home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

На следующее утро поверх бикини я надела легкое белое платье – собиралась идти на пляж позагорать. Быстро намазалась солнцезащитным кремом, а волосы закрутила в пучок. Вдруг раздался легкий стук в дверь, это меня удивило – я никого не ждала в такое раннее время. С улыбкой открыла дверь. Передо мной стоял Элиас с большим букетом цветов. Моя улыбка тут же погасла, превратившись в гримасу. Чего он приперся сюда?

– Это тебе, фея Ника, – мягко проговорил он.

– Послушай, тебе, что, больше делать нечего, как преследовать меня? – возмутилась. – Не нужны мне твои цветы!

Я вышла и, заперев дверь на ключ, направилась к пляжу. Элиас оставил цветы на крыльце и догнал меня.

– Ты просто обворожительна, – рассмеялся он.

Я закатила глаза. Кажется, это уже вошло у меня в привычку.

– В каком месте? – выпалила и тут же пожалела об этом. Элиас лениво оглядел меня с головы до ног.

– Во всех, – в уголках его рта заиграла улыбка.

Я громко вздохнула, заскрипев зубами, и со стоном произнесла:

– Твоя настойчивость просто поражает!

Он кинул на меня теплый сияющий взгляд и усмехнулся:

– Я просто знаю, чего хочу.

Некоторое время мы молча шли бок о бок. Его близость странно действовала на меня, вызывая пламя в крови. Он шел за мной до самого пляжа. Вытащив полотенце из сумки и расстелив его на песке, я одним движением сбросила с себя платье. Восхищённый взгляд парня смущал меня и одновременно радовал. Я не считала себя красавицей с далеко не идеальной фигурой и заурядной внешностью, но то, как смотрел на меня Элиас, заставляло чувствовать себя красивой. Мои щеки слегка запылали.

– Да, я не ошибся, – с восхищением вымолвил он, – ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел… – его глаза и губы ласково улыбались.

– Ты это всем девушкам говоришь? – спросила я резко.

– Только тем, кого хочу.

Я раздраженно отвернулась и молча разлеглась на полотенце, подставляя тело солнечным лучам. Элиас лег на песок рядом. Я старалась его игнорировать, хотя это давалось очень сложно, почти невозможно. Парень великолепно сложен: широкие плечи, волевой подбородок и эти насмешливые голубые глаза, от которых невозможно скрыться. От его загорелого и мускулистого тела исходила такая чувственная сила, что я на секунду прикрыла глаза.

Было очень жарко, солнце пекло нещадно даже в такое раннее время.

– Пошли, искупаемся, – предложил он через некоторое время.

Я тут же быстро поднялась.

– Да, жарко жутко. Надо бы окунуться.

Мне точно надо охладиться, и дело совсем не в солнце. Мы направились к воде. Элиас с разбегу нырнул, а, когда вынырнул, у меня перехватило дыхание от того, как по его мускулистому торсу стекали, сверкая, капли воды. В голове вдруг мелькнуло, что он похож на греческого Аполлона.

– Вода просто супер! – он подставил лицо солнечным лучам.

Прямо законченный оптимист: радуется каждому мгновению, как будто скоро у него этот момент кто-то отнимет. Элиас вдруг брызнул в меня водой, заставив вскрикнуть от неожиданности:

– Эй! Ты чего?

Я в ответ брызнула в него и рассмеялась. Мы, как дети малые, брызгались друг в друга до тех пор, пока он не подхватил меня на руки.

– Ты такая легкая, как перышко, – произнес хриплым голосом. – А еще мне нравится слушать твой смех, Ника. Он завораживает.

Я не ответила, снова нахмурившись.

– Ну, не хочешь со мной поделиться?

– Чем?

– Кто тебя обидел?

– С чего ты взял? – резко спросила я, вырываясь из его объятий и отплывая подальше.

– Ты не реагируешь на комплименты, цветы тебя не обрадовали. И чересчур колючая – этому наверняка есть причина.

– Если и есть, тебя не касается, – огрызнулась и поплыла от него. Я сбежала сюда не для того, чтобы снова испытывать душевную боль и терзания.

Поплавала немного, пытаясь успокоиться, а Элиас уже вышел на берег и разлегся на песке, закинув руки за голову. Когда я подошла к нему, он с тоской произнес:

– Я всегда скучаю по этому месту.

– Разве ты здесь не живешь? – я отжала волосы, улеглась на живот и, подперев подбородок руками, вопросительно взглянула на Элиаса.

– Уже нет. И у меня осталось не так много времени, – он вздохнул с сожалением.

