home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 18

Странные события

– Кыш! – сказал Глеб дрожащим голосом, будто перед ними был не призрак, а курица.

Увы, призрачное видение не исчезло. Оно даже стало ярче, и комната осветилась. Мало того, призрак двинулся к Глебу явно с нехорошими намерениями. Это уже было слишком. Совсем не соображая, что делает, Глеб нащупал на тумбочке левой рукой пустую бутылку из-под минералки, правой перекрестился и хрипло каркнул, как старая ворона:

– Изыди! Сгинь, нечистая!

А затем пустил в ход свое метательное «оружие». Бутылка пролетела сквозь призрачную человеческую фигуру, врезалась в дверь и разбилась с таким грохотом, что Глебу показалось, будто гостиница вздрогнула. Сияние стало уменьшаться, и вскоре призрак скукожился до пятна размером с футбольный мяч, а затем и вовсе исчез, оставив после себя неприятный запах – то ли болота, то ли прелых листьев.

«Что крест животворящий делает…» – ни к селу ни к городу вспомнилась ему реплика героя одной старой комедии, и Глеб глупо хихикнул. Подождав какое-то время, Глеб поднялся и почему-то на цыпочках пошел к выключателю. Люстра под потолком зажглась неожиданно ярко (вечером она еле тлела), и Глеб почувствовал огромное облегчение. Все его страхи исчезли в момент, словно их и не было.

– Вылезай из своего «бункера»! – Глеб стянул с Федюни одеяло. – Будем похмеляться. Там у нас кое-что осталось.

– В-все… Я в з-завязке. Б-больше н-не пью… – напарник дрожал как осиновый лист. – Иначе к-крыша поедет…

Похоже, Федюня на сей раз решил, что у него глюки. «Ладно, пусть его, – подумал Глеб. – А я выпью. Потому что меня начинает знобить… Интересно, что это было? В привидения я не очень-то верю, скорее, это какое-то физическое явление…»

Едва он выпил рюмку коньяка, как в дверь постучали. «Кто бы это мог быть?» – удивился Глеб. И пошел открывать.

В коридоре стояла дежурная администраторша весьма преклонного возраста. Глеб, увидев ее вечером, даже подивился: почему владелец гостиницы не взял на работу, как это заведено у нынешних буржуев, молодую красотку, у которой ноги растут от ушей?

– У вас все в порядке? – спросила женщина, бросив любопытный взгляд на стеклянные осколки, которые Глеб так и не удосужился убрать.

– В общем… да, – ответил Тихомиров-младший.

Администраторша скептически улыбнулась и предложила:

– Если хотите чаю, то спускайтесь ко мне на первый этаж.

С этими словами она развернулась и ушла. А ведь ей что-то известно, вдруг понял Глеб. Чай – это предлог для общения. Интересно…

– Пойдем пить чай, – сказал Глеб напарнику, когда смел с пола стеклянный бой и выбросил его в урну. – Нас угощают.

– Чай? – Федюню все еще знобило. – Ч-чай это х-хорошо…

Комнатка дежурной администраторши была крохотной, но по-домашнему уютной. Чай она заваривать точно умела: он был крепкий и ароматный. Наверное, женщина добавляла в него какие-то травки.

– А меня зовут Анна Никитична, – сказала она, когда Глеб и Федюня назвали свои имена.

Когда была выпита первая чашка, Анна Никитична вдруг спросила:

– К вам приходил Он?

Федюня поперхнулся на последнем глотке. Глеб, который предполагал нечто подобное, усмехнулся и ответил несколько неопределенно:

– А мы думали, что нам мерещится…

– Все так думают. Все, кому Он является.

– О как… Выходит, Он не к каждому благоволит?

– Только к тем, кто приезжает в Чернигов искать клады.

Глеб смешался. Стараясь не подавать виду, он неторопливо налил в чашку заварку, добавил кипятку, а затем спросил:

– Я похож на кладоискателя?

