home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 23

POVАртур

Не нужно было ходить на чертов день рождения, но Таисии сложно сопротивляться. Я не понимал, зачем сестра тащит меня туда. Сама ведь все твердила что от Мотылька я должен держаться подальше. Так что, получается, в одно мгновение передумала?

Мы оба понимали, что Василина будет там. Не знаю на что рассчитывала Таисия. Я же просто знал, что не смогу устоять и не подойти к девушке, которую так и не смог забыть за эти годы. И что это разозлит ее. В Василине не осталось ничего от прежнего Мотылька. Почти ничего. Холодная, уверенная в себе красавица, которая разбила уже не одно мужское сердце. Штаховский лебезил перед ней, аж смотреть было тошно. Никогда не видел, чтобы Якоб настолько стелился перед девчонкой. Я бы посмеялся. Если б сам не мечтал быть на его месте. Сидеть рядом с ней за столом, весело болтать о чем-то, смеяться, спорить. Каждая деталь — нож в сердце. Черт, да что ж так больно то, а? Словно я сам девицей стал, мечтательницей, влюбленной по уши. Надо срочно отвлечься. Бабу какую-нибудь себе найти. Ты же умеешь, Бурмистров. Разбитое сердце вылечить нельзя, но обезболить — запросто. Алкоголем и доступными телками. Покажи ей, что тебя тоже хотят, что тебя тоже могут обожать и вожделеть. Конечно, не так как Мотылька. Она собрала вокруг себя целую команду. Мужики наперебой старались поухаживать, угостить, рассмешить. Привлечь внимание любым способом. А она царственно непринужденно принимала все эти знаки внимания… и оставалась недоступной королевой. Недосягаемой мечтой. И как у нее это получалось? Кто научил? Кто настолько сильно изменил мою простушку? Или она никогда не была простой и лишь притворялась?

Как же мне хотелось подойти к ней. Но Таисия, как цербер следила за каждым моим шагом. Наконец мне повезло — у сестренки разболелась голова и она отправилась восвояси. Я проводил как послушный ребенок старшую сестру, уверил, что тоже ложусь спать… и отправился обратно. Мотылек манила меня.

Я нашел ее там, где меньше всего ожидал. На кухне. Она мыла посуду. С ума сойти… Больше занятия не нашла себе. Наблюдаю, стараясь не дышать, как она хлопочет у плиты, настоящая домохозяйка. Или хорошая актриса. Ведь модели посещают курсы актерского мастерства? А Мотылек всегда была прилежной ученицей, во всем…

Василина достает противень из духовки, с наслаждением вдыхает аромат свежевыпеченного пирога… Потом буквально птицей вспархивает на стул, что-то ищет на верхней полке. Застываю статуей. Заворожен ее изящными движениями. Охвачен безумной тоской по всему, что воплощает в себе эта девушка. Воспоминаниями. Сладкими. Горькими. Нашими…

А потом она замечает меня и мне сносит крышу. Вроде протрезвел давно, а теперь снова пьян. Окутан ее запахом, таким знакомым, родным, и в то же время новым, неведомым. Она злится, старается избежать разговора со мной. Но чувствую — все еще волную ее. Между нами все еще есть притяжение, то самое, невероятное, сумасшедшее, что снесло мне крышу напрочь в последнем классе школы. Я хочу ее поцеловать. Эта мысль бьется в голове молотом, вышибает последние мозги напрочь.

Но Мотылек снова закрывается от меня, от нашего прошлого, которое, я чувствую, уверен в этом, еще не похоронено в ее сердечке. Но она зачем-то запечатала его за семью замками. Запретила себе… мне… надеяться на счастье.

Провожаю взглядом, когда выбегает из кухни. Возможно, это все мое воображение, но на минуту Василина оглядывается на меня, и я успеваю заметить сожаление в ее глазах. Словно уходит против воли. Или это лишь моя буйная фантазия?

