home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава десятая, в которой кое-что проясняется

Пережитое в тот день на Левом Брате Малк, наверное, не забудет до конца своих дней. Потому как там он столкнулся не с понятными и подчиняющимися привычным законам демонами Пекла, магическими монстрами или призрачными гостями с плана Смерти, а с чем-то невообразимо чуждым. С чем-то таким, что разум просто отказывался воспринимать напрямую, прячась от накатывающего ужаса за хоть как-то объяснимыми образами. И если поначалу, когда он с помощью ловушки и проклятого клинка уничтожал Голодные Мороки, прочувствовать их инаковость он не успел, то позже… о, позже, когда они с Эйшей спасались бегством от накатывающей волны бестелесных тварей, порочность жителей Запределья открылась перед ним во всей её полноте. А открывшись, молотом жахнула по разуму и чувствам, вывернула наизнанку Дух, и отравила тело.

— Святые любят нас!!! — с небывалой искренностью воскликнула Эйша, когда они после десяти минут сумасшедшего бега по раскалённому песку добрались-таки до берега и увидели, что лодка всё ещё дожидается их рядом с причалом. А потом ещё раз, когда утлое судёнышко за считанные минуты доставило их на борт «Риммы».

И Малк в тот момент полностью разделял её чувства. Как там говорят: на войне нет безбожников? Что ж, глядя на то колышущееся море постоянно меняющихся фигур, хлынувшее на берег, когда их лодка уже отплыла на добрый десяток саженей, и остающееся там до самого отбытия корабля, ему и вправду хотелось поверить в покровительство высшей силы. Хоть того же Кетота! Потому как стоило ему представить, что Голодные Мороки их всё же догнали, Малку тотчас становилось дурно. Но не от страха перед смертью, нет, а от какой-то иррациональной и необъяснимой жути, густо замешанной на… отвращении.

Он тогда всё-таки не выдержал и, перевесившись через борт корабля, выплеснул содержимое желудка в воду. А потом ещё раз и ещё, пока не полегчало. И ничуть не стыдился показанной слабости. К Девятерым условности, он не Младший Магистр и даже не Бакалавр, чтобы подобные встречи считать чем-то нормальным. Ну а если кому-то его реакция покажется смешной… что ж, юморист может отправляться на берег и там доказывать свою смелость!

Единственное Малк немного опасался реакции Эйши, но когда она сначала так же как и он повисла на перилах, издавая звуки рвоты, затем залпом выпила где-то раздобытую бутылку рома, а потом, пьяно размахивая кулаками, попробовала дать ему по роже — успокоился. Если кто и будет обвинять младшего брата по Школе в недостойном поведении, то точно не она!..

Как ни странно, особых наград столь опасная миссия им не принесла. В обмен на почти полный мешок проклятого песка что у Эйши, что у Малка из долга перед Мастером было списано по одному чёрному камню. И если бы не полностью закрытые обязательства перед Змеёй, Малк счёл бы поездку убыточной.

— Левый Брат безопасен. И если бы ты не светился как праздничная гирлянда от свежих меток на Духе, то всё бы обошлось, — бросил в ответ на его возмущение господин Тияз и закрыл тему.

Эйша же, стоило им покинуть дом Мастера, яростно добавила:

— Так и думала что вся эта каша из-за тебя заварилась… Уже жалею, что так слабо по роже съездила!

После чего гневно фыркнула и оставила младшего соученика в одиночестве, заставив его испытать нечто похожее на смущение. Йоррох ведает, что в действительности спровоцировало столь бурную реакцию населяющей Левого Брата мерзости, но незадолго до отплытия у Малка действительно прибавилось духовным меток. Переработка демонической кости, гадание — всё оставило свой след. О чём Малк прекрасно знал, но отчего-то и не подумал предупредить Эйшу: а ведь учитывая специфическое развитие старшей соученицы, проблемы чужой практики могли и ускользнуть от её внимания.

И вот теперь приходилось расплачиваться за молчание…

Впрочем если своей обидой Змея рассчитывала добиться от него каких-то моральных терзаний, то она ошибалась. Убедившись, что никому его оправдания не интересны, Малк пожал плечами и вернулся к плану тренировок. В какой-то мере даже обрадовавшись, что теперь может сосредоточиться на занятиях, не отвлекаясь на посторонних.

Ежедневная поездка во внешнюю фракцию за Зеркалом и практика второго слоя Трёх Пульсов, изготовление одноразовых артефактов на продажу и «про запас», возобновление спаррингов с Больдо… Малк сам не заметил как пролетела седмица. И главное подобная рутина ничуть его не утомляла: путешествие в гости к порождениям Запределья если не сделало из него домоседа, то точно отбило на ближайшие месяцы тягу к приключениям.

Так что ничего удивительного, что появившегося у него на пороге Голема, Малк встретил крайне недружелюбно.

— Что-то случилось, старший брат по Школе? — хмуро спросил он у жизнерадостно улыбающегося Больдо. — Неужели хочешь сказать, наша завтрашняя тренировка отменяется?

— Почему это? Всё в силе. У меня на твою драхму серьёзные планы! — загоготал воин-маг. — И вообще… Почему сразу случилось? Может я просто в гости заглянул, узнать как дела у младшего соученика?

Понимая, что отделаться от Голема точно не получится, Малк едва заметно выдохнул сквозь сжатые зубы.

— Хорошо, начнём с конца. Мои исследования духовного резонанса топчутся на месте, надежды на быстрый прорыв нет, и ты прервал мои размышления над способом решения возникшей проблемы, — сообщил он максимально ровным голосом и после заминки спросил: — Так зачем ты здесь?

Раньше он и подумать не мог, что когда-нибудь будет таким тоном разговаривать с Бакалавром, но… в личном ученичестве у могучего Мастера порой всплывали весьма неожиданные плюсы.

— Чтобы открыть перед тобой настоящий мир, разумеется! — воскликнул в ответ Больдо, настроение которого кажется ничто не могло сегодня испортить. — Бросай всё и бегом на главный полигон. Мастер Эрик проиграл пари Директору и теперь обязан показать студентам, что такое Младший Магистр, сражающийся в полную силу! Упустить такое — преступление.