– Вы – не очень. А вот ваш товарищ… – Анна Никитична повернулась к Федюне, который следил за ней как завороженный. – Федор, сознайтесь, что вы любитель приключений.

– М-м… – промычал Федюня, пряча глаза.

За него поторопился ответить Глеб:

– Вы почти угадали. Мы археологи. В основном находим черепки. Но ежели подвернется клад… не буду лукавить, такая находка нас очень радует.

– Только не в Чернигове.

– Почему?!

– О, это давняя история…

– Расскажите, – попросил Глеб. – Если, конечно, это вас не затруднит.

– Я на смене. Так что беседа с вами для меня сплошное удовольствие. Быстрее время пробежит…

Анна Никитична долила воды в чайник и включила его; судя по этим приготовлениям, она намеревалась говорить долго.

– Дело в том, что в Чернигове много различных находок связано с именем гетмана Полуботка, – начала она свой рассказ. – Чернигов – его вотчина. В 1978 году, неподалеку от Успенского собора Елецкого монастыря, во время земляных работ был случайно найден фамильный склеп Полуботков. В просторном каменном помещении, выложенном из кирпича, находились четыре деревянных гроба – один детский и три взрослых. На крышках двух гробов для взрослых головками бронзовых гвоздей были нанесенные узоры, а напротив лиц мертвецов сделаны круглые стеклянные вставки. На одной из крышек был прибит большой серебряный крест. Текст гравировки на поверхности креста свидетельствовал, что в том гробу покоился прах Леонтия Полуботка, родного отца гетмана Павла Полуботка. Там же была найденная небольшая металлическая икона. На одной ее стороне просматривалось изображение казака, державшего за повод оседланного коня; став на одно колено, казак склонил голову перед иконой на стволе дерева. А на второй стороне иконы был вычеканен образ Богоматери с грудным ребенком и ангелами вокруг нее…

Анна Никитична перекрестилась.

– Царствие им небесное… – Она ненадолго умолкла, словно восстанавливая в памяти давние события, затем продолжила: – Другую часть находок составили два нательных серебряных креста, каждый из них настоящее произведение ювелирного искусства, серебряная застежка в виде двух цветков и кусочки почти полностью истлевшей обуви. Найденные ценности были переданы в фонды Черниговского архитектурно-исторического заповедника. Откуда мне это известно? В свое время я работала в заповеднике… – Анна Никитична ностальгически вздохнула. – Господи, как это недавно и как давно это было!

Глеб и Федюня тактично промолчали.

– В общем, кто, кроме Леонтия Артемовича Полуботка, был похоронен в склепе, установить не удалось… – Анна Никитична налила себе чаю и отхлебнула несколько глотков. – Но на этом история с находками в склепе Полуботков не закончилась. Дело в том, что когда-то в помещении этой гостиницы находился филиал архитектурно-исторического заповедника. Здесь работали эксперты и реставраторы и находился склад артефактов. Потом находки распределили: часть отправили в музей, остальные – в специальное хранилище на другом конце города. Поэтому все вещи, найденные в склепе Полуботков, поначалу привезли сюда. Тут-то и произошла странная история, о которой знают очень немногие.

Анна Никитична порылась у себя в сумочке, достала сигареты и закурила.