Которая не дает мне покоя всю ночь. С ума схожу от мысли что она ночует в одном доме со Штаховским. Внутри все горит, ворочаюсь на кровати веретеном, встаю еще затемно — нормально уснуть так и не удалось. Я должен поговорить с ней, не успокоюсь пока не увижу, не услышу голос ее. Брожу все утро по окрестностям, как привидение, понимая, что не могу прийти в чужой дом в такую рань. Потом как назло отвлекает Таисия — должны приехать родители, просит отвезти ее за продуктами в ближайший супермаркет. В результате к Мотыльку отправляюсь уже после обеда. Чтобы увидеть, как садится на байк к незнакомому парню. Меня накрывает волной ярости. Ревность раздирает нутро, гоню за ними, не думая ни о чем. Хорошо, что парень оказывается умнее, и останавливается, иначе неизвестно чем могла закончиться эта гонка. Мотылек права, я придурок. Полностью это осознаю, когда разъяренной тигрицей набрасывается на меня.

Но даже эти прикосновения, ее кулачки, бьющие по груди — безмерно приятны. Прошу прощения, и кажется, Василина немного успокаивается. Привлекаю ее к себе, и она затихает.

Отвожу Мотылька домой — чувствую, что она вымоталась, устала. Не готова к разговору. Но и прогонять меня больше не пытается. Значит, я приду завтра.

POV Василина

Третий день пребывания на даче был еще жарче. Солнце палило нещадно, как будто сейчас разгар июля, а не май. Из гостей остались лишь несколько человек, самые близкие друзья Натальи, Артем. Кажется, снова затеяли шашлыки.

Егор уехал сразу после нашей неудачной прогулки. Вернувшись на дачу, возле которой Артур высадил меня, и тут же ударил по газам, скрывшись из виду, я заперлась в своей комнате. Наталья пыталась вытянуть меня на разговор о произошедшем, но я не хотела говорить об этом. Весь остаток дня я пыталась сосредоточиться на учебе — впереди было еще несколько экзаменов. Но мысли все равно возвращались к Артуру.

Хорошо, что возле бассейна сейчас ни души. Мне отлично видно в окно. Поэтому, решаю воспользоваться случаем и окунуться перед обедом. Сбрасываю одежду и надеваю бикини. Не терпится оказаться в воде, так странно, ведь еще несколько лет назад я не умела плавать. Но с тех пор многое изменилось.

Спускаюсь вниз, и, поздоровавшись со знакомыми, ныряю в бассейн. Вода прохладная, но такую и люблю — просто чудесная. Проплываю несколько раз туда и обратно, и наконец, чувствуя себя совершенно опустошенной, опускаюсь в шезлонг у бассейна.


Я и не заметила, как задремала, не смотря на доносящуюся из-за дома музыку и шум голосов. Неделя выдалась очень утомительной, я катастрофически не высыпалась, думала на даче отдохну и буду спать по 10 часов, но увы… Якоб, Артур, запутанная ситуация с обоими лишила меня сна.

Просыпаюсь, неожиданно почувствовав, как кто-то опустился на соседний шезлонг. Почти бесшумное, едва уловимое движение, но меня как подбросило. Чуть приподнимаю веки, чтобы увидеть кто нарушил мой покой, ожидая отчего-то увидеть Якоба. Это в его стиле — подкрасться с кошачьей грациозностью. Но вижу перед собой лицо Артура, не в силах понять, грежу ли наяву или просто сплю…

Кроме старых джинсов, низко спущенных на бедрах, на нем ничего нет… И осознание этого почти лишает меня возможности сделать вдох. Артур все еще не заметил, что я проснулась. Он очень внимательно, пристально, с какой-то дикой жадностью разглядывает меня. Внутри все переворачивается от этого взгляда. И тут Артур понимает, что тоже наблюдаю за ним. Воздух между нами становится вязким, плотным. Кажется, протяни руку, и она застрянет в этом вакууме напряжения. Тишина буквально звенящая, все голоса, звуки, доносящиеся с противоположной стороны дома — исчезают. Мы совершенно одни. Артур подается вперед, к моему шезлонгу и нависает надо мной.

