home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 17. Гаремный беспорядок

– Нейса-джи, Нейса-джи! – через одеяло трясла меня Марна. – Вставайте. Скоро вернутся наложницы. Их надо встретить.

Служанка уже успела переменить одежду и принести творожный пудинг с кокосом и изюмом.

– Успею посетить купальни? – приглаживая волосы, спросила я, пока Марна собирала все покрывала.

– Нет. Извините. Я проспала и не разбудила вас, – она виновато потупилась.

– Ничего страшного, – я завязала волосы в узел и, пока жевала лист бетеля, сменила сари на более простое, после чего сполоснула рот водой. – Пойдем?

Марна торопливо собрала покрывалом сброшенный наряд и, кивнув, направилась к двери.

Гарем еще спал, тихо шептал фонтан, освежая еще прохладный с ночи воздух. Солнце, проникая сквозь узор решетки, окрашивало белые стены жемчужно-розовым и весело играло бликами в торопливых струях. Наверху же, синеватые сумерки еще старались уцепиться за гладкие балясины балконов.

Мы неслышно спускались по лестнице, а я не уставала любоваться игрой света и тени, когда показалось, что на одной из галерей промелькнул силуэт и снова исчез за каменным выступом.

– Кто встает в такую рань? – я недоуменно повернулась к Марне, но она молчала и старательно отводила взгляд.

– Почему ты молчишь? Ты что-то от меня скрываешь? – я остановилась на ступеньке и перегородила служанке дорогу.

Марна затравленно осматривалась, выискивая путь на свободу, но продолжала молчать.

– Ты же знаешь, что меня взяли поддерживать порядок в гареме, я должна знать, что здесь происходит. Если сейчас же не скажешь, то я поднимусь и посмотрю. Возможно, разбужу одну из жен господина. Ты этого хочешь? – я сделала шаг вперед, а Марна, отступая, поднялась на ступеньку.

– А что вы сделаете, когда узнаете? Скажете господину Марвари? – Марна метнула один короткий взгляд туда, где мне почудилось движение и, не мигая, уставилась на меня.

– Не-ет, – прищурившись, протянула я. – Сначала выясню как может чужак сюда проникнуть и прекращу подобные посещения. Ты же понимаешь, что это моя обязанность.

– Здесь много женщин… – неуверенно начала Марна. – И у господина на всех просто не хватает времени. Наложницы хоть иногда гостей развлекают, а некоторые жены годами ждут его благосклонности. Вот и ищут утешения, – она смущенно улыбнулась, а щеки зарозовели.

Я же еле сдержала дрожь, не понимая, как кто-то может добровольно искать близости с мужчиной. Кроме тошноты эта мыль не вызывала у меня больше ничего. Я полагала, что женщины счастливы жить здесь в сытости и уходе, да еще когда муж практически забыл о твоем существовании, но оказалось, что кого-то тяготит это положение.

Разбираться в их странностях не хотелось – моя задача охранять обитательниц гарема. Этим и буду заниматься.

– Перед сном покажешь мне, как сюда пробираются посетители, – предупредила я Марну и пошла к резным дверям, а она побежала в прачечную.

Сонную негу пустых коридоров и замерших на стенах любовников не тревожил звук моих шагов, только тусклый свет свечи нехотя разгонял царящую здесь темноту.

Опираясь на пики, у дверей дремала стажа, и я, практически не дыши, приоткрыла дверь и скользнула в зал, где вчера танцевали наложницы. Слуги еще не успели прибрать, и поднимающее солнце безжалостно высвечивало лужи от разлитых напитков и измятые фрукты, а взирающие сверху изображения безуспешно пытались спрятать наготу остатками тающей темноты.

В утреннем свете они казались еще более розовыми и непристойными. Я поморщилась и отвернулась. Я пришла сюда не рассматривать рисунки, а найти выход из гаремной части дома.

Как жаль, что беспокоясь за судьбу Малати, я не заметила, куда мужчины увели девушек. Я неслышно двинулась вдоль стен, стараясь найти в скользких складках драпировок потайную дверь и чувствуя, как с потолка за мной неотступно следят нарисованные хмельные глаза.

Наверное, я бы так ничего и не нашла, но вскоре фестоны плавно колыхнулись и в зал, томная и разомлевшая вплыла первая девушка. Я скользнула ней взглядом – припухшие губы, глаза с маслянистой поволокой, растрепанные волосы и мятое сари. Красивая и ухоженная вчера, сегодня наложница выглядела потрепанной и неопрятной, а от сопровождающего ее терпкого запаха похоти к горлу подкатывал тугой комок.

