтать вечерком у камина.

Беннет на мгновение представил, что несколько часов будет выслушивать старческую болтовню и у него внезапно заболели зубы.

— Нет-нет, вам понравится, — правильно истолковала это девушка, — моя бабушка не то, что какие-нибудь старые клуши, которые болтают лишь о подагре и возмутительных современных нравах.

— Очень надеюсь, что ваша бабушка не будет разговаривать со мной о всевозможных карточных играх.

— Только не говорите, что вы в них ничего не смыслите, — отпарировала Аннабэл, — и потом, бабушка может говорить о чем угодно. Если уж даже мне с ней не скучно, то вам и подавно должно понравиться.

— Это почему же? — сильно удивился Беннет.

— Ну, ведь вы меня старше, — она пожала плечами.

— А, ну если только поэтому, — понимающе кивнул он.

Беннет немного помолчал, поскольку не знал, как лучше всего сказать о том, о чем он должен был ей сказать. Но понял, что это не так просто. Особенно, с такой девушкой, как Аннабэл. Она поминутно будет задавать такие вопросы, что уже через два-три коротких предложения у него напрочь пропадет охота говорить ей что-либо вообще. Но с другой стороны, молчать дальше было бы просто глупо. Осталось не так много времени до тех пор, когда они окажутся в доме миссис Гарднер и та задаст такой же вопрос, но уже громко и во всеуслышанье. Будет странно, если Аннабэл при этом вытаращит глаза в искреннем изумлении.

Так что, Беннет откашлялся и заговорил:

— Кстати, что-то вы меня удивляете, Бэнши.

— Чем? — она приподняла брови.

— Не задаете вопросов.

— Каких?

— Вас, кажется, очень интересовало то, что имел в виду ваш отец, когда сказал, что все улажено.

— Все улажено с чем?

— С вашей репутацией.

— Ах, вы об этом. Я знаю.

— Что вы знаете? — не понял он.

— Как он собирается улаживать это дело.

— Да? И как?

— Тут может быть только один вариант, — Аннабэл сделала небольшую паузу, — вам придется на мне жениться.


10 глава | Побег на спорную руку |