– Вот… курю, – сказала она виновато. – Врачи запрещают, а я, старая дура, никак не могу избавиться от этой скверной привычки. Как начинаю волноваться, так и… – Анна Никитична сокрушенно вздохнула. – На чем я остановилась? Ах, да, история с исчезновением… В общем, где-то спустя неделю после того, как гробы (скорее, то, что от них осталось) оказались здесь, специалисты начали с ними работать – осмотр, консервация, подготовка к длительному хранению и прочее. Можете представить их удивление, когда они обнаружили, что один из гробов пуст! Между прочим, на него реставраторы возлагали особые надежды, так как гроб – единственный из всех – оказался в хорошей сохранности, а через стекло (правда, оно было очень мутным) просматривался не череп, а голова мумии. И эта мумия исчезла! Был такой переполох… Даже милицию вызывали. И ничего. Все пломбы оказались целыми, замки никто не вскрывал, сигнализация не срабатывала… Короче говоря, мистика. Так сказал наш бывший шеф… помер он намедни… хороший был человек, порядочный. Таких начальников теперь днем с огнем не сыщешь. Сказал «мистика», будто в воду глядел. Где-то через полгода в филиале началась самая настоящая чертовщина. То загремит в комнатах что-то, то бумаги загорятся ни с того ни с сего, то со стеллажей чья-то невидимая рука сбросит все, что на них лежало, то краны в туалете сами откроются и вода зальет все этажи… Наши девушки боялись ходить на работу. Да что на работу – в туалет шли гуртом! Кто-то из них, пользуясь своими связями, брал больничный, а некоторые даже уволились…

На втором этаже что-то стукнуло. Глеб, увлеченный ее рассказом, вздрогнул. Анна Никитична умолкла на полуслове и прислушалась. Но стук больше не повторился, и она успокоилась.

– Но тут нам повезло – здание решили поставить на капитальный ремонт. Нас перевели в другое помещение, ремонт, как это обычно бывает, затянулся, затем началась «перестройка», стройматериалы разворовали, и в конечном итоге городское начальство, в основном занятое своими личными проблемами, перестало интересоваться старым обветшалым домом, который требовал больших финансовых затрат. И лишь недавно нашелся богатый человек, который выкупил здание, реставрировал его, и теперь тут гостиница. Но едва в номерах поселились первые постояльцы, как явился Он. И как его изгнать, не знает никто.

– Кто это – Он? – спросил Глеб.

– Я предполагаю, что эта исчезнувшая мумия, – твердо ответила Анна Никитична.

– Послушайте, вы это серьезно?

– Вполне.

– Но это же бред!

– Этот «бред» вы уже имели возможность лицезреть. Не так ли? – Она посмотрела на Федюню, которого опять бросило в дрожь.

– Ы-ы… – Кладоискателя снова переклинило; похоже, он обладал чересчур развитым воображением, и слова Анны Никитичны превратились перед его мысленным взором в зрительный образ.

– Да, мы наблюдали необычное явление, – ответил Глеб. – Но объяснений ему может быть множество. К примеру, шаровая молния – в этот момент неподалеку шла гроза.

– Ах, молодой человек… – Анна Никитична покачала головой. – Как вы думаете, зачем меня, старую грымзу, взяли в такую шикарную гостиницу администратором? Добавлю – ночным администратором. (Я работаю только по ночам.) А затем, что более молодые и симпатичные бросают все и в ужасе сбегают. Жить хотят. Ну а мне чего бояться? Моя жизнь уже позади. Однако… – Тут она нахмурилась. – Однако странно…

– О чем вы?

– До сих пор Он бродил по коридорам. В номера не заглядывал. Сначала гас свет, а затем появлялось и его величество, весь в сиянии. Я видела несколько раз.

– Вы упомянули ранее, что Он являлся только кладоискателям? Следовательно, Он все-таки заглядывал в их номера?

– Нет. Встречи происходили в коридоре. Возможно, Он предупреждал, чтобы они не совались в его владения.

– Если бы я своими глазами не видел НЕЧТО, то никогда б не поверил тому, что вы рассказали. При всем уважении к вашим сединам. Уж извините за прямоту. Не скрою, с мистическими явлениями я уже сталкивался. Но все они, по моему мнению, имели физическое объяснение. Поэтому я считаю, что и этот призрак из той же серии. Кто-то вас всех (и нас тоже) дурачит. Как он это делает, сказать трудно. При современной технике можно и не такое отчебучить.

– Это ваше дело, верить или нет. Я рассказала, что знала. Но с той поры, как появился Он, клады находить практически перестали. Последние раскопки проводились в Детинце в 1985 году. Нашли три позолоченные чаши и ювелирный набор. А после этого – как обрезало. Наверное, Он хочет, чтобы сокровища остались в земле.

