home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



5 глава

Когда щелкнул замок, она скорчила торжествующую гримасу. Цель достигнута. Она вновь испортила настроение хозяину дома. Так ему и надо, пусть не расслабляется и помнит, что он совершил. Никому не позволено похищать девушек безнаказанно. И за все надо платить.

Взглянув на картину еще раз, Аннабэл удовлетворенно улыбнулась. Время не потрачено зря. Конечно, было бы куда нужнее, если бы она все эти три часа занималась поисками выхода, но днем это не очень удобно делать, постоянно кто-то отвлекает. Слуги то обед принесут, то ужин, а то и сам Беннет явится, чтобы проверить, чем это она занимается. Будто бы считает, что если она молчит, то непременно пытается сбежать. А вот если бы визжала, тогда все в порядке. Но на самом деле это далеко не так. Стоило Аннабэл завизжать, всего-то один раз, как они тут же примчались все скопом.

Но сейчас был вечер и, судя по всему, сегодня к ней больше никто не явится. А стало быть, пора заниматься самым важным делом, какое только может быть на свете. Подумать о собственной свободе.

Девушка огляделась по сторонам, внимательно рассматривая свои новые владения. Но теперь ее интересовал не интерьер, а само устройство. Нужно обойти комнату и как следует обыскать. Может, что и отыщется.

И Аннабэл принялась за дело. Действовала она умело, так как сказался опыт предыдущих осмотров, и со всей тщательностью, на которую только была способна. Вполне возможно, что здесь ничего и нет, да скорее всего так и будет, но убедиться в этом будет не лишним.

Ее занятие оказалось трудоемким и заняло у нее уйму времени, больше даже, чем она предполагала. За окном давно сгустились сумерки, потом опустилась непроглядная темнота. Свет от лампы освещал лишь небольшой кусочек пола и выхватывал из темноты стены и попадающие в поле зрения предметы. Но Аннабэл это совершенно не беспокоило. За то время, что девушка успела провести здесь с заколоченными окнами, она привыкла к полумраку и перестала обращать внимание на неудобства. Поистине, это такие пустяки по сравнению с другими вещами.

Закончив простукивать пол, Аннабэл взялась за стены, действуя методично и неторопливо. Спешка в этом деле ни к чему. Она может пропустить нечто очень важное. Сейчас ей мог бы позавидовать любой полицейский инспектор, поскольку он сумел бы многому у нее научиться.

В доме давно воцарилась тишина и спокойствие. Все уже спали. Даже за дверью явственно слышался храп ее бдительного стража. Пару раз Аннабэл прислушивалась и на эти звуки хмыкала, думая, что, если б у нее неизвестно каким образом вдруг оказался ключ, она бы уже давным-давно была на полпути к дому. Охраннички.

Ей самой спать было некогда да и ни к чему. В такие минуты девушка не отвлекалась на мелочи типа сна, еды и отдыха. Ей и не хотелось этого, энергия ее переполняла. Если уж на то пошло, то поспать она может и днем, невзирая на подозрительные вопросы добровольных надсмотрщиков. Мол, отчего это пленница спит днем, что она в таком случае делала ночью? Да уж не картины писала. Глупо задавать подобные вопросы человеку, насильно засунутому в эту дыру. И почему это, интересно, она должна быть в восторге от подобной перспективы?

Аннабэл была упорна и упряма до невозможности. Она с поистине маниакальной сосредоточенностью продолжала свое дело, не отвлекаясь на посторонние звуки и не обращая внимания ни на уставшие руки, ни на волосы, то и дело падающие на лицо и закрывающие обзор. Она их просто отбрасывала назад. В самом деле, такие пустяки были мелочью по сравнению с тем, что она получит, если ей удастся найти выход.

Но все-таки, как Аннабэл ни храбрилась, усталость в конце концов взяла свое. Переведя дух, девушка опустилась на ковер, поджав под себя ноги. Итак, что она сумела обнаружить во время поисков? Ничего. Абсолютно ничего стоящего. Разве что только одну несущественную мелочь. В этой комнате не было никаких острых предметов. Наверняка, слуги учли прежний опыт и изъяли все это. Конечно, пока ей и не нужно было ничего острого, но неизвестно, как все дальше обернется. Вполне возможно, что и понадобится. Ладно, когда понадобится, тогда и будем ломать голову.

Минут пять Аннабэл отдыхала, восстанавливая силы и наскоро приведя в порядок волосы, свернув их жгутом, чтобы они не застилали глаза и не мешались. А потом вновь поднялась на ноги. Ну, что же это такое? Почему она никак не может ничего найти? Ведь должно же здесь быть хоть что-нибудь. В полнейшем расстройстве девушка перевела взгляд на доски, которыми были забиты окна. Отодрать их, что ли? Да, но у нее недостаточно сил для этого. Уж в этом сомневаться не приходится. Конечно, в приступе ярости она и не на то способна, это проверено. Но сейчас-то она вполне спокойна. Разозлиться, что ли?

