home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава тринадцатая, в которой жадность не доводит до добра

Очередная встреча с господином Жаком вопреки обыкновению произошла не у него в кабинете и не в учебных корпусах внешней фракции, а на свежем воздухе. На небольшой пасеке на границе школьной территории. Туда Малка направил секретарь кафедры магии призыва, где преподавал толстый любитель золота, и именно там он нашёл своего куратора. Жак Улей, полностью оправдывая своё прозвище, возился с несколькими переносными ульями и не оторвался от своего занятия даже после появления гостя.

— Знаешь почему я люблю моих пчёлок? — спросил он вместо приветствия, с прищуром изучая сидящее на ладони необычайно крупное насекомое.

Малк, уже заготовивший оправдание по поводу очередной своей задержки с докладом, недоуменно покачал головой. Однако господин Жак в его ответе кажется не нуждался.

— Потому что с ними мало мороки, — с какой-то хищной задумчивостью продолжил он и, ещё раз полюбовавшись пчелой, принялся нашёптывать над ней необычно длинное заклинание.

Едва отзвучали последние «слова», как вокруг вполне обычного насекомого вспыхнула аура Силы, оно странным образом раздулось и с заметной глазу скоростью начало расти дальше. Через минуту, достигнув размеров крупной виноградины, пчела расправила крылья, тяжело взлетела и принялась неторопливо нарезать над господином Жаком круги.

— Магии хорошо подчиняются, приказов слушаются… Чудесные твари, иначе не скажешь! — захихикал Младший Магистр, потом вдруг замолчал, как-то набычился, и одним щелчком пальцев заставил заколдованное насекомое взорваться ворохом брызг. — И с ними всегда можно поступить вот так!

Малк, который моментально уловил суть данной демонстрации, судорожно сглотнул и, тщательно подбирая слова, заговорил:

— Понимаю ваше раздражение, господин Жак, но… и вы поймите. Я не в том положении, чтобы посещать вас так часто, как вам этого хочется. Тренировки, обязательства перед Школой и господином Тиязом… Да банальная осторожность, в конце концов! Моё поведение и так уже немало вопросов вызывает, если частить с визитами начну, то это точно ничем хорошим не закончится!

Осознавая, что сейчас он ступает по очень тонкому льду, Малк облизал губы и добавил:

— Может быть мне лучше свои доклады в письменном виде оформлять и передавать их вам каким-то менее наглядным способом?

Честно говоря, вся эта ситуация со службой двум Мастерам, пусть и в столь странном виде, ему порядком остодемонела. И он с радостью перевёл бы её в какие-то более разумные формы, но… но как эту мысль донести до своего куратора?

— «Много тренировок», «менее наглядный способ»… — опустив уголки губ, повторил господин Жак и, обращаясь к ближайшему улью, пожаловался: — Ну что я говорил? Разве милые пчёлки такое скажут?

Возникла неприятная пауза, от которой Малка моментально прошибла испарина. Разговор шёл именно по тому сценарию, которого он больше всего боялся.

— Мастер, я… — начал было он, но тут же был прерван каким-то утробным рыком толстяка.

— Гадёныш, ты кем себя возомнил, чтобы советы мне давать, а?! Младшим Магистром?! — Господин Жак наконец посмотрел Малку в глаза, и заставил вздрогнуть от плещущейся в них ярости. — Забыл, зачем в Школу приехал?! Так я напомню. Ты не студент и не наёмный работник, ты мой подчинённый. Твоя обязанность — выполнение моих приказов! Любых приказов! И если я говорю, что ты должен на виду у всех бегать ко мне с доносами на своего ублюдка-учителя, ты берёшь под козырёк и бегаешь… Попутно можешь радоваться, что служишь на благо Борея, но это уже по желанию.

Последнюю фразу господин Жак произнёс с нескрываемой издёвкой. Словно сам факт службы государству вызывал у него насмешку.

— Тогда прошу простить за мою самонадеянность, — опустив голову, пробормотал Малк.

Причём сделал это он не из показной покорности, а просто чтобы скрыть исказившую лицо злость и играющие от ярости на скулах желваки. Необходимость терпеть самодурство человека, который способен его убить точно таким же щелчком пальцев как и до этого несчастную пчелу, дико угнетала. Но… какой у него выход? Терпеть, копить силы и ждать своего часа — вот всё, что он мог. И Малк терпел.

— И что же заставляет тебя думать, будто мне интересны просьбы о прощении? — процедил Улей, который никак не желал успокаиваться.

Одновременно с этими словами Малк ощутил как его словно бы накрыло невесомое облачко и всю кожу начало слабо-слабо покалывать. В случайные совпадения он не верил, а значит винить в происходящем следовало одного конкретного человека.

Опять пытается взять под контроль?! Но ведь в прошлый раз ничего подобного не было… Или было, просто Дух Малка на тот момент не достиг нужного уровня чувствительности?.. А Йоррох его знает! Но одно ясно совершенно точно: если он не сможет дать господину Жаку нечто достаточно интересное, ничем хорошим их беседа не закончится!

— Недавно я видел ту самую колонну, про которую вы спрашивали меня раньше, — с трудом сказал он, чувствуя как вдруг начинают холодеть ноги.

И в тот же миг все неприятные ощущения пропали, будто их никогда и не было!

— Колонну? Рассказывай!

Всё, больше нет рассвирепевшего Младшего Магистра — ему на смену снова пришёл привычный толстяк. В меру чванливый, чуточку самовлюблённый и безмерно любопытный.

Малк на подобную метаморфозу лишь дёрнул щекой, после чего с максимально невозмутимым лицом принялся рассказывать господину Жаку о прорыве Эйши в Бакалавры и той роли, что сыграла в нём указанная колонна.

— Всё-таки вывел Тияз эту стерву в люди, да… — протянул толстяк, едва дослушав Малка. Чувствовалось, что от истории с колонной он ждал чего-то большего. И то, что его надежды не оправдались, его сильно разочаровало. — Не понимаю, зачем Черепу возиться с неудачниками? То таланта нет, то тело разрушается, то Родословная один Рзавиан скажет во что выродилась… Столько мороки, и всё ради чего? Ради шлифовки лично тебе не нужного Тайного Искусства?! Или из расчёта на будущую верность?

Господин Жак издевательски захохотал, показывая своё отношение к человеческой памяти и способности платить добром за добро. После чего снова повернулся к ульям.

