home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



20

После последних слов Серена, едва ощутив связь с клоном, отправила его, конечно же, на верхний жилой уровень. Она даже не сразу поняла, что видит, потому что клон отчего-то не желал стоять ровно, а плавно чуть поднимался вверх и опускался вниз. Но как это часто бывает, ей сначала показалось, что это металлическая стена, лицом к которой телепортировался клон, движется вниз-вверх.

– Вот это да! – услышала она Алекса. – Серена, ты оглянись.

Море чуть мерцало тремя дорожками лунного света и плавно накатывало свои волны на… половину, оставшуюся от бетонного пола коридора уровня «–87», ставшую сейчас его берегом. Клон Серены стоял в воде и это волны приподнимали и опускали его.

– А где же все, кто жил на той стороне?

– Семка сказал, что можно за них не беспокоиться.

– Ну раз сам Семен сказал… – Ей очень захотелось сказать что-нибудь очень едкое в адрес всезнающего Семена, но сразу и расхотелось. – Ладно, ты прав, ему можно верить. Полезли на «минус двести».


– Кольцов, наверное, специально отправил нас в самое скучное место. Понять бы еще смысл нашего пребывания здесь, – ворчал Алекс, шагая враскачку – все клоны из-за очень малой массы раскачивались при ходьбе – по скучному каменному проходу. – В этой шахте… или в штольне?.. пусто, как на Луне, и до зубовного скрежета скучно.

– Саша, ты не прав, – оборвала его занудствования Серена. – Здесь очень интересно.

– И что тут интересного?

– Посмотри на стены.

– Ну стены и стены.

Оба двухсотых уровня были заброшенными штольнями, в которых когда-то шахтеры добывали руду. Эта штольня, начинаясь у лифтовой шахты на отметке минус двести метров, нешироким коридором длиной около двух километров взбиралась, где круто, но по большей части полого, до отметки минус сто пять метров. Коридор был узким, особенно в своей верхней части, проходил он в очень твердых породах, поэтому здесь даже никаких креплений не было. Единственными примечательными экспонатами в нем являлись остатки рельсов, пара брошенных вагонеток в самом начале и нечастые и неглубокие ответветвления, встречающиеся повсюду.

Стены, на которые Серена посоветовала смотреть Алексу, были грубо вырубленными, из-за множества впадин, трещин и выступов на них порой возникали то устрашающие, то забавные тени.

– Хм! – многозначительно хмыкнул Алекс. – На нашем уровне сейчас пылища повсюду такая, что дышать трудно, а здесь ни пылинки в воздухе.

– Ну!

– Что ну?

– Посмотри на стены!

– Опаньки! Вот куда она вся собралась. Сплошной ковер из пыли, да еще и шевелится… от сквозняка?

– Нет, – Серена мотнула головой, пусть клон этого движения не смог бы повторить. – Тут электричество стекает по стенам буквально ручейками, а в других местах течет вихрями или перетекает с одной стены на другую. От этих потоков пыль слипается комками и шевелится. А еще светится разными оттенками оранжевого. Электрические потеки синие и голубые, пыль оранжевая…

– А я ничего этого не вижу! – От досады Русаков ударил в стену коротким звуковым импульсом, тот отразился, и по штольне загуляло эхо. А по стенам поплыли видимые ему разводы электрических искорок. Но Серена все равно видела намного больше.

– Давай еще раз! – попросила она. – Тут такой фейерверк получился – искры то там, то здесь фонтанчиками!

– Да? Я искорки тоже видел, но слабенькие, словно шерстяной свитер снимаешь. Или кошку гладишь. Но раз ты просишь…

Он повторил звуковой удар с таким расчетом, чтобы звук ушел вперед и вверх по штольне и вернулся к ним уже едва уловимым. Но вместо этого впереди послышалось равномерное гудение, а затем, словно выдох гигантского дракона, пришел ровный и очень сильный поток горячего воздуха, наполовину разбавленного густой пылью.

