home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 8

Хочешь, можешь, можешь, хочешь

Ты пуститься с нами в пляс

Льюис Кэрролл. «Приключения Алисы в Стране чудес» [16]

Гостиница «Корона» своими размерами была под стать самому поселку: маленькая, уютная — в таких обожают останавливаться на выходные любовники. Вывеска на стене сообщила Фенну, что когда-то, в шестнадцатом веке, здесь был постоялый двор, который приобрел новый блеск в 1953 году, когда к нему пристроили дополнительные спальни. Обеденный зал с дубовыми балками под потолком обеспечивал комфортабельное размещение пятидесяти посетителей, во всех шестнадцати спальных комнатах имелись радио и телевизор, а в некоторых, кроме того, и собственные душевые. Вывеска также сообщила Фенну, что администрация гарантирует ему хорошую пищу и любезное обслуживание и с большим удовольствием приглашает его в отель «Корона». «Спасибо, — про себя поблагодарил он, — но не думаю, что задержусь здесь».

Фенн заметил, что бар слева открыт, но решил, что половина одиннадцатого рановато для пива Пахнуло ароматов утреннего кофе, с улицы, гуляя, зашла случайная пожилая пара и тут же исчезла в баре, словно запах кофе, как пение сирен, приманивал престарелых.

— Мистер Фенн?

Фенн обернулся и увидел седого, но с моложавым лицом мужчину, улыбающегося ему из дверей за вестибюлем.

— Мистер Саутворт?

— Да, это я. — Седой человек вышел на обозрение и протянул руку к раскрытой двери, приглашая репортера тоже войти внутрь.

Решив, что подмигнуть, пожалуй, будет слишком игриво в присутствии ее работодателя, Фенн признательно кивнул хорошенькой девушке-портье, которая вызвала для него администратора.

— Очень хорошо, что вы пришли, мистер Фенн. — Саутворт подал твердую ладонь, и репортер коротко пожал ее, прежде чем войти в комнату. Там другой мужчина встал со стула и протянул руку к диафрагме Фенна. Репортер пожал пухлую ладонь и подавил желание вытереть влагу о штанину.

Администратор гостиницы тихо прикрыл дверь, обошел большой, обтянутый кожей письменный стол и сел. На Саутворте был черный костюм со светло-серым жилетом и серый шелковый галстук. При ближайшем рассмотрении его лицо не казалось таким молодым, хотя кожа была гладкой, если не считать предательских морщинок вокруг глаз и в уголках рта Фенн и второй мужчина заняли два стула напротив.

— Это мистер Таккер, — сказал Саутворт.

Мистер Таккер кивнул, и на одно неловкое мгновение Фенну подумалось, что придется снова пожать потную руку, но толстяк только кивнул, и его улыбка плохо сочеталась с глазами-буравчиками, уставленными на репортера.

— Мистер Таккер живет в Бенфилде… сколько, Родни?.. Уже десять лет, — продолжил Саутворт.

— Одиннадцать, — поправил тот.

— Да, одиннадцать лет. Это, если можно так сказать, очень уважаемый член нашего общества.

Таккер приосанился, и Фенн внутренне содрогнулся от самодовольной улыбки на обрюзгших губах. Он заметил тяжелые золотые браслеты на толстых запястьях, перстни (один просто огромный) на жирных пальцах, и задумался, сколько лишних фунтов все это добавляет к весу толстяка.

— Ты очень любезен, Джордж. — В голосе Таккера слышался северный акцент. — Я владелец местного супермаркета, — сказал толстяк, повернувшись к репортеру.

— Прекрасно, — ответил Фенн.

Таккер одно мгновение рассматривал его, не вполне уверенный, как следует понимать эту реплику. Но потом решил, что репортер говорит искренне.

— Вчера вечером я прочитал вашу чудесную статью в «Курьере», мистер Фенн. Первосортный репортаж.

— Очевидно, потому вы и захотели увидеться со мной сегодня утром?

— Да, именно, — кивнул Саутворт. — Как вы сами можете представить, к воскресному вечеру слухи и так распространились по округе, но ваш репортаж придал происшествию особую известность в нашей области. И мы благодарны вам за это.

