home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 4

Идти я решил на восток, в сторону фронта, рассчитывая в неразберихе сражений, наступления одних и отступления других половить рыбку в эдакой мутной водичке. Может быть, сумею найти кого-то из важных лиц государства и серьёзно ему помочь. Например, какого-нибудь крупного или известного военачальника. Если получится произвести на него впечатление своими способностями, то у меня появятся неплохие шансы заручиться поддержкой государства. Конечно, в условиях проигрываемой войны особо много я не получу, но мне много и не нужно. Главное, найти источник магии и на первых порах получать хоть какие-то ресурсы для развития Очага.

И да! Я определился с союзником. Мне точно было не по пути с теми, кто готов создавать Чёрные пятна и воюет с мирным населением, которое ничего плохо не сделало и не брало в руки оружия. Я не говорю, что лучше немцев. Но могу поклясться в том, что не стану убивать и мучить кого-то просто так, от скуки, например. Или потому, что у него кожа другого цвета, волосы темнее, а глаза не голубые. Или из-за того, что человек родился в другом государстве, разговаривает на непонятном языке. И так далее.

Ко всему прочему, я опасался, что на меня попытаются надавить — и это у них получится (!) — если я примкну к немцам. Страшно подумать, к чему может привести союз из мага и теми, кто может предоставить десятки, если не сотни тысяч человеческих жертв любого «качества», вплоть до младенцев. Я не герой или не святой, есть множество точек давления, которые могут заставить меня свернуть на этот путь. Недаром говорится, что власть развращает даже самых лучших.

«Та же возможность восстановить энергоканалы в теле и заодно ускорить своё возвращение в родной мир, где похоронены мои родители, могут стать подобными точками, — подумал я. — Надеюсь, советские правители отличаются в лучшую сторону и не захотят закончить войну через создание жертвенных гекатомб с моей помощью».

Во время пути питался всем подряд: грибами, ягодами, лесными зверьками и птахами. Того небольшого количества магии, которое мне было доступно, хватало, чтобы не умереть с голода и иметь силы для длительных пеших переходов. Я ел мышей и кротов, подманивая зверьков чарами. Не чурался ощипать певчих пташек, которых в моей ладони умещалось по три-четыре штуки. Однажды соблазнился размерами цапли, увидев её в речной заводи. Вот только есть её мясо не смог из-за специфического запаха, который мне не понравился. Дважды везло с утятиной. Пусть она тоже слегка попахивала, но вполне терпимо, а голод оказался неплохим заменителем дорогих специй. Чтобы добыть эту дичь мне хватало магии, хотя оружие тоже имелось. Ещё в свой первый день путешествия, отойдя подальше от деревни, я сделал себе пращу из куска вожжей. Снарядами «поделилась» первая же речка. Там набрал два десятка небольших окатышей размером в полтора-два голубиных яиц. Вечерами перед сном я чертил на них своей кровью руны и напитывал маной. К этому времени пять камней стали очень опасными артефактами, способными преподать серьёзный урок даже латнику в зачарованном доспехе. А уж для местных жителей, которые не носят никакой брони, и подавно.

И вот настал день, когда пришло время использовать их в деле.

Услышав недалеко от себя выстрелы, я почти без раздумий побежал в их сторону. Всего на несколько мгновений остановился, чтобы активировать «спящее» заклинание маскировки. Со стороны кажущаяся безалаберность таковой не была. Я уже давно был готов к встрече хоть с врагами, хоть с союзниками. К тому же, выстрелов было несколько, и есть вероятность, что стрелков столько же. В самом крайнем случае, просто поубиваю всех и наберу трофеев: одежду, продукты, посуду и прочее. Мне уже до бешенства надоело ходить без фляги, есть мясо без соли, а грубая ткань от мешков постоянно натирает кожу.

Уже скоро я наблюдал из кустов вот такую картину. На дороге, проходящей вдоль опушки леса, стояли телеги, запряжённые лошадьми. Рядом с ними находились двое мужчин в обычной крестьянской одежде, если я не ошибаюсь. Роднило их между собой наличие белых повязок на левых руках немного выше локтя, и винтовки в руках. На обочине дороги лежал старик в позе эмбриона и держащийся за живот. А чуть в стороне от него ещё пара белоповязочников раскладывали девушку. Одежду на ней уже разорвали и сейчас срывали обрывки платья и нижнего белья. Судя по тому, что она не шевелилась, то девушку ещё и сильно избили перед этим. А может, и убили. Я совсем не удивлюсь, если двое насильников ещё и некрофилы. Жестокость и вседозволенность, знаете ли, срывает крышки с сосудов со многими тайными желаниями в тёмной части человеческой души.

