home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



День 2

Ночью Олегу приснилось, будто Земля находится внутри огромной Сферы из серых кирпичей. Олег в этом сне гулял по ее внутренней поверхности, а потом достал иголку и ткнул ею в кирпич под ногами. Камень треснул и начал расходиться в стороны, а из получившейся дыры полился резкий ослепляющий свет. Он как водопад обрушился вниз, а в следующее мгновение вся Сфера лопнула, как воздушный шарик, и Земля оказалась посреди белоснежно-яркого вещества. Оно окутало Олега, не позволяло ему двигаться, а потом полилось на планету, законсервировав ее внутри блестящего света, как муравья в капле сосновой смолы.

Он проснулся от резкой жгучей боли, что-то ужалило его в правую ногу повыше колена. Олег тут же схватился за болезненое место и попытался его растереть. Он осмотрел скафандр, ничего неожиданного на нем не нашлось, плотная ткань на правом бедре выглядела обычно, ни прокола, ни разреза. «Странно», – подумал он.

Проснулся он на том же самом месте. По привычке он собирался увидеть рассвет, но окружало его абсолютно то же. Все вокруг было серым, отливало сталью, словно он оказался в огромном слесарном цехе. Олег поискал глазами Эрни, обернулся, но не нашел его ни рядом, ни вдалеке. Эрни нигде не было.

Он заметил под ногами болт, большой и очень человеческий, шляпка на двадцать – двадцать четыре, сантиметров восемь в длину. Это был увесистый кусок железа: в низкой гравитации пропадает вес, но остается масса, и взвесить что-то в руке можно, если помахать предметом из стороны в сторону, чтобы почувствовать инерцию.

Он точно помнил, что не брал с собой никакого болта. В его набор входит только веревка, страховочный фал, карабин, фломастер, фонарик, спасательный маяк, складной мешок на молнии и нож. И у Эрни его тоже не было.

Он сжал болт в кулаке и оглянулся. Эрни видно не было, вокруг простиралась лишь сплошная серая пустыня. Пилот не мог уйти далеко и выйти из поля зрения, только не здесь. Если он решил прогуляться, то должен быть где-то недалеко. Олег искал глазами белую точку на сером фоне. Он совершил полный оборот, а затем второй и третий, вглядываясь в серую даль. Абсолютно точно не было ни одного белого пятнышка. Олег решил чуть подождать, может Эрни спрыгнул в траншею между плитами и сейчас опустился на колени, чтобы изучить ее поближе. В этом случае он может спрятаться там с головой.

– Эрни, ты меня слышишь? – позвал Олег по радио.

Он заметил индикатор на забрале, красный значок перечеркнутой антенны. Радио пропало, точнее, ретранслятор. Видимо, челнок удалился достаточно далеко и не может передать сигнал, а напрямую скафандры между собой сообщаться не могут, разве только прислонив стекло шлема к другому стеклу, чтобы позволить звуку передаваться через твердую поверхность.

Время шло, Олег изредка оглядывался, чтобы посмотреть, не появился ли пилот. В одно из таких мгновений он увидел вдалеке торчащую из траншеи белую макушку, только она была очень маленькая, как будто Эрни высунул вверх не голову со шлемом, а колено или локоть. Это было почти в полукилометре, Олег не мог разглядеть точнее, мог различить лишь общую форму.

Олег вспомнил направление, в котором смотрел Эрни, перед тем как уснул, кажется, это как раз в той стороне. Он опустился на четвереньки и начал перебирать руками и ногами. В кулаке он по-прежнему сжимал болт и не хотел его отпускать. Скорость увеличивалась медленно, локти и колени лишь шаркали по плите, минимально сцепляясь с поверхностью, словно он пытается разогнаться на очень-очень гладком льду. Вскоре Олег поднялся на ноги и начал двигаться многометровыми шагами, прыгая, как кенгуру.

Торчащий предмет не пропадал, Олег испугался, что это Эрни потерял сознание и лежит сейчас на спине, подняв вверх колено. Однако чем ближе он подходил, тем отчетливее видел, что цвет у этого предмета немного более мягкий, чем у скафандра, тоже белый, но чуть посветлее. Ему вдруг отчетливо показалось, что это чья-то голова без шлема, бледная, безволосая, с двумя такими же бледными глазами.