Возразить Малку было нечего. Для начинающих магов наблюдение за тем, как колдуют их старшие товарищи, считалось частью практики. Слишком часто вдохновлённые примером могучих чародеев студенты совершали прорывы в освоении Тайных Искусств или заклинаний, чтобы кто-то мог это игнорировать. Но Мастер Эрик? Что-то он не припоминал такого имени в списке старейшин внутренней фракции!

— Господин Эрик Красивый на особом положении. Категорически не желает, чтобы его называли Мастером и всячески противится назначению на официальную должность, однако с удовольствием пользуется соответствующими привилегиями, а саму Школу считает своим домом, — пояснил Больдо, догадавшись о причине недоумения младшего соученика.

— Красивый? — вырвалось у Малка. — Он настолько хорош в общении с дамами?

И этим своим предположением вызвал у Больдо приступ смеха.

— Господин Эрик? С дамами? Поверь, ужину с нашим Младшим Магистром даже самая неразборчивая куртизанка предпочтёт бурную ночь с адским тигром! — Сообщил он, немного успокоившись. — Красивым он в юности стал, лет сто-сто пятьдесят назад, а сейчас его между собой все Сумасшедшим называют… Впрочем сам всё увидишь. Поторопись!

Как очень скоро выяснилось, на неожиданную демонстрацию возможностей господина Эрика собралась едва ли не половина студентов внутренней фракции — все, кто присутствовал в данный момент на её территории. И странного тут ничего не было, каждый желал получить просветление от навыков Младшего Магистра. Удивляло другое — поведение зрителей. Никто не кричал и не смеялся, друг к другу собравшиеся обращались шёпотом, а места на трибунах, вопреки здравому смыслу, занимали максимально далёкие от магического ристалища.

— Помимо обращения к себе как к Мастеру, господин Эрик также ненавидит чужую недисциплинированность и несдержанность, — Больдо принялся на ухо объяснять происходящее Малку.

— А задние ряды почему? — заразившись чужим настроем, прошептал Малк.

— Потому что Сумасшедший! — непонятно хихикнул Голем и, согнав с облюбованных мест двух незнакомых Учеников, плюхнулся на каменную лавку. — Садись быстрей. Он вот-вот появится!

Больдо оказался прав. Малк только-только пристроился рядом со старшим соучеником, как на трибунах стихли последние шепотки, и все взоры устремились на поле для тренировок. Туда, где прямо из воздуха появилась странно одетая фигура.

Скажи кто раньше, что это могучий маг, Малк поднял бы его насмех. Кто угодно — цирковой артист, исполняющий обет ревностный последователь Девятерых, городской сумасшедший, наконец, — но не маг!

Первым к себе приковывало внимание лицо новоприбывшего. Его красные навыкате глаза, перекошенный рот, кажется уже несколько лет не стриженные бакенбарды. Потом взгляд цеплялся за серые драные подштанники на ногах вместо нормальных брюк и старый потёртый фрак на голое тело, зачем-то застёгнутый на все пуговицы. И в последнюю очередь приходило понимание, что крест-накрест стягивающие грудь Младшего Магистра перевязи это никакие не ремни, а самые настоящие цепи.

Красивый?! Йоррох побери, да тогда Малк со своим новым обликом просто бог очарования!

— Кстати, господин Эрик хороший приятель учителя, — насладившись реакцией Малка, уголком рта сообщил Больдо.

— Почему-то даже не сомневался, — едва заметно кивнул Малк.

Он ещё подумал не спросить ли какими ещё причудами, помимо «необычной» манеры одеваться и нежелания называть себя Мастером славен господин Эрик, как маг внезапно начал своё «выступление» и стало резко не до болтовни.

Свирепо зыркнув в сторону трибун, Младший Магистр яростно топнул грязной пяткой и требовательно вытянул перед собой руку. Его движения выглядели бы потешно, если бы в тот же миг не вскипела окружающая Красивого аура обычного смертного, а в его раскрытой ладони не возникла серая сфера, в которую принялись отовсюду стягиваться бесчисленные светло-серые ручьи Силы. Десять ударов сердца, и вот уже в руке господина Эрика материализовался длинный посох. Не артефакт, обычное творение магии, пусть и чрезвычайно качественно выполненное. Малк даже сказал бы, что ничего особенного, если бы вторя его мыслям Младший Магистр не шарахнул оружием по земле и та не отозвалась весьма чувствительной дрожью. И это на расстоянии полусотни саженей от эпицентра удара, каково было бы, окажись Малк в непосредственной близости!

Но господин Эрик только начал разогреваться. И принялся исполнять незнакомый Малку комплекс с шестом, периодически повторяя вызывающие локальное землетрясение удары. Да не просто так, а подстраиваясь под определённый ритм, из-за которого с каждым разом тряска становилась всё сильнее и сильне, грозя перерасти в нечто такое, что разрушит все постройки на десятки саженей вокруг.

Для Малка, привыкшего наблюдать в лучшем случае способности Бакалавров — поединок Младших Магистров в день его прибытия в Школу не в счёт, — подобное проявление мощи были в новинку. Он едва удержался, чтобы не захлопать.

— Чего улыбаешься? — в редкую паузу между грохотом ударов, процедил Больдо. — Всё только начинается!

Видимо уровень атак Младшего Магистра достиг некоторой границы, потому как кристалическиие тумбы по периметру полигона заиграли всеми цветами радуги и поле накрыла прозрачная полусфера. Тряска сразу же стала едва ощутимой. Вот только поставленные на пути его буйству Щиты сильно не понравились Эрику Красивому. Его лицо ещё больше исказилось, он повернулся к трибунам и направив в их сторону изголовье посоха, выстрелил довольно медленно летящим серым сгустком.

Малк ожидал чего угодно: яркой вспышки, эффектного взрыва, зрелищного фейерверка, но не того, что на подлёте к барьеру комок Силы внезапно увеличится в несколько раз и окажется огромным — едва ли не с человека размером — серым кулачищем, столкновения с которым магическая защита попросту не переживёт. И оставив после себя гигантскую прореху, колдовской снаряд полетит в зрителей.

— Пошла жара, — азартно воскликнул Больдо, облизывая явно пересохшие губы и бессознательно заворачиваясь в какое-то защитное заклинание.