– Какая замечательная ночь, – потянувшись, как сытая кошка, она присела на подушки и, не разбирая чей кубок, сделала большой глоток. – Почаще бы гости приходили. Будешь? – хрипло спросила и протянула его мне. – Ах, да. Тебе же нельзя, – короткий смешок и наложница прилегла, глядя меня снизу-вверх. – Надеюсь, они задержаться, – она медленно провела языком по губам. – А ты бы хотела?.. – обмакнула палец в напиток, а потом неторопливо его облизала.

Я вздрогнула от отвращения и посмотрела на скрывающую дверь портьеру.

– Когда подойдут остальные?

– Вот-вот должны. Мы должны уходить до того, как проснутся гости.

Из месива раздавленных фруктов, она выбрала более целые и с удовольствием ела.

– Он такой ненасытный, и я так проголодалась…

От дальнейших откровений меня спас тихий скрип и появление других девушек. Как и первая, они выглядели помятыми и потрепанными, но очень довольными.

– А смотрите, что мне подарили, – хвасталась одна, показывая колечко с маленькой жемчужиной. – И сказал, что я самая красивая, кого он когда-либо видел.

Девушки столпились около нее, стараясь лучше рассмотреть подарок и завистливо вздыхая. Та, что хвасталась аппетитом ночного гостя, вскинув голову, подошла к двери и покосилась на товарок.

– Пойдемте, пора уже.

– Каришма еще не пришла, – ответила другая.

– Видимо, решила остаться, – сказала любительница голодных.

– Наверное, надо за ней послать? – я неуверенно посмотрела на скрывающуюся за драпировкой дверь.

– Выспится и придет или ее вытолкают, – она пренебрежительно усмехнулась. – Пойдемте уже. Я есть хочу.

Я все еще сомневалась и, как выяснилось, зря. Едва мы вышли в коридор, как сбоку послышалось шлепанье сандалий. Всмотревшись в рассеивающийся сумрак, я разглядела незамеченную вчера и сегодня утром винтовую лестницу, круто уходящую вверх. По ней, поддерживая шаровары и отирая мокрый красный лоб, к нам спешил Гопал.

Я заинтересованно заглянула ему за спину – крутые ступени заканчивались чем-то вроде балкона на высоте, примерно такой же, как высота потолка в зале. Интересно. Хозяин особняка в курсе, что за ним и его гостями подсматривают?

– Где Каришма? – тем временем поинтересовался Гопал, окинув нас быстрым взглядом.

– Осталась у гостя, – ответила я.

– Хорошо, я разберусь, – Гопал мрачно глянул на хихикающих девушек, отчего смех зазвучал еще громче. – Отправляйтесь в купальни. Госпожи уже провели омовение и сейчас на пудже.

Смеясь и подталкивая друг друга, наложницы поспешили по коридору, а Гопал снова вернулся к лестнице. Может, там тоже есть какой-нибудь коридор?

– Бедный-бедный Гопал-джи, – когда мы уже достаточно отошли, воскликнула обладательница кольца.

– Да уж, остается только наблюдать, как развлекаются другие, – отозвалась та, что хвасталась мужской силой партнера. – Хотел бы быть на их месте, а остается только девушек из постелей вылавливать – вот и все удовольствие – другим пакость сделать.

– То есть, как, хотел бы? – решилась уточнить я. – Он может хотеть?

Услышав меня, девушки чуть не попадали от смеха.

– Откуда только тебя привели?! – воскликнула третья девушка – Он же несостоятелен. Конечно, хотеть он может, а вот сделать… Иначе, кто бы его взял в гарем? Да и мы бы не так скучали.

И девушки снова залились звонким смехом и, подталкивая друг друга локтями, ввалились во двор с фонтаном. К счастью, их шумное появление никого не потревожило – жены, видимо, были на службе, и, дав распоряжение служанкам, девушки побежали в купальни. Мылись они так же, как и мы в храме – по несколько человек. Только мне оставили отдельную ванну.

Как потом сказала Марна, даже когда меня не было в купальнях, все обитательницы гарема обходили ее стороной, боясь умереть из-за отравленной мной воды.

Девушки весело делились впечатлениями о прошедшей ночи, а я неторопливо смывала с себя смрад гостевого зала, оставивший на коже липкие отпечатки.

– Нейса-джи, вы все еще моетесь? – над головой возникло лицо Марны. – Поторопитесь, вас уже ждут госпожи, – она протянула розовое, как рассветное облако, сари, все в мелких серебристых искорках.