Его широкая грудь почти касается моей кожи. Как же трудно дышать. Жар, исходящий от Артура, неповторимый запах его кожи, такой знакомый, из прошлого, и в то же время такой далекий. Это уже далеко не тот Принц, к которому я столько времени копила обиды. Рельефные накачанные мышцы рук, выпирающие, точно канаты, вены, крепкие крупные ладони по бокам от моей талии — все свидетельствует об огромной силе, невероятной выносливости и агрессивной мощи.

— Зачем… — все, что успеваю пролепетать, прежде чем настойчивые губы закрывают мой рот поцелуем. И я улетаю… Растворяюсь в восхитительном ощущении полной невесомости. Я словно вернулась на несколько лет назад. Нахожусь в машине любимого, он учит меня, отчитывает за непослушание и невнимательность, а я заглушаю его претензии поцелуем.

Безотчетным движением запускаю руки в его волосы, по привычке, забыв о том, что Принц уже носит другую прическу. Короткий ежик немного отрос с момента, как я видела Артура на приеме. Но ни в какие сравнения не идет с прежними локонами.

Но мой призрак из прошлого слегка отстраняется, прерывая поцелуй. Внимательно смотрит на меня. Затем отрывает ладонь от шезлонга и осторожно касается указательным пальцем моей щеки. Это трепетное касание, и предательская вспышка нежности в ответ, ужасают меня. Делаю попытку оттолкнуть его руку, но Артур хватает за запястье и подносит мою ладонь к губам. Застываю от неожиданности. Столько нежности в этом жесте, столько покаяния. Рука Артура скользит по шее, указательный палец касается моей щеки. Бесконечно трепетное прикосновение, его палец проходится по линии губ, потом проскальзывает в рот, ласково пробегается по зубам. Не могу пошевелиться, даже если бы захотела, но я не хочу. Снова закрываю глаза, отдаваясь этим нежным прикосновениям, принимая их, впитывая.

Рука Артура спускается ниже — накрывает мою левую грудь. Вздрагиваю от этого прикосновения. Понимаю, что нужно оттолкнуть, дать пощечину, закричать, но я как застывшая статуя. Только внутри клокочет вулкан. Из груди вырывается стон, когда, отогнув край купальника, Артур начинает ласкать мою грудь. Желание, которому невозможно сопротивляться, накрывает горячей волной. Только бы он не останавливался, только бы его пальцы продолжали ласкать, исследовать, пробираясь в самые сокровенные уголки, обладать…

Мой судорожный вздох вызывает у Принца улыбку. Ласково посмотрев на меня сверху вниз, он шепчет:

— Опыта у тебя не больше чем в шестнадцать лет.

Сухо смеюсь в ответ, ничего не отвечая. Ведь он прав. Никакого опыта. Позорище! В девятнадцать лет все еще девственница и все еще грежу о Принце! Можно ли быть более жалкой неудачницей?

Рука Артура скользит еще ниже, в трусики-бикини. Задыхаюсь от волны возбуждения, накрывшей меня с головой, в которой еще немного — и рискую захлебнуться. Ощущение, что не могу дышать, воздуха не хватает, немного отрезвляет. Стискиваю его руку, отталкиваю.

Что же я позволяю с собой делать? Это какое-то безумие! Упираюсь руками в грудь Артура, пытаясь оттолкнуть его, разорвать сковавшее нас объятие.

— Пусти!

— Но почему, Мотылек? — тяжело дышит мне в лицо. — Ты же хочешь меня. Всегда хотела. Помнишь, как умоляла когда-то? Почему мы должны ненавидеть, сопротивляться, если чувствуем совершенно противоположное? Мы должны поговорить. Здесь не самое удобное место, но мы могли бы подняться к тебе в комнату… или пойти ко мне.