Просто безобразие какое-то. Она должна отсюда выйти, должна, иначе грош ей цена. Повернувшись к зеркалу, Аннабэл некоторое время разглядывала свое отражение, скептически хмыкнула. Если так пойдет дальше, к концу заключения она будет мало напоминать девушку из приличной семьи. И в самом деле, на кого она похожа! Руки исцарапаны, лицо бледное, покрытое пылью от слишком усердных поисков, волосы стоят дыбом, платье не в лучшем состоянии, по подолу бахрома от пыли и паутины. Просто ужас, сколько ее скопилось под кроватью. Ну и нерадивые же тут слуги! Только и умеют, что за девушками гоняться и запихивать их в пыльные мешки! Нет, чтобы делать то, для чего непосредственно они и нужны. Хотя бы комнату убрали бы, что ли. В бессильной злости на собственную невезучесть Аннабэл сильно стукнула кулаком по панели около зеркала.

И вдруг свершилось чудо. Послышался громкий скрип, и зеркало медленно поплыло куда-то вбок. Перед застывшей от изумления Аннабэл возник темный проход и ступеньки, ведущие куда-то наверх.

— Господи помилуй, — пробормотала она себе под нос.

Вот уж не ожидала, так не ожидала. Она, конечно, хотела отсюда выбраться, но уж никак не посредством потайного хода. Да и с чего бы ей так думать, ведь это обыкновенный дом, а не замок с привидениями, где на каждом шагу располагаются какие-нибудь ловушки, потайные ходы и мрачные подземелья со скелетами на цепях. Кстати, о скелетах. Разве не один такой скелет она обнаружила совсем недавно? Так значит здесь все возможно.

Аннабэл несколько секунд пристально, не отводя глаз смотрела на темный проход, никак не смея поверить своему счастью. И лишь потом решительно встряхнула головой и шагнула вперед.

Ступеньки были покрыты толстым слоем пыли, к которой девушка давно привыкла, шаря по самым разнообразным местам. И эта пыль ее ни капельки не удивила. Раз эти безответственные и крайне ленивые личности не удосуживаются подметать под кроватями, то что говорить о потайном ходе! Подняв повыше лампу, которую она догадалась захватить с собой, Аннабэл поднималась все выше и выше, подметая пол подолом платья. Хуже ему уже не будет, этому платью, так значит черт с ним. Стоит ли обращать внимание. Освещая стены светом лампы, девушка отметила, что они были сложены из темного камня. Больше ничего существенного она не обнаружила.

Вскоре огонек лампы высветил впереди какую-то преграду. Сделав еще несколько шагов, Аннабэл уперлась в стену. Но это ее ни коим образом не остановило. Она уже знала, как с таким управляться. Пошарив рукой справа и слева, девушка достаточно скоро обнаружила скрытый механизм. Снова раздался противный скрип, а сама дверь отворилась лишь наполовину. Но все же отворилась, за что Аннабэл была ей благодарна. Наверняка механизм заржавел от долгого неиспользования. Хорошо, хоть вообще сработал. Повернувшись боком, девушка проскользнула вовнутрь и снова остановилась, водя впереди себя лампой.

Новое помещение было большим, темным и просторным, правда, сильно загроможденным самыми разнообразными предметами. Приглядевшись, Аннабэл заметила, что все это было очень старым и ветхим, наваленным как попало. Судя по всему, эти вещи давно вышли из употребления. Должно быть, это был какой-то своеобразный склад. Вот только странно, для чего нужно было делать потайной ход между этим складом и комнатой.

Пожав плечами, Аннабэл сделала еще несколько шагов вперед, стараясь идти как можно осторожнее и смотреть себе под ноги, чтобы не споткнуться об некстати попавшееся на пути старье. Впереди она заметила небольшое окошко, причем расположенное очень странно, над полом. Для того, чтобы в него посмотреть, нужно было встать на колени. Но когда Аннабэл присела перед ним, она сообразила, что все это может значить. Это был чердак. Вот, почему тут было так много старых вещей, вот почему так необычно расположено окно. Одно, правда, до сих пор оставалось неясным. Для чего нужен потайной ход. Но уж ей на это было грех жаловаться. В ее случае это было очень удачно и удобно.

Окно, как и подозревала Аннабэл, оказалось не заперто, просто плотно прикрыто. Некоторое время девушка дергала за раму, пытаясь его открыть, наконец, она поддалась и створка распахнулась.

Девушка довольно хмыкнула и высунулась наружу. Впрочем, ее радость тут же поутихла. Главным образом, потому, что расстояние от окна до земли было очень большим, где-то примерно на уровне четвертого этажа, а это высоко. Прыгать было опасно, она, конечно, не убьется, но вполне может что-нибудь сломать, например, ногу. А на сломанной ноге далеко не уйдешь.

Следовало подумать. Аннабэл села на пол, поставив рядом с собой лампу и нахмурилась. Впрочем, выход она нашла довольно скоро. Мысль о веревке возникла почти сразу. Настораживало другое. Из чего она могла бы эту веревку смастерить. Но и этот вопрос был решен. Простыни! Их нужно разорвать на длинные полосы и связать между собой. Получится прекрасная веревка, по которой она и спустится вниз.