Гадая, зачем могла понадобиться, я оделась и поспешила во двор. Жены уже успели закончить молитву и сейчас собрались у фонтана. При моем приближении они расступились, и я увидела стоящее на бордюре большое блюдо.

– Мы собрали супругу подношения. Ты должна их отнести и передать наши послания, – старшая из жен кивнула на запечатанные свитки. – После того, как все исполнишь, зайди ко мне, – она указала на широко распахнутую дверь на втором ярусе.

Тень я видела выше. Значит, не эта женщина принимает тайных гостей.

– Хорошо, госпожа, – ответила я. – Только поднимусь за браслетами.

Хмуро кивнув, она сказала уже мне в спину:

– И ни к чем не прикасайся. Не понимаю, как такую вообще взяли. Она же угроза для нас всех, – еле разобрала я ее бормотание и довольная влетела в свои покои.

Осторожно надела браслеты, погладила по плоскому боку – это все, что у меня осталось от подруги.

Спустившись, потянулась за блюдом и тут же отдернула руки, отстраняясь от старшей жены.

Спохватившись, кого едва не коснулась, женщина отступила.

– Откуда они у тебя? – требовательно поинтересовалась она.

Убедившись, что глупая идея удержать меня, отступила, я снова подошла к блюду.

– Это подарок, госпожа, – ответила я, глядя прямо ей в глаза.

– Твоего господина? – кажется, женщине не понравилась моя дерзость.

– Да, – распрямляясь, просто ответила.

Это разозлило ее еще больше, чем недавний безмолвный вызов и, круто развернувшись, она гордо прошествовала к себе. Я же была уверена, что, если бы она смогла, то сорвала бы с меня браслеты. Да уж, веселая похоже жизнь у тех, кто ниже ее по статусу.

Раздумывая над гаремной иерархией и своем в ней месте, я вновь пошла по украшенному картинами коридору. Интересно, это единственный путь, соединяющий гарем и остальную часть дома.

Уже подошла к дверям в зал, где вчера проходил праздник, но стражники преградили путь.

– Я к господину с посланиями от жен, – сказала я, но они не шелохнулись.

Попробовала пройти, но пики преградили мне путь. Раздумывая, что делать дальше, я рассматривала браслеты и, поймав себя на этом, одернула: «Здесь я не могу пускать их в ход, когда вздумается».

– Вот ты где! – за спиной раздалось громкое сопение. – Куда ты собралась, если не знаешь, как пройти, – отчитывал Гопал. – Пойдем, провожу. Сюда приходят только по приглашению.

Пыхтя, он поднимался по винтовой лестнице, а следом за ним и я.

– Этот путь ведет в личные покои господина, – не оборачиваясь, пояснил он. – Но не думай, что сюда так просто попасть.

Я смотрела по сторонам – здесь не смотрели нагие люди со всех сторон – стены были увешаны яркими коврами с густым ворсом. Показалось, что в одном месте, ковер покачивается, но узнать так ли это было невозможно, и я продолжала подниматься, пока не оказалась на площадке перед очередными дверями.

– Она к господину с посланиями от жен. – сказал Гопал стражникам, и нас пропустили. – Теперь это ее обязанность, – сказал он, прежде чем за нами закрылась дверь. – Пойдем-пойдем. Господин, наверное, уже заждался.

Гопал поспешил по коридору. После картин, ковров, коридор со стенами, украшенными только факелами, показался мрачным, но зато сквозь зарешеченные окна виднелся сад и долетало пение птиц.

Гопал подвел меня к тяжелым дверям и ушел, а я… постучала.

– Войдите, – услышала гулкий голос и толкнула створку.

Господин Марвари сидел с ногами на софе, поочередно просматривал лежащие ворохом свитки и время от времени брал миндаль или кусочки кокоса со стоящего рядом низкого столика.

Хоть я и знала, кого увижу, но все-таки показалось, что передо мной старший из братьев, и дыхание перехватило, но он поднял голову, и морок развеялся.

– А это ты, – рассеянно, как человек, который полностью погружен в свои мысли, сказал он. – Что-то произошло?

– Нет, господин, – скромно опустив глаза, тихо ответила. – Ваши жены прислали подношения, – показывая, я приподняла блюдо.

– А, хорошо, оставь, – он кивнул на столик. – Я рад, что мой подарок тебе понравился, и ты его носишь, – скользнув взглядом по моим рукам, сказал Марвари и взял одно из посланий. Прочитав, отложил, затем следующее и так, пока не просмотрел все.

