home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



29 глава

Луиза крепко сжимала поводья, всматриваясь в лес, лежавший впереди. Где именно Томас дожидается ее? За этим поворотом? Или же за следующим? Косматый мох печально и медленно раскачивался на ветвях, а обступившая тишина все больше давила на нервы. Выпрямившись в седле, Луиза осторожно отодвигала особенно длинные пряди мха, прислушиваясь. Но лес молчал, и только приглушенное чавканье копыт Белого Орла являлось единственным звуком на мили вокруг. Болота, появившиеся недавно, теперь все чаще мелькали меж стволов ядовитыми прогалинами. Луиза нахмурилась — они никогда еще не забирались так далеко в своих поездках. Быть может, она не так поняла, и Томас давно ждет ее дома?

Заставив коня остановиться, Луиза оглянулась. Дорожка, по которой она приехала сюда, терялась за поворотом далеко за спиной, а вперед уходила ровно и прямо, будто приглашала последовать за собой. Где-то впереди одиноко и пронзительно закричала птица. Луиза вздрогнула от неожиданности, тут же упрекнув себя за глупый страх. День постепенно клонился к вечеру, серое небо опускалось все ниже, цепляя верхушки деревьев.

«Нет. Надо поворачивать обратно. Томас поймет мои страхи и еще посмеется над ними». Решившись, Луиза уже тронула было бока коня, разворачивая его, когда произошло сразу несколько событий. Белый Орел захрипел, вставая на дыбы, поводья вырвались из рук, и Луиза, нелепо размахивая руками, не успев сориентироваться, кулем упала на землю, машинально откатываясь в сторону от копыт коня. Коротко всхрапнув, тот покосился на хозяйку и начал заваливаться на бок. Луиза медленно села, поправляя съехавшую на лицо шляпку, и тут же замерла, в ужасе прижав руки ко рту: из белоснежной шеи жеребца торчал кинжал, вогнанный в нее по рукоятку.

Коротко всхлипнув, Луиза попыталась подняться, путаясь в юбках амазонки, но чья-то сильная рука вцепилась в волосы, заставляя откинуть голову и выдохнуть: прямо перед ней стояла Таонга.

С момента последней встречи она изменилась, только горящий ненавистью взгляд остался прежним. Острые скулы, впалые щеки, торчащие ключицы — рабыня похудела и теперь походила на обтянутый черной кожей скелет. Платье из желтоватого небеленого полотна висело бесформенным мешком, на щеке темнела свежая ссадина.

— Что, хороша? — Таонга ощерилась, показывая дыру на месте переднего зуба. — Ты ведь этого добивалась, а?

Луиза оцепенела от страха, с ужасом понимая, что не может двинуть ни рукой, ни ногой. Таонга же, напротив, словно обрела огромную силу и с легкостью потянула ее за волосы за собой, утаскивая вглубь леса. Руки Луизы взметнулись вверх в попытке ослабить хватку, но Таонга, зашипев сквозь зубы, лишь сильнее дернула ее на себя, вынуждая упасть прямо в болотистую лужицу. В следующую секунду Луиза ахнула от боли — деревянный башмак со всей силы ударил по ребрам, за первым ударом последовал новый. Потом еще и еще. Луиза подняла руки к лицу, закрываясь, и пыталась увернуться, не делая попыток ответить. Все произошло так внезапно, что она до сих пор не могла прийти в себя, покорно принимая удары.

Таонга же, почувствовав безнаказанность и полное безволие своей жертвы, вновь запустила руку в медовые волосы, дергая на себя, заставляя Луизу смотреть прямо в ее глаза.

— Что, мисс Луиза, нравится? — Она издевательски ухмыльнулась, и Луиза с ужасом увидела безумие, плясавшее в черных глазах. — Ты, наверное, радовалась, когда услала меня из дома на плантацию. Радовалась, когда по твоему приказу меня насиловал надсмотрщик? Радовалась, говори?!

— Я… я ничего не знала об этом, — нашла в себе силы пролепетать Луиза, отчаянно пытаясь вырваться из цепкой хватки. Ее руки взметнулись вверх, вцепляясь в державшую ее ладонь, но Таонга, замахнувшись, отвесила ей оплеуху, от которой голова Луизы метнулась в сторону, а глаза моментально наполнились слезами.

— Врешь, — зашипела Таонга, и от ненависти, сквозившей в каждом ее жесте, Луиза почувствовала, как холодеет сердце. — Ты врешь, мисс Луиза. Ты все знала и наслаждалась моими мучениями. Как быстро ты заняла мое место? В ту же ночь? Масса Том умеет дарить наслаждение, я знаю. — Таонга скривилась, как от зубной боли. — Я не виню его. Он мужчина. Он не устоял перед твоими чарами. Что ты сделала с ним, а? Каким богам принесла жертвы?