– Огромное вам спасибо, Анна Никитична. То, что вы нам рассказали, весьма интересно и познавательно. Только не сердитесь на нас и не обижайтесь. Молодость отличается от зрелости шапкозакидательскими настроениями. Так устроен мир. Что ж, нам пора. Уже светает. Спасибо вам за чай. Он у вас просто потрясающий. И будьте здоровы.

Они вернулись в номер. Федюня выглядел обалдевшим. Он глупо хлопал ресницами и, прежде чем прилечь, осмотрел все углы и заглянул в душевую.

– Не дрейфь, пехота! – бодро сказал Глеб. – Прорвемся. Теперь будем спать, не выключая свет. И потом, нам ли бояться привидений? Мы ведь всегда ходим на грани между реальным миром и далеким прошлым, которое вполне может быть совершенно фантастическим, не таким, как его описывают историки-прагматики. А старушка – большая сказочница. Но очень приятная дама.

– Я предпочитаю по грани не ходить, – огрызнулся Федюня.

– Тогда что ты предлагаешь?

– Съехать отсюда. Мало ли в Чернигове других гостиниц без всякой чертовщины.

«Знал бы ты, парниша, почему я здесь, – подумал Глеб. – Тогда этот никчемный гостиничный призрак показался бы тебе милым дядюшкой…»

Они спали до обеда. Притом так крепко, что призрак мог преспокойно сплясать канкан на столе, но и тогда кладоискатели вряд ли проснулись бы. Приняв душ и перекусив, они сели решать, что им делать дальше.

– Надо идти к деду Нечаю, – сказал Федюня.

– А это кто еще?

– Так он и подсказал мне, где нужно копать.

– Вот прямо так взял и подсказал? И ты сразу попал, что называется, в «яблочко»…

– Ну да. А что тебя удивляет?

– Все, – прямо ответил Глеб. – Что-то в нашем деле слишком много наворочено разных «случайностей». Даже то, что мы остановились в этой гостинице. Вспомни: таксист даже не спросил, где мы желаем остановиться, а привез сюда и сказал, как отрезал: «Здесь». И что самое удивительное, его действия нам почему-то не показались странными. Извини, но я в случайности не верю. Предопределенность – да, так бывает. Но глупый случай снисходит в основном к глупцам. Ты же не считаешь себя идиотом?

– Так ведь все очень просто! Когда я приехал в Чернигов, то сразу же пошел искать дешевое жилье. Это мы с тобой козырные – благодаря твоим денежкам, живем в гостинице. А тогда у меня в кармане бегала вошь на аркане. Денег было всего ничего. Мне подсказали, что самое дешевое жилье недалеко от центра можно снять на Кавказе…

– То есть?..

– Кавказ – это такой микрорайон под Детинцем, у пристани, – объяснил Федюня. – Сначала там была солдатская слободка, а потом в ней поселили пленных после ермоловской кампании на Кавказе. Отсюда и название. Так в поисках пристанища я и очутился в доме деда Нечая. Он живет на улице Быдлогонной.

– Хорошее название, – улыбнулся Глеб.

– На самом деле улица называется Новой. Это ее аборигены по привычке именуют Быдлогонной. До революции половина города гнала скот на выпас через Кавказ, именно по этой улице.

– Тогда зачем нам зря голову ломать? Съездим к этому деду Нечаю. Гляди, посоветует что-нибудь толковое.

Глеб рулил по городу с дрожью в душе. А что если дед Нечай – тот самый старьевщик-«запорожец»? Уж больно складная – подозрительно складная! – история получается…

Когда напарники оказались на месте, у Федюни от изумления отказала речь. Он лишь тыкал указательным пальцем в сторону старой нежилой развалюхи и беззвучно разевал рот – как большая рыбина, вытащенная рыбацкой сетью на берег. Хата была настолько древней, что непонятно, как она держалась и почему до сих пор не рухнула. Двор сильно зарос бурьяном, а единственная тропинка вела к колодцу с дубовым срубом; наверное, в нем была очень хорошая вода, которую брали жители соседних домов, большей частью добротных и вполне современных.