Серену едва не унесло в начало маршрута, но клон Алекса умудрился и сам прилипнуть к стене, и ее клона удержать. В поднявшемся пыльном мареве силуэты клонов обрели видимость.

– А я тебя вижу, – засмеялась Серена.

– Аналогично. Смотри, как быстро пыль к стенам прилипает. Пошли вперед?

– Ноги не промочи, тут вдруг ручеек появился.

За последние полчаса произошло столько опасных, страшных и просто невероятных событий, о последствиях которых они толком не знали. Даже не знали, закончилось ли стихийное бедствие или будет продолжение, а если будет, то чем оно может завершиться. Возможно, последний подземный толчок не был ни последним, ни самым мощным, может, будет еще один, который сумеет обрушить на них миллионы тонн камня. А настроение отчего-то замечательное. Оттого что живы остались? Оттого что тоскливое вынужденное сидение под землей сменилось чем-то, что будоражит кровь? Или оттого что произошло между ними за несколько минут до землетрясения? Что бы ни было причиной, но сидят они сейчас на солдатской койке с замотанными, чтобы не задохнуться от пыли, мокрыми полотенцами лицами, бредут одновременно по мрачному подземелью и им весело.

Серена первые шаги сделала действительно так, чтобы не намокли ноги, и от этого ей стало смешно.

– Чего фыркаешь? – спросил ее Алекс и чуть толкнул плечом. Настоящим в их камере и призрачным в заброшенной штольне. Как ни странно, толчок почувствовала и сама Серена, и ее двойник, тем более что в него клон Алекса провалился наполовину. И не пожелал вылезать.

– Мистер Русаков, вы не могли бы из меня выйти? То есть посторониться? Нет, здесь, в комнате можно не отодвигаться.

Клоны неспешно продвигались вперед, старательно всматриваясь и прислушиваясь всеми им доступными способами. Наверное, Семен или Настя увидели бы намного больше, чем они, Серена глубь камня видела хорошо, если на полметра, Алекс и того меньше, но вряд ли там было что-то особо важное или даже просто любопытное. Разве что электрические токи гуляли не только по поверхности камня, но и в его толще. Серене казалось, что такая картина вполне возможна после сильного землетрясения, и это ее не тревожило. В отличие от ручейка под ногами. Даже не ручейка, а так, грязной струйки воды, пробивавшей себе дорогу в пыльном ковре, но кое-где сумевшей образовать лужицы.

– Не знаешь, тут раньше сухо было?

– Кажется, да. Наверное, подземная река нашла трещину…

– Здесь нет подземных рек, – возразила Серена. – Это я точно помню. Семен говорил.

– Сейчас найдем источник и узнаем. Стоп! Слышишь?

Серена прислушалась. Звук был отчетливым, но вот понять, что его издает, никак не получалось.

– Тебе это ничего не напоминает? – спросила она.

– Нет. Хотя… Если в жидкую глину бросать камешки, будет похоже.

– Вспомнила. Помнишь еще на Острове, когда Эльзу Монстр похитил, а мы в его логово спускались?

– Помню. Сама знаешь, такое не забудешь, даже если захочешь.

– Мне потом рассказывали, что этот огромный мешок с дерьмом умудрился удрать от нас через крохотную дырку. Вот когда он сквозь нее просачивался, был очень похожий звук.

– Как в засорившейся канализации?

– Точно.

– А ты не знаешь, как мы отреагируем, если нашим клонам нанесут ментальный удар?

– Не знаю. Нужно как-то ослабить связь… наверное… Пошли?

– А что нам остается?

Источник звука находился не в центральном коридоре, а в одном из боковых ответвлений. Именно этот отнорок оказался достаточно протяженным, да еще изгиб скрывал значительную его часть.

Серена внутренне подобралась, потому что шутки кончились и нужно снова быть готовыми к любой неожиданности и смертельной опасности.

– Подсвети!

Клон Алекса создал целую дюжину огоньков и заставил их улететь за поворот. А сам очень быстро – так что у Серены даже в глазах зарябило, – принялся изготавливать новую порцию светильников, укрепляя огоньки на стенах и на полу. Готовил путь отхода. Серена его мысленно похвалила. Они оба научились видеть в темноте, но это ночное зрение порой бывало обманчивым. Особенно если приходилось бежать.

