home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



2 глава

Аннабэл и в самом деле принялась обедать, признав очередную попытку к бегству бессмысленной и неудачной. Нужно придумывать что-нибудь другое. Вход слишком хорошо охраняется. И даже если ей и удастся добраться до входной двери, то ее за это время успеют раз десять задержать. Нет, такое не пройдет. Нужно еще поломать голову и найти другой выход. В том, что такой выход существует, Аннабэл не сомневалась. Она была из той породы людей, которые предпочитают не сидеть на месте и стонать над несправедливостями судьбы, а действовать. Столько раз, сколько потребуется. Неудачи ее не обескураживали, напротив, только подстегивали. Если эта попытка не удалась, тогда она будет пробовать снова и снова, до тех пор, пока у нее не выйдет. Ее немного злило то, что слуги оказались так расторопны и так скоро ее поймали, но злость не лишала ее разума. Конечно, обидно, когда твои начинания губят на корню, но не впадать же из-за этого в панику. Нужно как следует подумать, глядишь, в голову придет что-нибудь более путное. Для начала следовало подкрепить свои силы, ведь неизвестно, что ожидает ее в будущем. А что, если она и в самом деле умудрится сбежать именно сегодня? Не идти же ей голодной. Муки голода в планы Аннабэл не входили.

Жаль только, что теперь ее соглядатаи будут более внимательны и расторопны. Теперь они знают, на что она способна. И это очень досадно. В этом Аннабэл допустила ошибку. Нужно было прикинуться бедной, несчастной и беспомощной девушкой, пустить слезу, начать умолять, просить ее выпустить. Но увы. Что сделано, то сделано. Тогда, когда трое слуг принялись запихивать ее в экипаж, Аннабэл просто потеряла способность разумно и логически мыслить. Она пришла в такую ярость, что едва не вырвалась, несмотря на недюжинную силищу мужчин. И это ей почти удалось. Ключевое слово «почти». После такого ей никто не поверит, если она начнет играть роль послушной и покорной овечки. Да, жаль, но ничего не поделаешь. Стало быть, нужно пользоваться тем, что у нее есть.

Закончив обедать, Аннабэл вытерла рот салфеткой и отложила ее в сторону. Что ж, надо признать, кормят здесь не особенно хорошо. Но выбора у нее по большому счету не было. Она не дома, где можно покапризничать и потребовать каких-нибудь особенных блюд. Да, она не дома, но это ненадолго. Скоро, очень скоро это все же случится. Она найдет выход из сложившейся ситуации.

Встав из-за стола, Аннабэл обошла его, медленно, проводя пальцем по столешнице. Нужно было заняться чем-нибудь, поскольку просто так девушка сидеть не любила. Тем более, когда попала в такую ситуацию.

Хозяин дома, напротив, решил отдохнуть, и это казалось ему нелишним. Прошедшие два часа были столь насыщенными, что он выдохся. Все эти беспрестанные крики, шум, вопли, прыжки и гонки утомили Беннета настолько, что ему начало казаться, что он весь день выполнял какую-нибудь тяжелую изнурительную работу. Смешно подумать, что его утомила какая-то тощая девчонка, которую при желании он мог бы легко переломить напополам двумя пальцами. В самом деле, Грэм был прав, откуда столько силы в этом тщедушном создании?

Беннет уютно устроился в большом мягком кресле с бокалом вина в руке. Хотя при зрелом размышлении нужно было взять не вино, а бренди или даже виски, укрепить собственные расшатанные нервы. Он задумчиво смотрел на дно бокала и размышлял о том, какая же нелегкая толкнула его высокопоставленного друга на похищение этой девицы. Ведь он не мог не знать ее нрава. Пусть она даже не демонстрировала его во всей красе, но кое-какие слухи должны были до него дойти. Да, конечно, девчонка очень хороша собой, но, если подумать, она не единственная на всю Англию. А столь искушенный в женской красоте человек не мог настолько потерять голову, чтобы совершать такие вопиющие поступки. И все-таки, Беннет был вынужден признать, что это все же произошло, раз он велел ее похитить.

Он тяжело вздохнул. И почему бы ему не выбрать себе другой объект? Кругом столько красивых девушек, которые при этом ведут себя, как полагается, и в любой ситуации не позволяют себе таких выходок. Эта девица пришла в настоящую ярость и была готова разорвать их всех на мелкие кусочки. За пять минут общения с ней у Беннета начала жутко раскалываться голова, и он был готов ее стукнуть. Ему никогда не говорили столько гадостей за такое короткое время. Ясно, что мисс Гарднер никогда не перечили, а стоило бы. Такую девушку нужно держать в ежовых рукавицах и не давать спуску.

Беннет с трудом мог представить, во что может превратиться его жизнь за то время, что мисс Гарднер проведет здесь. Но он подозревал, что ничего хорошего ему не светит. Нужно запастись огромными запасами выдержки и терпения, а это не такое простое дело, как кажется. Хорошо, сидя в мягком кресле у камина рассуждать, что ее слова не выведут его из себя. А как только он окажется с ней лицом к лицу, то сам ее заносчивый вид способен довести его до белого каления.