— А что с колонной-то? Зачем она вообще нужна? — спросил Малк, в принципе догадываясь об ответе.

Но сейчас он не столько хотел узнать нечто новое, сколько принизить свою значимость в глазах Младшего Магистра. Люди ведь любят считать себя выше других, особенно такие как господин Жак, так почему бы не дать ему возможность насладиться данным чувством… Тем более что это вполне укладывается в совет Больдо не показывать себя настоящего.

— Колонна… — Господин Жан остро глянул на Малка, задумался, но видимо всё же решил снизойти до ответа. — А колонна эта считается довольно сложным и дорогим алхимическим инструментом, помогающим очистить Родословную от примесей. У Эйши твоей в крови было столько всего намешано, что сам Рзавиан не разберёт. Тияз же с помощью колонны всю эту мешанину убрал и оставил именно то, что нужно. Пусть слабое и едва заметное, но теперь способное расти и укрепляться. И, как ты мог сам убедиться, этих крох чистой Родословной хватило, чтобы Змея стала Бакалавром.

Ответ был достаточно исчерпывающим, и Малк поблагодарил Младшего Магистра коротким поклоном. На языке, правда, так и вертелся вопрос о причинах столь пристального внимания господина Жака к чужому инструменту для работы с Родословной, но озвучивать его было опасно. Терпение куратора не беспредельно.

— А ещё… не уверен, что вам это интересно, но… я видел в лаборатории у господина Тияза шкаф со странными статуэтками, — сменил тему Малк. — Из тех, что Зал Помнящих особо отличившимся магам дарит. И их там много.

Поначалу касаться таинственного Зала в разговоре с толстяком он не собирался, но настрой Младшего Магистра заставил переменить мнение. Кажется пришло время доказывать свою полезность.

— Что? — переспросил задумавшийся господин Жак, — а, статуэтки…

Младший Магистр помотал головой.

— Для старших магов Школы — не важно, из внешней они фракции или внутренней — тут никакого секрета нет. Все Мастера знают о том, что в своё время Череп из кожи вон лез, чтобы перед эмиссарами Зала выслужиться. Угодные им задания выполнял, правильным людям средства жертвовал… Всё надеялся они его к своим архивам допустят и помогут потерянные силы восстановить, — Жак Улей криво усмехнулся. — Да вот только всё зря. Фигурки свои, идиотские, они ему присылать присылали, а к себе так и не позвали. Удивлён, что он до сих пор их хранит. Думал выкинет….

— А чем этот Зал занимается? Я слышал слухи про противодействие демоническим влияниям и защиту человечества, но как-то это слишком уж… громко звучит, — осторожно заметил Малк.

— Вот этим самым и занимается, — насмешливо сказал толстяк. — А ещё собирает всякого рода тайные знания, отбивается ото всех тех, кто жаждет подмять их под себя, и интригует, интригует, интригует… — Увидев вскинутые в удивлении брови Малка, господин Жак тут же добавил: — Я кстати, слава Рзавиану, к Залу Помнящих никак боком не отношусь. И тебе стремиться туда не советую. Либо выжмут как тряпку, а потом выбросят… Во славу человечества, понятное дело… либо попросту сожрут, пока по ступенькам их иерархии подниматься начнёшь.

— То есть это что-то вроде общества, про которое не говорят, но о котором все знают? — уточнил Малк.

Господин Жак изобразил рукой нечто неопределённое.

— Вроде того. Обычные смертные и маги, вышедшие из смертных, о них обычно даже не слышали. А вот члены влиятельных Домов, отдельные студенты мощных Школ и личные ученики старших магов — вот они в курсе дела, — толстяк неожиданно нахмурился и посмотрел на Малка из-под нахмуренных бровей. — Погоди, а ты откуда знаешь? Для Тияза это тема запретная, попусту болтать о ней он точно не станет, так что… госпожа Леара просветила, да?

Малк кивнул. Говорить, что он сам уже получил подобную статуэтку, ему от чего-то не хотелось.

— Вот ведь… — Последнее слово Жак Улей проглотил, из-за чего понять, как именно он назвал завербовавшую Малка даму — то ли шлюхой, то ли ведьмой — было решительно невозможно. — Вечно она лезет куда не просят.

— А есть что-то плохое в том, что я теперь знаю о Зале Помнящих? — насторожился Малк.

Чем вызвал у господина Жака неприязненную улыбку.

— Это смотря с какой стороны посмотреть. Если в башке ветер, то слова о защищающей человечество тайной организации ложатся на благодатную почву и Зал за просто так получает ещё одного сторонника. Собственно все эти их ничего не стоящие фигурки на то и нацелены. Люди горы сворачивают, а в награду лишь никчёмные игрушки получают! И все довольны. До поры до времени, — толстяк с обличающим видом ткнул в Малка пальцем. — Ты вот сам, честно скажи, при мысли о том внимании, что тебе может уделить древний орден, щемит сердце-то, а? А?! Вот то-то и оно! На таких вот сопляков всё и рассчитано. А госпожа Леара эту игру поддерживает!

Малк, который в словах куратора определённую логику всё же увидел, медленно кивнул. С этой стороны на фигурки Зала он не смотрел.

— Ладно, считай, простил я тебя, — вдруг вернулся к началу их беседы господин Жак и, похлопав Малка по плечу, принялся снимать с улья крышу. — Вроде и не за что, но… отходчивый я. И сердце у меня большое. Цени!

Звучало это всё откровенно издевательски, но толстяк вёл себя таким образом, словно именно так и надо. С непринуждённым видом он склонился над пчелиным жилищем, что-то там некоторое время изучал, потом потянулся за дымарём и… отложив его в сторону, снова повернулся к Малку.

— Впрочем кое в чём ты и вправду реабилитировался. И доказал, что можешь держать глаза открытыми…

Тут господин Жак недовольно поморщился, принялся озираться, словно что-то разыскивая, затем непринуждённо хлопнул себя по лбу и показал на прислонённую к улью плоскую крышу.

— Увидишь где вот такой прибор, сразу ко мне. Бегом! Понял? Бего-ом!! — с нажимом сказал он и одновременно с его словами на выбеленной солнцем доске возникло изображение странного инструмента.

Больше всего он походил на нечто вроде здоровенного металлического шприца без поршня, к которому сначала безумный механик зачем-то приделал прозрачный блок со множеством шестерёнок, а затем не менее безумный артефактор прикрепил пластину с рунным кругом и десяток мелких зачарованных кристаллов. Понять зачем нужна подобная монструозная конструкция было решительно невозможно… Но ведь нужна же!