Вскочив на ноги, Аннабэл помчалась вниз, позабыв про то, что на дворе ночь и ей следует соблюдать тишину. Но ей повезло, никто так и не проснулся.

Влетев в комнату, Аннабэл метнулась к кровати и рывком сорвала с нее огромную белую простыню. Опробовала на прочность и осталась очень довольна. Теперь дело за малым. Нужно порвать ее на полосы.

Но как раз это и оказалось неразрешимой задачей. Как Аннабэл ни дергала, ей так и не удалось сделать даже самый маленький надрыв. Простыню ткали на совесть, а края даже подрубили на всякий случай.

Предприняв несколько бесславных попыток, Аннабэл чертыхнулась сквозь зубы и отбросила простыню на кровать. Сама села рядом и задумалась. Что делать? Простыню все же нужно было как-то разорвать. Но как? Хороший вопрос. Ее сил для этого явно недостаточно. В таком случае, ей следовало либо оставить эту затею как совершенно бессмысленную, либо придумать, каким образом она может это совершить. Оказалось, что если как следует подумать, то можно додуматься до самых невероятных вещей. Ведь если что-то нельзя порвать, это можно разрезать. Это же очень просто. Непонятно, почему такое сразу не пришло ей в голову.

Аннабэл встала на ноги, но почти сразу же села обратно. Да, мысль замечательная, спору нет, но есть одно «но». Она тщательно обыскала всю комнату и не нашла ни одного острого предмета. Еще и подумала, что пока они ей не понадобятся, а когда понадобятся, тогда она и будет об этом думать. Выяснилось, что это понадобилось очень скоро.

Никогда раньше Аннабэл не думала, что к побегам, оказывается, нужно тщательно готовиться. Все как следует продумать, иначе в самый неподходящий момент выясняется, что ты что-то забыл, а достать это что-то либо невозможно, либо очень проблематично.

Девушка встала и медленно обошла комнату по кругу, рассматривая самые разнообразные предметы. Всегда можно отыскать выход из положения, главное, надо как следует подумать. Раз здесь нет острых предметов, стало быть, нужно найти то, что может их заменить. И она найдет это. Уже нашла.

Аннабэл остановилась перед столиком, на котором стояла небольшая аккуратная ваза. И что примечательно, эта ваза была стеклянной. А уж Аннабэл было прекрасно известно, что стекло необыкновенно острое, если его разбить. Во всяком случае, оно замечательно быстро режет пальцы. Раз так, то почему бы не попробовать разрезать им что-нибудь другое?

Недолго думая, Аннабэл взяла вазу и расколотила ее об угол стола. На пол посыпались осколки. Наклонившись над ними и выбрав один наиболее острый и длинный, девушка осторожно взяла его и отправилась к кровати.

Выяснилось, что пальцы это стекло резало без труда, а вот с простыней дело обстояло куда сложнее. Нет, ткань все же резалась, но очень медленно и неохотно. Промучившись около получаса и порезав три пальца, Аннабэл наконец приноровилась и нашла самый приемлемый способ.

Вскоре на кровати высилась куча неровных полос ткани, которые надлежало связать между собой. За окном занимался рассвет, и Аннабэл стала торопиться. Если она будет копаться и дальше, то просто не успеет не только сбежать, но и уничтожить следы своего преступления. К тому же, она не знала, каким образом закрывается тайная дверь.

Затянув узлы и проверив их на прочность, Аннабэл удовлетворенно кивнула. Она смотала ее в клубок, получившийся просто огромным и похожим на взъерошенного ежа, она сунула его подмышку. Итак, к побегу все готово. Осталось только забрать свои вещи.

Из всех вещей у нее была только сумочка, но оставить ее Аннабэл не могла, хотя понимала, что та будет только мешаться. Но в сумочке были деньги, а она подозревала, что они ей могут понадобиться.

Девушка взлетела наверх, перепрыгивая сразу через две ступеньки. Свобода манила ее, тем более, что была не за горами и вполне реальна. Еще немного — и она покинет ненавистный дом, а там уж проследит, чтобы эти отвратительные, гадкие и мерзкие типы получили по заслугам.

Аннабэл осмотрелась по сторонам в поисках предмета, к которому могла бы привязать веревку без опасения, что в самый неподходящий момент он не выдержит и рухнет следом. Для начала она оглядела стену, но там не было никаких лишних выступов. Тогда девушка привязала край веревки к ножке тяжеленного комода, стоявшего неподалеку. Уж эта махина не сдвинется с места, даже если Аннабэл будет очень стараться ее сдвинуть. Здесь и веса четверых человек было явно недостаточно.

Проверив узел, девушка бросила веревку вниз, через окно и выглянула наружу, прислушиваясь и присматриваясь. Ей совсем не хотелось в самый неподходящий момент наткнуться на кого-нибудь, как в прошлый раз. Правда, еще слишком рано для праздных прогулок. Но чем черт не шутит. Вдруг случится что-нибудь непредвиденное.