Что ж, вряд ли я не ошибусь, если предположу, что наблюдаю банальный разбой распоясавшихся сволочей. И мне всё равно, кто это: мародёры, дезертиры, те, кто до войны конфликтовал с дедом и его родственницей или ренегаты, поступившие на службу к немцам. Любого из этих категорий я убью, не моргнув и глазом.

«А ещё их можно использовать для ритуала», — мелькнула мысль в моей голове перед тем, как я стал действовать. Вложив первый зачарованный камень в петлю пращи, я раскрутил ремень и отправил снаряд в одного из тех, кто стоял у телеги и наблюдал за последними приготовлениями перед изнасилованием. Голыш попал ему в голову, и та лопнула, как мягкая спелая ягода, упавшая на каменную брусчатку с большой высоты.

То, что его сосед отреагировал на смерть напарника с огромной заминкой, дало понять: это не солдаты, не та реакция.

«Может, пьяный или одурманенный?», — предположил я про себя.

Белоповязочник секунды три смотрел на сползающего по борту телеги товарища, лишившегося головы, прежде чем стал стягивать с плеча оружие. И уже третьим шагом стала попытка подать сигнал тревоги. Но он только и успел открыть рот, когда второй мой камень ударил ему в грудь.

— Хы-ы, — громко и хрипло выдохнул он, после чего свалился на землю рядом с первым трупом.

Несмотря на то, что камни издавали порядком шума при попадании в тела мужчин, на него насильники не обратили ни малейшего внимания — так были увлечены процессом.

Разбираясь с парочкой у телеги, я немного опоздал — первый мерзавец уже успел снять с себя штаны и готовился войти в девушку. Правильнее было бы прикончить сначала его напарника, а потом покончить с ним, но я решил поступить наоборот, чтобы сохранить девичью честь, которой у местных женщин отведено особое внимание. И потому третий камень ударил в затылок беспортошного.

— Тарас, ты спать на девке что ли собрался? — весело спросил наблюдатель, который так и не понял, почему притих товарищ, решивший вдруг растянуться на жертве и замереть, будто спящий. Хм, почему-то голову этому говнюку не расшибло, как первому.

Последний враг так и не разобрался до конца в причине заминки товарища, когда четвёртый зачарованный камень ударил его точно между лопаток. Это столкновение сопровождалось громким хрустом костей и фонтаном крови, вылетевшей из его рта вместе с криком боли.

«Всё? — спросил я сам себя, подождал пару минут и ответил. — Всё».

Обновив маскировочные чары, я направился к телегам. Первым делом, когда я вышел на дорогу, вытащил длинный нож из ножен безголового и стал добивать ударами в сердце белоповязочников. Даже хозяина клинка не забыл, а то мало ли… в жизни чего только не бывает. Хотя, там был жив только один раненый зачарованными камнями — тот, что с проломленными рёбрами. Его смерть позволила мне чуть-чуть наполнить резерв чужой праной.

Когда дошёл до бесштанного насильника, то обнаружил, что тот тоже жив, и умирать точно не собирается, так как ранен не тяжело. И в этом виноват я сам, когда в спешке достал обычный камень, не заряженный магией. Первым моим желанием было поступить с ним так же, как с остальными. Заодно ещё получу немного энергии. Потом вдруг подумал, что пусть смерть ублюдка принесёт пользу не только мне, но и возможно, девушке и старику, если тот ещё жив. Поэтому я его связал, сунул ему в рот большую тряпку из обрывков женской одежды и занялся возможными союзниками.

А с ними всё было очень плохо. Старику белоповязочники проткнули живот тесаком, возможно, тем самым, которым я добивал их самих. Он был жив, но без сознания и истекал кровью. Враги не стали дарить ему быструю смерть, оставив умирать в страшных муках. У девушки была разбита голова в месте чуть выше левого уха и ближе к затылку. С виду там имелась небольшая опухоль и ссадина, откуда вытекло буквально десяток капель крови. Вот только в этом месте череп был разбит, и осколки кости давили на мозг. Это если говорить по-простому. После осмотра пострадавших, я слил всю свою ману в два средних заклинания, подлечив раненых.