— Так, вижу, что понял, — одобрительно продолжил толстяк, некоторое время понаблюдав за тем, как Малк пытается запечатлеть в памяти странное устройство. — Даже наградить тебя как-то захотелось…

Слова про награду в устах жадного Младшего Магистра звучали откровенно странно. И поэтому когда толстяк торопливо пояснил, что призом становится ответ на любой вопрос его «агента», Малк испытал что-то вроде облегчения. Мир не ухнул в Пекло, и хоть какие-то вещи в нём остаются неизменными!

Вообще ответ на вопрос, пусть даже всего на один, и вправду был немалой наградой. Можно ведь попробовать узнать про что угодно — про необходимость открыто ходить на беседы к господину Жаку, про взаимоотношения Шести Столпов с Залом Помнящих, или хотя бы напроситься на консультацию по проблемным местам в изучении магической теории. Но ничего из этого Малк делать не стал. Что бы там Младший Магистр ни говорил, но свои желания надо соразмерять с тем, что действительно можно и чего ни в коем случае нельзя.

Поэтому подумав пару секунд, Малк принялся пересказывать свой недавний разговор с жандармским поручиком о «фокусах» Тияза Черепа…

— Ты смог найти в Толоке демонопоклонника? — едва дослушав, спросил господин Жак. — Но каким образом?

Малку почему-то показалось, что в голосе толстяка звучит не столько удивление, сколько… возмущение и недовольство?

— Гаданием. У меня иногда получается… — пожал плечами Малк, у которого всё больше крепло ощущение, что он снова рассказал нечто такое, о чём говорить не стоило.

— О как… Я не знал, — протянул Младший Магистр и как-то странно прищурившись принялся изучать Малка.

Выглядело это откровенно подозрительно и даже несколько пугающе. Возникло ощущение, что старший маг вдруг увидел в своём подчинённом нечто новое, и теперь думал, как это новое использовать в своих планах.

— Так что насчёт «фокусов» Мастера Тияза? Вы можете рассказать поподробнее, а то как-то непонятно… — подчёркнуто спокойным голосом спросил Малк.

Чем вывел толстяка из задумчивого оцепенения.

— А, да… — Господин Жак потёр лицо и уже обычным тоном сказал: — Считай это приветом из относительно недавнего прошлого. Лет десять тому назад Тиязу в его опытах потребовался некий ингредиент. Какая-то сущая ерундовина, продающаяся в любой алхимической лавке. И он отправил за ней своего тогдашнего ученика… По-моему это был первый и последний Адепт, взятый им в обучение. Беглец откуда-то из Содружества Гонзур: то ли бывший раб, то ли последний выживший из разгромленного клана… Не важно. На мой вкус как маг он был с абсолютно никакущим талантом, но Тиязу глянулся. Работать с ним начал, ресурсы вкладывать. А потом взял и отправил никчёмыша в Толок…

Господин Жак усмехнулся каким-то своим мыслям. После чего не без удовольствия продолжил:

— Да вот беда… Слабосилок этот с местными бандитами столкнулся. И то ли не поделил с ними чего-то, то ли оскорбление нанёс, но… грохнули они его, не сходя с места. Даже пискнуть не успел!

— И что дальше? — заинтересовался Малк.

— А дальше история дошла до Тияза и сильно его огорчила, — скривился господин Жак. — Не думаю, что его именно смерть ученика расстроила, скорее о каких-то далеко идущих планах надо говорить, но… Факт остаётся фактом, Череп прибыл в Толок, быстро вышел на банду, в которой состояли убийцы и не разбираясь кто там виноват, а кто просто мимо проходил, вывернул всех её членов наизнанку. Буквально. Говорят, зрелище получилось такое, что видавших виды гробовщиков потом полчаса полоскало…

— То есть просто взял и… убил? — удивился Малк. — В городе, где действуют законы Триумвирата?

— А чего ему будет-то? Мы ж не Метрополия, — неподдельно удивился господин Жак. — Заплатил штраф, дай Рзавиан памяти, то ли в три сотни драхм, то ли в пять… Хотя нет, пять за ту шваль слишком много… И пообещал больше в городе не безобразничать, вот и всё. — Тут толстяк вдруг весело усмехнулся и подмигнул Малку. — Твой же поручик решил, что Тияз договор обойти вздумал и вместо того, чтобы лично кровушку лить, ученичка отправил… Хотя будь я на его месте, так же бы подумал. Репутация у Черепа ещё та… С иным демоном рядом безопаснее находиться, чем с ним.

Малк моментально вспомнил камень, заряженный жертвенной Силой, и зябко повёл плечами. Да уж, образцом гуманности Мастер не выглядел. И было бы неплохо, чтобы история с «нарушением слова» до него так и не дошла. Какие меры применит к невольно проштрафившемуся ученику суровый маг он не хотел даже думать…

Решив вопрос с недовольством господина Жака, Малк получил возможность вновь сосредоточиться на воплощении в жизнь уже собственных планов. Так что следующие две седмицы он снова штурмовал верхние границы второго слоя Трёх Призрачных Пульсов, периодически практиковал оба изученных на базовом уровне заклинания первого круга и… занимался изготовлением проклятых одноразовых «лечилок». Деньги утекали из его карманов, точно вода через решето. И создание примитивных артефактов занимало всё больше его времени, отнимая его даже у столь необходимых тренировок. Причём ладно бы это было хотя бы интересно или полезно для развития, однако для мага его уровня подобная деятельность давно уже превратилась в монотонную, навевающую скуку работу. С каждым разом всё более и более ненавистную.

Йоррох, а ведь когда-то он радовался, что практикуется в магии и одновременно получает за это огромные деньжищи!

Огромные… То, что казалось немыслимым богатством для простого интернатского паренька, Ученик воспринимал как нечто незначительное, едва-едва покрывающее затраты. И ведь Малк с радостью занялся бы чем-то другим, но альтернативы мелкому ремесленичеству не было. Потому приходилось, сцепив зубы, продолжать возиться с «лечилками» и… молча завидовать господину Тиязу, зарабатывающему поистине фантастические средства на побочных продуктах своих исследований. Сотни драхм за гомункулусов! Просто с ума сойти!! Хотя… кто знает, может он тоже не удовлетворён своими доходами и периодически завидует каким-нибудь Магистрам или вовсе Архимагам. И, надо сказать, эта простая мысль Малка пусть немного, но грела.

