home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава одиннадцатая: Вечером (На закате)

Кто это там идет по сцене?

Манеры сильно смахивают на Джимми Пейджа.

Похож на реликт ушедших времен…

— Пол Маккартни («Рок Шоу»)

Очень скоро, клеветнические домыслы и слухи зажужжали, как комары во время заката солнца. Утверждалось, что Роберт Плант обвинил Джимми Пейджа в порче и назвал его главным виновником всех ужасов, обрушившихся на семью Роберта. Говорили, что Роберт поссорился с Джимми и что группа вот-вот развалится. Наступали худшие времена для музыкантов. Элвис скончался от сверхдозы барбитурата в своем мемфисском доме в августе этого года. Событие нанесло жестокий удар по Лед Зеппелин, черпавшей вдохновение для новых песен из творчества Элвиса. Музыканты даже называли себя незаконными племянниками дядюшки Элвиса. В следующем месяце машина Бонзо соскочила с шоссе поблизости от дома и барабанщик сломал три ребра, получив удар от собственной судьбы.

В конце октября Джимми Пейдж дал целую серию болезненных интервью британской музыкальной прессе, где он опровергал слухи о распаде Лед Зеппелин. Несчастья Лед Зеппелин и сыпавшиеся на них удары судьбы вызвали к жизни предположения, что группа несет свой крест. Джимми перешел на шепот: «Все такие утверждения отдают безвкусицей … Судьба здесь не при чем. Ударов судьбы музыканты бы не выдержали. Мы просто пытались выйти, порадовать людей и отлично провести время». Джимми признал, что тучи сгустились вокруг группы, но утверждал, что «карма» — не то слово, которое бы годилось в данной ситуации. Лед Зеппелин не заслуживала наказания. О музыке Джимми заявил, что он регулярно прослушивает записи с концертами Лед Зеппелин, которые собирает с самого первого выступления группы. Он считает, что наступило время для выпуска настоящего «живого» цеппелиновского альбома, чтобы как-то компенсировать выпуск посредственного фильма. Он рассказывал о своей новой студии — лаборатории с компьютерным банком данных. Пейдж упражнялся на новом гитарном синтезаторе фирмы “Roland” и создал целую оркестровую сюиту для «преобразованных» гитар, которые могли звучать как “Les Paul”, “Django Reinhardt” и даже имитировать голос гитары Хендрикса в одно и то же время. Тексты, по его словам, относятся ко всем четырем сезонам года. К сожалению, работа прекратилась из-за кражи коробки с кассетами, полной экспериментальных записей Пейджа. Во всех интервью Джимми делал упор на то, что беспокоило его в первую очередь — обвинению в «плохой карме». Он заявил “Melody Maker”: «Просто скажите, что Джимми Пейдж расстраивается, когда слышит слово «карма». Я не знаю, что происходит».

В феврале 1978 года, не взирая на попытки адвокатов, Джон Боннэм, Питер Грант, Ричард Коул и Джон Биндон были признаны виновными в нанесении тяжких телесных повреждений охраннику в Окленде. На всех четверых наложили штрафы, хотя заключение под стражу и отменили. Билл Грэм взбесился, узнав, что Цеппелины опять ушли от ответственности. «Так их никогда и не проучат», — с горечью произнес он.