После чего ненадолго задумался. Такие тяжёлые раны просто так средним лечением не исцелить. Каждое заклинание имеет свой предел и хорошо работает с ранами определённой тяжести. Чары восстанавливают жизненную энергию, помогая организму самому бороться за выздоровление. В зависимости от своего ранга заклинание ускоряет регенерацию в десятки раз или даже на порядки, если происходит лечение ампутированной конечности или иного органа. Вот только рана в животе старика скоро воспалится, начнётся заражение крови и будет выделяться гной в брюшине. Чтобы ему помочь, мне потребуется часто применять заклинание, а это мне не по силам. К тому же, ещё есть девушка, которую тоже не спасёт моё среднее лечение.

Сейчас я вижу только один способ: через ритуал забрать жизненные силы у одного живого существа и передать их другому. Почему через ритуал? Всё просто, напрямую у меня не выйдет, сил не хватит удержать и пропустить через себя требуемый поток энергии. Для ритуала объектов у меня хватает. Это две лошади и пленник. Вот только животные ни в чём не провинились в отличие от ублюдка, что лежит недалеко от меня без штанов, связанный по рукам и ногам и с кляпом во рту. Пожалуй, будет справедливо, чтобы он своей жизнью исправил то, что натворил со своими подельниками.

Решено.

Сначала я бережно отнёс раненых с дороги подальше в лес. Старик во время переноски от боли пришёл в себя и закричал. Пришлось его усыпить заклинанием, потратив фактически зря последние капли маны в своём резерве. Девушка при переноске пребывала в беспамятстве, вот только дыхание резко участилось и стало поверхностным. При таком лёгкие не успевают насытить кислородом кровь в должной мере, что очень плохо для организма в целом. По крайней мере, так меня учили в академии.

После этого перетащил к раненым пленника, а за ним одного из убитых, которому камнем проломил грудь. Потом закинул подальше в кусты мертвецов и завёл в лес лошадей с телегами. Конечно, следов случившейся трагедии и боя на земле осталось предостаточно, плюс, внимательный взгляд мигом обнаружит трупы в придорожных зарослях. Но хотя бы издалека пустые телеги без людей не привлекут ничьё внимание.

Нехватка маны и магическая инвалидность (по сравнению с собой прежним до переноса в этом мир я точно сейчас был инвалидом) откровенно злили и портили настроение. В прошлой жизни я за десять минут излечил бы раненых, потом поднял бы убитых в виде низших умертвий и отправился творить добро налево и направо. А сейчас приходится заниматься ритуалистикой, которую в академии студенты считали костылями для сильного мага и направлением в магии для слабосилков.

Под деревьями я начертил тесаком нужные знаки, смочил их кровью мертвеца, не успевшей ещё свернуться. В центр рисунка положил пленника, а рядом с ним слева и справа старика с девушкой. В тот самый миг, когда я уже приготовился активировать ритуал, некстати пришёл в себя белоповязочник. При виде меня он задёргался, стал что-то мычать сквозь кляп. Да уж, я могу понять его. Быть прерванным на самом интересном месте, потерять сознание и очнуться с головной болью, связанным и увидеть над собой смуглого здоровяка в каких-то лохмотьях и с большим ножом в руке.

— Тс-с, — я прижал палец к своим губам и опустился рядом с ним на одно колено, — тихо, не нужно зря суетиться и шуметь.

— М-м-м…

— Тихо, слышишь меня? У тебя заткнут рот, а не уши. Мне не интересно, что ты хочешь мне рассказать. Не нужны ни твои тайны, ни твоих командиров. Не нужны твои извинения и мольбы. Просто прими свою участь, как мужчина.

— М-м!..

— Упрямый, — я ударил пленника рукоятью ножа в висок, отправляя его в беспамятство.

Ритуал занял не больше пятнадцати минут и превратил пышущего здоровьем молодого мужчину в высохшую мумию. В противовес этому раны на старике и девушке полностью зажили. Мало того, немолодой мужчина помолодел минимум на десять лет, а девчонка посвежела и округлела, приобретя подтянутое тело с высокой крупной грудью, крутыми бёдрами, стройными ножками и тонкой талией. Такой она стала бы и без магии, регулярно занимайся гимнастикой и хорошо питайся. Невольно я засмотрелся на неё, поддавшись инстинктам молодого здорового парня. В себя пришёл в тот миг, когда она зашевелилась.

