home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Год спустя

Сад был богатством рода Донати. его золотом, пурпуром и изумрудами. Сад был летописью семьи, чьи корни восходили к первой дамасской розе, что Гоффредо Донати привез из Святой земли и вырастил для своей супруги Серафины. В день появления на свет каждого Донати было высажено дерево, связывавшее его с родной землей. Спиноза заботилась о каждом из них так же, как садовники заботились о парке. И пока соблюдался договор между садом и Донати, семье сопутствовали гармония и счастье, ведь тот, кто живет рука об руку с природой, познал тайну жизни.

Оторвавшись от книги, Айрис поискала глазами иллюстрированные таблицы. Библиотека купалась в солнечных лучах. С мебели сняли старые чехлы, а двери усадьбы вновь распахнулись для посетителей. Вилла воскресла после долгого сна и снова стала людям настоящим домом, где они жили, радовались и страдали, но никогда не разлучались.

А вот и таблички. Айрис любовно разложила на столе картинки, гербарии и семена. Их она посадит следующей весной. Она решила вновь высадить в саду каждый цветок, каждое фруктовое дерево, которое сберегли садовники прошлого. На это уйдут десятилетия. Сегодня вечером она посвятит в свои планы Виолу.

Сестры не было три месяца, и она до смерти по ней соскучилась.

Айрис выглянула из окна в сад. И ей показалось, что кто-то ее зовет.

Она встала. Таблицы могут и подождать.

С тех пор как был основан культурный и ботанический фонд имени Бьянки и Джулии Докати, она с головой окунулась в работу. С одной стороны, труд прогонял тоску, но с другой - занимал все ее время.

- Сейчас спущусь, Фиоренца. Скоро увидимся! - Айрис помахала старушке и послала ей воздушный поцелуй. Ей захотелось солнца и спокойствия. Что может быть лучше долгой прогулки по саду?

- Привет, Йонас.

В просторном холле она столкнулась нос к носу со старым другом отца и широко улыбнулась. Йонас наконец пристроил кошек в хорошие руки и, сдавшись натиску Франческо, принял приглашение преподавать в школе садоводства, которую Айрис и Виола собирались открыть будущей весной. Таких курсов не встретишь на ботанических факультетах: он станет работать в саду плечом к плечу со студентами. А взамен сестры предоставили старику волю выращивать там все, что ему угодно.

- Куда бежишь, малышка?

И правда, куда она торопится? Взглянув на девушку, верный друг сразу заметил, как печальна ее улыбка.

- Не может быть, чтобы все было так плохо, правда?

- Нет, все нормально, - сквозь слезы пробормотала Айрис. - Бывает по-разному. К этому привыкаешь.

- Займи себя чем-нибудь.

Она удивленно рассмеялась:

- Я и так вечно занята! Проблема не в этом.

- Значит, дела сердечные?

Айрис нахмурилась:

- Знаешь, тебя послушать, так это банально и совсем неинтересно.

- В яблочко, - улыбнулся Йонас. - Банально. Но разве не банальна пища? Воздух, которым ты дышишь? Твои сны? Без воздуха и пищи никому из нас не обойтись. Добавь сюда любовь, Айрис, и получишь все, что нужно в жизни.

Она склонила голову. Когда она снова подняла глаза: на лице ее была улыбка. У нее были и свои причины для радости.

- Я иду проведать свою клумбу - она вышла из дома, на ходу приветствуя разнорабочих и девушек, что трудились в архиве.

Как и она, все они занимались организацией туристических маршрутов. Саду потребуется немало любящих рук. Ее отец гордился успехом фонда. Уладив дела, получив выходное пособие и продав несколько патентов. Франческо собрал круглую сумму. Но жить в Спинозе он не пожелал: Клаудия и слышать об этом не хотела. Поэтому родители купили дом в Вольтерре. Мама не бросила работу, так что они жили на две страны. Казалось, они наконец пришли к странному равновесию. Это было одним из условий, которое Клаудия поставила мужу, чтобы не разводиться, а Франческо готов был на все ради < жены.

Признание Бьянки и ее внезапная смерть повлияли на каждого по-своему. Но все они научились ценить то, что имеют, вместо того чтобы горевать о якобы непоправимых ошибках. Жизнь приобрела новые значение и глубину.

