home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



34 глава

— Лорд Норидж?! — Луиза потрясенно смотрела на бывшего ухажера. — Какими судьбами?

— Ну, вот и все собрались! — неслышно оказавшийся рядом лорд Бишоп вошел следом за Луизой и прикрыл за собой дверь. — Сегодня мы наконец сможем разрешить все наши недомолвки. Не так ли, маркиз?

Де Шабри, которого вошедшие дамы поначалу даже и не заметили, бросил мрачный взгляд на Бишопа. Франческа беззвучно ахнула, заметив на скуле маркиза лиловый кровоподтек. Она переглянулась с Луизой, скрестила руки на груди и подошла к мужу.

— Прошу вас объяснить, милорд, что происходит! Почему у Николя синяк? Что за комедию вы тут устроили?!

Звук пощечины заставил Луизу вздрогнуть — она неверяще посмотрела на лорда Бишопа. Франческа пошатнулась, и на ее щеке начало медленно расплываться багровое пятно. Де Шабри дернулся было, но был остановлен тяжелой рукой огромного нубийца, стоявшего за его спиной.

— Вы еще смеете рассуждать о комедиях, Франческа? — вкрадчиво произнес Бишоп. — Скорее уж фарс, если мы решили называть все своими именами. Вы представляете, — он повернулся к остальным и заговорил непринужденным светским тоном, — моя супруга решила нарушить клятвы, данные у алтаря. И не просто нарушила — а сделала это с такой наглостью, что в конце концов даже сама уверилась в том, что измена просто сойдет ей с рук. Как вы считаете, миссис Уоррингтон, что я должен сделать? Как поступить с изменщицей?

— Вы можете дать ей развод, — ответила Луиза, полная решимости заступиться за подругу. — Отпустите ее. Пусть уйдет с тем, кого любит.

— Эта женщина узнала слишком много! — рявкнул было Бишоп, но тут же взял себя в руки и, подойдя к столику, наполнил бокалы бренди. Один из них он протянул Нориджу, другой оставил у себя. — Она могла бы молчать и жить. Вместо этого умрет. Вместе со своим любовником. Который имел наглость не только быть гостем в моем доме, но и смотреть мне в глаза, называя себя моим другом!

— Вы всерьез решили угрожать мне? — с насмешкой произнесла Франческа. — Вы, видимо, забыли, что я написала еще одно письмо и спрятала его в надежном месте?

— Едва ли комнату Виктории можно считать надежным местом, — парировал Бишоп, с наслаждением наблюдая, как бледнеет Франческа. — И да, не думай, что они, — он кивнул на Уоррингтонов, — тебе помогут.

— Вы не сможете безнаказанно нас убить! — в ужасе выкрикнула Франческа. — Здесь полно слуг, и миссис Пинс, и мистер Свенсон… Виктория! — И тут она с ужасом повернулась к мужу. — Что ты сделал с нашей дочерью?

— О, не волнуйся, Франческа, — тонко улыбнулся Бишоп. — Виктория с утра уехала в Батон Руж с учителем по музыке. Что же касается Свенсона и Пинс, то они отправились в «Магдалену» «по настоятельной просьбе Уоррингтона, попросившего проверить, можно ли возвращаться обратно». А слуги… Что мне за дело до рабов? Они будут молчать или умрут. — Ошарашенная Луиза смотрела на супругов во все глаза, чувствуя, что действительно является героиней какого-то жуткого фарса. Какая смерть? Для чего? Лорд Бишоп ведь не серьезно? И откуда, ради всех святых, здесь взялся Норидж?!

— Ты трус, Бишоп! — хрипло проговорил де Шабри. — Ты прикрываешься женщиной, боясь решить все между нами, один на один.

— Вы — один из самых метких стрелков Луизианы. Вы полагаете, я похож на самоубийцу? — иронично вскинул бровь Бишоп. — Предпочитаю не рисковать своей жизнью понапрасну. Вы не будете возражать, если я попрошу Саиба помочь мне? — этот вопрос был обращен к Нориджу. Но тот лишь вскинул руки, показывая, что полностью полагается на решение Бишопа. Довольно улыбнувшись, хозяин «Тризона» кивнул нубийцу, и тот легко подхватил де Шабри, поднимая со стула. Схватив Франческу за локоть, лорд Бишоп потащил ее к выходу, но остановился перед Луизой.