Он приближался к другому концу километровой плиты. До траншеи осталось немного, поэтому он начал тормозить издалека тем же способом – лег на живот и подождал пока трение его остановит. На секунду он испугался, что оно может протереть скафандр, сделает его негерметичным, но он отогнал эту мысль. Скафандр сделан из плотного многослойного кевлара, а сила, прижимающая его к поверхности плиты, настолько мала, что Олег мог бы подпрыгнуть на несколько метров, упершись в пол лишь большими пальцами рук и ног. Траншея между плитами приближалась, она была всего около метра в ширину, поэтому он легонько оттолкнулся и без труда перепрыгнул ее прямо в лежачей позе.

Движение остановилось, Олег подполз к траншее между плитами и посмотрел вниз. Она оказалась пустой, неизвестно в какой момент белый предмет просто исчез. Олег почувствовал себя обманутым, словно посмотрел представление фокусника-иллюзиониста. Вот кролик есть, а вот его нет.

Вместо него он увидел внизу странные красные пучки вроде мха. Он опустился ниже и увидел, что мох этот растет тут и там в тени, где-то большими островками размером с ладонь, где-то совсем маленькими точками с ноготь. У него были большие лохматые лепестки, он даже больше походил не на мох, а на лишайник, возможно съедобный, жаль он шлем снять не может.

– Эрни! – позвал он. Датчик показывал, что снаружи есть воздух, хоть и очень разреженный, поэтому в отличие от вакуума здесь можно разговаривать без рации, надо только кричать посильнее. – Ээрнии! Я здеесь!

Не мог же он просто пропасть, рассудил Олег. Наверное, в самом деле потерял сознание и лежит в траншее. Необходимо двигаться быстрее.

Он отправился вдоль траншеи к другому концу плиты, туда, где соединяются углами сразу четыре блока.

Он крутил головой, насколько хватало обзора, и пытался высмотреть Эрни, но никак не мог его увидеть. Ему показалось, что тот опять спятил и решил поиграть в прятки. Спрятался в одной из траншей, притаился и готов выпрыгнуть наружу с криком «Я здесь». Олег сжимал в руке болт, он мог бы допустить, что это Эрни кинул в него болтом и тут же спрятался, только у Эрни не было болта. Болт появился извне.

До стыка четырех плит оставалось немного. Под конец движения он решил не тормозить трением, как раньше, а клониться назад и после того, как перелетит шов, зацепиться за него рукой и остановиться.

На перекрестке двух траншей он спрыгнул вниз и осмотрелся. У плит были острые, ничуть не скругленные углы. Черный материал, напоминающий резину, устилал пол между стыками во всех четырех сторонах, и сделан он был без каких-либо переходов, как одно целое. Под ногами он слегка пружинил и на вид был прочным, кажется, Олег не смог бы проколоть его шилом, если бы взял его с собой.

В этом месте он изначально рассчитывал задержаться и изучить его как следует, однако ничего интересного найти не получилось. Он потрогал одну часть, потрогал вторую, рассмотрел вблизи. Запас идей иссяк, и он взобрался обратно на плиту. Неужели вся Сфера – это цельный объект, одинаковый со всех сторон?

Олег двинулся дальше. Сначала как червяк, потом как четвероногое, потом как кенгуру. Это начало получаться заметно быстрее, через полминуты он уже прыгал со скоростью бегущего человека. Одну за одной он пересек три плиты.

Вокруг простиралась бесконечная безжизненность. Казалось, вот-вот мимо прокатится перекати-поле. Весь путь поперек плиты он проделал то глядя вверх, рассматривая Землю, то оборачиваясь в поисках Эрни. Ноги привыкли к прыжкам и совершали их сами по себе, позволяя голове оставаться свободной и не думать о передвижении.

Олег посмотрел на черное пятно, тень, которую отбрасывает планета. В том месте солнечные лучи не попадали на поверхность Сферы, и она была неразличимо черной, невозможно было даже сказать, есть ли там плиты или только одна большая дыра.

Эрни нигде не было. Олег прошел несколько километров в сторону, куда пилот смотрел в последний раз, а затем начал обходить окрестности.