Ещё одной причиной для недовольства Малка стали подведённые им итоги своего развития — после отъезда из Андалора прошло уже больше года, и было самое время оценить полученные результаты. И как выяснилось похвастаться ему было практически нечем. Если в первый год своей магической карьеры Малк ухитрился обрести Силу, изучить Тайное Искусство, развить до двух десятков единиц резерв, сформировать Нимб и перевести Власть в оранжевый ранг, то во второй достижения получились гораздо более скромными. Заклинаний изучено всего два, да и то на самом примитивном уровне, Тайное Искусство до сих пор не завершено, а резерв, скорость поглощения энергии и Власть вовсе остались без изменений.

Девятеро, а ведь при таких темпах десять лет на достижение звания Бакалавра уже не выглядят таким уж большим сроком! И если развитие первых двух характеристик должно было начаться сразу после завершения освоения Тайного Искусства, то с Властью всё гораздо печальнее. Решение прорываться через ранг по методу милес Драго поставило крест на традиционных способах тренировок через практику чар или изучение какого-нибудь подходящего Малого Тайного Искусства. Чтобы двигаться дальше Малк нуждался в Наследии Кетота… Наследии, которое ему просто неоткуда получить. Действующих храмов Четвёртого Святого на острове нет, а даже и были бы, кто сказал, что тамошний жрец переступит через ограничения Триумвирата и поделится знанием с заявившимся к нему на порог Учеником?

Нет, нужно было искать другой вариант. И слава Демоноборцам, кажется Малк его нашёл!

— В смысле ты хочешь получить любое задание, требующее для выполнения поездку на Левый Брат? Забыл, что было в последний раз? — несколько растерянно спросила Эйша, когда к ней впервые после её прорыва в Бакалавры зашёл Малк и попросил показать список поручений Мастера.

— Вся проблема была в метках на моём Духе. И я её решил! — пожал плечами Малк.

Он и вправду разобрался с тем, чтобы его тонкое тело больше «не светилось как гирлянда». Рецепт оказался прост: никакой работы с частями тел демонов, две седмицы перерыва после последнего гадания, ведро выпитого отвара шуйсю и активное использование заклинания Призрачных Рук для удаления самых стойких отметин. Впрочем будь его изучение духовного резонанса чуть менее успешным, столь бодро рапортовать о своих результатах он бы точно не смог. Ну так зря тренируется что ли?!

— Решил, да? — протянула Эйша, не сводя с Малка взгляда. — А что если нет, что если ты ошибаешься? И тебе присущи какие-то такие особые черты, привлекающие тварей Запределья, избавиться от которых просто невозможно?

— Я всё же рискну, — усмехнулся уголком рта Малк.

Его так и подмывало сказать, что есть у него козырь и на столь крайний случай, но… что там Больдо говорил про чересчур открытых магов?

— Так дашь задание или к мне к Мастеру идти? — снова спросил он.

— А, к Йорроху! Твоя жизнь, и тебе решать — поостеречься или в Пекло её спустись по глупости, — раздражённо фыркнула Змея и сунула в руки Малка листок с изображением странно выглядящего подсолнуха. — Держи, привезёшь хотя бы один — четыре чёрных камня заработаешь. И радуйся, что «Римма» сейчас у причала стоит. Если погода позволит, то завтра с утра уже сможешь отправиться на свой трахнутый всеми демонами Пекла остров! Ясно?

Девушка не без раздражения выслушала слова благодарности Малка, после чего добавила:

— И да, если ты вдруг питаешь такие иллюзии… Отправишься туда один. Ни я, ни Больдо ни на один из Братьев по собственной воле не поплывём, а Стево и Кэйталин до сих пор где-то пропадают. Поэтому выкручивайся сам!

Заверениям Малка, что у него и в мыслях не было ничего подобного, она кажется не поверила. Впрочем, Малк особо и не старался её в чём-либо убеждать. Своей цели он добился — повод и способ попасть на остров, где как он знал располагались развалины храма Кетота — получил, а всё остальное уже не важно. Беседа, правда, немного заставила заинтересоваться чересчур длительным отсутствием старших соучеников, чьё возвращение ему уже неоднократно обещали, но не более того. Задержало ли их срочное дело или именно они были теми Бакалаврами, что пропали вместе торговым судном как гласила народная молва, для него дело десятое. Лично он с ними не знаком, так что и не ему переживать об их судьбе!

На следующее утро никаких сложностей с отбытием у Малка не возникло. Судно уже было готово к плаванию, поэтому всё, что от него требовалось, это подняться на борт, показать медальон Ученика и… отправиться в каюту, чтобы не путаться под ногами у команды и не мешать её членам выполнять свои обязанности. Впрочем Малк на этот раз на палубу особо и не рвался. Перед тем как корабль войдёт в бухту Левого Брата ему предстояло ещё раз проверить тот единственный козырь, без которого соваться на остров было откровенно глупо. И отвлекаться на что-то постороннее он не хотел!

Заперев дверь каюты, Малк сел по-стиксонски на пол и воткнул перед собой в щель между досками проклятый нож. Лезвие, ранее и без того покрытое мерзкого вида плёнкой, после поглощения десятков бестелесных тварей приобрело странным образом вызывающий тошноту масляный блеск. И теперь даже смотреть в его сторону лишний раз не хотелось. С другой стороны, сохрани он прежнюю способность поглощать Скверну — то есть всю ту мешанину из стихиальных Сил, которая царила во многих потусторонних планах реальности — и Малку было бы плевать на подобные мелочи. Но клинок изменился, возможно что безвозвратно, и слава Святым Демоноборцам вместе с невольно подкинувшим эту идею Больдо, что ему нашлось не самое плохое применение.

Прикрыв глаза, Малк мысленно настроился на таящуюся в ноже Силу убитых Голодных Мороков, ощутил нужные вибрации, поймал резонанс и… сцепив зубы отпустил контроль над собственным Духом. На деле он уже пробовал несколько подходов к работе с испорченной потусторонними энергиями сталью, однако данный способ, к слову вычитанный в одном из учебников, был среди них самым лучшим. Вот только слишком уж болезненным…

Лишённое диктата воли и влекомое резонансом тонкое тело ещё на один крохотный шажок приблизилось к заданному ножом стандарту. Но так как оно не было чем-то монолитным, у какой-то части это получилось в большей степени, у какой-то в меньшей. Возник конфликт, и за считанные мгновения весь Дух Малка оказался охвачен призрачным пламенем. Пламенем, в котором отвергающие близость к энергии Смерти и всему тому, что призрака делает призраком, части сначала сгорали дотла, а потом возрождались из пепла уже в новом качестве.