Я подняла брови. Что он имеет в виду?

– Ерунда. Время есть всегда. Если тебе нравится, ты можешь остаться дольше.

Элиас усмехнулся, легонько проводя ладонью по моему обнаженному бедру. Вот наглец!

– Боюсь, обстоятельства не позволят мне остаться.

Я демонстративно переложила его руку со своего бедра на песок подальше от себя. Его прикосновения обжигали кожу.

– Работа? – спросила я. Он покачал головой, не ответив.

– Жена и куча детишек? – подозрительно спросила, на что Элиас громко расхохотался.

– Ты такая милая! Это точно нет. Но, возможно, я расскажу тебе свою историю, если ты расскажешь мне свою, – он проницательно поглядел на меня.

Опустив голову на полотенце, я произнесла с иронией:

– Тогда я пас.

Он скользнул изучающим взглядом по моему лицу. Мы были так близко друг к другу, что у меня захватывало дух.

– Ты мне нравишься, Ника, – серьезно произнес Элиас.

Его голос ласкал, вызывая во мне водоворот чувств. Я с досадой поморщилась. Как у него получается приводить меня в смятение?

– Так быстро? – скептически приподняла брови. – По-моему, я сделала все, чтобы оттолкнуть тебя.

Уголки его губ изогнулись в усмешке.

– Я люблю преграды. Но дело даже не в этом. Ты просто очаровательна. И твои глаза… Они прекрасны. Тебе не стоит надевать солнечные очки и прятать эти изумруды, – искренне произнес Элиас.

Я невольно засмеялась. Ну как можно противостоять ему? С ним становилось легко и светло на душе.

– И где ты научился так красиво говорить?

– Это у нас – греков – врожденное, – рассмеялся Элиас и перевел разговор на другую тему.

Мы шутили и смеялись. И ему удалось разбить ту ограду, которую я установила вокруг своего сердца. Давно мне не было так легко на душе и весело. Время незаметно приблизилось к полудню. Становилось еще жарче и жарче. Опасное время для того, чтобы загорать.

– Ты голодная? Я знаю поблизости один ресторанчик…

Стоило ему спросить меня о еде, как в животе тут же громко заурчало.

– Умираю от голода.

– Тогда пошли.

Я слегка замешкалась, ведь планировала провести этот день в полном одиночестве, но Элиас как-то незаметно разговорил меня, развеселил, и я совсем забыла, что хотела держаться от него подальше. Он вопросительно на меня посмотрел. Какого черта я сомневаюсь? Это же просто обед. Мы оба голодные.

– Ладно! Пошли.

Мы зашли в ресторанчик и сели за столик.

– Что посоветуешь?

– Я знаю, что тебе понравится, – уверенно произнес Элиас.

– Не сомневалась, что ты это скажешь, – рассмеялась я.

Он заказал официанту пару блюд. Через некоторое время все оказалось на столе.

– Ты все еще уверен, что мне понравится? – скептически спросила.

– Попробуй.

Я попробовала вилкой одно из блюд. О, Боже! Что это? Офигенный вкус! Элиас довольно наблюдал за моим выражением лица.

– Как вкусно! Как ты узнал?

– Потому что эти блюда нравятся мне. А мы похожи.

Я покачала головой, рассмеявшись. Я могла бы поспорить с этим, но махнула рукой – безнадежная затея. Мы непринужденно болтали и просидели до самого вечера – время пролетело незаметно, я даже удивилась.

– Ну что, пойдем? – он расплатился, и мы вышли из ресторана.

Я вдруг поняла, что мне нравится проводить время с ним. Куда лучше, чем убиваться и страдать в одиночестве. С ним весело, и я забыла о своей боли. Элиас обладал острым умом и обаянием. Мы шли, разговаривали о пустяках и не заметили, как оказались на улице с множеством баров.

– Смотри! Ирландский бар «Келли», не хочешь зайти?

– А у меня есть выбор? – я рассмеялась.

– Ты права, его нет.

Он схватил меня за запястье и потянул к дверям. Мы вошли в помещение, где нас радушно встретили веселые официанты и усадили за столик. Народу было достаточно, царила живая атмосфера. Какой-то парень стоял у микрофона и напевал песню. Элиас улыбнулся.

– Ничего не изменилось. Здесь любят устраивать караоке-вечера.

Мы заказали коктейли, которые принесли через пару минут. Я наблюдала за певшим парнем – у него явно не было голоса, это резало по моему чувствительному слуху.

– Ты тоже любишь петь? – спросила я.

– Конечно! Вот только все мои друзья обычно останавливали меня на половине песни – не могли слушать мою какофонию…

Я расхохоталась.