Он уже сто раз успел пожалеть, что согласился на выполнение столь сомнительного поручения. Нужно было отказаться сразу, как только услышал об этом. Но проблема в том, что отказаться Беннет не мог. И не потому, что его связывала столь тесная дружба с некой высокопоставленной особой. Причина была куда проще и прозаичнее. Но эта причина и держала его крепче цепей. На столь гнусное дело пришлось дать согласие. Впрочем, тогда ему казалось, что ничего особенного ему и делать не придется. Кто ж знал, что ему попадется это божеское наказание. Нужно было сперва выведать всю подноготную о мисс Гарднер. Правда, это ничего бы не изменило, но, во всяком случае, он был бы готов к неожиданностям.

Беннет снова тяжело вздохнул. Разве к такому можно подготовиться? Эта противная девчонка использует все, чтобы надолго отравить ему жизнь. И по большому счету, он ее понимал. Никому не будет приятно, если его похитят. Но с другой стороны, в любой ситуации нужно вести себя как полагается. А поражение принимать достойно. Впрочем, для начала нужно с поражением смириться. На мисс Гарднер нужно было посмотреть только один раз, чтобы понять, что она с этим никогда не смирится.

Спустя час таких невеселых мыслей покой Беннета был нарушен. В кабинет осторожно заглянул Грэм.

— Сэр, — начал он нерешительно, — простите, конечно, что побеспокоил, но…

— Что? — осведомился Беннет.

— Ваша гостья…

Не отдавая себе отчета, Беннет сразу напрягся, подобрался и вскочил на ноги. От своей «гостьи» он с самого начала ожидал только худшего.

— Что еще она натворила, господи?

— Нет, сэр, не беспокойтесь, ничего. Пока ничего. По крайней мере… не знаю, — Грэм почесал в затылке, — в этом-то все и дело, сэр. Что-то она притихла. Это на нее не похоже. Не шумит, не стучит в дверь, не бьет посуду, ничего не требует. Странно все это, вы не находите?

Беннет находил, но все же спросил:

— Что ты имеешь в виду?

— Интересно, что она задумала? — задумчиво произнес Грэм, — ведь эта девица из тех, кто просто так не успокоится. Сдается мне, что она сидит там и обдумывает план побега.

— Может быть, она просто устала, — предположил Беннет, вновь садясь.

По его мнению, что бы не задумала мисс Гарднер, осуществить она это не сможет. Выйти из комнаты возможно лишь через дверь, а дверь заперта. Каким образом девушка сумеет ее открыть, не имея ключа, он предположить не мог.

— Устала она, как же, — хмыкнул Грэм скептически, — не думаю, что она это умеет. Говорю вам, сэр, мисс способна на все. И я не удивлюсь, если мы придем туда и обнаружим, что птичка давно улетела.

Хозяин дома вздохнул и поднялся на ноги. Грэм не то, чтобы совершенно его убедил, но поселил в душе сомнение и тревогу. В самом деле, мисс Гарднер не из тех, кто будет сидеть, сложа руки. Кто знает эту девицу, возможно, она и в самом деле сумеет придумать какой-нибудь особенный способ побега. А Беннету не хотелось потом оправдываться перед своим знакомым. Он уже в который раз пожалел, что согласился принять у себя мисс Гарднер до тех пор, пока она, как выразился его друг, «не дозреет». Срок «дозревания» он определил двухнедельный. Беннет понимал, как никогда ясно, что эти две недели будут для него длиннее, чем для других два года. Каждый день как месяц на каторге.

«О господи, за что мне это», — тоскливо подумал про себя Беннет, а вслух сказал слуге:

— Пойдем.

И они вышли в коридор.

За дверью вынужденной гостьи и в самом деле было тихо. Так тихо, что Беннету сперва пришло в голову, что она умерла. Но спустя мгновение он решительно отмел эту идиотскую идею. Мисс Гарднер скорее убьет кого-нибудь, чем наложит на себя руки. И это последнее было куда более вероятным. Грэм прав, она что-то задумала. Благо, если еще не осуществила. Времени у нее было достаточно. Беннет был готов биться об заклад, что мисс Гарднер не сидит и не проливает потоки слез. Впрочем, ее настолько трудно было представить плачущей, что никому и в голову такого не приходило. Мисс Гарднер способна рыдать лишь от бессильной ярости и то тогда, когда другие методы будут исчерпаны.

Прислушавшись более внимательно, Беннет решился и пару раз стукнул в дверь согнутым пальцем. Спустя несколько секунд послышалась какая-то возня, а потом мисс Гарднер осведомилась:

— В чем дело?

— Хочется удостовериться, что с вами все в порядке, мисс Гарднер, — отрешенным тоном отозвался хозяин.

Разумеется, с ней все в порядке. Что может случиться с этой девицей? Скорее они тут все поумирают, чем ее слабенький насморк прохватит.