— Ой! — вскрикнула она, когда увидела меня и оглушительно завизжала. — Не подходи!!!

Я аж подскочил на месте и отшатнулся назад.

— Тихо ты, не ори, — почти теми же словами стал успокаивать её, что и пленника недавно, — немцев накличешь.

Девчонка смолка, села, поджала колени к груди и обняла их руками. Длинные распущенные волосы рассыпались по её плечам и спине, и почти полностью скрыли её фигурку.

— А ну не замай девку, — очнулся старик и тут же встал на ноги в угрожающую позу. — Не тронь, тебе говорю, ирод.

— Не трогаю я никого, успокойся уже. И не ори, здесь дорога рядом, могут немцы проехать или разбойники какие. Услышат — пожалеете.

— А ты не пожалеешь? — после короткой паузы и гораздо тише спросил он меня.

— Нет, мне они ничего не сделают.

— Та-ак, — протянул он. Глаза у него недобро сверкнули, ладони сжались в кулаки.

— Вот же, тьфу, — сплюнул я, догадавшись, о чём подумал собеседник. — Я не с ними. Просто им меня не поймать, в отличие от вас.

Сказал ему это и набросил на себя чары отвода взгляда. Ныне покойный белоповязочник не только с этой парой «поделился» энергией, но и со мной. Маны, имеющейся в резерве, хватит ещё на несколько несложных заклинаний.

— Эй, ты куда пропал? Не шуткуй у меня, паря, — растерянно произнёс старик и закрутил головой по сторонам. — Всё, показывайся давай. Верю, что от германцев сумеешь сховаться.

Точно так же, как и старик, вела себя девушка. До моего исчезновения она смотрела снизу вверх со страхом и злостью. А сейчас пыталась высмотреть меня среди деревьев. Пока эти двое искали мен, я сходил до дороги, убедился, что на ней в пределах видимости никого не видно, и пошёл к телегам. Там покопался в вещах, нашёл узел с женскими тряпками и вернулся назад.

— Ой! — почти так же, как несколькими минутами раньше вновь вскрикнула девушка, когда я бросил перед ней на землю вещи. Для неё это должно показаться так, словно она моргнула, а когда вновь открыла глаза, то на пустом месте появился узел. Лишь после этого я снял заклинание, которое итак вот-вот должно было развеяться.

— Оденься, это, должно быть, твоё. Потом поговорим.

— Отвернись, — тут же потребовала она.

— Да что я там… ладно, ладно, — махнул я рукой и посмотрел на старика. — Сходим до дороги, поможешь.

Тот немного замешкался, посмотрел на девчонку, о чём-то подумал и согласно кивнул:

— Ну, пошли.

Я решил, что вместо объяснений и слов будет проще и доходчивее показать всё, так сказать, на пальцах. Сначала привёл к трупам белоповязочников.

— Бери этого за ногу, и потащили подальше отсюда, — приказал я ему, затем наклонился и ухватил первого мертвеца за лодыжку. Старик выполнил указание без раздумий и с довольным выражением на лице.

— А…

— Вопросы потом, — оборвал я его. — Есть дела поважнее.

Мы быстро перетащили тела вглубь леса, потом завели туда же телеги. Вновь вернулись на дорогу, где я создал два воздушных заклинания, которые подняли пыль и запорошили следы нападения на дороге. Заодно немного расправили траву и кусты, по которым я ходил туда-сюда и прокатились телеги.

Демонстрация магии заставила старика уронить нижнюю челюсть. Когда ветер затих, он опустил взгляд вниз, сунул палец в прореху на рубахе, оставленную вражьим ножом.

— Э…

— Позже, — вновь прервал я его, — нужно ещё тела получше спрятать.

Вернувшись к мертвецам, я использовал остатки маны на то, чтобы заклинанием из магии земли поглубже их спрятать. Это выглядело так: сначала земля под мертвецами превратилась в жидкую грязь, а потом, когда они утонули в ней, вновь затвердела. О могиле сообщала лишь проплешина, возникшая на месте использования чар.

— Свят, свят, свят, — пробормотал старик и совершил странное движение рукой со сложенными в щепоть пальцами, поочерёдно коснувшись ими живота, головы и плеч. — Ты кто такой, паря?

— Маг я, — я повернулся к старику. — И не из вашего мира, если тебе это что-то говорит. Теперь можем поговорить.


Глава 3 | Лорд | Глава 5