– И все они хотят меня видеть, – вздохнув, он сказал не мне, а куда-то в пространство. – А я – нет, но придется сделать выбор.

Пока он говорил, я старалась рассмотреть что он читал до моего прихода, но ничего не получалось.

– Господин чем-то расстроен? Получили плохие известия?

Я решила, что проявить обеспокоенность будет уместным, тем более, что это совпадало с моим стремлением показаться новому хозяину скромной и послушной.

– Нет, – он бросил на меня короткий, но внимательный взгляд, я же, не поднимая глаз, рассматривала его сквозь ресницы. – Обычные заботы, – и, словно желая спрятать, придвинул к себе один из свитков.

– Простите, – я постаралась запомнить свиток. Вдруг удастся незаметно пробраться и прочитать.

И следующие слова господина подкрепили мои надежды:

– Перед закатом приходи, я передам ответ женам, – отряхнул пальцы от крошек и продолжил: – Тебе очень идет этот цвет. Ты становишься похожа на Лакшми, но вечером надень что-нибудь более яркое. Иди, змейка, мне пора заниматься делами.

Сложив ладони перед грудью, я поклонилась и ушла – пусть думает, что приручил меня.

Если бы я была обычной девушкой, то, наверное, побоялась бы принести госпожам такое известие, поскольку, после посещения хозяина наложницами, они очень нервничали.

И действительно, когда подошла к фонтану, меня встретили напряженно выжидательные взгляды жен и озорные – наложниц

– Господин сказал, что сейчас он занят, а вечером сообщит, кого он хочет видеть.

Я поклонилась, собираясь подняться к себе, но вперед выступила старшая из женщин:

– Иди за мной. Я хочу задать тебе несколько вопросов, – и, развернувшись, она величественно поплыла в свои покои, а следом неслышно ступала и я.

Мы прошли в большую светлую комнату, и женщина плотно закрыла двери.

– Ты знаешь, что я такая? – повернувшись, она сверкнула черными глазами.

– Да, госпожа, – я осталась стоять на пороге.

В одной из ниш в комнате стояла очень красивая статуя Богини Дурги, а перед ней лежали круглые головки цветов, и горела лампада.

– Я старшая жена и мать наследника, – весомо проговорила хозяйка. – Я здесь самая главная, и ты должна во всем мне подчиняться. Поняла?

– Конечно, госпожа, – почтительно ответила я, размышляя, что она сделает, если стану поступать, как сама считаю нужным.

– За что ты получила эти браслеты? – она кивнула на мои украшения.

– Господин подарил, чтобы я поскорее освоилась, – сдержанно ответила я, сочувствуя этим женщинам, что вынуждены ревниво следить кто и какие украшения получил.

– Если ты была на приеме, то видела, с кем ушел мой муж. Говори!

Она сверлила меня взглядом, словно хотела прочитать мысли.

– Я не знаю, госпожа. Я же ядовита, а гости веселились, и чтобы никто ненароком не умер, меня оставили за дверью, – учтиво ответила я, мысленно смеясь над ее ревностью. Успокаивать и говорить, что ее дрожайший супруг провел ночь один не хотелось совершенно. Что-то мне подсказывало, что она испортила жизнь не одной девушке, а возможно, и не только жизнь.

– Отныне ты будешь следить за тем, кто остается в его покоях и докладывать мне. Поняла?

Я кивнула.

– Также будешь говорить кто и какие подарки получил.

– Да, моя госпожа.

Повелительным тоном и уверенностью в своих силах женщина успела меня порядком утомить. Если когда-нибудь возникнут сомнения в моей смертоносности, то она будет первая, на ком я это продемонстрирую.

– Надеюсь, ты меня поняла. Ослушаешься, и я тебя уничтожу. Иди, – она величественно махнула на дверь.

– С вашего позволения, моя госпожа, – я вышла и аккуратно закрыла за собой дверь.

В своих покоях застала хлопочущую Марну. Она уже успела подмести пол, а сейчас расставляла на столике кушанья.

– Нейса-джи, – служанка испуганно повернулась на скрип. – Вы так долго. Что-то случилось?

– Все в порядке, Марна. Просто выполняла свои обязанности, – я опустилась на настил. – Возьми себе, что хочешь, – поймав блестящий взгляд девушки, предложила я. Как же хорошо, что времена, когда я сама постоянно была голодной, давно закончились. И сейчас с жалостью смотрела, как девчонка набивает рот мягким сыром и пакорами.

Наконец, с трудом сглотнув, она благодарно на меня посмотрела.