— Ну и как, удостоверились? — съязвила девушка, — полегчало?

— Милая девушка, — пробормотал Грэм себе под нос и захихикал.

Ему это показалось очень забавным. На его памяти с хозяином еще никто столь невежливо не разговаривал. Точнее, не то, чтобы совсем невежливо, но дерзко и вызывающе — точно. Да и Беннету, судя по всему, это не могло понравиться, но он не стал демонстрировать свое неудовольствие, правда, на слугу покосился с оттенком легкого неудовольствия.

— Вы позволите мне войти, мисс? — задал новый вопрос хозяин.

Аннабэл громко хмыкнула.

— Это интересно, — сказала она вслух, — спрашиваете у меня, будто это я заперла дверь на ключ со своей стороны. И он еще спрашивает, можно ли ему зайти! Можно подумать, если я скажу «нет», вы не войдете.

— Но мне хотелось бы знать, расположены ли вы принять меня, мисс Гарднер, — продолжал Беннет, невзирая на эту впечатляющую речь.

— Это вы могли бы не спрашивать. Я никогда не буду расположена вас принять. И не надейтесь.

— Это я понимаю. Но надеюсь, вы не будете ничего в меня бросать.

— А это хорошая идея. Предупредите меня, как войдете, я непременно запущу вам в лоб стаканом.

И Аннабэл захихикала. Грэм тоже подозрительно искривил губы. По его мнению, мисс Гарднер вела себя как избалованный ребенок. Но уж если на то пошло, в чем-то она была права. Надеяться на то, что она будет встречать своих похитителей с распростертыми объятиями, была равна нулю. Правда, судя по недавнему ее поведению, в данный момент девушка вела себя почти образцово. Конечно, много язвила и фыркала, но для нее это было поистине благодушием.

— И все-таки, мисс Гарднер, я войду, — заключил Беннет.

В отличие от своего слуги, он вовсе не был расположен веселиться. Напротив, он преисполнился еще большего раздражения. И неизвестно, что именно раздражало его сильнее. Высказывания мисс Гарднер или неуместное веселье Грэма. Скорее всего, последнее куда больше. Но и пленница сыграла в этом не последнюю роль.

Неизвестно, что он ожидал услышать в ответ, но девушка лишь презрительно фыркнула, мол, я в этом и не сомневалась. Чего еще от вас ждать!

— Не делайте этого, сэр, — зашептал Грэм поспешно, — она только того и ждет. Сбежит, как пить дать. А то, вы ее не знаете.

— Знаю, — скривился Беннет, — а для этого мне и нужен ты. Не думай, что я тебя для мебели держу. Вот, возьми, — он протянул ему ключ, — когда я войду, тут же запри за мной дверь. И откроешь лишь тогда, когда я сам в нее постучу и скажу тебе, чтобы ты это сделал. Понял?

— Ох, сэр, — горестно вздохнул слуга, уже жалея, что ему когда-то пришло в голову делиться с ним своими опасениями, но ключ взял, — может быть, позвать еще кого-нибудь?

— Мне одного тебя вполне хватит для того, чтобы запереть дверь, — передернул плечами Беннет.

Грэм в этом очень сомневался, но понял, что возражать бессмысленно и промолчал.

— Открывай, — велел ему хозяин.

Душераздирающе вздохнув, чем поверг Беннета в легкую панику, Грэм отпер замок и распахнул дверь перед господином.

— Храни вас бог, — успел он ободряюще шепнуть ему напоследок.

Беннет поспешно вошел вовнутрь, хотя настроение его после такого пожелания упало ниже плинтуса. За своей спиной он услышал хлопок и лязг ключа в замочной скважине. Слуга не терял времени даром. Он сдержал вздох.

— Мисс Гарднер, надеюсь, вы хорошо провели время, — произнес он дежурную фразу.

Надо же было с чего-то начинать. И лишь после этого Беннет повернул голову, чтобы посмотреть на непосредственно пленницу. Ее вид он оценил, как не совсем обычный.

Аннабэл восседала на стуле, при этом отряхивая многострадальное платье от пыли и паутины. Судя по всему, ей не мешало бы проделать то же самое и со своими волосами. Первое впечатление было такое, что она только что вылезла из очень пыльного и запущенного места. Беннет прикинул, пока девушка отряхивалась, где именно это место могло быть. Комната была маленькой и ее недавно убрали. Вот, разве что, под кроватью. Но зачем приличная девушка залезала под кровать, он не смог себе объяснить, разве что ее странными причудами.

Мисс Гарднер мельком взглянула на хозяина дома и продолжала свое занятие. Наверняка, лицезрение его физиономии показалось ей менее интересным, чем собственная внешность.

Помолчав несколько минут и подождав, пока девушка приведет себя в порядок, он заметил:

— Мисс Гарднер, в шкафу есть несколько платьев, которые, я смею надеяться, вам подойдут.

Аннабэл хмыкнула, думая, что это вполне сойдет за ответ.

— Вы чем-то недовольны? — продолжал Беннет.