– Тебя что, переклинило? – спросил Глеб. – Ну и где твой дедушка Мазай?

– Н-нечай… – поправил его Федюня.

– Да мне один хрен, как его зовут! Испарился твой дед. Его тут и не было. И ты хорош… Сусанин! В такие дебри завел меня, простофилю, что мама не горюй. Ты сколько принял на грудь, когда знакомился с этим Нечаем?

– Глеб, гад буду, трезвым был, как стеклышко! Ничего не понимаю… Дом вроде тот самый, но тогда он был поновей. И плетень стоял, а теперь одни колья…

– Ладно, чего гадать. Давай поспрашиваем соседей. Что они скажут. Уважаемая, можно вас на минутку! – позвал Глеб женщину в годах, которая ковырялась неподалеку в огороде. – Здравствуйте!

– Добрый день добрым людям, – ответила женщина, подходя к забору и на ходу вытирая о передник измазанные землей руки.

– Скажите, пожалуйста, где хозяин этого дома?

– Далеко, – ответила женщина.

– Адрес не подскажете?

– Могу даже показать. – Женщина улыбнулась и ткнула пальцем в небо. – Дед Нечай на небесах уже лет восемь. А вы кто будете, родственники?

– Как вам сказать… – замялся Глеб, не найдя, что ответить.

– Значит, покупатели, – констатировала женщина. – Хотите купить участок деда Нечая? Тогда вам нужно обратиться в исполком. У деда не было родни (по крайней мере, никто так и не объявился), поэтому его земля и отошла государству.

– Нет, мы не родственники… и пока не покупатели, – почти честно сказал Глеб. – Просто… интересуемся.

– Зря интересуетесь.

– Почему?

– А как доходит дело до оформления документов, так покупатель дает обратный ход. Сколько раз так было. Заговоренное это место.

– Кем?

– Дедом Нечаем. Он был колдуном. Ну да, вы, молодые, в колдунов не верите… но я говорю правду. Зла никому он не делал, а лечил многих. Меня вот тоже… Как со спиной начались проблемы, так дед Нечей пошептал немного, на позвоночник нажал – ох, как больно было! – что-то хрустнуло, и с той поры (тьху, тьху!) я про спину забыла. Когда он умер, мы всем Кавказом его провожали в последний путь. Хороший был человек… хоть и колдун.

– Понятно… – Глеб мельком глянул на Федюню; его напарник стоял как с креста снятый – бледный до синевы. – Что ж, спасибо за информацию. Здоровья вам. Всего доброго!

Когда садились в машину, Глебу вдруг почудилось, что подворье деда Нечая начало на глазах преображаться. Будто кто-то невидимый снял с живописной картины мутную пленку, предохранявшую полотно от пыли, и она заиграла яркими, свежими красками. А уж хата и вовсе стала новой. Даже дым над трубой появился.

Глеб закрыл глаза и тряхнул головой, прогоняя наваждение.

– Ты видел? – услышал он голос Федюни.

– Что?

– Ну, это…

– А точнее можешь?

– Нет… я ничего. Поехали отсюда… – В голосе Федюни послышалась мольба.

«Эк его достало, – подумал Глеб. – Похоже, и ему привиделся тот же мираж. Чудеса…»

Он пересилил себя и посмотрел на хату деда Нечая. Она по-прежнему представляла собой печальное зрелище – одряхлевшая, никому не нужная уродина, крытая гнилой соломой.

– Я не мог ошибиться… Не мог ошибиться… – бормотал Федюня, тупо глядя перед собой.

– Ладно тебе, – сказал Глеб бодрым голосом. – Закрываем эту тему. В нашей профессии случаются и не такие чудеса. Я уже проходил подобные «университеты». Как-нибудь расскажу.

– Но ведь должно же быть какое-нибудь объяснение всех этих непоняток?!