Ощущения при этом были незабываемые, но результат стоил мучений. Всего несколько тренировок, и вот уже Призрачные Руки лучше подчиняются приказам Малка — собственно если бы не это, отметки после гадания он бы вряд ли снял так быстро, — а сродство между тонким телом и Тремя Призрачными Пульсами поднимается ещё на одну пусть крохотную, но ступеньку.

К сожалению на Семя Духа метаморфозы никак не влияли. И повторения того удачного момента, когда чужое Наследие вдруг на что-то среагировало и помогло продвинуться в изучении заклятия Рук, ни разу не случилось. Однако Малк всё равно был доволен. Когда же до него дошло, что в подобном состоянии он по идее становился малозаметен для «живых» Голодных Мороков, то и вовсе счёл свою находку подарком Святых. Имея возможность при нужде спрятаться от тварей Запределья, отказ от поездки к разрушенному храму Кетота было сродни преступлению. Вот он гневить удачу и не стал…

На проклятый берег Малк высадился в полдень. Убедился, что вокруг тихо и под прикрытием иллюзии его не ждут орды бестелесных тварей, после чего отправил заметно нервничающих матросов обратно на шхуну, а сам, скрыв нижнюю половину лица под платком с колдовским чертежом и низко надвинув на глаза цилиндр, двинул в восточном направлении. Туда, где со слов Эйши располагались развалины храма Кетота.

К сожалению на лёгкую и быструю прогулку рассчитывать не приходилось. Жара, сухой обжигающий ветер, разлитая в воздухе ядовитая горечь, противный мелкий песок под ногами — всё это страшно усложняло жизнь и вносило коррективы в уже готовые планы. К примеру на дорогу к храму по задумке Малка следовало потратить всего полчаса, затем несколько часов провести за поисками Наследия Кетота и потом до темноты вернуться обратно на корабль. Однако на деле всё вышло совсем иначе. И только на то, чтобы дойти до развалин храма, у него уже ушло почти в три раза больше времени, чем предполагалось. Что его ожидало дальше Малк даже не хотел думать…

— Какое там одно из самых важных правил выживания на острове? Не лезть в тёмные места и не оставаться на ночь, да? — с мрачным видом пробормотал Малк, окинув внимательным взглядом храм Четвёртого Святого. — Так это прям как для меня сказано! До ночи времени всего ничего, а нужный мне храм видимо и есть то самое тёмное место в округе. Лучше не придумаешь!

Когда Эйша говорила о развалинах, Малк почему-то представлял полуобвалившиеся стены, отсутствующую крышу, провалы на месте окон. И потому совсем не ожидал увидеть практически полностью сохранившееся здание. О том, что оно брошено, говорили лишь заколоченные досками окна, кое-где обвалившаяся штукарка и висящая на одной петле створка входной двери. В остальном здание было целёхонько… и это откровенно настораживало.

— И что же внутри тебя такое сидит, что Эйшу напугало? — задумчиво протянул Малк.

Он впервые с момента принятия решения о поездке на Левый Брат пожалел, что у него нет чего-то вроде Гром-колокола Змеи. Пусть в прошлый раз артефакт им и не помог, но с ним Малк чувствовал бы себя спокойнее… Хотя с другой стороны, кто бы ему его дал? Ни один маг по доброй воле делиться своими колдовскими инструментами не станет — собственно поэтому он у Эйши ничего и не просил, — а обращение за помощью к господину Тиязу чревато самыми неожиданными поворотами. Кто знает, что Черепу в голову придёт? Возьмёт и запретит показываться на острове или того хуже потребует отказаться от изучения жреческого Наследия. Как тогда быть? О том, что выданный артефакт банально увеличит долг перед Мастером, Малк вообще вгонял в уныние… Нет уж, он как-нибудь сам.

Прикинув положение солнца на небосводе, Малк решительно подошёл к ближайшему окну храма и принялся отдирать доски. Причём логика его действий была простая: раз уж оговориваются такие правила насчёт темноты, то почему бы для начала не добавить света, верно? Хуже ведь всё равно уже не будет! Вот он и решил проверить данную идею, благо силы позволяли.

На то, чтобы убрать преграды со всех шести окон, у Малка ушло двадцать минут. Ещё пять на то, чтобы своротить замок на двери, и десять… на банальное ожидание. Здание почти сотню лет оставалось закрытым, а значит его как минимум следовало хорошенько проветрить. И лишь убедившись, что в храме безопасно — хотя бы внешне, — лишь тогда Малк рискнул переступить порог храма. Замер ненадолго в дверях, давая незримому врагу возможность себя проявить, затем осторожно принялся обходить внутренние залы по периметру. Внимательно осматриваясь и выискивая любые возможные опасности.

Однако ничего угрожающего так и не встретил. Если внутри когда-то и пряталось нечто плохое, то те времена давно прошли. Сейчас храм был пуст, благодать Четвёртого Святого его покинула, а демоническая Скверна ей на смену так и не пришла. И обитель одного из Девятерых превратилась в обычное брошенное здание с разгромленным внутренним убранством.

— И кто же, интересно, во время Гражданской войны тут так порезвился? Кому Кетот не угодил? — протянул Малк, сначала изучив словно бы изрубленный топором алтарь, а потом переведя взгляд на валяющуюся у стены треснувшую статую Покровителя малефиков.

Малк не был истовым верующим — и это несмотря на все его особые взаимоотношения с храмом! — хотя понимал значимость религии и следовал определённым канонам Девятерых. Но даже у него вид осквернённых атрибутов Кетота вызвал сильнейший дискомфорт. И он, не выдержав, принялся наводить порядок. Очистил от грязи алтарь, вернул на место статую, вытащил из кучи мусора обрядовую жаровню, расставил по нужным местам уцелевшие свечи. И пусть на фоне царящей внутри разрухи его усилия были практически незаметны, Малк всё равно чувствовал какое-то внутренне удовлетворение от хорошо выполненной работы. Да, храм мёртв, в нём больше нет того ощущения, что дарит благословение одного из Святых, но он при этом не забыт. И это показалось Малку крайне важным!