— Возможно, преждевременно.

— Простите?

— В ближайшие недели моя статья может привлечь в ваш город много нежелательных гостей, поскольку национальные средства информации тоже передали эту историю.

Фенн заметил, как двое мужчин переглянулись. Глаза Таккера блеснули, но Саутворт остался невозмутим.

— Недели, — проговорил администратор, — но, к сожалению, не месяцы.

— К сожалению?

Саутворт наклонился в своем кресле, собрал в горсть лежащие на столе карандаши и, поигрывая ими, некоторое время холодно рассматривал репортера.

— Позвольте мне быть с вами предельно откровенным, мистер Фенн. Конечно, я слышал, что произошло в церкви Святого Иосифа, но не отнесся к этому с большим доверием, и даже, боюсь, особым вниманием. Вполне естественно, что я принял историю за нелепое преувеличение или — скажем прямо — за утку. Но когда вчера вечером мне позвонил мистер Таккер и я нашел возможность прочесть ваш репортаж о событии, должен признать, я серьезно задумался. После встречи с мистером Таккером я убедился, что данное событие может получить огромный резонанс.

— Еще пара недель, как я уже говорил, — и все стихнет. Когда дело касается новостей, публика весьма непостоянна людям главное — узнать что-нибудь свеженькое.

— В том-то все и дело.

Фенн приподнял брови.

Саутворт наклонился и положил локти на стол, по-прежнему сжимая обеими руками ручку, как перила хрупкого мостика через пропасть. Он заговорил медленно, произнося слова с особым выражением, словно придавал крайнюю важность тому, чтобы их восприняли так, как следует.

— Вряд ли нужно говорить вам, что мир сейчас находится в тяжелой депрессии. Экономические трудности больше не удел отдельных стран — они глобальны. И страдают от них простые люди, мистер Фенн, а не континенты, не страны. Главный удар от неудач в управлении миром приходится принимать на себя обычному человеку.

Фенн заерзал на стуле.

— М-м-м, я не вижу связи…

— Разумеется, мистер Фенн. Извините. Позвольте мне говорить прямо. Наш городок мал — в действительности это поселок, — и именно мы, маленькие городки и поселки, больше всех страдаем от неудачной политики правительства Никто не субсидирует нашу местную промышленность и местный бизнес, потому что по отдельности наши убытки незначительны в сравнении с теми, что терпят большие объединения национализированной индустрии. Наш местный бизнес умирает, мистер Фенн. Сам Бенфилд постепенно умирает.

— Неужели все так плохо?

— Нет, возможно, я слишком сильно выразился. Все не так плохо, но пройдет несколько лет — и все будет именно так. Если не остановить загнивание.

— Но я так и не понимаю, какое отношение это имеет к случившемуся в воскресенье.

На самом деле Фенн уже начал, понимать, но догадка лишь слегка забрезжила.

Таккер поелозил своей мощной кормой по Сиденью и набрал в грудь воздуха, — словно собираясь что-то сказать. Саутворт поспешно вмешался, будто испугавшись, что коллега может неправильно выразить мысль.

— Возможно, вы уже достаточно ознакомились с Бенфилдом, чтобы составить мнение об этом месте, мистер Фенн.

— Не скажу, что составил. Я проезжал здесь пару раз примерно за неделю до того, как чуть не сшиб девочку Пэджеттов, и, откровенно говоря, никогда не задумывался о вашем городке.

— А теперь?

— Довольно милое местечко. Вполне…

— Но ничем не примечательное.

— Да, можно сказать так. На юге много других городков и поселков, более живописных.

— И более привлекательных для туризма?

Фенн кивнул.

— Именно. Мы, как общество, действительно не много можем предложить. Летом эта гостиница заполнена, но мои постояльцы пользуются ею лишь как базой для поездок по Суссексу или в Брайтон и на другие курорты южного побережья. Доходы Бенфилда минимальны. Да, лично я хотел бы вложить больше денег в развитие нашего городка, если бы мог рассчитывать на возврат вложенных средств. Знаю, и мистер Таккер думает так же, но тоже не хочет пускать деньги на ветер.

— И не только мы, мистер Фенн, — наконец вставил слово Таккер. — Многие здешние бизнесмены ищут возможности для инвестиций.