– Госпоже еще что-то надо?

– Господин Марвари велел на вечер выбрать более яркое сари. Поможешь?

– Вы идете с ним на встречу? – Марна забавно округлила глаза.

– Только для того, чтобы передать послание для одной из его жен, – ответила я. – Когда вернусь, покажешь мне тот проход, – при этом напоминании, Марна понурилась, но все-таки кивнула. – А теперь, пошли выбирать.

Я поднялась и подошла к шкафу. Я снимала стопки ткани и, разворачивая, прикладывала к себе, а Марна восхищенно смотрела на тонкие, украшенные богатой вышивкой наряды.

День проходил спокойно. Жены сидели поодаль от наложниц, обсуждали здоровье детей и держались преувеличенно высокомерно, но постоянно поглядывали на сбившихся в стайку девушек. Они же, не обращая внимания на косые взгляды, продолжали щебетать, обсуждая, прошедшую ночь.

Я стояла на своем ярусе и наблюдала за госпожами, стараясь выяснить, к кому же из них приходил ночной гость.

Сначала меня заинтересовала молодая женщина – она была бледная, какая-то вялая и все время зевала. Стараясь ее запомнить, я стала присматриваться, но в это время служанка принесла ей малыша и что-то сказала, после чего они все подняли головы ко мне. Интересно, что они хотели увидеть? Как я капаю на ребенка ядом? Женщина встала и поднялись в покои, расположенные выше, чем те, что интересовали меня.

Я продолжала рассматривать оставшихся женщин, а они проводили товарку недовольными взглядами и снова уставились на меня.

Я отошла от ограждения и, когда они отвернулись, снова взглянула вниз. Женщины что-то втолковывали подросшим детям, и при этом показывали на меня. Разумно. Если малышня не станет ходить за мной хвостом, это значительно развяжет руки.

Среди энергичной жестикулирующих выделялась одна. Она казалась менее взвинченной, чем остальные, более умиротворенной, довольной, а на губах время от времени появлялась легкая улыбка.

Я присмотрелась к ней – миниатюрная, миловидная, с глянцевыми черными волосами и удлиненными раскосыми глазами, она выглядела весьма необычно и, хоть и старалась поддерживать оживленный разговор, но все чаще подавляла зевки. Кажется, любительница острых ощущений нашлась. Я улыбнулась и вернулась в свои покои – перекусить и немного отдохнуть. Вечер предстоит долгий.

Проснулась, словно кто-то толкнул в плечо, и увидела Марну. Она стояла перед распахнутым шкафом и рассматривала свернутый кольцами пояс.

– Что ты делаешь? – стараясь говорить ровно, поинтересовалась я.

От неожиданности Марна подпрыгнула на месте и повернулась, пряча руки за спину.

– Я ничего не брала, – попятилась она.

– Руки покажи, – я встала и неторопливо оправила сари.

– Я просто смотрела. У вас такие красивые вещи, – Марна по-прежнему держала руки за спиной.

– Что бы ты ни прятала, чем дольше будешь держать, тем быстрее умрешь.

Готовая вот-вот расплакаться, Марна захлопала ресницами и протянула ко мне дрожащие руки – на раскрытой ладони лежал флакончик духов.

– Положи на место и живо беги мыть руки, может, яд еще не успел впитаться. Пойдешь обратно, принеси воды, надо умыться.

Когда служанка убежала, я задумалась. Надо ее как-то отучить шарить по шкафам. Может порезаться и вправду умереть или в будущем найти что-то, что не предназначено для ее глаз. Взгляд остановился на бутылочке с ядом – что же, придется с ней поделиться.

Я отломила веточку от кисточки винограда и смазала несколько ягод ядом. Надеюсь, что она не умрет, хоть и помучается.

Вернулась бледная Марна и, продолжая дрожать, полила мне на руки из кувшина. Я умылась и посмотрела в осколок зеркала, как заживает лицо, продолжая краем глаза наблюдать за Марной.

При виде отломившейся веточки ее глаза радостно блеснули. Служанка осторожно посмотрела на меня и, увидев, что я сосредоточено изучаю лицо в отражении, затолкала все в рот.

Не желая смущать девочку и чтобы дать ей все прожевать, я повернулась к шкафу и достала приготовленное на вечер сари. Помочь она мне не могла, поэтому я оделась сама и осторожно надела браслеты.

– Передай госпожам, что я скоро вернусь с ответом, – сказала я, а Марна, наскоро проглотив, кивнула.


Глава 16. Новый дом | Королевская кобра | Глава 18. Расследования