Как он и подозревал, в этом месте она промолчать не смогла.

— Это потрясающе! — воскликнула Аннабэл, — у меня спрашивают, чем это я недовольна? А сами вы догадаться не можете? Или вам все нужно разжевать и преподнести на тарелочке под самый нос?

— Ясно, — кратко отозвался он, — но надеюсь, вам здесь нравится?

— Кажется, вы пришли сюда, чтобы поиздеваться надо мной, — заключила девушка, — да кому здесь вообще может нравиться? Отвратительное место!

На это хозяин ничего не ответил, хотя всегда считал это место очень уютным домом. Ну, со стороны виднее.

— Я требую, чтобы вы немедленно отпустили меня, — заявила Аннабэл, — вот сию же минуту. Ясно?

— Мисс Гарднер, — вздохнул Беннет, — к моему глубочайшему сожалению, этого я выполнить не могу, поскольку это невозможно. Но любые другие ваши просьбы…

— И почему вы не можете этого сделать? — девушка приподняла брови, — уверяю вас, это очень просто. Нужно только открыть дверь. А остальное я беру на себя.

— В этом я не сомневаюсь. Но отпустить вас не могу. Это не в моей компетенции. Но вы можете подождать две недели и обратиться к тому, кто непосредственно отвечает за ваше пребывание здесь.

— Я не хочу ждать две недели. И не стану, — в порыве чувств Аннабэл даже ногой топнула, — ну-ка немедленно отпустите меня, иначе я вам такое устрою!

В этом Беннет как раз не сомневался. Она была на это способна. Уж что-что, а это не было для него неожиданностью.

— Мисс Гарднер, — предпринял он новую попытку завершить дело миром, — от вашего поведения зависит то, будет ли ваше пребывание здесь приятным. Уверяю вас, я с удовольствием позволил бы вам ходить по всему дому, если бы вы так настойчиво не пытались сбежать. И никто не стал бы запирать эту дверь, если бы вы вели себя спокойно.

— Неужели? — Аннабэл призадумалась.

Должно быть, она про себя оценивала всевозможные выгоды тихого поведения. Поразмыслив полминуты, она произнесла:

— А если я буду вести себя спокойно?

Беннет с сожалением покачал головой. Он совершенно не верил в то, что мисс Гарднер будет вести себя тихо. А даже если она и совершит над собой гигантское усилие и сделает это, то лишь до тех пор, пока не усыпит их бдительность. И, разумеется, он не допускал и мысли, что мисс Гарднер выполнит его требование не покидать дома.

Правильно поняв его кивок, Аннабэл скорчила гримасу.

— Вы пожалеете об этом, — прошипела она, — еще как пожалеете. Всю жизнь жалеть будете. Я просто не представляю, что с вами сделает мой папочка, когда узнает об этом. Но уверена в одном, что это будут самые ужасные минуты вашей жизни.

Беннет обреченно кивнул. Он уже давно жалел, даже если Аннабэл об этом пока не догадывалась. И угрозу насчет ее папочки воспринимал вполне серьезно. Но до тех пор, пока этого не случилось, нужно делать то, что необходимо для того, чтобы этого не случилось как можно дольше. Поэтому он усилием воли согнал с лица мрачное выражение и встал:

— Если вы захотите выразить какие-нибудь пожелания, разумеется, кроме желания убежать отсюда, обращайтесь к слугам. Один из них будет сидеть у двери неотлучно.

— У меня много пожеланий, — вставила девушка, — к примеру, чтоб вы провалились.

— Я имел в виду разумные пожелания, — Беннет покрепче стиснул зубы.

— А это вполне разумное пожелание. Вот, если бы я вам пожелала долгих лет жизни, это было бы верхом глупости с моей стороны. Странно, что это так вас удивляет.

— Понятно, — процедил он, — что ж, мне придется вас покинуть, мисс Гарднер.

— Неужели? — съязвила она, — думаете, я буду уговаривать вас остаться? Ну и самомнение же у вас.

Хозяин дома понял, что задерживаться тут бессмысленно, а в чем-то даже опасно. Особенно, для его и без того напряженных нервов. Поэтому он шагнул к двери и коротко постучал в нее, как было условлено:

— Грэм, открывай. Я выхожу.

Дверь приоткрылась. Ненамного, но ровно настолько, чтобы Беннет сумел протиснуться в образовавшуюся щель. И он это сделал со всевозможной поспешностью. Наверняка он думал, что Аннабэл предпримет новую попытку побега. Но девушка не оправдала его ожиданий. Она не двинулась с места и громко захохотала. И очень обидно, между прочим.

Закрыв дверь, Грэм заметил выражение лица Беннета и успокаивающе прошептал:

— Не обращайте вы на нее внимания, сэр. Она просто скверная девчонка.

— Я не нуждаюсь в твоих утешениях, — отрезал Беннет и, развернувшись, направился к лестнице.