– Должно. Но пока его нет. Однако я думаю, что скоро все станет на свои места.

– Почему ты так уверен?

– Потому как мне известно больше, чем тебе. Только не спрашивай, что именно! Найдем мы этот клад, будь спок. В жизни не бывает случайностей, Федя. Она изобилует закономерностями. Правда, многие из них остаются непонятыми нами.

– А ты можешь перевести, что сказал, со своего умного языка на мой, простонародный?

– Могу. Делай, что должно, и будь что будет. Наше дело искать. И мы найдем. Вот и вся философия настоящего кладоискателя. Все остальное – от лукавого.

– Но я могу поклясться, что видел деда Нечая, разговаривал с ним! Ведь это он указал мне место, где лежит клад. Он!

– Я могу тебя утешить. Ты просто видел вещий сон. С красочными и очень живыми подробностями. Такое случается. Давай на этой версии и остановимся. А кстати, какая нечистая занесла тебя в Чернигов? Ты ведь, насколько мне помнится, обычно копал в других краях. И между прочим, года два назад – я теперь вспомнил – ты как-то сказал, что на Украину ни ногой. Что-то тут у тебя не сварилось. Было такое?

– Было… – нехотя признался Федюня. – Менты в Крыму поймали. Так отметелили, что едва дуба не врезал. Чистое зверье. Они там своих крышуют, а я влез. Вот и получил.

– Да, в Крыму есть хорошие места… Но без протекции там делать нечего. Я сам однажды еле ноги оттуда унес. А все равно тянет. В Крыму для нашего брата золотое дно. Там столько всего в земле лежит… Но увы и ах. Ладно, это к слову. Так что тебя подвигло приехать на раскопки в Чернигов?

– Ну, не знаю… – не очень уверенно ответил Федюня. – Потянуло – и все.

– А если подумать?

– Что ты ко мне пристал? – вдруг рассердился Федюня. – Говорю тебе, пришла мысль в голову, взял и поехал. И в общем-то, не прогадал. Если бы не эти козлы со своими аттракционами…

Глеб решил оставить расспросы на потом. Федюня явно что-то не договаривал. Но что?

Они решили еще раз съездить на заветное место. Нужно было внимательно осмотреть окрестности и поискать пустоты. Глеб имел для этого соответствующее оборудование – детектор аномалий EXP 5000, который отец привез из Англии.

Детектор влетел в немалую копеечку, но стоил того. Кейс с контрольным блоком управления, блоком питания и зарядным устройством, а также видеоочки со встроенными наушниками и телескопическую штангу с антенной для обнаружения тоннелей Глеб оставил в сейфе гостиницы – так сказать, «во избежание». Тихомиров-младший не очень доверял гостиничной охране – ЕХР 5000, случись кража, был бы для воров чересчур лакомым кусочком.

Днем в гостинице все встало на свои места. За конторкой администратора сидела молодая девица: в шикарном прикиде, с ногтями, как у голливудского монстра Фредди Крюгера, и с ресницами, как у сказочной Мальвины – необыкновенной длины и пушистости. Она выдала Глебу детектор, одарив его профессионально цепким взглядом, а затем сказала:

– Вам письмо.

– Мне? – удивился Глеб. – Вы не ошиблись?

– Ни в коей мере. Вы ведь Тихомиров Глеб Николаевич, не так ли?

– Так.

– Тогда получите… – С этими словами девушка достала из почтовой ячейки большой конверт и вручила его Глебу.

Заинтригованный Тихомиров-младший уселся в фойе на кожаный диванчик, вскрыл конверт и достал оттуда сложенный вчетверо… лист пергамента! Развернув его, Глеб почувствовал, как к лицу прихлынула кровь – он держал в руках старинную карту Чернигова с изображенными на ней тоннелями, которые были прорисованы тонкими линиями. И это была карта именно того места, где, по уверениям Федюни Соколкова, находился клад!


Глава 17 Фальшивомонетчик | Золото гетмана | Глава 19 Гайдамаки