— Думаю, вы хотите попрощаться. Хотя о чем я. Вы увидитесь гораздо раньше, чем предполагаете.

Франческа не могла вымолвить ни слова. Слезы непрерывно текли по ее лицу, а в глазах не было ничего, кроме покорности своей судьбе. Словно она давно смирилась с вынесенным ей приговором и лишь ждала его исполнения. Луиза молчала, все еще не веря в происходящее. Это просто страшный сон, и сейчас она проснется. Но дверь закрылась, а пробуждение так и не наступило. В гостиной повисла напряженная тишина. Норидж прошел по комнате и остановился напротив Луизы, делая глоток из стакана, который все еще продолжал держать.

— Итак, моя дорогая леди Грейсток — или уже миссис Уоррингтон? Я узнал о вашей свадьбе случайно, но что ни делается, все к лучшему, не так ли? — Он склонил голову на бок, сладко улыбнувшись. — Я просто не мог не заехать, чтобы вас поздравить!

— Мне так неловко, право слово. — Луиза нервно повела плечами, бросая беспомощный взгляд на мужа. Но тот не сводил напряженных глаз с Нориджа, словно и не замечая ее.

— О, моя дорогая Луиза, глядя на вас, я постоянно думаю о том, сколько же наивных юных особ меня окружает! Порою достаточно пару раз упомянуть ваш ум и показаться нетривиальным, чтобы сердце юной леди загорелось ответной вспышкой!

Норидж поставил стакан на столик и прошелся по комнате, заложив руки за спину.

— Присядьте, Луиза, я смотрю, мое появление действительно удивило вас. Я не хотел. Слово джентльмена!

Норидж дождался, пока Луиза опустится рядом с Томасом на небольшой диванчик, и присел на край столика напротив. Закинув ногу за ногу, он обратил на нее непроницаемый взгляд черных глаз, вызвав волну ледяных мурашек. Она и впрямь когда-то считала этого джентльмена привлекательным?!

— Итак, Луиза, мне хотелось бы сразу прояснить наши отношения. — Норидж сложил руки в замок на коленях. — У нас бы ничего не вышло, моя дорогая.

Томас тяжело вздохнул, и Луиза обернулась на звук, разглядев только теперь, что руки мужа связаны за спиной.

— Да-да, милая Луиза, мистер Уоррингтон, — имя Томаса Норидж произнес с издевкой, — скован не только веревками. Он также пообещал молчать до того момента, как я разрешу ему говорить. Но теперь я разрешаю. Можешь говорить, Том. — И он посмотрел на Томаса, сверкнув белоснежной улыбкой.

— Луиза, — Томас вздохнул. На его лице отразилась беспомощность. — Знакомься — это Кинг. Это он убил твоего отца.

— Нет! — Луиза отшатнулась, прижав руку ко рту, в ужасе смотря на человека, за которого когда-то давным-давно в своих мыслях едва не вышла замуж.

— Да, моя дорогая, жизнь порой поворачивается к нам не той стороной, что мы ожидали, — растягивая слова, произнес Норидж и с участием посмотрел на Луизу. — Вы даже не представляете, как тяжело иногда бывает играть свою роль! — Он тяжело вздохнул и встал, подходя к Луизе. — Пытаться вызвать любовь в наивных дурочках — что может быть сложнее и легче одновременно?!

Он отступил, сокрушенно качая головой.

— Эти похороны, верх лицемерия: ах, бедный Джонатан, ах, несчастная Луиза! — Лицо Кинга застыло. — Он молил о том, чтобы я сохранил тебе жизнь, Луиза! Перед смертью этот жалкий трус умолял меня о милосердии!

Кинг фыркнул, будто услышал нечто невероятно веселое. Луиза побледнела, невольно вжавшись в спинку дивана.

— О, моя дорогая, вы могли бы не волноваться, — медоточиво начал Кинг. — Вы могли бы совсем не волноваться, останься вы в Англии.

— Что вам угодно, мистер Норидж?! — Голос Луизы зазвенел в наступившей тишине.

— Мне?! — Брови Кинга взлетели вверх. — Мне, моя дорогая, нужно то, что у меня отняли.

— Алмазы?! — презрительно выкрикнула Луиза.

— Алмазы? — повторил Кинг. — Думаешь, мне действительно важны какие-то стекляшки? Хотя нет. — Он задумчиво поднял голову и легонько постучал кончиками пальцев по губам. Затем опустил голову и резко бросил: — Нужны. А еще мне нужен мой друг. Мой нежный, горячо любимый друг Томас. Ты ведь скучал по мне, Томас?