Подождав пару минут, Аннабэл подошла к двери и приложив к ней ухо, прислушалась. В коридоре было тихо, но она этой тишиной не обольщалась. Раз этот противный тип сказал, что ее будут сторожить снаружи, значит, так оно и есть. И вовсе не для того, чтобы исполнять ее пожелания, а на случай новых попыток бегства.

Отойдя от двери, девушка сделала пару кругов по комнате, ненадолго задержалась около зеркала, только теперь обратив внимание на то, в каком состоянии ее волосы. Равнодушно смахнув с них пыль, Аннабэл заправила выбившиеся пряди за ухо и глубоко задумалась. Итак, долгие поиски не увенчались успехом. Она ничего не нашла. Отсюда было только два выхода: дверь и окно. Дверь заперта, окно забрано решеткой. Это очень неприятно и даже досадно, если подумать. Но положение не безвыходное. Нужно попытаться открыть то, что закрыто.

Главное теперь, производить как можно меньше шума, на тот случай, если слуга за дверью станет прислушиваться. Правда, до этого было пока далеко. Сперва следовало определиться, что именно она намерена открывать. Дверь в этом случае отпадает сразу. В коридоре будут люди и они, разумеется, не позволят ей уйти, даже если она и исхитрится взломать замок. Оставалось окно.

Аннабэл повернулась в указанном направлении. Решетка очень привлекала ее внимание. И она в который раз решила посмотреть на нее поближе.

Подняв раму, девушка пригляделась и внимательно изучила каждый миллиметр вышеуказанной преграды. И лишь еще раз убедилась, что та не слишком плотно прилегает к окну и главное, держалась на петлях и небольшом замочке. Этот замочек и привлек внимание Аннабэл. Она долго держала его в руке, осматривая и дергая из стороны в сторону. Хлипко и ненадежно, определенно, но одного сотрясения явно недостаточно.

Наконец, оставив его в покое, девушка отошла вглубь комнаты. Этот замок занимал ее чрезвычайно. Хотя она прекрасно понимала, что любой замок нельзя открыть без ключа. Впрочем, уточним, без ключа его нельзя открыть, не повредив. Но Аннабэл не была бы генеральской дочерью, если бы не знала и о других способах раскрытия дверей и всего прочего. Отец много рассказывал ей о днях его героической юности, проведенной на войне. И о том, как они, бывало, открывали замки. Иногда просто и незамысловато. Ломом. Иногда требовалось нечто посложнее, к примеру, отмычка. Отмычек тут, конечно, не достать и не сделать, но и замок не кажется особенно сложным. Такой замок любой сильный мужчина может сковырнуть даже ножом.

Ножа у Аннабэл не было, и взять его было неоткуда. Лом тоже был проблематичной вещью. Где она его тут достанет? А стало быть, нужно думать, чем она могла бы заменить эти вещи. Нахмурившись, девушка огляделась по сторонам. Смотрела долго, хотя и понимала, что это бесполезно. Она уже сто раз обошла всю комнату и если до сих пор ничего не нашла, это вовсе не означает, что в сто первый раз что-то обнаружит.

Нет, что-либо искать бессмысленно. Нужно думать. Поэтому, Аннабэл села на стул и подперла голову рукой. Так она просидела минут пять, напряженно размышляя, а потом едва не подпрыгнула от пришедшей ей идеи. Ломом открывают большие замки. А этот замочек маленький. Значит, и открыть его можно чем-нибудь маленьким. Шпилькой, к примеру. Точно, шпилькой!

Аннабэл вскочила на ноги. В шпильках она никогда не испытывала недостатка. Не откладывая дело в долгий ящик, она достала одну и повертела в руках. Что ж, очень неплохо, крепкая и прочная штуковина. Как раз для того, чтобы что-нибудь открыть. Нужно попробовать.

Она снова шагнула к окну, окрыленная своей идеей. Свобода была не за горами. Остались сущие пустяки, какой-то дурацкий замок. И уж с ним она разделается, только дайте ей немного времени.

Не раздумывая больше, девушка пропихнула шпильку вовнутрь и принялась ее яростно крутить из стороны в сторону. Никакого результата это действие не дало кроме одного: шпилька сразу согнулась и стала походить на какую-то замысловатую загогулину. Оказывается, не такая уж она и прочная. Но Аннабэл не оставила своего занятия, упорства у нее было достаточно и даже, если уж на то пошло, она вполне могла бы им с кем-нибудь поделиться. Девушка продолжала начатое. Вскоре у нее в руке оказался обломок шпильки. Другой, поменьше торчал в замке. На взгляд Аннабэл это было плохо, и она потянула за краешек, но обломок не хотел вылезать. Пришлось потратить на это немало усилий, прежде чем ей удалось вытащить его наружу.

Выкинув изуродованную шпильку за окно, как не оправдавшую надежд, Аннабэл снова задумалась. На собственном опыте она уяснила, что шпилька для этого дела не подходит. Слишком тонкая и ломкая. Видимо, не все замки можно раскрыть с ее помощью. Нужно было подыскать что-нибудь повесомее. Проблема была в том, что Аннабэл даже отдаленно не представляла себе, что бы это могло быть. Она еще раз обошла комнату, изредка бросая взгляды то в одну, то в другую сторону. Упорно и целенаправленно она уже искала, и это ей не помогло. Теперь нужно просто походить, не обращая ни на что внимания. Вдруг произойдет чудо, и ее глаза сами натолкнутся на требуемое. Совершенно случайно. Кстати, а это что?

