home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add




Темперамент

На следующий вечер, однако, отношение Эрики к этому эпизоду стало иным. Эрика горько плакала в подушку, ей было стыдно, и она чувствовала себя униженной.

В этом возрасте ее мать, Эми, была совсем не похожа на Эрику. Как личность мать, конечно, была слабее, но и она знала, как это бывает, когда вдруг начинаешь вести себя необъяснимым для себя самой образом. Может быть, она, Эми, просто передала дочери дурные гены, и теперь все превосходные качества Эрики перечеркивала темная материнская наследственность?

Эми терзали сомнения. Что это было – случайный всплеск подросткового буйства, или такой будет вся ее жизнь, отныне и навсегда? От далеких предков все люди унаследовали автоматическую способность отвечать на неожиданные опасности и стрессы так называемой реакцией борьбы или бегства. Некоторые люди – с самого раннего детства – стараются убежать от стресса и боли. Некоторые, как Эрика, вступают в драку.

Некоторые новорожденные более пугливы, чем другие{181}. Когда они попадают в незнакомую обстановку, у них учащается пульс и поднимается артериальное давление. Организмы этих младенцев реагируют на реальную или мнимую опасность чересчур живо. В 1979 году психолог Джером Каган и его коллеги провели опыт{182}, в ходе которого пятистам младенцам демонстрировали различные необычные раздражители. Около 20% детей реагировали энергичным плачем. Их назвали «детьми с высокой реактивностью». 40% реагировали на стимулы слабо или не реагировали совсем, их назвали «детьми с низкой реактивностью». Остальные испытуемые занимали промежуточное положение между первыми двумя группами.

Через десять лет и позже Каган провел с теми же детьми серию новых экспериментов, в ходе которых у детей вызывали тревогу и регистрировали поведенческую реакцию на нее. Каждый пятый ребенок из группы с высокой реактивностью по-прежнему бурно реагировал. Треть детей из группы с низкой реактивностью по-прежнему оставались безмятежными. Большинство же детей в процессе созревания переместились в середину шкалы. Лишь очень немногие перешли из категории «высокая реактивность» в категорию «низкая реактивность» и наоборот.

Другими словами, дети рождаются с определенным темпераментом. Этот темперамент не предопределяет путь, по которому им суждено идти всю жизнь. Как выразился Э. О. Уилсон, это поводок. Все дети, и Эрика в том числе, рождаются с определенной предрасположенностью – к нервозности или сверхъестественному спокойствию, жизнерадостности или мрачности. В течение жизни эти предрасположенности могут в какой-то степени меняться под влиянием накопленного жизненного опыта, но диапазон этих изменений очень ограничен. Сильная нервозность может смениться умеренной сдержанностью, но едва ли уступит место своей противоположности – полной безмятежности. Как только устанавливается базовый темперамент, все настроения и реакции будут колебаться вокруг этого среднего показателя. Например, после выигрыша крупной суммы в лотерею человек может несколько недель пребывать в полной эйфории, но через некоторое время вернется в свое прежнее состояние, и его жизнь будет не более счастливой, чем если бы он ничего и не выигрывал. Или, например, женщина может очень страдать, потеряв мужа или друга, но после периода скорби и горя она снова придет в обычное расположение духа.

Эми была встревожена. В душе Эрики тлел опасный огонь. Еще в раннем детстве было ясно, что настроение Эрики может колебаться сильнее, чем у большинства детей. Она очень сильно пугалась, когда происходило что-то неожиданное (такие люди в течение всей жизни испытывают повышенную тревогу и страх). Некоторые психологи делят детей на «одуванчики» и «орхидеи»{183}. Дети-одуванчики сдержанны и устойчивы. Они прекрасно осваиваются практически в любой ситуации. Дети-орхидеи более переменчивы. Они пышно расцветают в благоприятных условиях, но быстро увядают, если попадают в неподходящее для них окружение. Эрика была орхидеей, неустойчиво балансирующей между успехом и катастрофой.

Сидя рядом с Эрикой и беспомощно размышляя о ее будущем, Эми испытывала знакомую всем родителям тревогу за дочь. Сама Эми была из тех детей, которые ощетиниваются при первых признаках надвигающейся неприятности, склонны толковать обычную ситуацию как угрожающую, думают, что на них сердятся, хотя этого нет и в помине, и расценивают как неуважение к себе самое нейтральное отношение окружающих. В общем, они становятся жертвами своего воображения, которое в такие моменты гораздо опаснее внешнего мира, против которого они ополчаются.

У людей, живущих под гнетом такого хронического стресса, гибнут клетки гиппокампа, а это приводит к ослаблению памяти, в частности памяти о том хорошем, что случалось с ними в жизни. Происходит, кроме того, ослабление иммунной системы. Кости становятся более податливыми, так как из них вымываются неорганические соли. Развивается местное ожирение – как правило, в области талии. Таким людям приходится годами жить с этим хроническим дефицитом иммунитета, с этими небезопасными недомоганиями. Наблюдение над группой инженеров{184}, в течение полугода работавших над очень ответственным проектом по 90 часов в неделю, показало, что в их крови было повышено содержание кортизола и адреналина, двух гормонов стресса. Это повышение сохранялось на протяжении полутора лет после окончания работы несмотря на то, что все они после завершения проекта были отправлены в отпуска на четыре-пять недель. Эффекты стресса могут быть долговременными и вредоносными.

В тот вечер, несмотря на то, что после происшествия на теннисном матче миновало уже больше тридцати часов, Эми по-прежнему не знала, что ей делать и как успокоить дочь, все еще страдавшую от стресса и стыда. Она просто сидела рядом и поглаживала Эрику по спинке, пытаясь хоть как-то помочь ей. Минут через пятнадцать обе они подумали, что надо бы чем-то заняться, и принялись готовить ужин. Эрика сделала салат, а Эми сварила спагетти. Эти общие хлопоты успокоили их, вернули обеим душевное равновесие. Теперь Эрика снова могла трезво взглянуть на мир. Нарезая помидор, она подняла голову и спросила у матери:

– Почему я не умею владеть собой?

Это и в самом деле очень важный вопрос. Исследование, проведенное Анджелой Дакуорт и Мартином Зелигманом{185}, показало, что с точки зрения прогнозирования работоспособности, посещаемости и успеваемости в школе умение контролировать себя вдвое важнее, чем IQ. Другие ученые не согласны с тем, что самообладание важнее IQ, но подтверждают, что оно – одно из важнейших условий полноценной жизни.

– Мне кажется, это вообще была не я, – сказала Эрика матери, когда они обсуждали происшествие. – Это было какое-то чужое злобное существо, завладевшее моим телом. Я не знаю, откуда взялось это существо и чего оно хотело. Я очень боюсь, что оно вернется и сделает что-нибудь страшное.


Глава 8. Самообладание | Общественное животное. Тайные источники любви, характера и успеха | Знаменитый зефир