home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 11

Звёздная Река

Жэньди опустил взгляд на свою плошку с рисом. Он не знал, что удивительнее – то, что он сидит за столом для гостей, или то, что госпожа Чан так весело улыбается. Она не отшатнулась с отвращением, когда рядом с ней приземлилась жирная жаба, а, наоборот, просияла, словно радуясь встрече со старым другом. Её приветливая улыбка распространялась и на Жэньди: госпожа Чан настояла, чтобы он сел рядом и разделил трапезу с ней, господином Шанем, Пэйи и жабой. Хозяин Чао пожал плечами. Если уж вы приглашаете жабу отобедать с вами, говорил его взгляд, то, конечно, можете пригласить и мальчика на побегушках…

Однако жабе за этим столом явно были рады больше, чем мальчику. Пэйи захлопала в ладоши, господин Шань просветлел лицом и улыбнулся. Он словно очнулся от сна – никогда прежде Жэньди не видел его таким бодрым. Господин Шань погладил жабу, потом сунул руку в карман и достал две медные монетки на красной ниточке. Он позвенел ими перед жабой, точно погремушкой перед младенцем. А жаба, вместо того чтобы издавать жалобные звуки, похожие на ночной плач неба, вдруг стала булькать, словно от смеха.

– Вы играете с жабой! – вырвалось у Жэньди. Он всё-таки не сумел скрыть брезгливость.

Пэйи закатила глаза.

– Да с ней повеселее будет, чем с тобой! – заявила она.

Жэньди собрался было ответить ей какой-нибудь грубостью, но вдруг вспомнил холодную печальную каменную скрижаль – и захлопнул рот.

Госпожа Чан воспользовалась паузой.

– Жэньди, – сказала она, – Пэйи говорит, что за всё время, что ты здесь, ты ещё ни разу не улыбнулся. Это правда?

Жэньди пожал плечами.

– Вчера, – продолжала госпожа Чан, – я заметила, что тебе понравилась моя история. Я права?

Жэньди неохотно кивнул.

– Да, интересная, – добавил он скучным голосом.

– В таком случае, – сказала госпожа Чан, – предлагаю заключить сделку. Я сейчас расскажу ещё одну историю – и если я сумею заставить тебя улыбнуться… нет, даже не улыбнуться, а рассмеяться! – то дальше на каждую мою историю ты отвечаешь своей.

– Но я не знаю никаких историй! – воспротивился Жэньди.

– Наверняка знаешь, – лукаво улыбнулась госпожа Чан. – Ты просто никогда раньше их не рассказывал. И я дам тебе время подумать. Много времени – до ужина!

– Я тоже хочу послушать вашу смешную историю! – сказала Пэйи.

Господин Шань закивал. Жаба квакнула в знак согласия. И даже хозяин Чао как будто смотрел на Жэньди из дальнего конца столовой.

Жэньди вновь пожал плечами.

– А история обязательно должна быть интересная? – спросил он.

– Любая, – ответила госпожа Чан. – Мы не будем жаловаться.

– Я – буду! – пообещала Пэйи, но госпожа Чан сделала вид, что не слышит.

– Ну что, по рукам? – спросила госпожа Чан, глядя на Жэньди.

Он колебался.

– Чего тебе бояться, Жэньди? – сказала Пэйи раздражённо. – Ты же всё равно не рассмеёшься!

– Ладно, – сказал Жэньди. Почему бы и нет, подумал он.

Госпожа Чан улыбнулась, а потом вдруг повернула голову и посмотрела на хозяина Чао. Тот всё это время делал вид, будто их застольная беседа не стоит его внимания, однако было ясно, что на самом деле он прислушивается. Хозяин Чао мгновенно отвернулся и принялся перебирать костяшки на счётах, словно был полностью поглощён делами.

Госпожа Чан улыбнулась ещё шире и начала свой рассказ.


Звёздная Река

Давным-давно жил на вершине горы один старик. Некоторые считали, что он не в себе, другие думали, что он Дух Горы, а то и вовсе Бессмертный. Но все сходились в том, что был он человеком великой мудрости.

Люди шли к нему непрерывным потоком: кто за ответом, кто за советом, а кто хотел поступить к нему в ученики. Старик отвечал на все вопросы и распутывал самые трудные задачи, но желающих учиться у него гнал прочь. И всё же один юноша по имени Тиу не сдавался. Он возвращался снова и снова, просил и умолял, и наконец мудрец смилостивился и согласился его учить.

Тиу был усердным учеником. При первых лучах солнца мудрец рассказывал ему старинные предания, поучал и наставлял, а остаток дня они проводили в глубоком раздумье и созерцании. Ночью же, когда в небо поднималась луна, старец словно забывал об ученике и погружался в чтение большой книги.

Тиу только об этом и думал. Ему было очевидно, что в книге заключена великая мудрость, доступная одному лишь мудрецу. Но что это за мудрость? Что за тайное знание? Тиу изнывал от любопытства. Однако мудрец ни разу не предложил ему заглянуть в книгу – хотя бы в одну страничку, хотя бы краем глаза.

Тиу, однако же, был человеком рассудительным. «Он позволит мне почитать свою книгу, – думал он, – когда я доведу до совершенства всё остальное, чему он научил меня». И Тиу, не жалея сил, взялся за учёбу.

Он учился так пылко и усердно, что успехов его нельзя было не заметить. Вскоре Тиу уже и сам отвечал на вопросы тех, кто приходил к мудрецу за советом. Миновало совсем немного времени – и Тиу тоже стали считать мудрецом.