— Никуда мы не будем подниматься! — тщетно пытаюсь вырваться.

От яростного взгляда пронзительно серых глаз, можно превратиться в пепел.

— В какие игры ты опять пытаешься играть? — Принц больно сжимает мои руки. — Сначала принимаешь, отвечаешь, а теперь… Я по-твоему мальчишка для игр? Отомстить хочешь? За прошлое?

— Нет. Никакой мести… О чем ты говоришь, — я искренне возмущена. — Ты первый подошел.

— Но ты меня хотела… приманила.

— Нет!!!

— Но не предпринимала попыток остановить меня, — резко перебивает Артур.

— Это было слишком неожиданно. Прости, что невольно ввела тебя в заблуждение, но я не собираюсь с тобой спать.

Последняя фраза вырывается прежде, чем успеваю остановить себя. Лицо горит от смущения. Зато Принцу, кажется, весело, успеваю заметить промелькнувшую на его лице улыбку:

— Ты возможно удивишься, но похоже неправильно поняла меня. Я и сам не планировал сейчас спать с тобой. Только поговорить.

Какое-то время Артур молча изучает мое лицо, словно прикидывая, как поступить.


— Что на самом деле означает твое поведение? Еще одна игра? Месть?

Мне удается натянуто рассмеяться.

— Месть? За что? Что ты сделал такого, чтобы тебе мстить?

— Василина, я… Мне очень жаль, что тогда, три года назад все так получилось. Ты неправильно все поняла, а я… Ты не дала мне объяснить.

— Возможно. Только теперь этих объяснений мне не надо. И запомни, то что однажды я позволила тебе залезть мне в душу — не значит, что ты можешь повторять свои попытки и впредь.

— Это из-за Якоба? Вы теперь вместе?

— Это не твое дело. С тобой у меня нет ничего общего. И если ты хочешь вспомнить молодость, школьные победы, юношескую любовь… Поищи все это где-нибудь в другом месте.

Крепко сжав кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони, смотрю в лицо Артура. Похоже, у меня есть только один способ отделаться от него — сделать вид, что все произошедшее сейчас между нами, для меня ровным счетом ничего не значит.

— Тебя не касается, есть ли у меня парень.

— Ошибаешься. Не нужно играть со мной, Василин. Не выиграешь.

— Угрожаешь?

— Нет… Не хочу быть врагами. Пожалуйста…

— Может тогда не с этого надо было начинать?

— А с чего? С покаяния? Что тебе еще надо? Чтобы на колени встал? Давай уже по-взрослому, а? Пора вырасти, Мотылек.

Мне становится неловко. Ведь Артур прав. Веду себя как маленькая капризная девочка.

— Давай прогуляемся? Подожду пока оденешься.

Мы гуляем по округе. Просто бродим, говорим мало. Но в этой тишине отчего-то так уютно.

— Пойдем на обед к нам, — предлагает Артур. — Родители страшно хотят тебя увидеть.

— Не знаю…

— Там и Таисия твоя любимая. Не бойся.

— Я не боюсь. Просто все слишком быстро…

— Знаю. Сам не ожидал. Думал еще долго меня мучить будешь.

— Может и буду… Это все слишком неожиданно, ты же понимаешь?

— Все понимаю, не переживай. Буду ждать сколько потребуется.


Обед проходит в чудесной обстановке. Родители и правда так обрадовались мне, мама Артура ужасно мила и разговорчива, все время старается поухаживать за мной, положить побольше вкусностей на тарелку. Мне неловко от этого внимания.

Не успел закончиться обед, как меня начинают уговаривать остаться на ужин. Должны прийти гости, снова гитара. А еще — видеочат с дедушкой Аристархом.

— Он не простит, если узнает, что ты была и мы тебя отпустили. Страшно скучает, — говорит Артур с улыбкой. Оставайся, Мотылек. Тем более тебе сегодня нечего опасаться — меня не будет. Нужно в город по делам съездить. Жуть как не хочется, но ничего не поделаешь… надо.