– Предлагаю тебе дальше двигаться по воздуху.

– С чего ты взял, что я этому научилась? – удивилась Серена.

– Э-э-э… А как же мы… ну тогда… недавно летали?

– Я думала, что это ты.

– Давай оба попробуем проверить, у кого из нас левитация прорезалась? – оживился Русаков. – Тем более у клонов должно легче получиться.

– Давай отложим эксперименты на потом, не нравятся мне эти звуки. Вперед.

Оставшиеся метры прошли быстро. Серена здорово боялась ментального удара, но обошлось. А вот волна смрада обрушилась с не меньшим эффектом, но почти моментально исчезла. Клоны наделены всеми чувствами человека, но их восприятие очень специфично. Не слепнут от самого яркого света, не глохнут от грохота. Потому что они запросто изменяют границы чувствительности. Вот и зловоние мгновенно превратилось в едва ощутимый, пусть и мерзкий запах. Но им тут же пришлось регулировать обоняние повторно – вслед за звуком пришла еще более мощная волна одуряюще гадкого запаха.

Алекс первым шагнул за изгиб этого небольшого тоннеля.

– Фу! Изображение здесь под стать звуку и аромату.

На полу дергалась и извивалась огромная куча дождевых червей. Кольчатых, бледно-розовых. Но вот размером с руку и соответствующего диаметра. Куча, помимо прочего, оказалась еще и своеобразным вулканом. Ее середина приподнялась, раскрыв жерло, и это жерло исторгло поток все тех же червей и новую волну смрада.

– Тебе не кажется, что она сразу в два раза увеличилась? – деловито поинтересовалась Серена.

– У страха глаза велики. Но прибавилось их ого-го! Процентов на двадцать сразу. Вопрос теперь еще и в том, как часто…

Алекс не успел договорить, жерло в очередной раз срыгнуло новую порцию червей.

– Через час они тут все заполнят, и это не преувеличение. Командир, что предпримем?

– А всю эту штольню за сколько затопят? – спросила Серена.

– Быстро. Так что пора принимать меры.

– Я бью в центр, ты начни с ближнего края.

Первая молния совпала с очередным извержением, и результат вышел совсем не такой, какого она ждала, – поток червей сделался непрерывным. Алекс, за считаные секунды искрошивший эту непонятную мерзость на паре квадратных метров и продвинувшийся вглубь почти на полметра, жалобно взвыл – все отвоеванное им пространство вновь заполонили черви. Еще через полминуты стало ясно: он в лучшем случае способен держать эту волну на одном месте.

А Серена стояла и думала. Алекс терпеливо ждал, беспрерывно излучая с двух ладоней сразу мощные ультразвуковые лучи.

Жахнуть со всей силы было слишком опасно. А мелкие разряды… Серена для проверки швырнула в живой вулкан сноп молний, тот изрыгнул двойную порцию, чуть притих и вновь принялся вываливать свою копошащуюся лаву ровным потоком.

И что там такое у него в середине? Молнии, конечно, выжигают немалое число червей, но, с другой стороны, стимулируют их производство. Похоже, у нее остался один вариант – создать постоянный поток энергии и обрушить его в самый центр, то есть вонзить в сердцевину свой меч и держать, пока не подействует. Или пока она сможет его удерживать. Как тогда на Равнине.

Но очень уж не хочется, даже будучи клоном, погружаться в эту смердящую, клубящуюся и выросшую уже до двух метров в высоту кучу.

– Да и зачем? – сказала Серена вслух.

– Что?

– Алекс, сейчас здесь станет очень жарко, но ты должен потерпеть еще немного.

– Как прикажешь, командир.

Температура камня под толщей мерзкой биомассы поднималась медленно и какими-то скачками. Но вскоре ей удалось приноровиться, дело пошло заметно быстрее и без перепадов и рывков, сбивающих управление потоком. Из-под шевелящейся кучи стали доноситься сухие хлопки, вслед за ними потянулись струи пара и гари. Вулкан перестал извергаться.