После того как буря едва не сровняла усадьбу с землей, все словно встало на свои места и явило свой истинный смысл. Из-за засора старых ирригационных каналов и проливных дождей водохранилище переполнилось, и вода смыла насыпь. Однако катастрофа обернулась для семьи целой чередой замечательных событий.

Пали стены усадьбы. Пережитая опасность пробудила в обитателях дома искренние чувства и смыла привычные страхи. Инстинкт возобладал над рассудком. Семья сплотилась и вместе спасла сад и усадьбу.

Айрис усмехнулась: подумать только, еще недавно она считала, что они с отцом одни на свете.

Сад в итальянском стиле стал символом того, что произошло, и связал воедино всех Донати. Девушки вернули ему прежнее великолепие. Вместе с Виолой Айрис посадила в центре сада несколько побегов тысячелетней розы. Глядя на распустившиеся по всему парку бабушкины колокольчики, она всякий раз вспоминала о сестре. И это лишь одно из чудес, что дарят нам цветы: нежные лепестки, аромат и чувства. Однако главное чудо ожидало их в маленьком итальянском саду. Только после, когда сад расцвел, им открылся первоначальный план садовников.

Узор представлял собою розу - тысячелетнюю розу Донати.

Спустившись по ступеням террасы, Айрис вышла на поляну. Вот она и на месте. На клумбе ее жизни раскрылись высокие и прекрасные цветы: розовые, красные, оранжевые, а в самом центре - желтое золото.

При взгляде на дрок ее сердце и по сей день неизменно билось быстрее.

- Знаешь, что значит дрок на языке цветов? - спросил ее Габриэль перед самым отъездом. Конечно, она знала, вот почему побоялась высадить его в > своей клумбе. Но Габриэль поступил по-своему. Айрис упрямо молчала, и тогда он привлек ее к себе и поцеловал:

- Дрок означает вечную любовь.

- Ничего вечного не бывает.

Когда он вот так улыбался, она и правда чувствовала себя особенной, неповторимой - такой же, каким он стал для нее.

- Кто знает, возможно, однажды ты передумаешь.

Айрис опустилась на траву и аккуратно расправила цветы. Пора было возвращаться к работе: выбрать семена, разобрать луковицы. Подушечки ее пальцев потемнели от земли, а пальцы сжимали пучки травы. Кто-то снова позвал ее.

- Уже иду! - спрятав руки за спину, спохватилась она. Почему она не надела рукавицы? Сестра миллион раз говорила ей работать в перчатках. На аллее ее дожидалась девушка.

- Что такое?

Нивее, помощница Фиоренцы, принесла ей письмо.

- Стефан принес с почты утром, но я забыла тебе отдать.

- Как мило с его стороны занести нам письмо.

- Да. Вот, вытри руки, - девушка протянула ей влажную тряпку. - Не думаю, что ему это в тягость. Он казался таким довольным.

- Стефан? Довольным? - Айрис протерла руки и отряхнула с коленей комья земли. С тех пор как умерла Бьянка, он совсем замкнулся. Все эти годы Стефан в одиночку заботился о парке, бережно храня тайну любимой. Каждый день он по-прежнему работал в лабиринте, но теперь сторонился людей и едва отвечал на их приветствия.

- От кого же это письмо? - мало кто в наше время писал письма, сейчас все пользовались только электронной почтой. Однако Айрис любила их получать. Письма требовали от отправителя внимания и заботы.

- От некоего Габриэля.

Сердце Айрис едва не остановилось. Она отдала Нивее тряпку и схватила письмо. До сих пор он ей ни разу не писал. Они созванивались, обменялись парой СМС. Это Айрис решила, что так будет лучше. Их дороги разошлись. У каждого из них свои цели и мечты, а ложный шаг поставил бы их будущее под угрозу. К чему приводят такие ошибки, она знала на примере собственных родителей. Айрис не отрицала, что Габриэль занял особое место в ее сердце, но они еще так молоды! Слишком рано заводить семью.

Она снова села возле своей клумбы и, затаив дыхание, вскрыла конверт. Когда Габриэль уезжал, она готова была на коленях умолять его остаться. И все-таки отпустила. Жизнь продолжалась. Ей повезло, что рядом была Клаудия. Мама всегда умела ее утешить и показать, что все, что ни делается, к лучшему. Виола то зацеловывала ее, то ругала за нытье. Фиоренца баловала ее любимыми блюдами. Даже Франческо веселил и подбадривал дочь, как мог.