Роберт Плант всю зиму провел с семьей, а уже в конце весны Морин Плант была беременной. Боль от потери постепенно проходила. Большую часть времени Роберт фальшивил на пианино и пил так много пива, что даже располнел. В апреле Бонзо сказал Роберту о необходимости собраться хотя бы для репетиции. (К тому времени Рой Харпер дал интервью одному английскому сельскохозяйственному журналу. Беседа, в основном, касалась овец Харпера, но он также заметил, что работал с Джимми Пейджем над текстами нового альбома Лед Зеппелин. Плант ознакомился с интервью (он выписывал этот журнал) и буквально взорвался. Он позвонил Пейджу в первый раз за несколько месяцев). Лед Зеппелин собралась в снятом для этой цели Clearwell Castle у самой границы Уэльса, где они несколько часов разминались после 10-ти месяцев затишья. К июлю Роберт пел в местной уостерширской команде, исполняя ритм-н-блюзы в заведениях типа "Wolverly Memorial Hall”. В августе он выступал с группой Dr. Feelgood в клубе “Amnesia” на острове Ибиза. В сентябре состоялись свадьбы Ричарда Коула и Саймона Кирка. Роберт присутствовал на бракосочетании в Фулхэме вместе с Джимми и Джоном Полом Джонсом. «Каждый глядел на Перси во все глаза, надеясь почувствовать его состояние», — говорил Коул. Скоро всем стало ясно: с Перси все в порядке и Лед Зеппелин еще вернется. В сентябре 1978 года скончался Кейт Мун — легендарный барабанщик группы The Who от передозировки наркотиков. Наркотики отвлекали Кейта от алкоголя. В ноябре вся группа приехала в Лондон для репетиций альбома, который был записан в следующем месяце в стокгольмской студии, принадлежавшей группе ABBA. Джон Пол Джонс одержал верх в музыкальном направлении этой пластинки. Большинство новых песен построены на основании идей и аранжировок, которые Джонс привез с собой. Для мелодий Плант написал тексты, отражая в них свой настрой и эмоции. Впервые Джон Пол Джонс получил право на лидерство и в композиционном плане. Репетиции оказались на редкость удачными и слаженными, а музыканты поняли, что способны на многое. Лед Зеппелин презрительно осмеяли, назвали музыкальными Голиафами, налоговыми арестантами, долгое время сидевшими в анальном отверстии. Инициаторами оскорблений выступили панки и представители «новой волны». Теперь Цеппелины опять могли бороться. Они поняли, что это их лучшая, наиболее изощренная и изобретательная музыка. В соседнем репетиционном зале к гастролям готовилась панк-группа Generation X. Когда однажды вечером Цеппелины покидали студию, молодой певец с торчавшими волосами бросил в их сторону презрительную улыбку. Бонзо поинтересовался — кто был этот парень. Ему ответили, что имя певца Билли Айдол.

В начале декабря Лед Зеппелин вылетела из Англии в Стокгольм. В Швеции музыка для 9-го альбома группы была записана в студии “Polar” — удобной, с «живым» звуком, где АББА добилась звука с эхом. За крепким пивком Цеппелины сделали альбом за три недели. Настроение на сейшенах было подавленным. Даже Ричард Коул был не в состоянии организовать дикую вечеринку или выход в свет. «Холодно и нудно», — говорит он о стокгольмских сейшенах. Как и большинство лучшей музыки Лед Зеппелин, новые мелодии были записаны в декабре. Что-то очень важное решалось в судьбе Лед Зеппелин в эти длинные зимние ночи.

С серьезным, рассудительным Джонсом процесс звукозаписи происходил быстро. Многие песни имели прерывистое и бурное звучание гитар и код, что явилось отражением тогдашнего вкуса Джимми. Некоторые из них, такие как тонкая очаровательная “In the Evening”, открывающая альбом, была взята из заготовок к фильму “Lucifer Rising”. “In the Evening” была просто великолепна, с бесконечно повторявшимся гитарным строем и конвульсивно стонавшим Робертом («мне больно»). Песня обладала поистине ужасным волшебством, поистине симфонической грандиозностью. Все в ней создавало ощущение музыки нового типа. Другие композиции также впечатляли. “Fool In The Rain” начиналась как чистый и стабильный Лед Зеппелин, но под влиянием Джона Пола Джонса постепенно трансформировалась и напоминала музыку бразильских уличных музыкантов — исполнителей самбо, но сильно осложненной свистом и криками. Сюрреалистические мотивы и раненое воображение текстов уводили в состояние задумчивой меланхолии, превалировавшей почти во всех песнях пластинки. Были вещи попроще и полегче. “South Bound Suarez”, написанная Джонсом и Плантом — простая, ритмичная мелодия, поверх которой Джимми наложил одно из своих типичных диссонансных соло. “Hot Dog” — веселая пародия на хейдаун, наполненная воспоминаниями Роберта о подруге из Техаса по имени Одри Гамильтон.