Взяв со стола то, на что натолкнулся ее незаинтересованный взгляд, Аннабэл осмотрела этот предмет со всех сторон. Вилка. Обыкновенная вилка. Чем может помочь ей этот столовый прибор? Его главным предназначением является помощь в принятии пищи. Но с другой стороны, шпилька тоже не предназначена для взламывания замков любой формы и конфигурации. И зубья у этой вилки, кстати, очень прочные и крепкие. Можно попробовать, почему бы и нет? Чем она рискует? Хуже ей уже все равно не будет.

Итак, вооружившись вилкой, Аннабэл подступила к окну и с удвоенной энергией принялась ковыряться в замке. Она быстро вспотела и испачкалась в невесть откуда взявшейся грязи, но дела своего не оставляла. Ведь заняться ей все равно нечем и это времяпровождение ничем не хуже любого другого. Кстати сказать, от таких крамольных мыслей у ее папочки волосы на голове встали бы дыбом.

Стиснув в руке вилку, Аннабэл крутила ее в самые разнообразные стороны, насколько позволял сам замок, шевелила, дергала, пыталась что-нибудь подцепить изнутри. Один из зубцов уже был полностью испорчен, но такие пустяки ее не занимали. Это вовсе не ее вилки, они принадлежат Беннету. А чем больше вещей, принадлежащих ему, она испортит, тем лучше. Она испортила бы их все, если бы у нее было на то достаточно времени.

Наконец, когда от вилки остался один зубец, сиротливо торчащий посредине, замок поддался. Он заскрежетал, потом щелкнул и открылся. Аннабэл разжала ладонь и повертела его перед глазами, с интересом разглядывая. Надо же, ей это удалось. У нее получилось. Стало быть, во всех этих россказнях что-то есть. Не так уж она и безнадежна, раз ей удалось это сделать. И теперь путь к свободе был расчищен. Ну, берегись, гнусный Беннет! Еще немного — и твоя собственная свобода окажется под большим вопросом.

Размахнувшись, Аннабэл запустила замком подальше в кусты и подняла решетку, с радостью удивившись, как это оказалось просто сделать. Правда, дело портил достаточно громкий скрип, говоривший о том, что этого давно никто не делал. Но в саду все равно никого не было, и никто не сумел бы это услышать. Правда, сама решетка наводила на определенные мысли. Интересно, сколько еще несчастных томились здесь, ожидая, когда пройдет отпущенный им срок?

Наконец, Аннабэл решила, что достаточно налюбовалась на дело рук своих. Она привела окно в первоначальный вид и спрыгнула с подоконника. Нужно дождаться вечера. Когда стемнеет, ей будет легче оставаться незамеченной и не привлекать ничьего внимания. В темноте Аннабэл сумеет выбраться из сада и уйти. Она была готова идти столько, сколько потребуется, лишь бы поскорее покинуть этот отвратительный дом. Но до той поры еще было несколько часов, которые следовало провести в относительном спокойствии. Для начала следовало поесть, так как за время возни с замком девушка проголодалась. Ведь физические нагрузки требуют нешуточного напряжения сил.

Тяжкое поручение взвалил на него друг, ничего не скажешь. Беннет подумал об этом и вздохнул, с неудовольствием отмечая, что за этот день количество вздохов, им издаваемых, давно перевалило за норму. Еще и суток не прошло, а он уже выдохся и чувствует себя как выжатый лимон. И подумать только, все это устроила обыкновенная девушка, которой едва исполнилось восемнадцать лет. Впрочем, не такая уж она и обыкновенная. Столь изобретательной и энергичной особы Беннет еще не встречал. За короткий срок она предприняла три попытки побега и явно не намеревалась останавливаться на достигнутом. А по ходу дела она успешно портила ему нервы своими обидными, метко бьющими в цель высказываниями и словечками. На это ей тоже хватало и сил, и изобретательности. И это только за несколько часов. Что же дальше будет? Это Беннет представлял себе с ужасом.

Впрочем, через несколько минут он понял, что такие мысли не повысят ему настроения. Нужно прийти в себя и расслабиться. Беннет взглянул на графин с вином, стоявший на столе и обнаружил, что тот уже наполовину пуст. Пожалуй, с него хватит. Еще немного, и его развезет окончательно. Самое обидное было то, что вино совершенно не помогало ему, а напротив, только обостряло все чувства. Так что, вздохнув еще раз, Беннет закрыл графин пробкой и отодвинул подальше. Хватит пить, лучше придумай какой-нибудь другой способ. Например, пораньше ложись спать.

Но он тут же позабыл об этом благом намерении. Лоретта! Как он мог забыть, что сегодня к нему приедет Лоретта?