Только после отъезда Габриэля она поняла, что по-настоящему его полюбила. Так всегда. Не ценишь, пока не потеряешь.

«Дорогая Айрис! Я много думал о нас и том времени, что мы провели вместе. Каждый день что-то напоминает мне о твоей улыбке. Я вспоминаю, как ты накручиваешь локон на палец, твои карамельки. Случайное слово, песня, цветок или запах. - и память уносит меня в Италию, в Спинозу. Все говорит мне о девушке, которую я не могу и не хочу забыть».

Смеясь сквозь слезы, Айрис смаковала каждое слово. Она дочитала последнюю строку, и сердце ее подскочило. Так, значит, он вернется в Италию? Вернется, чтобы увидеть меня? Она сложила письмо пополам и глубоко задумалась. Столько всего произошло с его отъезда! Кажется, и она стала совсем другой. Айрис улыбнулась и пошла к вилле. Нужно хорошенько подумать, прежде чем отвечать на письмо. От ее ответа многое зависит. Настало время принять решение. И впервые она не чувствовала нетерпения. Габриэль научил ее, что важен путь, а не пункт назначения.

Скоро он вернется. Ее переполняло счастье. Теперь она знала, что ее предназначение - сад.

- Мам, это я, - Виола бросила сумку на диван и осмотрелась. Должно быть, Клаудия куда-то вышла. Она вошла в кухню, чтобы сделать себе чай, и заметила у двери собранный чемодан. Со второго этажа послышался приглушенный смех.

На мгновение она замерла с чайником в руке, и по лицу ее расползлась улыбка: «Папа приехал из Италии!»

Виола вернулась в прихожую, схватила сумку и, закрывая за собой дверь, покачала головой.

Она была счастлива, что родители снова вместе, но порывы их страсти ее слегка смущали.

Поеживаясь от холода и спрятав руки в карманы, она смешалась с толпой прохожих. Щеки покалывал мороз, но Виола его не замечала: никогда еще она не испытывала подобной радости и воодушевления.

Как хорошо, что родители сумели простить друг друга и жить дальше! Они не забыли то, что было. Нет, это невозможно и, должно быть, неправильно. Но теперь у них была другая, новая любовь - любовь, которая делала их счастливыми. А если им удалось такое, то и у мира есть надежда.

Охваченная внезапным порывом, она поймала такси и прыгнула на заднее сиденье: «В Гайд-парк. Остановите у входа на Серпентайн».

Водитель кивнул, и машина выехала на запруженную улицу. Жизнь в городе кипела. Ей нравилось в Лондоне: всюду горели огни, торопились куда-то люди, здесь можно было найти все, что пожелаешь. Но с каждым днем ей все больше не хватало Спинозы и Айрис.

- Притормозите здесь, пожалуйста, - расплатившись с таксистом, Виола вошла в парк. По лучистой поверхности воды скользили легкие тени летящих птиц. Они парили над озером, чарующие, как сама свобода. На мгновение ей показалось, что она видит лицо Бьянки. Она знала: теперь бабушка счастлива и больше не страдает. Но это не смягчало боль утраты.

Она задумалась о бабушке и ее письмах к Джулии. Какая великая любовь и какое глубокое отчаяние сквозили в этих посланиях!

Глядя на поднявшуюся на воде рябь, Виола вспомнила, как Бьянка учила их с сестрой созерцанию. Она подняла с земли камешек и запустила им в озеро. По воде, вспугнув уток, разошлись круги. Виола еще немного посидела на берегу. Поднимаясь, она улыбнулась.

А несколько часов спустя Виола уже сидела в партере на концерте Уильяма, позабыв обо всем под мучительно проникновенные аккорды фортепиано. В едином порыве публика встала и разразилась оглушительными аплодисментами. Когда Виола подняла мокрые от слез глаза, Уильям кланялся залу. Но его улыбка была только для нее. В шумной толпе под восторженные крики и громогласные рукоплескания Виола прочитала по губам слова, предназначенные ей одной.

- Я тоже люблю тебя: - неслышно прошептала Виола.

Благодаря бабушке, благодаря Спинозе она стала другой. Душа Виолы раскрылась жизни и людям.

Несмотря на шипы: роза в ней распустилась. Она научилась любить.


Бьянка | Сад таинственных цветов | От автора