— Это насчет нового контракта? — спрашиваю, затаив дыхание. — Бурмистров, я хочу, чтобы ты знал — никуда не отпущу. Не позволю.

— Мой дорогой Мотылек, — улыбается Артур. — Нет, это по другой работе. Предложили халтуру, а я на мели. Не в моем положении отказываться.

— Ничего опасного, надеюсь?

— Мне приятно, что ты так волнуешься. Нет, я большой мальчик, и крепкий. Все будет отлично.

— Когда ты вернешься?

— Лучше ты скажи, когда будешь в городе? Ты же не все лето здесь проведешь?

— Нет, завтра уже вернусь.

— Я приеду и отвезу тебя. Дождись.

— Не на байке, надеюсь?

— Как пожелаешь.

— Предпочитаю автомобиль.

— Договорились.


Уговариваю себя держаться спокойно, не нырять снова в омут, но как тут устоишь? Принц снова манит меня, притяжение настолько сильное, словно в этом человеке зашит огромный магнит.

— Проводишь? — мягко спрашивает Артур, и берет меня за руку. Подходим к калитке, перед которой стоит его байк. — Завтра вернусь за тобой и отвезу на машине.

— Хорошо, — киваю. Продолжаю стоять и смотреть на него. Так неожиданно все обиды испарились и словно не было прошлого. Но как же теперь трудно отпустить даже на день. Повинуясь порыву, подхожу к нему и обнимаю. Бурмистров в ответ крепко стискивает меня в объятиях. Как же мне нравится его высокое, крупное тело, мускулистые руки, мощная широкая грудь! Стоя вот так, в его объятиях, мне кажется, что нахожусь в сказочной крепости, надежной, теплой.

Когда Артур скрывается на мотоцикле за поворотом, мне вдруг неожиданно становится холодно и неуютно. Иду обратно в дом. Мне хочется остаться одной, вернуться в свою комнату в доме Натальи. Но меня окружают Бурмистровы, семейство Артура настолько доброжелательно, что об уходе не может быть и речи. А разговор с Аристархом по скайпу и вовсе довел нас всех до слез… Меня представили и жене Аристарха Бурмистрова. Она произвела на меня огромное впечатление — очень стильная, умная, глубокая женщина. Таисия очень на нее похожа. В общем вечер ностальгии глубоко тронул наши сердца. Вот только… Совсем заполночь появился Дмитрий Аристархович. Казалось бы, столько времени прошло. Но неприятное, сосущее под ложечкой ощущение которое я испытала, было прежним. Дмитрий очень внимательно разглядывал меня. И, выбрав момент, когда осталась одна, подошел.

— Ну надо же, птичка. Не думал, что снова залетишь в этот дом.

— Я никуда не залетала.

— Да уж. Ты оказалась хитрее, чем я думал. Не только юного Ромео окрутила, но и всю семью очаровала.

— Я вам чем-то мешаю, Дмитрий? Не понимаю ваших намеков, но они мне неприятны.

— Нет никаких намеков, красавица. — Дмитрий внезапно меняет тон голоса. — Я лишь за племянника волнуюсь. Ты ведь уже разбила ему сердце однажды… А ну как снова страдать парень будет. Но из-за такой красотки не грех и помучиться. Знаешь что, а давай пересечемся как-нибудь в городе? Поужинаем. Развеемся.

— Извините, не могу. У меня работа, экзамены.


— А где работаешь?

— В Макдональдсе.

— Каком именно?

— В центре, возле драмтеатра.

Не знаю, зачем я наврала Дмитрию, вышло спонтанно. Наверняка выяснив правду, он взбесится… Ну и пусть.

Таисия настояла на том, что отвезет меня к Наталье на машине, хоть и пешком было минут десять, но время позднее. Дмитрий тоже порывался, но все родственники дружно выступили против этой идеи. И вообще у меня сложилось впечатление что дядю Диму не очень-то жалуют в этом доме. С его появлением воцарилось какое-то напряжение.

