home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава восемьдесят третья

Дети на троне

В Китае с 88 по 182 год н. э. ряд детей наследует власть династии Хань, дворцовые евнухи приобретают огромное влияние, поднимается восстание Желтых Повязок


янской границы, торговля вдоль Шелкового пути создала империи процветание. Даже отсутствие зрелого царя, могущего занял место Чжан-ди (когда он умер, его наследнику Хэ-ди было только девять лет), не казалось катастрофой, как это было в ранние времена правления Хань. Китаю везло на хороших регентов: Бань Чао, старый солдат, служивший при дворе еще при отце Чжан-ди, знал об управлении столько же, сколько и любой император.

В 91 году в возрасте двенадцати лет Хэ-ди приказал дворцовым евнухам убить родичей своей матери, которые пытались использовать его молодость, чтобы добиться важных постов в правительстве. Возможно, этот акт следует отнести к жестокости старого Бань Чао, который воспитывал своего юного подопечного и хорошо помнил, что династия Хань однажды была уже свергнута родственниками вдовствующей императрицы.

В любом случае это было первым появлением на сцене новой группы игроков во власть: дворцовых евнухов. Использование евнухов в качестве ближайших слуг царской семьи должно было гарантировать их лояльность: так как они были кастрированы, то – теоретически – не имели амбиций и не должны были стремиться к захвату земли, богатства или власти для того, чтобы оставить их по наследству своим детям или своему семейству. По некоторым оценкам при ханьском дворе имелось две тысячи евнухов, и они пользовались доверием императора.1

Хэ-ди умер в 105 году, не достигнув тридцати лет и не оставив законного наследника – ни одна из его жен не забеременела. Лишь одна из дворцовых наложниц нянчила трехмесячного сына императора, но и этот младенец Шан-ди умер до того, как ему исполнился год. Самым близким из оставшихся родственников императора оказался племянник Хэ-ди, Ан-ди, которому было двенадцать лет, когда он взошел на трон в 106 году. Но, в отличие от своего дяди, ему не повезло на осторожного наставника. Бань Чао умер в 102 году, прожив жизнь, проведенную в постоянных войнах на Западе, в которых дошел до самого Каспийского моря.2

Опять за сценой начали передвигаться могущественные родственники. Хотя Ан-ди был еще ребенком, его женили на дочери амбициозного чиновника, после чего принудили передать полномочия по принятию всех политических решений семье жены.

До 146 года вся преемственность власти юных правителей заключалась в предоставлении трона как ширмы для прикрытия власти, передающейся от одной амбициозной знатной семьи к другой. Сын Ан-ди – Шунь-ди – был коронован в 125 году в возрасте десяти лет; его сын – Чун-ди – был коронован, когда ему едва исполнился год, и умер, не дожив до трех лет. За ним следовал его троюродный брат, семилетний Чжи-ди, которого отравили, когда ему исполнилось восемь лет, заменив на другого кузена – четырнадцатилетнего Хуань-ди.

Все эти годы ханьский Китай управлялся дядями, двоюродными братьями, тетками и любым, кто смог поучаствовать в этом деле. Политические вопросы за Хуань-ди решал старший брат его жены, амбициозный Лян Цзы, который уже несколько лет управлял столичным городом Лоян. Лишенный власти, Хуань-ди замкнулся в своем дворце, устранившись от политических решений, отказываясь спать со своей женой и – как выяснилось – тесно сдружившись с дворцовыми евнухами.

Эти евнухи становились все более могущественными благодаря постепенным изменениям в своем официальном статусе. Уже был случай, когда царский евнух усыновил мальчика, который был самым обычным ребенком. Но когда евнух умер, он оставил принадлежащую ему землю приемному сыну. И сыну позволили владеть ею. Через два десятилетия другому евнуху уже позволили передать приемному сыну придворный титул.3

Это были крайне важные перемены. Они позволяли евнухам создавать собственные семьи, образованные через усыновление, а не через браки, но, тем не менее, уже составляющие клан. И, как любой клан, дворцовые евнухи начали накапливать богатство, поместья и амбиции.

В 159 году Хуань-ди поручил пяти евнухам, на чью лояльность рассчитывал, важное задание: они должны были убить его шурина. За это император обещал наградить их титулами и землей. Его жена только что умерла, его кровная связь с Лян Цзы оборвалась, и он хотел вернуть себе трон.

Пять евнухов мобилизовали дворцовую стражу и окружили дом Лян Цзы. Он убил себя сам до того, как враги смогли ворваться внутрь и добраться до него, но остальные члены его семьи были перебиты. Чистка распространилась на весь клан.