Малку же ничего кроме бегства на ум не приходило, однако он всё же остался на месте и не прогадал. В последний момент, когда до первых рядов оставалось не больше локтя, на пути колдовского кулака возникло столь же серое марево, в котором снаряд господина Эрика благополучно растворился. После чего несколько поредевшая дымка устремилась к защитной полусфере и словно заплатка затянула место разрыва.

— Вот сейчас они защиту поля ещё на пару уровней усилят, господин Эрик попробует её пробить и как не получится… вот тогда-то ты его истинный облик и увидишь! — продолжил просвещать Малка Больдо.

— Хорошо бы, потому что пока ничего сильно выходящего за рамки возможностей Бакалавра я не увидел. За исключением вложеной мощи, разумеется, — не выдержал Малк.

— Не спеши, всё будет, — хмыкнул Голем.

И кивнул подбородком на полигон, где Красивый уже выпустил ещё пару Кулаков и те как предсказывалось даже не поколебали барьер.

Неудача очевидно как-то плохо воздействовала на психику мага. Будучи и без того не в ладах со своей головой, теперь он окончательно пошёл в разнос. Отбросил посох прочь, разорвал на груди фрак, затем зачем-то поднял лицо к небу и обречённо завыл.

Зрелище получилось не слишком приятное и не вызывающее у Малка ничего кроме жалости. Он уже начал поворачиваться к Больдо за комментариями, как Младший Магистр вдруг грохнулся на четвереньки, замер и… из его спины, точно клинок из ножен, медленно вышел полупрозрачный бледно-серый лев. Но не величавый и гордый повелитель саванны, а его демоническое подобие. Извращённое, злое и совершенно безумное.

Твари хватило одного взгляда в сторону трибун, чтобы все ощутили сильнейшее давление чужого Духа. Настолько могучего, что его не могли сдержать никакие Щиты. Когда же она сделала единственный шаг и издала низкий, на грани слышимости, рык, то воздействие усилилось настолько, что многие из зрителей попросту не могли его выдержать. Текла кровь из носа у Бакалавров, теряли сознание Ученики… Малк оказался в числе самых стойких. Власть и общая развитость Духа удержали от обморока, а «лечилка» в основании Нимба — точнее проявившаяся благодаря ей способность манипулировать жизненной силой — спасла от травм. Впрочем на фоне Больдо, на которого воздействие Эрика Красивого вообще не оказало никакого влияния, его достижения заметно блекли.

— Сильно, — пробормотал Малк, переводя дух.

— Сильно? — переспросил Голем с усмешкой. — Нет, сильно будет вот только сейчас!

Сказал и вжал голову в плечи. А господин Эрик, будто ожидая именно этой команды, вдруг снова слился со львом, одним слитным движением поднялся на ноги и… беззвучно, одними губами, произнёс единственное слово. Слово, будто разорвавшее саму реальность и выплеснувшее в неё Силу Пепла.

На какое-то время мир перед глазами Малка померк. Не осталось ничего кроме серой мглы, непонятно откуда взявшегося запаха гари, пробивающегося сквозь дымную завесу солнца да стремительно накатывающей боли. Боли, которая обжигала кожу, терзала мышцы, разрывала внутренние органы и вгрызалась в кости.

Однако всё прекратилось столь же внезапно, как и началось. Вроде только что Малк задыхался в магическом тумане и стирал зубы в песок, сдерживая крик, как вдруг снова сидит на трибуне. Всех отличий, что теперь его окружают залитые потом коллеги по несчастью, а ещё недавно буйствовавший господин Эрик Красивый теперь стараниями четвёрки воинов в механических доспехах бешено бьётся под накинутой на него металлической сетью.

— Слово Пепла! Ну надо же, а говорили, что его только Магистры могут освоить, — простонал Больдо, хрустя шеей и вслед за остальными студентами поднимаясь со скамейки.

Представление очевидно считалось законченным.

— И что, ради этой пытки мы сюда приходили? — угрюмо сказал Малк, которому пережитое, мягко говоря, не понравилось.

— Мы сюда приходили расширить горизонты, а пытка это… — Больдо пошевелил пальцами подбирая слово, — это бонус!

И довольно засмеялся. Затем вдруг осёкся, нашёл взглядом господина Эрика Красивого, которого уже окончательно запеленали в сеть и теперь уносили с поля, и лишь тогда облегчённо вздохнул.

— Мстительный дядька, — ответил он на невысказанный вопрос Малка. Затем подумал и добавил: — Впрочем как и все старшие маги.

— А почему он… такой, — Малк неопределённо покрутил пальцем в воздухе.

Больдо пожал плечами.

— Последствия старых травм. Во времена Восстания он был учеником одного из Наследников Школы и попал под удар Патриарха Дома Черингар вместе с наставником. Его задело самым краем — внешне почти не пострадал, — но вот мозги… мозги набекрень. И пусть большую часть времени он относительно нормален, в бою иногда накатывает…

— Только в бою? — не удержался от любопытства Малк.

— Бывает, что и не только, — Больдо поморщился. — У него травма вызвала фатальное отклонение в практике, из-за которого собственная магия теперь постоянно толкает его рассудок за грань безумия. Эликсиры и заговорённые вериги, конечно, спасают, но… но в сражении он становится собой настоящим. Жаждущим битвы безумцем, способным творить невозможные для многих вещи!

— И такого человека Директор подбил продемонстрировать способности перед студентами? — спросил Малк ошеломлённо.

— Должны же мы как-то учиться… Тем более риск был в пределах нормы! — равнодушно бросил Больдо.

— Это смотря что считать нормой… — пробормотал Малк, но продолжать спор не стал.

Тем более что Голем был прав, и он действительно вынес из устроенной демонстрации немало интересного. Слово Пепла, материализация похожего на артефакт оружия, давление Власти… Да хотя бы тот же лев, вышедший из тела господина Эрика! Малк готов биться об заклад, что так проявляет себя пробуждённая Родословная. Причём не абы какая, а относящаяся к одному из «старых» Домов Авалона — адские львы вроде только у их потомков были замечены… Всё это определённо стоило того, чтобы быть увиденным!

Покинув полигон Малк повернул было в сторону своего дома, как внезапно был остановлен Больдо.

— Куда? Наша сегодняшняя культурная программа «выступлением» господина Эрика не ограничивается!

— У нас есть какая-то культурная программа? — удивился Малк.

Голем довольно рассмеялся.

