home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Вице-король спит…

В тот знаменитый октябрьский вечер 1766 года театр Колизей в Лиме (Перу) был переполнен. В зал не протиснулась бы и мышка. А какая собралась публика! Знатные сеньоры в камзолах, дамы высшего общества в умопомрачительных платьях и драгоценностях, какие нечасто увидишь в Европе, и все ради начала театрального сезона в знаменитом театре, который открылся после ремонта. И высочайшая честь: на спектакль пожаловал сам вице-король. Его встретили почтительным молчанием и глубокими реверансами.

Дону Мануэлю де Амату было далеко за шестьдесят, он оставался красавцем мужчиной и смотрел вокруг себя с выражением глубочайшей скуки. В театр он пришел лишь для того, чтобы порадовать своих добрых сограждан. Войдя в ложу у самой сцены, он опустился в золоченое кресло и лениво взмахнул холеной рукой, давая знак, что можно поднять занавес. Выполнив свой долг, дон Мануэль устроился в кресле поудобнее и закрыл глаза, приготовившись подремать, к великому огорчению свиты и в особенности дона Луиса Гамузо, своего адъютанта. Адъютант решил отважиться и нарушить сон его высочества. Он шепнул, что вечер обещает быть замечательным: в пьесе Кальдерона выступит знаменитая Микаэла Вильегас, которая к тому же будет петь и танцевать, радуя зрителей своим многогранным талантом. Услышав имя актрисы, дон Мануэль с трудом приподнял отяжелевшие веки.

– Вильегас? Очень рад. Надеюсь, вы от души повеселитесь, мой мальчик.

И вице-король снова задремал. Гамузо огорчился, не зная, как ему поступить. Но тут взвился занавес, и молодой человек постарался забыть о спящем вице-короле, с жаром ожидая появления дамы своего сердца. Вот уже полгода он был любовником примадонны и сейчас надеялся, что она не заметит, что вице-король спит.

Однако он плохо знал свою красавицу!

Восемнадцатилетняя Микаэла следила из-за кулис за почетной ложей. Она не упустила ни одной мелочи и страшно рассердилась, потому что вице-король появился в театре впервые за все пять лет, которые она здесь выступала, приехав из Испании. Гнев ее подогрела еще и ехидная усмешка Инезильи, ее соперницы по подмосткам. Индюшка уже приготовилась насладиться неуспехом Микаэлы.

И дива решила не выходить на сцену. Нет! Она не станет выступать ни за что! Господин Маза, директор театра, пришел в ужас, он смертельно перепугался. Спектакль начался, произнесены первые реплики! Не хочет же она их всех погубить! Микаэла привела неопровержимый довод: спектакль обречен, никто не решится хлопать, если вице-король не начнет аплодировать. Бедный директор уже видел, как разъяренная публика разносит его новый театр, он был в отчаянии. Микаэла дрогнула. К тому же у нее возникла идея: ее выход начинался с восклицания, и она решила этим воспользоваться. Она выскочила на сцену с таким пронзительным криком, что публика замерла, а дон Мануэль подскочил в своем кресле.

– Что?! Что случилось?!

– Ничего, ваше высочество, – тихо отозвался Гамузо. – Просто Вальегас появилась на сцене.

– И она должна так кричать?

Актриса на сцене тут же сделала изящный реверанс и одарила вице-короля самой обворожительной улыбкой. Посмотрев на нее, дон Мануэль совершенно расхотел спать: он давно не видел таких прелестных девушек, как эта Микаэла, – вьющиеся блестящие темные волосы, огромные светлые глаза, кожа, как слоновая кость, а вот пунцовые губы, пожалуй, немного пухловаты. Уж не метиска ли? Нет, нет, чистокровная испанка, мать у нее даже из благородных, но ее фамилию держат в тайне, дабы не бросить тень на достойное семейство, чья дочь унизила себя браком с комедиантом.

Овдовев, ее мать вынуждена была жить в бедной деревушке в горах, где дети росли как трава, но Микаэла с детства грезила о театре. Она так настаивала на своей мечте, что мать уступила ей, вдруг поверив, что дочь добьется успеха. Семья переехала в Лиму, жила бедно, но Микаэлу приняли в театр и скоро о ней заговорили. Театральная жизнь не обошлась без любовной: любовником стал француз по фамилии Моте, он увез девушку из дома и поселил на улице Гуэво. У этой улицы не лучшая репутация, но зато там нет сплетниц. Микаэла выпорхнула на свободу, но продолжала по-прежнему помогать семье.

Гамузо пересказал историю Макиты вице-королю, и того заинтересовал один-единственный вопрос: кто сейчас официальный любовник Микаэлы? Гамузо замешкался с ответом, весьма красноречиво покраснев.

– Ну что ж, мой мальчик, – сказал понятливый дон Мануэль, – запомните, следующим ее любовником буду я.

Микаэла как раз кончила петь, вице-король встал и бурно ей зааплодировал. Ему вторил весь зал.

В тот же вечер Вильегас ужинала с его высочеством, к великой печали бедного Гамузо, который понял, что ему пора искать себе новую подружку. Однако юная актриса уже хорошо успела узнать мужчин и не торопилась сдаться на посулы нового поклонника. Хоть дон Мануэль и был вице-королем, ему пришлось всерьез поухаживать за Микаэлой. Вся Лима наблюдала, как из вечера в вечер дон Мануэль де Амату приезжал в Колизей и рукоплескал своей даме сердца. Сказать рукоплескал – значит ничего не сказать. Влюбленный, сидя у себя в ложе, не знал ни минуты покоя: когда не хлопал, пожирал обожаемую глазами, отбивал такт тростью, громко и восторженно восхищался ею. Словом, пренебрегал всеми правилами приличия. Больше того, после спектакля он вез молодую женщину к себе во дворец ужинать, и кортеж их сопровождали факельщики.

Долго так продолжаться не могло, и умненькая Макита понимала это лучше всех. Наконец она согласилась «увенчать любовный пламень» своего обожателя и тут же получила в свое распоряжение великолепный особняк в квартале Сан-Марсела. Особняк оказался непростым: в нем был подземный ход, и вел он прямо во дворец вице-короля.

С этого времени Макита стала официальной любовницей дона Мануэля. Но покоя они не обрели. Микаэла была кокетлива, дон Мануэль ревнив. Они беспрестанно бурно ссорились. Актриса с удивлением поняла, что полюбила дона Мануэля, но ни за что не хотела этого показывать. Он должен был по-прежнему лезть из кожи вон, стараясь удержать возле себя юную любовницу.

Средство, как видно, помогало: любовь дона Мануэля горела все жарче. Он по-детски гордился красотой Микаэлы и дарил ей все, что она только могла пожелать: наряды, драгоценности, слуг, лошадей… Вот только не мог подарить карету. По закону правом на карету обладал только испанский гранд. Актрисе приходилось довольствоваться мулом или верховой лошадью. Когда в свободные дни любовники отправлялись в Мирафлорес, имение племянника дона Мануэля, то вице-король ехал в карете, а за ним на пышно украшенной лошади следовала Микаэла. Она ехала позади! Гордая красавица страдала неимоверно.


Герцогиня Герольштейнская | Королевы из захолустья | Карета Святых Даров