— Простите, я не совсем вас понял. О каких инвестициях вы говорите?

— Я, например, — сказал Саутворт, — очень хотел бы открыть новую гостиницу. Современную, более комфортабельную, чем «Корона». Возможно, также и мотель на окраине — это было бы удобным для приезжающих ненадолго предпринимателей.

— А я бы открыл новые магазины, — с энтузиазмом проговорил Таккер, — может быть, парочку недорогих ресторанов — знаете, таких, где родители на время отлучки могли бы оставить детей.

— И окрестные земли требуют освоения, — продолжил Саутворт. — Поселок мог бы расти, расширяться, стать настоящим городом.

«А заодно принести вам и вашим друзьям кое-какие барыши», — уныло подумал Фенн.

— Хорошо, — сказал он, — я понял, к чему вы клоните. Но так и не возьму в толк, какое отношение это имеет ко мне. Когда мой редактор позвонил мне вчера вечером, то сказал, что вы, мистер Саутворт, хотите встретиться лично со мной, что у вас есть дополнительные сведения о Бенфилдском «чуде», — я полагаю, так вы ему сказали, а не он сам придумал. Поскольку вы не захотели ничего сообщать ему, он решил, что мне имеет смысл утром приехать сюда. Он был прав?

И снова те двое переглянулись, на сей раз осторожно.

— Мы считаем, что ваш репортаж о том, что произошло в церкви Святого Иосифа, — это первоклассная работа, мистер Фенн. Точная в подробностях и заставляющая задуматься над поставленными вопросами.

Таккер в знак согласия издал невнятный звук.

О да, подумал Фенн и спросил:

— Над какими вопросами?

— Ну, на самом деле, над сопоставлениями. Это и побудило мистера Таккера связаться со мной как с председателем местного совета. Вы сравнили Бенфилд с Лурдом. И, по сути, дела задали вопрос может ли Бенфилд стать вторым Лурдом? — Саутворт положил ручку на стол и ласково улыбнулся репортеру.

— Признаюсь, я малость увлекся.

— Вовсе нет, мистер Фенн. Напротив, мы нашли эту фразу очень глубокомысленной.

Над головой Фенна ярко вспыхнул метафорический нимб. Он понял, к чему все идет, но не видел, в чем заключается его собственная роль.

— В Лурде случилось не одно так называемое чудо, мистер Саутворт. Если говорить серьезно, я думаю, Бенфилд вряд ли способен на такое. А вам как кажется?

— О, я думаю, способен. Посмотрите на наши Уолсингем и Эйлсфорд. Они стали святынями для ежегодного паломничества многих тысяч. Что касается Эйлсфорда, никто так и не уверен, было или нет там в действительности пришествие Пречистой Девы, многие считают, что на самом деле это случилось во Франции. Кроме того, ни в одном из этих городов не происходило никаких эффектных чудес, и все же они манят какой-то таинственностью, люди съезжаются туда, убежденные, что это святые места. А мы, по крайней мере, имеем свидетельство совершенно необычайного случая в церкви Святого Иосифа: после нескольких лет безмолвия девочка обрела способность слышать и говорить.

— Да, случай необычайный, но это не обязательно чудо, — вмешался Фенн.

— Вам известно одно из лучших определений чуда — «ниспосланное свыше исключение»? Думаю, оно очень подходит к данному случаю.

— «Ниспосланное свыше»? А не требуется ли этому какое-то свидетельство?

— Церкви, конечно, требуется. Но девочка заявила, что видела Пречистую Деву — с чего бы ей лгать?

— А с чего бы вам верить ей? — немедленно парировал Фенн.

— Думаю, это не имеет отношения к делу, поверили мы или нет. Будучи католиком, сам я, возможно, более склонен поверить, чем мистер Таккер, но, как уже сказал, это не относится к делу. А вот многие тысячи — кто знает, возможно, миллионы, если слух распространится достаточно широко, — поверят. И захотят посетить церковь Святого Иосифа.

— Тем самым вдохнув в умирающий поселок новую жизнь.

— Разве это так плохо?

Фенн помолчал, прежде чем ответить.