— Спасибо огромное за вечер, — благодарю Таисию. — Столько воспоминаний.

— У нас не меньше, милая. Все просто счастливы, что ты помирилась с моим братом. Что бы это не означало.

— А что это может означать?

— Ну, что угодно. Дружбу. Любовь. Свадьбу.

Смеюсь натянуто.

— Мне казалось, что ты всегда выступала против наших отношений.

— Ни в коем случае, я лишь выступала за то, чтобы дать тебе свободу выбора. Ну и возраст у вас был конечно слишком юный. Но в остальном — считаю вас идеальной парой. Жаль, что вам пришлось три года страдать в разлуке…

— Я не страдала, — вздыхаю. — Но вот Артур… Ему сильно досталось и это ужасно… если бы я знала…

— Тогда что?

— Хотя-бы не встретила так холодно. Как вышло что Артур оказался в Афганистане? Не из-за меня, надеюсь? Я бы себе не простила…

— Нет, дорогая, ты совершенно ни при чем, даже в голову не бери. Семейные недопонимания.

— Он ведь не вернется туда?

— А это уже от тебя зависит…

— От меня?!

— Я шучу. Но определенно ты та, кто может удержать его здесь. Но только если тебе это по-настоящему нужно.


Перед сном я долго прокручивала в голове разговор с Таисией, и утром тоже, пока ждала Артура, и одновременно тщетно пыталась вникнуть в список литературы для университета. Но думать могла только о грядущей встрече с Бурмистровым. Я так отчаянно хотела его увидеть, что в голову даже пришло отправиться к нему на дачу и подождать там, но подумала, что это будет слишком навязчиво.

Наконец Артур приехал и забрал меня. Мы вернулись в город, расставаться даже на несколько минут было невыносимо. Мой мозг был одурманен происходящим.

Я не могла отвести взгляд от скульптурно вылепленного, красивого лица. В машине, на протяжении всего пути в город, ощущала себя как в тесной клетке. Между нами было столь малое расстояние. Слишком близко и одновременно слишком далеко. Я ощущала жар сильного мужского тела, прикрыв глаза, вдыхала неповторимый запах его туалетной воды — аромат цитруса с оттенком терпких специй, так похожий на тот, из прошлого. Не могла не вспоминать наши поцелуи, жадные и одновременно нежные. Заметил ли Артур, что мое дыхание участилось, хоть я и старалась контролировать его? Догадывается ли, о чем думаю, мечтаю, жажду? Почему смотрит на меня с насмешливой полуулыбкой, разгорающейся в глубине серебристых глаз?

Я едва выдержала эту поездку.

Самое главное, что мучило меня — непонимание насколько близко могу подпустить Бурмистрова. Все развивалось слишком бурно и стремительно. Примирение, общение, родственники, которые, казалось-бы, жаждут нашего воссоединения. Мне требовалась передышка, хотя-бы минимальная пауза. И в то же время чувства рвались наружу бурным потоком. Я хотела близости, прикосновений, хотела дышать Артуром, ни на секунду не расставаться. Но не была уверена, чего хочет он.

Вечером — очередное испытание — Артур пригласил меня на ужин в дорогой ресторан.

Он невероятно обаятелен и галантен. Вот только я от напряжения, смешанного с возбуждением, ни кусочка не могу проглотить.

— Ты ничего не ешь, Мотылек. — Голос Принца звучит хрипло.

— Ты тоже. — Отодвигаю тарелку и качаю головой. Наверное, со стороны выглядим смешно. Не едим, а только пялимся друг на друга. Разговариваем… Артур выспрашивает буквально мельчайшие подробности моей жизни за эти три года.

— Не нужно нервничать. Для этого нет никакого повода, — мягко убеждает Принц.

«С тобой всегда как на вулкане, так что повод найдется» — отвечаю мысленно, но в ответ лишь улыбаюсь.