— Разумеется. И пришло время для основной её части… — Тут старший соученик посерьёзнел и уже спокойно сообщил: — Наставник распорядился привести тебя к нему в лабораторию. В настоящую лабораторию!

Новость мягко говоря шокировала. И не столько тем, что Больдо взял на себя смелость отложить немедленное исполнение распоряжения господина Тияза — в конце концов он не озвучил, когда именно должен был привести Малка, — сколько той частью, где говорилось о «настоящей» лаборатории. Получается место, куда Малк ходил работать над костями, таковым не считается? Или он чего-то не понимает? Да и вообще что стоит за этим приглашением: он прошёл некую проверку, дорос до уровня полноценного ученика-ассистента или, того хуже, ему уготована роль объекта экспериментов? Увы, задать все эти вопросы Малк не мог, как и добиться ответов от господина Тияза. А значит до всего снова предстояло доходить самому.

Новая лаборатория находилась недалеко от старой, буквально на соседней улочке в подвале нежилого коттеджа, и чтобы попасть внутрь понадобилось проходить аж тройную проверку. Сообщить пароль охраняющему вход в дом немёртвому рыцарю — возможно тому же самому, что приходил к Малку в первое утро во внутренней фракции, активировать головоломный колдовской узор на стене крохотной прихожей, а уже внизу сразу на выходе с лестницы — капнуть кровью на заговорённые нефритовые пластины. Причём последнее пришлось делать и Больдо, и Малку.

Поначалу было непонятно к чему такие сложности. Но когда переступив порог Малк увидел десяток стеклянных чанов с плавающими в них фигурами гомункулусов, прозекторский стол с уже вскрытым телом похожего на гигантскую летучую мышь демона, заставленный флаконами с алхимическими зельями, пилюлями и декоктами шкаф, а рядом стеллаж с кучей банок с заспиртованными органами, очень сильно смахивающими на человеческие, то предпринимаемые Мастером меры безопасности показались даже недостаточными. Малк, конечно, не специалист, но инстинкт подсказывал, что далеко не всё из хранящегося здесь можно безопасно показывать представителям Триумвирата.

— Впечатляет, да? — спросил Больдо, толкнув локтем под рёбра. — Ты туда посмотри!

Малк перевёл взгляд вглубь помещения и сдавленно выругался: большую часть дальней от входа стены украшали маски в виде человеческих лиц. Или, что точнее, маски, сделанные из человеческих лиц. Кажется это была та самая коллекция Мастера Тияза, которой его в первые дни в Школе пугала Эйша.

— Просто чудесно, — пробормотал Малк, ощущая как колотится сердце.

Только теперь он окончательно осознал, что переступает некую грань, после которой дороги назад уже не будет. И глядя на обстановку в лаборатории, он был больше не уверен, что действительно хочет делать этот последний шаг.

— Да? — со сомнением спросил Больдо, явно не уловивший иронию. — Я вот уже шесть лет здесь работаю, а до сих пор никак не привыкну. Мне как-то на поле боя привычнее, чем в этом царстве некромантии и вивисекции.

— Но ведь продолжаешь работать… — не удержался Малк.

— Продолжаю, — покладисто согласился Голем. — А что делать? Моё развитие как специалиста по закалке тела невозможно без использования крайне дорогих эликсиров и сложных ритуалов, так что я не вылезаю из долгов. И слава Святым, что Мастер даёт возможность их отрабатывать.

Малк, прекрасно помнивший, с каким трудом Больдо творил магию, выходящую за рамки заклинаний из Нимбов, с сомнением покачал головой.

— Чего? Не веришь? — возмутился старший соученик.

— Не то чтобы не верю, но… чем ты тут занимаешься? — осторожно спросил Малк.

Больдо недовольно вздохнул.

— Я анатом. Помогаю с исследованием строения демонов, работаю на подхвате во время операций по химеризации, помогаю внедрять разного рода артефакты в живых марионеток…

На словах о живых марионетках Малк вспомнил, как господин Жак Улей взял контроль над его телом, и ощутил как в сердце поднимается буря. Участвовать ни в чём подобном он категорически не желал!

— Последнее, кстати, самое интересное, — продолжил как ни в чём ни бывало Больдо. — Мастер пытается создать идеальную боевую марионетку, соединяющую в себе пластичность живого тела и преимущества нежити. И хотя до завершения ещё очень далеко, определённые результаты уже есть…

— Здорово. И что же… или кто… используется в качестве основы для кукол господина Тияза? — не выдержал Малк.

— А гомункулусы, — равнодушно бросил Больдо, махнув в сторону стеклянных чанов. — Ни души, ни разума, ни даже примитивных инстинктов — идеальный материал для работы.

Малк, узнав, что идти на компромисс с совестью не придётся, незаметно выдохнул. Повезло. Не хотелось и думать, что бы он делал, если бы господин Тияз проводил опыты на живых людях.

— Ты сказал, результаты уже есть… А можно на них посмотреть? — спросил Малк, заполняя паузу.

— Почему нет? — пожал плечами Больдо. — Мастер как раз сейчас должен подгонять одну химеру под требования заказчика… — Заметив, как Малк вскинул брови, старший соученик поморщился. — Чего? Или думаешь, Младшим Магистрам не нужны деньги?

— Почему же, нужны, но… живые марионетки? — осторожно сказал Малк.

— А… чего ты понимаешь. Знаешь сколько стоит гомункулус с прижившимся управляющим кристаллом, но без дополнительных модификаций? Около сотни драхм! Доведи его до уровня полноценной боевой марионетки, подходящей что некромантам, что призывателям уровня Бакалавра, и цена взлетает до четырёхсот драхм, — глядя на него как на последнюю деревенщину, сказал Больдо.

— Ого, — Малк присвистнул.

— Вот тебе и ого…

На этом Больдо щёлкнул языком и, поманив Малка за собой, направился к неприметной двери в дальнем углу лаборатории. Однако сразу входить не стал, сначала громко постучал костяшками пальцев по косяку и, лишь дождавшись одобрительного ворчания, повернул ручку замка.

— Учитель, как вы и просили, Ученик Малк доставлен! — бодро отрапортовал Голем с порога, хлопнув Малка по плечу.

Однако несмотря на несколько развязный тон, чувствовалось, что старший соученик прекрасно знает, где расположены те границы, что нельзя переступать в общении с наставником.