— Нет, возможно, в этом нет ничего плохого. Но, извините, должен сказать, что с вашей стороны это звучит несколько цинично.

Таккер больше не смог сдерживаться:

— Мы живем в реальном мире, мистер Фенн. Когда представляется удачная возможность, нужно хвататься за нее.

Саутворт как будто смутился.

— Постой, Родни, все не так просто, не надо представлять все только черным и белым. Я глубоко верю, мистер Фенн, что в церкви имело место нечто… Я не решаюсь употребить это слово, но чувствую, что без него не обойтись: нечто божественное.

Нечто ниспосланное Богом. А раз так, значит, на то была причина. Возможно, настоящее чудо заключается в том, что Бенфилду дан шанс возродиться. И людям дан шанс самим воплотить в жизнь свои надежды. Шоу писал: «Чудо — это событие, создающее веру». Почему бы не создать или не возродить веру здесь?

Фенн пребывал в замешательстве. Саутворт как будто говорил искренне и в то же время не скрывал финансовой заинтересованности в возрождении Бенфилда. И толстяк Таккер не утаивал своих мотивов: его тоже интересовали деньги. Но что, по существу, им нужно от него, Фенна?

— Ценю вашу прямоту, мистер Саутворт, но я так и не понял, зачем вы все это мне говорите.

— Затем, что мы бы хотели, чтобы вы продолжали писать о так называемом Бенфилдском чуде. — Глаза Саутворта уперлись в Фенна с серьезным, почти торжественным выражением — Ваша статья уже вызвала огромный интерес. Не знаю, заходили ли вы в церковь Святого Иосифа сегодня утром…

Фенн покачал головой.

— Я сам уже заходил к отцу Хэгану, — продолжал Саутворт. — Его не было, но его дом осаждала армия ваших коллег журналистов.

— С Флит-стрит?

— Думаю, да Я поговорил с ними, но, к сожалению, для меня это невероятное событие покрыто мраком. Мне нечего было рассказать им.

«Держу пари, ты все же умудрился», — подумал Фенн.

— Что ж, теперь вы можете быть уверены, что Бенфилдское чудо получит достаточное освещение. Может быть, даже более чем достаточное. — Репортера несколько опечалило, что большие ребята отнимают то, что он считал своей находкой, но он знал — всегда знал, — что это неизбежно.

— Наверняка на день-два. Как вы сами сказали, публика капризна, когда дело касается новостей, и такова же пресса.

Снова подал голос Таккер:

— Это слишком чудесная история, чтобы дать ей кануть в небытие через два дня, мистер Фенн.

Репортер пожал плечами:

— С этим ничего не поделаешь. Если, конечно, не случится что-нибудь еще…

«Если что-нибудь не случится, если что-нибудь не случится! Что не устраивает этого идиота?» Левым каблуком Таккер нетерпеливо заелозил по красному узорчатому ковру. Он пытался убедить Саутворта иметь дело с серьезными людьми, а не путаться с местной мелюзгой. Люди с Флит-стрит могли максимально раскрутить рекламу прямо сейчас, по горячим следам, но Саутворт слишком беспокоился, что потом, когда в церкви больше ничего не будет происходить, интерес спадет. И убедил прочих, что постоянно поддерживаемые и подогреваемые сообщения дадут больший эффект в долговременном плане, в то время как массированное сенсационное освещение принесет пользу лишь на краткий период. Опекая «Курьер», они могут надеяться на постоянный интерес В конце концов, эта газета освещает местные дела у нее есть обязанности перед своими читателями (и перед самой собой, покуда она заинтересована в распространении тиража) — постоянно докладывать обо всех событиях, вызывающих интерес (и улучшающих бизнес) в данном районе. Но видит ли этот Фенн лакомый кусок или голова у него набита соломой?

— Тут есть одна проблема, — сказал Саутворт, — Нет никакой гарантии, что в церкви Святого Иосифа случится что-нибудь еще. Потому-то мы и решили, что «Курьер» уделит событию и его освещению больше внимания, чем любая другая газета И лично вам, мистер Фенн, мы обещаем в случае надобности любое содействие и помощь.

Фенн молчал.

