home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Труд

Некоторые люди до сих пор живут в романтической эпохе. Они склонны верить в то, что гениальность – это искра Божья. Они верят в то, что за всю историю человечества появилось не так уж много образцов подлинной гениальности – таких как Данте, Моцарт, Эйнштейн. Одаренность этих гениев выходит за рамки обычного человеческого понимания. Они были не от мира сего, внимали божественным истинам и поэтому достойны трепетного преклонения.

Мы, конечно же, живем в эру науки. Теме ранней одаренности были посвящены многочисленные исследования, результаты которых собраны в таких трудах, как «Кембриджское руководство по экспертной оценке и ее использованию». Согласно современному взгляду, гениями не рождаются, гениями становятся. Более того, согласно этому преобладающему ныне сухому и прозаичному взгляду, даже ранние музыкальные способности Моцарта не были каким-то сверхъестественным даром. Историки музыки говорят, что на его ранних произведениях нет печати гения. Моцарт с детства был очень хорошим музыкантом, но уровень его исполнительского мастерства был не выше, чем мастерство многих нынешних вундеркиндов.

Но что у Моцарта было – и с этим согласны все, – так это те качества, какими располагают все необычайно юные исполнители: высокие врожденные способности, умение надолго концентрировать внимание на одном предмете и зрелое намерение непрестанно улучшать мастерство. Моцарт с самого раннего детства очень много играл на клавесине и на скрипке, поэтому рано набрал необходимые для овладения мастерством 10 000 часов игры, и это мастерство стало фундаментом, на котором строилось здание его гения.

Самые последние исследования подкрепляют прозаический, демократический и даже пуританский взгляд на то, как поди добиваются фантастических успехов. Ключевое отличие гения от хорошего ремесленника – вовсе не искра божья. Главное – это умение мало-помалу улучшать свои навыки, умения и мышление. Андерс К. Эрикссон из университета штата Флорида показал, что это умение заключается в целенаправленной тренировке и практике. Выдающиеся исполнители тратят больше часов (намного больше) на практику, чем все детальные, если хотят отточить свой талант. Как установил Эрикссон, выдающиеся музыканты тратят примерно в пять раз больше времени на то, чтобы стать великими, чем средние музыканты на то, чтобы стать просто профессиональными{197}.

Джон Хэйс из университета Карнеги—Меллон изучил пятьсот шедевров классической музыки{198}. Только три из них были написаны в течение первых десяти лет карьеры того или того композитора. При прочих равных каждому из них потребовалось не менее десяти лет упорного труда, чтобы создать что-то действительно выдающееся. Это общее правило объединяет таланты Эйнштейна, Пикассо, Т. С. Элиота, Фрейда и Марты Грэм[54].

Но дело не только в потраченных часах, но и в том, какой именно работой, каким трудом эти часы были заполнены. Средний исполнитель старается заниматься как можно более комфортным способом. Выдающиеся исполнители относятся к занятиям более требовательно и вдумчиво. Обычно они расчленяют произведение на тысячи мелких фрагментов, а потом до бесконечности шлифуют каждый из них долгим и упорным повторением. Студенты летней музыкальной школы «Мидоумаунт»[55] тратят три часа на разбор всего лишь одной страницы нот. Иногда они играют пьесу в пять раз медленнее положенного темпа. Если случайный слушатель узнает мелодию, значит, студент играет недостаточно медленно{199}. В российском теннисном клубе «Спартак» спортсмены иногда играют без мяча, просто отрабатывая микроэлементы техники{200}.

Бенджамин Франклин учился писать статьи следующим образом{201}: он читал статью в журнале «Спектейтор», самом лучшем с точки зрения грамотности и литературного стиля журнале того времени, а затем пересказывал каждое предложение своими словами и записывал этот пересказ на отдельном листе бумаги. Потом он перемешивал листки, прятал их и возвращался к своим записям лишь через несколько недель. Теперь он пытался расположить записи в нужном порядке, а потом по ним воссоздать статью в ее первоначальном виде. Так Франклин научился структурировать свои сочинения. Обнаружив, что его словарный запас уступает словарю авторов «Спектейтора», он взял на вооружение иную тактику. Он переписывал каждую статью – предложение за предложением – стихами. Через несколько недель он переделывал свои стихи в исходный прозаический текст.

Как замечает Дэниел Койл в своей книге «Код таланта»: «Каждый навык – это форма памяти». Для того чтобы заложить эту внутреннюю структуру, необходим тяжкий труд и борьба с собой. Так современная наука о мозге подтверждает правильность старомодной трудовой этики.


Глава 9. Культура | Общественное животное. Тайные источники любви, характера и успеха | Исполнение