За часы блужданий по одинаковым пейзажам Олег потерял интерес к плитам и траншеям между ними, поэтому чуть было не пропустил отверстие. Обыкновенное, квадратное, метр на метр. Оно оказалось спрятано внутри траншеи, гуляя сверху по плитам, его было не увидеть. Проем был абсолютно черен, невозможно было сказать, насколько он глубок и спрятано ли там что-нибудь. Когда Олег только увидел его, с непроглядной темнотой внутри, ему показалось, сейчас оттуда выпрыгнет уродливое существо и вцепится ему в горло корявыми руками. Но это, конечно, была просто игра воображения, ведь он никогда не любил темноту.

Помимо черного провала, в котором скрылся челнок, это была вторая дырка в цельной структуре серых кирпичей, значит, сквозь Сферу все же можно пролезть. И по ту сторону уже наверняка будут и звезды, и луна, и все остальное. Он смотрел в темноту, и неожиданная мысль пронзила его разум: а вдруг Эрни провалился в такую пропасть и теперь парит в открытом космосе или даже ходит по обратной стороне Сферы, вверх ногами относительно Олега.

Он включил фонарь на шлеме и опустился на колени, чтобы заглянуть внутрь. Засунул голову в отверстие и повращал шлемом, чтобы осветить внутреннее убранство. Несмотря на мощность прожектора, лучи лишь безвозвратно ушли в темноту и не выхватили из нее ничего, ни одного даже маленького объекта. Там не оказалось ни звезд, ни белого скафандра, вообще ничего. Тогда Олег прибег ко второму способу узнать глубину лаза, применение которого он видел на Земле. Он вытащил из-за пояса одну из двух присосок: необходимая вещь при работе за бортом челнока. Размахнулся и собрался было кинуть ее вниз, чтобы по звуку определить, как далеко она полетит, но, опомнившись, стукнул себя по лбу. В шлеме, в такой низкой плотности воздуха он не услышит звук приземления. Окружающая обстановка настолько необычна, что он не замечал полной тишины вокруг, не считая звука собственного дыхания.

– Эрни! – крикнул он вниз, а потом поругал себя: – Черт, я идиот.

Олег выпрямился и решил здраво посмотреть на проблему. Лезть туда вниз просто ужас как не хотелось, да и бессмысленно при отсутствии освещения. Но все же он решил кое-что предпринять – не гулять же снова долгие часы по бесконечным плитам. Он прикрепил присоску на плиту сверху и достал из другого кармана двадцатиметровый моток тонкой веревки, свернутой в смешную оранжево-голубую бухту. Один ее конец Олег привязал к присоске, а второй – к кольцу на поясе. Он поболтал ногой над отверстием, потом завис над ним весь целиком.

С удивлением Олег заметил, что над отверстием нет силы притяжения, он парил над ним в нескольких сантиметрах и никак не хотел опускаться. На всей поверхности Сферы есть притяжение: на плитах есть, в траншеях есть, а над отверстием нет. Он уперся руками в плиты, и засунул голову в проем, а затем влез весь. Он оказался внутри черной пустоты. Неужели это обратная сторона Сферы? – подумал он. Не видно ни звезд, ни Млечного Пути. Одна сплошная темнота, словно оказался в плотно закрытом погребе.

Тьма была настолько черной и непроглядной, что невозможно было сказать, бесконечные просторы перед ним или это крохотное помещение со стеной в трех метрах. Олег все дальше погружался вглубь, веревка начала натягиваться. Он выставил вперед руки, чтобы случайно не удариться обо что-нибудь головой. Вскоре он почувствовал легкий толчок в районе поясницы – веревка закончилась, он погрузился в глубь темноты на двадцать метров. Он выключил и включил нашлемный фонарь, повертелся в разные стороны. Свет снова ушел в темноту, только позади, где виднелось квадратное окно, он высветил вокруг него серую стену. Олег выключил фонарь, потянул за веревку и выбрался на поверхность.

Некоторое время он стоял на месте, уперев руки в бока, по очереди осматривая то проем в никуда, то необъятную безжизненную Сферу. «Эрни, – позвал он по радио. – Ты меня слышишь?» Никто ему не ответил.

Олег пересек целую плиту, подошел к противоположному краю и осмотрел траншею в обе стороны. Окон в ней не оказалось. Тогда он повернул вбок и пошел вдоль плиты, а когда дошел до конца, повернул и прошел целую плиту поперек. Проемов не было, как не было и на второй плите, и на третьей. Шов был цельный и не прерывался никакими отверстиями или трещинами. Так он прошел и третью, и четвертую плиты, но ничего не нашел.