— Мы понимаем, — добавил Таккер, — что ваша газета, вероятно, не слишком щедра на оплату ваших расходов, и мы рассчитываем помочь…

Его слова увяли от ледяных взглядов обоих собеседников.

— Извините, мистер Фенн, — быстро проговорил владелец гостиницы. — Родни выразился очень неуклюже, но он просто хотел сказать, что мы не допустим, чтобы вы зря потратились на это дело. В самом деле, как член местного совета, я предложу основать специальный фонд, чтобы покрыть все расходы на развитие этого… м-м-м… проекта Он может компенсировать затраты на выпуск первых, показательных материалов, личные нужды членов совета и прочие расходы.

— И я подпадаю под «прочие расходы»?

Саутворт улыбнулся.

— Совершенно верно.

Для Фенна это прозвучало ничуть не лучше, чем слова толстяка Он нагнулся и положил локти на колени.

— Послушайте, мистер Саутворт и мистер Таккер, я работаю на «Курьер» и получаю от него жалованье, и какие события освещать, мне говорит мой редактор. Если он захочет, чтобы я целый месяц писал некрологи, я так и сделаю. Если на следующий месяц он захочет, чтобы я писал про садовые фестивали, я буду писать про них. Если он захочет, чтобы я взялся за странные происшествия в сельской церкви, я буду только счастлив. — Фенн глубоко вдохнул — То, о чем я говорю, мой редактор называет мелодией. Он дудит, я танцую. До известной — небольшой — степени я независим, но он ни в коем случае не позволит мне тратить время на материал, который считает дохлым. В общем, как я уже сказал, если что-нибудь еще случится, я в мгновение ока снова окажусь здесь.

Саутворт кивнул.

— Мы с уважением относимся к вашей позиции. Тем не менее…

— Никаких «тем не менее». Такова она есть и будет.

— Я всего лишь хотел сказать, что та девочка, Алиса Пэджетт, упоминала, будто бы фигура, которую она якобы видела, просила ее прийти снова.

— Она не сказала когда.

— Но если будет еще одно… явление, вы сочтете это достойным статьи?

— Не уверен. Галлюцинации девочек-подростков вряд ли будут интересны публике.

— Даже после того, что случилось в воскресенье?

— Это было в воскресенье. А сегодня вторник. Завтра будет среда. Время течет, мистер Саутворт, а мы живем в апатичном веке. Нам нужно еще одно чудо, тогда, быть может, вы получите продолжение истории. В ближайшие несколько дней газета привлечет к ней необходимое внимание, так что мой вам совет — извлечь из этого максимум сейчас. На следующей неделе это уже будет дохлый материал.

Фенн встал, и Саутворт поднялся вместе с ним Таккер остался сидеть с разочарованием и плохо прикрытым презрением на физиономии.

Саутворт прошел к двери и открыл ее перед репортером.

— Спасибо; что пришли, мистер Фенн, и спасибо за прямоту.

— Не стоит. Видите ли, если что-нибудь действительно случится, я бы хотел знать.

— Разумеется. Вы не собираетесь зайти в церковь?

Фенн кивнул.

— И пройдусь по окрестностям, ознакомлюсь с реакцией людей.

— Очень хорошо. Ну, надеюсь, мы еще увидимся.

— Хорошо.

Фенн вышел.

Закрыв за ним дверь, Саутворт обернулся к толстяку.

— Слишком много суеты ради вшивой местной прессы, — презрительно буркнул Таккер.

Саутворт прошел через комнату и снова уселся за свой стол.

— Стоило попробовать. Боюсь, у него создалось впечатление, что мы пытались подкупить его, чтобы он написал статью.

— А разве не так?

— В истинном смысле этого слова — нет. Мы просто предложили финансовую поддержку.

Таккер хмыкнул.

— И что теперь?

— Мы — точнее, я — обеспечим интерес местного совета к нашему замыслу. Если не получится, нам остается надеяться, как выразился мистер Фенн, что случится что-нибудь еще.

— А если не случится?

Через окно солнечные лучи пронзили пыльный воздух, позолотив Саутворту половину лица.

— Будем молиться, чтобы случилось, — просто сказал он.


Глава 7 | Святыня | Глава 9