— Господи, — простонал Беннет, хватаясь за голову, — только этого мне и не хватало.

Он ведь совсем забыл ее предупредить! Из головы вылетело. Впрочем, это и неудивительно. С нынешней гостьей можно не только последней памяти лишиться, но и с ума сойти. Обругав себя последним глупцом, а мисс Гарднер — вредной пакостницей, Беннет наконец пришел к выводу, что Лоретту нужно как-нибудь поделикатней спровадить домой и договориться о встрече на другой день. И не здесь, а в его городском особняке. Тем более, что сегодня он уже ни на что не был способен, особенно на любезности с развеселой вдовушкой. Беннет был в том состоянии, что опасался, как бы не нагрубить ей ненароком. Лоретта, конечно, была очень мила и многое могла понять, но на грубости обижалась, как и любая другая женщина.

Он выглянул в окно, отмечая сгущающуюся темноту. Пожалуй, следует встретить Лоретту во дворе и поговорить с ней там.

Беннет встал, поправил воротник и направился к двери.

Аннабэл с нетерпением ожидала сумерек, прислушиваясь к звукам извне. После того, как ей принесли ужин, ее больше никто не беспокоил. Создавалось даже впечатление, что о ней надолго забыли. Никто не приходил проверить, не сбежала ли она и не строит ли каких-нибудь козней, не лез с дурацкими вопросами типа: «надеюсь, у вас есть все необходимое, мисс Гарднер?» И это было просто замечательно.

Вскоре темнота сгустилась настолько, что становилось трудно различать контуры предметов. Аннабэл решительно встала, поправила платье и, скрутив волосы в жгут, заколола его шпильками попрочнее. Главное, чтобы они не помешали ей в самый неподходящий момент, свесившись на глаза и закрыв обзор. Сейчас это было бы не только досадно, но и опасно.

Она шагнула к окну и подняла раму. Выглянула наружу. Никого, как и следовало ожидать. Тогда Аннабэл, придерживая одной рукой перекладину, вылезла наружу и встав на карниз обеими ногами, огляделась. Все-таки, третий этаж. Разумеется, ее засунули на самый верх. Пожалуй, прыгать высоковато. Так можно и ногу сломать или вывихнуть, а это было бы некстати. Зато рядом, рукой подать, растет пышный, вьющийся плющ, оплетающий стену от самой крыши до низа. Плющ, помимо всего прочего еще и очень крепкий.

Аннабэл осторожно протянула руку, схватилась за несколько плетей и как следует дернула. Растение продемонстрировало завидную крепость, и довольная девушка решила, что этого вполне достаточно. Она ловко, словно обезьяна перелезла с карниза на плющ и стала аккуратно спускаться вниз. Это не вызывало в ней почти никаких эмоций, так как Аннабэл за свою жизнь проводила немало экспериментов подобного рода. А спуск вниз по карнизу с помощью водосточной трубы или какого-нибудь растения были для нее плевым делом.

Но на этот раз ей повезло гораздо меньше. Когда Аннабэл оказалась на уровне второго этажа, что-то угрожающе треснуло.

— О нет, только не это, — прошептала девушка, — только не сейчас. Ну, погоди же ты немного.

Но у плюща было свое, особенное мнение по этому поводу. Он еще раз треснул, только куда громче с шумом начал обрушиваться вниз. Аннабэл ничего не смогла сделать в этой ситуации. Она обрушилась прямо на клумбу и тут же вскочила, так как ей повезло ничего не повредить при падении. Однако, отойти в сторону просто не успела. На нее упали длинные плети вьющегося растения и опутали с ног до головы. Это было куда более досадно, чем само падение.

— О, черт возьми, — выругалась девушка, принимаясь выпутываться из плюща и при этом царапая ладони.

И куда вдруг делось ее везение? Это просто несправедливо. Все так хорошо начиналось.

Беннет вышел во двор вовремя. Он простоял у калитки всего каких-нибудь пару минут и не успел даже измучиться от ожидания, как невдалеке послышались звуки подъезжающего экипажа. А приглядевшись, он даже увидел его.

Ждать пришлось недолго. Вскоре экипаж остановился у ворот, и оттуда выпорхнула женская фигурка в темном плаще.

— Лоретта, — шепотом позвал Беннет, приближаясь.

— Мэтт? — вопросительно осведомилась женщина и ускорила шаг, — это ты? — она пригляделась, потом побежала ему навстречу и с размаху повисла на шее, — ты вышел меня встречать! Дорогой!

Беннет с трудом удержался на ногах от такого жаркого проявления чувств. Лоретта была невысокой, пухленькой женщиной, именно такой, какие ему всегда нравились. Но в данном случае ее пышные формы едва не оказали ему плохую услугу. Еще немного — и он оказался бы на земле. А после всего, что ему пришлось пережить, это было бы плохим завершением дня. Впрочем, он еще не знал, что может быть самым плохим.

— Я так рада тебя видеть, — продолжала женщина, не подозревая о его крамольных мыслях.