Две композиции казались музыкантам наиболее сильными. Эпизодичная “Carouselambra” с многократно повторявшимися темами и синтезированными джазовыми программами. Песня напоминала быструю, но неудачную езду на автомобиле. Тексты Роберта, глубоко внедренными в плоть композиции были почти бессвязны. Возникали четкие ассоциации со строгими и торжественными похоронами вождя северного народа. Очень чистой и ясной вышла “All My Love” — сложная песня печали и порождения себе подобных, смерти и возрождения. Сверкающая искусственным звучанием гитары и органным соло, “All My Love” стала надеждой Роберта на будущее, отказом от унылого настроения. Альбом заканчивался монументальной цеппелиновской блюзовой композицией “I’m Gonna Crawl”. После вступления, напоминавшего музыкальное описание природы Ральфа Вогэна Вильямса, следует синтезированная река оркестровки, поверх которой Пейдж наложил свое бескомпромиссное блюзовое соло. Создавалось впечатление, что на этом альбоме Джимми Пейдж стремился уйти от своих мыслей, повернувшись лицом к солнечному блюзу. Казалось, что соло плакало, жаловалось и взывало к раскаянию. По крайней мере, 3 других вещи были записаны в Стокгольме. Две из них — “Ozone Baby” и “Wearing and Tearing” выявляла Лед Зеппелин в новом обличье направления «новой волны». Песни были наполнены неукротимой энергией. Последняя по композиции и скачкообразной мелодии сильно смахивала на “Train Kept A-Rollin’”. A “Darlene” стала демонстрацией мастерства Бонзо и Джонса с хорошей фортепианной секцией, пародией на джаз и старые рок-н-ролльные клише. Запись альбома, получившего название “In Through The Out Door” завершилась за несколько дней до Рождества, а музыканты вылетели домой к семьям. Перед отъездом из Швеции, им позвонили и сообщили, что их прежний охранник — Джон Биндон находился в брикстонской тюрьме по обвинению в убийстве человека ножом в ночном клубе. (В конце концов, он был оправдан и освобожден.)

Реабилитация, описанная в “All My Love”, завершилась 21-го января 1979 года, когда Морин Плант дала жизнь сыну, которого назвали Логаном Ромеро Плантом. На следующий месяц Роберт, Джимми и Бонзо возвратились в Стокгольм для доработки диска “In Through The Out Door”. Роберт был в восторге от поистине панковской энергии “Wearing and Tearing” — песни, которая не вошла на пластинку. Он даже захотел немедленно выпустить сингл. Роберт заявит позже: «Этой песней мы хотели сказать — «отлично, мы динозавры, нудные и старые пердуны. А попробуйте-ка это!» Но у Джимми был другой план, который заключался в выпуске сразу трех вещей, не уместившихся на альбоме, перед зарубежными гастролями Лед Зеппелин, планируемых на следующее лето. В мае 1979 года было объявлено, что Цеппелины собираются дать два концерта в Knebworth Park (Хертфордшир) к северу от Лондона. В это же самое время выходит “In Through The Out Door”, причем у альбома было 6 вариантов обложек. Лед Зеппелин пыталась доказать, что самое большое чудо шоу бизнеса — возвращение.

Пресса и «нововолнисты» приняли эту новость издевательскими насмешками. “New Musical Express” сообщала, что «манера, в которой старые суперпердуны Цеппелины играют соответствуют никому не нужной дармовщине» … В большей степени такое полное неприятие объяснялось не тем, что группа опустилась, а тем, что Джимми Пейдж — бывший студент художник понимает в музыке значительно больше новых идолов — панков». Пол Саймонон — бас гитарист наиболее «грозной» группы того времени Clash, постарался объяснить неприятие Лед Зеппелин большинством новых групп. «Лед Зеппелин?», — спросил он. «Мне не нужно слушать их музыку. Достаточно взглянуть на обложки альбомов и сразу чувствуешь приближение рвоты!»

Лед Зеппелин пыталась не обращать внимания на такие выпады. Джимми дал множество интервью о концертах в Knebworth. Он даже и не упомянул о нападках панков на группу. Он попивал пиво, затягивался «Мальборо» и разглагольствовал о своих усилиях предотвратить экологическую катастрофу любимого им озера Лох-Несс. Еще раньше Пейдж поддержал кампанию по строительству ЛЭП вокруг озера. В мае его пригласили разрезать ленточку на открытии “Phillips Harbour” в Гетнессе. На церемонии открытия поднялся один лейборист и попытался извлечь свою политическую выгоду из события. Джимми разочаровался в лейбористах и их налоговой политике. Он встал и сухо заметил, что рыбаки, восстановившие порт, сделали это, используя свои собственные ресурсы, в то время как местные власти отказались финансировать проект.