Тем не менее время шло, и риски столкнуться с кем-то вроде Голодных Мороков только увеличивались. Так что если в планах Малка всё-таки значилось получение Наследия Кетота, ему следовало поторопиться. И он с не меньшим рвением, чем при наведении порядка в храме, принялся обшаривать все подходящие под организацию тайника места. Простукивал стены, переворачивал вверх дном полуразвалившиеся шкафы, с головой закапывался в кучи мусора.

Увы, угробив целый час, найти он так ничего и не смог. Одно из главных сокровищ любого храма — страницы Наследия Святого, — как в воду кануло. Малк решил бы, что местный жрец увёз его с острова, когда на Левом Брате ещё только начиналась заварушка с участием высших магов, но затем нашёл останки человека в характерной робе и от этой мысли отказался. Судя по рубленным ранам на рёбрах случившуюся здесь драку местный смотритель если и пережил, то ненадолго.

А значит Наследие было где-то здесь. Но где?!

Малк ещё раз пробежался взглядом по убранству храма, чтобы в конце концов остановиться на только-только приведённом в порядок алтаре. Алтаре, выполненном в виде здоровенной, в полтора обхвата мраморной тумбы и внутри которого в принципе можно было спрятать много всего интересного, начиная с Наследия и заканчивая коллекцией артефактов. Вопрос в том, как это всё оттуда достать. Причём желательно не превращаясь в вандалов…

Идея пришла почти сразу. Учитывая уже имеющийся опыт работы с храмовым артефактом, достучаться до жреческих «игрушек» можно лишь обладая определённым уровнем Власти и имея зримое подтверждение своей приверженности делу борьбы с Пеклом. То есть нужно нечто вроде магического ключа… на роль которого вполне может претендовать хорошо изученный Малком экзорцизм. Не глобальный ритуал, затрагивающий демонов и тварей Запределья, а нечто гораздо более локальное и малозаметное. Способное лишь пробудить глубоко спрятанную магию Кетота.

Не откладывая дело в долгий ящик, Малк шагнул к алтарю, сложил перед собой ладони и принялся нашёптывать нужные формулы, попутно приводя Дух в требуемое для ритуала состояние. Потянулись томительные мгновения, прежде чем между руками Малка вдруг вспыхнуло маленькое солнце, которое он с удовольствием и припечатал о поверхность алтаря.

Пол ощутимо дрогнул. Где-то внизу загудели незримые механизмы, зазвенели цепи, а когда через десяток ударов сердца всё стихло, раздался крайне неприятный, словно иглой по стеклу, скрип, и на поверхности алтаря проявилась прямоугольная рамка в пару пядей длинной и в одну шириной.

— И это всё? — настороженно спросил Малк.

Подождав ещё немного и убедившись, что скрытые механизмы закончили свою работу, он медленно приблизился к тумбе. Остановился, бросил обеспокоенный взгляд в окно — появление Голодных Мороков сейчас было бы совсем некстати, — после чего положил на прямоугольник ладонь и сначала чуточку, а потом с заметным усилием надавил. В ответ раздался всё тот же противный скрип, и над поверхностью алтаря на высоту локтя выдвинулся небольшой блок с полостью у самого основания.

Внутри что-то лежало. Малк протянул подрагивающую от волнения руку и достал книгу карманного формата, почти блокнот. Ни названия, ни автора на потёртой обложке из дешёвой кожи не было, но Малк и без того знал, что это за вещь. Слишком уж характерные покалывания в ладонях вызывала находка, чтобы заподозрить обычный предмет Силы. Такая насыщенность Власти была характерна только для предметов культа Святых, а значит… Решительно выдохнув, Малк раскрыл томик и пролистал несколько страниц. Взгляд тут же начал цепляться за знакомые по прошлому изучению Наследия обороты, названия характерных упражнений и славословия Кетоту.

Ну-ка, последняя проверка… Малк пролистал до самого конца, вчитался в финальные строчки и потрясённо помянул Девятерых. Сказать, что ему повезло, это ничего не сказать! Он держал не просто копию некоторых выдержек из Наследия Кетота, а ту его часть, что позволяла искателю могущества шаг за шагом подняться аж до зелёного ранга Власти. И это означало, что теперь Малку по крайней мере пару уровней можно будет не задумываться о поиске руководств для развития…

— Ф-фуух! С ума сойти! — не смог сдержать радости Малк и отсалютовал томиком статуе Кетота.

Цель всей его поездки на Левый Брат была достигнута, так что теперь он мог смело возвращаться назад.

— Если ещё и на обратном пути Голодных Мороков не встречу, то клянусь, полсотни драхм первому же действующему храму пожертвую! — на волне энтузиазма пообещал Малк, после чего двинулся на выход.

Однако не успел он сделать пары шагов, как блок, где до того хранилось Наследие, с громким стуком вдруг задвинулся обратно в тумбу. Внутри раздался металлический лязг: но не такой, как при работе нормально функционирующего механизма, а такой, который бывает, если этот самый механизм кто-то начинает активно ломать. Затем послышалось омерзительное шипение, треск и… весь алтарь рывком сдвинулся в сторону.

Там, где раньше стояла каменная тумба, открылся тёмный зев колодца. И из его мрачных глубин тотчас потянуло холодом, серой и застарелым запахом крови. Уже понимая, что избежать неприятностей не получилось, Малк сунул томик Наследия за отворот жилета и, теперь уже боком двигаясь к выходу, потянулся за тесаками.

До дверей оставалась всего пара саженей, когда из колодца внезапно выпрыгнула чёрная тень и жёстко приземлилась перед Малком. Замерла, развела руки и торжествующе зашипела. Только тогда он смог разглядеть воняющего серой гостя, а точнее гостью. Из заточения под алтарём вырвалась самая настоящая суккуба — чернокожая, красноглазая, с двумя рядами больших и малых рогов на голове, когтистыми конечностями и длинным, хлещущим по бокам драконьим хвостом. И судя по тому, как она ощущалась Властью, ранг у неё был никак не меньше Охотника за плотью.

— Дерьмо, дерьмо, дерьмо!!! — зарычал Малк, принявшись мысленно активировать цепочку рун в заклинании Панциря и одновременно делая угрожающие движения тесаками.