Было тихо, и Аннабэл решилась. Она вылезла, осторожно развернувшись и поставив ногу на подоконник. Вторую ногу она опустила вниз и уперлась в стену. Ей уже приходилось лазать по веревке, в детстве она где только не лазала и знала, что ногами нужно упираться, а руками держаться за веревку, причем, очень крепко. Что она и сделала.

До третьего этажа Аннабэл спускалась без особых эксцессов, правда, немного ободрала руки до крови, но, во-первых, не так сильно, чтобы это ее особенно беспокоило, а во-вторых, были вещи поважнее.

Но когда девушка оказалась напротив какого-то окна, один из узлов не выдержал и развязался. Аннабэл даже не успела выругаться. Она упала на землю так стремительно, что спустя секунду уже оказалась внизу с сильнейшей болью в левой лодыжке. Правда, в некотором роде ей повезло, она упала на клумбу, а не на утоптанную дорожку в двух шагах от нее. Но ноге было от этого не легче.

Отшвырнув в сторону кусок оборванной веревки и чертыхнувшись, Аннабэл села на земле поудобнее и начала рассматривать поврежденную ногу. Лодыжка на глазах опухала до угрожающих размеров, а притронуться к ней было очень проблематично.

— Этого еще не хватало, — сквозь зубы прошептала девушка, — чертова веревка, чтоб тебе сгореть.

Впрочем, это было только начало. Поврежденная лодыжка не располагала к благодушию, которого и в обычном состоянии у нее было совсем немного. А теперь так не осталось вовсе. Аннабэл последними словами поносила и веревку, и противные узлы, которым вздумалось развязаться в самое неподходящее время, и идиота-архитектора, додумавшегося сделать потайной ход, ведущий на чердак. Интересно, какими причинами он руководствовался, когда его делал? Почему не прямиком на крышу? А что, тоже было бы весьма оригинально. В конце своей прочувствованной речи гневным шепотом Аннабэл не могла не упомянуть и хозяина дома со слугами, но его уже просто так, по привычке.

Наконец, девушка решила, что высказала все, что могла и пора с этим заканчивать. Тем более, что бессмысленное сиденье на клумбе не поможет ей ни привести лодыжку в порядок, ни побыстрее сбежать отсюда. Нужно вставать и уходить, и чем скорее, тем лучше.

Аннабэл поднялась, держась руками за кстати находившуюся рядом стену дома и замерла на одной ноге, приподняв вторую, поврежденную, словно цапля в поисках лягушек. Притом эта цапля была здорово перемазана в земле, а волосы у нее стояли дыбом.

Итак, пора подвести итоги. Быстро уйти у нее не получится, в этом помешает больная нога. Но и стоять здесь тоже ни к чему. Еще не хватало, чтобы кто-нибудь из проснувшихся спозаранку слуг увидел ее здесь в таком виде и помер со смеху.

Но и прыгать на одной ноге до самого дома ей не улыбалось. Более того, об этом Аннабэл думала с ужасом и все растущей паникой. И главное, надолго ее не хватит. Нужно поискать какую-нибудь палку, чтобы опираться на нее в процессе ходьбы.

Девушка окинула взглядом сад, но ничего стоящего как назло не попадалось. Правда, неподалеку росли пышные кусты, но для опоры они не годились, слишком хрупкие и низкорослые. В саду были и высокие деревья, но для того, чтобы отломить от любого из них подходящую по прочности и длине ветку, нужно было иметь силу, которой Аннабэл не обладала.

Приглядевшись, она заметила, что напротив нее под деревом сиротливо валялась забытая кем-то лопата. Несколько минут девушка не могла сообразить, чем ей поможет в таком деле лопата, но это продолжалось недолго. Она все же придумала, каким образом можно ее использовать.

Аннабэл пропрыгала на одной ноге до нужного дерева и присела, чтобы ухватиться за черенок. Лопата была крепкой и казалась идеальным костылем. Девушка тут же провела эксперимент и нашла, что в самом деле лучше не бывает. Острие лопаты вонзалось в землю как в масло, обеспечивая устойчивость, а на край черенка можно было удобно опираться, перенося на него свой вес.

Аннабэл устроила ее поудобнее и направилась к калитке, отмечая на ходу, что из всех импровизированных костылей лопата — самый удобный. Отодвинула щеколду и вышла за пределы поместья. Повернулась и кинула взгляд на темные окна, но не заметила в них никакого движения. Дом еще крепко спал, что не могло не радовать.

Усмехнувшись, девушка аккуратно заперла за собой калитку на случай, если ее будут искать именно в этом направлении. Не следовало облегчать им задачу, столь явно указывая на направление, в котором она могла пойти. Осторожно ступив на больную ногу, Аннабэл закусила губу от боли. Это ей очень не нравилось. А что, если она ее сломала? Очень неприятная перспектива. Но с другой стороны, у нее все равно нет выбора. Сломала она ее или нет, идти все равно придется. Главное, что все остальное осталось цело. А ведь могла сломать что-то более важное, к примеру, шею. Или как следует стукнуться головой. Так что, в этом ей очень повезло.