— Ты сегодня невероятно красива. Это очень мучительно, — признается Принц, а я краснею. Я действительно потратила кучу времени на сборы. Очень долго раздумывала как одеться. Расчесывалась, размышляя как уложить волосы. Но в результате оставила их распущенными, свободно струящимися по плечам. Платье простое, но изысканное. Мятного цвета, из воздушной органзы, очень приятное к телу, отлично оттеняющее загар, освежающее, как морской бриз. Любимый кулон мотылька на шее. Больше никаких украшений.

Во время десерта Артур опускается на колено и раскрывает передо мной коробочку…

Ощущаю сильнейшее головокружение, комната вертится перед глазами. Предложение? Он делает мне предложение?

Наверное, я заметно побледнела, потому что Артур поднялся с колена, приблизился ко мне.

— Мотылек! Я не хотел напугать тебя. Понимаю, что все слишком быстро. Я не должен так торопить события. Да и я сейчас не готов к семье, даже жилья своего нет… Но я быстро все решу. А пока — это просто сувенир на память. Но я в него вложил не меньше эмоций и надежды, нежели в обручальное кольцо… Пожалуйста, примерь, малыш.

Передо мной в бархатной коробочке лежит кольцо в виде крыльев мотылька….

Комната снова плывет перед глазами, чтобы вновь возникнуть в четком фокусе, от которого щиплет глаза. Приказываю себе оставаться собранной и хладнокровной, запрещаю воспоминания о прошлом, другой жизни, другом времени. Когда любила безумно. И так жестоко была обманута. Но сейчас все должно быть по-другому! Мы не дети, а взрослые люди, самостоятельные, отвечающие за свои поступки… Я не та что прежде, и уже не настолько зависима от чувств к Принцу. Или это лишь самообман, напрасная надежда? И я все та же неуклюжая, немодная девочка, для которой Принц школы, все равно что божество?

— Пожалуйста, примерь. Умоляю тебя. — Взволнованно просит Артур.

Послушно надеваю кольцо на палец. Оно восхитительно. Слезы душат меня. Безделушка, но она разбивает мне сердце. Мои крылья возрождаются к жизни. Кажется, еще немного и снова смогу взлететь. Мотыльки бьются под сердцем, живые, новые, неистово жаждущие любви.

Жду, пока Артур оплачивает счет. Вероятно, официант счел нас странной парой: оставили на тарелках нетронутой изысканную еду, не допили дорогое вино. Сидели в напряженной позе, будто увлеченные дискуссией или спором. Нас многие провожали глазами, когда мы шли между столиков к выходу. Когда наконец оказались на улице, глубоко вдыхаю свежий воздух и собираю всю волю, чтобы достойно попрощаться. Близость — вот что волнует меня больше всего на данный момент. Я безумно хочу Артура, но в то же время знаю, что не готова. Не могу так скоро открыться, отдаться без остатка. Но что если он не желает ждать?


— Спасибо за чудесный ужин. И за подарок, еще раз… — произношу натянуто, переминаясь с ноги на ногу. Мы приехали на такси, и сейчас думаю о том, что вернуться домой нам лучше на разных машинах. Но не знаю, как об этом сказать. Стесняюсь… Если Артур пожелает соблазнить меня сегодня — вряд ли смогу устоять. Но мне не хочется быть для него столь простой добычей. Потом это будет мучить меня. Терзать. А если снова что-то пойдет не так? Горю от этих мыслей, задыхаюсь.

— Не за что. Ты так официальна, Мотылек? Что случилось?

— Ничего. Просто устала.

— Мне кажется недоговариваешь. Что тебя тревожит? Я?

«Ты всегда тревожишь меня»

— Я, наверное, сама доберусь…

— Нет, я отвезу тебя, — резко обрывает Бурмистров.

В такси сидим в полном молчании. Он — впереди рядом с водителем, я — на заднем сидении. Кусаю губы, нервничаю от мысли, что Артур, возможно, рассчитывает на продолжение вечера… А я — не готова.