Между тем, Роберт Плант выступал в местной команде из Сторбриджа, по-разному называвшей себя — Melvin’s Marauders, Melvin Giganticus и Turd Burglars. Все музыканты Лед Зеппелин проявили себя в той или иной благотворительной деятельности, которая охватывала войну в Камбодже и похищение детей. “Swan Song” тем временем отыскала новую звезду — Дэйва Эдмундса, отличного рокабильного гитариста из группы Rockpile, который выпустит здесь 4 пластинки и поможет дебютировать группе Stray Cats, с которой он выступал когда-то. “Swan Song” продолжила выпуск альбомов Bad Company. Предыдущий проект фирмы — Pretty Things к тому времени уже распался. Помимо этого, компания выпустила в свет 2 альбома Detective, прежде, чем эта лос-анжелесская группа Майкла де Барра распалась. Основная проблема “Swan Song” заключалась в том, что никто не курировал фирму. Совладельцы виделись редко, не выработали совместного плана действий. Ричард Коул продолжал отвечать на телефонные звонки. Но общее бездействие просто сводило его с ума. «Они никому не разрешали предпринимать собственную инициативу», — вспоминал он. «Люди приносили записи в офис, а я отсылал их. Так ничего и не вышло. Мне казалось это удивительным. И я подумал: «Какого хуя я тут сижу? Становишься мрачным и только пьешь».

В конце июля Лед Зеппелин дали два концерта (по сути дела — репетиции) в копенгагенском “Falconerteatret”. Музыканты использовали датскую публику в качестве лакмусовой бумажки для возвращения в Англию. Первое за 2 года шоу было схоже с репертуаром концертов 1977 года с добавлением лишь двух новых песен — “In The Evening” и “Hot Dog”. Снова появилась “Dazed and Confused”, только теперь драматический эпизод со смычком был в качестве прелюдии к “In The Evening” с симфоническим звучанием электрогитары.

Дома в Англии группа собралась в киностудии для работы над освещением сцены в Knebworth. Наибольшее впечатление производили лазерные лучи, создававшие подобие пирамиды вокруг Джимми, игравшего в тот момент смычком на электрогитаре. В следующий раз собрались уже на пока пустынной поляне в Knebworth. Во время исполнения “Trampled Underfoot” Джон Боннэм посадил за ударную установку своего 11-летнего сына, а сам уселся напротив послушать группу. Джейсон Боннэм играл громадными барабанными палочками своего отца «Людвиг» («деревья» — на жаргоне ударников) и удивил остальных музыкантов тяжестью своих ударов. «В первый раз я увидел Лед Зеппелин со стороны», — сказал Бонзо.

Первое шоу состоялось 4-го августа, и Цеппелины очень волновались, ведь с 1975 года они в первый раз выступали в Англии. Роберт сказал: «Не думаю, что есть нечто большее, способное удовлетворить ожидания людей. Лично для меня потребовалась половина концерта, чтобы осознать свое выступление, прочувствовать все происходившее. Мои голосовые связки рвались от напряжения».

В первый вечер сотня тысяч одетых в х/б юнцов дико ревели. Перед Цеппелинами они прослушали группу Тодда Рандгрена и Commanober Cody. К трехчасовому шоу добавили “Celebration Day”. “Heartbreaker” исполнялся на «бис». “Communication Breakdown” — седовласый «отец» прогрессивного рока, завершал концерт. Через неделю они выступили снова, на этот раз после группы Рона Вуда New Barbarians. Шел дождь и шоу оказалось смазанным по техническим причинам (не работал терамин). Поэтому “Whole Lotta Love” вышла довольно слабой и была затем жестоко обругана английской музыкальной прессой. Композицию обозвали «безнадежным упражнением музыки динозавров». Одна газета заявила, что Лед Зеппелин — вымирающий вид.