Томас молчал, крепко стиснув губы, и только желваки ходили под напряженной кожей.

— Ваш муж еще не рассказал вам, Луиза? — Кинг глупо хихикнул. — Конечно, не рассказал, кто же захочет делиться подобным с женой?

Он подошел к замершей девушке и, склонившись над ней, ласково прошептал:

— Мы с ним очень любили друг друга. Ну, вы понимаете, как? Теперь-то, после брачной ночи, я думаю, вы все понимаете.

— Нет! — Луиза отшатнулась, в ужасе глядя на Кинга.

— Да! — кивнул тот, довольно улыбаясь. — Да, моя дорогая, именно так! Загнанный каторжник с галер, обладающий внешностью ангела — разве мог я пройти мимо?! А его привычка к ежедневной порке… — Кинг мечтательно вздохнул. — Я и мечтать не мог о подобном подарке. — Тут он повернулся к Томасу и хитро ему подмигнул. — Мы столько лет были вместе, нам было так хорошо…

— Ты — чудовище! — не выдержал Уоррингтон, срываясь. — Отвратительное и мерзкое! Неужели ты думал, что я смогу оставаться с тобой после всего, что узнал и увидел на рудниках?!

— Ты стал таким щепетильным, когда в нашей жизни появился Джон, — усмехнулся Кинг. — Я даже мог бы начать ревновать, если бы не его слепая преданность жене.

— Джон открыл мне глаза на другую жизнь, — прорычал Томас. — И я поверил, что смогу жить по-другому!

— Вместе с моими алмазами, — ощерился Кинг и отошел от Луизы. Пользуясь тем, что он повернулся к ней спиной, она принялась оглядываться в поисках фруктового ножика, который, она точно помнила, еще утром был где-то здесь.

— Твои алмазы позволили Джону разбогатеть, — пожал плечами Томас. — А мне было достаточно и свободы. От тебя и твоих дел.

— Ты знал слишком много о моих делах, — нахмурился Кинг.

— И не воспользовался этим ни разу за эти шестнадцать лет.

— Да, ты прав. — Кинг снова безмятежно улыбался. — Поэтому я не слишком уж сильно зол на тебя, как мог бы быть. Но вот мои друзья, те, кто помогал мне столько лет… Они не так склонны к жалости и всепрощению. Слишком многое поставлено на кон. Слишком много, мой дорогой Том, больше, чем твоя жизнь, увы. Поэтому…

Он не успел договорить, вдруг резко оборачиваясь и встречаясь взглядом с перепуганной Луизой, замершей за его спиной с крохотным ножиком. Коротко и недовольно качнув головой, он ударил ее по лицу. Луиза отлетела на пол и, ударившись об угол стола, затихла.

— Прыткой стала. Не замечал за ней ранее подобной смелости. Общение с тобой явно пошло на пользу.

— Отпусти ее, ты же знаешь, она не при чем. — Томас пытался говорить спокойно, но чувство беспомощности и дикого, практически неконтролируемого страха за Луизу мешало мыслить разумно.

— Согласен, — кивнул Кинг, нарочито жалостливо вздохнув, и посмотрел на лежащую на полу девушку. — Юное невинное создание. Хотя уже не такое уж и невинное, не так ли? — Черные глаза вспыхнули ненавистью. — Я не собираюсь лишать себя единственной возможности причинить тебе боль. Тебе же будет больно, если с ней что-то случится по твоей вине? — Он хищно улыбнулся.

— Она здесь ни при чем, — повторил Томас. Как он сейчас ненавидел себя за этот страх! За невнимательность. За то, что позволил себе расслабиться и забыться, чувствуя себя слишком счастливым после прошедшей ночи. Неспособным на продуманные действия и поступки. Надо было задуматься еще в самом начале, когда Бишоп рассмеялся в ответ на его просьбу взять с собой охрану.

"Вы сомневаетесь в том, что в «Тризоне» безопасно? Право слово, вы почти оскорбляете меня!" — и Томас согласился, думая о другом. О свадьбе, о Луизе, о… Можно было до бесконечности продолжать этот список, но теперь все оправдания были бесполезны. Он попался. Глупо. Хотелось выть от злости на самого себя.

