home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



В гостях у дедушки Хаим-Цуди

Зима. Начало 1923 года. С прекращением производства самогона, учитывая мое истощенное состояние, мама решила дать мне передышку и отправила меня на месяц к своему отцу Хаим—Цуди в Каныболот (Кировоград). Каныболот от Добровеличковки находился далеко и добираться к нему можно было только на подводах.

Подвернулся случай. Через один дом от нас жила старая женщина, которую окружающие звали Ушеренцелны. У нее было два взрослых сына. Это были рослые мужчины, холостяки. В народе говорили, что они занимаются всякими темными делами и даже конокрадством. Мама несколько раз собирала меня в дорогу, но каждый раз откладывалось, так как в их делах третий человек был лишним.

Немного о людях, кравших лошадей. Их называли конокрадами. Как правило, они воровали лошадей в одной губернии и перегоняли их для продажи в другую. Это было всегда очень опасным занятием. В те времена для крестьянина лошадь была основным средством ведения хозяйства. И если попадался конокрад, то крестьяне из солидарности объединялись и часто забивали конокрада до смерти. И смерть для них была мучительной. Наконец они взяли меня с собой. Ехали мы очень долго, около суток, и вот эти люди вручили меня дедушке.

Приняли меня радушно, даже вторая жена дедушки, которую звали Суре-Лея. Это была дородная женщина. Она очень хорошо готовила. Обед всегда был из трех блюд и на закуску замечательный компот из сухофруктов. Хозяйство вели очень экономно. Так, например, абрикосовые косточки не выбрасывали, а складывали в ящик кухонного буфета. Как-то подводит она меня к этому ящику, дает молоток и говорит: «Разбей косточки, а ядрышки ешь, сколько хочешь». Наконец-то я зажила сытно и беззаботно. От первого мужа у Суры-Леи была замужняя дочь с двумя мальчиками почти одного со мной возраста. У нее был свой дом в центре города и там же парикмахерская ее мужа. У этих мальчиков были хорошо образованные культурные друзья, не чета нашим. Мне было хорошо в их компании. Родители этих ребят меня очень хорошо принимали.

Принимали меня так же хорошо и в семье по фамилии Лернер. Они были родственниками со стороны мамы. В их семье были две девушки Маня и Даша и их брат — имя его забыла.

Город этот был — не то, что наше местечко — чистый, ухоженный, хороший базар, в магазинах есть товары, дворы маленькие, чистые, топят дровами, не то, что наши — кизяком. У дедушки дрова на зиму сложены в углу двора аккуратным штабелем, и ему не надо покупать топливо среди зимы, как это делал дедушка Герш.

Беззаботный, сытый месяц прошел быстро и я вернулась домой. На прощание дедушка Хаим-Цуди остался верен себе и кроме подарка мне — отреза голубой шотландки на платье, — никаких подарков ни своей дочери, моей маме, ни Лизе, ни Абраму не сделал. И все же, после пребывания у дедушки, я — заморыш с длинными ногами — вернулась пополневшей взрослой девушкой. Меня там откормили, как дедушка Герш откармливал своих гусей.


Обыск | Дорога длиной в сто лет | Моя кратковременная юность