“In Through The Out Door” предполагалось выпустить до концертов в Knebworth, но обычные задержки помешали этому. Не удалось выполнить и желание Джимми — выпуск миньона с тремя песнями. “In Through The Out Door” практически спасла застойную американскую индустрию звукозаписи от банкротства. В предыдущем году, пойдя на поводу у прессы, которая славословила группы «новой волны», компании звукозаписи напечатали большое количество пластинок музыкантов, с трудом имевших представление о музыкальных инструментах. Только некоторые из этих групп — Sex Pistols и Clash, имели достаточное количество мятежного духа и животного магнетизма, поэтому смогли преодолеть факт отсутствия музыкальных способностей. В Америке никто не покупал этих пластинок. Парни с окраин, раскупавшие миллионные тиражи рок альбомов, превращая музыкальный бизнес в многомиллиардную индустрию, ненавидели панков и презирали «новую волну». Им нужны были Лед Зеппелин и их сателлиты — Black Sabbath, Heart, Cheap Trick и Foreigner (которые стали даже популярнее Bad Company). В высших учебных заведениях музыку «новой волны» и панков слушали лишь неудачники или тупые. В университетах конца 70-х годов Лед Зеппелин и Pittsburgh Steelers (по словам писателя Дэвида Оувена) «шли рука об руку, получая барыши, скоростные машины и престиж». В то время, когда музыкальные магазины Америки не изобиловали покупателями, вдруг появилась “In Through The Out Door” и молодежь вновь наводнила магазины. Заглохшая было индустрия, встрепенулась снова, так как юнцы принялись раскупать другие пластинки и записи хард-роковых групп. Журнал “Billboard” публиковал статьи, в которых подчеркивал, что Лед Зеппелин спасла музыкальный бизнес от разорения. “In Through The Out Door” имела шесть различных обложек. Каждая изображала сцену из разорения бара гостиницы “Dear John”. Соло Джимми были впечатляющими, но истинные фанаты распознали большое влияние на пластинку Джона Пола Джонса. Альбом получился мягким, более загадочным и мутным.

С годами на первый план вылезла проблема с наркотиками. Ричард Коул был настолько выбит из колеи, что не мог нормально работать. «Я организовал Knebworth», — говорил он. «И это последнее, что было сделано мною. Сознание находилось под воздействием героина. Я даже не мог держать в руках деньги или что-нибудь другое». Спустя несколько месяцев 19-летний парень — «друг группы», скончался дома у Джимми от сверхдозы героина. И сразу же Джимми стал подыскивать новое место для проживания, желательно поближе к водоемам.

Пока Джимми размышлял, отдыхая на Барбадосе, остальные участники группы пытались заняться благотворительностью, организовав концерты для ЮНИСЕФ. Роберт, Джонс и Боннэм появились в редакции журнала “Melody Maker”, чтобы забрать причитавшиеся Цеппелинам призы. (Штат этого журнала ничуть не спасовал перед штурмовыми атаками “New Musical Express”, восхвалявшим группы «новой волны». Последний огорчился, узнав, что их многочисленные подписчики приветствуют Лед Зеппелин). Роберт приехал на лэндровере, в то время, как Джонс и Бонзо прибыли на роллс ройсах. Затем Бонзо напился и жаловался, что высшая награда была присуждена группе Police и принялся во все горло распевать отрывки из “Message in a Bottle”. На кнопках куртки Джонса красовались надписи «Рок против журналистики».

В апреле 1980 года Лед Зеппелин опять стала готовиться к короткому турне по Европе. План был такой: в июне дать 14 концертов в Германии, Бельгии и Швейцарии. Это были первые европейские концерты Цеппелинов с 1973 года. Осенью 1980 года группа предпримет менее ответственное турне по США. Не будет продюсирования новых пластинок и лазерных эффектов, никакого самолюбования. Просто Лед Зеппелин — мощь, загадка и молот богов. И больше не будет с ними Ричарда Коула.

Коул говорил, что наркотический туман все больше и больше сгущался над “Swan Song”, чей основной офис находился в Челси. Ричард вспоминал, что однажды в помещение фирмы привезли героина на 6000 долларов. Прибыль от продажи шла на приобретение новых партий. Но весной 1980 года дела с героином шли плохо и кто-то умер от наркотиков. Ричард Коул и его приятель Бобби Бакли заплатили за порцию героина по 10 фунтов. Покупка состоялась в магазине на Кингз Роуд. Бонзо также присутствовал. «Джон Боннэм был здесь (с роуд-менеджером Лед Зеппелин) и покупал наркотик, потому что Бонзо тоже употреблял героин», — говорит Коул. В тот вечер Джон Биндон, освобожденный из тюрьмы, где он содержался по подозрению в убийстве, пришел с известием, что Бобби Бакли был обнаружен мертвым с иглой, торчавшей из вены ноги. Биндон искал дилера, продавшего Бакли героин, убившим их товарища. Коул приказал Биндону явиться к нему домой, так как дилер должен был заскочить к Коулу по делу.