Дорога, по которой шла Аннабэл, была узковата и немного петляла, что в обычном положении было бы неважным, а теперь превращалось в проблему. Несерьезную, но достаточно неприятную. Приостановившись, девушка взглянула вперед, пытаясь на глазок оценить расстояние и то, что она увидела, ей не понравилось. Идти ей придется долго. В нее нынешнем состоянии это было гораздо хуже, чем если бы ей пришлось пройти расстояние вдвое большее на двух здоровых ногах. Но Аннабэл не имела склонности к бесполезному нытью. Плохо это или нет, а идти все равно придется и ни к чему усложнять это хныканьем. Ничего, потихоньку, полегоньку… Глядишь, и дойдет. К тому же, у нее впереди длинный день. Вряд ли, ее исчезновение обнаружат раньше завтрака. И вряд ли, сразу догадаются, куда она делась. Прикинув в уме, она решила, что часа четыре в ее распоряжении есть. За это время можно уйти далеко, даже на одной ноге и опираясь на лопату. А после ей следует где-нибудь спрятаться, благо, таких мест вдоль дороги достаточно. Можно залечь в траву, чтобы ее силуэт не был виден издалека. Слишком тяжело давалась ей свобода, чтобы потерять ее так просто.

Однако, все вышло совсем не так, как запланировала Аннабэл, наивно полагая, что ее окружают сплошь глупые и недалекие люди. Случилось так, что Майк, ответственный за чистоту и аккуратность сада, проснулся рано и, как на грех, вспомнил о лопате, накануне забытой под деревом. Можно было, конечно, плюнуть и махнуть на нее рукой, продолжая сладко спать, но он подумал, что если ее обнаружит кто-то еще, не миновать ему головомойки за то, что он так беспечно обращается с садовым инвентарем. Недовольно ворча, Майк встал с постели, оделся и вышел во двор.

Лопата должна была лежать на видном месте, под деревом, однако ее там не было. Майк недоуменно почесал в затылке, размышляя, куда он мог ее закинуть. Кажется, вчера он бросил ее здесь, во всяком случае, он это точно помнил. Оглядевшись по сторонам, слуга застыл, глупо раскрыв рот. Одна из клумб под окнами была вытоптана так, словно на ней резвилось стадо слонов. Цветы были втоптаны в землю и безнадежно погублены. Поморгав глазами, Майк с трудом пришел в себя и метнулся к клумбе.

— Что за черт? — сказал он вслух.

Отведя взгляд в сторону, он обратил внимание на нечто белое, лежавшее неподалеку. Это нечто было похоже на свернувшуюся и готовую к прыжку змею. Осторожно подойдя поближе, Майк вытянул шею, приглядываясь и понял, что зрение его подвело. Это была вовсе не змея. Уже куда более смело он наклонился и поднял это.

Самодельная веревка, связанная несколькими узлами. Нехорошее предчувствие закралось в его душу, быстро перерастая в уверенную догадку. Он медленно поднял голову и осмотрев фасад здания, заметил открытое окно чердака и свешивающиеся оттуда обрывки такой же веревки.

— Господи помилуй, — на мгновение закрыв глаза, простонал он и помчался к двери, на ходу спотыкаясь и едва не падая.

Стуча тяжелыми сапогами, Майк галопом промчался вверх по лестнице, громыхая, пробежал по коридору и заколотил кулаками в комнату хозяина.

— Сэр, сэр, проснитесь! — завопил он что было мочи.

На этот длинный громкий крик к нему прибежали Терри и Грэм, взлохмаченные, полуодетые и сонные.

— В чем дело? — спросил Грэм, хватая его за руку, — чего это ты с утра пораньше ломишься в комнату хозяина?

— Что случилось? — испуганно осведомился Терри, тараща глаза.

— Мисс Бэнши, — бросил Майк, — где мисс Бэнши?

Нахмурившись, Грэм посмотрел на него, потом опустил взгляд немного ниже и увидел зажатые в руке Майка обрывки. Два раза ему повторять не стоило. Секунду спустя он уже мчался к себе за ключом.

В это время распахнулась дверь и на пороге возник взлохмаченный Беннет в халате.

— Что за шум? — спросил он сурово, — ты спятил? Знаешь, сколько сейчас времени?

— Не знаю и знать не хочу! — голосил Майк, — мисс Бэнши! Она сбежала!

— Что-о?! — Беннет вылетел в коридор, пронесся по нему подобно смерчу и остановился у самой двери комнаты Аннабэл, едва не снеся эту самую дверь с петель.

Грэм тем временем уже несся назад с ключом. Осторожно отодвинув хозяина, он сунул ключ в замочную скважину, дважды повернул его и дверь распахнулась.

Глазам вошедших предстала страшная картина. Именно это и являлось каждому в самых мрачных кошмарах. Комната была пуста. Постель скомкана, особенно бросалось в глаза отсутствие простыни, на полу валялись какие-то осколки и обрывки. Но это было еще не все. Зеркало было отодвинуто в сторону, а за ним обнаружился темный проход. Оба слуги вытаращили глаза и достаточно долгое время на это таращились. До тех пор, пока прибывший позднее всех Терри сходу не ляпнул:

— А я думал, что у нас больше нет таких штук.