— На сумасшедшего Эрика смотрели? — спросил господин Тияз безжизненным голосом.

На момент появления своих студентов Мастер стоял на коленях перед невысокой — Малку по пояс — лысой обезьяной с горящими зелёным глазами и водил руками над её макушкой. И судя по вливающимся ей в глаза, уши, ноздри и рот струйкам чёрного дыма, прерывать своё занятие он не собирался.

— Разумеется, — словно бы даже обиделся Больдо. — Мастер ожидаемо сорвался и шарахнул по зрителям. На этот раз, правда, Словом Пепла…

— Хорошо, — перебил его господин Тияз. — Что наш младший ученик?

Малка и он, и Голем подчёркнуто игнорировали, обсуждая словно товар на рынке.

— Выдержал. Сознание не терял, сбежать не пытался… Крепкий парень! — одобрил Больдо, только теперь повернувшись к Малку и демонстративно подмигнув.

Но Малк его веселья не разделял. В очередной раз осознавать себя предметом чьих-то исследований — особенно когда не понимаешь их конечной цели — было неприятно. И противоречило всем его жизненным устремлениям. Вот только как об этом сказать кому-то вроде Тияза Черепа?

— Я понял. Оставь нас, — подал голос Мастер и, не дожидаясь, когда Больдо выйдет, холодно спросил: — Ты ведь уже начал осваивать второй слой Трёх Пульсов? Есть какие-то успехи?

Одновременно с вопросом господин Тияз поманил пальцем, и из сгустка теней между двумя книжными шкафами выплыла та самая маска, с помощью которой Малк изучал Тайное Искусство. На этот раз она фонила Силой и испускала сильные колебания Власти начального жёлтого ранга. И вот её-то Мастер одним движением ладони припечатал к морде обезьяны.

Раздалось шипение, гомункулус вздрогнул и вокруг него возникла пусть слабая, но магическая аура.

— Конечно занимаюсь! И духовные вибрации ощущаю всё лучше, но… называть это успехами не стал бы. Нужно время и… ресурсы, — осторожно сказал Малк, не сводя взгляда с облепившей обезьянье «лицо» маски.

Йоррох, а он-то пока с верстаком возился всё гадал, куда господин Тияз «морду» дел. А она оказывается у него чем-то вроде универсального инструмента служит. И Тайные Искусства хранит, и над марионетками работать помогает, и кто знает для чего ещё используется…

— Что успех, а что нет, давай всё же оценивать буду я, — холодно проронил господин Тияз.

Поднялся с колен, сел в стоящее неподалёку кресло и небрежно махнул:

— Внутри гомункулуса звериный дух, пойманный мной на плане Смерти. Услышь его, настройся на испускаемые им пульсации и заставь провести марионетку по комнате.

— Но я не знаю как, — растерялся Малк.

Господин Тияз презрительно фыркнул, достал с расположенной рядом полки песочные часы и тут же их перевернул.

— У тебя десять минут. Начинай!

Что будет, если Малк не уложится в озвученное время, он не сказал, но можно было не сомневаться — ничего хорошего. История с избиением того же Стево Крыса говорила сама за себя. Поэтому уняв вспыхнувшую в сердце злость, Малк уселся перед обезьяной по-стиксонски и сложил пальцы в знак концентрации.

На то, чтобы поймать нужный настрой ему понадобилось не больше девяти ударов сердца. Затем ещё столько же на фокусировку духовного внимания на живой кукле и порождение волны духовных вибраций. Следующий шаг — поиск отклика звериного духа — при правильном исполнении требовал и того меньше времени, однако именно здесь для Малка и крылась главная сложность. То ли он брал неправильную частоту, то ли ему на хватало чувствительности, но… но поймать духовный резонанс с марионеткой у него не получилось ни через минуту, ни через две, ни через десять. Лишь когда в нижнюю чашу часов падали последние крупинки песка, он что-то такое уловил и смог ввернуть сжатый Властью мысленный приказ.

Иди, поимей тебя Пекло! Иди!!

И видимо ментальный посыл был настолько силён, что до того изображавшая статую обезьяна дёрнулась и пусть полноценный шаг не сделала, что-то вроде прыжка всё же совершила.

— Слабо, очень слабо! — ледяным сказал господин Тияз, который не отводя глаз наблюдал за мучениями ученика.

— Понимаю, но прошло очень мало времени… — совершенно справедливо попробовал возразить Малк, но тем самым лишь ещё больше разозлил Мастера.

— Мне не интересны отговорки, мне нужен результат! А его-то как раз и не видно, — зло прошипел господин Тияз. Помолчал, явно успокаиваясь, и прежним холодным тоном сказал: — Раньше ты вполне здраво оценивал свои способности и соответствующим образом планировал практику. А что теперь? Ты себя возомнил гением, которому достаточно ежедневного занятия с Зеркалом Друзала?

Малк помотал головой. Доля истины в словах Мастера была. Он и вправду не пил эликсиров, не медитировал в подходящем источнике и не пользовался в преодолении проблемных мест магической поддержкой старших товарищей. Йоррох, он даже к Призрачному Древу не ездил! Но с другой стороны…. у всего есть причина, а в его случае даже две! Во-первых, он категорически не желал и дальше влезать в долги, а во-вторых, некоторые вещи ему были попросту недоступны.

То же Зеркало Друзала… Без него практика у Призрачного Древа становилась малоэффективной, однако в Хранилище Артефактов дольше чем на несколько часов его не выдавали, а значит регулярное посещение лесного жальника становилось невозможным. И студенту вроде него изменить ничего нельзя — правила Школы!

Тогда в чём вина Малка?

— Мне просто нужно больше времени… — всё же выдавил он из себя.

— Всем нужно больше времени. Только кто ж его нам даст? — рассмеялся господин Тияз и покосился на обезьяну.

Та одним прыжком взвилась на верхнюю полку ближайшего шкафа, достала небольшую коробку из зелёного нефрита, вернулась назад и сунула добычу в руки Малка.

— Открой! — потребовал господин Тияз.

Малк быстро выполнил требуемое. Внутри оказался кусок мрамора, отличающийся от обычного камня лишь витающей над ним лёгкой серой дымкой и… и да, явственным ароматом Смерти. Стоило же его коснуться Властью, как в ушах зазвучал вой жестоко страдающих людей.

