home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Обезумевшая бабочка

Любовь загорелась, и после согласия Мари наступило, как это обычно бывает, чудесное время для нее и для Александра. Расставшись с богатыми покровителями, красавица с камелиями жила только ради своего нового возлюбленного. Их видели в Медонском лесу, где они собирали цветы и валялись на траве. Мари Дюплесси оставила атлас и бриллианты и стала носить скромный муслин и перкаль[6] в цветочек. Каждое утро она сообщала дорогому Адэ программу дня, для нее предел незамысловатости, а для небогатого молодого человека стоящую немалых денег. Каждый вечер непременно театр, а потом ужин в каком-нибудь веселом месте. Чего стоил один только ежедневный букет камелий! Отец не отказывал Александру в помощи. Дюма-старший всегда был человеком щедрым, но он и сам частенько сидел без денег.

Не в силах расстаться с привычным образом жизни, Мари потихоньку виделась со старым графом Стакельбергом, а вскоре возле нее появился новый обожатель, и она не смогла ему отказать. Он был молод, знатен и очень богат. Его дедом был знаменитый банкир Периго, а сам он был директором Французского банка. Он загорелся к Мари неистовой страстью, и очарованная женщина позволила себя обожать. Он украшал Мари драгоценностями, которые сердили и раздражали Дюма, он не верил в бескорыстие нового поклонника. Мари шутила, что «от вранья зубы белеют», Дюма не сомневался, что она ему изменяет, и страдал с каждым днем все больше. Между ними начались ссоры. Мари упрекала любовника в пристрастии к жалкой обывательской жизни.

Дюма страдал. Долги росли. Их сумма достигла 50 000 ливров. В ночь на 30 августа Александр написал возлюбленной письмо:

«Моя милая Мари, я не настолько богат, чтобы любить вас так, как мне бы хотелось, и не настолько беден, чтобы быть любимым, как хочется вам. Так предадим оба забвению: вы имя, которое вам стало безразлично, я счастье, которое больше для меня невозможно…»

Зима прошла для молодого человека трудно, а по весне отец увез его в Испанию, потом в Алжир, веря, что путешествие станет хорошим противоядием.

Мари тем временем продолжала жить все такой же беспорядочной жизнью. Письмо Адэ огорчило ее, но не слишком; она знала точно: у нее нет времени на сожаления. Дюма исчез, она влюбилась в Ференца Листа, с которым ее познакомил врач, доктор Корев. Страсть мгновенная, яростная, чувственная, от которой композитор вскоре сбежал. Позже он напишет: «Я никогда не увлекался красавицами в духе Марион Делорм или Манон Леско, но эта стала исключением, у нее было сердце…»

Дюма усомнился бы в этом утверждении. И все же ни один из обожателей не предлагал ей того, чего ей так хотелось: замужества.

– Мужчины берут, пока есть что брать, а потом уходят, ни о чем не жалея и не вспоминая, – скажет в конце своей жизни Мари.

Она знала, что обречена, ее мучили жар и кашель, но она по-прежнему тешила себя иллюзией удовольствий, надеясь почерпнуть в них малую толику жизни. Жалость подвигла Эдуарда, графа Перрего, осуществить ее мечту: он предложил ей руку и сердце. Она была удивлена, сказала, что семья не простит ему, что будет скандал. Эдуард предложил новое решение: он едет в Англию по делам, они поедут вместе и там поженятся без всякого шума.

Стать графиней Перрего? Мари о таком и не помышляла. Она станет одной из первых гранд-дам Парижа, а не первой куртизанкой! Разумеется, она была согласна, и 21 февраля 1846 года Перрего женился, брак был зарегистрирован в графстве Мидлсекс. Он был не совсем законным, поскольку о нем не было никаких оповещений. Брак ничего не значил для Франции, но Эдуард хотел украсить последние месяцы жизни Мари милой ее сердцу иллюзией. По другую сторону Ла-Манша она могла бы спокойно жить в роскошном имении с титулом графини и, быть может, немного улучшить свое здоровье на свежем воздухе в английской деревне. Зиму он предложил провести на Средиземном море и просил про себя, чтобы любовь совершила чудо.