Луиза слабо застонала, открывая глаза и запуская руку в волосы. Поднеся ее к глазам, она поморщилась — кончики пальцев окрасились кровью. Встретившись глазами с Томасом, попыталась ободряюще улыбнуться. Но тот отвернулся, стискивая зубы. Одно во всем этом было хорошо: страх перед Кингом отступил перед страхом за Луизу. За нее он сейчас готов был перегрызть ему глотку зубами.

Смотреть на нее было больно. Больно было думать, что, если им удастся выбраться живыми, она никогда больше не посмотрит на него вот так. Ласково. Нежно.

— Я могу вечно любоваться на вас, — прозвучал голос Кинга в тишине. — Но у меня, к сожалению, мало времени. Я и сюда-то заехал на несколько часов, так что простите, что не смогу насладиться вашим обществом.

Кинг подошел к Луизе, наклонился и схватил ее за волосы, заставляя подняться. Она коротко вскрикнула, вцепляясь в его руки, пытаясь разжать их. По спине тонкой струйкой побежала влага, должно быть кровь из рассеченной кожи на затылке — Луиза всхлипнула.

— Я бы мог обещать тебе, что она не будет мучиться, — несколько заботливо проговорил Кинг, проводя кончиками пальцев по ее скуле. — И ведь ты прав, она виновата только в том, что вышла за тебя замуж… — Он вдруг ощерился, резко встряхивая Луизу. — Но ведь она знает гораздо больше, чем следовало бы. Найди я тогда записки Джонатана, может, и не пришлось бы… Как много «если бы», от которых порой зависит наша жизнь, правда?

— Так вы искали записки отца в его кабинете, — прошептала Луиза. — Тогда, когда я говорила с поверенным. Вы рылись в его вещах…

— Что поделать, — Норидж — Кинг легко пожал плечами и хихикнул. — Я крайне не люблю оставлять напоминания о себе. Исключение — это Том, но и его скоро не станет, так что… — Тут он повернулся к Томасу и произнес ледяным тоном: — Я отдам ее Саибу. Мне не важно, что он сделает. Ты знаешь — он у нас большой выдумщик. А когда ты вдоволь налюбуешься, я, быть может, отпущу тебя. Без ног. И без рук. И каждый последующий день твоей никчемной жизни будет наполнен воспоминаниями о последних часах жизни твоей прекрасной жены.

Луиза не могла сказать, что напугало ее сильнее: слова Кинга или же лицо Томаса, посеревшее на ее глазах. В наступившей тишине далекий звук выстрела показался громом. Луиза вздрогнула.

— Ну вот, Бишоп уже решил свою проблему. — Кинг зевнул. — Сейчас вернется Саиб, и мы начнем.

— Нет! — взвизгнула Луиза, вырываясь. — Нет! Вы не сделаете нам ничего! Ни мне, ни Томасу! А-а!

Она застонала — Кинг намотал ее волосы на кулак и дернул, заставляя стать на колени. Из глаз брызнули слезы.

— Ты еще не поняла? — он наклонился и прошипел на ухо: — Я пришел сюда с одной целью — убить вас. И я не уйду, пока не сделаю то, что собирался. Я всегда довожу начатое до конца. И этот раз не станет исключением.

Луиза обмякла, словно все кости разом вынули из тела. Наверное, так чувствовала себя Франческа, когда поняла, что вот-вот умрет. Покорность судьбе. Ничего не изменить. Остается принять то, что есть. Она подняла на Кинга огромные, полные слез глаза и попросила:

— Можно мне помолиться?

— Святые угодники! — восхищенно воскликнул Кинг. — Да я почти влюбился! Вашей выдержке, миссис Уоррингтон, можно позавидовать! Молитесь, время у вас еще есть.

Луиза покорно кивнула, склонилась к полу и, касаясь лбом ковра, бросила взгляд из-под волос на Кинга, который, отвлекшись, теперь говорил что-то Томасу. Быстрый взгляд — нож Томаса она приметила, когда очнулась, скорее всего, выпал, когда его связывали. Она видела этот нож не раз, обычно он хранил его в сапоге. Коротко всхлипнув, Луиза дернулась, якобы в молитвенном экстазе, и немного сместилась в сторону. Затем резко раскинула руки так, что одна ладонь оказалась под креслом — пальцы нащупали кожаную рукоять. Убедившись, что никто не смотрит, Луиза быстро спрятала нож под складками платья и действительно вознесла молитву святой Магдалене, прося заступиться за Томаса.