Неожиданно он увидел вдалеке, примерно в трех плитах от себя, сразу две белые макушки, торчащие из траншеи. Они походили на двух зайцев, выглядывающих из своих нор.

Олег отправился прямиком в ту сторону. Он не отводил от них взгляд, зная, что они могут пропасть, как в прошлый раз. Белые пятна действительно походили на головы, насколько он мог видеть, или скорее на восковые копии человеческих голов, на несколько часов оставленные на солнце. И они так же пропали, как предыдущая, нырнули вниз, в траншею. Но Олег не стал сбавлять скорость, он лег под самый конец, перелетел через траншею, зацепился за нее рукой и резко затормозил. Он сразу же посмотрел вбок и успел увидеть белую спину убегающего от него существа. Оно бежало на четвереньках.

Олег смотрел ему вслед, не двигаясь. Он был парализован, но не внезапной встречей с инопланетной жизнью, это он бы пережил, а их звериными повадками.

«Олег Вячеславович, если увидите инопланетянина, помните, он боится вас так же, как и вы его!»

Шутка, написанная в электронном письме одним из студентов, неожиданно обрела новый смысл.

Все его представления о разумных строителях тут же разбились. Болт в его руке задрожал от напряжения. Определенно именно такое существо кинуло в него болт. Белая спина, словно лишенная позвоночника, изгибалась вперед и назад в такт движениям рук и ног. Существо двигалось легко, оно почти парило, лишь слегка касаясь пола и стен. Минута, и оно скрылось. Олег продолжал смотреть в ту же сторону, но существо больше не появилось.

Он встал и отошел от траншеи подальше. «Чем это существо питается?» – тревожил его вопрос, в первую очередь потому, что у самого желудок постанывал. Он понадеялся, что не заблудившимися космонавтами. Олег отправился дальше искать окна в траншеях, больше ему делать было нечего.

Прыгая по плите большими шагами, он смотрел, не мелькнет ли на фоне серой полосы черный квадрат. Шея от постоянного наклона головы вниз затекла, а глаза стали бегать по сторонам и не хотели концентрироваться.

С каждым часом он терял надежду. Везде были одинаковые плиты, одинаковые траншеи, и лишь сверху менялась картина. Там, где Земля поворачивалась к нему то одним боком, то другим. Ему начало казаться, что скоро, подобно заблудившемуся в пустыне, он увидит мираж. Но не воду, которую видят испытывающие жажду, а ракету, спасательную капсулу или вообще гигантскую рогатку, которая выстрелит им обратно на Землю.

Но этого не произошло. Через три часа долгих блужданий он увидел то, что искал: еще один проем – метровое окно в траншее, точно такое же, как предыдущее, издали напоминающее канализационный люк. Вблизи оно оказалось более загадочным – в отличие от первого в нем было освещение! У него под ногами начиналась бездонная шахта. Он засунул голову внутрь и не увидел ни лампочек, ни свечей, ничего люминесцирующего, но отчего-то вся она была покрыта равномерным светом. Шахта начиналась таким же метровым проемом, но дальше она расширялась достаточно, чтобы в ней мог поместиться и свободно полететь вниз средний грузовик. Олег стоял на четвереньках и смотрел вниз, стараясь определить, насколько глубока эта яма. Она казалась бездонной. Интересно, как долго он будет падать, если решит залезть внутрь?

Олег вытащил из-за пояса веревку, прицепил к ней карабин и спустил его вниз. Он хотел проверить, есть ли внутри сила притяжения, проверить, сможет ли он спуститься вниз, если будет упираться в стены и замедлять падение. Но, к его удивлению, карабин не начал опускаться вниз к дну шахты, а тут же прилип к одной из ее стен. Он потянул его на себя, веревка натянулась и с небольшим напряжением подняла вверх алюминиевое устройство. «Это еще что? – подумал он. – Боковое притяжение?»

Олег не стал медлить, он тут же полез туда. Сначала спустил ноги, проверил, точно ли его тянет вбок, к стене, а не вниз, а затем спрыгнул сам. Стена тут же притянула его к себе, и он упал на спину. Он поднялся и почувствовал сильную и приятную гравитацию, в разы больше, чем на поверхности Сферы. Почти как на Земле. Его тянуло к стене, или теперь уже к полу, заставляло ноги напрягаться, каким сладким оказалось это чувство, он успел забыть его за полтора дня. Здесь он снова стал весить не сто граммов, а килограммов шестьдесят как минимум.