На следующий день, когда Биндон и Коул ожидали дилера, в доме Ричарда появился Джимми Пейдж. «Он тоже стал наркоманом, как и мы все». Коул объяснил ситуацию Пейджу и приказал ему уходить, так как пребывание здесь становилось опасным. После ухода Джимми, появился торговец, и Джон Биндон его укокошил. Через несколько дней, дом Коула был окружен вооруженной полицией. Еще раньше, на улице, где жил Коул, убили колумбийскую девушку. Кто-то сообщил полиции, будто Коул хвастался в баре, что задавил девушку машиной и бросил где-то на мостовой. Коул отрицал обвинение. Его спросили, знал ли он, что Бобби Бакли кумер от злоупотребления наркотиками. Коул ответил, что ничего подобного он не слышал.

Ричард Коул поссорился со своим работодателем Питером Грантом еще до европейского турне. Грант решил, что Коул слишком опустился, чтобы выполнять свои обязанности и на его место взяли Рекса Кинга. Вне себя от гнева, Коул стал произносить угрозы в адрес детей Гранта и они дошли до ушей Питера. Грант не мог простить такого, и Ричард был немедленно уволен. Оставшись без работы, Ричард со своей подругой вылетел в Италию, чтобы приобрести героин. Они остановились в римском отеле “Excelsior”. На рассвете сотрудники полиции из отдела по борьбе с терроризмом неожиданно ворвались в номер Коула. Они конфисковали два ножа с выкидными лезвиями, 3 шприца, ложку, лимон и 8 унций кокаина. Ричард признался, что все это принадлежало ему. Коула обвинили в терроризме и отправили под большой охраной в тюрьму “Regina Coeli” неподалеку от Рима, где он проторчал целых полгода.

17-го июня в дортмундском зале “Westfalenhalle” открывались первые гастроли Лед Зеппелин с момента смерти сына Роберта Планта. Турне было лишено помпезности — отсутствовал видеоэкран, стало меньше дополнительных эффектов. Джимми появился на сцене — болезненный, худой и хрупкий, в накрахмаленном костюме и панковском кожаном галстуке. Играл он в необычной для себя манере, как бы экономя силы. Джон Пол Джонс носил короткую стрижку, волосы он зачесывал назад и был бесспорным лидером группы, играя на электроклавишных инструментах и органе в дополнение к пианино и бас гитаре. Бонзо отрастил длинную бороду и если чувствовал себя хорошо, то играл великолепно. Роберт Плант был подавлен, по сравнению с живостью прошлых лет, но он все равно много танцевал и двигался, демонстрируя разнообразные позы. Плант был одет в шелковую майку, джинсы и теннисные туфли. Репертуар опять претерпел некоторые изменения: сейчас шоу начиналось с “Train Kept A-Rollin’”, причем в исполнении, приближенном к версии старых Yardbirds, чего раньше никогда не было. Затем следовали “Nobody’s Fault But Mine” и великолепная “In The Evening” без скрипичного вступления. “The Rain Song” представляла Цеппелинов периода расцвета, за которой следовали новые “Hot Dog” и “All My Love”. “Trampled Underfoot” — опустошительный хард-рок, слегка смягчаемый “Since I’ve Been Loving You”: отчаянный крик Роберта о потерях, полный эмоций. Белый свет и дым заполняют сцену во время исполнения “Achilles Last Stand”. После соло в “White Summer” (тщательно выполненном как-то на испанский манер, нежели в индийском ключе) группа приступила к “Kashmir”. Концерт завершился “Stairway To Heaven” — универсальным гимном тинэйджеров. В зависимости от публики на «бис» исполнялись “Rock and Roll”, “Communication Breakdown” или “Whole Lotta Love”.