— Моя дорогая, вы закончили? — учтиво поинтересовался Кинг, и Луиза, снова громко всхлипнув, коротко кивнула и поднялась, останавливаясь рядом.

— Знаешь, Том, я все больше верю в высшую справедливость. — Кинг подошел к Томасу и склонился к нему. — Все рано или поздно получают по заслугам. И твое «поздно» уже наступило.

За спиной раздался шорох, и Кинг обернулся. В этот момент произошло сразу несколько событий: Томас подскочил, оттолкнувшись ногами от пола, и навалился всем своим весом на Кинга, пытаясь его укусить. Луиза же, поначалу опешив от выпада Томаса, опомнилась и бросилась на Кинга, с ожесточенным выражением со всей силы вонзая нож в его бок. Кинг же скривился от боли, зло и громко ругнувшись — в его правом боку торчал нож.

— Маленькая дрянь! — прошипел Кинг, прижимая руку к ране и заваливаясь на пол. Луиза метнулась к Томасу и принялась развязывать веревки. К горлу подступала тошнота, липкие руки плохо слушались. Кинг тяжело дышал, стискивая зубы, с ненавистью глядя на Луизу.

Грохот раскрывающей двери заставил в страхе обернуться — Луиза совсем забыла про Саиба. Но на пороге стоял де Шабри с пистолетом в руках, а за ним выглядывала бледная Франческа.

— Я оглушил его, уходим! — крикнул Николя, оглядываясь. Но в коридоре пока было пусто. Веревки наконец начали поддаваться, и Томас, помогая Луизе, спешно принялся стягивать их, освобождаясь.

— Уводите их, я вас догоню, — не терпящим возражений голосом заявил Уоррингтон, глядя на Кинга, который уже стоял на коленях, сминая на боку окровавленный фрак. В другой руке он сжимал выдернутый из раны нож, хищно улыбаясь.

— Томас! — попробовала возразить Луиза, но он раздраженно качнул головой, и она замолчала. Разве могла она запретить ему разобраться со своим давним врагом, поквитаться за страх, что преследовал долгие месяцы?

Они бежали по дому, не оглядываясь. Пустые коридоры, комнаты, лестницы — казалось, все слуги попрятались, боясь попасться на глаза. Франческа успела подбежать к двери, когда наверху послышался грохот. Луиза дернулась было обратно, но Шабри упрямо схватил ее за руку, вытаскивая на улицу, заставляя отойти дальше, к розовым кустам, темнеющим впереди.

Потрясенно выдохнула вдруг Франческа, и маркиз с Луизой обернулись, глядя на окна гостиной, за которыми виднелись яркие оранжевые языки огня.

— Пожар! — крикнула Франческа, оглядываясь, замечая рабов, бегущих со двора. — Тушите!

Луиза бросилась к дому, но де Шабри успел подхватить ее, крепко прижимая к себе.

— Вы сейчас там только помешаете!

— Но там Томас! — Луиза вырывалась, не сводя глаз с заплывавшего дымом особняка. — Он там, он, может, ранен!

Пожар распространялся с невероятной скоростью. Тюль, шелка, тканевые обои, так горячо любимые Франческой, изящная лакированная мебель — вслед за гостиной все полыхнуло, казалось, в один миг, превращая каждую комнату в непреодолимое препятствие. Вокруг дома суетились слуги, безуспешно проливая первый этаж, не пытаясь даже достать до второго. Оглушительный треск стоял в воздухе, заглушая все остальные звуки. Звенело, лопаясь, стекло, трещала мебель, стонал дом. Луиза не сводила глаз с входной двери, с надеждой смотря на каждого вбегавшего и выбегавшего раба.

— Холл загорелся, миссис Бишоп! — подбежал запыхавшийся мокрый слуга. — Мы не можем попасть внутрь.

— Не-ет! — Луиза вырвалась наконец из рук маркиза и теперь бежала вперед, к дому, расталкивая слуг, прекративших тушить и просто наблюдающих теперь за гибелью особняка. Споткнувшись обо что-то, Луиза упала, и в этот момент из раскрытых дверей вырвалось пламя.

Прижав руку ко рту, Луиза молча глядела, как догорает «Тризон». Наружу так никто и не вышел.


* * * | Туман Луизианы | 35  глава