Последнее, чего он сейчас хотел, это драться один на один с представительницей разумной жизни Пекла. Тем более, когда та выше его на целый ранг, а то и полтора. И пусть суккуба в данный момент вряд ли находилась в своей лучшей форме — Малк успел разглядеть и чересчур бледную кожу, и следы незалеченных ожогов, и заметный тремор конечностей, — но… Йоррох побери!! Охотник за плотью есть Охотник за плотью, а начинающий Ученик есть начинающий Ученик.

Силовое поле вокруг него только-только успело сформироваться, когда гостья из ада обратила наконец на него своё внимание. Прекратив изображать радость, она вдруг сфокусировала взгляд налитых кровью глаз на Малке, зачем-то принюхалась и медленно растянула чёрные губы в совершенно акульей улыбке.

— Ч-человек! — протянула она с жутким акцентом. — Вкусная душа и сладкая плоть… И главное какая ирония. Жрец поймал меня, чтобы возвыситься, а служитель освободил, чтобы возвысилась уже я сама!! Сегодня определённо мой самый лучший день…

Пока тварь говорила, на Малка одна за другой начали накатывать волны возбуждения. Не то мягкое, будоражащее чувства волнение, которое вызывала в нём Терри, и не туманящая разум страсть как у леди Леары, а тяжёлое, давящее животное безумие, так и норовящее полностью растворить в себе личность Малка. И полностью активированный Панцирь совершенно не был тому помехой!

Впрочем было у Малка решение и на этот случай. Посвятив пару седмиц изучению системы энергетических каналов человека и обретя через значительно усложнившуюся «лечилку» контроль над своей жизненной силой, теперь подобного рода воздействия не слишком-то его пугали. Едва осознав, что барьеры воли вот-вот падут под натиском наведённого желания, Малк принялся спешно корректировать схему циркуляции энергии, попутно запустив внутрь нужных узлов особым образом свёрнутое Рассеивание.

Конечно полностью подавить воздействие ауры суккубы у него не получилось — демоница была для того слишком сильна, — но этого и не требовалось. Достаточно того, что оно не выходило за определённые рамки и не мешало разумно мыслить. Ну а дальше… дальше всё равно всё должна решить честная схватка.

И Малк рубанул демоницу сразу обоими тесаками, вложив в движение всю мощь мышц.

Видимо гостья из Пекла слишком рассчитывала на силу своего тёмного «обаяния», потому как атаку эту она пропустила. Клинки прочертили через всё её тело две кровавые полосы, а сама она оказалась отброшена почти на две сажени назад. Вот только смертельным ранение для неё не стало. Может быть чуть ослабило, но не более того. Зато совершенно точно, оно её запредельно разозлило.

— Я высосу мозг из твоих костей, ч-человечек!!! — завизжала суккуба и, сгруппировавшись, прыгнула с места на Малка.

Он собрался было повторить успех предыдущего удара, но одновременно с прыжком демоница атаковала и на ментальном плане. На Дух Малка обрушилась сжатая в таран Власть обитательницы Пекла. И хотя благодаря практике Кристаллического Сердца он имел определённую устойчивость к данному виду воздействий, нужного эффекта тварь всё же добилась. Мышление Малка замедлилось, реакция резко притупилась, а мышцы стали реагировать на приказы со значительным запозданием. В результате выполнить задуманный приём он так и не успел. Суккуба врезалась в него всем своим телом и, одним махом пробив Панцирь, сшибла с ног.

Боль от удара на мгновение вернула Малку контроль над конечностями, и он попробовал рывком освободиться. Но куда там… Тварь вцепилась в его руки когтями — что сразу же навеяло воспоминания о ранах погибшего жреца, — а хвостом обхватила за колени, да так крепко, что быстро освободиться было решительно невозможно.

— А душу, твою душу я оставлю на потом!!! — Тем временем уже в лицо Малку торжествующе прошипела суккуба.

И потянулась к нему губами.

Чем именно ему грозил поцелуй демоницы Малк не знал и знать не хотел. Поэтому подстёгиваемый ужасом, он немедленно сконцентрировал собственную Власть на одном единственном желании. Напрягся один раз, второй, третий, пока наконец не прорвал наложенные на него ограничения и не смог сосредоточиться на контроле одного из своих заклинаний — Искры. Вроде бы слабое и неэффективное, по некоторым позициям оно в чистую выигрывало у других чар. Вот одну из таких особенностей Малк и собирался сейчас использовать.

Надув щёки, он незаметно создал на кончике языка Искру, вложил в неё половину резерва, сжал до предела и… выплюнул прямо в лицо суккубы.

Удар получился что надо. Будь на месте твари Пекла человек, то ему попросту снесло бы голову, но гадина отличалась значительно более крепким телосложением. Так что внезапная атака лишь разбила в кровь зубастую физиономию и до хруста в шее заставила демонессу запрокинуть рогатую башку. Малк даже успел пожалеть, что не мог вложить в чары больше эргов. Вдруг бы получилось убить противницу с одного маха?

Впрочем делать ставку на Искру, как на смертельное оружие, он всё равно бы не рискнул. Всё, ради чего он затевал свою атаку, это отвлечение внимания суукубы и получение ещё толики контроля. Хотя бы над одной рукой. И своего он таки добился!

Пока демоница что-то возмущённо вопила, Малк вытянул из-за пазухи Наследие Кетота и прижал его к груди противницы. Та моментально вздрогнула, попробовала рефлекторно освободиться, но Малк ей такой возможности не оставил. Едва обложка книги коснулась чужой кожи, как он обхватил томик вниманием, сконцентрировал всю доступную ему Власть и попутно мысленно потянулся к тому образу Кетота, с которым удалось познакомиться в храме милес Драго.

— Во славу… Кетота!! — прошипел Малк.

И с огромным наслаждением принялся наблюдать за тем как меняется выражение лица суккубы. Торжество и какое-то извращённое наслаждений вдруг трансформировалось сначала в недоумение и опаску, а затем стремительно переросло в страх и самый настоящий ужас.

— Нет, нет!!! — завопила она, но было уже слишком поздно.

Книга в руке Малка начала испускать золотистое свечение мощного экзорцизма, которое быстро перекинулось на тело суккубы, накрыло её плотным пологом и сдавило в удушающих объятиях. Минута, и бездыханное тело гадины рухнуло на пол рядом с Малком.

— Всех Святых ко мне в гости, чуть не сдох, — простонал он, тяжело поднимаясь.