— Я ничего не делала. — Луиза постепенно приходила в себя. Губу пекло, во рту чувствовался слабый привкус крови, и это отрезвило ее, заставив поверить, что происходящее не сон. — Я не выгоняла тебя. Ты сама это сделала.

— Не-ет. — Таонга улыбнулась и снова резко дернула волосы, заставляя Луизу проползти несколько шагов за ней. Резко запахло тиной и затхлостью. Луиза распахнула глаза, инстинктивно отшатываясь от воды. — Не нравится? Тебя никто не найдет. Никто и никогда.

— Ты не посмеешь. — Голос Луизы окреп. Она попыталась выпрямиться, но тут же получила удар в живот, заставивший согнуться пополам, ловя губами воздух.

— Я уже принесла жертву Нсамби. — Таонга говорила отрывисто, зло, словно торопилась. — Он ждет. Он ждет тебя. Ждет твою плоть. Нсамби поможет. Унган обещал.

Она толкнула Луизу вперед, и та покатилась к берегу, остановившись прямо у кромки воды. Почувствовав, что ее больше никто не держит, Луиза подобрала юбки, поднимаясь, и посмотрела на противницу. Таонга стояла неподалеку, тяжело дыша, выставив вперед руки с согнутыми пальцами.

— Я никогда не желала тебе зла. — Луиза говорила медленно, как обычно разговаривают с маленькими детьми. — Я не просила мистера Уоррингтона выгонять тебя. Это его решение.

— Неправда, — прошептала Таонга, мучительно морщась. — Масса Том любил меня. Он бы женился на мне, если б не ты.

— Таонга, ты обманываешь сама себя. — Луизе вдруг стало искренне жаль рабыню, которую пропитал яд любви к своему хозяину. — Он бы никогда не женился на тебе.

— Потому что я черная? — фыркнула Таонга, выпрямляясь во весь рост и становясь на миг вновь той ослепительной красавицей, что встретилась Луизе на третий день в «Магдалене».

— Потому что… — Луиза беспомощно замолчала, не зная, что сказать. И впрямь — почему она так уверена, что Томас не женился бы на Таонге? Потому что в их кругу подобное не принято? Но ведь он не из их круга, он сам столько раз подчеркивал это. Не разрушила ли Луиза чужую жизнь в угоду собственного счастья?

— Ты должна умереть. — Это прозвучало так буднично и просто, что Луиза вновь оцепенела. — Ты умрешь, а масса Том опять вернет меня в дом. И мы будет счастливы.

— Тебя накажут. — Луиза старалась говорить спокойно. — Тебя обвинят в моей смерти.

— Как? — Таонга засмеялась. — На плантации все уверены, что я с надсмотрщиком. Он слишком часто берет меня к себе, — горько добавила она. Но тут же торжествующе посмотрела на соперницу. — Он спит. Так крепко, что никто не разбудит. Я вернусь, а когда он проснется, то даже не поймет, что я уходила.

— Таонга, подожди, давай поговорим. — Луиза медленно отступала, пятясь к болоту, пытаясь держать дистанцию с Таонгой. — Мы вернемся вдвоем в «Магдалену», я поговорю с мистером Уоррингтоном, уверена, он поймет. Он даст тебе свободу, даст денег. Не совершай ошибки.

— Поздно, мисс Луиза, — горько прошептала Таонга, делая новый шаг навстречу. — Я уже принесла жертву, мне не скрыться от гнева Нсамби, если он не получит свою награду. Он уже ждет тебя.

Таонга смотрела куда-то за ее плечо, и Луиза невольно обернулась, чувствуя, как волосы на голове встают дыбом. На противоположном берегу в нескольких футах лежали три крупных аллигатора, не спешившие пока сползать в воду, но уже проявлявшие интерес, поднимая плоские головы и лениво зевая.

— Это Нсамби вселил духов в их тела и ждет тебя. — Луиза вздрогнула, услышав голос Таонги над ухом, и резко обернулась — та стояла совсем близко, пока не делая попыток нападать.

— Поехали домой, Таонга. — Она снова сделала попытку уговорить рабыню, лихорадочно думая о кинжале, что торчал в шее бедного Белого Орла. — Тебя отпустят. Я обещаю.