Он посмотрел вглубь – это оказался коридор, а не шахта. Окружающее на удивление напоминало старый завод: повсюду на стенах непонятные приборы, трубки. Гладким в коридоре оказался только пол, стены и потолок были усеяны странными ящиками и непонятными ступеньками. Один из ящиков на уровне его головы уж слишком сильно напоминал распределительный щит. Только красной молнии на крышке не хватало для точной схожести. Но были и существенные отличия от коридора промышленного завода. Все было идеально чистым, крепким, ровным, ни пылинки, ни ржавчинки.

Еще более удивительным было притяжение. Пол коридора был выкрашен светлой краской, не темно-серой, а цветом намного ближе к белому. Будто почувствовав что-то, Олег достал из-за пояса карабин, поднял его вверх на вытянутой руке и отпустил – тот остался парить в воздухе над головой. Затем взял его снова, опустил его ниже, на уровень глаз, и отпустил – карабин начал медленное падение вниз. На уровне пояса скорость увеличилась и на уровне колена стала очень большой. Карабин упал и отлетел в сторону. Притяжение здесь было не такое, как на Земле: пол притягивал предметы на высоте всего двух метров, выше располагалась зона, куда оно уже не доставало. Олег привстал на колено, чтобы лучше рассмотреть светлую краску.

Он взял карабин, поцарапал острым концом окрашенную поверхность и заметил, что на полу остаются кривые царапины. Отковыренная краска мелкими песчинками прилипла к карабину и перчатке. Олег похлопал руками: попытался стряхнуть белую пыль – эффект был тот же, как пытаться стряхнуть металлическую стружку с магнита другим магнитом. Песчинки перепрыгивали с руки на руку, с пальца на палец, никак не хотели отставать. Он потер рукой о пол, некоторая часть краски стряхнулась, а другая осталась, не пожелала липнуть ни к чему другому. «Гравитационная краска», – решил назвать ее Олег. Он с удвоенной силой похлопал руками о пол, попытался стереть с руки белую прилипшую грязь и, когда у него ничего не получилось, просто плюнул – не настолько она надоедливая.

Он поднялся и медленно направился вдоль коридора. На стенах вокруг выступали непонятные конструкции, в частности его заинтересовали трубки, что идут от пола к потолку. Неужели это водопровод или трубки со смазочным маслом, которое подается к движущимся механизмам? Олег усмехнулся: не могли невидимые строители мыслить такими простыми понятиями.

Реже встречались «ящики», такое сравнение очень подходило, потому что из всех возможных геометрических фигур, на стенах были лишь прямоугольники. Ни одного треугольника или пятиугольника Олег не увидел, только четыре угла. Они выступали из плоскости стены и, видимо, служили для какой-то цели, может, это была приборная панель для одной из миллиона частей Сферы. Олег пошел дальше.

Со временем он перестал рассматривать стены с потолком и сосредоточился на конце пути. Впереди сначала маячила черная точка, как бы говоря, что конец еще далеко, а потом появилось нечто новое: почти у самого горизонта коридор уходил вверх под резким углом, и Олег заранее начал представлять, что там увидит. Будет ли там просторное помещение или обыкновенный тупик. Он размечтался, и оставшийся путь пролетел быстро.

После нескольких часов блужданий в низкой гравитации обыкновенные шаги сейчас приносили ему необыкновенное удовольствие. Он мог согнуть колени и подпрыгнуть, мог идти на корточках, ходить большими шагами и маленькими. На какое-то мгновение он даже представил себя инвалидом, вдруг обретшим ноги.

– Эрни, ты меня слышишь? – позвал он.

Поворот вверх приблизился незаметно. Коридор в этом месте под углом в тридцать-сорок градусов поднимался вверх, как бы говоря – сейчас ты шел по ровной местности, а теперь пойдешь в гору. Олег еще издалека засомневался, сможет ли он подняться по отвесному склону и не соскользнет ли вниз. Он подошел ближе и посмотрел, куда ведет поворот. Вверху оказался еще один коридор, точно такой же и, кажется, еще более длинный. Он поставил ногу на убегающую вверх поверхность, оттолкнулся и начал идти вперед, даже не почувствовав наклона. Прошел несколько метров, обернулся и увидел, что это не новый коридор начал уходить в гору, а тот старый, что позади, вел с горы.