Проклятье, тут какой-то морок или…

— Это ведь энергия жертвоприношения? — спросил Малк, чувствуя как внутри разливается убийственный холод.

— Верно, — одобрительно прошептал господин Тияз, не сводя с него насмешливого взгляда.

Малк судорожно сглотнул.

Йоррох, Йоррох, Йоррох!!! Как жертвоприношения?! Как?! Тияз Череп ведь не маг-изгой, не демонолог и не презренный лоялист. Он старейшина известной Школы, отвечающий за безопасность множества людей. Причём не только в учебном заведении, но и вообще на острове Римма. Откуда у него этот камень?!

В памяти всплыла недавняя история с атакой флактурма. Сражающиеся люди и демоны, десятки погибших Одарённых, облако жизненной силы убитых жертв под потолком зала и… и кровавый разлом, втягивающий в себя весь собранный Трёхголовым «урожай». Да, там была жизненная сила слабых магов, но кто сказал, что её нельзя трансформировать в чистую Смерть?!

Проклятье! Получается, что за случившимся стоит именно Тияз Череп? И Больдо, советуя принять официальную версию произошедшего, о том прекрасно знал?

— Я не приемлю демоническую магию и связанные с ней человеческие жертвоприношения, — мрачно, точно перед эшафотом, сообщил Малк и осторожно положил ящичек на ближайшую полку. — Клятву давал.

— Похвальная твёрдость, — одобрил господин Тияз. — Но ты понимаешь, что без энергии Смерти, которая даст толчок трансформации второго Слоя Искусства, быстрого прогресса не будет?

Всё ещё ошеломлённый сделанным открытием Малк медленно пожал плечами.

— Попробую обойтись без подобных… методов. Тем более что возможность приобщиться к энергии Смерти у меня есть, — сообщил он максимально ровным голосом. — Надо лишь подумать, как ею воспользоваться.

— Кладбище! — моментально догадался Мастер и тем самым показал, что в курсе особых взаимоотношений Малка с Призрачным Древом. — А то, что всё может внезапно поменяться, и оно перестанет быть для тебя безопасным, ты учитываешь?

— Без риска нет прибыли, — криво усмехнулся Малк.

Разговор давался ему всё трудней. Мысли снова и снова возвращались к камню с энергией Смерти. Он пытался понять, зачем господину Тиязу понадобилось раскрывать ему такую улику и не находил ответа.

— Риск, поиск своего пути… Это слова. Я же хочу, чтобы ты подкреплял их делами. И пока результаты меня не впечатляют, — тем временем проскрипел Череп. — Не хочешь пользоваться энергией жертвоприношений… твоё дело! Заставлять не буду. Но тогда будь готов к тому, что в какой-то момент опять уткнёшься в тупик и прибежишь за помощью. И тогда тебе понадобятся эликсиры. Много очень дорогих эликсиров!

Описанные господином Тиязом перспективы выглядели настолько мрачными, что Малк отвлёкся от мыслей о камне. В конце концов развитие в качестве мага было для него второй по важности вещью после забот о собственной жизни.

— А без них точно никак? — нахмурился он.

Господин Тияз с заметным сожалением покачал головой.

— Вини свой талант, точнее его отсутствие. Когда давал тебе Тайное Искусство, то даже не предполагал, что всё будет настолько плохо…

Фраза повисла в воздухе. Мастер словно предлагал Малку осмыслить своё будущее, а осмыслив, принять верное решение.

— Ладно, раз уж ты не хочешь торопиться с освоением второго слоя Трёх Пульсов, начинай изучать заклинания. Эйша ведь давала список чар, из которого ты можешь выбрать? — видимо сочтя паузу достаточной, снова заговорил господин Тияз.

Малк, который получил нужный документ ещё несколько месяцев назад, энергично кивнул. Данную бумагу он давно уже изучил самым тщательным образом и успел определиться со своими приоритетами. Однако озвучить их он не успел.

— Хорошо. Тогда имей ввиду, что одним из заклинаний должны быть Призрачные Руки. И это не обсуждается! — сообщил господин Тияз не терпящим возражений голосом. — Ну а в качестве утешительного приза так и быть серьёзно скину цену на эликсиры…

— А если откажусь? Выберу то, что считаю более подходящим? — сказал Малк, едва сдерживая ругательства.

— Тогда считай своё ученичество законченным, возвращай всё, то в тебя вложено, и свободен, — бросил господин Тияз небрежно, но за этой его небрежностью таилась неприкрытая угроза.

«Что в тебя вложено» понятие растяжимое. Его можно так вывернуть, что сколько ни старайся, а расплатиться не сможешь. Сложившаяся ситуация почему-то напомнила работу Малка по изготовлению «лечилок» в андалорской клинике. Там он тоже на первый взгляд получал одни лишь выгоды. Оплачиваемая работа, возможность изучить заклинание, тренировка навыков работы с энергией… А в итоге всё закончилось отравлением магией и телесным преображением. Вот и здесь ему сначала рассказывали о куче преимуществ учёбы у могучего Младшего Магистра, а потом по истечении времени начали вытаскивать наружу всевозможные «дополнения» и «уточнения».

И за каким Йоррохом ему нужны эти Призрачные Руки?!

— Мастер, не спрашиваю, зачем вам нужно, чтобы я изучил данное заклинание, но… как его увязать с чарами из первого Нимба? Второе ведь должно опираться на первое, однако Призрачные Руки с моими Рассеиванием, Искрой и «лечилкой» никак не увяжешь, — попробовал подобрать правильный аргумент Малк.

Вот только господина Тияза таким было не пронять.

— Думай, ученик. Думай! Ответ ты знаешь, теперь осталось найти правильный способ решения… — рассмеялся он хрипло, и Малку не оставалось ничего иного, кроме как попытался отстоять часть проработанных ранее планов.

— Но хотя бы начать изучение заклинаний я могу не с Призрачных Рук? С чего-то более подходящего для походов в опасные места вроде того же самого кладбища?

— Разумеется, Малк. Свой путь в маги ты выбираешь сам. Я лишь вношу небольшие коррективы, — расслаблено бросил господин Тияз и со смешком добавил: — И ставлю сроки…

На этом разговор закончился, и Малк был отправлен домой. Зачем понадобилось его приглашать для беседы в эту конкретную лабораторию, показывать разработки и делать столь щекотливые предложения, он решительно не понимал. Если бы они пообщались у господина Тияза дома, ничего ровным счётом бы не изменилось и при том Малка не пришлось бы посвящать в разного рода пугающие секреты.