— Потайной ход, — протянул Грэм, — зачем вы поселили ее в комнату, где был потайной ход?

— А я знал, что он здесь есть? — в сердцах бросил Беннет, — черт бы его драл, откуда он вообще здесь взялся? Мне никто не говорил об этом.

— Я слышал нечто такое, — внес ясность молчащий до сего времени Майк, — то есть, я не знал, что он находится именно здесь, но мне кто-то говорил, что в доме имеется нечто подобное. Кажется, от Фанни. Она работает здесь давно. Его иногда пытались разыскать, но до сих пор никому этого не удавалось сделать.

— Зато эта чертова девчонка нашла его с первой попытки, — процедил сквозь зубы Беннет, синея от злости.

Он не стал больше слушать пустопорожние рассуждения слуг и, войдя вовнутрь, помчался наверх по ступенькам. За ним, отставая на два шага, следовали Майк и Грэм.

Как они убедились чуть позднее, ход вел на чердак. Это обстоятельство немало удивило всех троих. Майк даже в затылке почесал.

— Странно, — пробормотал он вполголоса, — зачем делать тайный ход на чердак? Кому это могло понадобиться, ума не приложу.

— Все ясно, — заметил Грэм, — она разорвала простыню на полосы, связала их и сделала веревку. А потом спустилась через чердачное окно.

— Спасибо, Грэм, — зло бросил Беннет, — за очень своевременную информацию.

— Ну, девчонка! — присвистнул Майк с некоторой долей восхищения, — какая догадливая. Надо же до такого додуматься. У нее варит котелок, у этой крошки.

Беннет не разделял его восхищения. Он был мрачнее тучи и в данную минуту напоминал ангела Возмездия. Не хватало только меча в руке.

— Она не могла уйти далеко, — прошипел он, — и если мы не будем тут толпиться и болтать, то успеем ее догнать. Ступайте вниз. Я спущусь через минуту.

Слуги переглянулись и молча отправились, куда было указано.

Беннет слов на ветер не бросал и был в холле ровно через минуту, полностью одетый, правда, его одежда была в сильнейшем беспорядке, но сейчас это никого не заботило, его особенно.

В саду Майк указал ему на испорченную клумбу и потряс обрывками веревки в руках.

— Узел наверняка развязался, — понимающе кивнул Грэм, — надеюсь, она не ушиблась.

— Надеюсь, она свернула себе шею, — скрипнул зубами Беннет.

— Вряд ли, в таком случае она смогла бы далеко уйти, — возразил на это слуга.

Но на Беннета разумные доводы уже не действовали. Он даже не обратил на это внимания, внимательно оглядывая сад и размышляя, куда именно могло уйти это исчадье ада. Остальные тоже принялись торопливо оглядываться и строить всевозможные предположения. Но только Майк сумел заметить что-то более весомое.

— Смотрите, сэр, — он вытянул вперед руку и указал на землю.

Все четверо как по команде повернули головы и уставились на то, что он показывал. Странные продолговатые полосы, скорее порезы, расположенные на некотором расстоянии друг от друга. На расстоянии примерно одного человеческого шага.

— Они ведут к калитке, — подытожил Беннет и, недолго думая, пошел вперед, по следам.

— Это она, голову даю на отсечение, — шепнул Грэм Майку, — не знаю, от чего это, но мисс Бэнши точно приложила к этому руку.

— Но что это за полосы? — Майк пожал плечами, — чем это она их оставила и главное, зачем?

— Этого я не знаю. Но явно неумышленно. Уверен, мисс Бэнши не горит желанием, чтобы мы ее отыскали. Странно. На что-то это похоже, но вот на что, хоть убей, не могу вспомнить.

Они поспешили за хозяином, стараясь не слишком от него отставать, так как Беннет мчался сломя голову и не разбирая дороги.

Аннабэл очень скоро поняла, что у нее ничего не выйдет. Все пошло наперекосяк, как уже бывало один раз. Тогда, когда она спустилась по плющу вниз и снова, разумеется, свалилась. Проковыляв по дороге около полумили, она так устала и натрудила руки, что была готова отдать все, что у нее есть, чтобы вернуться в комнату, на мягкую постель. Жаль только, что это было абсолютно невозможно. Обнаружив, что не может больше сделать ни шагу, Аннабэл шлепнулась на траву у дороги и решила немного отдохнуть. Она очень надеялась, что через десять минут будет свежей и бодрой и сумеет продолжить свой изнурительный путь. Но умом она понимала, что этого не будет. Скорее всего, продолжать идти окажется еще труднее, чем теперь.

Аннабэл знала, что ее задержка только на руку ее похитителям. Чем дольше она будет отдыхать, тем больше у них шансов догнать ее и вернуть обратно. Но уставшее тело, больная нога и мозоли на ладонях не позволяли ей идти вперед. Сев поудобнее, Аннабэл внимательно наблюдала за дорогой, каждую секунду ожидая появления своих преследователей. Да что же это такое! Почему ей так не везет! Что она такого сделала, за что на нее обрушились все эти неприятности? Даже плакать хочется, если подумать, от бессилия и злости. Однако, плакать Аннабэл не стала, бессмысленно. Нога не перестанет болеть от слез, а она сама не окажется дома как по мановению волшебной палочки.