— Да, конечно. Лоретта, я вышел, чтобы предупредить тебя, — сказал Беннет.

— О чем? — спросила она мимоходом, словно это ее не особенно интересовало.

Одной рукой она поправила пышные светлые волосы, при этом не отпуская его шеи.

— Я так соскучилась, — прощебетала она, — а ты, дорогой?

— Я тоже, но…

И тут их разговор прервал шум. Оба от неожиданности застыли. Потом Беннет повернул голову, вслушиваясь в звуки, которые показались ему чрезвычайно подозрительными. Он успел заметить нечто длинное, падающее вниз, а потом услышал сдавленное шипение. Это могло значить только одно.

— Дьявол! — выругался он, мигом освобождаясь от объятий опешившей Лоретты, — дрянь проклятая!

Женщина не успела даже обидеться, приняв эти слова на свой счет. Беннет метнулся в сторону с такой поспешностью, что мог бы поспорить ловкостью и проворством с любым из представителей семейства кошачьих. И это сослужило ему хорошую службу. Он успел ухватить за руку невысокую субтильную фигурку, на поверку оказавшейся встрепанной девушкой. Она от неожиданности вскрикнула и тут же дернулась, пытаясь освободиться.

— Отпустите меня! — завопила Аннабэл в ярости.

И ее ярость была вполне оправдана. Столько усилий потрачено зря! Она как каторжная трудилась почти два часа, пытаясь взломать чертов замок, перепачкалась по уши, поцарапала пальцы, потом на нее свалился дурацкий плющ и в довершение всего, этот мерзкий тип ее заметил! Ну, как от такого не разозлиться!

— Пустите, негодяй! — и с этими словами девушка с размаху отвесила Беннету сильнейшую оплеуху, — пустите, вы, уберите свои грязные руки, пока меня не стошнило! Мерзавец!

Почти каждое слово она сопровождала увесистой пощечиной. Беннет сперва потерял способность ориентироваться и почти ослеп от искр, которые посыпались у него из глаз. А главное, он не имел возможности защищаться, так как его руки были заняты тем, что держали негодную девчонку, а надо отметить, что это было далеко не таким простым делом. Он только поворачивал голову, пытаясь отклониться от ударов, чувствуя себя боксерской грушей. Зато мисс Гарднер с успехом хватало сил и на то, чтобы вырываться, и на затрещины, каждая из которых была неслабой.

— Прекратите это! — Беннет встряхнул девушку, отворачивая голову в сторону, и тут же схлопотал увесистый удар по уху, — черт! — прошипел он, — руки оборву, противная девчонка!

Лоретта, остолбенев, наблюдала эту сцену, открыв рот и выпучив глаза. Она забыла даже, что нужно дышать и спохватилась лишь тогда, когда ей начало не хватать воздуха. Несколько раз вздохнув и напоминая рыбу, выброшенную из воды, Лоретта не сводила глаз с разворачивающейся баталии, так как ничего подобного ей видеть не доводилось за всю ее жизнь. Она прекрасно слышала звонкие звуки ударов и шипение девушки, которая, судя по всему, разошлась не на шутку.

Потеряв терпение, Беннет поволок ее к двери. Аннабэл по пути умудрилась пару раз пнуть его в голень, отчего он едва не свалился, потеряв равновесие. Но помимо всего прочего, это еще и было ужасно больно.

Дверь распахнулась и на помощь хозяину кинулись трое слуг. Они перехватили из его рук беснующуюся Аннабэл и поволокли ее вовнутрь.

— У-у-у, сволочи, — напоследок выдала она и дверь захлопнулась.

— Пусть кто-нибудь сидит в ее комнате, пока я не вернусь! — отдал приказ Беннет и перевел дух.

— Господи помилуй, — простонала Лоретта, нерешительно подходя к нему.

Он повернулся к женщине, и та громко ахнула.

— О боже! Милый, у тебя кровь!

— Знаю, — процедил он сквозь зубы, достал из кармана платок и приложил к носу, — гадкая девчонка. Я ее убью, богом клянусь!

Беннет задрал голову вверх, пытаясь остановить кровотечение.

— Кто это, господи боже мой? — шепотом спросила Лоретта.

— Кузина, — с ходу соврал тот сдавленным голосом, — дядя попросил ее подержать у себя на время, пока он будет в отъезде.

— Она что, не совсем…, - Лоретта показала на голову.

— Еще какая нормальная, — зло отозвался Беннет, — просто жутко избалованная и испорченная девчонка. Считает, что ее желания должны исполняться мгновенно, а если что не так, начинает визжать, бить посуду и все время пытается сбежать. Извини, Лоретта, сама видишь, сейчас я не в состоянии принимать гостей.

— Да, я понимаю, — поспешно закивала женщина, — бедный, как ты это выносишь. Кстати, тебе нужно приложить лед. Говорят, это очень помогает.

— Угу, — кивнул тот.

Махнув Лоретте рукой, Беннет направился к дому, все еще зажимая нос платком.


1 глава | Побег на спорную руку | 3 глава