Концерты были какими-то странными, беспорядочными и проходили в городах Колог, Брюсселе и Роттердаме. Иногда Джимми появлялся на сцене «потрепанным, небритым, всклокоченным» по словам одного журналиста, освещавшего гастроли. На других концертах он прыгал, экстравагантно передвигался по сцене, особенно в заключительной части песен и даже разговаривал со зрителями. И что совсем уж необычно Пейдж объявлял названия песен своеобразным гундосым голосом. Раньше этого никогда не случалось.

За кулисами царило некоторое уныние. Без Коула, стимулировавшего Лед Зеппелин, обычные безобразия почти не происходили. Всем музыкантам перевалило за 30. Удачливые британские бизнесмены продавали длинные волосы и прогрессивный рок европейский молодежи американским солдатам, заполнившим 10-ти тысячные залы Франкфурта и Мангейма, державших плакаты с надписью — «Ядерную бомбу на Иран». 27 июня в Нюрнберге Джон Боннэм упал со своего стула после третьей песни. Официальное объяснение — переутомление. Через несколько дней во Франкфурте он подошел к краю сцены во время исполнения “White Summer” для того, чтобы обнять только прибывшего Ахмета Эстергана. Толпы были такими буйными и неуправляемыми в этом городе, что Джимми даже прекратил играть, подошел к микрофону и принялся упрашивать: «Пожалуйста, дайте возможность доиграть!» Из-за шума, Цеппелины даже не слышали своей музыки.

Джимми курил сигарету за сигаретой. Он заявил, что просто хочет играть и играть в своей группе, никогда не останавливаясь. За кулисами Пейдж казался более тревожным и менее замкнутым, чем раньше. Однажды вечером в баре мангеймской гостиницы, где остановились музыканты, появился Джимми, что было крайне редко после концертов. Он немного выпил, поговорил с фанатами, среди которых присутствовал редактор и издатель журнала для фанов о Лед Зеппелин по кличке Скупой, Но Бедный. Издатель попросил автограф. Джимми вытащил ручку и написал: «Скупым, но бедным читателям с благодарностью за поддержку. Надеюсь, что мы будем всегда оправдывать ваши ожидания. Джимми Пейдж из Лед Зеппелин.»

Последние гастроли Лед Зеппелин завершились 7-го июля 1980 года в Берлине, после того, как Пейдж отменил ряд концертов во Франции. Бонзо попросили прокомментировать этот шаг. Он ответил: «Каждый из нас крайне недоволен ходом этих гастролей».

Менее чем через 2 месяца Лед Зеппелин приступила к репетициям надвигавшихся гастролей по Америке. Музыканты собрались в новом доме Джимми в Виндзоре: в прошлом, огромной мельнице на берегу Темзы, окруженной высокой каменной стеной. Это жилище Пейдж приобрел у актера Майкла Кейна почти за миллион фунтов. Дом отвечал двум главным критериям Пейджа: он находился рядом с водой, имел помещение для репетиций и студию, где можно было разместить все необходимые для того приспособления. Здесь 24 сентября 1980 года в Виндзоре на улице Old Mill Lane, Цеппелины собрались в последний раз.

Надежды на полное восстановление группы были очень велики. Неделей раньше Джимми заявил журналисту: «Чувствую, что предстоит большая работа, и наша группа будет процветать". К тому времени Бонзо прекратил употреблять героин, но очень много пил, а также принимал наркотик под названием “Motival”, уменьшавшего раздраженность и поднимавшего настроение. Друг Боннэма позже сказал, что Бонзо выглядел очень обеспокоенным по поводу поездки в Америку, потому что последнее турне Цеппелинов было просто ужасным, да и судебное разбирательство висело над Джоном.

Рекс Кинг вез Бонзо на машине в то утро. Он хотел доставить Боннэма домой на “Old Hyde Farm”, но барабанщик настоял на своем и они перед репетицией отправились в паб. В пивной Бонзо выпил около 350 грамм водки с апельсиновым соком и съел пару ломтей ветчины. Во время репетиции в беркширской студии он продолжил пить водку. Играть стало невозможно. Джон Боннэм никогда не опаздывал на работу. За все 12 лет работы в Лед Зеппелин он никогда не пропустил концерт, был всегда аккуратен, вовремя являлся на репетиции, где работал с полной отдачей.

Позже Бонзо продолжил пьянку на встрече группы в виндзорском доме Джимми. Он опорожнил 2 или 3 бокала виски еще до полуночи, прежде чем его уложили на софу. Помощник Джимми Рик Хоббз видел такое и раньше. Он почти дотащил Бонзо до спальни и посадил на кровать, обложив со всех сторон подушками. Затем выключил свет.