Когда же она услышала звуки погони, то даже не предприняла попытки встать. Зачем? Ее и так поднимут и с почетом отнесут назад. Уж в этом-то она не сомневалась. Не стоит облегчать им задачу, пусть трудятся. Аннабэл только скорчила гримасу отвращения и досады. Погоня настигла ее куда скорее, чем она рассчитывала. Значит, они обнаружили ее отсутствие раньше. Девушка не хотела даже гадать, почему. Ей было тошно.

Сперва из-за поворота показался Беннет. Вид у него был не цветущий и столь далек от обычной элегантности, что Аннабэл позабыла про свою злость и досаду и даже глаза вытаращила. Начать с того, что одет он был весьма причудливым образом, не потрудился даже застегнуть рубашку до конца, края которой выбивались из брюк, а пиджака не было вообще. Волосы на голове были всклокочены. Гораздо позднее девушка обратила внимание на его лицо, мрачное и угрюмое, притом бледное и окаменевшее, рот крепко сжат, а глаза сощурены в готовности метать молнии. Но как раз это не произвело на девушку никакого впечатления.

За спиной хозяина дома спешили трое слуг, в столь же живописном виде. Из которых один Майк выделялся некоторой не то, чтобы аккуратностью, но завершенностью туалета.

Увидев сидящую на траве Аннабэл, Беннет остановился, скрипнул зубами и сжал кулаки так, что ногти впились в кожу. Майк по инерции налетел на него и едва не упал. После чего все четверо воззрились на девушку, являя собой молчаливую окаменевшую группу, полную немого укора. Аннабэл прыснула. Все это показалось ей невероятно забавным.

— Мисс Бэнши, — первым очнулся Грэм, — отдыхаете?

— Почему бы и нет? — она пожала плечами.

— Ну да, ведь вам пришлось поработать на совесть, — хмыкнул он.

— Ну и видок у вас, — захихикала девушка, — забавно смотритесь. А главное, очень живописно. Я вас непременно нарисую.

— Поговори у меня, — процедил Беннет сквозь зубы, — дрянная, негодная девчонка!

— Лучше быть дрянной и негодной девчонкой, чем таким раззявой, как вы, — немедленно отпарировала она.

Ничего не говоря, он шагнул к ней, нагнулся и рывком поставил ее на ноги, отчего Аннабэл протестующее вскрикнула.

— А вот и лопата! — воскликнул Грэм, подходя к ним, — я-то думаю, что это за следы такие! Ну, мисс Бэнши, позвольте восхититься вашей сообразительностью! Вы подвернули ногу?

— Наверное, — поморщилась девушка, — больно наступать.

— Так вам и надо, — прошипел Беннет, — пошли. Немедленно.

— Никуда не пойду, — фыркнула она презрительно, — вот еще.

— Ладно, — не тратя слов на уговоры, если это можно было так назвать, он легко подхватил ее поперек талии и положил себе на плечо.

— О господи, — отозвалась Аннабэл на это, — это у вас любимое занятие, носить девушек как мешок, перекинув через плечо? В таком случае, я не удивляюсь, что вы до сих пор не женаты.

Грэм сдавленно прыснул, но заметив свирепый взгляд Беннета, поспешил отвернуться в сторону. Когда хозяин в таком гневе, его лучше не злить.

Обратный путь до дому Аннабэл перенесла с философским спокойствием. Она уже приняла к сведению, что в таком состоянии ей ни за что не добраться до близлежащего населенного пункта и почти смирилась с поражением. А ярость Беннета ее совершенно не трогала. Напротив, только забавляла и чтобы немного поразвлечься, она немного повысказывалась в том духе, какое впечатление на нее произвел его оригинальный наряд и жаль, что он не ходит так постоянно, поскольку в таком виде он никогда не будет обделен пристальным вниманием окружающих. Беннет на протяжение этой пространной речи молчал, не произнеся ни звука, но накалялся все больше и больше, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не зашвырнуть эту отвратительную девчонку подальше в кусты. Или, что еще лучше, отлупить ее как следует, что являлось с недавних пор предметом его настойчивых мечтаний.

Пинком ноги распахнув дверь, он вошел в дом и почти бегом взбежал вверх по лестнице. Почти швырнул Аннабэл на диван, за что она должна была быть ему бесконечно благодарна, поскольку ему очень хотелось кинуть ее на пол.

Девушка скривилась, но почти сразу же приняла нормальное положение и села, пытаясь немного расправить платье. Но когда ее взгляд упал на него, поняла, что это бесполезная и бессмысленная затея.

— Только не говорите мне, что вас бесит мой побег, — сказала она, — я это вижу невооруженным взглядом.

Вошедший в комнату Грэм осторожно обошел яростно сопящего Беннета и присел перед девушкой.

— Что с вашей ногой, мисс Бэнши?

— Понятия не имею, — Аннабэл пожала плечами, — кажется, я ее вывихнула.

— Когда веревка оборвалась?