– …Хотя могу поклясться, когда я пою про себя, получается очень неплохо, но стоит мне начать петь вслух, что-то идет не так. Впрочем, ты сама сейчас в этом убедишься!

– Ты собираешься на сцену? Серьезно?

– Я вообще очень серьезный человек, – прошептал он, весело подмигнув.

Я не могла остановить безудержный смех. Еще никогда в жизни столько не смеялась.

Элиас подошел к микрофону и слегка постучал по нему, проверяя звук:

– Раз-раз… Эта песня посвящается вон той прекрасной фее…

Несколько голов повернулись в мою сторону, и я смущенно прикрыла лицо рукой. Заиграла минусовка, парень начал петь. Смелая попытка. Ребята за соседним столиком заржали. Но теперь я понимала, о чем он говорил – у Элиаса вообще не было слуха. Но он пел с такой уверенностью и непринужденностью, что это не имело значения. Закончив, он поклонился:

– Спасибо всем, кто дослушал меня до конца.

Толпа засмеялась, одарив его слабыми аплодисментами. Элиас, улыбаясь, подошел ко мне.

– Ты просто звезда! – с иронией заметила я.

– Ценю ваш комплимент, фея Ника. А теперь твоя очередь.

Мое лицо вытянулось.

– Что? Нет! – я покачала головой.

– Конечно, да. Будет весело.

– Я не люблю петь на публике.

– Страхи нужно преодолевать, – он встал из-за стола и громко произнес. – Слушайте все! Эта девушка сейчас споет специально для вас!

Я дернула его за руку и прошипела:

– Что ты делаешь?

– Давайте поддержим ее!

Раздались громкие аплодисменты. Вот гад, я убью его!

– Элиас! – возмущенно воскликнула я. – Так и знала, что нельзя тебе доверять!

– Да ладно, ничего такого. Всего лишь одна песня.

Коварные голубые глаза хитро поблескивали, а я от возмущения не знала, что сказать. На меня с любопытством уставились посетители бара. Я встала из-за стола, бросив испепеляющий взгляд на Элиаса. Он лишь ободряюще улыбнулся.

Дело в том, что я ненавижу выступать перед публикой. Предпочитаю быть незаметной, не выделяться из толпы, а он меня так подставил! Черт побери!

Медленно и неуверенно подошла к микрофону, бросив негодующий взгляд на Элиаса.

Заиграла мелодия «What’s up» рок-группы «4 NonBlondes»[1] – одна из моих любимых песен, которую я знала наизусть. Я люблю петь, это моя страсть, хобби. Но не на публике. Ну да ладно. Черт с ними!

В зале стало тихо, разговоры прекратились. Я начала петь, не смотря на экран:

Twenty-five years and my life is still,

Trying to get up that great big hill of hope

For a destination.

I realized quickly when I knew I should,

That the world was made up of this brotherhood of man,

For whatever that means.

And so I cry sometimes when I'm lying in bed

Just to get it all out what's in my head,

And I

I am feeling a little peculiar.

And so I wake in the morning and I step outside

And I take a deep breath and I get real high, and I

Scream from the top of my lungs

What's going on?

And I say, hey yeah yeah, hey yeah yeah

I said hey, what's going on?”[2]

Мой голос становился мощнее и звучнее, раздаваясь на весь зал, но меня самой будто здесь не было. Я полностью растворилась в музыке. Эта песня вызывала во мне невообразимые чувства: легкость, радость и надежду… Вместе с тем хотелось плакать – такой микс эмоций, которые я не могла передать словами.

Отзвучали последние аккорды, и я замолчала. Несколько секунд в зале стояла тишина, потом раздались бурные аплодисменты. Кто-то даже свистнул.

– Спасибо! – поблагодарила я и направилась к Элиасу. Он был потрясен.

– Ну, что скажешь? – неуверенно спросила.

– Скажу, что тебя нужно наказать, – медленно произнес он.

– За что?

– За то, что ты прячешь такой фантастический голос от людей!

– Я ненавижу выступать перед публикой.

Я села за столик. Он прикоснулся к моей руке.

– Да кого это волнует? С таким божественным голосом ты просто обязана петь на сцене.

В его словах было столько искренности и восхищения, что я невольно улыбнулась.

– Спасибо за комплимент. Но я предпочитаю пение как хобби.

– Теперь ты мне еще больше нравишься, фея.

Я рассмеялась.

– Тебе, похоже, вообще легко понравиться.

– Поверь, это не так! – серьезно возразил он.


Глава 2 | Элиас и Ника | Глава 4