Увы! Мари не поняла его заботы и не приняла такого образа жизни. Она хотела одного – жить в Париже, и так же весело, как привыкла. Почему бы ей не быть представленной ко двору Луи-Филиппа? Куртизанка при дворе короля-буржуа? Нет, такого быть не может!

Мари сбежала от супруга, вернулась на бульвар Мадлен и с ребячьей радостью заказала гербы на дверцы своей новой кареты.

Болезнь прогрессировала с невероятной быстротой. Мари искала спасения от нее на курортах, переезжая с одного на другой, гонясь за жизнью, которая ее покидала. Ее видели в Спа, в Эмсе, откуда, возможно, в приступе раскаяния, она написала Перрего письмо: «Простите меня, дорогой Эдуард, умоляю вас на коленях! Может быть, у вас достанет любви на два слова: прощение и дружба. Напишите мне: Эмс, графство Нассау, до востребования. Я здесь одна и очень больна. Так поспешите же, Эдуард, простить меня! Прощайте…»

Ответа Мари не получила: Перрего много путешествовал, и письмо дожидалось его очень долго. Вконец разболевшись, Мари вернулась в Париж, потому что хотела жить только там, и несколько недель подряд ее видели в театральных ложах и на праздниках, куда она являлась, словно тень былого. Она осталась одна и, чтобы жить, как привыкла, продавала свои драгоценности. Свет забыл о ней…

Но о ней не забыл один ее прежний возлюбленный. Александр Дюма-сын написал Мари 18 октября, что получил от одного из своих друзей нерадостные вести о ней, что он уезжает в Алжир и просит ее написать ему туда «до востребования». Простила ли она его за то, что он ее покинул? Он все еще любил ее и винил себя. Но он тоже не получил ответа. У Мари не было ни сил, ни желания ему писать. Она уже никуда не выезжала. Ухаживали за ней горничная и ее подруга Клеманс Прат. Клеманс смотрела на бедняжку с отчаянием. Мари в белом халате до полу, обвязав голову красным платком, только и могла, что сделать несколько шагов от кровати до стула. Ночами она не спала, сидела у окна и с завистью смотрела на людей, выходивших из театра и отправлявшихся ужинать.

Настал день, когда Мари не смогла подняться и поняла, что все кончено. Клеманс пришла сказать ей, что приехал ее муж и хочет ее видеть. Мари ему отказала. Он хотел заставить ее жить за границей, не приехал, когда она просила его о помощи, да и английский брак был пустой комедией…

Эдуард расстроился и уехал. Не прошло и часа, как цветочница принесла огромный букет камелий, но Мари на него даже не взглянула. Ничего ее больше не интересовало, она ждала одного: конца своих мучений.

И хотя она сказала Клеманс, что не хочет больше видеть ни одного мужчину, все же позвала викария из церкви Святой Магдалины, и он пришел, чтобы примирить ее с Господом. Она исповедовалась, а за окнами гремел карнавал. 3 февраля 1847 года Мари Дюплесси скончалась. Рядом с ней были горничная и Клеманс Прат.

Зато через два дня за ее погребальным катафалком шла огромная толпа. Из мужчин, которые ее любили, пришли только двое: Эдуард де Перрего и его друг Делессер. Белые камелии, словно снег, покрывали ее гроб. Мари похоронили на Монмартрском кладбище, сначала во временной могиле, а потом Перрего возвел для нее склеп.

Александр Дюма, прибыв в Марсель, узнал о смерти Мари. А когда приехал в Париж, застал распродажу: с молотка уходила мебель и вещи, которые ей принадлежали. И на распродажу пришло множество народу. Адэ было больно смотреть, как прекрасные платья великолепной Мари разбирают некрасивые заурядные женщины.

Спасаясь от горя, Александр сел за письменный стол. Он написал роман – пьеса появится позже – и посвятил его той, кого так любил, но спасти не мог. Роман назывался «Дама с камелиями». Он написал его быстро, в один присест, и к нему сразу пришла слава. Александр не знал, что подарит прелестной, страстной и несчастливой Мари Дюплесси вместо жизни вечность.


Вечер в «Варьете» | Королевы из захолустья | Детство в деревне