Она приподняла брови и посмотрела на него с удивлением.

— А как вы узнали?

— Как мы узнали! — воскликнул хозяин дома, — она думает, что здесь собрались одни недоразвитые дебилы, которые не видят дальше собственного носа!

— Ну, не все, — уточнила Аннабэл ехидно, — но что касается вас…

Беннет не знал, что его больше всего взбесило: ее высказывание, либо сдавленные смешки слуг. Наверное, и то, и другое в равной степени. Но хуже всего было то, что противная девчонка сидела и хихикала, словно сказала нечто очень остроумное. Неизвестно как его рука протянулась к ее плечу и с такой силой сжала его, что смешки сразу затихли, а Аннабэл протестующее вскрикнула.

Но девушка была не из тех, кто позволяет так с собой обращаться. Ее свободная рука протянулась к столу и схватила первое, что попалось под руку. А в следующее мгновение это что-то с размаху ударило Беннета в лоб. Удар был настолько силен, что у него искры из глаз посыпались. На секунду ему показалось, что пол и потолок поменялись местами.

Слуги окаменели от неожиданности и страха. А Терри даже закрыл лицо руками. Грэм отважился взглянуть на предмет, так метко попавший в хозяина, и обнаружил, что это был стакан. Он тихо присвистнул. «Ну, все, — подумал он, — этого он до смерти ей не забудет».

Быстро придя в себя, Беннет издал сдавленный рык и, сжав кулаки, бросился на нее. Грэм не зевал и перехватил его, мигнув Майку, чтобы тот пришел ему на помощь. Совместными усилиями они выволокли его за дверь. Грэм прислонился к ней своей широкой спиной и умоляюще прошептал:

— Ради Бога, сэр, успокойтесь. Не нужно так сердиться. Девчонка не ведает, что творит. Она в этом не виновата, папашка-то у нее генерал, привык охаживать подчиненных.

— Не виновата?!! — взревел Беннет, — Господи, как мне это надоело! Сил моих больше нет выносить эту дрянь! А ну, отойди от двери! Сейчас она у меня получит, как давно уже следовало! Отойди!!!

— Сэр, сэр, — вмешался Майк, — вы ее покалечите, а этого нельзя делать. Она вовсе не для этого тут находится.

— А мне наплевать! — в этот момент хозяин напоминал собой бесноватого и удержать его на месте было нелегким делом.

Но слуги поднатужились и отодвинули его в сторону. Битых двадцать минут они хором уговаривали его успокоиться, остыть, перестать нервничать и отправиться к себе отдохнуть. Наконец, их уговоры возымели действие.

Проклиная Аннабэл на чем свет стоит, Беннет спустился вниз с грохотом, едва не свалившись и не свернув себе шею.

Слуги переглянулись и дружно перевели дух.

— Ну, в этот раз он ей-богу виноват, — пробормотал Грэм, — просто напросился.

— Точно, — подтвердил Майк.

— Ладно, пошли.

В комнате было тихо и спокойно. Аннабэл чинно сидела на диване, сложив руки на коленях и с интересом прислушивалась к звукам, доносящимся из-за двери. Терри стоял у окна и втянул голову в плечи, ожидая, что потолок вот-вот свалится ему на голову.

— Что ж, мисс, пора заняться вашей ногой, — заключил Грэм и присел перед ней на корточки, — покажите-ка. Вы на нее упали?

— Что-то в этом роде, — подтвердила она, — кажется, я ее вывихнула.

— Верно, — подтвердил слуга, осмотрев лодыжку, — это вывих. Надеюсь, вы знаете, что следует делать с вывихом? Нужно его вправить. Будет больно, — предупредил он.

— Действуйте, — не тратя лишних слов, согласилась Аннабэл, — я знаю, что это такое.

Она с силой вцепилась руками в диван и зажмурилась. Грэм дернул, не давая ей времени на подготовку. Девушка издала сдавленный вопль, но, в общем, снесла эту процедуру на удивление мужественно.

— Что ж, — заключила она, когда все было закончено, — можете пойти обрадовать своего хозяина, сказав ему, что мне тоже досталось.

Майк фыркнул, но заметил:

— Не стоит слишком сильно его дразнить, мисс. Он мог вас отколотить, если бы мы его не оттащили.

— Скорее, это я бы его покалечила, — презрительно отозвалась девушка, — остался бы калекой на всю жизнь. Будет знать, как поднимать руку на бедных, беззащитных девушек.

Грэм кашлянул, не в силах ничего на это возразить. Это Аннабэл-то беззащитная? Да она такая же беззащитная, как бешеная пантера. Все-таки, не зря они оттащили хозяина в сторону. Во всяком случае, он остался целым и невредимым. Правда, не слишком довольным. Но нельзя требовать от жизни слишком многого.

— Что ж, мисс Бэнши, — заключил Грэм, — с вашей ногой почти все в порядке. Но для пущего эффекта вам следует полежать в постели по крайней мере сегодня и оставить свои попытки к побегу хоть до завтра.

Аннабэл хмыкнула.


4 глава | Побег на спорную руку | 6 глава