Таонга склонила голову набок, задумавшись над предложением, и Луиза, ободренная ее молчанием, сделала маленький шажок в сторону от кромки воды, надеясь обойти Таонгу и броситься к дороге.

— Думаешь, масса Том может меня освободить? — задумчиво протянула рабыня, по-прежнему не сводя глаз с аллигаторов.

— Уверена! — с энтузиазмом кивнула Луиза, делая новый шажок. Еще немного, и она сможет обогнуть Таонгу и побежать к лошади. Она постаралась как можно незаметнее подобрать юбки, постепенно выбираясь из топкой грязи на твердую землю. — Он освободит тебя и даст денег. Обещаю. Ну же, Таонга, поехали домой.

Луиза сделала еще один шаг, готовясь бежать, когда Таонга резко выбросила руку вперед, хватаясь за жесткий ворот казакина, и притянула ее к себе.

— Ты считаешь меня совсем глупой, мисс Луиза. — В сером свете угасающего дня лицо Таонги тоже отливало серым. — Думаешь, я не понимаю, что меня убьют, стоит войти в поместье? Не-ет. — Она хищно улыбнулась, рывком разворачивая Луизу спиной к болоту. — Мой бог поможет мне, ему я верю. И только ему. Духи, что повинуются ему, помогут мне. Ты умрешь!

Таонга толкнула Луизу вперед, и та невольно отступила, чувствуя, как погружается в вязкую жижу сапог. За спиной раздался всплеск, небольшие волны заколыхались у берега. Таонга подошла ближе, вцепляясь в плечи Луизы и надавливая на них, заставляя отступать все дальше и дальше в болото. Намокший подол юбки мигом потяжелел, топкое дно цепко держало, не давая сделать новый шаг.

Луиза почувствовала, как ее охватывает паника, поднимаясь куда-то к горлу, мешая дышать. Она сейчас упадет, и тогда аллигаторы, пока что наблюдающие в стороне, бросятся к своей добыче. Из груди поднялась волна страха, страха за свою жизнь. Отчаянно вскрикнув, Луиза вцепилась в Таонгу, стиснув зубы и утягивая ее к себе в болото. Таонга, не ожидавшая от хозяйки подобной силы, на миг опешила, что позволило Луизе усилить напор, крепко держась за рукава ее платья.

Таонга зарычала, пытаясь сдернуть чужие руки, постепенно заходя все глубже в болото. Луиза уже не обращала внимания на то, что вода доходит до колен, а сапоги увязли, что за спиной ее ждут аллигаторы, не спешащие нападать, пока они борются. Инстинкт самосохранения, проснувшийся в ней, был так силен, что она не могла думать ни о чем другом, кроме спасения. Она рычала, стискивая зубы, пытаясь повалить Таонгу, но та будто приросла, не двигаясь больше, больно схватившись за ее плечи.

Луиза проклинала многочисленные юбки, которые мешали свободно двигаться, в то время как Таонга не была стеснена в движениях, не догадываясь об этом своем преимуществе. Луиза чувствовала, что вязнет глубже, еще немного — и она не сможет двинуться, и тогда все пропало. Призвав на помощь все свои силы, Луиза решилась на отчаянный рывок. Бросившись на негритянку всем телом, она повалила ее в воду, падая сверху и вцепляясь ей в шею, не давая сделать вдох. Таонга ушла под воду с широко открытым ртом и, тут же набрав болотной жижи, вцепилась в руки, что не давали ей вынырнуть наружу. Луиза сидела сверху, крепко держа Таонгу под водой, пока та молотила в воздухе руками и ногами, пытаясь выбраться. Наконец движения ее ослабли и замедлились. Луиза оглянулась, отнимая руки и сползая с рабыни: заметив, что обе жертвы оказались в воде, аллигаторы неспешно приближались, не сводя с них своих жутких желтых глаз.

Испуганно выдохнув, Луиза поползла на берег, запуская руки в грязь. Тяжелое платье тянуло на дно, мешая сделать новый шаг. Но Луиза, сцепив зубы, упрямо ползла на четвереньках, не оглядываясь, думая только об одном — выбраться на берег. Жесткая пожухлая трава царапнула ладони, и Луиза, подтянувшись, упала на землю и только тогда рискнула обернуться.