Воодушевлённый, Тиу наконец осмелился спросить у старца про книгу. Однажды ночью, когда тот, по своему обыкновению, молча читал, Тиу набрался храбрости.

– Господин, – проговорил он, – о чём вы читаете?

– Страница, которую я читаю сейчас, – ответил старик, не поднимая головы, – содержит тайну обретения мира.

«Тайна обретения мира!» – безмолвно восхитился Тиу. Только мудрейшие из мудрейших знают, как обрести мир! Да эта книга полна дивных секретов! Сколько же ещё чудес на её страницах?

– Господин, – с благоговейным трепетом произнёс Тиу, – а можно мне тоже прочитать про эту тайну?

Старик наконец поднял на него взгляд.

– Ты правда хочешь узнать, как обрести мир? Или просто хочешь почитать Книгу Судьбы?

Тиу хорошенько подумал и честно ответил:

– И то и другое.

Мудрец ничего не сказал, лишь задумчиво погладил свою бороду. Тиу чувствовал его сомнения. Наконец старик сказал:

– Ты правда считаешь, что готов?

– Да, – убеждённо сказал Тиу. Он считал, что они с мудрецом давно во всём сравнялись, не считая знания, заключённого в книге.

– Я не уверен, – сказал старик.

– А я уверен! – воскликнул Тиу. – Пожалуйста, позвольте мне доказать это вам!

Старик с минуту посидел задумавшись, а потом сказал:

– У подножия этой горы ты увидишь озеро, а на берегу – высокое дерево. Заберись на самые верхние его ветки и просиди там в созерцании девяносто девять дней и девяносто девять ночей. Если сумеешь это сделать, то тебе будет позволено прочесть Книгу Судьбы и узнать секрет обретения мира.

Тиу без лишних слов ринулся к подножию горы. Там он нашёл высокое дерево на берегу озера. Дерево напоминало гигантскую кисть живописца – до того прямым и гладким был его ствол – и казалось таким же высоким, как гора, с которой только что спустился Тиу. Он с трудом обмотал вокруг необъятного ствола верёвку и полез к самым верхним веткам.

Наконец он добрался до вершины дерева и уселся там в полной уверенности, что у него всё получится. Он не сомневался, что выполнит условие мастера и, спустившись с дерева, узнает секрет достижения мира. Солнце всходило и заходило, луна полнела и худела, а Тиу наблюдал за всем этим из ветвей. Жители окрестных сёл, довольные, что теперь можно задавать вопросы, не взбираясь на гору, а просто стоя под деревом, слали молодому мудрецу корзины еды, которые он поднимал наверх с помощью верёвки. Он всё отвечал и отвечал на вопросы, раздавал и раздавал советы, и поток людей не иссякал.

На девяносто шестую ночь разыгрался ужасный шторм. Ветер пронзительно вскрикивал и завывал, гром гремел вдали, но казалось, что он грохочет прямо над ухом, молнии взрезаґли небо, дождь слал на землю острые стрелы. Дерево качалось и гнулось до земли, но Тиу, помня учение старца, не впадал в отчаяние. Даже когда ветви других деревьев с треском обламывались и падали, а яростный ветер обжигал лицо, Тиу сидел не шевелясь, подобно каменному изваянию.

На следующее утро люди собрались под деревом посмотреть на Тиу, который спокойно восседал на тонких верхних ветках.

– Он великий мудрец, в этом нет сомнений! – говорили люди друг другу. – Такой ураган не страшен лишь тому, кто достиг подлинного просветления! – И они приветственно махали ему.

Тиу с большим удовольствием слушал похвалы. Я показал им всем, кто я такой, подумал он – и с этой мыслью написал стихи:

Я – каменная гора.

Ни самый сильный ветер,

Ни самый громкий гром

Меня не сдвинут с места.

Крепок мой дух.

Обретаю свободу.

И он решил послать эти стихи своему учителю на вершине горы. Один из поклонников Тиу быстро взбежал на гору и передал стихи мудрецу. Тот прочитал стихи и улыбнулся. Затем перевернул листок и написал чёрным по белому:

Ик.


И отправил листок обратно к Тиу.

Тиу дрожащими руками перевернул листок, надеясь на похвалу учителя. Когда он прочёл написанное, то ужасно оскорбился.

– Ик! – произнёс он негодующе. – Я говорю о самопожертвовании, о великом знании, а он отвечает мне какой-то отрыжкой? Что он этим хотел сказать?

Возмущённый, Тиу слез с дерева и устремился на гору. С каждым шагом его обида на учителя всё росла, и когда он наконец увидел старца, безмятежно сидящего на вершине, гнев и негодование выплеснулись через край.

– Что это?! – закричал Тиу, потрясая листком. – «Ик!» Что это значит?!

Старец спокойно выжидал, пока Тиу сделает паузу, чтобы перевести дыхание. Дождавшись, он с улыбкой произнёс:

– Ты сказал, что тебя не сдвинет с места ни самый сильный ветер, ни самый громкий гром. Однако хватило и одного-единственного «ик».

Звёздная Река

Завершив этими словами свой рассказ, госпожа Чан посмотрела на Жэньди. Уголки его губ изогнулись, из ноздрей вырвался шум – и когда этот звук присоединился к общему смеху, сам Жэньди наконец понял, что он смеётся.


Глава 10 | Звёздная Река | Глава 12