Особенно его беспокоил йоррохов камень! Мысль, что именно господин Тияз и есть та третья сторона, которая вмешалась в противостояние между Трёхголовым и защитниками убежища, Малка откровенно страшила. И даже не столько нежеланием связываться с кем-то вроде Черепа — хотя делать врагом мага такого калибра по меньшей мере глупо и смертельно опасно, — сколько мрачными перспективами уйти по ту сторону закона. Который Малк хоть и не любил, но предпочитал по возможности соблюдать.

Девятеро, а он ведь только-только поверил в господина Тияза, даже признался в сотрудничестве с Жаком Ульем. Теперь же снова надо решать с кем он — со ставшим вдруг крайне подозрительным наставником или с работающим на Тёмную Канцелярию толстяком. И ответ был не настолько очевиден, как могло бы показаться ранее.

Так что в следующую седмицу Малк попытался с головой уйти в тренировки и исследования, чтобы на пугающие мысли не оставалось времени. Часами сидел в библиотеке — изучал описание Призрачных Рук, «жонглировал» ранее выбранными для освоения заклинаниями, пытаясь понять, от чего теперь придётся отказываться, оценивал перспективы обучения и потребные для него ресурсы… И определённый результат был. Хотя успокоительное из этих занятий получилось так себе, ясность в тему новых чар привнести всё же удалось. Если раньше Малк только предполагал, что за освоение заклинаний второго круга без доступа к источнику и Зеркалу Друзала лучше даже не браться, то теперь знал это совершенно точно. Толка не будет!

Однако как согласовать имеющиеся потребности с существующими возможностями он не имел ни малейшего понятия…

Из пучины невесёлых дум, куда Малк уже успел погрузиться, его вытянул прибывший из внешней фракции курьер. В доставленном им письме сообщалось, что «добрый друг» Малка господин Жак Улей наконец вернулся в Школу и желает встретиться. Незамедлительно! Раньше ультимативный тон письма вызвал бы у Малка один только гнев, но сейчас он испытал облегчение. Слишком уж сильно по нему ударила новость о возможном участии господина Тияза в атаке на флактурм, чтобы оставаться с ней наедине. И общение с Жаком Ульем — единственным, с кем он мог поделиться, — больше не казалось ему предательством пусть навязанного силой, но всё же учителя. До встречи в «настоящей» лаборатории — да, теперь — нет.

К тому же… ему ведь всё равно разрешили общаться с кем он хочет, правильно? Вот он и пообщается.

Вопреки опасениям искать господина Жака по приезду во внешнюю фракцию Малку не пришлось. Несмотря на ранний час Младший Магистр работал в своём кабинете, имитируя серьёзную занятость. Однако стоило ему увидеть Малка, как он в крайнем волнении выскочил из-за стола и завопил:

— Ну наконец-то! Сколько можно ждать… Стоило мне покинуть ненадолго Школу, как ты оказывается столько всего тут натворил, что голова кругом! Рассказывай, от начала и до конца!

Малк от такого напора даже растерялся.

— Что рассказывать? Про флактурм или…

— Про убежище я уже давно всё знаю и получше тебя. Ты про то как Трёхголового убивал давай. Да в подробностях! — воскликнул толстяк, азартно потирая ладони.

Потом, правда, предложил Малку присесть и даже налил стакан холодного лимонада из кувшина на столе, но на этом его вежливость закончилась. И дальше он всё больше молчал, лишь изредка задавая наводящие вопросы.

Впрочем один момент в истории Малка его заинтересовал особо.

— Как ты говоришь на Змеином холме, оказался? Эйша привела? — наверное в третий уже раз спросил господин Жак, буравя Малка взглядом.

— Эйша… Сказала, что не доверяла суждениям господина Тияза и хотела так проверить мою преданность идеалам Школы, — терпеливо повторил Малк.

— Идеалы Школы… Ну надо же! — восхитился Жак Улей и погрузился в размышления.

И Малк не выдержал.

— Господин Жак, вы считаете, что… Тияз Череп связан с нападением на флактурм? — он, запинаясь, уже седмицу беспокоящий его вопрос.

Младший Магистр вздрогнул и из-под нахмуренных бровей остро глянул на Малка.

— Почему ты так решил?

— Не знаю, — Малк пожал плечами. — Раньше счёл бы подобное предположение глупостью, но сейчас… сейчас уже не так уверен.

— Ну-ка, ну-ка… С этого места поподробнее! Что такого случилось, что ты изменил своё мнение? — моментально оживился толстяк.

— Да много на самом деле всего, — Малк замялся. Несмотря ни на что, рассказывать о секретах или то, что он считает секретами, учителя ему категорически не нравилось. — И главное здесь то, что Мастер допустил меня сначала до своей домашней лаборатории, а потом до той, что его ученики называют настоящей…

— Ты был в его главной лаборатории?! — аж вскричал господин Жак, снова вскакивая из-за стола, куда он успел вернуться. — Гомункулусов видел? Может с «мордой» опять работал? Или… или может такая колонна, вся увитая золотыми трубками, на глаза попадалась?!

На последнем вопросе голос Младшего Магистра аж осип.

— Про колонну ничего не знаю, — замотал головой Малк.

И с удивлением принялся наблюдать за тем, как разочарованно вытягивается лицо господина Жака.

— А… жаль, — протянул толстяк равнодушно. — Так чего ты там говорил насчёт твоего изменившегося отношения к Тиязу?

— После проверки прогресса в моей практике он предложил воспользоваться камнем, заряженным энергией от жертвоприношений, — решительно сказал Малк, которого уже утомили перепады настроения толстяка. — А как вы знаете, во флактурме демоны не просто убивали, а собирали…

— Да-да, жизненную силу. И ты думаешь, что это Тияз? — перебил его господин Жак, сделав непроницаемое лицо.

Малк пожал плечами и твёрдо сказал:

— Я ничего не думаю. Просто знаю, что убивать людей ради Силы — зло!

— Вообще есть варианты, но… ты прав! И похоже Тияз действительно совершил преступление, — с важным видом закивал господин Жак.