Но возвращение Хуань-ди к власти произошло слишком поздно. За многие десятилетия, пока в Китае распоряжались регенты, никто не обращал особого внимания на состояние страны в целом. Достойная система, установленная Гуан У-ди, без присмотра начала давать обратный результат. Она отдала управление провинциями Китая в руки умелых и способных людей, заменив ими аристократов. Но эти способные люди оказались чересчур амбициозными. Многие из них постепенно захватывали землю тех, кто не мог заплатить налогов – но при этом позволили должникам продолжать обрабатывать ее.4

Все происходило совершенно законно и даже более гуманно (и более эффективно), чем было бы, если бы должников бросали в тюрьму. Но в результате правительственные чиновники сосредоточили в своих руках огромное количество земли, обрабатываемой должниками, которые стали новым видом крепостных крестьян. Естественно, эти земли начали передаваться по наследству, сыновьям и внукам. На месте прежней феодальной аристократии постепенно образовалась новая сеть семейств могущественных землевладельцев. Их имена отличались от имен великих семейств прежней эпохи, но суть была та же: богатые землевладельцы управляли огромными поместьями, а бедные земледельцы, которые обрабатывали землю, работали на них за гроши, не имея возможности защитить свои интересы. Землевладельцы начали даже нанимать охрану, чтобы обеспечивать безопасность своих громадных поместий – и эта охрана все больше и больше походила на частные армии.5

В то же время с открытием пути на запад все больше и больше развивалась торговля. Купцы (которые в начале эпохи Хань презирались как посредники-паразиты) смогли теперь накапливать огромные состояния.6 Это было явление, на которое сетовал ученый Ван Фу (умерший около 165 года) в своей книге «Цянь-фу Лунь» или «Критика скрытого человека». В главе «Об избыточной роскоши» он жалуется, что торговля вытеснила сельское хозяйство как самое доходное из занятий. Вдобавок торговля была построена на спинах бедных трудящихся земледельцев – ведь те вынуждены были платить все большие и большие налоги, чтобы можно было поддерживать весь Шелковый путь, протянувшийся до запада, обеспечивая его гарнизонами, охранявшими караваны купцов от бандитов. Но труды Ван Фу не обрели особого признания у официальных лиц.


История Древнего мира: от истоков цивилизации до падения Рима (перевод Гончаров Владислав)

Движение Желтых Повязок


Хуань-ди мало что делал, чтобы решить эти проблемы. Он умер в 168 году, оставив трон династии Хань со всеми проблемами своему двенадцатилетнему сыну Линди.

Мать Линди, вдовствующая императрица Доу, была третьей женой Хуань-ди. Она стала регентом при своем сыне, а поскольку Линди был еще очень мал, могла рассчитывать продержаться на этом посту достаточно большое время. Ее самую большую тревогу вызывала власть евнухов при дворце – в годы правления Хуань-ди они забирали в свои руки все большие и большие влияния и богатства. Действительно, группа дворцовых евнухов образовала что-то вроде клана, имевшего черты тайного общества: этот клан назывался «Десять постоянных служителей», и его члены совместно вымогали для себя у императора как можно больше денег и власти.

Один из советников императрицы, ученый-конфуцианец Чэнь Фань, предположил, что самым безопасным для империи было бы просто убрать всех евнухов. Слова этого совета дошли до евнухов. «Десять постоянных служителей» и их союзники напали на дворец, посадили вдовствующую императрицу под арест и заявили юному Линди, что пришли освободить его от влияния матери и будут дальше охранять его сами.

Вдовствующая императрица оставалась под арестом четыре года. Когда она умерла в 172 году, широко разошлись слухи о том, что она была убита Цао Цзе, лидером «Десяти постоянных служителей». Тем временем, Линди уже так верил этим «Десяти», что назвал одного из них, ненавистного всем Чжан Жана, почетным титулом «Воспитывающий меня отец».

В итоге государственная власть постепенно слабела, а вскоре к его экономическим проблемам Хань присоединились и природные бедствия. После широко распространившейся эпидемии 172 года последовало сначала наводнение, а затем нашествие саранчи. В 177 году военная кампания против варваров закончилась поражением. Двумя годами позднее, в 179 году, по стране прокатилась еще одна эпидемия.

Это все были предзнаменования, которые привели новую династию Ван Мана к концу. В его дни Красные Брови сражались против всевластия богатеев; теперь цикл насилия начался снова. Опять новые группы повстанцев, так называемые Желтые Повязки, подхватили знамя бедных и угнетенных.

Желтые Повязки были гораздо большим, чем просто группа мятежников – это была давно существовавшая секта, ждущая прихода Золотого Века. Миллионы китайцев, которые жили невыразимо тяжелой и мрачной жизнью, ожидали не просто политических изменений, а немедленного и кардинального улучшения жизни. Желтые Повязки предложили людям именно это. Их вождь, даосский проповедник по имени Чжан Чжуэо заявил, что обладает магической силой. Он объявил, что может излечивать болезни – прекрасное обещание людям, которые только что страдали от вселяющей ужас эпидемии. Он пообещал, что если они будут принимать его средства, то станут неуязвимы для ран и смогут без страха сражаться в битвах – такое же прекрасное обещание для тех, кто уязвим, плохо вооружен и слаб от голода.

К 182 году организация Желтых Повязок имела лишь немногим более трех сотен членов, но сражаться за нее были готовы пятьдесят тысяч бедных, доведенных до отчаяния безземельных китайцев. В 184 году наконец-то вспыхнуло пламя восстания против притеснителей..


Сравнительная хронология к главе 83

История Древнего мира: от истоков цивилизации до падения Рима (перевод Гончаров Владислав)


Глава восемьдесят вторая Границы Римского мира | История Древнего мира: от истоков цивилизации до падения Рима (перевод Гончаров Владислав) | Глава восемьдесят четвертая Порок наследственной власти