В голове была совершеннейшая каша. В момент смерти демоницы она оказалась ментально связана с Малком, поэтому часть пережитого ею досталось и ему. А заодно и куча посторонних мыслей, воспринимаемых как только-только прочитанная история. Что за секреты там таились, ещё предстояло разбираться, но в данный момент перед ним стояли гораздо более насущные задачи.

Поэтому едва встав, Малк первым делом склонился над демоницей и принялся тесаком вырубать у неё из груди всё ещё испускающее эманации Скверны сердце. Согласно прочитанному в библиотеке Школы бестиарию, оно считалось сосредоточением Силы суккуб и весьма ценилось на рынке магических ингредиентов. Главная сложность здесь была в правильном его хранении: сразу после гибели твари сердце следовало как можно быстрее поместить в нефритовый контейнер. Запоздаешь хотя бы на минуту, и драгоценная добыча превратится в кусок бесполезной гнили. А уж чего-чего, но этого Малк точно не желал. Так что едва чёрный уродливый комок пульсирующей плоти оказался вырезан из тела демонической гостьи, как он тут же отправился в заготовленный для адского подсолнуха контейнер.

К выпавшему в момент гибели суккубы Наследию Малк вернулся лишь закончив прятать трофей в рюкзак и тщательно оттерев руки от демонической крови. Никакого подвоха он не ожидал, так что когда от его касания крепкий даже на вид томик вдруг взорвался облачком пыли, он испытал самый настоящий шок.

— Нет, нет, нет!!! — завопил Малк, падая на колени и вороша оставшийся после книги ворох мусора.

Нащупал несколько вроде бы целых листков, поднёс их к глазам и через секунду разразился площадной бранью. От руководства, способного помочь развить Власть до весьма немаленьких высот, сохранилась лишь та часть, что касалась тренировок на оранжевом ранге. Остальное безвозвратно пропало. И день, казавшийся невообразимо удачливым, тут же окрасился в серые тона.

— Да как так-то?!! — прорычал Малк и, злобно посмотрев на тело убитой суккубы, с яростью её пнул: — Всё из-за тебя, адская сука!!

Сердце щемило от душевной боли, однако идти на поводу у эмоций Малк не стал. Выплеснув наряжение, он торопливо убрал уцелевшие листы Наследия в карман и, закинув рюкзак на плечо, покинул храм. Пришла пора возвращаться обратно…

Но видимо чёрная полоса в его жизни ещё не закончилась. Не успев удалиться от обители Четвёртого Святого и на пару десятков шагов, он стремительно развернулся и кинулся обратно. С того направления, где находилась бухта, накатывала волна Голодных Мороков. И на этот раз убежать от неё не было никакой возможности.

Малк даже ругаться не стал. Счёт шёл на минуты, если не на секунды, и тратить время на бессмысленную болтовню было даже не глупо, а смертельно опасно. Заскочив в храм, он метнулся к телу суккубы и, переодически макая в её кровь ладонь, принялся выводить на полу Защитный Круг. Ровно такой, чтобы можно было сесть по-стиксонски, не боясь задеть линии чертежа одеждой. Не больше и не меньше. Затем добавил несколько рунных надписей — не только укрепляющих физическую защиту, но и препятствующих проникновению бестелесных созданий, — а под конец капнул уже собственной кровью.

Десятки прочитанных в Школе Пепла книг серьёзно обогатили его знания в области магии, а общение с господином Тиязом научило в трудные моменты проявлять решимость. Поэтому если раньше Малк в подобной ситуации даже не подумал бы воспользоваться в защитном ритуале кровью демона Пекла, то теперь он лишь жалел, что та недостаточно свежая.

Голодные Мороки появились внутри храма, когда Малк уже вливал в Круг остатки резерва. Немного повертевшись у входа, бестелесные твари одна за другой устремлялись к колдовскому барьеру и с налёту пытались его преодолеть. Когда же это у них не получалось, то несколько обескураженные они отступали… чтобы затем с новыми силами повторить попытку.

Ритуальная защита, на которую Малк делал большую ставку, стремительно теряла энергию. Не помогало ни использование демонических сил, ни компактные размеры. Оборону Малка попросту истощали бесконечной чередой атак, ставя крест на его планах пересидеть всплеск активности Мороков. Так что если он хотел жить, пора было выкладывать единственный козырь. Козырь, позволяющий стать для порождений Запределья невидимкой и тем самым уйти из тупика прямого противоборства.

Уняв бешено бьющееся сердце и старательно игнорируя пляшущих в безумном хороводе на расстоянии вытянутой руки бестелесных монстров, Малк закрыл глаза и мысленно настроился на проклятый нож. Что-то ему подсказывало, что на этот раз обычной работой с духовным резонансом ограничиться не получится. И он, окончательно и бесповоротно сделав ставку на придуманную маскировку, принялся один за другим отключать свои органы чувств. Когда же его сознание оказалось заперто в тюрьме тела и происходящие в нём процессы стали как никогда ясны, он взялся за работу с энергетическими каналами. Ведь мало сделать свой Дух незримым для Голодных Мороков, надо скрыть от них и тело! Вот он и скрывал, заставляя саму жизненную силу вибрировать в одном ритме с тонким телом.

Финальным же аккордом превращения в «невидимку» стало погружение сознания Малка в глубины Дворца Духа. Туда, где не было ни чувств, ни времени, ни мыслей. И где он мог бесконечно ждать спасения или… смерти.

Не успели вы дочитать последние строчки главы, как перед вашим внутренним взором возникло лицо красивой женщины с рогами на голове. Благородное, с тонкими чертами и выразительными глазами… глазами, столь манящими, что вы не можете отвести от них взгляда. Мгновение, и мир перестаёт для вас существовать. Вы медленно, медленно погружаетесь в тёмные бездонные глубины. Но вам не страшно. Наоборот, вы чувствуете необъяснимый комфорт, ваши члены расслаблены, мысли текут неторопливо, ваш Дух входит в состояние созерцания… В сердце потихоньку зарождается некое желание… Оно зреет, зреет и вот вы уже не можете его сдерживать в себе. Вы протягиваете руки к клавиатуре с мышкой и переводите на счёт книги «Школа Пепла» подарок. «Муа-ха-ха!» — слышите вы отдалённый смех, после чего засыпаете. Через минуту вы очнётесь отдохнувшие, в прекрасном настроении и с чувством выполненного долга.


Глава двенадцатая, в которой героя учат жизни | Школа пепла | Глава четырнадцатая, в которой кое-кого бьют тростью