Выхожу из машины, разворачиваюсь чтобы попрощаться, но Принц выходит за мной… Снова начинаю паниковать. Жалею, что не выпила ни грамма вина в ресторане, может тогда мне удалось бы хоть немного расслабиться. Заходим вместе в подъезд, вызываю лифт.

— Ты решил меня до двери проводить?

— Ты не слишком гостеприимна, Мотылек. Я так сильно тебя нервирую?

— Нисколько.

— Почему-то не верится.

— Пожалуй, пешком пойду. Всего-то третий этаж, — и я направляюсь к лестнице. Артур следует за мной. Догоняет уже перед дверью.

— Мне не нравятся эти игры. Не нужно убегать от меня. Мы ведь уже не дети, Василин. Давай по-взрослому? Поговорим…

— Я очень устала.

Артур наклоняется и берет в ладони мой подбородок, нежно проводя большим пальцем по моим задрожавшим губам. Одно только прикосновение действует как электрический разряд, вздрагиваю. Сердце начинает колотиться бешено, когда Артур надавливает пальцем на мои полуоткрытые губы. Внутри растет паника. Но нет сил протестовать и сопротивляться. Я лишь закрываю глаза.

— Посмотри на меня, Мотылек.

Неохотно подняв ресницы встречаю твердый, пронзительный взгляд.

— Хочешь, чтобы я поцеловал тебя? — спрашивает тихим хрипловатым голосом, убирая палец с моих губ. — Почему боишься меня?

Прочитал мои мысли или я неосторожно произнесла что-то вслух? Неуверенно киваю в знак согласия. И то и другое. Умираю от желания. И в то же время — от страха.

И тут Артур целует меня, с тихим стоном прижимая к своему твердому, мускулистому телу, отчего теряю всякую способность сопротивляться. Думаю лишь о том, какой он сильный и как хорошо снова оказаться в кольце его рук, в тепле, в безопасности… Но о какой безопасности можно мечтать, если с трудом сдерживаю стон наслаждения, когда его ладони скользят ниже, касаются моей груди.

И тут Артур резко останавливается, отрывается от моих губ, и я едва сдерживаю стон разочарования.

— Здесь не место… Ты права. Прости Мотылек, это неправильно, ты не готова, но я на пределе. Знаешь, как сильно хочу тебя? — буквально сверлит меня взглядом серебряных глаз. — Так что? Продолжим игру, или закончим?

— О чем ты? — спрашиваю, чтобы выиграть время.

— Пригласишь меня к себе?

Каждая клеточка тела умоляет ответить «да». Если впущу его, случится то, о чем мечтаю больше всего на свете. Весь вечер, да что там, еще со вчерашней ночи, фантазии одолевают меня. Как это будет. Он нетерпеливо сорвет с меня платье и влажные трусики. Звук разъезжающейся молнии на его брюках. Кровь бурлит от воспоминаний прошлого, о его прикосновениях ко мне, о жарких поцелуях. Сила желания сводит с ума. Как и в прошлом, Артур будит во мне неодолимое вожделение, заставляя забыть обо всем на свете.

— Я не могу, прости, — едва хватает сил выдавить эти слова. Ненавижу себя за этот отказ. Тело бунтует, кричит — «Идиотка! Так и останешься навсегда девственницей при таком глупом поведении. Ничего нет страшного в том, чтобы отдаться любимому мужчине после ужина в дорогом ресторане. Так делают все!».

Но я не так воспитана. Проклятое целомудрие вбито в меня множеством книг, героев, героинь, которые много лет были моими лучшими друзьями, примерами для меня. Непорочность засела во мне занозой, и если сейчас уступлю сиюминутному желанию… боюсь что потеряю себя. Или, того хуже, начну презирать.

— Я понял, Мотылек. Только после свадьбы, — усмехается Артур. А я вспыхиваю.


Глава 22 | Отпусти мои крылья | Глава 24