Таонга, придя в себя, медленно поднималась из воды, надсадно кашляя. С ее волос, измазанных тиной и грязью, стекала вода. Найдя глазами Луизу, она хищно улыбнулась и попыталась встать, но болото держало крепко, заставляя трепыхаться и ворочаться, пытаясь выбраться. Таонга не видела приближения опасности, не сводя глаз с ненавистной соперницы. Но Луиза, не отрываясь, смотрела на приближающихся аллигаторов. Вот первый из них подплыл достаточно близко, широко раскрывая пасть, и Луиза зажмурилась, не в силах смотреть дальше. Раздался громкий крик, полный боли, и глухой всплеск. Луиза приоткрыла глаза и потом уже не могла их закрыть, с ужасом наблюдая за разыгрывавшейся драмой.

Крики несчастной все еще звенели в ушах, когда Луиза тяжело поднялась и, бросая последний взгляд на черную воду, стремительно затягивавшуюся ряской, пошла к дороге. Белый Орел ярким светлым пятном выделялся в наступивших сумерках, и Луиза только сейчас поняла, как стемнело вокруг. Подойдя к коню, она присела перед ним на корточки и осторожно коснулась гладкой холодной шеи. Первый подарок Томаса. Глубоко вздохнув, она положила руку на рукоять и медленно потянула на себя, вытаскивая кинжал. Если она оказалась одна в лесу, то без оружия точно не протянет.

Охватившее ее оцепенение позволяло смотреть на произошедшее равнодушно и спокойно. Холодало. Мокрое платье липло к ногам, в сапогах хлюпало. Луиза села на бок Белого Орла и стащила сапоги, выливая воду. Лес стремительно чернел, наполняясь ночными звуками. Обхватив себя руками, Луиза потерла плечи, пытаясь согреться. Сколько она просидела так, на мертвой лошади, тихонько раскачиваясь, Луиза потом никогда не могла сказать.

Стук копыт с трудом вывел ее из ступора, заставляя с надеждой повернуться и наконец всхлипнуть, различив знакомую фигуру, появившуюся на дороге. Она с трудом поднялась навстречу, пошатнувшись, — от долгого сидения ноги затекли и замерзли. Томас спрыгнул с лошади и бросился к Луизе, хватая ее за плечи и легонько встряхивая.

— Вы как? Все в порядке? Что случилось? Вы в порядке? Луиза? Кто это был? Что произошло? Вы в порядке?

Смысл града вопросов, которыми завалил Луизу Томас, ускользал от нее. Она только кивала, не сводя с него глаз, просто смотрела и смотрела, счастливо улыбаясь. Он нашел ее. И теперь так тепло. И хорошо. Все теперь будет хорошо.

— Кто это был, Луиза? — Томас, обеспокоенный молчанием, снова встряхнул ее. — Это был Кинг? Скажите мне, это был Кинг?

— Кинг? — Знакомое имя с трудом пробилось сквозь туман, и Луиза нахмурилась, пытаясь понять, о чем идет речь. — При чем здесь Кинг? Это была Таонга.

— Таонга? — пришла очередь удивиться Томасу. — Но как она здесь оказалась? Что ей понадобилось?

— Она пыталась убить меня. — Луиза и сама удивилась, как буднично прозвучали эти страшные слова. — Она ждала меня здесь и…

Вскоре Луиза всхлипнула, потом опять, и снова, и вот она разрыдалась, не в силах остановиться, а Томас осторожно прижал ее к себе, шепча что-то ободряющее. Облегчение, которое он испытал, найдя Луизу живой и невредимой, не вязалось ни с чем, испытанным ранее. Оно было огромным и всепоглощающим. Живая. Мысли, самые страшные, предположения, самые отчаянные — ему казалось, что он сходит с ума. Кингу не надо ничего делать, достаточно просто украсть Луизу, и он сам придет к нему. Томас понял это сегодня с пугающей ясностью, как и то, что Луиза стала невероятно дорога ему.

— От меня жутко воняет, — прошептала, икая, Луиза, смущенно улыбаясь в его камзол.

— Бывало и хуже, — так же тихо ответил Томас, осторожно отодвигая ее от себя. — Все позади, Луиза. Вы невероятно сильная. И смелая. Я горжусь вами.

— Правда? — Робкая улыбка расцвела на ее лице.

— Правда. — Томас почувствовал, как сжалось сердце при взгляде на нее. — Поехали домой. — Он посадил ее в седло и сел сам. Луиза с грустью посмотрела на Белого Орла.

— Мне жаль его. Действительно, очень жаль.

— Я пришлю завтра рабов, его похоронят. — Томас взял поводья и развернул коня.

Луиза, уютно устроившаяся в кольце его рук, прислонилась к его груди, чувствуя, как наваливается запоздалая усталость. Произошедшее до сих пор казалось ей нелепым страшным сном, только крики Таонги все еще звучали в голове.


* * * | Туман Луизианы | * * *