– Саша! Можешь остановиться. Они теперь сами дожарятся.

В самом центре камень уже начал плавиться, черви от нестерпимого жара взрывались, и их ошметки разлетались по сторонам, липли к стенам.

– Алекс!

– Все! Остановился. Тут не только трудно начинать, но и останавливаться.

– Пошли отсюда. Я решила тут все продезинфицировать. Сейчас и стены докрасна разогреются.


Они вернулись в основной коридор, некоторое время шли молча.

– Еле дотерпел, между прочим, – засмеялся Алекс. – Вроде привык, но когда таким долгим и непре рывным импульсом бьешь, руки болеть начинают. Стоп! А вот с чего бы им так ныть, когда я клон?

– Слушай, клон. Ты же видел, что я растерялась, а тебе в одиночку не справиться. Почему не предложил позвать на помощь?

– Честно?

– Уж лучше честно.

– Боялся, что ты в меня молнией пульнешь, а я и щит поставить не успею.

– Ты обещал честно.

– Значит, ты такой вариант исключаешь?

– Я – нет. Это ты его обязан исключить, разве что как шутку оставить.

– Если честно, я отчего-то знал, что ты сейчас что-нибудь новенькое и толковое придумаешь.

– Договаривай!

– Заодно пытался придумать запасной вариант. Мог, к примеру, стены обрушить на эту мерзость и на время перекрыть ей путь. Это что еще…


На них вновь дохнуло плотным потоком теплого воздуха. На этот раз почти чистого, без пыли. А впереди стало светло. И свет этот немного странно мерцал.

– Так. Все видели, все познали. Но нашлось чем нас удивить.

Серене захотелось возразить, пусть она и была согласна, как тут говорят, на все сто.

– Подумаешь, – сказала она. – Дно озера вместо потолка.

– Дно реки.

– Нет, озера.

Коридор с каменными стенами и каменным потолком вдруг превратился в коридор с каменными стенами и стеклянным потолком. Над стеклом была толща воды. В паре метров там, где все это начиналось. Но глубина с каждым шагом уменьшалась, и метров через двадцать над головами была уже не вода, а влажный прибрежный песок и корешки водорослей. Сквозь водяную толщу было видно слегка размытое колышущееся от ряби солнце.

Откуда-то снизу появилось облачко поднятого со дна ила. А затем объявился и тот, кто взбаламутил воду. Открыл пасть, усеянную зубами, и попытался ухватить новую добычу, то есть их с Алексом. Но исчез из виду где-то ниже того «стекла», что сейчас отделяло их от этого аквариума. Новое облако ила поднялось из ниоткуда. Проплыла стайка рыбок, отдаленно напоминающих красных морских коньков.

– Странно. Палец упирается в очень твердую преграду. А в каменную стену погружается до половины без малейшего усилия.

Серена тут же продемонстрировала свои наблю дения.

– При этом тут душно и парит сильно. Вон вода на стенах скапливается и стекает на пол.

– Ты как думаешь, это стекло не лопнет?

– Стекло запросто лопнуть может. Но это не стекло. Поэтому не знаю. Тут, наверное, даже Доцент ничего не скажет.

– Спасибо.

– За что?

– Что не на своего Семена сослался, а на Серегина.

– Он не мой. Вернее, все вы мои, но ты больше всех. А чего ты на Семена взъелась?

– Я на себя взъелась. И на тебя. Но мне отчего-то очень не хочется нас с тобой… ну… укорять. А Семка твой просто первым под руку подвернулся. Вот я никак и не могу остановиться.

Алекс вздохнул.

– Вот повздыхай, а еще про женскую логику вспомни.

– Нам немного пройти осталось.

Серена сделала усилие, чтобы вновь не придраться, и рассмеялась:

– Прости. Тут нельзя расслабляться, а я никак не могу забыть. Как мы с тобой летали. Все! Пошли!

– Есть, командир!


предыдущая глава | Экзамен на бога | cледующая глава