Он продолжил путь, и от скуки вновь начал разглядывать стены. Снова заметил, что нигде нет источников освещения, более того, ни одна вещь не отбрасывает тень. Как в том городе, где солнце раз в году светит вертикально вниз, из-за чего пропадают тени, и любой прямостоящий предмет, будь то бутылка от напитка или фонарный столб, кажется нереальным, пририсованным к асфальту.

Олег подошел к стене, сложил руки домиком и приставил лицо. Он свел локти, сделал все, чтобы один маленький участок стены изолировать от остального коридора и наложить своим телом тень. Но тот продолжил светиться даже в полной изоляции, никакой тени не появилось. Это сама краска светится, понял он, совсем чуть-чуть, поэтому нигде нет лампочек.

Еще одно изобретение строителей! Он уже понял, что на полу находится гравитационная краска, а на стенах, значит, световая краска. Интересно, какие краски у них еще есть.

Правда, одним из недостатков такой краски должен быть ограниченный срок службы. Она просто не может светиться долго, рано или поздно ее свет закончится, и она станет темной, насколько он может судить. Но раз уж освещение работает, значит, должен быть механизм, восстанавливающий заряд света в краске.

Шаг за шагом пролетел весь коридор. Он не закончился тупиком или еще одним поворотом, но на этот раз разделился на два ответвления. Олег застыл на распутье: слева был коридор, уходящий вверх, справа другой коридор уходил вниз. Перед ним встал выбор, куда идти, но думал он недолго, все равно оба направления ему неизвестны, поэтому выбрал правый.

Подобно предыдущему повороту, пол менял угол наклона и становился почти отвесным. Казалось, можно лечь на ранец как на санки и поехать с горки на большой скорости, но как только Олег ступил на поворот вниз, опять пошел вперед прямо, без дополнительных усилий. И когда обернулся назад, увидел, что не текущий коридор уходит вниз, а тот, что позади, шел в гору под углом.

Вскоре Олег начал сомневаться в решении исследовать коридор. Этот туннель производил впечатление бесконечного, далекая черная точка горизонта не приближалась, и никак не угадать, как далеко находится конец этого лабиринта. От усталости плечи обвисли, спина согнулась под тяжестью скафандра. В который раз ему захотелось сбросить с себя бесполезный теперь ранец и продолжить путь без него. Только предосторожность не позволила сделать это.

– Жаль здесь нет велосипеда, – произнес Олег вслух, устав от тишины. – Я бы двигался со скоростью не пять километров в час, а все пятьдесят.

Несколько раз он собирался развернуться и пойти назад, но было жалко того времени, что он уже потратил.

Через час он забыл, зачем идет вперед, только и думал об урчащем животе. Шаг, шаг, шаг. Пытался напевать мелодию, но не мог вспомнить ни одной, пришлось слушать свое уставшее дыхание. Вдох, выдох, вдох, выдох, вдох. Начал смотреть себе под ноги, как одна ступня появляется перед животом и затем исчезает позади, уступая место другой. Вскоре и это развлечение исчезло, когда затекла шея. Начал смотреть вперед, вспоминая, что он делал на Земле. Но из-за скверного настроения или усталости, которую теперь чувствовало не только тело, но и разум, воспоминания появлялись в голове лишь на мгновения, а затем пропадали. Попеременно в голове возникали мысли: «Сон», «Еда», «Сон», «Еда».

Еще через час идти стало совсем невыносимо. Под тяжестью шлема голова склонилась набок, глаза закрывались сами собой, и Олег решил некоторое время идти с закрытыми глазами, касаясь рукой стены, чтобы держаться прямо. Глаза получили кратковременный отдых, и от этого заслезились. Он не мог вытереть слезы через забрало, поэтому просто не открывал их. Он перестал чувствовать ноги, и о том, что движется, говорили только равномерные покачивания и легкое чувство трения ладони о стену. Иногда Олег открывал глаза, чтобы удостовериться, что действительно идет, а не стоит на месте. Всякие мысли испарились, сознание стало пустым. А потом он споткнулся.

Упал на одно колено, попытался было подняться, но не смог. Ранец слишком давил на плечи, а заслезившиеся глаза отказывались открываться. Олег убедил себя сделать короткий привал, присел на пол, уперся спиной в стену и уснул.


День 1 | Каменные небеса | День 3