На следующий день в полдень Бонзо не объявился. Бенджи Лефевр, работавший на Роберта, отправился будить барабанщика. Но лицо последнего было синего цвета и напоминало маску мертвеца. Пульс не прощупывался. Вызвали скорую помощь, но еще до ее приезда стало ясно, что Джон Хенри Боннэм скончался ближе к утру. Ему было 31 год.

После получения такой убийственной новости, Цеппелины и их окружение разъехались. Роберт отправился на север к Пэт и детям Боннэма. Джонс поехал домой, а Джимми остался в Виндзоре. Смерть Бонзо вызвала международный отклик. Скоро, небольшая толпа фанов устроила молчаливое ночное дежурство у стены дома Джимми. И сразу же стали распространяться проклятые слухи. Журнал фанов утверждал, что густой дым валил из дома Джимми на следующий день после смерти Бонзо. Гитарист пришел в неописуемую ярость, услыхав такие байки. Болтали также, что Джимми заказал большое количество пленки и записал какую-то вещь в память Бонзо. Всплыла старая «утка» о существовании “Black Album” Лед Зеппелин. Этот слух касался записи альбома: смерть — блаженство. Один немецкий журналист утверждал, что тексты песен переведены им из древних швабов. Через 2 дня после смерти Бонзо лондонская газета “Evening News” напечатала статью «Загадка «Черной Магии» Лед Зеппелин». Ссылаясь на известный источник, писали: «Звучит дико, но Роберт Плант и все окружение группы утверждают, что занятия черной магией Пейджа, привели Бонзо к смерти, а также к другим трагедиям в группе … Думаю, что трое оставшихся музыкантов побаиваются грядущих событий».

День памяти Бонзо состоялся через 2 недели 10-го октября в церкви “Rushock”, неподалеку от фермы Боннэма. Тело барабанщика кремировали почти сразу после смерти. Присутствовала служба безопасности, но только 8 местных юнцов стояли под моросящим дождем на похоронах. Маленькая церковь была набита и несколько местных жителей стояли поодаль, не в состоянии попасть вовнутрь. Местные музыканты из Electric Light Orchestra и Wings находились около Пэт Боннэм и ее детей — Джейсона и Зо.

Следователь сделал запрос и патологоанатом доложил, что Джон Боннэм скончался от передозировки алкоголя, выпив 40 порций водки за 12 часов (1 литр 200 граммов примерно), а затем захлебнулся собственной рвотой во время сна. Джимми засвидетельствовал, что Бонзо был сильно навеселе уже к моменту приезда на репетицию. Он добавил, что трудно сказать, сколько именно выпил Бонзо, так как он пил все время. Рекс Кинг, Рик Хоббз и Бенджи Лефевр также дали свои показания. После этого следователь из Восточного Беркшира вместе с полицией произвели обыск в доме Джимми Пейджа, но не нашли ничего подозрительного. И следователь дал заключение о смерти — «несчастный случай — непреднамеренное самоубийство».

В римской тюрьме “Regina Coeli” один заключенный подошел к Ричарду Коулу и сообщил: «Умер один из твоей группы». «Бедный Пейджи», — подумал Коул, решив, что этим несчастным был Джимми. Но главный вдохновитель был жив, а его подмастерье нет. Были статьи в прессе о том, что трое уцелевших члена группы решают вопрос — распадаться или нет. Согласно слухам, именитые английские барабанщики — Кози Пауэлл, Карл Палмер, Энсли Дунбар решают: а не заменить ли им Боннэма из Лед Зеппелин. Джимми не видел смысла продолжать с кем-то другим. Полностью устраивал только Джон Боннэм. К другим не лежала душа. 4-го декабря 1980 года, когда зимние дни стали еще более короткими, Лед Зеппелин опубликовала следующее, как всегда туманное заявление в прессе: «Потеря нашего дорого друга и глубокое чувство гармонии между нами и нашим менеджером, заставило нас прийти к выводу, что мы не думаем оставаться такими же, какими были раньше».


Глава десятая: Мощь, загадка и молот богов | Молот богов. Сага о Led Zeppelin | Глава двенадцатая: Кода