Однако чувствовалось, что говорит он не всерьёз, больше для вида. В действительности же думая о чём-то ином.

— И как тогда быть? — всё равно решил додавить тему Малк.

— Никак. Доказательств у тебя нет, а если бы и были… слово Ученика против слова Младшего Магистра, — господин Жак равнодушно пожал плечами. — Клянусь Рзавианом, да даже будь иначе. Он тебя прямо в здании суда грохнет, и никто слова не скажет. Разве что штраф заплатит, да и то, если только дело будет происходить в метрополии. Здесь же случись такое, всё заметкой в газете ограничится, причём в разделе курьёзов.

Возразить Малку было нечего и больше вопрос он не задавал. Собственно теперь его беспокоило только одно: зачем он тогда вообще должен следить за господином Тиязом, если даже факт человеческих жертвоприношений не является для его куратора от Тёмной Канцелярии чем-то интересным. Однако спрашивать об этом у господина Жака он не рискнул. Потому как тот тоже Младший Магистр, и уже успел показать как поступает с разгневавшими его ослушниками.

— Так мне просто взять и обо всё забыть? — мрачно поинтересовался Малк.

— Не совсем. Любой подобный вопрос ты должен сначала рассказать мне, а вот потом уже взять и забыть! — Толстяк для весомости поднял палец и тут же засмеялся. — Ты ещё имей ввиду: не всё, что ты видишь в исполнении Тияза, правда. Он известный лжец и притворщик, любящий поиграть на чужих эмоциях. А ещё, клянусь Рзавианом, он высокомерен как Архонт. Смотрит на всех свысока и дразнит, дразнит…

Последняя фраза была сказана неожиданно зло, словно касалась не вообще взаимоотношений Тияза Черепа с людьми, а с вполне конкретным человеком. С Жаком Ульем. Однако Малк сделал вид, что данной оговорки не понял и подозрительный взгляд толстяка встретил расстроенной полуулыбкой.

— А хочешь правду о своём учителе? — с неожиданным пылом сказал господи Жак. — Мир стал гораздо спокойнее, когда Тияз поднялся до Младшего Магистра. В те годы, когда он пытался найти лекарства от ран и боролся с распадом своего Духа, о нём шла крайне недобрая молва. Убийства соперников, воровство чужих секретов, рискованные рейды в Яванский пояс, заканчивающиеся подозрительной гибелью большинства участников, смерти личных Учеников…

— Простите, последнюю часть можно как-то поподробнее? — забеспокоился Малк.

Толстяк гулко захохотал.

— Что, испугался? Расслабься, у него уже лет двадцать Ученики не умирали, остепенился видимо, слава Рзавиану.

— В смысле остепенился? Зачем нужно убивать собственных учеников?! — возмутился Малк.

— Не убивать. Ставить на них эксперименты, после которых крайне сложно выжить, — пояснил господин Жак доверительным тоном. — Или ты думаешь в мире существуют Тайные Искусства, которые могут восстановить полуразрушенный Дух с выкорчеванным сродством со Стихией Огня? Нет, Тияз разработал его сам. Сначала добывал Искусства с нужными характеристиками, затем на их основе разрабатывал собственные техники и уже из них собирал цельные системы развития.

— А испытывал, значит, на учениках? — процедил Малк, чувствуя как всё сжимается внутри от злости.

— Разумеется, — загоготал толстяк. — И так он постепенно довёл свои Искусства до ума. Сам восстановился, и из других никчёмышей нормальных магов делать начал. — Господин Жак изобразил самую добрую свою улыбку и подмигнул. — Говорю же, тебе повезло. Наиболее опасная часть его исследований завершилась, теперь он разве что пытается нащупать пределы развития своих практик и убрать последние шероховатости… До той поры, пока у Черепа нет интересов в действительно опасных областях, можешь не беспокоиться…

— Господин Тияз, опасные области… вы сейчас о Запределье? — торопливо спросил Малк, у которого сложившаяся уже было в уме картина мира снова претерпевала изменения. — А то мы с Эйшей недавно плавали к Левому Брату и там…

— Столкнулись с Голодными Мороками? Бывает, — отмахнулся господин Жак, опять о чём-то глубоко задумавшись. К беседе, так взволновавшей его поначалу, он очевидно охладел, и у Малка возникло ощущение, что его вот-вот попросят уйти.

Вот только у Малка тоже было о чём поговорить с Младшим Магистром.

— Господин Жак, скажите, на этот раз добытая мной информация была… полезной? — спросил он осторожно.

Толстяк вздрогнул, перевёл на него задумчивый взгляд и медленно кивнул.

— М-да, разумеется… Сегодня наша беседа было очень продуктивной, — тут до него что-то дошло, и господин Жак уже иначе, резко и нетерпеливо сказал: — Понял… хочешь награду, да?!

Прозвучало это весьма воинственно, словно некий враг покушался на самое святое, что есть у Жака Улья. И Малк поспешил его успокоить:

— Я не прошу ничего особенного. Достаточно, чтобы мне разрешили арендовать Зеркало Друзала сроком хотя бы на один месяц. Это ведь в вашей власти, как Мастера внешней фракции?

Судя по выражению лица, первым порывом толстяка было ответить отказом, однако немного подумав и испытующе посмотрев на Малка, он всё же кивнул и потянулся за писчим прибором. Кажется из сегодняшней беседы он и вправду вынес немало полезного.

Малк же… Малк смотрел в его хитрые глазки, изображал на лице искреннюю благодарность и изо всех сил страрался спрятать в пойтайных уголках души злость по отношению к обоим Младшим Магистрам. Что Тияз Череп, что Жак Улей — оба одного поля ягоды. Решают свои вопросы, стремятся к своим целям, а на окружающих глядят лишь как на инструменты, ранжируя их по принципу удобства использования. Кого-то наградят, кого-то пустят на опыты, кого-то заставят изображать пешку в закулисной борьбе, а кого-то принесут в жертву ради нужной в данный момент порции жизненной силы.

Соблюдать верность таким людям, быть с ними честным и открытым? Да ни за что в жизни! Главное не забывать прятать истинные чувства под маской… И он, радуя Младшего Магистра, с поклоном принял подготовленное господином Жаком гарантийное письмо в Хранилище Артефактов.


Глава девятая, в которой к герою возвращается однажды утерянное | Школа Пепла. Слуга двух господ |